Текст книги "Украденная судьба"

Автор книги: Ева Чейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 31
Рива

Ветер швырял песок нам в лицо. От резкого запаха дыма и железа у меня защипало в носу и начало казаться, что рот наполнился вкусом крови.

Прячась за чахлым кустарником, я посмотрела вниз, на подножие пологого склона, где располагалась деревня с домами из глиняного кирпича. На рассветном небе тени вытягивались в длинные линии.

Мое сердце бешено колотилось.

Повстанцы дали правительству страны, в которую мы прибыли – что бы это ни была за страна, – срок двенадцать часов, чтобы выполнить их требования, прежде чем они вырежут всех жителей. Клэнси потребовалось одиннадцать часов, чтобы окончательно продумать свой план, перевезти нас сюда и попросить невидимого Андреаса провести предварительную разведку.

У нас остался только один час, чтобы спасти людей, которые, съежившись от страха, сидели на широком дворе на краю деревни.

Тех, кого еще можно было спасти. Нескольких террористы уже убили – то ли потому, что эти мирные жители сопротивлялись, то ли просто для того, чтобы показать, насколько серьезны их намерения.

Тела двух мужчин и женщины лежали, распластавшись, на краю двора, и на земле под их телами виднелись темные пятна.

Я с трудом сглотнула, чтобы избавиться от неприятного привкуса во рту, но это его лишь усилило.

Мне не хотелось здесь находиться. Я не хотела выполнять миссию Клэнси или зарабатывать ему деньги и славу.

Но там, внизу, сбились в кучку не меньше сотни невинных людей, многие из которых были детьми или стариками. Без помощи у них не оставалось шанса на спасение. И я не хотела, чтобы все они погибли, в то время как у меня была возможность их спасти.

Это и было самое худшее в той ситуации, в которую мы попали. Если бы Клэнси искренне, по доброте душевной хотел помогать людям, в том числе и нам, тенекровным, – я, возможно, была бы не против продолжить ту жизнь, которую он для нас устроил.

Если бы я действительно могла стать супергероиней, бросившейся спасать мир с помощью сил, которые теперь казались бы мне скорее впечатляющими, чем чудовищными… Отказалась бы я от такой возможности ради собственной свободы?

Нет, я так не думала. Нет, если бы у нас действительно был выбор и при желании мы могли бы выбрать свободу.

И Клэнси это знал. Вот почему он обратился к нам с таким предложением и вот почему сначала я не выступила против.

Мужчина манипулировал нашими эмоциями так же ловко, как мог бы Гриффин, но делал это по-своему. Даже сейчас он устроил все так, что любая наша попытка жить собственной жизнью приведет к чьей-то смерти.

Я не монстр. Хотя не верила, что Клэнси когда-нибудь поставит справедливость выше своих личных интересов, и хотя после сегодняшнего я не собиралась возвращаться на остров, я все равно собиралась сделать все, что в моих силах, чтобы каждый из пленников пережил этот день.

То, что произойдет потом, будет на совести Клэнси, а не на моей. Он срежиссировал пьесу, а мы просто работаем со сценариями, которые нам дали.

Пока что я увидела четырнадцать повстанцев – это больше половины из тех, кого Андреас выследил во время своей разведки. Девять человек, окружавших группу заложников, прогуливались туда-сюда с винтовками наперевес. Остальные пятеро рыскали по деревне.

Мне не нужна была чуткость Гриффина, чтобы отметить настороженность в их позах. Они прекрасно понимали, что правительство, с которым они вели переговоры, скорее убьет их, чем уступит требованиям.

Но они даже представить себе не могли, какие ресурсы правительство смогло задействовать на этот раз.

Они и близко не были готовы иметь с дело нами.

– Я вижу, что все восемь человек, о которых предупредил Андреас, по-прежнему находятся в высоких зданиях вокруг двора, – сказал Зиан, который прятался за кустами вместе со мной. – Двое переместились в другие комнаты, но в остальном ничего не изменилось. Если в деревне и есть кто-то еще, то они слишком далеко, чтобы я мог разглядеть.

