Текст книги "Украденная судьба"

Автор книги: Ева Чейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 24
Рива

В словах Зиана слышалось что-то похожее на рычание. Я инстинктивно шагнула еще ближе к Гриффину и крепче сжала его пальцы в своих.

Я не знала, был ли у него шанс поговорить с остальными… Извиниться, все объяснить… Зиан имел хоть какое-то представление о том, почему Гриффин решил встать на сторону хранителей?

Но, с другой стороны, я и сама не до конца это осознавала, не так ли? Я была готова сделать все возможное, чтобы увидеть, как из робота, в которого он превратился, проступают черты мальчика, которого я знала. Но я бы не решилась доверить ему свою жизнь.

Нет. Еще нет.

Солнечный лучик, пробившийся сквозь листву над нашими головами, отразился от светлых волос Гриффина. Он по-прежнему спокойно стоял рядом со мной в окружении джунглей, но до моего носа донесся запах нервных феромонов.

Чего он опасался?

Стоило ли мне беспокоиться о том, что он нервничал, или радоваться тому, что парень вообще был способен чего-то испугаться?

Мы смотрели на него все впятером, но он не сводил глаз с Зиана.

– Я пытался объяснить. Клэнси вел себя так, будто хотел направить Опекунство в новое русло. Казалось, это вполне могло стать для всех нас хорошим вариантом. Вы ведь все тоже подумали, что это возможно, когда только попали на остров.

Он был прав, но Джейкоб слегка оскалился.

– Я бы не потащил своих друзей обратно в плен после того, как они освободились. Чего бы мне там ни показалось «возможным».

– В то время это имело смысл. Я не знал, что и думать обо всем, что он мне показывал, о том, что вы делали, о людях, которым причиняли боль. И о том, как вы это делали. И я имел о вас весьма смутное представление. Мы так давно не виделись.

– Но ты же знал нас, – настаивал Зиан. – Рива не видела нас четыре года, но она сделала все, что могла, чтобы помочь нам. Даже после того, как мы поступили с ней по-свински.

Гриффин громко сглотнул.

– Это не то же самое. Я не знаю, как описать, на что это было похоже. Как будто все было плоским, но в то же время размытым…

Когда он замолчал, по его лицу пробежала тень печали, мое сердце готово было разорваться на части. Он явно не хотел говорить о том, как оказался в таком состоянии, но я сомневалась, что был какой-то другой способ снять напряжение между нами.

Я провела большим пальцем по его костяшкам, пытаясь успокоить.

– Гриффин, что хранители с тобой сделали, чтобы стереть твои эмоции? Как это вообще произошло?

Поджав губы, он крепче сжал мою руку. Ответ на этот вопрос доставлял ему боль, а я никогда по-настоящему не хотела сделать ему больно.

Он это понимал и, может быть, именно поэтому ответил.

Его взгляд устремился в сторону джунглей, как будто, когда Гриффин ни на кого из нас не смотрел, ему было легче предаваться воспоминаниям.

– Они называли это «десенсибилизацией». Кажется, основная идея заключалась в том, что лучше ощущать негативные эмоции, чем ничего не чувствовать.

Доминик отвел в сторону ветку папоротника, которая из-за ветра задевала его руку. Он выглядел помрачневшим.

– Что именно они делали? – тихо спросил он.

С каждым словом поза Гриффина становилась все более напряженной.

– Они начали с малого. Показывали мне видеозаписи, которые у большинства людей вызвали бы обычные эмоции: веселую вечеринку по случаю дня рождения ребенка, напряженную автомобильную погоню и тому подобное. И подключали меня к аппарату с разными датчиками. Когда они понимали, что у меня появлялся эмоциональный отклик, – по сердцебиению, дыханию и не знаю, по чему еще, – они его подавляли.

Поза Джейкоба стала такой же напряженной, как и у его близнеца. Будто он испытывал тот же дискомфорт.

– Как подавляли? – спросил он.

Уголки губ Гриффина опустились.

– Причиняли физическую боль. Били электрическим током или брызгали химикатами, вызывающими ожоги, и все такое.

Глаза Андреаса стали круглыми.

