Текст книги "Расколотый прайд"

Автор книги: Эрин Хантер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

Тучка из стада Широкого Шага выглянула между ног взрослых слоних. Разглядеть почти ничего не удалось из-за клубов пыли, за которыми угадывались зебры и гну, целые стада, охваченные паникой. Копытные пихались и толкались, но наталкивались на взрослых слоних, стоявших неподвижно. Их тревогу выдавал лишь шелест ушей. Изредка вихрь красной пыли достигал хоботов, и тогда слонихи чихали.

Тучка расправила уши и нахмурилась. Она знала Травяной язык, но в шуме многих голосов не могла разобрать ни слова. Наконец одна из зебр приблизилась к слонам почти вплотную, и она услышала её тревожное ржание:

– Львы! Львы!

Тучка вздохнула и отступила на шаг. «Львы». О них она знала одно: они убили её мать, напав, когда та была ещё совсем слабенькой после рождения Тучки. Холодок пробежал по спине юной слонихи.

– Тучка, я боюсь, – послышался тоненький голосок.

Тучка повернулась к двоюродному братишке и потёрлась боком о его бок. «Нужно притвориться храброй ради него».

– Всё хорошо, Месяц, здесь они нас не достанут. Взрослые их не пустят. – Она нежно погладила его шею. – Я буду защищать тебя, а семья – нас обоих. Бояться нечего.

– Но львы…

– Сам подумай, Месяц! С нами Великая Мать. Разве осмелятся львы напасть на неё?

Месяц подумал минуту, затем кивнул с гораздо более бодрым видом. Он положил голову на спину Тучки и прижался к ней всем своим маленьким телом.

– Ты права, Тучка. Мне гораздо лучше. Спасибо.

– Помни, в Великой Матери живёт Великий Дух, – шепнула она братишке. – Я тоже боюсь львов, но она не позволит им тронуть нас.

– Нам, наверно, не стоило бы делиться Великой Матерью с другими животными, – проговорил Месяц.

– Это большая честь, Месяц, иметь право гордиться ею! – Тучка с обожанием посмотрела на Великую Мать, которая сдерживала давку высоко поднятым хоботом. Годы уже коснулись её благородной головы, края ушей обвисли и кое-где порвались, но длинные бивни по-прежнему были белее снега. Сколько Тучка помнила, и даже ещё гораздо раньше, её бабушка была не просто любимой главой стада Широкого Шага. Понизив Голос, она прошептала брату:

– Наша родная бабушка – главная во всей Земле Отважных!

Великая Мать как носительница Великого Духа давала мудрые советы всем обитателям саванны. Она разбирала их споры, толковала предзнаменования, примиряла вражду и учила терпению. Великая Мать старела, но по-прежнему могла остановить бегущие в панике стада травоядных или крадущихся хищников.

Но сейчас она в раздражении смотрела прямо перед собой.

– Всем успокоиться! – протрубила Великая Мать. Она шагнула вперёд, и земля задрожала. – Прайд получил добычу, всё кончилось!

Почти моментально паника прекратилась. Травоядные замедлили бег и мало-помалу остановились, столпившись вокруг слонов. Кое-кто из них казался пристыженным. Когда все успокоились, одна из гну издала жалобный крик, призывая друга, который уже никогда не откликнется.

Великая Мать сделала ещё шаг. Плотное кольцо слоних расступилось. Тучка бросила быстрый взгляд на саванну, выискивая львов. И увидела их вдалеке, за морем травы, поедающих свою добычу в тени акаций. Она с сожалением вздохнула, но так тихо, что двоюродный братец и не заметил.

– Вот видишь, Месяц, – Тучка легонько потрепала его по головке. – Мы всё время были в безопасности.

Паника улеглась, однако некоторые зебры и гну всё ещё нервно ржали, обнажая зубы, и рыли копытами землю. Великая Мать подошла ближе и остановилась прямо перед ними, так что они были вынуждены посмотреть на неё.