Джейкоб, который сидел с другой стороны, хрипло выдохнул.

– Дрей обыскал всю деревню. Он бы заметил, если бы их было больше. Я бы беспокоился только о том, что мы не сможем отыскать всех тех, кого он увидел.

Джейк поднял голову, чтобы осмотреть местность вдоль склона, спускающегося к ближайшим зданиям и внутреннему двору.

– Нам следует начать с тех уродов в зданиях. Я могу обезвредить их на расстоянии, если буду знать, где они находятся. Остальные не заметят, что что-то случилось.

Я мрачно улыбнулась.

– Чем больше из них мы сможем уничтожить прежде, чем они перейдут к обороне, тем лучше.

Главным ключом к нашей победе должен был стать мой крик, но как только вопль вырвется из легких, он станет предупредительным боевым кличем. К тому же я не знала, смогу ли прицелиться в фигуры, которых даже не видела, и при этом держать свою жажду страданий под контролем, чтобы не поймать в сети кого-нибудь из гражданских.

По загону, расположенному сразу за внутренним двором, бродило небольшое стадо овец. Одна из них толкнула обветшалые доски забора с решительным блеянием, которое оказалось достаточно громким, чтобы достичь наших ушей.

Ближайший боевик развернулся и нажал на спусковой крючок.

В воздухе раздался грохот выстрела, и я вздрогнула. Овца с глухим стуком упала набок.

Гриффин, расположившийся позади меня, прерывисто вздохнул, и моего носа достиг запах его нервных феромонов.

Раньше он никогда не оказывался в подобных битвах. Никогда не видел насилие воочию.

Тем не менее его голос прозвучал достаточно уверенно:

– Я постараюсь успокоить нападавших, насколько это возможно. Если вы считаете, что лучше внушить им какую-то другую эмоцию, скажите.

Джейкоб посмотрел на Гриффина и кивнул. Каждый раз, когда он общался со своим братом, в его позе все еще чувствовалась некоторая напряженность. Но даже когда мы разговаривали отдельно от Гриффина, он не выразил ни малейшего сомнения в том, на чьей стороне был его близнец.

В тот день в джунглях они обрели некое понимание. Джейк, вероятно, распознал трюк Гриффина с Селин яснее, чем кто-либо из нас.

Теперь все снова было так, как раньше. Ну или, по крайней мере, максимально близко к тем временам – не все раны еще залечились до конца, а Андреас и Доминик оказались отдельно от нас, потому что им пришлось вернуться на временную базу Клэнси, где он собирался заставить их заплатить за любые наши оплошности. Но мы стали той семьей, которой и должны были быть.

И теперь нас было больше, чем шестеро.

Я бросила взгляд чуть в сторону, где сидели на корточках четверо младших тенекровных, которых Клэнси отправил с нами. Он выбрал тех немногих, кто, по его мнению, мог оказаться полезен в этой миссии.

Линдси могла использовать свои земляные способности, чтобы расшатывать почву под ногами наших врагов, выводя их из равновесия.

Присоединившийся к нам подросток постарше, парень по имени Салли, мог создавать отвлекающие иллюзии. Меня не покидало чувство, что мы впятером уже однажды столкнулись с его способностями, когда были в бегах, а хранители пытались снова нас поймать.

Джордж мог перепрыгивать не только на короткие расстояния, но и проникать сквозь стены. Это могло пригодиться на случай, если Зиан заметит в одном из зданий что-то, что потребуется быстро захватить.

А если все остальное не поможет, Тиган могла атаковать любого из нападавших ядовитым дымом, который выдыхала из своих легких.

Но то, что они были здесь, означало, что нам требовалось присматривать за большим количеством людей и обеспечивать всем им защиту. Я не могла отделаться от мысли, что Клэнси включил детей в список не только из-за того, что верил в эффективность их способностей, но и для того, чтобы убедиться, что мы приложим все усилия для успешного выполнения этой миссии.

Он следил за нами с помощью браслетов на наших лодыжках, которые, как мы знали из прошлого опыта, записывали не только физиологические данные, но и голоса. Так что следовало следить за тем, что мы говорили.

