Текст книги "Тени Огнедола. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Эри Крэйн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 33 страниц)

Когда Къярт пришел в себя, щит Светоча уже исчез. Рассеялся, разошелся на лоскуты, и те, словно речные угри, вились подле сотканного из энергии силуэта. На три головы выше Къярта, широкоплечий, с ладонями, которые могли запросто раздавить тыкву, он преградил Нефре путь. Фантом стоял к Къярту спиной, но тот все равно узнал это телосложение и гребни волос на голове.

– Ренегат! – пророкотало пространство голосом Береста Осиянного.

Нефра переменился в лице, будто ему отвесили пощечину.

Фантом больше ничего не сказал. Нити Светоча скрутились в плотный шар перед верховным друидом Лона, и ударили Нефру в грудь, отбросили на десяток шагов назад. Фантом метнулся следом.

– Нефра!

– Нет, Нерин, нельзя! – Гериал схватил сопровождавшую друида девушку за руку.

Нерин. Значит, сходство ему не померещилось.

Хотел бы Къярт знать, что за чертовщина здесь творится, но на размышления не было времени.

– Кара, это семья Райза, защищай их любой ценой, – коротко сказал он и кинулся туда, откуда доносился треск кустарника – верховный друид продолжал играть Нефрой в мяч.

Къярт сделал всего пару шагов, когда вокруг него обвились гривьи хвосты. Клык не собирался мешать ему: он закинул его себе на спину и ринулся в погоню.

Чтобы удержаться на оставшемся без шерсти гриве, Къярту пришлось вцепиться в израненную, липкую от сукровицы кожу. Почувствовав, как та медленно пропитывает штаны, он поморщился.

Впереди затрещали деревья, и лес выплюнул серое облако пыли, перемешанной с комьями земли. Фантом не сдерживался. Безоговорочно повинуясь ему, Светоч в мгновение ока складывался в плетения, выкорчевывал лес, рыл землю, открывая путь к пещерам, что пронизывали весь Огнедол. Прорвавшись сквозь озаренные золотистыми всполохами пылевые тучи, Клык замер на краю обрыва. В глубине образовавшегося провала сверкал силуэт фантома. Свившись в спицы, Светоч прижимал Нефру к камню, не давая пошевелиться.

– Ренегат, – округа вздрогнула от голоса фантома, и с краев обрыва сорвались комья земли. Къярт толкнул Клыка пятками, требуя спуститься. – Как посмел ты предать свой род? Как посмел ты подчинить Светоч своей единоличной воле? У тебя нет такого права и никогда не было.

Фантом собирался убить друида. Вокруг его шеи обвилась золотистая змея, укусила себя за хвост и теперь заглатывала его, затягиваясь удавкой.

Добравшись до дна проделанной Берестом воронки, Къярт спрыгнул со спины грива, лихорадочно соображая, что делать. Натравить на фантома Клыка? Тот не оставит от зверя и мокрого места. Подойти вплотную и попытаться поглотить энергию с помощью силы Жнеца? Если ничего не выйдет, то мокрого места не останется уже от него.

Какого черта верховный друид вообще здесь забыл? Еще и в таком виде. Просто убить друида, выходит, недостаточно? Нужно еще как-то избавиться от его злобного духа, чтобы тот не вернулся отомстить?

Злобный дух.

Разрозненные части механизма наконец-то сложились воедино. Голоса в голове, потрясения пространства, будто кто-то проделывал дыру в ткани мира, и этот фантом, жар от которого ощущался даже на расстоянии в десяток шагов. Жар настолько сильный, что от приближения Береста палые листья должны были вспыхивать, как крылья мотылька, слишком близко подлетевшего к огню. Но вокруг ничего не тлело, а значит, жар чувствовал только Къярт. Довольно знакомый, следовало отметить, жар.

Кидаясь к фантому, Къярт надеялся, что хотя бы одна из печатей – перехвата контроля, призыва простого умертвия – какая угодно, сработает прежде, чем придется прибегнуть к крайней мере.

