Текст книги "Тени Огнедола. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Эри Крэйн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)

Внутри лежала чистая ткань и бутылка с теплой молочной смесью.

– Объясняй, что нужно делать, – Нефра уменьшил площадь щита, позволяя Каюре подойти ближе.

Закончив с объяснениями, она осталась еще ненадолго, чтобы проверить ментальное состояние Кирая. Сила младенца повлияла на разум всех, кто находился поблизости, кроме Нерин. В случае с ней в ход пошла магия камня – ненормальная, искаженная, способная превращать камень в плоть.

В отличие от остальных, Кирай был в полном порядке. Он единственный не владел ни ментальными способностями, ни властью над стихиями, из чего можно было сделать вывод, что сила девочки избирала своими целями только магов.

Судя по взгляду, которым Каюра наградила Нефру, его уже назначили виновным. Не удивительно. Он друид, приспешник Светоча, а Светоч всегда охотился за магами и избегал церковников.

– Сможешь побыть здесь еще какое-то время? – спросила у Кирая Каюра.

Тот кивнул.

– Подожди, – Нефра окликнул ее, когда она собралась уходить. – Что с той женщиной? Матерью ребенка.

– Она умерла.

– Мне… мне жаль.

Каюра смерила его тяжелым взглядом и ушла.

Нефре действительно было жаль. Та женщина, маг камня, Пчелиная Королева, как ее называли, в их первую встречу почти смогла убить его. Не без помощи Кирая, конечно. Но Нефра не чувствовал к ней ни ненависти, ни неприязни. События тех дней казались ему давним сном. А ведь с тех пор не прошло и полгода. Вернее, с того момента, как Нерин вытащила его из гемы.

Он посмотрел на сопящую на его руках малышку. У друидов не было такого понятия, как мать. Их с младенчества воспитывали менторы, и зачастую они не видели тех, кто дал им жизнь.

В человеческом обществе все было иначе. Остаться с самого рождения без матери… паршивое начало пути.

Не прошло и часа, как явился Гериал. Чудо, но ему удалось взять себя в руки. Или это скорбь по супруге усмирила его злость?

В отличие от него, злость Нефры сдерживать было нечему.

– Идиот, зачем ты притащил ее сюда? – он глянул на идущую следом Нерин.

– Нефра, он меня не тащил, я сама.

Еще лучше. Нерин и ее упрямство.

– Я не хочу тебя здесь видеть. Уходи.

Девушка поджала губы и осталась стоять на месте.

– Нефра, я хотела…

– Нерин, возвращайся в Центр к Каюре, – велел Гериал.

Она перевела с него на Нефру беспокойный взгляд.

– Я его не трону. Иди.

И она, слава Светочу, послушалась.

Гериал в молчании сверлил Нефру взглядом и заговорил только тогда, когда Нерин удалилась на достаточное расстояние:

– Убери щит, друид.

– Не уберу.

Человек-идиот двинул желваками. Ему приходилось прикладывать усилия, чтобы его голос звучал спокойно и не слишком выдавал желание свернуть друиду шею.

– Я хочу подойти. Она моя дочь.

– Поэтому я тебя и не пущу.

– Ты же говорил, что тебе плевать, – Гериал понизил голос. – Нерин здесь нет. Так убери щит.

– Ты совсем тупой? Этот ребенок лишился матери, и ты хочешь сделать меня причастным к смерти ее отца? Проваливай отсюда.

Враждебные голоса разбудили девочку, и она заплакала так пронзительно, что Нефра опешил. Откуда в этом крохотном тельце столько сил?

Когда она закричала, ее сила, до этого лениво грызущая щит, взбесилась и принялась биться о преграду, пытаясь прорваться к Гериалу.

– Пусти меня к ней, пусти сейчас же! – его лицо исказила мука, а правое предплечье погрузилось в пламя.

– Командир, нет, не нужно, – Кирай вскочил и протянул к нему руку. Пламя обожгло его, но он, кривясь от боли, все равно схватил мага. – Командир, пожалуйста.

Гериал нервно посмотрел на него и погасил огонь.