– Черт…

Гриффин часто заморгал, по его телу пробежала дрожь. Я положила свободную руку ему на плечо чуть выше наших сцепленных ладоней, изо всех сил стараясь поддержать.

– Это был долгий процесс, – сказал он слабым голосом. – Они показывали видео, ловили реакцию и вскрывали эмоции, как нарыв. Затем они проигрывали то же видео снова. Снова и снова, пока мое тело просто… не перестало воспринимать то, что прежде заставляло меня что-то чувствовать. Как будто связь просто обрывалась. И тогда они переходили к следующему видео.

Пальцы Джейкоба сжались в кулаки. Ветка над его головой с хрустом отломилась и ударилась о ствол соседнего дерева.

– Вот чертовы уроды, – выплюнул он.

В его голубых глазах горело столько ярости, сколько я не видела за последние недели.

Мой собственный гнев на хранителей сжигал меня изнутри, но печаль душила куда сильнее.

– Должно быть, это заняло много времени.

– Да.

Гриффин снова сглотнул, и его взгляд стал еще более затуманенным, чем обычно. Как будто он полностью ушел в себя.

– Они должны были максимально тщательно проработать все возможные эмоции и уничтожить автоматические реакции. У меня полностью пропало чувство времени. И в тот момент, и в дальнейшем. Кажется, это длилось больше года.

Больше года постоянных мучений из-за каждой пробудившейся в нем эмоции. Мне на глаза навернулись слезы.

– Я все еще не понимаю, зачем они вообще это делали, – хрипло сказала я.

– Чтобы мои собственные эмоции не спутывались с теми, которые я читаю у других людей. И чтобы на меня не повлияло то, что я прочел.

Джейкоб нахмурился.

– И твои чувства просто исчезли? Ты не можешь их вернуть?

Гриффин неловко пожал плечами.

– Я даже не уверен, что знаю, как это можно сделать. Под конец я уже забыл, каково это – чувствовать что-то. – Он сделал паузу. – И к тому времени… Я вроде как начал думать, что, может быть, они были правы. Может быть, все это к лучшему.

– Что? – пробормотал Зиан. – Как то, что тебя пытали, могло быть к лучшему?

Я почувствовала, как Гриффин переступил с ноги на ногу, собираясь с духом. Моего носа достигла новая порция нервных феромонов.

Он сжал челюсти, а затем с явным усилием поднял глаза на нас.

– Они поймали нас именно из-за того, что я не мог контролировать свои эмоции. Тогда, в первый раз. Я выдал, что мы собираемся сбежать.

Андреас нахмурился.

– О чем ты? – спросила я.

В голосе Гриффина появились хриплые нотки.

– Хранители показали мне запись с камер наблюдения, когда об этом рассказывали. Все случилось за день до того, как мы собирались совершить побег. Прямо перед тем, как мы вернулись в наши комнаты. Должно быть, я думал о побеге и на мгновение всем вам улыбнулся. Так радостно, что они не могли этого не заметить.

Я покачала головой.

– Одно мгновение не могло все изменить.

Гриффин опустил голову.

– Они сказали, что и так уже подозревали, будто мы что-то замышляем. Думаю, как бы мы ни старались, нам не удалось полностью скрыть наши перешептывания. Но они не думали, что мы готовы что-то предпринять, пока не увидели это. Наверное, обычно я выглядел грустным, когда нам приходило время расставаться.

Его свободная рука сжалась в кулак, и затем он поднял подбородок.

– Простите. Мне так чертовски жаль. Я даже не могу… Не могу почувствовать, как мне жаль. Но я все испортил, и все не пошло бы настолько плохо, если бы мои эмоции не были так заметны и…

Я больше не могла сдерживать слезы и, рыдая, заключила Гриффина в крепкие объятия. Он наклонил голову, и его подбородок коснулся моей щеки.

– Скорее всего, они лгали, – сказала я дрожащим от слез и ярости голосом. – Они не могли убедиться в этом только потому, что ты улыбнулся. И даже будь это так, ты не виноват. Ты не мог не быть счастлив.

– Они сделали так, что теперь – не могу. Я не могу быть ни счастливым, ни грустным, ни злым. Вообще никаким.

