Текст книги "Нарушенная клятва"

Автор книги: Ева Чейз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Глава 31. Рива

Холодный осенний ветерок, задувающий между деревьями к северу от Гленлили, забрался мне под косу и заставил пожалеть, что вместо нормальной куртки у меня имелась лишь толстовка с капюшоном. Мы не пошли в магазин, потому что посещать людные места представлялось слишком рискованным делом, а среди старой одежды, найденной в фермерском доме, не было ничего достаточно теплого.

Но я хотя бы избавилась от того большого платья и снова оказалась в своей удобной толстовке и брюках карго.

Застегнув молнию до самого подбородка, я пошла дальше, краем глаза подмечая парней вокруг. Мы рассредоточились по этой холмистой местности, чтобы передвигаться как можно тише и увеличить радиус обзора.

Крошечный городок под названием Гленлили мы проехали около часа назад и уже оставили позади пикап, который раздобыли после того, как пересекли границу с Канадой на поезде. Если хранители подозревали, что мы движемся этим путем, то определенно наблюдали за дорогами.

Мы понятия не имели, как много они смогли узнать. Возможно, здесь вообще никого из них не было, потому что они и подумать не могли, что нас заинтересует их бывшая начальница – или кем там являлась для них Урсула Энгель.

Но мы решили не только следить за потенциальными противниками, но и искать саму Энгель. Андреас понял только то, что она поселилась где-то к северу от Гленлили. Он понятия не имел, насколько далеко.

Я надеялась, что хотя бы указание «север» окажется относительно точным. В таком густом лесу не заметить уединенный дом было ужасно легко.

Примерно милю на север от города тянулась одна единственная гравийная дорога, по которой мы изначально и ехали. Но вскоре она стала напоминать скорее подъездную дорожку, а затем и вовсе заросшую тропу, по которой сумела бы проехать далеко не каждая машина.

Однако Зиан продолжал окидывать все своим проницательным взглядом: мы были уверены, что Энгель предусмотрела какой-то способ доставлять сюда припасы. Почему-то я сомневалась, что всю канадскую зиму она жила на подножном корме.

Разве можно питаться только кленовым сиропом и сосновыми иглами?

Я поскользнулась на камне, но сумела удержать равновесие и не упасть. На меня тут же устремились две пары глаз: Доминик – слева от меня, Джейкоб – справа.

Но на этот раз ни в одном из них не читалось и намека на враждебность. Дом повернулся в мою сторону и приподнял брови – немой вопрос о том, все ли у меня в порядке.

Я быстро ему кивнула. Мои внутренности время от времени побаливали, словно осталось еще несколько крошечных трещин, которые окончательно не срослись, но большую часть вчерашнего дня я провела, отдыхая то в одном, то в другом вагоне поезда.

Прямо сейчас я чувствовала себя лучше, чем в бо́льшую часть последних двух недель.

И главным образом потому, что по моему телу больше не циркулировал яд, который постепенно доводил меня до изнеможения.

Я проигнорировала пристальный взгляд Джейкоба, хотя чувствовала, как он задержался на мне, пока мы пробирались между деревьями. Той ночью, когда поезд чуть меня не прикончил, что-то заставило его переключиться с обвинений на извинения, но я еще не полностью оправилась от эмоционального удара, чтобы адаптироваться к этим переменам.

Как я могла быть уверена в том, что какой-то из следующих моих шагов не заставит его вновь передумать?

Я глубоко вдохнула, наполняя легкие прохладным сосновым воздухом, но вдруг замерла, услышав звук ломающейся ветки.

Треск раздался три раза подряд. Это сигнал, который, как заранее предупредил Зиан, он подаст, если что-нибудь заметит.

Не говоря ни слова, я вместе с остальными стала красться по лесу в его сторону. Он немного нас опередил и теперь стоял на гребне невысокого, поросшего мхом утеса.

Он подождал, пока мы все соберемся вокруг него, и указал вниз крутого склона. Все, что я могла разглядеть – это еще больше деревьев, но Зиан, должно быть, смотрел прямо сквозь них.

