Текст книги "Украденная судьба"

Автор книги: Ева Чейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

– Ты замешан во всем этом, Гриффин? Ты действительно думаешь, что то, что делает этот урод, нормально?

Я не получила никакого ответа. Зиан раскачивался между двумя стенами, из его горла вырывалось слабое рычание.

– Ждите столько, сколько вам нужно, – сказал Клэнси так чертовски спокойно, что мне захотелось оторвать его лицо от черепа. – Вы останетесь запертыми здесь до тех пор, пока не решитесь на этот шаг. Но имейте в виду, что трое ваших друзей останутся в одиночных камерах на такой же срок. Только вам решать, сколько времени займет этот процесс.

Раздался треск, и у меня возникло ощущение, что он выключил микрофон.

Я бросилась к двери, но даже моя нечеловеческая сила не могла ее распахнуть. Как бы я ни старалась, я не могла сломать замок.

– Нет, нет, нет, – бормотал Зиан в своем углу. Он водил руками по своим коротким волосам, и я вздрогнула при виде маленьких красных царапин, которые он на них оставлял: из кончиков его пальцев торчали когти.

У меня так сильно свело желудок, что удивительно, как это я еще не извергла свой завтрак на этот милый коврик.

– Зи, мы просто подождем, пока он не успокоится. Он не сможет заставить нас это сделать.

Я сделала пару шагов вперед, пытаясь найти еще хоть какой-то способ его успокоить, но он с рычанием вскинул голову. Его шея начала покрываться клоками шерсти, лицо исказилось, наполовину превратившись в морду человека-волка.

– Отойди от меня! – закричал он. Это гортанное рычание едва ли было похоже на голос того Зиана, которого я знала.

Я замерла, а затем попятилась назад. Если ему требовалось побыть одному, я готова была отступить, как бы больно мне ни было видеть его страдания.

Меньше всего мне хотелось все усугублять.

Раздался щелчок, и по комнате снова разнесся голос Клэнси:

– Не нужно так волноваться. Вы оба получите удовольствие. Если вы…

Я так и не узнала, какие фантастические советы он хотел нам дать, потому что рев Зиана заглушил голос нашего похитителя. Он выскочил из своего угла с такой яростью, что я вздрогнула.

Его лицо теперь полностью сменилось на волчье, из морщинистой морды торчали клыки. Тело выглядело по меньшей мере на полфута выше и шире, чем обычно.

Бросившись на кровать, он вонзил когти в матрас прямо сквозь одеяло. В воздух полетели куски ткани и поролона.

С бешено колотящимся сердцем я отползла назад и запрыгнула на диванчик. Я никогда раньше не видела Зиана таким взбешенным, а ведь в комнате мы находились только вдвоем.

Я не хотела думать, что он причинит мне боль, но если он впал в такое состояние, что даже не осознавал, что делает…

Взмахнув руками, он разбил деревянную раму кровати. По полу разлетелись щепки.

Когда он с диким воем повернулся ко мне, мое сердце чуть не остановилось. Его глаза горели смесью ярости и страдания.

Он бросился вперед, и в этот момент дверь распахнулась. В комнату ворвалось несколько хранителей: двое стали бить его электрическими дубинками, а другой вонзил в содрогающееся тело шприц.

– Не делайте ему больно! – закричала я. Горло сдавило, глаза застилали слезы.

Это была не его вина. Они давили на него до тех пор, пока он не сорвался.

Когда Зиан осел на пол, в дверном проеме появился сам Клэнси. Он встретил мой взгляд с легким сожалением на лице.

– Мне жаль, что эта попытка закончилась так неудачно, – сказал он. – Давай вытащим вас отсюда. Мы можем попробовать в другой раз, но с новым подходом.

– Ты что, с ума сошел? – пробормотала я.

Прежде чем я успела сказать что-нибудь еще, мне в плечо вонзилась игла. Я и не слышала, как ко мне подошел хранитель.

Я пошатнулась, и оставшиеся ругательства застряли у меня в горле.

