Текст книги "Пташки (СИ)"
Автор книги: Эмилия Грин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)
Глава 39
Доктор вышел из операционной, медленно снимая перчатки. Его халат был в едва заметных пятнах, а под глазами залегли глубокие тени. Мужчина снял маску, его лицо вдруг озарилось усталой улыбкой.
– Поздравляю! У вас хоть и крошечный, но богатырь. Дышит сам, кричит!
Я протяжно выдохнула, испытав самое большое облегчение в своей жизни.
Мой братик родился!
Отец дрогнул – его плечи подались вперёд, словно из них вынули стальной стержень, державший его все эти мучительные часы ожидания. Он резко шагнул к доктору, крепко его обнимая.
– Пока малыш будет находиться в патологии новорожденных, набирая вес, но самое страшное позади.
– Как Маша? – голос папы звучал неестественно хрипло.
– Она в порядке… Но была не самая простая операция, сами понимаете, учитывая срок. Сейчас Мария еще спит.
– А можно… Можно ее увидеть?
Доктор положил руку отцу на плечо.
– Павел, ей нужно время… Организм вашей жены перенес серьезный стресс, – доктор вздохнул. – Знаете, она молодец. Всю операцию боролась, даже под наркозом… Руки в кулаки сжимала, будто дралась за сыночка.
Мы с папой обменялись горделивыми взглядами.
Да, мама у нас такая, боец – подарила миру четвёртого ребенка!
– Идите пока, выпейте кофе. Через час я сам проведу вас и к ней, и к сыну. Посмотрите через окошко.
Отец кивнул, и по его щеке, наконец, скатилась та самая скупая мужская слеза, которую он сдерживал все это время. Я обняла его, чувствуя, как дрожит его спина.
– Спасибо, – прошептал он доктору, медленно опускаясь на скамью.
Он провёл ладонью по лицу и вдруг рассмеялся – тихо, с облегчением.
Я села рядом, и какое-то время мы, молча, сидели, слушая, как где-то за стеной пищат мониторы, не утихают шаги медсестёр, а вдалеке, за окном, город живет своей безумной жизнью, не подозревая, что здесь, в этом перинатальном центре, семья Левицких только что вновь обрела такой долгожданный покой.
– Кофе пить пойдем? С шоколадкой? – папа вымученно улыбнулся.
– Ты иди, а я поеду домой пацанов кормить. Их скоро привезут с занятий. Успокою их, наконец. Ты ведь сегодня снова здесь останешься?
В последние дни отец арендовал семейную палату, ночуя с мамой.
– Да. Дождусь ее пробуждения. Надеюсь, ее сегодня уже переведут в обычную палату, – с нотками беспокойства в голосе, проникновенно глядя мне в глаза. – Поль, скажи мальчишкам, что я вечером им позвоню. Сейчас немного в себя приду… – он опустил голову, прикрывая лицо ладонями.
– Пап, – я осторожно коснулась его локтя.
Когда отец не ответил, лишь порывисто вздохнув, я обняла его, как в детстве, когда мне было страшно.
– Я все им скажу, не волнуйся. Иди, тоже отдохни… Попозже созвонимся. Держи меня в курсе…
***
Камеры у въезда в поселок автоматически распознали номер, шлагбаум плавно поднялся, и вскоре отцовский водитель остановился около нашего дома.
Мой взгляд скользнул по незнакомому седану марки «Лексус».
Дверь открылась, и из нее вышел Женя, правда, мне потребовалось несколько мгновений, чтобы признать в этом «незнакомце» Завьялова.
Он выглядел так непривычно, что я нехотя обвела парня внимательным взглядом.
Его волосы были уложены в пижонскую «мокрую» укладку, на лице бликовали очки-авиаторы, а зауженные джинсы чересчур обтягивали накаченные ноги в белоснежных кроссовках Balenciaga. Но больше всего бросались в глаза его дорогущие часы.
Вот так метаморфозы за какие-то считанные недели!
– Поль, привет! – хрипло поздоровался Завьялов, во все глаза вглядываясь в мое напряженное лицо.
– Привет, Жень… А ты как попал в поселок?
– Ты разве не знаешь? – глядя на меня с легким разочарованием. – Отец не говорил?