– И это не лучше. Это не ты. Если мы не могли сбежать так, чтобы ты не пострадал, значит, было неподходящее время для побега. Проблема не в тебе.

Андреас прочистил горло, и его голос прозвучал довольно сдавленно:

– На случай, если это не очевидно, мы все согласны с Ривой. Я бы никогда не стал тебя винить, Гриффин.

Зиан шаркнул ногой по неровной земле.

– Прости, что так резко с тобой обошелся. Я не понимал…

– Всё в порядке.

Отстранившись на несколько дюймов, Гриффин положил руки мне на предплечья.

– Я не был уверен, стоит ли об этом говорить… Потому что хотел, чтобы вы простили меня потому, что я загладил свою вину, а не потому, что сожалеете о случившемся со мной в прошлом.

Глаза Джейкоба всё еще горели яростью, но вряд ли эта ярость теперь была направлена на его брата.

– Мы можем это исправить?

Он бросил взгляд на Дома.

– Ты можешь вылечить то, что они в нем сломали?

Осторожно протянув щупальце к локтю Гриффина, Доминик замер.

– Я не вижу никаких физических повреждений. Это не похоже на обычную травму.

Я сжала руки Гриффина так же крепко, как он сжимал мои.

– Ты сказал, что снова начинаешь что-то чувствовать.

Глядя на меня сверху вниз, он кивнул.

– Чем больше я нахожусь рядом с тобой, тем больше ко мне возвращаются чувства. По прошествии стольких лет это… немного тревожит, и я все еще пытаюсь разобраться во всех своих ощущениях. Но, думаю, это лучше, чем оставаться в оцепенении.

Вполне логично, что для этого потребовалось сближение наших теневых эссенций. Когда я находилась в физической близости с пятью этими мужчинами, то моя кровь начинала бурлить так сильно, как не бывало при других обстоятельствах.

Хранители никак не смогли бы вызвать в нем это чувство, а значит, и искоренить его.

При мысли о пытках, которым они его подвергли, у меня внутри все перевернулось.

– Чувства, которые возвращаются… Они вызывают ту боль, через которую хранители заставили тебя пройти?

Должно быть, у него внутри царил полный хаос.

Гриффин умудрился одарить меня улыбкой, которая получилась лишь слегка натянутой.

– Это одна из вещей, с которыми мне нужно разобраться. Но я обязательно сделаю это, и все наладится. Ты очень мне помогла. Не расстраивайся из-за этого. Я хочу все то, что ты готова предложить.

Его голос звучал так уверенно, что мне хватило секунды, чтобы поддаться порыву, который охватил меня из-за его слов. Встав на цыпочки, я прижалась губами к его губам.

Когда он поцеловал меня в ответ, одна из его рук переместилась мне на затылок. Прикосновение его пальцев к коже пробудило во мне целый ряд эмоций, но было не самое подходящее время им предаваться.

Когда мы отстранились друг от друга, на лицах других парней я не заметила ни намека на неодобрение.

Джейкоб, переминавшийся с ноги на ногу, сделал шаг навстречу брату. Когда Гриффин повернулся к нему, он заключил его в объятия.

– Я должен был быть там, – пробормотал он. – Я бы сделал все, что мог, чтобы их остановить.

Гриффин крепко обнял его в ответ.

– Я знаю, что ты бы так и поступил. Я чувствую, как ты из-за этого злишься. Я не виню тебя за то, что поначалу ты сердился на меня, Джейк. Я это заслужил.

– Черт, нет, это они заслужили.

– Они давно позади. Я даже не знаю, работают ли они по-прежнему в Опекунстве. Клэнси сказал мне, что то, что они сделали, было варварством.

Нахмурившись, Гриффин отстранился от брата.

– Но возможно, он сказал это только для того, чтобы втереться мне в доверие.

– Это не имеет значения, – сказала я. – Теперь у нас есть масса других причин не доверять ему. И мы больше не собираемся иметь с ним ничего общего. Нужно лишь освободить других тенекровных.

Протянув руку, Зиан сжал плечо Гриффина.