– Вон там тропинка разветвляется на два направления, – сказал он так тихо, что едва заглушил шелест ветра в листве над головой. – Прямо на перекрестке стоит маленькая хижина, и я думаю, что внутри нее кто-то есть.

Андреас попытался всмотреться в том направлении, как будто решил, что тоже сможет видеть и сквозь твердые предметы, если хорошенько постарается.

– Ты думаешь, там охрана?

Зиан кивнул:

– Или что-то в этом роде. Сначала я решил, что это может быть просто лесник, но… если мне не показалось, то человек, который находится в хижине, носит металлический шлем.

Хранитель. Мой пульс участился, мышцы инстинктивно напряглись.

Джейкоб помрачнел и поджал губы:

– Мы спустимся и допросим его, но действуем осторожно. Вокруг могут быть и другие, а у него наверняка есть способ как-то предупредить их о том, что возникли проблемы.

Дом посмотрел на него:

– Если мы подойдем и увидим, что поблизости никого нет, то прежде, чем он нас заметит, ты мог бы связать его своей силой.

Андреас покачал головой:

– Лучше не сразу. Помнишь хранителей на заброшенном объекте? Этот тоже может помешать мне залезть в его воспоминания… если будет знать, что мы здесь.

Джейкоб так неуверенно ему улыбнулся, словно сомневался в том, как Андреас воспримет его слова – и это при том, что он был с ним согласен.

– Да, прежде чем мы начнем действовать, Дрей должен заглянуть ему в голову и выяснить как можно больше.

Я решила, мы все уладили, но теперь пристальный взгляд Дома устремился на меня.

– Что думаешь, Рива?

Впервые за то время, что они разрабатывали планы для этой миссии, кто-то из них поинтересовался моим мнением. Бо́льшую часть последних двух недель они игнорировали меня, даже когда я настаивала на том, чтобы быть услышанной.

Почувствовав, что все их внимание обращено на меня, я заколебалась. На самом деле мне нечего было добавить. Мои навыки едва ли могли считаться полезными при допросе.

По крайней мере, в привычном смысле.

– Все это звучит неплохо, – сказала я. – Но, если что, я снова смогу рассказать свою слезливую историю, чтобы отвлечь его от блокирования своего разума.

При словах «слезливая история» Джейкоб скрипнул зубами – эту пренебрежительную фразу он не раз бросал мне в лицо.

Андреас улыбнулся мне еще более неуверенной улыбкой, чем та, которой одарил его Джейкоб.

– Я сделаю все возможное, дабы убедиться, что тебе не придется этого делать.

Я пожала плечами, словно в этом нет ничего особенного, хотя на самом деле предпочла бы больше не обнажать свою душу перед какими-то незнакомцами. Если, конечно, у меня будет такой выбор.

Но если придется… Я хотела скорее найти эту женщину и завершить миссию. Понять, какую информацию она может нам дать – и имелся ли вообще во всем этом какой-то смысл.

Мы спустились с холма, переставляя ноги еще осторожнее, чем раньше. К тому времени, как мы добрались до подножия утеса, я могла различить сквозь деревья фрагменты хижины. Ее построили из дерева, чтобы она сливалась с лесом, но от непогоды бревна с годами потемнели.

Для первой части плана были нужны способности Андреаса, поэтому он взял на себя инициативу и, устремив взгляд прямо перед собой, начал медленно и осторожно пробираться сквозь кусты.

Когда он остановился, мы тоже замерли в нескольких шагах позади него.

В течение нескольких минут мы просто ждали, стоя так тихо, что самым громким звуком было наше дыхание. Андреас тоже оставался неподвижным и тихим, но по его напряженной позе я понимала, что он уже действует.

Резко опустив плечи и прерывисто вздохнув, он повернулся к нам.

– Он точно работает с Энгель, – прошептал он, – уже долгое время. Не могу сказать, какие из воспоминаний, которые я видел, самые свежие, и ни одно из них не показывало, как добраться отсюда до дома – или даже то, что дом, который я видел, находится близко отсюда.

– Ты не узнал, сколько еще хранителей может быть поблизости? – спросил Зиан, осматривая лес с обеспокоенным выражением лица.