Я поймала взгляды трех парней вокруг меня.

– Сегодня мы спасем всех.

Гриффин опустил голову. На его лице появилась решимость, и на мгновение он стал еще больше похож на зеркальное отражение Джейка.

– Всех, – сказал он, обводя быстрым жестом нас четверых и младших тенекровных на другой стороне.

– И расправимся со всеми злодеями, – подтвердил Джейкоб, приподнимая уголок рта в суровой улыбке.

– Как они того заслуживают, – добавил Зиан, обнажая зубы.

Мы все согласились с тем, что после уничтожения террористов обратим наши способности против хранителей, которые мучили нас. К сожалению, до завершения первой части миссии мы не могли точно определить, как это сделать, потому что не знали, с чем придется работать.

Я облизнула губы, пульс участился еще сильнее.

– Ладно. Так что, теперь мы разделяемся? Джейк, ты мог бы пойти с Зианом, чтобы разобраться с людьми в зданиях. Возьмите с собой Джорджа на случай, если понадобится забраться внутрь. Мы с Гриффином, Линдси и Салли пока будем держаться на расстоянии и следить за ситуацией.

Я колебалась при мысли о Тиган. Вдалеке от целей ее способность не принесет никакой пользы, но ведь девочке всего двенадцать.

Мне было все равно, насколько полезной могла оказаться ее сила в случае неприятностей. Клэнси просто безумец, если послал сюда кого-то из самых младших тенекровных, но особенно – ребенка, ведь Тиган могла быть полезна только в том случае, если окажется в пределах досягаемости убийцы.

– Она пойдет с нами, – твердо сказал Джейкоб. – Мы с Зи позаботимся о том, чтобы с ней ничего не случилось.

Почему-то я испытывала облегчение от того, что хотя бы одно решение зависело не от меня.

Мы подбежали к младшим тенекровным и шепотом рассказали о плане. На лице Салли читалась твердая решимость человека, который раньше бывал в битве, но младшие дети по понятным причинам нервничали.

– Держитесь поближе к нам и ничего не предпринимайте, пока мы с Гриффином не скажем, – пробормотала я. – Если все пойдет так, как мы надеемся, вам, возможно, вообще не придется вмешиваться.

Линдси сжала кулаки.

– Я хочу помочь, если смогу.

Но она по-прежнему выглядела испуганной.

Я сжала ее плечо.

– Я знаю. Пойдем, у нас осталось не так уж много времени.

Мы поползли обратно к вершине холма, где разделились на две группы. Пока я наблюдала, как Джейкоб и Зиан от нас отдалялись, мое сердце замерло. Но независимо от того, видела Джейкоба или нет, я точно чувствовала, где он находится.

Мы сможем со всем этим справиться. Сможем спасти заложников, для чего и предназначалась эта миссия, а потом усыпить бдительность Клэнси и нанести удар по нему самому.

Редкие кустарники и искривленные деревья вполне могли служить нам укрытием и позволить незаметно спуститься до половины склона, держась поближе к земле. Мы передвигались короткими перебежками. Гриффин махал рукой, когда никто из мужчин не смотрел в нашу сторону, он чувствовал, что их настороженность ослабевала, и поднимал руку, чтобы остановить нас, когда те начинали поворачиваться.

Гриффин сканировал эмоции всех, кто находился поблизости, включая повстанцев, которые засели в двухэтажных зданиях, откуда наблюдали за деревней и окрестностями. Через несколько минут Гриффин остановился и показал мне указательный палец.

Джейкоб уложил одного. Осталось еще семеро.

Джейку приходилось нелегко. Он должен был точно определить, где находятся его цели, и действовать так, чтобы они раньше времени не заподозрили что-то неладное.

Но, чтобы осматривать округу, они должны были держаться у окон, так, чтобы Джейк мог их видеть.

Мы уселись на корточках на новой позиции, расположенной так близко к загону для овец, что воздух здесь пропитался резким запахом навоза. Гриффин снова и снова поднимал руку.