Я натянуто улыбнулась, лихорадочно соображая, когда в последний раз обсуждала Завьяловых с папой, да так и не смогла вспомнить…
– Мы с батей сняли дом в вашем поселке! – самодовольно стукнув себя кулаком в грудь. – Он мне, кстати, тачку подогнал в честь нашего переезда в Москву! – косясь на свою пафосную «ласточку». – Так что мы теперь соседи, Поль. Можем ходить друг к другу в гости.
– О, ничего себе…
– Отец попросил меня передать через тебя документы для твоего бати – он с утра не может до него дозвониться. Ну, я и подумал… Все равно давно собирался к тебе заехать, – Женя вдруг наклонился к салону машины и достал из неё большую коробку с логотипом кондитерской «Сахарок».
Он приторно улыбнулся, явно напрашиваясь на приглашение.
Вот же ж…
– Или можем до кафешки на въезде прокатиться? – выстрелил вопросом он, прищурив глаза.
– Пойдем уже в дом, – стараясь скрыть раздражение, я достала из сумки связку ключей с брелком, поспешно открывая ворота.
***
– Поздравляю от всей души! – искренне отреагировал незваный гость, аккуратно развязывая ленту на коробке. – Твоя мама героиня, конечно. Четвёртый ребёнок – это мощно.
– Да, – я поставила чайник, избегая его взгляда. – Родился прилично раньше срока, но врачи говорят, всё будет хорошо. Папа уже отписался, что видел нашего богатыря…
– О, ну это же отлично! – Женя улыбнулся, пододвигая ко мне пирожное. – Хорошо все, что хорошо заканчивается… – он задумчиво прикусил губу.
– Да уж… А как все весело начиналось, – мрачно усмехнувшись, я откусила кусочек «Наполеона». – Скажи же? – вспоминая наши танцы на пляже и посиделки у костра.
– Жаль, тебя не было на базе в последние пару дней, – негромко добавил Завьялов, и я вдруг ощутила, как нехорошо засосало под ложечкой.
– А что, я многое пропустила? –поинтересовалась на автомате.
– Да не особо, – Женька пожал плечами. – Мы ж без вас сидели ниже травы… Просто толком не успели попрощаться, – горестно вздохнув. – Все как-то нелепо вышло с моей ногой… Вот шли бы все вместе, и за пару часов дошли бы до базы. Кстати, как вы с Сашкой в лесу-то переночевали? – впиваясь пристальным взглядом в мое лицо.
Как мы переночевали…
– Все обошлось. Какой смысл теперь вспоминать? – ровно отразила я.
– Воронов хоть с палаткой справился? А то, судя по тому, что я от него слышал, он у нас «белоручка»! – Женя ухмыльнулся, откусывая пирожное.
В воздухе заклубилось напряжение.
– А что ты от него слышал? – сжимая пальцами салфетку, негромко уточнила я.
– Ой, да ничего такого… – тут же отмахнулся Женька. – В последний вечер, когда мы закрывали сезон у костра, Сашка проговорился, типа жалеет, что вместе с Агатой не уехал… Вот я и подумал – это ваше лесное рандеву, наверное, ему так подпортило впечатление? Не удивлюсь, если, прежде чем собрать палатку, Сашка два часа гуглил? – Завьялов глумливо заржал.
– В лесу связь не ловит, – поправила его я, глядя в стол, в попытке взять себя в руки…
Глава 40
Александр
За окном уже сгущались сумерки, длинные тени от библиотечных стеллажей ползли по столу, напоминая паутину. Я потёр глаза, пытаясь прогнать навязчивую тяжесть в веках.
Строчки в учебнике расплывались, превращаясь в чёрные кляксы. Еще пара страниц, еще один билет… Но силы практически иссякли.
Сглатывая скопившуюся слюну, я откинулся на спинку стула, позволив себе на секунду закрыть глаза.
Конкретно загнался. Но иначе было нельзя. Не ради науки старался, а потому что только так можно было скорее выполнить свою часть договора с дядей Артемом.
Он сделал все возможное и невозможное, чтобы, не дожидаясь окончания семестра, помочь мне перевестись в Москву. Дело за малым – экстерном сдать необходимые экзамены, и привет Родина.
Привет, Полина.
Я снова покосился на экран телефона – вдруг ответ уже пришел, а я не услышал? Нет. Ничего. Когда я ей написал? Минут десять назад? А вчера так и не перезвонила, хоть и обещала. На мой звонок тоже не ответила.