Глава 13
Рива

Не обращая внимания на усиливающееся жжение в руках, я взбиралась по склону горы быстрыми, уверенными движениями. Всякий раз, когда поверхность передо мной становилась достаточно предсказуемой, чтобы можно было рискнуть, я быстро оглядывалась по сторонам.

На сегодняшней тренировке я специально выбрала это упражнение, чтобы лучше узнать ландшафт острова. Может быть, мне даже удастся мельком увидеть что-нибудь, что подскажет потенциальный путь к побегу.

Мы не могли улететь на частном самолете Клэнси, ведь никто из нас не умел им управлять. Но если бы мне удалось обнаружить маршрут через горы к гавани или каким-либо признакам человеческой цивилизации за пределами объекта…

Последний вариант казался все более и более невозможным. Для Клэнси было бы разумнее выкупить для своих целей целый остров, чем рисковать быть обнаруженным.

Но у них наверняка был какой-то другой способ передвижения кроме самолета. Он не был похож на человека, складывающего все яйца в одну корзину.

Черт возьми, да я была бы готова добраться до материка и вплавь, если бы знала, куда плыть.

Все что угодно, лишь бы он больше не мог втянуть меня в свои безумные планы.

Когда я добралась до конца маршрута и встала на узкий выступ, вид открылся не особенно впечатляющий. Последние футов пятьдесят до самой вершины утеса, который словно специально сделали гладким и отвесным, было не так-то просто преодолеть. Поэтому я не могла заглянуть за него и узнать, что находится с другой стороны.

Все, что я перед собой видела – это густые джунгли, которые когда-то казались настолько же красивыми, насколько теперь – зловещими.

Я несколько минут постояла, покусывая губу, и, чтобы не вызывать подозрений, начала спускаться. Возможно, нам действительно следовало сосредоточиться на захвате самолета и угнать его, вынудив одного из пилотов-хранителей вывезти нас с острова.

Хотя, если все имеющиеся у них самолеты были такого же размера, как тот, на котором мы летали на миссию, мы вряд ли смогли бы безопасно разместить в нем всех тенекровных. Нас здесь было по меньшей мере несколько десятков, и вполне возможно, я познакомилась еще не со всеми обитателями этого объекта.

Мало того, что тренировки каждый раз проходили в разное время и разным составом, так еще и многим заключенным, возможно, вообще не разрешалось выходить на свободу. Например, если они не согласились с условиями Клэнси или если он решил, будто они более нестабильны, чем остальные.

К тому же я понятия не имела, кто из хранителей умел пилотировать самолет, и, даже выясни я это – как подчинить его своей воле?

Меня захлестнула волна безнадеги. Закрыв глаза и постаравшись выкинуть эти мысли из головы, я продолжила двигаться вперед.

При восхождении и при спуске я опиралась на свои когти и обутые в эластичную спортивную обувь ступни. Страховочный трос я не использовала: мне хотелось подготовиться к любому исходу.

Еще до того, как мои ноги коснулись земли, из-за деревьев начали доноситься голоса. На тропинке, ведущей через джунгли к месту восхождения, появились Селин, Букер и еще несколько других тенекровных их возраста.

Они впятером продолжали болтать, одновременно разминая руки и ноги. От их улыбок и непринужденного тона у меня внутри все сжалось.

Отчасти я сомневалась в том, что смогу легко убедить других тенекровных сбежать. Они не видели темной стороны этого места, а Селин не понаслышке знала, как безжалостно хранители будут на нас охотиться, стремясь вернуть свою мнимую «собственность».

Забавно, что Клэнси с таким презрением говорил о торговцах детьми, хотя он и его коллеги обращались с нами как с рабами с тех самых пор, как мы стали достаточно взрослыми, чтобы ходить.

Местные хранители делали вид, будто не нарушали нашего уединения, но я заметила пару фигур, прячущихся среди деревьев на краю площадки для скалолазания. Здесь я не могла говорить открыто.

Но, возможно, мне удастся составить общее представление о том, насколько на самом деле довольны наши младшие сородичи.

Сняв альпинистскую амуницию, я направилась туда, где разминались подростки.

– Сегодня хороший день для восхождения, – сказала я, чтобы начать разговор. – В кои-то веки не слишком жарко.