– Уходи, – прорычал Нефра, неумело баюкая ребенка одной рукой, а второй доставая бутылку из сумки. – Уходи, ты делаешь только хуже. Найдите способ это прекратить да поскорее.

После мучительно долгих уговоров Кирай смог убедить Гериала уйти.

Утолив голод, ребенок уснул. Угомонилась и его сила.

До наступления рассвета Нефре пришлось кормить малышку несколько раз. Гериал приходил, чтобы принести ей еду, и каждый раз при его приближении ее сила испытывала барьер на прочность. Кроме ее отца сюда наведывались глава Длани и рыжеволосый маг из отряда Гериала, по всей видимости, для проверки. Но единственными, чье присутствие терпела сила девочки, были Нефра и Кирай.

– Позволь мне помочь, – произнес церковник, когда их со всех сторон обступила темнота. – Ты не можешь сидеть так всю ночь.

– У меня нет выбора.

– Я могу помочь.

Нефра поднял на Кирая взгляд. Не похоже, что тот пытался его обмануть. Но это не имело значения.

– Я должен поддерживать барьер.

– Разве плетения Светоча распадутся без твоего участия?

– Не распадутся, если их никто не станет трогать.

– Щит никто не тронет.

– Гериал тронет, если у него появится такая возможность. Я не собираюсь рисковать.

Больше Кирай не упрашивал.

На второй день его отозвали, а взамен выставили целое полчище церковников, вооруженных извергающими молнии дубинками. Они не пытались проломить барьер, но, несомненно, ждали, когда друид сам его снимет.

Нефре пришлось просидеть с человеческим младенцем на руках намного больше, чем одну ночь. Очень скоро он сбился со счета, сколько раз ему пришлось кормить малышку, баюкать, купать в принесенном тазу, слушать ее плач, которому по ночам отвечал звериный вой. И что бы он ни делал, десяток ретивых дуболомов следили за каждым его движением.

Гериал приходил по несколько раз за день. Приходила Каюра. По прошествии четырех дней ее визиты прекратились, но Гериал продолжал являться, и чем дальше, тем больше Нефра сомневался, что барьер выдержит. В нем уже не осталось и намека на плетение – только плотный слой энергии, подчиняющейся приказу друида.

Если бы не Светоч, Нефра потерял бы сознание от усталости еще на третий день. Физическая сила друидов не уступала силе церковников, но они нуждались во сне так же, как обычные люди. Кроме сна ему нужна была вода и еда, но приносили только воду. Для купания ребенка.

Никогда прежде Нефре не приходилось так долго поддерживать силы одним только Светочем. В итоге ему начало казаться, что скоро он и сам начнет светиться изнутри.

Стараясь не скатиться в беспамятство, Нефра задавался вопросом: зачем он это делает? До человека-идиота наконец дошло, что ребенок опасен и для Нерин, поэтому ее отправили подальше. Больше ей ничего не угрожало. Однако Нефра продолжал удерживать этот дурацкий барьер. Для чего? Зачем? Он пытался защитить мага, который только и мечтал, что о его смерти, или самого себя? Нет, последнее было еще большей глупостью. Чем дольше он противится неизбежному, тем больше слабеет. Рано или поздно он не выдержит, Светоч развеется, и тогда на друида обрушат всю злобу этого мира.

– Тише, не кричи, все хорошо, – едва ли не в полубреду уговаривал он девочку, когда она начинала пронзительно плакать.

Он боялся, что из-за усталости станет неосторожным и как-то ранит ребенка. Боялся, что ее плач – не просто капризы младенца. Боялся, что ей плохо, что он сделал что-то не так. Если человеческое дитя умрет у него на руках…

Ему следовало оставить ее на церковников. Сила девочки не пыталась им навредить, и беспокоиться было не о чем. Разве что о ее идиоте-папаше, который то и дело крутился рядом, со взглядом мертвой рыбы выжидая, когда друид сломается.

Но разве Нефра мог доверить им ребенка? Да, они церковники. Их приставил Гериал. Значит, они заслуживают доверия.

«Да, заслуживают, доверься человеку», – усталое сознание вытаскивало на поверхность голос, который Нефра так отчаянно старался забыть. «Отличная мысль, что может пойти не так?»