– Что, во имя Великого Духа, здесь происходит? – вопросила она.

Один из гну выступил вперёд и почтительно поклонился.

– Зебры неправильно вели себя. И в результате мясоеды схватили одного из наших!

– Чепуха! – вскинулся на него вожак зебр. Но затем повернулся к Великой Матери и почтительно наклонил голову: – Великая Мать, гну пытались направить львов на моё стадо. Спасение своей жизни – это нормально, но сознательно принести в жертву зебру…

– Это неправда, – отозвался гну и снова отвесил поклон Великой Матери. – Началась паника. Все знают, как это бывает.

Великая Мать немного подумала, потом набрала хоботом воздуха и дунула в землю, взметнув тучу пыли.

– Послушайте меня, – произнесла она терпеливо. – Травоядные, вы должны доверять друг другу и исходить из того, что каждое стадо действует с благими намерениями. Полагайтесь друг на друга, будьте осторожны, и это поможет вам выжить.

Никто не стал спорить с ней, зебра и гну поклонились и вежливо поскакали прочь, слегка пристыженные.

– Да, Великая Мать.

– И помните, – с бесконечной добротой промолвила она, – хищники будут охотиться на вас. Так повелось в Земле Отважных. Помните Закон? Убивать, только чтобы выжить. Львы тоже должны жить и имеют право есть.

– На этот раз, – фыркая, заметил вожак зебр, – все зебры выжили и снова могут пастись. – Он встряхнул гривой и повернулся к гну: – Да будет твоё стадо вольно пастись в саванне, – вежливо заключил он.

Гну поклонился с одобрением.

– Да вознаградит нас Великий Дух за эту жертву, – сказал он, – сочной и свежей травой.

Ублаготворённые травоеды удалились и вскоре исчезли из глаз, смешавшись со своими стадами. Великая Мать удовлетворённо кивнула, затем, не произнеся ни слова, двинулась прочь широким размеренным шагом. Слонихи последовали за ней, а травоядные держались поодаль, снова мирно пасясь и переговариваясь.

Тучка была рада, что всё закончилось, она содрогалась от мысли, что львы были так близко, и в глубине души соглашалась, что травоеды имеют право сердиться. «Тут любой ворчать начнёт», – думала она. Она устала, ей хотелось пить. Слоны, зебры и гну страдали в сухой сезон и мечтали о дожде, а теперь им ещё идти и идти до водопоя, у которого должно было состояться Великое Собрание.

В то же время Тучка была в восторге от путешествия. Целый год новости о событиях в Земле Отважных приносили Великой Матери только стервятники. Даже сейчас, когда она гордо шла во главе стада, огромные птицы то и дело планировали к ней с высоты и шептали ей что-то, сверкая лысыми головами. Она отвечала им на пронзительном Небесном языке.

Месяц тоже видел стервятников.

– Если птицы сообщают все новости Великой Матери, зачем мы идём на Великое Собрание?

– Потому что все звери знают, что она будет там и они могут прийти и поговорить с нею, – объяснила малышу Тучка. – Сотни и сотни придут повидаться с ней, попросить о помощи. – Она дунула на него хоботом. – И знаешь, Месяц, Великое Собрание – это весело!

– А! Ну хорошо. Я подожду, – и слонёнок припустил вперёд, смешно вскидывая ноги.

«Хорошо, что Месяца не слишком мучит жажда, – подумала Тучка. – Сил у него хоть отбавляй». Впрочем, слонёнок всё ещё пил материнское молоко, и, хотя бедная Звезда страшно устала и отощала за сухой сезон, она позволяла малышу сосать.

Тучка сорвала пучок травы и пощекотала Месяца за ухом. Он уворачивался и хихикал, и она решила сорвать ещё, чтобы продлить игру.

Срывая третий пучок, она нащупала хоботом на земле кость.

Яркая вспышка блеснула в мозгу. Тучка тяжело вздохнула. В голове роились неясные образы, она не могла уловить их смысла, понимая только, что огромная птица заслонила от неё солнце. Потом видение исчезло так же быстро, как возникло.