Одна из девушек рассмеялась.

– Я рада уже тому, что каждый день выхожу на солнечный свет. Так что жара мне не помеха.

Ладно, никаких признаков бунта нет. Я придвинулась немного ближе к Селин.

– Как жаль, что хранители не дали вам больше времени насладиться новой жизнью здесь, на острове, прежде чем снова отправлять на задания.

Я старалась говорить легко и игриво, как будто шутила, а не критиковала. Хихикнув, Селин энергично покачала головой:

– Мне нравится бывать снаружи. И знать, что я приношу пользу. Может быть, на следующем задании я смогу сделать что-то важное, а не просто сидеть все время в фургоне!

Она выглядела вполне жизнерадостной, но в воздухе я ощутила тревогу. Похоже, все было не так уж замечательно.

Пока первая пара готовилась к восхождению, я прислонилась спиной к каменному обрыву.

– Вы когда-нибудь задумывались о том, чем хотели бы заниматься, если бы мы не были частью всей этой истории с Опекунством? Например, какую выбрали бы работу или где хотели бы жить?

Букер щелкнул пальцами.

– Черт возьми, да. Не знаю, как насчет работы, но Нью-Йорк – определенно мой город. По крайней мере, по сравнению с другими местами, где я бывал. Возможно, за пределами США мне удалось бы найти еще место по душе.

Когда он задумчиво склонил голову набок, что никак не вязалось с его беззаботной внешностью, Селин пожала плечами.

– Я не знаю. С этими миссиями мы все равно сможем побывать в самых разных местах.

– Ага, и многое увидеть изнутри фургона, – ответила я.

Она снова хихикнула.

– Ну, уверена, что на других миссиях у нас будет больше возможностей. Как только мы покажем себя с лучшей стороны. Может быть, Клэнси даже разрешит нам взять отпуск или что-то в этом роде!

Неважно, понимала ли она в полной мере, как сильно мы тут застряли, но ей определенно хотелось больше свободы. Это было только начало.

Каким бы непринужденным ни казалось поведение Букера, он явно мечтал о чем-то большем.

– Иногда мне нравится думать об этих вещах, – сказал он с кривой улыбкой, – но все же разумнее сосредоточиться на том, что мы имеем. Особенно с учетом того, что здесь намного лучше, чем на прошлых объектах.

Я заставила себя улыбнуться в ответ.

– И правда.

Хотя и не была уверена, что согласна насчет «намного».

Селин отошла, чтобы понаблюдать за восхождением своих друзей, но Букер задержался возле меня. Его поза казалась до странности нерешительной. Неужели он догадался о причине моих вопросов?

Он смотрел в землю, но затем поднял глаза и, понизив голос, спросил:

– Вы с Надей вроде как подружились, да?

Ха. К чему это он клонит?

Я кивнула.

– Конечно, мне хотелось бы так думать. Но у нас еще не было возможности узнать друг друга как следует.

– Мне просто интересно… И может быть, это странный вопрос, так что тебе совершенно не обязательно отвечать… Она не упоминала о том, что я ее чем-то расстроил?

Уставившись на него, я недоуменно моргнула. Он думал, что Надя на него обижена?

Я так удивилась, что ничего не ответила, и Букер продолжил:

– Просто, когда я рядом, ее аура становится какой-то… странной, как будто она взволнована или что-то в этом роде. Хотя ведет она себя всегда очень мило. Если я расстроил ее или сделал что-то не так, то хочу извиниться. На самом деле она мне действительно нравится.

Он резко замолчал, и его щеки залил румянец.

У меня никогда не было нормальной семьи, но в тот момент из-за нахлынувшей нежности мне захотелось запустить пальцы в его волосы, как будто я старшая сестра из какого-нибудь ситкома. Однако это было бы немного неуместно, учитывая, что парень был почти на фут выше меня.

Я не смогла сдержать искренней улыбки. Мне не хотелось раскрывать секреты Нади, но, казалось, было справедливым сказать:

– Думаю, ей было бы очень приятно это услышать. Ты определенно ничем ее не расстроил.