Он не знал, какая из них в итоге стала ключем. Когда он почувствовал ложащийся на него груз пойманной души, в его голове не было ни одного четко обозначенного рисунка.

Къярт схватил себя за предплечье, не уверенный, что у него получится поставить метку-привязки, пропустив этап с заводью, но на коже сразу появилась черная точка. Навалившаяся на него тяжесть исчезла почти полностью, осталось только легкое чувство тесноты, словно он втиснулся в рубашку не по размеру и теперь не мог расправить плечи.

Странно. Ему даже не понадобился сосуд? Похоже, чтобы ни творилось в Огнедоле, это позволяло душам находиться в этом мире, не нуждаясь в физическом вместилище.

Верховный застыл.

– Отпусти его, – приказал Къярт на языке друидов.

Берест подчинился. Потоки Светоча обмякли, превратились в податливые кольца дыма, готовые раствориться от малейшего дуновения ветра. Душившая Нефру Змея выплюнула свой хвост и лениво сползла по его груди. Освобожденный, друид упал на землю. Берест выполнил приказ беспрекословно.

– Отойди от него. Ты не тронешь ни его, ни кого-либо другого. Назад.

В том, как замерцало свечение души, Къярт усмотрел недовольство. Верховный друид понимал, кто он, где находится, и что вокруг происходит. Его свечение постепенно угасало, а очертания обретали четкость. В голове невольно всплыли воспоминания о горизонте, на который Къярта забросил воткнутый в спину Шип. Обитавшие там души выглядели совсем как люди, но сразу превращались в сгустки энергии, стоило Къярту осознать это.

Что, если за происходящим здесь стоит Море Теней? Если оно по какой-то причине просочилось в мир живых?

Къярт окинул Нефру взглядом. Его шея почернела от прилившей крови, а в прорехах одежды виднелись раны, но ни одна из них не угрожала жизни.

Придя в себя, друид сразу подхватил витающий вокруг Светоч и сплел в боевые плетения. Достаточно бесполезный шаг, учитывая, что теперь Къярту подчинялась душа, которая могла в случае чего с легкостью перехватить контроль над энергией.

– Нефра, спокойно, я не причиню тебе вреда. Произошло недоразумение.

– Недоразумение? – рыкнул тот. – Ты кто вообще такой?

– Меня зовут Къярт. И я тебе не враг, – Къярт шикнул на Клыка.

Грив нервно бил землю хвостами и предупреждающе рычал, стоило друиду пошевелиться.

– Вставай, – Къярт протянул Нефре руку. – Когда-то Райз защитил то, что было мне дорого. Теперь мой черед ответить ему тем же.

Нефра посмотрел на Къярта так, будто был готов убить прямо на месте. Возможно, он и попытался бы, если бы сверху не донесся грохот и крики.

– Нерин! – одновременно вырвалось у друида и человека.

Бросив на Къярта злой взгляд, Нефра ринулся на шум.

Наверху все снова перевернулось с ног на голову. Мерцали сгустки энергии, шипело пламя, и хлестал ветер, срывая с деревьев последнюю листву. Но Къярт уже знал, что нужно делать: поймать все души до последней, и хаос прекратится.

Однако ему не удалось подчинить ни одну из них: сколько бы Къярт ни пытался, только зря тратил время. Их связь с Морем Теней оказалась на порядок прочнее, чем у верховного друида.

– Нерин! – заорал Нефра.

При всем желании, он не мог ее найти. Къярт сразу заметил белый камень брони Кары: та свернулась в неподвижный комок, словно еж, спрятавший от опасности нежное брюшко. Гериал и Каюра находились неподалеку – метались от дерева к дереву, уклоняясь от атак обезумевших духов. Других вариантов у магов не было: броня Кары мало годилась даже для защиты одного человека, не говоря уж о том, чтобы стать щитом для нескольких. Но Гериал мог исцелиться практически от любого ранения, а Каюра… судя по ее скорости, она тоже была церковником и отнюдь не слабым; кроме того, обладала силой ментального мага. Значит, она – младшая дочь Всевидящей Матери, номинального правителя Огнедола.

