Текст книги "Руфус Рисс, ненависть к чаю и не только (СИ)"
Автор книги: Ермак Болотников
сообщить о нарушении
Текущая страница: 65 (всего у книги 82 страниц)
Немного лирики
– К сожалению, я вынуждена также оставить тебя… на время. – Геката подняла тело Анастасии, направляясь обратно, к креслу. Я до сих пор ощущал на себе взгляд Конрада, пусть наша недолгая встреча вновь быстротечно оборвалась, оставив меня с меньшим количеством вопросов… Но все еще в смятении. – Было приятно вновь встретиться с тобой… И пожалуй, я рада, что ты на нашей стороне, терять такого способного человека, стало бы ошибкой
– Мне нужно сделать что-то для Анастасии, она говорила оставить ей бумаги… Может, нужно остаться здесь и помочь ей? Какие вообще условия вашего контракта? – Я смог отойти от переживаний, решив, что это заботы бушующего меня, и вообще будущего мира, который наступит не завтра…. И даже не в конце недели. А потому, наконец отведя взгляд в сторону от остатков портала, я вновь отдался в объятия приятного тепла в душе. Надежда хранила меня… Бесспорно, это можно было считать воистину прекрасным даром, достойным всяких похвал. Так просто справляться с моральными и нравственными дилеммами оказалось на редкость приятно, я легко могу привыкнуть к такому…
– Мило… Что ты беспокоишься о ней, для Анастасии ты лишь не самый плохой сотрудник, пусть и несколько очаровательный, в своей слабости. – Хихикнула Геката, сажая тело девушки обратно и закрывая ей глаза, оставляя в покое. Я тоже поднялась, ожидая ответа и думая, к кому пойти первым. Наверное… Дерви. Я должен был найти цверга, убедиться что он в порядке, ближайший друг и соратник… Несмотря на все, он оставался для меня неотъемлемой, крайне важной частью жизни, и уж точно не отошел на второй план, несмотря на множество новых знакомых. – Не могу раскрыть всех подробностей, сам понимаешь почему, но от тебя она хотела лишь получить бумаги, о которых ты говорил. Уже через несколько минут она вернется в себя… После чего, покинет больницу, направляясь в место, о которой ты не знаешь. Ей ничего не нужно от тебя в том плане, что ты волен уйти. Она без каких-либо проблем оклемается и будет способна к действиям. Признаться, ей даже станет легче, наша кровь давно стала единой… Потому мой контроль, скорее всего, помог излечить ее плоть.
– Спасибо тебе, Геката, извини за недоверие… Но ты тоже понимаешь, сейчас нельзя доверять кому-то одному, а тем более, появившемся из ниоткуда. – Я развернулся, подхватывая с кровати свою сумку и начиная искать в ней нужные бумаги, но мысли мои уже были далеко, поддавшись сладостному предчувствию скорого отдыха в компании друзей. Этот день отчаянно нуждался в мирной передышке… Я слишком устал от него, слишком много всего, при этом постоянным, непрекращающимся ни на секунду потоком, сыплется мне на голову, даже не давая вздохнуть или попросту перевести дыхание. И это я не говорю о том, что меня вообще ждет дальше. А дальше – мрак, изучение остатков документов и, самое главное, попытки выйти на последнее убежище Прометея, которое может быть хоть в Африке. Но если не солгать, наверное… По сравнению с тем, что я уже совершил, это даже можно назвать передышкой, которую я так страстно хотел получить. Просто обыденная, ничем не привлекательная работа, без спасения мира и прочих выкрутасов, так внезапно пришедших на мою нелегкую долю. Благостыней этот финальный этап конечно не назвать, но и смерти моей не предвещало. Максимум, ранения да немного непыльной работенки. Впрочем, это дело изначально тоже казалось весьма безопасной. – Надеюсь, что мы сможем встретиться еще раз в более… благоприятной обстановке. Ты все еще куда лучше многих богов… но к сожалению, душа уже поделена между ними. Тебе в ней места уже не осталось…
– Наши пути пересекутся еще не раз… Оракул назвала меня жнецом твой судьбы, Руфи. Еще десятки лет назад… Когда о твоем рождении стало известно плетущим судьбы. – Слова даже не отозвались во мне, хотя казались в крайней степени гнетущими и напряженными. Но ладно… чего уж тут поделаешь, я грустно улыбнулся, кивая головой. Такое избитое и штампованное клише, которое всегда меня раздражало, но чьим олицетворением я в итоге стал. Н-да, обидно, ничего не скажешь. – Прощай, мой друг…