Букер смотрел на меня так внимательно, словно пытался вникнуть в потаенный смысл моих слов. Прерывисто выдохнув, он облегченно усмехнулся.

– Это… это приятно слышать. Прости, что поднял такой вопрос, это немного странно…

– Нет, – быстро ответила я, оборвав его. – Я совсем не против. Я знаю, что большинство из нас только что познакомились, но мы все одна семья, верно? Мы должны помогать друг другу, когда можем. По крайней мере, я этого хочу.

– Да. Спасибо, – ответил он, одарив меня уже более уверенной улыбкой.

Вприпрыжку он побежал к подножию альпинистского маршрута, где уже стояли все остальные.

Какое-то время я наблюдала за ними с неприятной смесью нежности и дурного предчувствия в животе.

Может быть, у них с Надей получится что-то особенное, как у меня с моими ребятами.

Может быть, если Клэнси поймет, что их влечет друг к другу, он даже будет это поощрять, чтобы посмотреть, смогут ли они создать такую же связь, как у нас.

Я стиснула зубы. Нельзя было этого допустить.

Я не знала, как вытащить нас отсюда или как защитить, когда мы выберемся, но знала: надолго здесь оставаться было нельзя.

У меня оставалось немного времени до того, как нужно будет вернуться на обед, поэтому я решила посетить еще одну тренировку – стрельбу из огнестрельного оружия. Хотя я предпочитала ближний бой, где могла использовать свою невероятную силу и когти, в драке с такими хорошо обученными противниками, как хранители, оружие было не лишним.

К тому же я хотела узнать обо всех видах пушек, к которым у нас был доступ.

Стрельбище располагалось в похожем на пещеру помещении на вершине каменной лестницы, ведущей со дна долины. Вход туда был скрыт под широким водопадом, и звук журчащей воды заглушал любой шум, который мог эхом разнестись по горам.

Когда я нырнула под водопад, то в нескольких футах на другой стороне коридора увидела дежурящего хранителя. Без сомнения, на протяжении всего пути сюда за мной наблюдали и другие.

Если бы я захотела, то могла бы убить любого из них… Но это не принесло бы нам никакой пользы. Клэнси знал, что без своих парней я никуда не уйду. Стоило мне только напасть на кого-нибудь из его людей, датчики на их лодыжках тут же сообщили бы ему об этом.

Мы все еще были скованы, просто он надел на нас цепь подлиннее.

Когда я вышла на стрельбище, мое настроение немного улучшилось. В самом его конце стоял Андреас, а рядом с ним – парень помладше, которого я не знала, и малышка Тиган.

Было что-то глубоко неправильное в том, что двенадцатилетний подросток поднимал пистолет и хладнокровно расстреливал мишень.

При виде меня Андреас засиял, и мой пульс подскочил от внезапной мысли о том, что он до сих пор ничего не знает. С тех пор как мы вернулись с задания, я его еще не видела.

Судя по выражению лица Дрея, никто из моих ребят не посвятил его в детали.

Взяв пару наушников, я начала изучать ассортимент разложенного передо мной оружия, за которым следил один из хранителей. Там были и обычные пистолеты, и винтовки, в том числе пара со снайперскими прицелами.

У меня было не так много опыта в стрельбе на большие дистанции. Я решила это исправить, так что выбрала самую дальнюю из мишеней.

Что-то в процессе наведения пистолета и фокусировки на нарисованных на мишени фигурах, в которые я должна попасть, казалось мне успокаивающе знакомым. Я погрузилась в то же сосредоточенное состояние, в котором, должно быть, находилась Тиган.

Я нажала на спусковой крючок. Один, два, три, четыре раза.

В одну из фигур я промахнулась на полдюйма, но попала в остальные. Готовая мишень со свистом отлетела в сторону, и ее место заняла другая.

Я закончила уже с пятью, как вдруг заметила, что Андреас направился к складу снаряжения. Когда он снял наушники, я опустила винтовку.

Сейчас не было ничего более важного, чем поговорить с ним.

Мы не сможем разработать план, пока каждый не увидит полную картину.