– Убирайся, – отвечал он и мотал головой, прогоняя наваждение.

Нефра продолжал сидеть на месте, баюкать человеческого ребенка и думать о том, что постепенно сходит с ума. Может, дело не в усталости, а в силе этой девочки? Если она ментальный маг, может, ее мощи хватило, чтобы раздавить и его?

Кажется, прошла неделя, когда появился тот, кто не смотрел на Нефру, как на чудовище. По ту сторону мерцающей завесы остановился Кирай.

– Нефра, ты можешь снять щит.

– Вы нашли способ сдержать ее силу?

– Пока нет. Я заберу ее из Огнедола туда, где она никому не навредит и где будет в безопасности.

– Где Гериал?

– Его здесь нет. Он организовал коридор, вблизи которого нет ни одного мага. Нефра, пожалуйста, сними щит.

Нефра обвел стерегущих его церковников воспаленным взглядом. Он не запоминал их лиц. Они менялись раз в сутки, но он не знал, две это группы или больше.

– Ты можешь пройти, – глухо сказал он, поднялся на нетвердые ноги, проделал в барьере небольшую брешь и закрыл ее сразу же, едва Кирай оказался внутри.

Его лицо больше не скрывала золотистая завеса, и Нефра понял, что что-то не так. Во взгляде церковника осталось не больше красок, чем в кромешной темноте, а его губы были сжаты в тонкую полоску – почти, как у друида.

Тревога кольнула в груди ледяной иглой.

– Что случилось?

– Ничего.

– Умер кто-то еще? Нерин, она…

– Она в порядке. Не волнуйся. Отдай мне девочку, Нефра.

Кирай остановился напротив, совсем близко, так, что, при желании, мог выхватить ее сам. Но зачем Нефре было держаться за человеческого детеныша?

Он снова посмотрел на церковников по ту сторону.

– Они набросятся на меня, как только я сниму щит, да? – он поднял на Кирая усталый взгляд.

– Нефра. Отдай ее. Пожалуйста.

Значит, вот так оно все и закончится.

…Нет, ему ведь нельзя. Нерин не справится со Светочем, когда тот лишится его контроля.

Он должен сказать об этом, чтобы они знали, чтобы…

«Да, расскажи им,» – и снова этот насмешливый голос, от звука которого Нефре хотелось рвать и метать. – «И они пустят тебя на фарш еще до того, как ты закончишь говорить».

Они убьют его в любом случае. Так какая разница, по какой причине?

Соображать было трудно. Мысли путались, спотыкались. Нефра пытался ухватить их, но его движения были слишком медленным, слишком неуклюжими, словно он надышался парами синего крестовника.

– Нефра. Отдай мне ребенка, – повторил Кирай.

– Ее… ей дали имя? Как ее зовут?

– Рифа.

– Рифа… да, хорошо… я отдаю, – Нефра рассеянно кивнул и сделал навстречу Кираю шаг. – Вот, держи, только осторожно. Держи ее на левой руке. На правой ей не нравится.

Когда он передал ребенка, с него словно свалился непосильный груз, который он взвалил на себя и волок, сам уже не понимая зачем и почему. А заодно исчез и стержень, что помогал ему держаться.

Светоч рассеялся, и церковники, как по команде, двинулись к нему.

– Всем стоять, – голос Кирая прозвучал непривычно твердо.

До этого Нефра не слышал, чтобы тот так говорил. Они мало общались, но друиду казалось, что Кирай – не тот, кто может отдавать приказы.

– Отставить. Возвращайтесь в Центр.

Церковники не спешили подчиниться, но и не нападали.

– Я – уполномоченный представитель командира двадцать первой группы егерей. Если у вас имеются возражения, вы можете связаться с ним или с главой Длани. Из Центра.

Его слова убедили их. Не сразу, но они подались назад, а затем двинулись в сторону Центра.

Нефра сделал несколько шатких шагов назад и привалился спиной к дереву.

– Зачем? – хрипло выдал он. – Гериал с тебя за это шкуру спустит.

– Я разберусь. А тебе нужно уходить отсюда и поскорее. Нерин сейчас находится в Этварке. В гостинице напротив Собора. Ты знаешь, где Этварк?