Тучка остановилась, встряхнула головой. Её дыхание сбилось, сердце колотилось. «Что это было?» Она склонилась над костью. Совсем тоненькая, маленькая. Может быть, из ноги газели? «Это точно не кость слона». Все слоны умеют распознавать останки своих предков, но только Великая Мать имеет власть читать кости других животных.

«Я ошиблась. Я устала и хочу пить. У меня воображение разыгралось. – Тучка посмотрела вверх. – Солнце высоко, в глазах мутится. Вокруг много птиц… – Она в испуге остановилась. – Ох, я потеряла Месяца!»

Однако он просто отбежал на другой конец стада, мельтеша под ногами взрослых.

– Месяц, ты в порядке? – позвала она.

– Да! – весело протрубил он. – Я играю.

– Смотри, не отстань от стада, – предупредила она. – И вообще никуда не отходи.

– Не уйду!

Забота о братишке отвлекла Тучку от глупого образа птицы. Юная слониха почувствовала себя гораздо лучше и поспешила догонять Звезду и Дождевую Каплю, которые вслух вспоминали последнее Великое Собрание. Когда она подбежала, они ласково поприветствовали её хоботами.

– Тучка! – певуче окликнула её Звезда. – Ты не устала?

– Не слишком, – бодро отозвалась она. – Но нам ещё долго идти, можно, я послушаю ваши рассказы?

– Конечно, можно, – засмеялась Дождевая Капля, мотая хоботом. – Я как раз рассказывала про год Трехногого Гепарда.

Тучка счастливо слушала, время текло незаметно. Она любила всех взрослых, они сообща заботились о ней после гибели матери. «Я скучаю по ней, – подумала она, – но Звезда, Дождевая Капля, да и все слонихи стада стараются стать мне матерями».

– Ну а теперь, – обратилась к ней Звезда, – ты расскажи нам что-нибудь, Тучка. Какое у тебя самое приятное воспоминание?

Тучка застенчиво склонила голову.

– Я слишком маленькая, у меня нет историй, – прошептала она. – А воспоминание… Да! Как мама поливает меня водой в конце жаркого дня.

Обе слонихи засмеялись.

– И правда, что за чудесное воспоминание, – пророкотала Дождевая Капля. – Эх, чего бы я не отдала за полный хобот воды сейчас!

– А как себя ведёт мой сыночек? – спросила Звезда, отыскивая его глазами. – Пора дать ему молока.

– Месяц просто прелесть, – радостно ответила Тучка, наблюдая, как слонёнок бегает, взметая хоботом пыль. – Смотрите, он всё играет. Хотите, я приведу его?

И она пошла за малышом, игравшим чуть в стороне от стада.

– Месяц, – позвала она. – Иди к маме!

– Тучка, смотри, что я нашёл! Большущего синего жука! Иди сюда и взгляни!

Терпеливо вздыхая, Тучка отправилась к нему.

– Ну и где он? Послушай, я же говорила тебе не отходить от…

Краем глаза она заметила огромную бледную тень, грузно вывалившуюся из кустов. Гигантский рог осуждающе целился прямо на слонят.

«Носорог! О нет!» Сердце Тучки ушло в пятки.

– Эй, вы! Это моя территория! – крикнул носорог – Убирайтесь вон! Хулиганы!

Тяжело дыша, Тучка помотала низко опущенной головой.

– Извините. Месяц совсем маленький и не понимает. Я сейчас…

– Сказал же: убирайтесь! Вот отсюда! – Носорог топнул ногой и угрожающе наклонил голову.

– Простите, – снова пролепетала Тучка. Таща Месяца хоботом, она заторопилась к своим.

Великая Мать повернула огромную голову к двум спешившим к ней слонятам и приветственно дунула на них.

– Не возражай ему, Тучка, – сказала она. – У некоторых носорогов в Земле Отважных скверный характер, вот и всё!