Андреас поморщится.

– У него были воспоминания о разговоре с ней, когда рядом находились еще один или двое, так что вряд ли нам следует рассчитывать на то, что он окажется здесь единственным.

Я обняла себя руками.

– Ты не узнал, предупреждали ли его, что мы можем здесь появиться?

– Нет, но я могу сузить круг воспоминаний лишь до прямого взаимодействия. Он никогда не видел нас лично. Если бы кто-то говорил с ним о нас или показывал ему фотографии, я бы не обязательно это нашел.

Доминик нахмурился.

– Мы можем просто проскользнуть мимо него и выбрать один из путей, и если он никуда нас не приведет…

Его предложение прервалось внезапно раздавшимся шумом, который заставил всех нас вздрогнуть. Пока звук разносился по лесу, Джейкоб хлопнул рукой по карману:

– Телефон. Какого хрена? Я поставил его на беззвучный режим.

Андреас замахал на него руками:

– Это, наверное, какое-то экстренное оповещение. Выключи!

Но было уже слишком поздно. Как раз в тот момент, когда Джейкоб нажал на экран, дверь в хижину с грохотом открылась.

– Джейк! – зарычал Зиан низко и настойчиво, и я поняла, что дело не в телефоне.

Вскинув руки, Джейкоб повернулся к хранителю, который, подняв оружие, уже маршировал к нашему укрытию.

Винтовка тут же отлетела в одну сторону, а мужчина, издав испуганный стон, повалился на землю в другую.

Мы помчались сквозь деревья к заросшей сорняками тропинке, туда, где он упал. Хранитель свирепо смотрел на нас из-под своего шлема и пытался двигать руками, которые силами Джейкоба оказались вытянуты по бокам.

Судя по тому, как подергивались его плотно сжатые губы, я поняла, что Джейкоб решил держать рот хранителя на замке. До нас доносились только приглушенные, испуганные звуки.

– Проверьте, нет ли у него другого оружия или чего-нибудь, с помощью чего он может подать сигнал, – приказал Джейкоб с легким оттенком напряжения в голосе.

Мы все бросились к хранителю. Андреас сорвал с мужчины шлем. Зиан рывком расстегнул металлический нагрудник и осмотрел рубашку, а Доминик проверил его набедренные карманы.

Я стащила один ботинок, затем другой, заглядывая в них в поисках ножей, а затем отбросила их подальше в лес. Не хотелось бы облегчать побег этому мудаку.

Парни достали портативную рацию и пистолет. Зиан передал оружие Доминику: ему больше всех требовалась дополнительная защита.

Сжимая рацию в своей широкой ладони, Джейкоб сердито смотрел на нашего пленника.

– Ты или ответишь на наши вопросы, или умрешь очень медленно и мучительно. На мой взгляд, выбор очень простой.

Однако тем хранителям, которых мы допрашивали прежде, так не показалось. И, похоже, этот человек тоже не собирался вступать в переговоры. Он прищурил помрачневшие от гнева глаза, но я ощущала запах его страха.

– Где нам найти дом Урсулы Энгель? – спросил Джейкоб.

Он, должно быть, ослабил хватку, чтобы дать хранителю возможность заговорить, но когда тот раздвинул губы, то так судорожно вздохнул, что в моем теле напрягся каждый нерв.

Как только с его губ сорвался крик, Джейкоб тут же снова захлопнул ему рот. Мужчина разочарованно заскулил и продолжил изо всех сил извиваться, пытаясь освободиться.

– Неправильный ответ, – огрызнулся Джейкоб и щелкнул пальцами. Большой палец мужчины согнулся, раздался хруст ломающейся кости.

Нос щекотал свежий запах стресса – и у меня появилась идея. Может быть, мои способности тоже могли помочь нам с ответами на некоторые вопросы.

– Подожди, – сказала я, протягивая руку.

Я думала, что Джейкоб начнет спорить, но он лишь молча за мной наблюдал. Я подошла к мужчине и встала над ним так, что мои ноги оказались по обе стороны от его груди.

Уперев руки в бока, я смотрела на него сверху вниз, в кои-то веки возвышаясь над противником.