Сперва, я подумал, что-то случилось с Машей… поэтому Полина не может или не хочет говорить.
Однако, срочно связавшись с мамой, выяснилось, что в семье Левицких произошло долгожданное пополнение. У Фунтика появился третий брат. К счастью, все обошлось.
Тогда, куда потерялась Полина?
Я чувствовал, что-то не так…
Тихо чертыхаясь, я как параноик по десятому кругу анализировал наше с ней общение, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку. Только Эркюль Пуаро во мне довольно быстро издох.
Стиснув зубы, я отгонял от себя тревожные мысли, но ни хера не получалось, ведь еще несколько дней назад все было хорошо. Ну, насколько это возможно, учитывая сложившуюся у Левицких ситуацию.
Прокручивая на телефоне наши последние переписки, я припомнил, как начинал с малого – с невинных шуток, с легкого флирта, с того, что заставляло мое сердце кратно ускоряться, а кровь неконтролируемо нестись к низу живота…
Потому что эти переписки выбивали меня из равновесия.
Особенно те, где я писал ей ночью, не в силах отключить свою бурную фантазию… Я представлял Полину полулёжа в постели при тусклом свете ночника. Может, она была в одном белье? Или в моей старой толстовке на голое тело?
Это было не просто возбуждение. Физическое наказание, скорее…
Чаще всего я лежал на спине, стиснув зубы, пока сучьи боксеры нещадно сдавливали окаменевшее хозяйство, обсуждая с Полей какую-нибудь университетскую рутину… Псих больной.
Несмотря на свою нездоровую тягу к девчонке, я принял решение не давить на нее – хоть и находясь на расстоянии, старался оказывать ей максимальную поддержку.
На следующей неделе я возвращался в Москву.
Кроме того, что я собирался устроить Левицкой сюрприз, планировал привнести в наши отношения вагон романтики: цветы, подарки, свидания, ну, а перед этим провести обстоятельный разговор с ее отцом.
Куда ж без вездесущего дяди Паши?
Короче, больше никакой спешки.
Мы и так слишком долго ждали, в результате чего все и пошло по одному известному месту…
Раз Полина предпочла увести все в «дружеское русло», теперь моя задача – заново ее завоевать, чтобы даже в шутку Левицкая не смела рассматривать меня в качестве своего другана. Я разобью ее сопротивление вдребезги.
Еще несколько недель конфетно-букетного периода ничего не изменят. Поэтому я собирался ухаживать за своей девчонкой так, как она этого заслуживает, подозревая, что придется ходить с перманентно звенящими яйцами.
И все реально неплохо складывалось… Я сжал кулаки, вглядываясь в темное окно. До вчерашнего дня, когда Полина резко пропала со всех радаров.
Я потянулся за стаканом с остывшим кофе, купленным еще в обед. Поморщился, сделав глоток. Горькая жижа ударила в желудок, лишь усилив мою жажду. Стиснув челюсти, я заставил себя снова уткнуться в учебник, но продержался недолго, отвлекаясь на вибрацию телефона.
Это оказался мой приятель Миха, тоже, кстати, сосланный предками на чужбину. Мишка был одним из немногих, с кем я с самого начала поддерживал общение…
Вздохнув, я принял вызов.
– Ну что, жук, – раздался его нарочито гнусавый голос, – Уже поди чемоданы пакуешь, а про друзей забыл?
– Че хотел? – я с трудом подавил зевок.
– Ой, всё, Алекс – Миха фыркнул, – Уже московский понт погнал. Короче, слушай: мы с Деном сидит в «Гигире». Пиво холодное, орешки… В этом году собрали, наверное, – развязный смех, – Так что давай, тащи сюда свою задницу, пока мы не вычеркнули тебя из списка друзей.
Сведя брови на переносице, я помассировал гудящие виски.
Откровенно говоря, бутылка охлаждённого Leichtbier сейчас была бы очень кстати, все равно последний экзамен только во вторник.
У меня еще было несколько дней, чтобы структурировать свои знания, да и не по пацански уезжать, не проставившись…
– Ладно, скоро буду. Только если орешки прошлогодние, я сразу вызываю такси и улетаю в Москву, – хмыкнул, стараясь хоть ненадолго выкинуть из головы мысли о Полине.
– Ждем. Ден уже третью бутылку заказывает, кстати. Воронов, за твой счёт…
***
Бар «Гигер» с высокими кирпичными стенами, украшенными винтажными вывесками, был излюбленным местом местной молодежи.