Вернув Месяца в стадо, она пошла рядом с Великой Матерью.

– Почему они такие злые? – спросила она. – Мне показалось, он готов был растоптать нас.

– Просто завидуют, – вздохнула Великая Мать. – Испокон веков Великим Отцом или Великой Матерью были слоны. Великий Дух снисходит в Великого Родителя, потом, когда тот умирает, переходит в следующего. Ты ведь знаешь это, внучка?

Тучка кивнула.

– Ну вот, он ни разу не снизошел в носорога! – закончила Великая Мать с коротким смешком. – А им уже давно кажется, что подошла их очередь.

– Но ведь носороги совсем не такие добрые, как ты, – сказала Тучка. – И вообще, это глупо. Великий Дух сам выбирает, в кого снизойти, и мы не виноваты, что он не выбрал носорога.

– Правильно, Тучка, – Великая Мать погладила хоботом шею внучки, привлекая к себе её голову, но тут её нога наткнулась на небольшой скальный выступ, старая слониха споткнулась и едва удержалась на ногах.

– Великая Мать! – в тревоге вскричала Тучка. – Ты ушиблась? Может быть, остановимся и отдохнём?

Старая слониха засмеялась.

– Нет, девочка. Не тебе заботиться обо мне. – Она подняла голову и вновь зашагала, вглядываясь в горизонт. – Я уже очень стара, но мне ещё предстоит долгий путь. Я узнаю, когда придёт время Великому Духу покинуть меня.

Минуту Тучка молчала.

– А как ты узнаешь? – тихо спросила она. Мысль остаться без Великой Матери казалась невыносимой.

– Просто узнаю, дорогая. А когда время придёт, Великий Дух покажет мне новую Великую Мать или Великого Отца, в которого намерен снизойти. Так всегда было и так всегда будет.

– Ладно, – пробормотала Тучка. – Только не передавай Великого Духа этому противному носорогу.

Великая Мать снова рассмеялась.

– Как Великий Дух пожелает, так и будет. Вот! – она показала куда-то хоботом. – Смотри, вода! Тучка пригляделась: на горизонте, в пышной зелени, казавшейся совсем тёмной на фоне голубого неба, что-то поблескивало. Вокруг послышались возгласы восхищения, слонихи прибавили шагу.

Тучка в восторге затрубила, получше разглядев небольшое озеро с зеленовато-коричневой прохладной водой. Оно выглядело так заманчиво!

– Устроим водяную битву! – закричал Месяц.

– Отличная мысль! – Тучка прошла по илистому берегу и погрузила хобот в воду.

– Подождите! – скомандовала Великая Мать.

Тучка удивлённо оглянулась и увидела, что глава стада быстро идет к озеру.

– Нет. – Старая слониха опустила свою величавую голову и указала на что-то хоботом. – Вода испорчена, мои дорогие. Извините.

Тучка проследила за её жестом и еле сдержала крик отвращения.

– Ты видишь, милая? – Великая Мать покачала головой. – Мёртвая антилопа. И она тут давно лежит.

Останки наполовину съеденной антилопы всплыли на поверхность. От неё исходил ужасный запах. Тучка поспешно выплюнула воду, которую успела набрать в хобот. Великая Мать права. Слонихи разочарованно переговаривались, но спорить никто не стал.

Вздыхая, Тучка попятилась.

– Пойдём, Месяц. Не трогай эту гадость.

С несчастным видом слонёнок потрусил рядом с сестрой. Остальные тоже понурились, а Звезда испустила долгий протяжный стон.

– Не грустите! – Великая Мать ободряюще подняла хобот. – Ничего не поделаешь, мои дорогие. – И она со стоическим спокойствием шагнула вперёд. – Нужно идти дальше.

Глава 6

На поверхности реки плавали щепки и мусор. Заноза отлично видел длинные шипастые спины крокодилов. Он выпятил подбородок. Некоторые рептилии казались сонными, они выползали на бережок и лениво грелись на солнышке. Другие, те, что в воде, выглядели весьма активными, они буквально стреляли глазами по сторонам. Но и дремлющие крокодилы не внушали Занозе никакого доверия.