Геката медленно оставила тело Анастасии, растворяясь в темноте и унося с собой легкую, туманную дымку, которая витала вокруг нас в течение всего разговора. Анастасия расслаблено выдохнула, оставаясь сидеть в кресле, и постепенно начиная двигать пальцами. Прямо как в нашу первую встречу, еще в офисе, пару дней назад… Наверное, Азазель позволил Гекате единожды пересечь порог Агентства, а может, это была отчаянная попытка самой Богини, закончившаяся скорым провалом. Вряд ли я когда-то узнаю ответ, да и будто бы, он был мне абсолютно не нужен. Лишь капля удивления осталась во мне по итогу этого внезапного пересечения с богиней колдовства… Было так странно осознавать, что между Анастасией и Гекатой столь прочная связь, что они, по сути, взаимозаменяемы в повседневной жизни первой. Это был симбиоз высшего порядка, который многие чародеи обходили стороной, опасаясь последствий и постепенной потери своего “я”. Как на это согласилась столь подозрительная и параноидальная женщина как Анастасия, оставалась для меня достаточно сложной загадкой. Но сама богиня говорила, что уговаривала Анастасию на это долгие годы… Возможно, у них была более крепкая связь, чем у любого, кого я знал, и даже чем у меня самого, хотя казалось бы, я недавно полностью отдал свою душу в руки Арауна, утопив ее в лекарстве смерти. В любом случае, то не моя жизнь и соответственно не моя забота. Поправив куртку, истинным и неподдельным чудом пережившую весь этот кошмар, я двинулся в сторону выхода, оставляя на койке документы из СНКР и отчеты гвардии, решая напоследок лишь плотно закрыть дверь. Наконец… Я смогу встретиться с друзьями. Наконец, увижусь с Гелией, покажу ей, что живой, что вернулся… Пусть и оставив на этом пути частички себя, размазанные тонким слоем по всей изнанке. С этим уже ничего не сделаешь, хоть убей… хотя по отношению ко мне, подобные выражения казались неким вызовом пространству, богам и судьбе. Хэй, а давайте проверим, убив Руфи, его остатки соберутся как конструктор? Наверное, стоило заткнуться и наслаждаться тем моментом жизни, в котором я существую. По крайней мере, пока он вновь не закончился очередной заварушкой, грозящей мне смертью.
Покинув палату, я принялся глазами искать медсестру, ибо у меня сложилось весьма стойкое ощущение, что найти здесь кого-то своими силами попросту невозможно, в связи с полным переизбытком агентов, заполнивших коридоры больницы. Но даже такая простая задача оказалась весьма… трудозатратной. Множество работников попросту игнорировали мои попытки начать разговор, толкая тележки с лекарствами или едой дальше по коридору. В основном, к слову, с едой. Медбратья откликались чуть чаще, но и знали меньше, чем главные сестры или врачи, давая лишь условное направление, основанное на тех симптомах, которые назвала мне Анастасия и которые я смог запомнить. Редких врачей я не рисковал отвлекать, не желая слишком наглеть. Мне указали путь к хирургии, где скорее всего лежали и Илария, и Дерви. Куда могла быть отправлена Сильва неизвестно, Одри без сознания в реанимации, Гелия тоже, Гров и Дымок у магов. Мне было до сих пор стыдно перед демоном, из-за моей вины он оказался столь ослаблен перед нападениями, и скорее всего, отмечен Прометеем, что в итоге вызывало его подчинение. Я надеялся, что он оклемается. Терять такого сотрудника… будет ударом по Агентству, несмотря на все, он прекрасно справлялся со своими делами, и был беспрекословно верен Азазелю, стараясь не повторять ошибок прошлого. Впрочем… Так можно было сказать почти обо всем моем отделе. Мы с упертой уверенностью в своих силах искупляли грехи, но бесспорно были те… Кому искуплять было попросту нечего. Одри яркий тому пример, Сильва, но на них список стремительно заканчивался, что впрочем не отменяло его существование и возможное пополнение. Я не рассказал о многих своих знакомых чуть глубже, в связи с бешеным темпом этого проклятого дела и простой невозможностью углубиться в чужие судьбы. Но в остальном, масса наших сотрудников имела парочку, иногда десятков, преступлений на своей родине или вне ее. Илария, например, несмотря на свою робость и искреннюю наивность, в Греции находиться в розыске, обвиняемая в убийстве по меньшей мере трех гарпий, двух человек и парочки кентавров. Из-за чего? А вы попробуйте узнайте, она ведь заикается при малейшей попытки завести разговор, и при этом так, будто сейчас задохнется, с концами отправившись на тот свет. О Дерви вы и так знаете… Гельна переступила через законы джинов и освободилась самолично… Гров убил хозяина и одну небольшую деревню где-то в глубине Польши. В общем, вы меня поняли.