За стойкой выстроились ряды кранов со швейцарским и бельгийским пивом, а бармен, широкоплечий мужик с козлиной бородкой, ловко разливал напитки по запотевшим кубкам.
– Ну что, Алекс, – усмехнулся Миха, поднимая бутылку, – Скоро будешь присылать видосы, как у вас там медведи разгуливают по улицам?
– Ага, а по выходным водку из самовара хлестать, – парировал я, звонко чокаясь.
Парни заржали, прикладываясь к своим бутылкам.
Я откинулся на спинку дивана, сжимая в руке кружку тёмного Stout'а, не особо вслушиваясь в их пьяный треп. Снова проверил телефон, но так и не обнаружил ничего от Левицкой…
За окном уже сгущались сумерки: огни Лозанны мерцали, отражаясь в мутном стекле.
Вдруг на экране вылезло напоминание о дне рождении Андрюхи Абрамова – моего близкого кореша, с которым я планировал продолжить общение по возвращению в столицу.
– Пойду позвоню Абрамову, – тыкая окосевшему Михе экраном телефона в морду.
Я был в курсе, что ребята неплохо ладили, хоть на Родине мы и не состояли в одной тусовке.
– Да бесполезно. Я с обеда пытаюсь, – хмыкнул товарищ, на что я вопросительно приподнял бровь, – У Андрюхи на Рублевке прием на двести человек. Весь столичный бомонд отрывается. Транслируют несколько телеграмм-каналов…
Сердце ошиблось на такт, ведь я долгое время был уверен, что Левицкая влюблена в Андрюху. Правда, недавно отцу удалось меня в этом переубедить.
И все равно напрашивался резонный вопрос…
Полина сегодня там?
Мысль о том, что она могла пойти на это светское сборище доводила до исступления.
Я сделал большой глоток пенного, желая заглушить то, что поднималось изнутри. А вдруг она всё ещё... Нет. Не может быть. Батя же все мне рассказал. Хотя он только предполагал и не мог знать наверняка…
Почувствовав приближение эмоционального пиздеца, я заказал нам ещё пива. Парни встретили это решение жидкими аплодисментами и радостным улюлюканьем. Только пиво отчего-то теперь казалось особенно горьким.
Кто-то хлопнул меня по плечу. Знакомый женский голос озвучил.
– Алекс, давненько тебя здесь не было видно…
Подняв опьяневшую голову, я встретился взглядом с ярко накрашенными глазами Агаты, промычав что-то невнятное в ответ.
Башка была тяжёлой, мысли – вязкими, будто проспиртованными хмелем.
– Ой, девчонки, рады вас видеть! – проорал Ден, приглашая Агату с подружками к нам за стол, и делая знак бармену, чтобы заказать еще пива.
В этот миг я все же заметил на одном из видео на канале какого-то блогера среди гостей приема Полину…
Глава 41
Значит Левицкой захотелось развлечься… Еще и на тусовке Абрамова. Ну-ну.
Потянувшись за бутылкой пива, я прижался к холодному горлышку губами, и сделал большой глоток пойла. Прикрыв глаза, я мысленно сосчитал до десяти, пытаясь как-то самостоятельно допереть, что ж за херня творится…
Если пораскинуть мозгами, она чересчур резко все оборвала.
Смахивало на чью-то «помощь» извне. А, как известно, у нас с Полиной было полно «доброжелателей». Неужели, кто-то опять внес свою лепту?
Я снова отправил ей сообщение.
Левицкая, ну ответь? Прекращай играть в молчанку.
Мысли огромным потоком неслись в голове, доводя меня до исступления. Несмотря на неутихающий за столом пьяный треп, я буквально кожей чувствовал сгущающееся напряжение. Появление за столом Агаты только добавляло мрачных красок на палитре моего дерьмового настроения.
Хотя присутствие бывшей девушки не особо меня заботило.
Мы с Агатой несколько раз пересекались в университете, даже как-то пообедали вместе, как взрослые люди обсудив наше расставание.
Так как я не скрывал, что в ближайшее время возвращаюсь в Москву, Агата сложила нетрудный пазл, сообразив, по какой причине я это делаю.
Бывшая вообще проявила чудеса дипломатии, будто она заранее знала, что я ей скажу, заготовив правильную реакцию без лишних драм или фраз типа «а давай все обдумаем и поговорим еще раз?».