Нефра вяло кивнул. Ноги едва держали его, но он не мог позволить себе осесть на землю. Сделает это и уже никогда не поднимется.

– Иди к ней. Только не попадайся никому на глаза. Уйди глубже в лес, отдохни, а затем иди к ней. Она защитит тебя.

– Зачем? Зачем ты помогаешь мне?

Кирай опустил взгляд на заворочавшуюся у него на руках малышку. Странный взгляд, который не понравился Нефре, и в то же время ничем не грозящий ребенку. Но что он смыслит в людях?

– Гериал считает, что ты враг.

– А ты, значит, нет? – Нефра нашел в себе силы выдавить подобие усмешки.

– Я не знаю, – честно признался Кирай. – Друг ты или враг – не мне судить. Но раз нужно выбрать, я прислушаюсь к мнению того, кто прожил рядом с тобой бок о бок шестнадцать лет. Райз, он…

– Не произноси при мне его имя, – пророкотал друид.

– Найди Нерин, – после недолгой паузы произнес Кирай. – Я выиграю для тебя столько времени, сколько смогу.

Глава 9. От него слишком много проблем

Наше время

1124 год от основания Церкви

Спустя 11 лет после уничтожения Лона друидов

На следующий день после годовщины Дня Единения

Каждый звонок из Центра изучения Светоча приводил в кабинет высшего руководства Огнедола. Оттуда приказы и ориентировки разлетались по всему государству, словно слишком быстро повзрослевшие птенцы из гнезда. Поисковые группы сформировали менее, чем за час. В текущих обстоятельствах силовые структуры не располагали лишними ресурсами, но пропажа младшей из наследниц Первого мага являлась катастрофой большей, чем нападения духов.

– Если к этому причастна Республика…

Гериал с трудом держал себя в руках. Его взгляд прожигал в предметах и людях дыры не хуже, чем его огненные жала, а сцепленными зубами впору было перемалывать камни.

– За границей ведется постоянное наблюдение. Катера Республики к ней не приближались, – Каюра пыталась воззвать к его рациональности, но это было сродни стуку в дверь дома, который давно покинули жильцы.

– Если за ней ведется постоянное наблюдение, как маленькой девочке удалось пересечь границу незамеченной?

Никто не мог дать гарантий, что Рифа находится где-то в Огнедоле. Кирай обнаружил следы боя неподалеку от береговой линии – там, где людям неоткуда было взяться – и все догадки о местоположении дочери Гериала строились на сомнительных зацепках и обожженных деревьях.

Он едва сдерживался, чтобы не отправиться разыскивать Рифу самолично. Но его навыки следопыта не дотягивали до уровня, где польза от его непосредственного участия в поисках перевесила бы пользу от возможности координировать действия.

– Гериал, послушай, мне нужно идти в госпиталь, – Нерин коснулась его плеча.

– Ты никуда не пойдешь, – обрубил он, даже не взглянув на нее.

– Здесь я ничего не могу сделать. Но в госпитале есть пострадавшие, которым нужна моя помощь.

Немногим ранее Нерин уже связалась с госпиталем. Ситуация там была не настолько катастрофична, как в Центре, иначе на звонок и вовсе никто бы не ответил. Но большая часть персонала погибла, а уйма пациентов стационарного крыла получили тяжелые увечья. Уцелевшие «Светочи» делали все возможное, чтобы сохранить их жизни, но рук не хватало.

– Я никуда не отпущу тебя одну.

Нерин не собиралась идти одна. Так или иначе Нефра отправился бы с ней, но в измерительной системе Гериала друид не обладал каким-либо весом.

– Пойдем все вместе, – Каюра оборвала споры в зародыше. – Нам нужна только связь с внешним миром. В Срединном она есть. Незачем здесь оставаться, – подытожила она и посмотрела на Къярта.

Проследив ее взгляд, Нерин напомнила:

– Они тоже пойдут.

– Разумеется, они тоже пойдут.