– Спасибо, что рассказал нам все, хотя я в некотором роде вынудил тебя это сделать. Думаю, нам пора возвращаться… и объяснить, почему у нас с собой нет воды.

Андреас пренебрежительно махнул рукой.

– Скажем, что ручей выглядел слишком грязным, чтобы рисковать. Все просто.

Возможно, мне и хотелось бы пополнить наш запас воды, но, когда мы вышли обратно на тропинку, настроение все равно улучшилось. Тлеющее напряжение между всеми моими парнями растаяло, и теперь мы чувствовали себя почти такими же дружными, как в те времена, когда были подростками.

Мы присоединились к младшим тенекровным как раз вовремя, чтобы увидеть, как сквозь деревья с другой стороны к группе пробиралась Селин.

Гриффин бросил на нее многозначительный взгляд, который я не совсем поняла.

– Куда ты ходила одна?

Засмеявшись, она одернула свою одежду.

– Мне нужно было сходить в дамскую комнату.

Гриффин все еще казался задумчивым, но, обведя взглядом всю группу, сильно нахмурился.

– Где Луа? Моя кошка?

Букер, Надя и Девон, которые сбились в кучку чуть дальше по тропинке, оглянулись на нас. Их лица выглядели виноватыми.

– Извини, – сказала Надя, опустив плечи. – Она гуляла с нами, все тут обнюхивала, а потом вдруг испугалась. Шерсть встала дыбом, она на нас зашипела и убежала в том направлении.

– Это было всего пару минут назад, – добавил Букер. – Может быть, она увидела или унюхала что-то странное, что немного ее напугало. Она вернется, когда поймет, что проблемы нет.

Зиан резко повернул голову в ответ на звук, которого я не могла услышать.

– Если только проблемы и правда нет. Всем оставаться на своих местах.

Мы все застыли, наши голоса растворились во влажном воздухе. Мое сердце колотилось так громко, что я едва слышала щебетание птиц над головой.

Вдруг я заметила между деревьев какое-то движение. Полосатое мускулистое существо кралось по джунглям в нескольких футах от тропинки.

У нас все еще был компаньон из семейства кошачьих, только не маленькая домашняя кошка Гриффина. Неудивительно, что Луа запаниковала.

Я посмотрела на ребят, не зная, что делать. Как нам было вести себя с вышедшим на охоту тигром?

Я не хотела рисковать, выводя его из себя и провоцируя на нападение.

– Двигайтесь медленно и спокойно, – сказал Доминик. – Держитесь поближе друг к другу и…

– Что там? – с дрожью в голове прервала его девочка, которая прокладывала нам дорогу.

Ее взгляд нервно бегал по джунглям. Тихо вскрикнув, она побежала дальше по тропинке.

От ее страха как будто загорелся фитиль, и младшие тенекровные, Аякс, Девон, Джордж и еще пара человек, бросились за ней. Джордж то появлялся, то исчезал из виду через каждые несколько шагов. Но, очевидно, им не стоило этого делать.

По земле застучали лапы. Тигр понесся через джунгли прямо к убегающим детям.

– Нет! – вскрикнула я и бросилась за ними.

Гигантская кошка выскочила на расчищенную тропинку и оказалась прямо за детьми. Прежде чем я успела хоть что-то обдумать, у меня из горла вырвался вопль.

Тело тигра сжалось. Сила, исходящая из моих легких, проникала в каждый нерв и косточку его огромного тела.

Прежде мне приходилось уничтожать теневых, «монстров». Смертные существа из джунглей – это ерунда.

В моем теле пульсировала энергия, крик становился все громче. Этот зверь собирался причинить вред детям – детям, которых я поклялась защищать.

Я не могла позволить ему получить такой шанс.

Лапы тигра в агонии подогнулись.

Его хвост надломился. Спина выгнулась. Челюсть открылась и раздвинулась в разные стороны.

Треск его черепа отозвался в моих венах приливом силы. В этот момент я чувствовала себя так, словно только что проснулась после долгого сна, с запасом бодрости на весь день вперед.

Обмякшее и изуродованное, мохнатое существо осело посреди тропинки.