Чуть поодаль на вершине высокого дерева с удобством расположились двое Верхнелистных, пришедшие наблюдать, как молодые бабуины выдержат Испытание. Одним из наблюдателей была Манго. Она выхватила клеща из шерсти Ветки и сунула его в рот. Они, казалось, почти не смотрели на кандидатов, но Заноза знал, что их полуприкрытые глаза замечают решительно всё.

Позади Занозы и Пачкули переминался с лапы на лапу Бесстрашный. Заноза видел, как беспокоится его друг. «Времени у нас до заката, – вспомнил Заноза. – Если не закончим до сумерек, мы провалились».

– И кто это придумал? – проворчал у его уха Пачкуля. – Всего-то и делов – перебраться через Крокодилью Реку.

– Это доказательство нашей проворности, – напомнил ему Заноза. – Ну, и храбрости, конечно.

– И отсутствия всякого здравого смысла, – заметил Пачкуля.

– Я верю в вас обоих! – заявил Бесстрашный.

Убежденность друга тронула Занозу до глубины души. Он помнил, как расстроился Бесстрашный, когда его замысел пройти Испытания наравне с бабуинами закончился ничем. Какой он добрый, что пришёл поболеть за них! Юный лев улёгся, облизал пасть и принялся наблюдать за течением реки.

Несколько аистов неторопливо переступали длинными ногами по отмели, то и дело тыкая жёлтыми клювами в воду. Крокодилы не обращали на них внимания. Но кое-кто из них высунул голову из воды, с интересом поглядывая на бабуинов.

Манго и Ветка внезапно насторожились на своём дереве. Заноза проследил за их взглядами и увидел, как Клык, один из дружков Ореха, прыгнул в воду. Он быстро плыл мимо крокодилов, подгоняемый, как подозревал Заноза, скорее страхом, чем стремлением к цели. Его голова болталась в воде, словно какой-то намокший плод, но вот он достиг противоположного берега, высоко подпрыгнул и завопил, торжествуя победу. Верхнелистные одобрительно кивнули.

Заноза вздохнул, жалея, что его опередили. Зато крокодилы успели подготовиться. Один из них выполз из воды, подбираясь к Зарубке, которая оказалась к нему ближе других, но та пронзительно взвизгнула и отскочила на безопасное расстояние. Крокодил вернулся в воду, пробормотав что-то своему товарищу на скрипучем Песчаном языке. Оба издали какой-то ужасный звук, напоминавший смех. Заноза вздрогнул.

– Будь осторожен, – прошептал Пачкуля. – Мама говорит, крокодилы не соблюдают Закон. Они охотятся не только, когда голодны. Они убивают, когда хотят, и не держат ответ ни перед кем, даже перед Великой Матерью.

Заноза глубоко вздохнул. «Я хочу быть с Ягодкой. Мне нужно это сделать. Выбора нет».

Его глаз уловил какое-то движение. Бабуин повернулся и увидел, как в воду прыгнул Орех, подбадриваемый криками своей шайки. Не спуская глаз с крокодилов, Орех отплыл на небольшое расстояние, а потом принялся перебираться через реку, прыгая с обломка доски на бревно или другой мусор и так далее.

«Это его не спасёт, если он не станет двигаться быстрее, – думал Заноза с замиранием сердца. – Сейчас крокодилы утащат его!» Он не любил Ореха, но вовсе не желал смотреть, как его съедят.

А Орех всё скакал с камешка на ветку, уворачиваясь от щёлкавших вокруг него челюстей. Берег был уже совсем близко. В финальном прыжке Орех приземлился прямо на спину громадному крокодилу, но пока тот поворачивался и высовывал голову из воды, нахальный бабуин уже был далеко. Достигнув наконец берега, Орех издал торжествующий вопль.