Двое. Трое. Четверо.

Я изучала людей, стоящих вокруг жителей деревни. Ни один из них не выражал беспокойства.

Патрулируя, один из повстанцев прошел всего в двадцати футах от того места, где мы сидели, прижавшись к земле. Линдси возле меня задрожала.

Я решила, что смогу направить свой крик одновременно и на тех, кто окружил заложников, и на тех пятерых, кто патрулировал окраины, при этом не теряя над собой контроля. Они находились достаточно далеко от захваченных ими жителей, так что различить их не составит особого труда.

Но было бы лучше, если бы сначала с несколькими из них разобрались Джейкоб и Зиан.

Гриффин показал, что покончено с пятью, а потом и с шестью. Опустив руки, он взял палку и нарисовал на земле букву Z и одну линию.

Мы не хотели рисковать, поэтому не разговаривали, но я все поняла. Зи разделался с одним из патрульных.

Еще двое остались в расположенных вокруг двора зданиях, четверо – в деревне, и девять по-прежнему окружали жителей. Мы стремительно приближались к цели, и никто до сих пор не поднял тревогу.

Из группы заложников раздался шепот. Некоторые из них, ближе к краю толпы, начали двигаться.

Голоса, которые доносились до моих ушей, казалось, тихо спорили. Я напряглась, заметив женщину, вцепившуюся в руку мужчины рядом с ней.

Кто-то из жителей деревни подумывал о восстании? Неужели они не понимали, что повстанцы просто их пристрелят?

Но местные жители не знали, что мы уже работали над их освобождением. Они могли полагать, что в любом случае будут убиты.

К заложникам приблизились двое террористов. Один из них рявкнул что-то на незнакомом мне языке в сторону источника беспорядков.

Жители деревни замерли, но, как оказалось, поздно. Повстанцы решили пресечь беспорядки еще более жесткими методами, чем я ожидала.

Тот, кто кричал, протянул руку к толпе и вытащил за локоть ребенка – маленького мальчика, которому на вид было не больше пяти или шести лет. Он визжал и что-то лепетал в ужасе, пока женщина – должно быть, мать – пыталась его удержать.

Подняв ребенка за шкирку, боевик направил дуло винтовки прямо ему в лицо.

У меня внутри все перевернулось, и я открыла рот прежде, чем успела подумать. Но Линдси оказалась еще быстрее.

Земля под ногами повстанца резко поднялась вверх. Он споткнулся, теряя равновесие, и ребенок выскользнул у него из рук.

Лицо Гриффина напряглось от сосредоточенности. Очевидно, он пытался обуздать жажду того человека к насилию. Но несколько других мужчин бросились вперед, чтобы поймать ребенка, и один из них в конце концов выхватил из дальнего конца толпы маленькую девочку.

Ее крик пронзил мое сердце. Может, я и не понимала речи боевиков, но резкость их тона ясно давала понять, как решительно они настроены наказать жителей деревни за то, что те посмели даже помыслить о сопротивлении.

И кто знал, чем все кончится, если они начнут стрелять… Может быть, мужчины смогли бы запугать оставшихся жителей деревни, а может быть, только спровоцировали бы восстание, в результате которого погибло бы гораздо больше людей.

Второй мужчина рывком подтянул мальчика к дулу своей винтовки, ребенок завопил, и я больше не смогла сдерживаться. Вся боль, которая накопилась во мне от наблюдения за страданиями этих жителей, сорвалась с моих губ в чудовищном крике.

Вырвавшийся звук разлетелся по окрестностям, поражая мои цели. Голод внутри просыпался и потягивался, готовясь утолить накопленную жажду, но я направила всю свою силу только на девятерых боевиков, стоявших вокруг заложников.

Я не чувствовала дозорных, расхаживающих по деревне, и боялась ослабить хватку даже настолько, чтобы отправиться на их поиски.

Оставалось надеяться, что мои тенекровные собратья сами о них позаботятся.

Моя сила пронзила всех девятерых мужчин и сковала их в своих тисках, но я могла разорвать на части только одного за раз. Я закричала громче, сильнее.