Сбившись в кучу, юные тенекровные смотрели то на тигра, то на меня. Чувствуя, как у меня сжался желудок, я оглянулась назад и увидела такое же потрясение на лицах подростков постарше.

У них было некоторое представление о том, на что я способна, но они никогда раньше не видели полное проявление моей силы.

Они никогда не видели, до какой степени она жестока… Или того, какое удовольствие я получала от страданий, даже если мне этого не хотелось.

Их способности были совсем другими. Они не могли быть готовы к увиденному.

Джейкоб положил руку мне на спину и повысил голос:

– Ты подоспела как раз вовремя, Рива. Эта тварь убила бы их всех, если бы ты не среагировала так быстро.

Его стальной взгляд бросал вызов любому, кто осмелился бы пожаловаться на мои методы.

– Давайте соберем наши вещи и двинемся в путь, – добавил Андреас, стараясь сохранять как можно более теплый тон. – У нас было достаточно времени на отдых.

И не хотелось бы, чтобы дети проводили у изуродованного тела тигра больше времени, чем это необходимо.

Расправив плечи, Аякс встретился со мной взглядом.

– Спасибо, Рива.

Девочка, которая побежала первой, неуверенно кивнула, хотя и цеплялась за руку Джорджа.

– Спасибо.

Но когда мы обогнули искореженное тело тигра, нашу группу, казалось, окутал мрак, который не могло рассеять даже сияние послеполуденного солнца.

Глава 25
Рива

Наша следопыт, – которую, как мы узнали, звали Линдси, – резко подняла голову. Вокруг нас сгущалась ночная тьма.

– Я это чувствую. Прямо впереди земля снова уходит вниз, и так будет долго. Это не какая-то яма.

За последний час она уже пару раз вселяла в нас надежду, но в итоге мы каждый раз видели перед собой яму. На этот раз ее голос звучал намного увереннее, чем раньше.

Заметив в темноте скептические взгляды парочки младших тенекровных, она вздернула подбородок.

– Теперь все отчетливее, чем в прошлый раз. И мы уже должны были подняться почти на самую высокую точку, верно?

Надя подавила зевоту.

– Я очень на это надеюсь.

Зиан и Линдси шагали во главе группы. Андреас прошел назад вдоль шеренги, где мы с Джейкобом, как обычно, замыкали шествие.

Окинув взглядом пеструю процессию, Дрей полушепотом обратился к нам:

– Я думаю, что если на этот раз мы снова не окажемся на вершине, то все равно стоит разбить лагерь. Все изрядно устали.

Я поджала губы.

– Это да.

Около часа назад мы сделали еще один короткий перерыв, после того как Линдси пришлось увести нас со звериной тропы, которая вела вдоль склона, на дорогу, уходящую вверх. В тот момент Доминику пришлось уничтожить по меньшей мере полдюжины веток, чтобы залечить всем мозоли.

Мои плечи ныли под лямками рюкзака, но боль казалась слабой по сравнению с острым ощущением в груди, которое не имело ничего общего с напряжением из-за продолжающегося похода.

Мы выпили весь сок, и у нас заканчивалась вода. Большую часть дня небо было затянуто облаками, но они рассеялись до того, как пошел дождь.

Теперь я бы предпочла, чтобы мы вымокли до нитки, лишь бы набрать хоть немного воды.

И, конечно, из головы не выходило то, с каким потрясением на меня смотрели дети после происшествия с тигром.

Джейкоб нахмурился.

– Детям будет легче прерваться на отдых, если они будут знать, что цель близка.

Я старалась не обращать внимания на беспокойство о том, что нашей цели могло быть все еще не видно. Что, поднявшись на вершину этого холма, мы могли не увидеть впереди ничего, кроме джунглей.

И что тогда?

– Если мы доведем их до полного изнеможения, – пробормотал Андреас, – это только…

Его оборвал восторженный крик Зиана, за которым последовал радостный визг Линдси.

– Вы должны это увидеть, – крикнул он нам.

Затаив дыхание, мы все устремились вперед. Младшие тенекровные начали болтать без умолку. Мой пульс подскочил: отчасти дело было в предвкушении, которое уже витало в воздухе.