Признавшись, что во время нашей поездки она тоже вынесла для себя несколько крайне любопытных выводов, в том числе и о том, что подобный отдых вообще не ее история, да и возвращаться жить в Россию после окончания учебы она не планирует, Агата предложила мне вернуться к изначальному дружескому формату общения – вот что значит быть из династии дипломатов.
– Помнишь, как часто мы тут сидели в прошлом году? – с ностальгической улыбкой внезапно шепнула она мне. – Кстати, именно ты посоветовал мне тот коктейль с перцем! Я реально не верила, что такое странное сочетание может понравиться. Теперь он мой любимый, – пьяно хихикнув, блондинка обхватила соломинку губами.
Я отхлебнул пива, стараясь не смотреть на неё.
В голове тут же закружились воспоминания, как напившись коктейлей с перцем, мы с ней и ребятами поехали в клуб, а там…
Тяжело вздохнув, я почувствовал, как к горлу подкатывает раздражение, потому что теперь всё это казалось абсолютно бессмысленным и пустым.
– Агата, зачем это сейчас? – постепенно превращаясь в тугой комок нервов.
Бывшая на мгновение замялась.
– Просто… подумала, тебе тоже будет приятно вспомнить, – она улыбнулась легкой, почти светской улыбкой.
– Всё было классно, – резко подтвердил я, – но уже не повторится, – мышцы моего лица при этих словах должно быть перекосило от раздражения.
– Ну же, Алекс, – голос бывшей звучал с ленивой игривостью, – мы же друзья. А друзья иногда вспоминают свои … приключения, – Агата намеренно сделала паузу, прежде чем произнести последнее слово. – Просто ностальгия. Или тебе неприятно вспоминать? – добавила она, обводя пальцем край своего бокала.
– Не смешно, – буркнул я, косясь на молчаливый телефон.
Мои пальцы то и дело сжимались на холодном стекле бутылки, пока нижняя челюсть ходила ходуном от негодования и беспокойства из-за Левицкой.
Да что за черт?
– Кто сказал, что я шучу? – бывшая наклонилась ближе, глядя на меня пустым остекленевшим взглядом.
А вот пить ей нельзя… Сразу будто превращается в другого человека.
– Всё это в прошлом, – я почувствовал напряжение в затылке.
– Конечно, – легко согласилась она, откинувшись на спинку дивана. – Прошлое ведь не вернёшь…
– Сань, а в России до сих пор вместо такси тройки с бубенцами? – заржав таким смехом, будто режут свиней, бухой Миха хлопнул меня по плечу.
Поморщившись, я ощутил, как стучит в висках. Горькое пиво, которое казалось теперь безвкусным, несмешные шутки парней, бессмысленные намеки окосевшей Агаты – всё это слилось в один пьяный, раздражающий гул.
– Охренеть! Знаете, кто новая подружка Абрамова? – Миха протяжно хмыкнул, протягивая мне свой телефон. – Полина Левицкая… Написано, она дочь какого-то бизнесмена, который занимается отельным бизнесом на Алтае. Знаете такую?
– Левицкая… Левицкая… Че-то знакомое… – бормотал Ден.
Несколько секунд я лицезрел не особо качественное видео, на котором парень и девушка с распущенными розовыми волосами тайком убегали с вечеринки через задний вход.
Мои пальцы разжались. Телефон с ебаным видео грохнулся на липкий пол.
– Саш, я влюблена в Андрея… – набатом трезвонили в башке те ее слова четырёхлетней давности.
Я застыл, будто получив удар по черепушке. В ушах застучало – кровь, ярость, ревность, бешеный адреналин. Однако на чистых инстинктах я заставил себя собраться, и, подняв телефон, вернул его Михе.
Ч-что?
Полина реально с ним?
Как такое возможно?
Или батя все-таки ошибся?
Не было у Левицкой никогда ко мне никаких чувств?
Да быть не может…
– Алекс, а Левицкие разве не твои соседи? – внезапно поинтересовался у меня Ден.
– Да… соседи, – губы плотно сжались, бровь слегка дернулась.
Вот и все, что я позволил себе им показать, пока грудную клетку разрывало на части.
– Что-то я ее не помню? – зевнув, Миха положил голову мне на плечо.
– Ладно, я пошёл. Завтра рано вставать, – одним глотком опустошая остатки пива в бутылке, я поднялся, подхватив свою куртку.