Мои скрытые чувства точно знали, как причинить максимальную боль каждой жертве. Крик пронзал одно тело за другим, ломая кости, разрывая мышцы и органы.

Их агония возвращалась ко мне, наполняя волнующей силой.

Долгое время меня ужасало то удовольствие, которое сопровождало причиняемую боль. Но в этот момент, зная, сколько жизней поставлено на карту, я отдалась ему целиком.

Мне требовалась сила. Требовалась каждая капля могущества, которую я могла получить, чтобы предотвратить массовую резню.

Эти люди убили бы маленьких детей. Чтобы добиться выполнения своих требований, они были готовы убить каждого жителя этой деревни.

Они не заслуживали жизни, которую я из них вырвала.

Из пальцев выскочили когти и впились в сухую землю. Падало одно тело за другим.

Я смутно осознавала, что кто-то кричит, но даже не могла понять, откуда доносился звук, и просто продолжала верить, что с моими друзьями и соратниками все в порядке.

И вот остался только один. Мужчина, который первым вытащил маленького мальчика из толпы, тот, кто споткнулся под воздействием силы Линдси.

Исторгнув из своих легких пронзительный крик, я сломала ему ноги, а затем перерезала сухожилия под коленями и продолжила быстро, но методично разрушать его тело.

И когда сделала последний глоток страданий и боли, жизнь в нем угасла.

Охваченная приливом энергии, я наклонилась вперед, и звук в моем горле затих.

Гриффин коснулся моей спины, помогая успокоиться. В его голосе слышалось облегчение.

– Мы покончили со всеми. Джейк, Зи и остальные поймали часовых прежде, чем они успели кому-то навредить: Салли помог отвлечь их своими иллюзиями. Мы…

– Кто-то идет! – донесся откуда-то издалека отчаянный крик Зиана. – Я их слышу.

Едва слова слетели с его губ, как я тоже это услышала – шум, похожий на рев дюжины двигателей. Я вскочила на ноги, решив, что можно избежать очередной бойни, если вовремя отвести жителей деревни в безопасное место.

Но я не знала, где они могли бы быть в безопасности. И когда я выпрямилась, из-за вершины ближайшего холма уже появилась колонна коричневых бронированных грузовиков.

Повстанцы поняли, что что-то не так, и вызвали подкрепление? Или эти люди уже были в пути? Они заодно с прежними террористами или с какой-то новой группировкой?

Все это не имело значения. Раздался град пулеметных очередей, и все, что я могла успеть сделать, – это потянуть Линдси за собой, чтобы прижать к земле.

Наша битва еще не закончилась. Похоже, она только начиналась.

Глава 32
Рива

Над нашими головами свистели пули. Я так близко прижалась к земле, что в рот забивался песок.

Грузовики резко затормозили, скрипя шинами по утрамбованной земле. Раздались крики на незнакомом мне языке.

И вдруг через одну из меток меня пронзила острая боль.

Метка Джейкоба.

У меня пробежал мороз по коже. Джейк был в нескольких сотнях футов от меня, ближе к зданиям и внутреннему двору. И совсем рядом к приближающимся нападающим.

Гриффин, растянувшийся на земле позади меня, выразил этот страх словами:

– Джейк ранен. Зиан тоже. Они всё еще в сознании. Джейк скорее зол, чем обеспокоен, но Зи немного паникует.

Дерьмо. От беспокойства внутри все сжималось, от горла до самого нутра.

Я осмелилась поднять голову, чтобы посмотреть, что происходит, но успела разглядеть лишь пару десятков фигур с массивными ружьями, марширующих по направлению к внутреннему двору, но тут некоторые из них снова направили оружие на склон холма.

Пули решетили землю и сухие кусты, вокруг нас разлетались ветки и листья. Линдси издала болезненный вздох.

Я повернулась к ней, и она прижалась ко мне еще теснее. По руке, там, где в нее попала одна из пуль, текли струйки крови.

Рана не выглядела серьезной, но мой желудок все равно сжался от чувства вины.