Зиан и Линдси, которые остановились впереди, отодвинулись вбок от тропинки, чтобы дать нам возможность приблизиться. И, какой бы густой мрак меня ни окутывал, вздохи и восклицания наших младших товарищей тут же его рассеяли.

Когда мы втроем поднялись вслед за ними, на мгновение у меня перехватило дыхание.

Большая часть пейзажа под нами была окутана той же тьмой, что и тенистые джунгли вокруг, но ночное небо пронзал свет от широкого круга ярких огней. В темноте я не могла оценить расстояние, но перед нами определенно раскинулся большой, оживленный город.

Так или иначе мы сможем раздобыть еду и воду. У нас будет доступ к транспорту и телефонам.

Худшая часть похода почти позади.

Дети издавали тихие радостные возгласы и с облегчением бросались друг другу в объятия. Андреас мне улыбнулся.

– Похоже, мне все-таки не о чем было беспокоиться. Надо решить, где лучше устроиться на ночь и кто будет дежурить первым.

– Я пойду первой, – автоматически предложила я. – Я все равно слишком взвинчена, чтобы сразу заснуть.

Джейкоб кивнул.

– Тогда я с тобой. Мы возьмем с собой кого-нибудь из подростков постарше, этого должно хватить.

Обустройство лагеря – это хаотичный процесс. Мы раздали еще немного еды из наших запасов и позаботились, чтобы у каждого из детей был достаточно удобный участок земли, на котором можно было бы свернуться калачиком.

Мы захватили из отеля несколько простыней, но что-нибудь теплое, например обычное одеяло, было бы слишком тяжелым грузом. Часть простыней дети свернули в тонкие подушки, а остальным накрылись.

В джунглях вряд ли получится соорудить уютную постель. Я знала это по первой ночи.

Но все старались устроиться максимально удобно, и никто не жаловался. Наверное, они уже мечтали о том, что к концу завтрашнего дня снова окажутся в настоящих кроватях.

Я выбрала себе место на пеньке, откуда открывался вид на другую сторону холма и город внизу. Джейкоб все еще бродил по периметру нашего лагеря, высматривая угрозы, но я знала, что как только он закончит, то будет держаться поближе ко мне.

Услышав шорох веток, я повернула голову и увидела, как ко мне приближается Надя. От ее высокой фигуры исходило слабое свечение, озаряя ей путь.

– Привет, – сказала я, внезапно замявшись.

Надя, наверное, была моей самой близкой подругой среди младших тенекровных, но я понятия не имела, что она теперь обо мне думает.

– Ты хочешь дежурить первой?

Она потерла подбородок.

– Да, я присмотрю за тем, что происходит на другом конце лагеря, как только все устроятся. Я просто хотела сначала немного осмотреть город.

Я не могла сдержать улыбку.

– Конечно. Я понимаю. Если ты хочешь остаться сторожить здесь, я могу быть на другой стороне и…

Надя прервала меня, покачав головой:

– Нет. Я буду слишком отвлекаться, если передо мной все время будет этот вид. Но… спасибо тебе.

Ее голос тоже звучал немного неуверенно. Я молчала и просто смотрела вместе с ней на темный пейзаж, пытаясь наметить путь, по которому мы пойдем. Хотя едва ли это было возможно, учитывая, что я даже не различала деревья.

Через минуту или две Надя громко вздохнула.

– Другие Первые… У вас у всех есть способности вроде той, которую ты использовала против тигра? Я имею в виду, настолько же сильные?

О, конечно. Неудивительно, что этот вопрос вертелся у нее в голове. Она никогда не видела, чтобы кто-то из ее товарищей вытворял что-то подобное.

– У всех нас разные способности, – осторожно сказала я. – Но все они довольно сильные. Это единственная причина, по которой мы смогли сбежать… и раньше, и сейчас. По сути, Джейкобу пришлось устроить целое землетрясение, чтобы нас вытащить.

– Вау.

Надя еще несколько мгновений смотрела на огни города, а затем перевела взгляд на меня.

– Никто из нас на такое не способен. По крайней мере, я никогда не встречала ни одного тенекровного моего возраста или младше, кто мог бы даже приблизиться к такому уровню.