– Пожри их, – до Къярта донесся сдавленный шепот Нефры.

Светоч поспешил исполнить приказ. В считанные мгновения духов окружили золотистые вихри, облепили, точно мошкара падалицу, и поглотили.

– Нерин! Где Нерин?! – прокричал друид, как только в лесу воцарилась неестественная тишина.

– Внутри этой штуковины, – Каюра вытерла тыльной стороной ладони кровь, что текла из под грязно-бурого пятна на волосах. – Его подружка превратилась в это и схватила ее, – она кивком указала на Къярта.

– Только для защи…

– Использовании силы стихий привлекает духов, – пророкотал Нефра, не дав ему договорить.

– Это не сила сти…

– Отпусти ее. Сейчас же, – мертвенным голосом велел Гериал, остановившись рядом с Карой.

Чтобы не усугублять и без того складывающуюся не лучшим образом ситуацию, Къярт попросил:

– Кара, ты можешь выпустить ее.

Каменный клубок раскрылся, и, освобожденная, Нерин сразу оказалась в объятиях Нефры. Ее кожа зазолотилась от покрывших ее щитов, но, бросив взгляд на душу Береста, маячащую за спиной Къярта, Нефра скрипнул зубами и прогнал Светоч. Верховный друид мог легко превратить щит в оружие.

Сопровождаемая враждебными взглядами, Кара заняла место подле Къярта, нависла над ним горой.

– Послушайте, мы не желаем вам зла, – произнес тот. Прочитав на лице четверки не только неприязнь, но и толику страха, сказал: – Кара, сними броню.

Идея ей не понравилась, но все же она прислушалась, и броня осыпалась мелкой крошкой, будто сахарная пудра с пирога. Когда внимание сместилось с Кары на зависшую неподалеку душу верховного друида, Къярт добавил:

– Он под моим контролем и больше не нападет.

– Все это ты устроил, – Гериал вынес приговор.

– Нет. Я только подчинил душу друида, чтобы он не убил Нефру.

– Подчинил с помощью Моря Теней, – произнесла Каюра, и когда Гериал бросил на нее короткий взгляд, пожала плечами.

– Нет. У меня свои методы. Но вам не нужно об этом беспокоиться. Мы на вашей стороне.

– Не верьте ни единому его слову, – Нефра спрятал за свою спину Нерин, выказывающую скорее боязливое любопытство, чем неприязнь. – Этот человек несет чушь.

– Вовсе не чушь. Я и правда друг Райза.

И снова его имя сработало, словно детонатор.

Лицо Гериал зачерствело, будто на его глазах дворовые мальчишки надругались над святыней, а Каюра хмыкнула, поверив словам Къярта не больше, чем пьяным россказням сапожника. Нерин оказалась единственной, кто ухватился за услышанное, как за соломинку. Она попыталась выйти вперед, но Нефра, чье лицо неким непостижимым образом смогло побелеть, не позволил.

– Еще одна чушь, – прорычал он. – У такого, как он, не было и не могло быть друзей.

На мгновение Къярту стало обидно. И не ему одному.

– О, ты сильно удивишься, – колко произнесла Кара.

В течение последних месяцев она учила язык Огнедола, нередко засиживаясь с Райзом допоздна, но ей все еще не хватало практики, чтобы говорить без заметного акцента. Хотел бы Къярт считать, что далеко не все выделенное на учебу время, было этой самой учебе отдано. Но отношения Кары и Райза остались на том же месте, на котором были после уничтожения Орды – на четко выдержанном расстоянии в пару шагов, продуваемом всеми северными ветрами с редкими и не поддающимися прогнозам проблесками солнца.