Исходя из этих фактов, еще веселее было идти по больнице, полной агентов. Мне кажется, сейчас было идеальное время для полицейской облавы. Столько премий за один рейд, кажется, выплачивали бы впервые за историю. И ведь правда, выбирай не хочу, все как на подбор, беглые демоны, убийцы, воры, вольные духи и нелицензированные маги, представленные десятками израненных, но веселых агентов моих смежных отделов, которые играли в шахматы или просто выпивали залпами стопки алкоголя, празднуя победу. Я видел десятки знакомых лиц, которые являлись костяком детективной деятельности агентства, и каждый из которых видел в своей жизни достаточно дерьма, чтобы даже в весёлом взгляде, иметь темный образ былого. Многие останавливали меня, по дружески угощая, спрашивали насчет работы. Это было на удивление приятно, учитывая, что с подавляющим большинством я не был знаком не то, что близко, даже просто лично, зная их имена только из отчетов. Да и они мое имя не знали, только именитую фамилию “Рисс”. Которая, кажется, стала нарицательной для обозначения неудачливого работника, попадающего в самое пекло. Ну что же, зато останусь в истории! Хаха… Будто бы, это мне было сильно нужно…
Мне повезло, в хирургии я крайне быстро нашел нужную палату, но не без помощи отзывчивой медсестры феи, которая сновая туда сюда, занимаясь как раз помощью для таких, как я, потерянных и заблудших, ищущих друзей или знакомых. Нужное место находилось в конце коридора, представляло собой обыкновенную двухместную палату, в которую, судя по манящему запаху, недавно привезли еду. Но не буду скрывать, помимо моих блестящих детективных способностей, я узнал об этом так же благодаря все той же фее, которая оказалась очень падкая на разговоры и общение. Проведя меня до места, в коридорах хирургического крыла, кстати, было значительно меньше народу, видимо из-за того, что никому не нравился здешний запах крови. Что же… я к нему настолько привык, что даже не замечал, шагая средь палат.
Остановившись перед нужной дверью, я на секунду замер, делая глубокий вдох. Что-то во мне тревожилось от внезапного визита. Будто я возвращался в родной дом, из которого бежал пятью годами ранее… И если сравнение кажется вам одновременно банальным и странно точным, то это только потому, что моя жизнь до одури банальная, но по-джентльменски точная в деталях. Тут уж ничего не поделаешь. Уверенно ударив костяшками пальцев по двери, я стал дожидаться ответа, переминаясь с ноги на ногу.
– Кто там? – Трейс… Внезапно, я на секунду замер, после чего мотнул головой. Что удивительного? Она была близка с Дерви… На деле, было бы куда страньше, если бы ее тут не было. Да и что за удивление, Рисс? Будто ты был в плохих с ней отношениях… – Ау?