Она не задала вопрос напрямую, но он читался между строк. Я прокрутила свой ответ в голове, размышляя, как много стоит ей рассказать.

Но девушка заслуживала правду так же, как и мы, не так ли?

Я проглотила свои сомнения.

– Когда мы сбежали в первый раз, то разыскали одну из основательниц Опекунства – женщину, которая работала с родителями Клэнси. Именно она придумала процесс слияния людей с теми, кого они считают монстрами. Эта женщина рассказала нам, что когда мы – самые первые – были совсем маленькими и та увидела, как мы развиваемся, то решила, что совершила ошибку. Она хотела нашей смерти.

Брови Нади взлетели вверх.

– Но они продолжали делать больше таких, как мы.

– Похоже, что другие основатели и те, кто к тому времени контролировал компанию, были с ней не согласны. Они все больше и больше отстраняли ее от дел.

Я наклонила голову, думая о ноутбуке, который мы украли из ее дома в канадской глуши. Наверное, он все еще находился у Роллика вместе с остальными нашими старыми вещами. Ну… либо в мусорном ведре, если он не позаботился сохранить наши рюкзаки.

– Мы нашли несколько ее рабочих записей, – продолжила я. – Многого мы так и не поняли, но, судя по всему, когда другие хранители вынудили ее раскрыть детали процесса, она выдала им не все. Возможно, надеялась, что это вообще не сработает. Но в конце концов все привело к тому, что у более поздних тенекровных, созданных ими, оказалось меньше «чудовищных» штучек, которые хранители могли бы использовать.

Надя резко выдохнула, и, к моему удивлению, сухо усмехнулась.

– Ну, это отстой.

Теперь настала моя очередь удивленно приподнять брови.

– Ты бы хотела иметь больше сил?

– Конечно.

Она провела руками по своим густым черным волосам, ероша короткие пряди.

– Сейчас я могу только немного засветиться. Если бы я могла взорвать целую световую бомбу или что-то в этом роде… Нам было бы намного легче не попасть в руки хранителям, не так ли?

Почему-то мне и в голову не приходило, что Надя может испытывать подобные чувства.

– Это не всегда здорово, – заметила я. – Мне на самом деле не нравится то, что я делаю. Даже если это нам помогает.

– Но если бы ты могла выбирать, то не отказалась бы от силы, верно?

Я открыла рот и тут же закрыла его снова.

Было время, когда я надеялась, что настоящие монстры, теневые, смогут рассказать нам, как избавиться от наших чудовищных сил. Это было до того, как я узнала о младших тенекровных, которым нужно помочь сбежать.

До того как я осознала, насколько далеко простирается влияние Опекунства.

– Нет, – признала я. – Не сейчас, пока эти силы все еще могут нам понадобиться.

Размеренный голос Аякса, раздавшийся за нашими спинами, заставил меня вздрогнуть.

– Хотел бы я более глубоко читать мысли людей. Даже если из-за этого мне пришлось бы увидеть что-то ужасное.

Он стоял всего в нескольких шагах от нас. Я мысленно отругала себя за то, что так увлеклась разговором, что не услышала, как парень подошел. Хотя Аякс наверняка был обучен тем же «обычным» навыкам, что и все мы – например, скрытности. Так что, возможно, не стоило сильно себя корить.

Похоже, я все-таки не напугала младших тенекровных. По крайней мере, не всех.

– Возможно, вы еще станете сильнее, – сказала я, переводя взгляд с него на Надю. – Со временем у нас шестерых способности расширились, особенно когда мы окончательно повзрослели. Еще несколько месяцев назад я и не подозревала, что могу так кричать.

Надя заметно оживилась. Она потирала руки с лукавой ухмылкой.

– Возможно, мы найдем способ развить наши способности, когда сами будем решать, как нам тренироваться.

Я допускала, что это возможно, хотя больше склонялась к тому, что хранители уже вытянули из младших тенекровных всё, что могли. Мне показалось, будет лучше пока оставить эту мысль при себе.

– Время покажет.

Аякс зевнул и отошел в сторону. Бросив на город последний тоскующий взгляд, Надя сделала то же самое.