Этот человек не знал, какими силами я могу обладать. И даже державшие нас в заключении хранители должны были уже понять, что у нас появились навыки, которые мы прежде от них скрывали.

Так что он вполне мог решить, что я читала его мысли.

В течение нескольких ударов сердца я буравила его взглядом, а затем показала на левый путь.

– Пойдем туда.

В воздухе ничего не изменилось. Я поморщила лоб, как будто уловила что-то новое, а затем тихо усмехнулась:

– О нет, так просто ты нас не проведешь. Пойдем туда.

Когда я указала направо, то, как и ожидалось, мне в нос ударил запах сильного стресса. От радостного возбуждения губы начали расползаться в улыбке.

Попался.

– Точно туда, – уверенно произнесла я и, быстро бросив взгляд направо, снова посмотрела на нашего пленника. – Теперь давайте узнаем, что за компания ждет нас по дороге и как застать их врасплох.

Еще один всплеск феромонов тревоги. Дальше на дороге и правда были другие хранители, и теперь он беспокоился об их безопасности.

Благодаря своему обостренному животному чутью Зиан первым понял мою тактику. Он подошел ближе к мужчине, и, появившись в поле его зрения, размял мускулистые руки.

– Он так хотел закричать. Должно быть, кто-то из них совсем близко.

– Да, – сказала я, когда получила подтверждение.

– Но нам нужно позаботиться только об одном, а потом еще об одном… нет, о двух…

Снова волна беспокойства.

– Еще о двух. Всего трое – и готово.

Зиан хрустнул костяшками пальцев и улыбнулся мне. Хотя я и решила держаться подальше от этих парней, восхищение в его глазах меня согревало.

– Это не составит особого труда.

– Я тоже так думаю. Тем более что у них есть только такое же оружие, как у этого парня, и, возможно, пара дротиков с транквилизатором.

Очередная вспышка стресса подтвердила мою догадку. Он бы так не переволновался, если бы я недооценила его напарников и если бы у них в рукаве был припрятан какой-нибудь особенный трюк.

Я посмотрела на него еще несколько секунд.

– Не повезло этим хранителям, что те, кто остался дома, решили, будто мы сюда не придем. И не позаботились о том, чтобы отправить целую армию.

Не в силах выразить свой бесполезный гнев каким-то другим способом, мужчина скорчил гримасу. Мои слова наверняка оказались близки к правде, потому что они снова вывели его из себя и напугали.

Я отвернулась от него и посмотрела на Джейкоба.

– Думаю, это все, что нам нужно знать.

Джейкоб пристально посмотрел на меня в ответ и наклонил голову – жест доверия, от которого мое сердце пронзила неожиданная боль. Он просто взял и поверил.

Переключив свое внимание на стража, он, не говоря больше ни слова, свернул мужчине шею.

Как и всегда, Зиан оттащил тело в лес, подальше от посторонних глаз. Андреас поймал мой взгляд и тихо присвистнул:

– Это было очень круто, Динь. Нужно запомнить этот трюк.

Я отвела взгляд, трепеща от комплимента и нежности в его голосе.

– Будем надеяться, что он больше не пригодится. Ладно, пошли. Нам нужно разобраться еще с тремя такими придурками.

И, если я права, сразу после этого мы встретимся лицом к лицу с женщиной, которая все это начала.

Глава 32. Рива

Дом так сильно напоминал ту вырезку из старого журнала, что на мгновение мне пришлось остановиться и рассмотреть его, чтобы убедиться, что это не галлюцинация.

Окружавшие его деревья не покрывал снег, но их игольчатые ветви обвивали бревенчатые стены в лесных объятиях. Эти стены на два этажа возвышались над невысоким склоном, на котором стоял дом, и были увенчаны остроконечной крышей, которая сразу заставила меня представить сводчатый потолок под ней.

Большие окна тускло блестели, отражая лес. Послеполуденный свет сиял слишком ярко, чтобы удалось хоть мельком увидеть то, что находилось внутри.