Андреас дождался меня, и, взяв за руку, повел по коридору прочь от грохота тира. Он, наверное, думал, что мы немного прогуляемся по долине, но я остановила его прямо у водопада.

Его шум мог заглушить наши голоса.

Подпрыгнув, я обвила руками его шею, и он наклонился мне навстречу. Несмотря на всю свою решимость, в первый момент я не могла удержаться от того, чтобы просто прижать к себе его стройное мускулистое тело.

– Привет, – прошептал Андреас мне на ухо, обнимая столь же страстно. – Я тоже по тебе скучал.

Грубо усмехнувшись, я крепче прижала его к себе и зажмурилась, чтобы перебороть внезапно подступившие слезы. От водопада на нашу кожу попадали прохладные капли, но я не обращала на это внимания.

Я положила голову ему на плечо, чтобы говорить прямо ему на ухо – так же, как он.

– Все еще запутаннее, чем мы думали. Доминик узнал, что Клэнси платят за те миссии, которые мы выполняем. И его на самом деле не волнует, кто ему платит и чего они хотят добиться.

Дрей поцеловал меня в щеку, но его губы скривились.

– Дом успел рассказать мне кое-что из этого, когда мы вчера встретились. Изначально нам обещали совсем другое, а?

– Да, – прерывисто выдохнула я. – Но все стало еще хуже. Он узнал о наших отметинах. Потому что Джейк и я… после миссии, мы…

Я замолчала, внезапно усомнившись в том, стоило ли это рассказывать, но Андреас лишь тихо усмехнулся.

– Ты не должна смущаться. Ты с самого начала рассказала мне о своих чувствах ко всем нам. Я рад, что Джейк сделал достаточно, чтобы ты снова стала ему доверять.

Я с трудом сглотнула. Его ответ меня согрел, но я испытывала отвращение от того, что должна была сказать дальше.

– Проблема не в этом. Прежде Клэнси не знал, что у нас возникала такая связь. Он хочет изучить, как это происходит… что именно происходит. Поэтому он запер меня и Зиана в одной комнате и попытался заставить нас устроить демонстрацию.

Дрей напрягся всем телом. Он отстранился ровно настолько, чтобы я могла увидеть ярость, вспыхнувшую в его темно-серых глазах.

– Какого хрена? Я самолично убью этого урода.

Даже в гневе ему удавалось говорить достаточно тихо, чтобы дежуривший в конце коридора хранитель не среагировал, но у меня все равно замерло сердце. Я притянула Андреаса к себе, чтобы спрятать его исказившееся лицо.

– Ничего не случилось. Ну, правда Зиан сильно взбесился. Ты не видел его со вчерашнего утра? Они накачали его транквилизаторами.

Андреас молчал, но я чувствовала, как его тело напрягалось все сильнее.

– Видел за завтраком сегодня утром. Он был тише, чем обычно, но, с другой стороны, мы и раньше не слишком много болтали.

Мое беспокойство немного рассеялось.

– Ладно. Хорошо. Я просто… я думала, Клэнси собирается попробовать еще раз. Не тем же способом, но… Он серьезно настроен выяснить, почему наши силы так нас связывают.

Дрей издал звук, похожий на волчье рычание Зиана, и обнял меня так, словно думал, что если схватит достаточно крепко, то Клэнси не сможет до меня добраться. Прямо сейчас казалось, что, окажись наш похититель в поле зрения, Дрей действительно мог бы убить его, наплевав на последствия.

– Мы не можем здесь оставаться, – сказала я. – Но я так и не смогла придумать, как сбежать, чтобы нас не поймали еще до того, как мы выберемся из долины.

Андреас с шипением втянул воздух сквозь зубы.

– Когда выпадал шанс, я просматривал воспоминания хранителей и искал чего-нибудь, что могло бы пригодиться для побега. Пока ничего полезного не всплыло, но я начну действовать усерднее. Должно же быть хоть что-то.

Зарывшись носом в мои волосы, он снова сжал меня в объятиях.