– Наверное опять пьяницы… – Услышал я голос Дерви. Знакомая хрипотца и раздражение… Я выдохнул, он был в сознании, он был жив! Это радовало. – Кто там, мать твою! Если опять ты, Розентор, клянусь я…
– Лечащий врач явился, открывайте дверь. – С дрожащей улыбкой, произнес ваш покорный слуга, делая от двери шаг назад, будто испугавшись. И не зря, спустя полсекунды дверь распахнулась так резко, что могла бы сбить меня с ног, уранив тщедущное тело на пол. На пороге стояла Трейс, которая тут же бросилась на меня, обнимая и прижимая к себе. Из-за ее спины высунули головы практически все мои знакомые… Илария, Одри, разумеется Дерви, Сильва, Сайфт (ранее не упомянутый óни) и даже Гров, спутанный магическими нитями, поддерживающие единство его формы. Не было только Дымка, Гелии да Гельны… Но что поделаешь, не всем повезло так сильно, чтобы иметь возможность приковылять сюда.
– Живой! – Победоносно заталкивая меня внутрь, провозгласила орчиха. Ее недавние события пощадили, оставив лишь несильные ожоги да ссадины на плечах и лице. Я был рад за нее… За всех их. – И даже выглядит здоровым! Представьте!
Все притихли, слово намеренно позволяя мне во всей красе рассмотреть их. И эту возможность я упускать не хотел. Первым в глаза бросился разумеется сам Дерви, выскочивший с пола и изумленно пялясь на меня в оба глаза, иногда правый дергался, словно от тика. Его некогда густая борода была острижена вплоть до мелкой щетины, на которой красовались несколько ожогов. Тело казалось в порядке, лишь правая нога была чуть выгнута, будто вывихнута или сломана, но держался он на ней уверенно. Одежда осталась старая, покрытая следами крови и пепла. Большой палец правой руки были плотно перевязан бинтом, и судя по тонким нитям, пришит на прежнее место без потерь Что же… можем считать, что ему повезло. От сердца отлегло, и я сделал ему навстречу аккуратный шаг, глазами пробегаясь по остальной комнате. Илария из собравшихся пострадала наверное почти что больше всех, соперничая разве что с Одри. Бедняге действительно начисто оторвали левое крыло, оставив лишь перебинтованные остатки, что не могли двигаться, и выглядели попросту больно. Ее молодое личико выражало крайнюю степень боли, скрытую на миг за радостью моего появления, но это вообще не помогало ей не казаться потерянной и почти что мертвой. Перья, опаленные у самых кончиков, потеряли былой цвет, оставшись коричневого, грязного оттенка. Вторая конечность беспокойно дрожала, словно от судорог, печальный и погасший взгляд смотрел на меня с некой надеждой, но так же горьким сожалением. Она занимала свою койку, на небольшом расстоянии от остальных, но одна из первых подошла ко мне, аккуратно пытаясь обнять единственным рабочим крылом. Я потрепал девушку по голову и затылку, надеясь, что ей смогут найти донора… или как-либо иначе решить эту проблему. Она… явно не заслужила такой участи. Вторую койку занимала Одри, которую прикатили сюда судя по всему на коляске. Ее тело было почти полностью перебинтовано, особенно в районе туловища. Бледное лицо разразилось теплой улыбкой, хоть и оставалось болезненно острым и истощенным. Хвост с трудом двигался, будучи замотанным кровавыми тряпками, плечи обгорели и скрылись под прозрачной марлей. Видимо, она попала в эпицентр небольшого взрыва, который смогла пережить.
Остальные выглядели более чем удовлетворительно. Гров сиял новенькими, рунными ГРОВировками на теле, (простите за каламбур) а также очищенным гранитом, из которого и был изначально создан. Сайфту отломали левый рог, а также вспороли руку, возможно, осколками стекла. Замерев посередине комнаты, рядом с разложенной едой и какой-то настольной игрой, видимо подходящей к своему концу, я замер, потеряв всякий дар речи и просто глядя на них. Трейс и Илария отступили, разжимая объятия, в то же время приблизился Дерви и протянула руку Одри, будто желая, чтобы как в старые добрые, я одарил ее запястье рыцарским поцелуем.