Пришлось подождать еще немного, пока Нефра заканчивал связывать Светоч в плетение, способное противостоять то и дело сотрясающим его импульсам. В воспоминаниях Райза друид не отличался ни собранностью, ни рассудительностью. Он был взбалмошным, суетливым и идейным – как огонь, глотнувший воздух и стремящийся всюду и сразу. Тот, кого встретил Къярт, подходил ко всему основательно. Он вел нити Светоча размеренно, без спешки, с дотошностью зодчего, возводящего небоскреб из хрупких тростинок.

Проявлял он скрупулезное отношение и ко многому другому, и первым увидел то, что не заметили остальные. Когда сердечник Светоча был восстановлен, Нефра переключил свое внимание на Нерин.

– Что с твоей рукой? – он поймал ее за запястье, повернул руку ладонью к себе, и это прикосновение породило на лице Гериала пугающие тени.

– Снова разрослось, – Нерин удивленно посмотрела на свою руку: сначала на одну, затем на вторую.

– Снова? – Гериал вырос рядом с ней мрачной горой. – Ты же говорила, что после очищения оно не появится раньше пары недель.

– Очищение? – Нефра нахмурился. – Когда ты его проводила? Почему не сказала мне?

– Перестаньте, вы оба, – девушка натянуто улыбнулась и попятилась, но сразу наткнулась спиной на так и не выпустившего ее руку Нефру. – Вчера появилось, совсем немного, я сразу убрала. Не о чем было рассказывать, да и некогда, если ты помнишь.

Взгляд Нерин, обращенный к друиду, стал плутоватым, но ожидаемого эффекта не произвел.

– Нерин, ты невозможно беспечна, – в сердцах произнес он и поволок ее к выходу. – Идем.

– У тебя появилась лишняя пара конечностей, друид?

Гериал хотел было схватить его за плечо, но Светоч вспыхнул между ними, оттолкнув руку мага.

– Отвали от меня, – прорычал Нефра, не реагируя на попытки девушки утихомирить его. – Тебе есть о ком сейчас думать, вот и думай. А заботу о Нерин оставь мне.

– Куда ты ее тащишь?

– Наружу, куда еще. Скверну нужно убрать. Но если она попытается сделать это здесь, и это привлечет духов, здание обрушится нам на головы.

В Огнедоле творилась какая-то чертовщина и началась она задолго до их появления. Къярт не имел ни малейшего представления, о чем говорил Нефра, но судя по переменившимся лицам Гериала и Каюры, речь шла не о пустяках.

Споры наконец прекратились, и вокруг снова сомкнулся полумрак разрушенных коридоров. Клык, чью спину, благодаря стараниям Нерин, теперь покрывала светлая и совершенно лысая кожа, начал заглядываться на очертания человеческих тел среди обломков. Пришлось напомнить гриву о хороших манерах.

– Что-то мне подсказывает, что когда кое-кто наконец соизволит появиться, то будет крайне недоволен, – тихо произнесла Кара и прикрыла ладонью глаза, когда их ослепил свет разгорающегося снаружи дня.

– По какому из поводов? – поинтересовался Къярт.

– Да по любому. Такое чувство, что здесь каждый второй сошел с ума.

Они отошли от Центра на добрую сотню шагов и остановились ровно посередине между зданием и застывшими в скорбной тишине деревьями. Не было слышно ни пения птиц, ни стрекота насекомых, даже ветер, казалось, забился под камень, и только солнце, недостижимое и безразличное, припекало голову. Пахло горячей землей.

– Нерин, постарайся управиться быстро, – попросил Нефра.

Встретившись с ним взглядом, Къярт на мгновение подумал, что тот предоставит им самим печься о своей безопасности, но золотой купол Светоча накрыл всех присутствующих.

Нерин уставилась на вытянутые перед собой руки. Къярт заметил светло-серые пятна и полосы на коже, а затем они в одно мгновение превратились в багрянец, буквально брызнувший из рук девушки. Она не издала ни звука, только сцепила зубы, и ее взгляд заметался, складывая исцеляющие плетения.

Нерин не успела их закончить, когда пространство дрогнуло. Толчок был слабее, чем во все предыдущие разы, но пространство все равно вскрылось блеклыми трещинами.

На щит обрушился шквальный огонь и каменный град. Земля под ногами наверняка разверзлась бы, но выставленный Нефрой заслон был не простым куполом, а цельной скорлупой.