По крайней мере, мне. Зиан осмотрел все издалека, а затем обернулся к нам:

– Я подкрадусь поближе, чтобы получше разглядеть все внутри. Убедиться, что с ней там нет других хранителей.

Джейкоб кивнул:

– Будь осторожен.

Пока Зиан легко ступал между деревьями, приближаясь к дому, Андреас с необычно задумчивым выражением лица потирал губы.

– Все хранители, с которыми мы встретились по дороге сюда… судя по их воспоминаниям, казалось, что они скорее ее тюремщики, чем защитники. В разговоре с ними ее голос всегда звучал так, словно она была раздражена тем, что они настаивали на слежке за домом.

Как я и предположила из разговора с первым хранителем, лесную тропу сторожило еще трое. Однако никто из них не смог сообщить ничего более полезного, чем первый, кроме того, что только что сказал Андреас.

Я вспомнила все то, что мы успели узнать об Урсуле Энгель.

– Ее выгнали из того места, которое она сама и создала… Наверняка они беспокоятся, что она раскроет секреты, которые им не хочется разглашать.

Раскроет нам? Или широкой публике?

Что подумали бы обычные люди, если бы узнали, что существуют такие люди, как я и эти парни?

В мыслях пронесся образ изуродованного тела Брук. Это было не нашей виной… но мы и сами совершили немало жестоких вещей.

Почему-то мне не казалось, что обычные люди окажутся рады факту нашего существования. В каждом фильме о монстрах, что я когда-либо видела, странных существ, чудовищ и уродов встречали криками и стрельбой, а не распростертыми объятиями.

Но женщина в том доме знала, кто мы такие, и заботилась о нас почти по-родительски. Я догадывалась, что она сыграла какую-то роль и в нашем создании, будь то напрямую или просто инструктируя других.

И, возможно, мы наконец могли выяснить, как и зачем.

Андреас подвинулся в мою сторону, и его пальцы проскользили по воздуху в нескольких дюймах от моей руки, не касаясь.

– Рива, можно тебя на секунду?

Он звал меня отойти подальше от Джейкоба и Доминика. Когда парни бросили на него любопытные взгляды, мои ноги сами собой стали подкашиваться.

Андреас громко сглотнул и, похоже, побледнел.

– Пожалуйста, – добавил он. – Я буду держаться на расстоянии. Мне просто надо с тобой поговорить.

Разговоры изначально все и испортили, но от его хриплого голоса у меня против воли сжалось сердце.

Если мне не понравится то, что он хочет сказать, я всегда могу сразу же вернуться к остальным, не дослушав его до конца.

– Ладно.

Он повел меня обратно через кусты, в противоположном от дома направлении, до тех пор, пока остальные не стали просто цветными пятнами между деревьями. Затем он остановился, сохраняя расстояние между нами в добрых пять футов, как и обещал, и повернулся ко мне лицом.

Андреас всегда был самым веселым из нас, чаще всех отпускал шутки или хватался за возможность развлечься. Но сейчас на его лице не осталось и следа прежнего юмора.

Серые глаза Андреаса помрачнели, губы сжались в плотную линию. Его смуглая кожа казалась потускневшей даже при ярком дневном свете, будто ее цвета поблекли.

И, несмотря ни на что, когда я увидела Андреаса таким, мне захотелось заключить его в объятия. Руки чесались от этого желания, но я крепко прижала их к бокам.

– Прости, – внезапно сказал он тихим голосом. – Я знаю, что уже это говорил, и понимаю, что этого недостаточно… я просто не знаю, что еще сделать, и мы вот-вот войдем в тот дом, и я не представляю, что там произойдет.

Он остановился, чтобы сделать прерывистый вдох, а я просто продолжила молча стоять, пока мой желудок скручивался в узел. Как я могла одновременно страдать и из-за агонии, которую причинил мне этот человек, и от боли, которую слышала в его голосе?

Андреас выдержал мой взгляд, его глаза загорелись решимостью. Он дернул рукой, как будто хотел дотянуться до меня, но сдержался.

Я чувствовала, как сильно он нервничал. Он думал, что мои следующие слова или действия могут причинить ему боль.