– Ты знаком с моим братом? – Нерин высунулась из-за спины друида.

– Не слушай его, – тот раздраженно мотнул головой.

– Да, Нерин, знаком, я…

Къярт судорожно схватил ртом воздух, когда удерживающая душу Береста печать внезапно налилась весом многотонного камня. Перебарывая вспыхнувшую внутри жгучую боль, он разрушил метку-привязки, и душа верховного растворилась в воздухе.

– Куда он делся? – спросила Каюра с жесткостью, которая не ожидалась от столь миловидной женщины. Нефра и Гериал, как по команде, приготовились отражать нападение, но его не последовало.

– Я не могу контролировать их долго, – выровняв дыхание, Къярт сказал первое, что пришло в голову. Сейчас было не время пускаться в объяснения того, что он и сам не понимал.

Гериал переглянулся с Каюрой, и придя к одному и тому же заключению, они двинулись к Къярту. Кара шагнула навстречу, готовая оборонять его до последнего. Разумеется, он должен был оставаться невредимым, чтобы после она могла собственноручно вытрясти из него душу за ту опрометчивую просьбу расстаться с броней.

Черт бы его побрал, ему нужен был хоть один союзник, и встретившись взглядом с Нерин, Къярт выкрикнул:

– Девочка на качелях!

Та не подвела его надежд.

– Нет, не трогайте его, пусть скажет.

Гериал с Каюрой замерли на месте. Но Къярт знал: сделай он неосторожное движение, и Гериал кинется на Клыка, а Каюра – на него и Кару. Было не сложно предугадать, кто выйдет победителем. Конечно, не стоило так быстро списывать грива со счетов, а Къярт мог прибегнуть к силе Жнеца.

Ох, лучше бы обойтись без этого.

– Перед тем, как отправиться в Огнедол, Райз приготовил для тебя подарки, – заговорил Къярт. – Это были небольшие каменные статуэтки: пара сизокрылов, хасс, стоящий на задних лапах – маленькая копия того, что у святилища четырех стихий в Безвременье. Дирижабль, – перечислял он, перебирая старые воспоминания Райза. – Девочку, качающуюся на качелях, он сделал последней, когда стало известно, кто родится. Ты случайно не разбивала ни одну из статуэток?

Ошеломленная, Нерин ничего не ответила. Она действительно разбила какую-то из них, а может, даже и не одну. Райз намеренно сделал их хрупкими.

– Снаружи они были из обычного серого камня, но изнутри их покрывали крошечные кристаллы, – закончил Къярт.

Он замолчал.

В глазах Нерин стояли слезы.

Гериал издал нечто нечленораздельное и добавил, уже внятно:

– Вы – республиканцы.

С логичностью вывода спорить было трудно, но Къярт все же возразил:

– Нет, мы не…

Перебивать его на полуслове начало входить в раздражающую привычку.

Но на этот раз его прервал не человек и не друид. Лес снова вздрогнул от взрыва, по всей видимости, исходящего из того же источника, который изувечил Клыка.

– Здесь нельзя задерживаться, – хмуро произнес Нефра. – Решайте быстрее, что с ними делать.

– В каком смысле «делать»? – растерянно переспросила Нерин. – Нет, Гериал, пожалуйста! Они должны идти с нами.

– Отпускать их точно никто не собирается, – Каюра усмехнулась и покосилась на оскалившегося Клыка. – Какой занятный песик. А со спинкой что? Захворал?

– По ту сторону стены, чем ближе к эпицентру, тем агрессивнее Светоч, – пояснил Къярт. – Во время предыдущего взрыва Клык угодил под его удар.

– И ты по-прежнему хочешь вести Нерин туда? – вопрос Гериала предназначался Нефре.

– То, что Светоч напал на этих людей, только подтверждает, что они враги.

– Нефра, – в голосе Нерин читался мягкий, ненавязчивый упрек.