– Сиди тихо, – настойчиво прошептала я ей. – Все будет хорошо, если мы не будем привлекать к себе внимания.

Это определенно не были солдаты правительственных войск, пришедшие поблагодарить нас за службу. Они были одеты так же, в землистых тонах, не в официальную форму.

И я уже услышала, что они кричали на жителей деревни враждебно, а не с облегчением.

Пока Гриффин обматывал руку Линдси повязкой, которую достал из кармана, я снова выглянула из-за кустов. Нужно было добраться до Джейкоба и Зиана – убедиться, что они в порядке, и сделать все возможное, чтобы завершить нашу миссию.

В моей груди смешались разочарование и страх, вызывая покалывающую вибрацию. Я собиралась начать кричать на всех этих уродов, которые ворвались сюда, чтобы разрушить нашу победу.

Но когда я наконец почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы поднять голову и посмотреть вниз, во двор, у меня упало сердце.

Вновь прибывшие, очевидно, поняли, что с первыми повстанцами случилось что-то ужасное. Крича и толкая друг друга, они загоняли заложников в самое большое из двухэтажных зданий, расположенных вокруг двора, – многие из них уже оказались внутри.

Несмотря на тренировки под руководством Клэнси, я сомневалась, что смогу точно определить жертв своего крика, если не буду видеть, в кого целиться. И в конце концов, я могла бы растерзать кучу невинных жителей деревни.

Черт, черт, черт.

Но если эти люди из той же группировки, что и предыдущие, как долго они будут ждать, прежде чем начнут убивать людей в отместку за то нападение? У нас не было времени на разработку нового плана.

Возможно, за теми стенами прямо сейчас начали убивать заложников.

Казалось, меня сейчас вырвет. Я хотела как-то связаться с Джейкобом и Зианом и помочь им, если нужно.

Что скажет Клэнси, если нам придется отсюда уехать, чтобы доставить их к Доминику на лечение?

В моей голове крутилось слишком много мыслей. Я решила просто двигаться и разбираться со всем шаг за шагом.

Тяжело вздохнув, я посмотрела на Гриффина.

– Я иду к остальным. Продолжай успокаивать повстанцев настолько, насколько это возможно.

– Рива…

У меня не было времени на то, чтобы дожидаться его ответа. Время от нас ускользало, возможно, я и так колебалась слишком долго.

Последний из боевиков исчез в здании. Я бросилась вперед, пробираясь вдоль склона, пригибаясь к земле как можно ниже, следуя вдоль линии чахлых кустов в поисках укрытия, которое они могли мне обеспечить.

Джейкоб почти не сдвинулся с того места, где я его почувствовала. Лишь бы Зиан и двое младших все еще были с ним.

Мне оставалось пробежать короткое расстояние от зарослей до изгороди вокруг загона для овец, а затем сделать еще один маленький рывок к ближайшему строению у внутреннего двора. К счастью, меня не могло быть видно из здания, в которое террористы завели своих пленников.

Когда я подбежала к глиняной стене, с другой стороны раздался грохот одиночного выстрела.

Я вздрогнула всем телом. Из легких рвался крик, но я не видела цели.

Бросившись за угол, я увидела сарай, за которым, по моим ощущениям, должен был находиться Джейкоб. Каждый шаг эхом отдавался в моем сердце.

Я обежала сарай и замерла, чувствуя, как внутри у меня все сжалось.

Джейкоб стоял прислонившись к стене. Как и сказал Гриффин, он выглядел взбешенным. Кровь, которая текла у него из бедра, уже просачивалась сквозь наспех намотанную повязку.

Возможно, в таком состоянии он даже не сможет ходить.

Зиан выглядел еще хуже. Должно быть, пуля попала ему в бок: подол его кофты и левое бедро брюк потемнели от крови.

Тиган стояла возле него, помогая прижать к ране пару скомканных бинтов, чтобы остановить кровотечение. С ней все было в порядке.

Но Джордж лежал в пыли, прямо за углом сарая. Его затылок разворотило, белокурые волосы пропитались кровью.