Къярту не удалось подчинить духов: мешали ломящийся внутрь вихрь из стихий и слепящее сияние самого барьера. Правда, последний простоял недолго.

Стоило губам Нефры шевельнуться в безмолвном приказе, требующем уничтожить врага, и округа взревела голосом верховного друида:

– Ренегат!

Щит сдернуло, точно пенку с остывшего молока. Вместо того, чтобы поглотить духов, Светоч сгустился в одной точке и ударил Нефру в грудь, швырнул в воющий огонь и грохочущий камень.

Нерин что-то неразборчиво закричала, и Гериал кинулся к ней, сгреб в охапку, закрыл собой от нацелившегося на них стихийного шквала.

Позолота покрыла их прежде, чем атака духов достигла бы цели.

Все закончилось в одно мгновение. Теперь Къярт знал, что именно нужно делать, и ему понадобилось меньше секунды, чтобы отдать приказы, а Бересту – и того меньше, чтобы их исполнить.

– Пусти меня, пусти! Пусти меня к нему!

После того, как огонь исчез, а поднятая в воздух земля вернулась на свое место, крик Нерин прозвучал отчетливо и ясно.

Гериал держал ее мертвой хваткой, не оставив и шанса вырваться.

Нефра выбрался сам. Его кожу и порванную одежду покрыли пятна крови, но судить о тяжести ранений было поздно: Светоч уже исцелял его.

– Да пусти меня, все, хватит!

Нерин ударила Гериала локтем в бок и, выскользнув из рук ошеломленного мужчины, метнулась к Нефре.

– Я цел, не беспокойся.

Не смотря на все возражения, Нерин принялась скрупулезно осматривать его.

Воцарилось затишье. Если поблизости и были духи, присутствие Береста, вновь сменившего сторону, поумерило их желание нападать.

– Я… почему я не могу управлять Светочем? – на лице Нерин, пытавшейся поспособствовать процессу заживления ран, появилось непонимание.

– Из-за него, – Нефра указал на Къярта. – Власть верховного над Светочем неоспорима.

Обратившиеся к нему взгляды не обещали ничего хорошего. Къярт знал, что они значат: что бы он ни сделал, как бы ни помог – каждая демонстрация силы с его стороны будет только расширять пропасть между ним и этими людьми. Он не понимал только одного: почему они были так уверены, что он враг? Сейчас Нерин была единственной, кто смотрел на него не с предубеждением, но с благодарностью, однако, вполне возможно – только благодаря упомянутой им связи с Райзом.

– Къярт, мне кажется от него лучше избавиться, – Кара кивком указала на Береста. – От него слишком много проблем. Если в следующий раз ты по какой-то причине не сможешь…

Къярт кивнул. Он и в этот раз едва успел взять дух верховного под контроль, прежде чем стало бы слишком поздно. Для подчинения души ему требовался тактильный или зрительный контакт, а в устроенной свистопляске трудно было что-либо разобрать. Если подобная ситуация повторится…

Кара была права. От духа нужно избавиться. Конечно, Райзу пришлась бы не по нраву идея добровольно отказаться от такого инструмента. Но если что-то пойдет не так, у них попросту не найдется ничего способного превзойти силу Береста.

Следовало поторопиться, пока верховный не вышел из-под контроля.

Къярт остановился перед сверлящим его недобрым взглядом духом, размышляя, получится или нет. Он не знал, как с помощью силы некроманта разрушить душу в достаточной степени, чтобы она не явилась вновь. Но наличие Жнеца все упрощало.

Къярт поднес руку к груди Береста и замер. Инструменты, риски, методы, возможные последствия – он подумал обо всем, кроме того, что всерьез собрался поглотить чужую душу, лишить возможности перерождения, уничтожить раз и навсегда. Когда-то его ужасали даже мысли о подобном, а сейчас…

Берест не был ни героем, ни злодеем. Он искал новый дом для своего племени и использовал приемлемые по его меркам методы. Такого же мнения придерживался и Райз, которого действия друида касались непосредственно.

– Райз не питал к тебе ненависти, – зачем-то сказал Къярт, приближая ладонь к обжигающе горячей энергии. – Он просто выполнял свой долг.