– Там пострадали даже деревья, – заметил Къярт. – Сомневаюсь, что они желали кому-либо зла. Гериал, мы не собираемся вам вредить.

Маг не поверил.

– Тогда вам ни к чему оружие, – Каюра первой сдвинулась с места, подошла к ним и, широко улыбаясь, протянула руку. – Ну, поживее, – она указала на револьверы.

Къярт кивнул Каре, и они отстегнули кобуры.

– А в сумке что?

– Вещи в дорогу, – сухо ответила Кара.

– Я посмотрю?

Къярт устало вздохнул и попросил:

– Покажи ей.

Когда Кара раскрыла сумку, Каюра без лишнего стеснения засунула руку внутрь и извлекла на свет пару стержней для нанесения печатей и колбы с чернилами.

Приблизившись, Гериал внимательно следил за чужаками.

– Вы помните о времени? – поторопил их Нефра. Он остался стоять на месте и не отпускал от себя Нерин.

– Помним мы, помним. Я поношу пока вместо тебя сумочку, хорошо? – Каюра спрятала вещи обратно и цепко ухватилась за лямку.

– Нет, плохо, – отрезала Кара и, не выпуская сумку из рук, в ожидании посмотрела на Къярта.

Кристалл-дырокол Химеры. Къярт не собирался использовать его для перехода в свой родной мир, но объемы энергии, заключенные в камне, были феноменальны, чтобы их можно было вот так легко выбросить. Да Райз первым устроит ему за это выволочку.

– Ладно. Но кое-что я оставлю при себе, – сказал Къярт.

– Зачем?

– Это хрупкая и ценная вещь.

Каюра приподняли брови и, заглянув в сумку, пошарила в ней рукой.

– Ты об этом? – она извлекла небольшую кованую шкатулку, в которой прочно зафиксированный ватной обивкой лежал кристалл. – Если я открою, ничего не взорвется?

– Нет.

– Каюра…

Гериал хотел ее остановить, но та уже щелкнула задвижкой и откинула крышку.

– Не нервничай, парень не врет. Во всяком случае, на этот раз, – она бросила на Къярта лукавый взгляд. – Красивый камушек. Знаешь, я все же заберу его себе на время. Потом расскажешь, что это и зачем. Не беспокойся, я обещаю сберечь его в целости и сохранности.

Она не успела захлопнуть шкатулку.

Выстреливший, точно жабий язык, хвост Клыка вспорол кончиком обивку и поддел кристал, отправляя в полет. Грив поймал его пастью и проглотил.

Выходку зверя восприняли единственно возможным образом – как призыв к нападению.

Къярт не позволил Каре оттолкнуть себя и подставиться под руку Гериала, который вознамерился схватить его за шею. Затея с дипломатией провалилась, и Къярту не осталось ничего другого, как обрубить на корню желание нападать на них.

Но Гериалу не удалось до него дотянуться: его рука ударилась о золотистый барьер.

– Хватит! – окрик Нерин спугнул птиц, не нашедших себе места получше, чем дерево за ее спиной. – Никаких драк. Никто не тронет их, пока они не расскажут, кто они и откуда знают моего брата.

– Нерин, это может быть уловка, – Гериал попытался вразумить ее.

– Вот и выясним это, когда доберемся до Центра. Ты хочешь опять спорить со мной?

Ее вопрос прозвучал, точно далекий раскат грома, только обозначающий возможность грозы. Гериал переменился в лице, бросил на Къярта испепеляющий взгляд, затем почему-то посмотрел точно так же на Нефру, и в итоге нехотя, через силу, пошел на попятную. Он напоминал громоздкую мельницу, которой вопреки ее воле, приходилось ворочать крыльями при каждом дуновении ветра.

– А я уж было решила, что дальше внешнего сходства дело не пошло, – тихо произнесла на афракском Кара, когда разногласия были временно улажены, и они наконец сдвинулись с места.

– Да, я тоже поначалу так подумал, – Къярт подавил желание обернуться и посмотреть на Нерин.