– Хэй… Ну и чего вы застыли? – Я смог прорезать тишину, оглядываясь вокруг и наконец возвращая себе дар речи. – Я же говорил, что хрен меня кто сможет вышвырнуть с рабочего места… даже если это пытается сделать титан, поддерживаемый богом. А с каким вкусом пицца? Голоден как черт…
– Идиот… – Прошептала Одри, смахивая пальцами слезы счастья, я лучезарно улыбнулся ей, делая шаг на встречу и желая исполнить нашу давнюю традицию, забытую после ссоры. – Какой же ты…
– Руфи, собачье ты дерьмо! – Взревел цверг, бросаясь на меня и вот теперь уже сбивая с ног. Остальные либо замолчали, либо начали смеяться (Трейси и Сайфт). Я бесстрашно и покорно позволил ему поднять меня за рубашку кверху, стаскивая рубашку. – Ну!?
– Что ну, дружище? Как твой палец? Я слышал чт…
– Ты кинул меня, отстранил от дела… А сам поперся убивать богов!! Почему я пропустил это!? – Дерви упорно сжимал кулаки, пытаясь словно оторвать ткань, и признаться, скоро у него могло это получится, рубашка жалобно трещала. – Отвечай!
– Ну знаешь там… ну…
– Ублюдок вечно живучий! – Взревел Дерви, спрыгивая с меня и поднимая. Я благодарно начал оттряхиваться– И как тебя только земля носит!?
– С трудом… и неимоверными усилиями. – закончив приводить в себя в порядок, я обвел радостным взглядом собравшихся вокруг, что вскоре разразились гулким хохотом. Все, кроме Иларии, которая просто улыбнулась. – Вот я и вернулся в родную гавань… Садитесь вокруг, детишки, дядюшка Руфи… поведает вам ужасную историю о своей смерти… И падении титана.
Всеобщая боль
Все собравшиеся собрались вокруг меня, действительно готовясь слушать рассказ о моих злоключениях. Илария села на койку к Одри, Гров и Сайфт, как самые крупные, расположились на свободной кровати напротив, ближе всех сидели непосредственно Дерви и Трейс, что благодаря своему росту не занимали много места. Заглянув за их спины, оказалось, что агенты действительно играли в карты, которые в свою очередь были быстро убраны. Еда, к слову, тут была и без меня, и причем в достатке. На тумбочках расположился еще не открытый алкоголь, несколько коробок пиццы и небольшие тарелки с мясом, видимо приготовленные вручную у кого-то дома. Мой желудок с надеждой смотрел на это добро, но я проявлял вежливость и не говорил с набитым ртом, предпочитая быть полностью сосредоточенным на рассказе, пусть и не сильно углубляясь в детали. Основную мысль изложить было куда важнее, но даже так, рассказ оказался неимоверно долгим и утомительным, в особенно, учитывая то, что я своим появлением прервал вполне себе веселую вечеринку. Говорить о прошедшем было не так-то и просто… Но и далеко не так сложно, как я ожидал и чего опасался. Казалось, что в душе наступил какой-никакой покой и даже нечто, похожее на смирение, скорее всего, благодаря росткам Надежды, пробивающимся в моей душе и постепенно исцеляя ее, даруя то самое долгожданное избавление. Раз это уже былое… То какая разница? Я ведь не способен ничего изменить, а закончилось все весьма… безобидно что-ли. В кругу друзей принять прошлое и сущее действительно было куда проще и легче, в особенности, из-за их оживленности и причастности к происходящему. Они не молчаливо слушали, как то делала Анастасия, лишь холодно кивая в ответ, а будто действительно переживая этот заковыристый и резкий сюжет, изменяющийся с каждой секундой и каждым моим вздохом.