– Я – Среднелистный! А вы, кроки, можете подавиться!

Снова Манго и Ветка одобрительно кивнули на своём дереве. Шайка Ореха вопила и приплясывала на песке.

– Орех прошёл, – Заноза не мог скрыть зависти, но поглядел на Пачкулю и понял, что его друг трясётся от страха.

– Пошли, Пачкуля! – Заноза старался говорить как можно увереннее. – Сейчас или никогда. – И легонько подтолкнул своего маленького друга к кромке воды.

– Удачи! – рыкнул Бесстрашный. – Помни: главное – не останавливаться!

Передние лапы Занозы коснулись воды. Крокодилы лениво посматривали в их сторону. Они определённо понимали, что торопиться незачем.

– Держись рядом, Пачкуля, – шепнул Заноза. «Наверно, если начнутся проблемы, я сумею его вытащить», – подумал он.

С решительным видом он бросился в воду. Пачкуля последовал за ним. Один из дощатых обломков, которыми пользовался Орех, плавал неподалёку, и Заноза стремительно двинулся к нему.

– Мы прорвёмся! – обернулся он к Пачкуле.

Внезапно вода вспенилась от крутящихся тел и бьющих хвостов. Заноза обернулся посмотреть, что случилось.

– Это Орех! – воскликнул Пачкуля. – Он бросает камни в крокодилов.

Заноза глянул на противоположный берег и увидел, что Пачкуля не ошибся. Зловредный бабуин наклонился за очередным камнем.

– Так представление ещё интересней! – орал Орех. Со злобной усмешкой он широко замахнулся и запустил камень прямо в спину крокодила. Огромная рептилия с челюстями нараспашку выскочила из воды, подняв фонтан брызг.

– Ох! – выдохнул Пачкуля. – Какие зубы…

– Небо и камни! – пробормотал Заноза, содрогаясь. Зубы крокодила были огромные, острые, как пики, и пасть была утыкана ими от края до края.

А с берега всё летели камни Ореха. Один угодил в большущего крокодила, заставив его со всплеском уйти под воду. Рептилии разъярялись всё больше и больше. Вода забурлила, волна накрыла Пачкулю с головой. Он вынырнул, отплёвываясь.

– Орех! Прекрати сейчас же, идиот! – вопил Заноза.

Орех, не обращая на него внимания, продолжал швырять камни. Аисты в тревоге били белыми крыльями, а дремавшие на берегу крокодилы направились к воде с явным намерением добраться до любого бабуина, который только попадётся им на глаза. Один из них, огромный, нырнул. Заноза увидел, как из воды высунулись две его ноздри и устремились к нему и Пачкуле.

«Он плывёт прямо на нас!»

– Выходим! Выходим! – заорал он и с шумным плеском повернул к берегу. Они с Пачкулей уже выбрались на песок, а он всё слышал позади себя ругательства крокодила на Песчаном языке. На четвереньках два бабуина понеслись к поджидавшему их под деревьями Бесстрашному. Крокодил отстал, ворча, и вернулся к реке.

– Что тут будешь делать? Это не бабуин, а какая-то мартышка! – выругался Заноза. – Он просто хочет, чтобы никто больше не прошёл Испытание.

– И, похоже, ему это удалось, – заметил Пачкуля, оглядываясь на взбудораженных крокодилов.

– Манго! Ветка! – крикнул Заноза Верхнелистным. – Видели, что творит Орех?

Ветка с сожалением кашлянул.

– Мы здесь для того, чтобы засчитывать успех. Манго, а ты что скажешь? Разве это против правил?

– Не знаю, – Манго почесала подмышку. – Не уверена. Никто никогда не делал этого раньше, поэтому и в правилах этого нет. Насколько я знаю.

Взбешённый Заноза осыпал Верхнелистных беззвучными проклятьями и повернулся к Пачкуле.