Когда Зиан поймал мой взгляд, то помрачнел еще сильнее.

– Со мной все будет хорошо, – настаивал он с ноткой рычания в голосе. – Но он… я не смог вовремя до него добраться…

Тиган подняла голову. Взгляд ее широко раскрытых глаз бегал с него на меня и обратно.

– Мне кажется, кровотечение замедляется.

Джейкоб попробовал выпрямиться.

– Это самое главное. Громиле просто немного надорвали мышцу.

Он легонько толкнул Зиана локтем, но его лицо было напряжено от сосредоточенности. При взгляде на тело Джорджа на его челюсти дернулся мускул.

Когда раздался еще один выстрел, Джейк помрачнел еще сильнее. Он поймал мой взгляд.

– Они убивают заложников?

Я кивнула. Во рту все пересохло.

– Должно быть. Я не знаю…

Я не знала, что нам теперь делать. Не имела ни малейшего понятия, как спасти эту миссию.

Насколько это было известно, если мы вернемся с провалом и Клэнси потеряет контроль над Опекунством… Оставшиеся хранители могут решить, что Энгель была права, и они в конце концов убьют нас. Или оставят в качестве лабораторных крыс, как всегда угрожал Клэнси.

Но как, черт возьми, мы собирались расправиться со всеми этими головорезами, если среди тех из нас, чьи способности могут убить, невредимой осталась только я?

Джейкоб все еще смотрел на меня.

– Скажи нам, что делать, Дикая кошка. И мы сделаем все, что в наших силах.

Никто не мог вступить в бой с повстанцами, не попав внутрь здания. Учитывая, какие сильные ранения получили Джейкоб и Зиан, я не могла представить, чтобы они снова ввязались в битву.

Так что оставалась только я.

Но как, черт возьми, мне было расправиться со всеми нашими врагами в замкнутом пространстве прежде, чем они выстрелят в меня или в невинных людей?

Даже если бы мне удалось попасть туда и в ту же секунду использовать все свои сверхъестественные способности…

В венах все еще пульсировала дрожь восторга от моего последнего крика, но этого было недостаточно, чтобы справиться с целым отрядом террористов и остаться невредимой.

Нужно было придумать что-то еще.

До моих ушей донеслось беспокойное блеяние. Я резко повернула голову в сторону загона для овец.

Мне в голову пришла идея, от которой внутри все перевернулось.

Каким бы ужасным ни казалось это решение, нельзя было отрицать, что другого выбора у нас не осталось. Если ради нашего спасения нужно было стать еще большим монстром, то пускай.

Если миссия полностью провалится, я вообще никого не смогу спасти.

– Мне нужно посмотреть, что можно сделать, – сказала я.

Не говоря ни слова, Джейкоб поднялся на ноги. Чтобы не переносить слишком большой вес на раненую ногу, он хватался за стенку сарая. Зиан, покачиваясь, последовал за ним.

– Вы должны… – запротестовала я.

Зи покачал головой.

– Мы справимся с этим вместе. Как всегда.

Тиган выглядела испуганной и свирепой одновременно.

– Я тоже иду.

Правда в том, что, какой бы сильной я ни стала, мне вряд ли удалось бы справиться со всем в одиночку. Поэтому я подхватила Джейка под руку, чтобы помочь, и мы протиснулись так быстро, как только могли, через узкий проход между двумя зданиями, откуда могли заглянуть во внутренний двор.

В той стороне, откуда я пришла, стоял загон, по которому расхаживали овцы. Здание, в котором находились заложники, располагалось почти прямо напротив него.

На втором этаже виднелось окно без стекол, достаточно большое, чтобы удостовериться, что мое маленькое тело могло с легкостью туда пролезть.

В тот краткий миг, когда я все обдумывала, раздались еще два выстрела. Я так резко сжала зубы, что прикусила губу.

Я не знала, насколько легко могла взобраться по этому материалу: он отличался от кирпичей, с которыми я имела дело прежде. Нашим врагам может хватить времени, чтобы услышать мое приближение и пристрелить на месте.