– Однажды у нас уже все получилось, Динь. Мы сможем сделать это снова. Я не позволю ему превратить тебя в какой-то сексуальный эксперимент. И если понадобится дать отпор, борись. О нас не беспокойся.

Прижимаясь к его крепкой груди, я задыхалась от нахлынувших эмоций. Потому что до этого действительно могло дойти.

И выбирать между моей личной свободой и благополучием моих парней – это точно не тот выбор, который я бы хотела делать.

Глава 14
Зиан

Когда пара приставленных ко мне хранителей после ужина пришли в кафетерий, я решил, что они собираются отвести меня обратно в комнату. Не считая приемов пищи, после встречи с Ривой именно там я провел большую часть вчерашнего и сегодняшнего дня.

Но вместо этого они повели меня ко входу в здание. Я шел с опаской, нервы были на пределе.

Что Клэнси для меня приготовил?

У меня сохранились обрывочные воспоминания о вчерашнем приступе панической ярости, но я изо всех сил старался на них не зацикливаться. Вместо этого я сосредоточился на настоящем и на том, что ждало меня впереди.

Мы вышли на широкий горный хребет, и я полной грудью вдохнул теплый вечерний воздух. Солнце еще не село, небо было затянуто золотистой дымкой.

На поле внизу тренировались несколько тенекровных, но я никого из них не узнал. Я до сих пор не знал имен большинства из младших.

Я всегда немного опасался, что, если подойду к ним, они увидят во мне скорее угрозу, чем товарища.

– Сюда, – сказал один из хранителей.

Они оба спустились со мной по ступенькам и пошли по одной из тропинок через джунгли.

Звук журчащей воды достиг моего сверхъестественно острого слуха задолго до того, как я заметил источник. Когда мы подошли к краю расположившейся среди деревьев поляны, я остановился как вкопанный.

Зрелище открывалось красивое. С утеса высотой в несколько футов падал водопад – гораздо более узкий, чем тот, что скрывал стрельбище. Он низвергался в окруженный гладкими камнями чистый бассейн, который, очевидно, предназначался для купания. Большую часть бассейна обрамляли папоротники и кустарники с яркими цветами.

А на травянистом пятачке у берега, подтянув колени к груди, сидела Рива. Одна.

– Клэнси считает, что после вчерашнего вам двоим следует дать возможность поговорить, – сказала хранительница, стоявшая рядом со мной. – Вас оставят наедине. Пока вы здесь, на этой поляне, вас никто не потревожит. Когда вы будете готовы, можете вернуться на объект – или, если что, мы придем, чтобы сопроводить вас.

Не дожидаясь моего ответа, она и другой хранитель исчезли в сгущающихся на тропинке тенях. Я стоял как вкопанный и смотрел на Риву.

Клэнси хотел, чтобы мы поговорили? Нас оставили наедине?

Что бы они ни говорили, у Ривы на предплечьях были такие же манжеты, как и вчера. Может быть, хранители просто до сих пор их не сняли.

Мои тоже все еще были на мне – они слегка давили на бицепсы.

На моих ткань теперь была немного потерта, потому что, проснувшись в своей комнате, я попытался их отодрать. Но металлические детали не поддались.

Очевидно, за нами все еще следили. И я был готов поспорить, что они хотели куда большего, чем простого разговора. Хранители просто сменили тактику.

Не двигаясь с места, Рива подняла на меня глаза, и на ее губах появилась натянутая улыбка.

Она кивнула головой в сторону пары корзин, стоящих на земле рядом с ней.

– Они оставили нам купальники на случай, если мы захотим поплавать, и небольшой перекус, если проголодаемся. Думаю, это очередная безумная идея Клэнси насчет свидания.

Она сказала это таким сухим тоном, что я бы усмехнулся, если бы не чувствовал себя настолько плохо.

– Похоже на то, – пробормотал я.

Несколько мгновений Рива изучала меня глазами, и ее красивое лицо стало таким серьезным, что у меня внутри все сжалось от боли совсем иного рода.

Ее тон смягчился.

– Ты в порядке после вчерашнего? Они так сильно на тебя накинулись, когда ты вышел из себя… я весь день о тебе беспокоилась.