– Я не намерен сдаваться, – рявкнул он. – И вовсе не из-за Ореха. Мы должны это сделать. – Он огляделся, напряжённо размышляя. – Ветки, Пачкуля! Помнишь, мы тренировались с ветками? Может, сумеем перебросить мост через реку?

– Отличная мысль! – сказал Пачкуля.

И они кинулись в рощу, внимательно смотря по сторонам, шаря в кучах хвороста и отбрасывая в сторону слишком тонкие ветки. Они переворачивали камни и сломанные сучья, только пауки успевали разбегаться. Вокруг было сколько угодно гнилых листьев, прутьев и плетей папоротников, но ни одной подходящей толстой обломанной ветки.

– Ни одной нет нужной длины, – вздохнул Пачкуля. – А, впрочем, они есть наверху...

Заноза и Бесстрашный посмотрели, куда указывала его лапа. Прямо над их головами простиралась толстенная ветка хлебного дерева.

– Плодов на ней нет, – проговорил Бесстрашный. – Должно быть, сухая. Можно легко сломать.

– Ну и как это сделать? – удивился Заноза.

– Ну, это просто. – Пачкуля кивнул на Бесстрашного. – Ему уже приходилось ломать ветки.

– Точно! – Бесстрашный широко улыбнулся. – Наконец-то большой и тяжёлый лев принесёт пользу, когда залезет на дерево.

– Стоит попробовать! – Заноза подпрыгнул от радости. – Вперёд, Лев-Бабуин!

Кусая лапы, он смотрел, как Бесстрашный обошёл дерево, внимательно изучая его. Наконец юный лев подпрыгнул и повис на стволе, вцепившись в него всеми четырьмя лапами. Переставляя лапы, он двинулся вверх, когти царапали кору.

Заноза смотрел, затаив дыхание.

– Надеюсь, у него получится, Пачкуля. Только бы он не ушибся.

Бесстрашный добрался до толстой горизонтальной ветки. Его хвост свешивался вниз. Сделав глубокий вдох, он пополз по ветке. Заноза едва мог смотреть, как лев мало-помалу продвигался вперёд. Под его тяжестью ветка прогибалась и скрипела.

– Дело идёт! – воскликнул Пачкуля.

Бесстрашный продвинулся ещё, ветка наклонилась.

– Похоже, она гнилая, – сказал он.

– Можешь ещё чуток вперёд? – выдохнул Заноза.

Бесстрашный подналёг на ветку. Она страшно согнулась, послышался треск.

– Ура! – рыкнул лев, когда ветка надломилась.

И вместе с ней рухнул наземь. Впрочем, на этот раз падать было невысоко. Бесстрашный встал и отряхнулся, совершенно невредимый.

– Ты просто герой! – закричал Заноза, потирая лапы.

– Ну а теперь, – сказал довольный Пачкуля, – отнесем её к реке.

Трое друзей потащили гигантскую ветку на берег – бабуины лапами, а Бесстрашный зубами. Тащить было тяжело и ужасно неудобно, ветка цеплялась за каждый камень и каждый куст, попадавшиеся на пути. Очутившись наконец на илистом берегу, все трое изнемогали от усталости. Остальные молодые бабуины, чьи намерения пересечь реку оказались напрасными из-за проделок Ореха, смотрели на них со смесью недоверия и зависти. С грехом пополам друзья закрепили ветку двумя камнями и перебросили через реку. Крокодилы наблюдали за ними с любопытством.

– Она толком не достаёт до противоположного берега, – разочарованно заметил Пачкуля.

– Другой всё равно нет, – мрачно отозвался Заноза. – Придётся воспользоваться этой.

– Я сяду на этот конец, – предложил Бесстрашный. – Она хотя бы не будет шататься.

Он расположился поверх удерживавших ветку камней, и она под его весом стала гораздо устойчивее

– Сейчас, – Заноза поплевал на ладони и полез на ветку.

Пачкуля взгромоздился следом за ним, и два молодых бабуина начали переход над водой.