Илария и Одри проявляли в основном сочувствие, что легко оправдывалось тем, что из собравшихся пострадали сильнее всех. Последняя так и вообще тянулась ко мне так, как не пыталась даже пока мы встречались, что о многом говорило, учитывая, что несмотря на мнимую неприступность, всегда была тактильной. В какой-то момент я окончательно сдался и сел перед ней на пол, чуть смещая диспозицию но позволяя ее холодным, ослабевшим пальцам обнять меня за туловище и иногда поглаживать по волосам, проводя коготками по черепу. Признаюсь, это вызывало некоторые теплые чувства, и учитывая, насколько сильно оказалась ранена Одри, мне казалось, что подобное можно было ей позволить. Во всяком случае, я понимал, что было бы ей легче, она бы точно вела себя иначе, не позволяя себе такого хотя бы из вредности и самомнения. Илария подобные ласки конечно не совершала, как минимум ввиду своей застенчивости, а максимум – из-за полного собственничества Одри в этом вопросе, но несмотря на это, гарпия все еще оставалась наиболее эмпатичной из всех собравшихся. Иларии в целом не повезло сильнее остальных… Помимо всех прочих ран, она лишилась всякого равновесия, все время заваливаясь в сторону и из-за этого предпочитая просто лежать на подушке рядом с Одри. Это было крайне печальным зрелищем, в особенности учитывая тот небольшой но весьма значительный факт, что Илария, несмотря на свою застенчивость, всегда была бойкой и веселой девушкой, которая славилась хорошим, мягким характером и вечным позитивом. Сейчас… от него не осталось и следа.
Дерви, Трейс и Сайфт в основном старались разрядить обстановку шутками, в свою очередь как раз являясь наиболее здоровой частью нашей небольшой компании. По крайней мере, шутить пытались первые двое. Сайфт был работником… интересным. Он редко входил в круг моего общения как таковой, в основном из-за того, что являлся нашим связующим звеном с Азией, и вследствие этого, частенько пребывал в различных коммандировках, шатаясь по территории стран восходящего солнца. На вид это был юноша, хотя на деле, ему было далеко за тридцать, больше двух метров, с бараньими рогами (ну, в данный момент с одним, но об этом позже) в фиолетовых татуировках, на неизменно оголенной, накаченной груди и таком же стройном торсе, что во многих местах был отмечен давними и не очень шрамами. Волосы были цвета изумруда и расходились в две косички за спиной, у глаз сверкала белая подводка, на губе шрам в форме листика. В основном, его отправляли в Азию чтобы “правильно” убить какого-то очередного монстра, или “по традициям” изгнать духа, поэтому в агентстве у него была кличка “Ван Хельсинг”. Как оказалось, ему это даже нравилось и льстить, пусть и долгое время он вообще не понимал, почему его так звали, не обладая должными знаниями о поп-культуре. Угадайте, кто объяснял ему это? Ха-ха, конечно ваш покорный слуга… В целом, так мы и хоть как-то познакомились, когда мне просто стало чуть жаль его незнания. До того дня, мы даже не общались ни разу, пересекаясь дай бог раз в полгода.
Гров и Сильва остались вне обсуждения, молчаливо ожидая того, как я закончу, и как бы это не было логично, степень их ранений можно было оценить как “умеренные”. У тетраморфа был перевязан правый, нижний, а от того рабочий глаз, но вместо него открылся один из верхних, что явно не нравилось девушке, потому как она отчаянно пыталась закрыть его раз в несколько секунд, но концентрации не хватало, и от того, он вечно открывался вновь, как-то подозрительно и чересчур внимательно осматривая помещение. Будто бы он впервые видел его и от того отчаянно желал познать мир вокруг… Это наводило на определенные мысли, но они уходили на второй план, на фоне моего собственного рассказа, охватившего большую часть рассеянных мыслей. К слову, Сильва действительно не изменила своему слову, в ее чаше был налит далеко не привычный чай, а обычная вода. Что казалось мне еще большим извращением, чем предыдущий вариант. Боже мой, как вообще можно пить просто воду, и заедать ее пиццей, какой-то нонсенс! Гров, к слову, просто не обладал достаточным многословием или эмоциональностью, чтобы вмешиваться в рассказ, он просто скажет что-то после, как делал не раз.