Взгляд Береста переменился, стал осознанным, словно он впервые за долгое время услышал то, что имело хоть какой-то смысл.

– Светозарное дитя? – пророкотало пространство, и в его интонациях Къярту послышалась надежда.

Импульс – и метка привязки разрушилась, а сияние души Береста исчезло: проникло в ладонь, потекло по венам, наполнило жаром грудь. Къярт словно вдохнул вышедший из раскочегареной печи воздух.

– Берест больше не вернется.

– Что ты с ним сделал? – холодно спросил Нефра.

Къярт опустил взгляд на свою ладонь. И ожога не осталось. Занятно. Душа верховного частично состояла из Светоча. Жнец поглотил и его. Но чему удивляться, если он пожирал даже души исполинов?

– Поглотил его душу, – честно ответил Къярт, посчитав, что соврать убедительно у него все равно не получится. – Это необратимое действие. Он больше не нападет.

Къярт ждал, что Нефра разозлится. В конце концов, всю его жизнь (кроме последнего десятка лет), Берест был его вождем и наставником. И пускай после смерти верховный не проявлял к Нефре симпатии, тот вряд ли винил его в этом.

– Хорошо, – нехотя, точно скряга, которого вынудили расстаться со старым ломаным грошом, произнес Нефра и обнял Нерин за плечи. – Идем в Срединный. Скорее.

Дорога к госпиталю заняла четверть часа. Сперва за спиной осталась стена, обозначившая периметр Центра по изучению Светоча, затем лесная чаща и еще одна стена, немногим выше человеческого роста и почти невредимая. Границу госпиталя не стерегли через каждые пять шагов, а значит, и причин устраивать здесь бойню не было.

Сам госпиталь выглядел плачевно.

Возможно, не выложи его архитектор от фундамента и до крыши стеклом, и зрелище не было бы таким гнетущим. Еще вчера безупречное, сегодня здание смотрело в небо зубастыми провалами выбитых глазниц, будто с самого утра по нему вели обстрел. Уже за сотню шагов можно было разглядеть движущиеся по этажам белые пятна: персонал суетливо бегал из палаты в палату.

– Песика в госпиталь никто не потащит, – категорично заявила Каюра на подходах к зданию. – И даже не спорьте. Центр – ладно, но здесь – толпа народа, которым придется потом или подправлять мозги или объяснять, что это за тварь такая.

– Клык подождет здесь. В неприметном месте, – осмотрев округу, Къярт указал на раскидистые заросли сирени.

– Мне не нравится идея оставлять его без наблюдения.

– Так следи за ним в окно, – колко сказала Кара, когда грив оскорбленно опустил голову и потерся шеей о ее ногу. – Клык – замечательный компаньон и не бросается на людей от нечего делать.

– Зато зубки показать любит, – хмыкнула Каюра.

– Ну, иногда он глупит. На кого смотрит, за тем и повторяет.

Гериал смерил грива пристальным взглядом и произнес:

– Пусть остается. Но не сходит с этого места.

Зверь фыркнул и демонстративно улегся там, где стоял.

Спустя пару минут они вошли в госпиталь.

Еще издали их заметил один из охранников, с перебинтованными рукой и головой, и когда они прошли сквозь разбитые двери первого этажа, навстречу уже вышел заведующий – приземистый мужчина с кудрявой бородкой и застывшей на лице маской скорби и едва контролируемого страха. Белки его глаз суетно вращались в глазницах, и он вздрагивал всякий раз, когда из глубины помещений доносился резкий звук.

Перво наперво они поднялись на третий этаж, где находился административный блок с выведенной наружу телефонной линией. По дороге Нерин выслушала краткий пересказ о положении дел: о потерянном оборудовании и обесточенных помещениях, о количестве пострадавших и погибших – как среди персонала так и среди пациентов. Подробная информация содержалась в подшитых документах. Заполучив в свои руки бумаги с краткой переписью пострадавших, тяжести их ран и расположения, Нерин прижала их к груди, как нечто бесценное и невозможно хрупкое. Нефра шел по левую руку от нее, а заведующий – по правую, и то и дело с опаской поглядывал на друида.