– Ох! – пискнул Пачкуля, потому что один из брошенных Орехом камней угодил ему в бок. Радостное гиканье раздалось с того берега.

– Значит, он всё не унимается, – пробормотал Заноза. – И будоражит крокодилов.

Некоторые крокодилы вылезли из-за камней и погнались за Орехом. Однако тот, лёгкий и увёртливый, без труда ушёл от погони, и они отстали. Тогда огромные рептилии решили выместить своё раздражение на других бабуинах, а Орех вернулся на берег и вновь принялся швырять камни.

Из воды показались широко открытые челюсти крокодила и щёлкнули совсем рядом с передней лапой Занозы.

– АЙ! Они собьют нас отсюда. Назад! Назад!

– Ненавижу Ореха, – пробормотал Пачкуля, устремившись по ветке назад.

– Знаю, – мрачно согласился Заноза, отступая вместе с другом. – Но я ему покажу!

На берегу их уже поджидали издевательски хихикавшие дружки Ореха. Заноза не обратил на них внимания. Он напряжённо думал. «Ага!»

Аисты перебрались немного выше по течению и теперь опять тыкали клювами в воду, меся ил длинными ногами. Им и дела не было ни до крокодилов, ни до бабуинов.

– Есть идея! – Заноза улыбнулся Пачкуле.

И он помчался по берегу к аистам. Манго и Ветка проводили его любопытными взглядами. Подбежав, бабуин перевел дух и вломился прямо в центр стаи.

Это оказалось куда веселее, чем пересекать смертельно опасную реку. С криком «С дороги, мартышки с крыльями! Грязомесы! Поедатели лягушек!» Заноза расталкивал птиц. Даже не владеющий Небесным языком легко понял бы, что из клювов аистов вырываются страшные ругательства. А Заноза продолжал вопить и размахивать лапами, пока не вспугнул их всех. Один за другим обиженные аисты поднимались в воздух, взмахивая широкими бело-серыми крыльями. Вскоре взлетела вся стая – круговерть перьев и длинных ног и принялась кружить вокруг невоспитанного бабуина.

Внутри кольца аистов Заноза ринулся назад, к ветке, перекинутой через реку. Крылья хлестали его по носу, но он мчался прямиком к Пачкуле.

– Вперёд!

Под прикрытием рассерженных аистов Заноза прыгнул на ветку и побежал к другому берегу. Пачкуля ахнул, поняв, что он задумал, и понёсся следом.

Сквозь мешанину перьев, ног и жёлтых клювов было почти невозможно разобрать, что происходит вокруг, но Заноза не смотрел по сторонам, а сосредоточился на своей цели. Противоположный конец ветки был уже близко, и бабуин ускорил бег. Добравшись до него, он взмыл в воздух.

Бултыхнувшись в воду, Заноза что было сил замолотил лапами и вскоре нащупал песок берега. «Я сделал это! Я – Среднелистный!»

Сияя от восторга, он в прыжке увернулся от вылезшего на берег крокодила и весело запрыгал на конце ветки-моста вверх и вниз.

– Я сделал это, Пачкуля! Сделал! – вопил он. – А ты уже почти у цели. Беги!

Пачкуля, и правда, уже почти достиг берега, но щит из аистов вдруг поредел, птицы успокаивались и садились на землю, принимаясь чистить перья и охорашиваться.

– Быстрее! – заорал Заноза, поняв, что происходит.

Но Пачкуля застыл от ужаса. Теперь уже все аисты очутились на земле и как ни в чём не бывало начали таранить воду своими клювами. Пачкуля на ветке оказался в очень опасном положении. Крокодилы кинулись к нему по мутной воде, широко распахнув утыканные зубами пасти. Те, которые были на берегу, также сползали в воду. Один из них перекувырнулся, показав бледный кожаный живот и взметнув хвостом тучу брызг.

Пачкуля достиг конца ветки и мгновение балансировал на ней с выпученными от ужаса глазами. Затем, испустив протяжный крик, он грохнулся в пенящуюся воду.