Собственно, мой рассказ вам объяснять или пересказывать смысла нет. Понятно, что я утаил моменты связанные с Андрием и Бревси, а также нечто… слишком пугающее или путающее мысли, как например вопрос о скорой войне. Я не чувствовал угрызений совести от сохранения их тайн в минус своих добрых друзей и знакомых, потому как пусть с Андрием и Бревси я познакомился лишь недавно, мы пережили форменный ад. И я не собирался тут же отрекаться от этого, ожидая того же от них. Так же, я решил не углубляться в тему ордена Конрада, хотя признаться, был уверен, что некоторые высказали бы желание вступить. Но… Позже. Сейчас для этого не время и не место. Да и сам я в нем не состоял, распространяться о нем будучи просто бывшим учеником главы, а даже не участником – бред. Остальное… вы знали и так.
– Проверить не могу, что ты лишил меня драки С БОГОМ, Руф, это было подло. – В конце рассказа, протянул разочарованный и уже чуть выпивший Дерви, почесывая щеки и с непривычки иногда одергивая пальцы, не ощущая бороды. Да, его щетина была острее иных лезвий, интересно, как он не царапался об нее? – И после этого, ты смеешь называть себя моим другом?
– Не разделяю твоего фанатизма, Дерви. – Протянула Одри, продолжая поглаживать мои волосы, и в очередной раз растрепав их. Мне это пусть и нравилось, но я ощущал себя говорящей куклой в ее руках, и ладно бы мы были в отношениях, я был бы не против, но когда есть Гелия… Бррр. – Мы все чуть не умерли от каких-то груд плоти, какой тебе бог?
– Ну как почти все. Лично я чуть не умерла от огня. – Пожала плечами Трейси, переводя свой бодрый взгляд на меня и заставляя зрачки искриться от энергии. – Руфиии… А тот милый ангел свободен? Или вампирша-потаскуха все же очаровала его?
– Ну уж нет милочка, ты не будешь встречаться с такой тряпкой, как этот “Андрий”! – Замотал головой Дерви, оглядываясь на орчиху. Та закатила глаза. Кто-то прыснул, кто-то тоже презрительно вздохнул, видя отцовскую заботу цверга. Как отреагировал я, можете попытаться угадать. – Он же был бесполезен!
– А по-моему, он правда душка… – Глухим шепотом залепетала Илария, грустно глядя в никуда и иногда только переставляя лапы. Ее голос был еще более душераздирающим, чем остальной, и без того печальный, вид. Казалось, ее мир полностью рухнул, вместе с оторванным крылом, которое вынудило ее буквально спуститься с небес на землю. Господи, как же плохо звучала эта метафора в контексте Иларии… Я тут же вычеркнул ее из лексикона на ближайшее время. – Напоминает мне о Солти, моем… … друге.
– Согласен с Дерви, по-моему, он был полностью бесполезен что в битве, что вне ее. – Сайфт без каких-либо моральных терзаний открыл бутылку пива, которую взял с тумбочки, после чего огляделся, и видя недовольные взгляды со всех сторон, положил обратно. – Кхм…
– Но. Он. Спас. Руфи. – Произнес Гров, двигая плечами и смотря строго вперед, скорее из-за незаконченности конструкции, нежели из-за нежелания. – И. Помог. Пройти. К Ласкам.
– Согласна с нашим терминатором. – Проворковала Сильва, вновь раздраженно закрывая третий из четырех глаз. Тот, казалось, боролся со своей хозяйкой, за право хоть немного впитать мир вокруг. – Андрий, не имея магии или силы, смог быть достаточно полезным, учитывая противников Руфи… это достойно.
– Ну, на деле, куда бесполезнее была та мелкая сука, гоблинша которая. – Сплюнул на пол Дерви. Я усмехнулся, видя с каким остервенелым недовольством цверг вспоминает Бревси. Ах… Знал бы он, что та действительно просто игралась, что с ним, что с остальными. – Но все равно, всю работу делали Руфи с Люсиль!
– Снова же, не стоит ожидать от столь обыкновенных существ какой-то великой помощи чародею и высшей вампирше.– Заметила Сельва, отпивая воду из блюдца и ободряюще глядя на меня. – Они делали что могли, им просто не давали слишком много возможности для реализации своих способностей.