Им велели идти впереди, и Къярт загривком чувствовал взгляд Гериала. Не так он представлял себе встречу с семьей Райза, но стоило порадоваться и тому, что все ее члены были живы и здоровы.

– Не объяснишь, что за ерунду ты нес?

Къярт в удивлении посмотрел на Кару. В последнее время она нередко отпускала колкости в адрес Райза, но в отношении призвавшего ее некроманта она проявляла куда больше почтительности.

– Прости, я заставил тебя беспокоиться.

– Да, заставил. Это мы не собираемся их убивать, а не они нас. Еще и Клык удружил.

Пристыженный, грив шумно вздохнул; его спина страдальчески провисла, подкрепив образ побитой собаки и непризнанного героя.

Глядя на его страдания, Кара покачала головой и добавила:

– Отдали бы дурацкий камень, раз ей так его хотелось. И почему ты не сказал им все, как есть?

– Не сказал что? Что я некромант, который призвал душу ее брата после того, как ее призвал другой некромант? И что сейчас он бродит где-то по Огнедолу и скоро явится сюда?

– Да, что-то в этом роде.

Къярт задумался. Он знал, почему не сказал все прямо. Но учитывая, как паршиво все получилось в итоге, он уже не был уверен, что принял правильное решение.

– Здесь творится черт знает что. И если его сила может как-то это исправить, – Къярт запнулся, когда Кара скептически изогнула бровь. – Я не говорю, что это так, но и вероятность этого нельзя отрицать. Так вот, если он может что-то с этим сделать, лучшее, что можем сделать мы – не лишать его источника силы. Он был для них мертв… не знаю, лет десять? Несколько дней ничего не изменят.

– Если только в эти несколько дней его родственники не решат нас прикончить.

– Ну, в таком случае придется прибегнуть к грубой силе. Или рассказать все, как есть.

– Что ты некромант, призвавший его душу, и, если тебя убить, девочка не сможет увидеть братика? – в словах Кары прозвучала издевка. – Да, они сразу поверят и передумают.

Къярт кашлянул в кулак.

– Что?

– Я заметил, что тебя задели слова Нефры, – он пытался сдержать улыбку, но ничего не вышло. Лицо Кары, напротив, приобрело аристократическую строгость – еще до того, как он уточнил: – Про друзей.

– Почему тебя это так забавляет? Разве я когда-то умаляла его заслуги или относилась с неприязнью? Кроме той пары недель, когда вы, бравые герои, напару превратили меня в призванную.

В былые времена фраза вроде этой в мгновение ока стерла бы с лица Къярта улыбку. И он бы прокручивал прозвучавшие слова в голове, снова и снова, день за днем, пока ему не подвернулся бы новый повод изводить себя.

Но эти времена остались позади: позади во времени, позади в пространстве – в мире Фелиса и в его родном мире. Къярт больше не искал причин для самоуничижения, не превращал временные трудности в трагедию. Он принял действительность со всем ее несовершенством. Не отвергал он больше и свою суть. Похоже, Райзу все-таки удалось вбить в его голову немножечко ума. А может, он просто наконец-то повзрослел.

– Ну, я припоминаю пару раз, когда ты уговаривала меня разрушить его печать, – осторожно произнес он.

– Ох, во имя исполинов, просто скажи это и успокойся, – она воздела взгляд вверх, будто там и правда был исполин, который мог ее услышать.

– Что сказать?

– «Я же говорил». Ты с самого убийства Пастыря так и не произнес это, но я вижу, что тебя так и подмывает ткнуть меня в это носом.

– Не подмывает меня ничего, с чего ты вообще…

– Эй, пташки, раз вы так расщебетались, то, может, перейдете на всем понятный язык? – вопрос Каюры вклинился в разговор. – А то ведь мы можем счесть, что вы замышляете что-то, что замышлять не стоит.

Къярт с Карой переглянулись и замолчали.