С каждым ее словом боль становилась все глубже. Она говорила так, словно действия хранителей были более жестокими, чем разгром, который я учинил. В какой-то момент весь мой мир растворился в безумной ярости, направленной на то, чтобы разрушить все планы Клэнси.

Я опустил голову.

– С тех пор как действие транквилизатора закончилось, я чувствую себя нормально. Не считая того, что мне ужасно плохо из-за всей этой ситуации. Прости, если напугал тебя.

Рива пренебрежительно хмыкнула.

– Это не твоя вина. Их план был просто безумным… неудивительно, что ты расстроился.

Она тоже расстроилась, но не впала в неконтролируемую ярость. Я прикусил губу, но все же заставил себя сказать:

– Я не могу этого сделать. Даже вот так, когда мы одни. Даже если он будет давить на нас снова и снова. Я просто… я не могу.

Когда я осмелился снова взглянуть на Риву, она смотрела на меня круглыми глазами.

– Не думай об этом, – твердо сказала она. – Даже если бы ты смог заставить себя через это пройти, я бы не хотела. Только не так. Если что-нибудь и случится… Если между нами что-то и произойдет, то только потому, что мы оба этого захотим, а не в угоду какому-то больному тирану.

Ее взгляд устремился на окружающие нас джунгли, а подбородок вызывающе приподнялся, как будто она бросала вызов Клэнси на случай, если он за нами наблюдал.

Скрутившее меня напряжение немного ослабло. Я наконец заставил свои ноги двигаться.

Когда я подошел, Рива выдвинула одну из корзин вперед, чтобы она стояла между нами. Маленький щит, подтверждающий, что мы даже не собирались соприкасаться.

Это зрелище расслабило меня еще больше. Я опустился на траву рядом с ней и посмотрел на кристально чистую воду бассейна, переливающуюся в лучах заходящего солнца.

– Милое местечко.

– Да. При других обстоятельствах я была бы признательна за этот жест.

Хрипло рассмеявшись, Рива начала рыться в корзинке.

– Думаю, мы могли бы извлечь из этого максимум пользы.

Под тканью мы нашли пирожные с малиной и заварным кремом, упаковку попкорна, миниатюрные бутерброды и пару бутылок того, что оказалось лимонадом.

Отхлебнув из своей бутылки, Рива поморщила нос.

– Недостаточно кислый.

Я обнаружил, что способен улыбнуться.

– Тебе нужно попросить их привезти немного лимонов, чтобы ты могла приготовить его сама, Креветка.

– Вряд ли они это сделают. Не думаю, что Клэнси сейчас мной доволен.

Мой желудок снова сжался, и пару секунд я молчал.

– За обедом я видел Дома. Мы немного поговорили.

Я не знал, многое ли можно произносить вслух, ведь оставалась возможность, что Клэнси продолжал за нами следить. Но, очевидно, уже по одной моей фразе Рива догадалась, что именно Доминик рассказал мне об их миссии… и о том, что они узнали о мнимом альтруизме Клэнси.

Вздохнув, она откусила кусочек от одного из пирожных.

– Это с самого начала было слишком хорошо, чтобы быть правдой, не так ли? Мы что-нибудь придумаем.

Я знал ее достаточно, чтобы догадаться: она уже разрабатывала план. Риве было не впервой вызволять нас из тюрьмы.

Но та тюрьма была не на изолированном острове. И тогда нам нужно было сбежать только вчетвером.

– По крайней мере, пока мы здесь, у нас есть возможность тренироваться и совершенствовать свои навыки, – сказал я. – Я работал над теми упражнениями для контроля моих трансформаций, которые предложил Роллик. Очевидно, вчера они не помогли, но, кажется, в менее напряженных ситуациях я добился прогресса. В чем-то он был прав, даже если… в конце концов все кончилось плохо.

Я внутренне содрогнулся, вспомнив фотографии, которые Клэнси показал мне, когда впервые представил свое новое видение нашего с другими тенекровными будущего. Нельзя отрицать, что кончилось все как нельзя хуже.

Рива внимательно на меня посмотрела.