Вдохнув холодный ночной воздух, я на автомате вызвал такси до дома.
Не думать. Не думать. Только не сейчас.
Однако «не думать» получалось весьма хуево, поэтому спустя пару мгновений мои костяшки «поцеловались» с кирпичной кладкой стены, а боль молниеносно вспрыснулась в помутневшее сознание.
– Саш, ты кепку забыл… – обернувшись, я увидел Агату, вздрогнув от резкого сигнала клаксона подъезжающего авто – мое такси не заставило себя долго ждать. – Кстати, Воронов, ты не против, если я, наконец, заберу у тебя свои вещи?
Глава 42
*Несколько часов назад*
POV Полина
Переступив порог особняка Абрамовых, меня сразу же захлестнуло ностальгией. Когда-то подобные пафосные сборища были традиционной рутиной – в нашем поселке, как только не выделывались друг перед другом.
Однако в последние годы только Абрамовы, пожалуй, остались верны традициям, стабильно пару раз в год закатывая пирушки на весь мир.
Сперва, я не планировала сюда идти, но папа, заехавший днем домой, можно сказать в ультимативной форме отправил нас с парнями повеселиться, а сам снова отправился в перинатальный центр.
К счастью, мамино состояние стабилизировалось, ее перевели в обычную палату, здоровью малыша ничего не угрожало, сейчас его главной задачей было набирать в весе.
Когда мы с Егором и Захаром пришли на праздник, вечеринка уже была в полном разгаре.
В холле, украшенном живыми цветами, более сотни человек, в основном представители бизнес-элиты, светские персоны, знаменитости, непринуждённо переходили из зала в зал, звеня бокалами и обмениваясь последними сплетнями.
Но главное действо разворачивалось в просторной гостиной.
Там, на небольшой сцене, обрамлённой светодиодными панелями, выступала приглашённая звезда – какая-то оперная дива. В роскошном платье, сверкающем под софитами, она исполняла один из своих заунывных романсов, а гости изо всех сил изображали из себя ценителей подобной музыки.
Я надеялась затеряться в толпе, но внезапно почувствовала уверенное прикосновение к своему плечу.
– Поль, привет! – это был Женя Завьялов, по которому после нашего вчерашнего разговора я совсем не успела соскучиться. – Так и думал, что встречу тебя здесь, – парень самодовольно ухмыльнулся, будто с пеленок только и делал, что тусовался на подобных вечеринках.
Он был одет в серый пиджак, который явно «не сел» на его широких плечах, немного топорщась.
Под пиджаком – обтягивающая черная рубашка с расстегнутыми пуговицами почти до живота, демонстрирующая массивную цепочку. Черные приталенные брюки. А на ногах – ботинки с заостренными носами, в которых его шаг казался несколько неуклюжим…
Я едва сдержала смешок, заметив, что Женькины волосы уложены в жёсткий, неестественный гребень. Неужели зализал их гелем?
– А вот я не ожидала тебя увидеть… – ответила честно. – Не знала, что ты знаком с Андреем.
– Батя получил приглашение – он же теперь крупная шишка – возглавляет одно из подразделений «Апостол-групп», – напомнил мне Женька, будто у меня отшибло память. – Кстати, на прошлой неделе мы с отцом приходили к Абрамовым на барбекю. Апостоловы тоже заходили, – горделиво добавил он.
– Ну, здорово…
– Поль, классно выглядишь, – Завьялов наклонился ближе, и я почувствовала чересчур резкий запах его туалетной воды. – Потанцуем? – его пальцы скользнули по моей руке.
– Что-то нет настроения… – демонстративно отлепляя от себя Женькину потную ладошку.
– А я ведь знаю, чем поднять настроение. Причём в нескольких позициях, – Завьялов похабно подмигнул, явно ожидая от меня взрыва смеха или хотя бы смущённого хихиканья.
Но в ответ получил лишь мой раздраженный взгляд.
– Спасибо, Жень. Как-нибудь без тебя справлюсь.
Я ощутила дискомфорт.
Увы, это был не тот Женя – милый, простодушный парень, с которым я когда-то неплохо ладила во время ежегодного отдыха на Алтае.
Теперь Завьялов вёл себя так, будто хотел доказать всем, что он свой на этом «празднике жизни». Но чем сильнее он из штанов выпрыгивал, тем нелепее это выглядело.