Но был еще один способ туда забраться.

Мой взгляд скользил по телам наших первых жертв, все еще разбросанным по двору. У одного из тех, кто лежал всего в нескольких футах от нас, оружие было поменьше остальных, казалось, с ним будет легче управиться.

Я коснулась руки Джейкоба, привлекая его внимание.

– Мне нужно, чтобы ты подтащил сюда ту винтовку. Я возьму ее и обойду двор кругом, пока не подойду к зданию, в котором находятся заложники. Когда побегу, ты можешь подбросить меня в самое большое окно на втором этаже?

Джейк уставился на меня, и его поза стала более напряженной.

– Ты же знаешь, что, когда надо приложить столько усилий, я плохо себя контролирую и могу навредить…

– Нет, – перебила я твердым тоном. – Просто подбрось меня туда, а с остальным я справлюсь. Сделай это, как только я побегу.

Зиан нахмурился.

– Что ты задумала?

Я не смогла заставить себя ответить.

С помощью своей силы Джейкоб подтащил к нам винтовку. Подхватив ее, я вернулась к наружной стороне зданий и помчалась по пыльной улице, пока не проскользнула в проход в десяти футах от моей цели.

Там, зажатая между двумя соседними зданиями, я устремила взгляд на овец и открыла рот.

Наружу вырвался крик – тихий, но пронзительный. Я надеялась, что террористы его не услышат.

Внутри нетерпеливо извивался голод. Я направила всю его мощь на скот с другой стороны двора – животных, которые вовсе этого не заслуживали.

Мой крик пронзал овцу за овцой с еще большей легкостью, чем до этого убивал людей. Сначала я разорвала им дыхательные пути, чтобы предотвратить любое блеяние или стоны, которые могли бы насторожить моих следующих жертв.

Я заставила их замолчать, но не убивала сразу. Чтобы их жертва что-то значила, они должны были пережить куда больше мучений.

Я выкручивала. Ломала. Давила. Рвалась плоть, ломались когти.

С каждым падающим на землю четвероногим трупом мою грудь наполняла боль, превращающаяся в тошнотворную вспышку силы. Ощущение могущества разливалось по моим конечностям и покалывало кожу головы.

Еще, и еще, и еще. Чтобы у меня была хоть какая-то надежда, требовалось все до последней капли.

Я могла только представить, с какими лицами парни, оставшиеся стоять на позиции, смотрели на бойню. И еще меньше мне хотелось думать о реакции Тиган.

Почти весь загон был залит кровью. Но несколько овец все еще стояли на ногах.

Я исторгла еще один пронзительный вопль, впитывая каждую каплю боли. Мое тело дрожало от тревожного возбуждения: через меня как будто проходил электрический ток.

Я молила о том, чтобы этого оказалось достаточно. О том, чтобы они умерли не зря.

Последняя овца упала замертво. Зажав винтовку под мышкой, я сразу же помчалась к зданию, прежде чем хоть какая-то часть силы, которую я в себя впитала, успела рассеяться.

Мои ноги летели по утоптанной земле быстрее, чем когда-либо прежде, и это с учетом того, что я всегда обладала сверхъестественной скоростью. В ушах свистел ветер.

Я посмотрела на окно, в которое нужно было проникнуть, и Джейк оказался тут как тут. Невидимая сила оторвала меня от земли и швырнула прямо к проему.

Из-за моей скорости и его шаткого контроля я чуть не задела плечом раму, но дернулась в сторону, как только заметила опасность. И вот я влетела в переполненную комнату прямо над головами десятков сидящих заложников.

Все мои инстинкты пробудились вместе с законсервированной в теле энергией. Я вскинула руки, и из моих легких вырвался крик.

Теперь, когда я всех видела, обнаружить мои цели оказалось просто – они единственные, кто стоял на ногах. Я пролетела через всю комнату, и каждое движение моих ног усиливало инерцию.

Пули из винтовки, которую я схватила, раскололи несколько черепов. Когти моей свободной руки резали одно горло за другим.