– Ты слышал о том, что теневые сделали с детьми, которых мы освободили.

– Я видел фотографии.

Она тихо хмыкнула, но больше ничего не сказала, и на мгновение ее взгляд стал отстраненным. Жаль, что я не мог читать ее мысли.

Вся эта ситуация была бы намного проще, если бы мы все могли общаться без слов. Хотя я не уверен, что хотел бы, чтобы Рива видела все, что творилось у меня в голове.

Сняв кроссовки и носки, она забралась на один из окружавших бассейн гладких камней и, подтянув штанины до колен, опустила ступни в воду.

– Неплохо.

Она покачала ступнями взад-вперед.

– Не так тепло, как мне хотелось бы, но, думаю, ожидать горячей ванны было бы чересчур.

Рябь на воде так меня и манила. Мы провели столько времени, плавая на яхте по океану, но у меня так и не выдалось возможности по-настоящему поплавать.

Поколебавшись, я медленно подошел к краю бассейна. Вода плескалась о мои ступни и икры, ощущаясь такой же теплой, как окружающий нас тропический воздух.

Я бросил на Риву косой взгляд.

– Не понимаю, на что ты жалуешься. Вода отличная.

На этот раз она засмеялась более раскованно, и от этого яркого, жизнерадостного звука у меня по спине побежали мурашки.

– Никто не мешает тебе окунуться.

Это верно. Оглядев себя, я посмотрел на вторую корзину с одеждой для плавания. Мне не хотелось переодеваться прямо при Риве, хотя я знал, что она, уважая мое уединение, отвернется.

Я не хотел иметь дело с чувствами, которые поднялись бы во мне, если бы я стал раздеваться рядом с ней.

Но я не был особенно привязан к надетым на мне футболке и спортивным штанам. Не позволяя себе усомниться во внезапном порыве, я прыгнул в воду прямо в своей обычной одежде.

Когда теплая вода сомкнулась вокруг моего крупного тела, Рива снова рассмеялась, создавая идеальный саундтрек к моему восторгу. Я оттолкнулся от одного края бассейна и поплыл к другому, но его ширина была всего около пятнадцати футов, так что сложной тренировкой это не назвать.

Ну да ладно. Плавание все равно не самое мое любимое занятие.

Я лег на спину, напрягая мышцы в нужных местах, чтобы удержаться на плаву. Мое тело покачивалось в спокойной воде.

На мгновение мне показалось, что я совсем ничего не вешу.

Я закрыл глаза, наслаждаясь ощущением свободного парения. Мое тело плыло навстречу струям водопада, и я слегка оттолкнулся, чтобы поплыть в другую сторону.

Раздался тихий всплеск, ощущалось легкое движение воды. Подняв взгляд, я увидел, что ко мне присоединилась Рива, которая, как и я, осталась в футболке и спортивных штанах.

Ее серебристая коса струилась по воде за ее спиной. Одарив меня улыбкой, она начала грести вокруг бассейна.

Я невольно следил за ее движениями, не желая возвращаться в медитативное состояние поплавка.

Ее тонкие руки скользили по воде с силой и грацией. Вода оттеняла ее ресницы, подчеркивая яркие карие глаза.

Прошло всего около минуты, и она подплыла к берегу, где сидела раньше. Выбравшись из воды и быстро вытершись одним из полотенец из корзины, она снова присела на корточки у кромки воды.

– Ну и достаточно.

Влажный топ облегал ее изгибы. Я обвел их взглядом, но затем с усилием отвел глаза, чувствуя, как по венам начал разливаться жар.

Член у меня в штанах поднялся.

Какая-то часть меня хотела подплыть к ней, затащить обратно в воду и прижаться всем телом. Целовать ее до тех пор, пока наши губы не воспламенятся.

Но я знал, что, если бы и попытался, меня бы охватил еще один приступ паники. Я даже не успел бы сделать что-то большее, чем просто осторожно дотронуться до ее ноги. Каким бы осторожным я ни был, не уверен, что смог бы прикоснуться к ней прямо сейчас, не вызвав такого же приступа, который Клэнси спровоцировал своим экспериментом.