– Мне не следовало верить словам хранителей или тому дурацкому видео, – продолжил он. – Я должен был понять, что ты говоришь правду, в тот же момент, как ты к нам вернулась.

Я сжала челюсти.

– Да, тебе следовало это сделать.

Он слегка опустил голову, но не прервал зрительный контакт.

– Я ошибался и вел себя как идиот, и я собираюсь сделать все возможное, чтобы все исправить, сколько бы времени это ни заняло. Но мне нужно, чтобы ты знала: еще до той ночи в доме я пытался убедить Джейка, что мы можем тебе доверять. Я знал, что ты на нашей стороне. Я хотел узнать обо всем, через что тебе пришлось пройти, надеясь, что если у меня будет больше информации, то я смогу заставить его понять то, что сам уже давно осознал.

– Ты…

Грудь сдавило, и я с трудом подбирала слова.

– Ты подтолкнул меня в нужном тебе направлении. Ты манипулировал. Ты рассказывал мне все те истории и говорил, будто думал, что это ты подводишь остальных парней…

– Все это сущая правда, – прервал меня Андреас с грубым смехом. – Я, черт возьми, облажался. Они все разваливались на куски, и по-настоящему разбит не был лишь я. Но мне все равно не удалось придумать, как все исправить. Ничего не получалось. А теперь я подвел и тебя.

– Я тоже ничего не могу исправить.

– Я знаю.

На мгновение он опустил глаза, а затем снова встретился со мной взглядом.

– Но все, что я сказал той ночью, было правдой. Все до последнего слова. Я люблю тебя и любил с тех самых пор, как только понял, что вообще означает это слово. И для меня быть связанным с тобой – это гребаная честь.

Он поднял руку к груди, к тому месту, где, как я знала, под рубашкой остался след.

– Я все просрал, разбил самое дорогое, что у меня когда-либо имелось, но, что бы ни случилось и сколько бы раз на нас ни напали эти уроды, я до последнего вздоха буду бороться, чтобы все исправить. Надеюсь, этот последний вздох случится не в ближайшие пару часов.

От его слов меня окатило волной бурлящих эмоций, но последняя фраза разрушила оцепенение.

– Считаешь, идти туда настолько опасно?

Андреас поморщился.

– Я не знаю. Но это серьезно, и мы еще столько всего не понимаем… Не могу избавиться от ощущения, что мы, возможно, лезем во что-то, из чего уже не сумеем выбраться. Не знаю, как все окажется на самом деле, но я решил, что должен рассказать тебе, как много ты для меня значишь.

Он снова коснулся своей груди, на этот раз над сердцем.

– Мы одной крови.

Мои пальцы сами собой подогнулись в стремлении повторить его жест.

– Мы одной крови, – пробормотала я. – Я не… я не знаю, что будет дальше. Но я хочу выяснить, что именно это значит. А потом… что бы мы потом ни делали и что бы еще ни случилось, это начнется там.

– Да.

Еще мгновение Андреас всматривался в мое лицо, но если он надеялся на отпущение грехов, то я не готова была ему с этим помочь. Доминик проделал потрясающую работу, починив разорванные части моего тела, но мои чувства все еще оставались зазубренными осколками, скребущимися друг о друга от основания моего горла до самого живота.

На этот раз Дрей не стал настаивать на нужных ему ответах. Он просто опустил голову и медленно повернулся, чтобы дать мне время понять, что он возвращается к остальным, и мы можем идти вместе.

На протяжении всего обратного пути я сохраняла ту же дистанцию, но, возможно, некоторые из осколков внутри меня царапались уже не так сильно, как раньше.

Мы подошли к Джейкобу и Дому в ту же минуту, когда с другой стороны к ним приблизился Зиан.

– Я больше никого не увидел внутри, – тихо сообщил он. – Там Энгель – или, по крайней мере, женщина, которая похожа на ее описание со слов Дрея. Сидит в гостиной с кружкой и книгой. Остальная часть дома пуста.

Мы все обменялись взглядами. Я подняла подбородок и заговорила прежде, чем Джейкоб успел отдать следующую команду:

– Тогда чего мы ждем? Давайте посмотрим, что она скажет.