Единственной причиной, по которой Срединный все еще не сровняли с землей, было практически полное отсутствие укротителей стихий на его территории. Маги, по большей мере, охраняли стену, но несколько охранников нашлось и в самом здании. В погоне за ними духи и разгромили госпиталь.

После этих слов Нерин засомневалась, так ли хороша идея прийти сюда, тем самым подвергнув людей еще большей опасности. Но заведущий заверил, что все разрушения случились еще в первое нападение, и в последующие, фантомы, пусть, и появлялись поблизости, но никого не трогали, если их приходу не предшествовало использование магии.

Нерин старалась не подавать виду, но сложившаяся в госпитале ситуация выбила ее из колеи. Стоило взгляду задержаться на разрухе, убрать которую не хватало рук, и ее губы превращались в тонкую полоску, а в глазах появлялся недобрый блеск. Тогда Нефра сжимал ее ладонь в своей, и тени исчезали с ее лица. Ненадолго.

Вскоре они добрались до провала в стене на третьем этаже, в котором виднелись горящие лампы оборудования. Придись удар чуть левее, и Срединный тоже лишился бы возможности связаться со всем остальным Огнедолом.

– Вы двое, сядьте на видном месте, – приказала Каюра, переступила через обломки стены и первой вошла внутрь.

Бросив в сторону чужаков взгляд, Нерин тихо попросила Нефру:

– Останься с ними, пожалуйста.

– Это еще зачем?

– Ты же знаешь Гериала, – она понизила голос, и Къярт смог прочесть сказанное только по губам.

– Даже не думай. Я от тебя теперь ни на шаг.

– Нефра, прошу. Это важно для меня.

– Мы могли бы пойти все вместе, – Къярт вклинился в их разговор. – Исцеляющие печати не так эффективны, как Светоч, но они тоже что-то могут.

– Тебя никто не подпустит к пациентам, – брови Каюры выгнулись в две насмешливые дуги.

– Это уже выходит за все границы разумного, – он устало покачал головой. – Вы предпочтете, чтобы люди умерли, не получив помощь вовремя, но не позволите мне сделать хотя бы шаг в сторону? На чем вообще основано ваше предубеждение? Если бы мы хотели вам навредить, то сделали бы это уже давным давно. Возможностей было более, чем достаточно. До этого момента я терпел ваши нападки и недоверие. Но сейчас, когда ваше упрямство подвергает риску жизни тех, кто от вас зависит, я не собираюсь просто стоять и смотреть.

– Парень, ты перегибаешь.

– Я? Ладно. Давайте на чистоту. Среди присутствующих, Нерин – единственная, кто может представлять для меня угрозу. И то, только потому что я и пальцем не трону сестру Райза. Поэтому, если лично у нее нет возражений, я и Кара пойдем с ней и поможем.

Къярт замолчал, и в воцарившейся тишине стало слышно, как капает вода из пробитой трубы несколькими комнатами дальше. На лице Кары застыла каменная маска – настолько неподвижная, что другим было впору заподозрить, что ей есть, что скрывать за этой маской. Гериал с Каюрой, как заправские синхронные пловцы, одновременно помрачнели, а Нефра сжал руку Нерин с таким видом, будто Къярт только что сообщил, что собирается увести ее, как безвольного барашка.

– Лучше поторопиться, – робко произнесла Нерин.

Подергав друида за рукав, она поспешила прочь. Ее брат и глава Длани остались в помещении связного пункта, тогда как остальные направились следом.

Нерин спешила спуститься на этаж ниже. Ее пальцы беспокойно теребили кончик зеленого платка, и время от времени Къярт замечал, как она пытается поймать его взгляд в осколках разбитых окон.

– Знаешь, это был самый отчаянный блеф в твоем исполнении, что я видела, – прошептала на афракском Кара.

– Почему сразу блеф?

– Даже не знаю. Друид может с помощью Светоча отрезать тебе голову?

– Может.

– А зеркальная печать отрастит ее заново?

– Сомневаюсь. Но ты можешь использовать броню как щит, и не допустить такой ситуации в принципе.

– Я смогу «использовать броню как щит» в лучшем случае только через пару дней.