Когда они скрылись в джунглях, ко мне присоединился Джейкоб. Он положил руку мне на затылок, и даже после всего, через что мы прошли, в этом жесте сквозила неуверенность. Но, когда я прижалась к нему в ответ, она прошла.

– С ними все будет в порядке, – сказал он. – И у нас все будет хорошо. Потому что ты об этом позаботишься.

Я не знала, что ответить. Думала ли я так же?

Но, глядя на сияние города, который мы с таким трудом отыскали, поверить в это становилось немного легче, чем раньше.

Я проснулась на своем неровном ложе из земли и опавших листьев от жалобного мяуканья, доносящегося из подлеска.

Когда я поднялась на ноги, Гриффин уже продирался сквозь ближайшие кусты.

– Луа?

Кошка снова мяукнула, и мгновение спустя он повернулся, держа свою любимицу на руках. Ее белая шерстка была вся перепачкана, но она прижималась к его груди с мурлыканьем, которое я слышала за пять футов.

Гриффин ей улыбнулся, и на его лице отразилась такая нежность, что у меня участился пульс. Он действительно постепенно возвращался к нам, точно так же, как Луа нашла способ вернуться к нему.

Наши теневые собратья просыпались по всему лагерю. Доминик подошел к Гриффину, расправляя за спиной щупальца.

– Хочешь, я ее осмотрю? Вдруг у нее есть какие-нибудь царапины или растяжения, которые не видны невооруженным глазом?

Гриффин колебался – то ли потому, что пока не хотел отпускать ее из объятий, то ли потому, что осознавал, как дорого обходится Дому лечение. Возможно, и то и другое.

Затем он сделал шаг к Доминику.

– Да, это было бы здорово.

Я встала, собрала свои скудные пожитки и крикнула достаточно громко, чтобы все меня услышали:

– Давайте быстро позавтракаем и двинемся в путь. Мы почти на месте!

После моего напоминания раздался оживленный ропот. Я пробралась между деревьями обратно на нашу узкую тропинку и снова посмотрела вниз со склона холма.

При дневном свете город не так сильно выделялся среди зелени джунглей. Но он все еще был там – сероватое пятно, которое теперь, когда я могла разглядеть здания, казалось еще ближе.

Судя по всему, через лес, параллельно холмам, проходило шоссе. Если мы доберемся до него, дорога до города станет еще проще.

С легким сердцем я повернула обратно к лагерю и замерла от ритмичного жужжания, которое в тот же миг достигло моих ушей.

Зиан, стоявший ниже по тропинке, уже застыл. Повернувшись, он нахмурился.

– Это звучит как…

Из-за одной из самых высоких вершин неподалеку появился большой военный вертолет. Судя по нарастающей какофонии звуков, он был не один.

– Тенекровные, – раздался голос из громкоговорителя. – Оставайтесь на месте и приготовьтесь к тому, что вас заберут.

– Что за хрень? – спросил Букер, глядя на быстро приближающийся вертолет.

Гриффин резко обернулся, все еще сжимая Луа в объятиях. Его взгляд остановился на Селин.

– Ты, – сказал он спокойным и уверенным, но немного дрожащим голосом. – Ты каким-то образом подала им сигнал. Ты счастлива, что они здесь.

У меня внутри все сжалось. Гриффин же с самого начала странно смотрел на Селин, задавал ей вопросы?

Может быть, что-то в ее эмоциях вызвало у него подозрения? Думаю, до сих пор он не был достаточно в этом уверен, чтобы рассказать остальным.

Сжав руки в кулаки, Селин смотрела на него в ответ. Ее обычная солнечная улыбка сменилась плотно сжатыми губами.

– Чем это лучше того, что было у нас раньше? – воскликнула она, яростно жестикулируя в сторону окружающих нас джунглей. Селин ткнула в меня пальцем. – Она хочет вернуть нас к гребаным монстрам, как делала это раньше. Я видела, на что способны эти твари.

Меня тошнило все сильнее.

– Я бы не стала… Я просто рассматривала эту возможность. И мы были бы осторожны.

Глядя на меня, Селин прищурилась.