– Паршивая отмазка, тот кто сильный всегда найдет этой силе применение. – Заявил Сайфт, то-ли случайно, то ли намеренно играя мускулами. У óни было некоторая часть самодовольства, но у кого не было? Ему хватало мозгов осозновать, в чем он мог быть хуже других и в чем был хуже. И от того не чурался просить помощи у более умных, более сильных или более пронырливых, если то было действительно нужно. Поэтому даже если он поиграл мускулами намеренно – ну, он действительно выглядел здесь круче всех. В целом, я думаю это была его жизненная позиция, быть крутым. У него постоянно были новые девушки, он богат, силен, относительно обычных граждан… По сути, он воплощения крутого парня, всегда на позитиве и без особых проблем по жизни… Вот, черт его дери, главный герой! А не я, точно не я…
– Не думаю, что от гоблинши с ножами был смысл в борьбе с Богом. – Возразила Одри, продолжая меня обнимать. – К слову, Руфи, она же стала главой Чумы?
– Должна была… По крайней мере, ее мать мертва точно. – Я был уверен, что если слова Бревси оказались правдивы, то она без труда возьмет власть в ближайшие сутки. Но были ли они правдивы на самом деле? А черт его знает. – Я могу навестить ее, когда закончу с Прометеем. Точнее, я в любом случае навещу ее. Она мне задолжала.
– Раз уж зашла речь о полезности… Ты все так же считаешь, что я недостаточно хорош, чтобы участвовать в этом деле вместе с тобой? – Дерви уставился на меня суровым взглядом, прожигая насквозь. Я видел в его взгляде одновременно злость, некую благодарность, но четкое решение что после такого, он пройдет со мной дальше. Собственно… Я и не собирался отказываться. – А!?
– Кхм… Я просто не хотел забирать у Мелисс мужа, ладно? Можешь избить меня за это на свадьбе, идет? – Я пожал плечами, после чего улыбнулся, еще больше раздражая цверга. – Но как мне кажется… Основная часть уже закончена. Осталось только раздавить Прометея, потому я буду рад твоей компании. Как твой палец, кстати?
– Успели пришить, но с темы ты не соскальзывай! Когда мы приступаем к работе? – Уточнил цверг, действительно решив взяться за это дело и довести его до конца.
– Завтра нужно будет связаться с Андрием, дальше – посмотрим. Ориентировочно встречаемся у Агентства, к девяти. – Я отвел взгляд, чуть разминая плечи и останавливаясь на запястье Горгоны, которое было прямо около щеки. – Одри, как ты? Где тебя так?
– Работать с этим водохлебом!? Да я не… – Поймав на себе сразу же три осуждающих взгляда – мой, Одри и Сильвы, Дерви замолчал, после чего понизил голос и тембр, начиная говорить спокойно, а не как пьяный старатель. – Ты точно уверен, что он нужен?
– Он хочет отомстить за смерть своих знакомых, по-моему, очень веская причина дать ему такую возможность. – Я выгнул бровь заставляя цверга утихнуть. Не то, чтобы я сильно хотел видеть Андрия в команде, но я уже обещал, тем более… Там его ждет Зоя. Теперь это станет для него близким настолько, насколько возможно, и я не мог просто отмахнуться от этого, пустив на самотек. Андрий не был мне так дорог и близок, но мог таковым стать, и я не хотел просто так упускать возможность завести хорошего друга. – Одри, прошу, говори.
– Анастасия меня послала в кварталы эльфов, чтобы мы оттеснили оттуда эту мясную тварь. Он бушевал прямо среди магазинов, и было множество жертв среди гражданских… Пока боевики и кто-то, кто владел магией, пытались его отвести в сторону, я занималась раненым и направляла людей к укрепрайонам полиции. В итоге, когда я рискнула и попыталась спасти застрявших в магазине, один из них толкнул меня прямо к нему в лапы, пытаясь убежать. – Одри тяжело вздохнула, поглаживая мои щеки и пальцами проводя по шее. Остальные, кажется, этого не знали, так как притихли, слушая Горгону. Возможно, только мне хватило не тактичности просто спросить про ранения. – Он тут же вцепился и принялся рвать бока, пока не отвлекся на наседающий со спины огонь, отбросив меня в сторону. Но в защиту гражданских скажу, что они меня и дотащили до точки медиков. Без них, я бы скорее всего умерла.