Вежливо улыбнувшись, я отошла под предлогом того, что меня разыскивают близняшки.
Люба, правда, несколько минут назад отправила мне сообщение. А Завьялов тут же переключился на какую-то девушку рядом, закинув руку за спину с видом опытного соблазнителя. Прости, Господи.
Скрывшись от Женьки, я замерла около огромного окна, за которым сияла луна.
Настроения не было совсем. Увы, вчерашние слова Завьялова сыграли в этом определенную роль. Не сказать, что я на сто процентов поверила, просто они снова заставили меня испытывать сомнения.
В голове крутился один и тот же вопрос: «Что между мной и Вороновым?»
Не хотелось верить, что все это время он поддерживал со мной общение исключительно из жалости. Вдруг, он сразу сошелся с Агатой, но не стал признаваться в этом?
Я потянулась за телефоном, открывая переписку с Сашей.
Последние его сообщения так и висели без ответа.
Мои пальцы замерли над экраном. Что написать? Спросить прямо? Или лучше в телефонном разговоре расставить все точки? Что ж, пора набраться смелости и откровенно поговорить. Эта недосказанность разрывала душу в клочья.
Внезапно зазвучали аплодисменты – на сцене закончила петь оперная дива, а потом я услышала, как кто-то зовет меня по имени. Обернувшись, я увидела Любу Апостолову за руку с Ильей Безруковым.
Вымученно улыбнувшись ребятам, я засунула телефон в сумочку.
– Рада вас видеть, – искренне поздоровалась с нашей белокурой парочкой.
Разумеется, я уже была в курсе, что Люба с Ильей начали встречаться. Подозревала, у них все закрутилось еще во время отдыха, хотя ребята и не подтверждали данную информацию.
– Поль, поздравляем с долгожданным пополнением! Быстрее бы уже твою маму выписали… Не терпится потискать маленького богатыря!
Подруга крепко меня обняла, и какое-то время мы обсуждали самую животрепещущую тему последних недель.
Все это время наши друзья как могли нас поддерживали. Близняшки ведь тоже родились прилично раньше срока, но довольно быстро нагнали своих сверстников по развитию.
Вдруг Люба что-то шепнула Илье на ухо, и он рассмеялся, прижимая подбородок к её макушке. Они выглядели такими окрыленными, я почувствовала, как поперек горла встал комок…
– Любаш, я не буду вам мешать. Пойду поздороваюсь с твоим отцом, – подмигнув, Безруков скрылся в толпе гостей, оставив нас с подругой наедине.
– Ого. Илья уже нашел общий язык с Артемом Александровичем? – искренне восхитилась я.
– Когда Илья в первый раз пришел к нам домой, папа его часа два мариновал в своем кабинете, – засмеялась она, закатывая глаза.
– Полагаю, собеседование в Ми-6 пройти легче…
– Не говори, – мы одновременно прыснули, – но мама тут по секрету раскололась, что Илья, в самом деле, произвел на отца хорошее впечатление, – добавила она, понизив голос. – А если учесть, что мой отец вообще недолюбливает весь человеческий род…
– Есть вероятность, что Безруков на полном серьезе сможет стать его зятем, – закончила я за нее.
– Ой, скажешь тоже! Мы с Илюшей встречаемся то всего ничего… Чуть больше месяца… – Люба залилась пунцовой краской. – Кстати, смотрю, Завьялов все не упускает возможности к тебе подкатить, – подруга кивнула в сторону Женьки, бомбардирующего нас томными взглядами со стаканом дармового коньяка в руках.
– Ой… – я издала нервный смешок, надеясь, что хоть она не будет меня с ним сватать.
– Как оперился-то, – Люба приняла из рук официанта два бокала шампанского, протягивая один из них мне. – Смотрю, уже и морда зажила, – она издала загадочный смешок.
– Морда зажила? – непонимающе уточнила я.
– Ага. На прошлой неделе мы с родителями заезжали к Абрамовым на барбекю. Так Женька там так всех достал своими дешевыми понтами… Отец сказал, что Александр ему мало поддал. Ну, мы с Верой и начали его пытать… Оказывается, перед отъездом с отдыха Саша с Женей подрались. Насколько я поняла, из-за тебя…
– Из-за меня?
Хруст.
Я не сразу заметила, как несколько капель шампанского упали мне на кожу.
