Текст книги "Бывшая жена дракона. Свечная лавка попаданки (СИ)"

Автор книги: Элис Карма

Соавторы: Алиса Буланова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 20

Атмосфера волшебства и праздника окружает меня, и я ощущаю себя совсем юной. И пусть я одна, но в эту ночь чувство одиночества растворяется. Кажется, будто любые, даже самые заветные желания, могут исполниться. Единственное, что вызывает тревогу, – мысли о моём будущем бывшем муже.

«Правда ли он заложил дом, чтобы вложиться в изобретение Лауры?» – пульсирует в голове. Не думала я, что он настолько неразумен. Волей-неволей прихожу к идее, что у него были серьёзные причины так поступить.

Я мотаю головой, стараясь избавиться от этих размышлений. Не собираюсь я его оправдывать! И помогать, если набедокурит, тоже не буду. Сам пусть выпутывается! Кивнув себе, оглядываюсь по сторонам и замечаю фрау Грету и фрау Леону в толпе. Радостно улыбаясь, направляюсь к ним. Они встречают меня тревожными взглядами.

– Достопочтенная баронесса, как вы? – начинает фрау Грета почти шёпотом. – Мы слышали, что господин мэр вас… выгнал?

Чувствую, как внутри поднимается волна возмущения.

– Ох, это всё враньё, – заверяю я, но тут же добавляю, не давая им полностью выдохнуть: – Он не выгонял меня. Я сама ушла. Вернулась в дом своих родителей.

– И как же вы теперь будете жить? – фрау Грета смотрит на меня с явным сочувствием. – Надеюсь, достопочтенный барон хотя бы пообещал вам содержание.

– Этого не потребовалось. В скором времени я планирую открыть свою свечную лавку в городе, – отвечаю с улыбкой. – И я была бы вам очень признательна, если бы вы дали мне рекомендацию.

– Рекомендацию? – удивляются они в один голос.

Я достаю из сумочки две свечки, упакованные в плотный пергамент, и протягиваю их дамам.

– Да. Вот эти экземпляры я изготовила специально для вас, – поясняю на их изумлённые взгляды. – Помню, что в прошлую нашу встречу, вы говорили, что хотели бы себе мою свечу.

– Ах, это… – они практически синхронно разворачивают упаковку. При взгляде на объёмные розочки и завитки их глаза загораются.

– Какая изящная работа! Неужели вы сами их изготовили?! – восклицает фрау Леона. – Как вам это удалось? Я видела свечи прежде в своём детстве, но такие вижу впервые. Достопочтенная баронесса…

– Прошу, зовите меня просто Мари, – говорю я, улыбаясь ещё шире. – Способ изготовления проще, чем вы думаете. Однако я пока сохраню его в секрете.

– Я непременно расскажу о том, что вы делаете, своим знакомым! – заявляет фрау Грета. – Люди должны знать, что есть такие изящные и красивые вещи.

– Благодарю вас, – слегка кланяюсь и передаю им визитные карточки. – Я принимаю заказы на изготовление. Если понадобятся ещё свечи, напишите по этому адресу.

Внутри появляется лёгкое удовлетворение. Сарафанное радио и прежде помогало мне в делах. Надеюсь, и сейчас оно сослужит добрую службу.

Музыканты начинают играть. Молодые девушки и дамы постарше выстраиваются вдоль стен в ожидании приглашения на танец. Я высматриваю среди дам тех, кто выглядит дружелюбно и мог бы уделить мне несколько минут для беседы. Но вдруг замечаю, что ко мне приближается ректор Клаус.

Он в своём бело-синем кафтане и маске выделяется среди остальных. И это странно, но что-то в нём как будто изменилось. Не могу толком объяснить. Просто когда он подходит ко мне и, не сказав ни единого слова, протягивает руку, на душе становится так радостно. Я, не задумываясь, вкладываю в неё свою. И только когда ректор Клаус выводит меня в центр зала, я понимаю, на что именно подписалась. Танцы! Вот ведь незадача… Я понятия не имею, как принято танцевать здесь, так что риск опозориться крайне велик.

Однако в момент, когда моя паника достигает своего пика, начинает звучать вальс. Сердце вздрагивает, а после начинает биться быстро-быстро. Я вздыхаю, думая про себя, что в последний раз танцевала вальс на выпускном. Как же давно это было...

Ректор ведёт уверенно, плавно, и мне становится так легко и весело. И даже множество косых взглядов людей, явно озадаченных моим смелым платьем, не могут испортить это ощущение.

– Фрау Леоне и фрау Грете понравились мои свечи, – говорю я, поднимая глаза на ректора.

Он лишь кивает, не произнося ни слова. Я пытаюсь заглянуть в его глаза, чтобы понять, интересна ли вообще ему эта тема. Но он слишком высок, чтобы я могла увидеть. К тому же маска скрывает его лицо. Разобраться не выходит, так что я смиряюсь и просто благодарю его за помощь. Он снова кивает и сильнее сжимает мою ладонь. Только сейчас я замечаю, что на нём нет перчаток. Я чувствую тепло его ладоней. И на миг мне даже кажется, что я слышу, как бьётся его сердце. Так же быстро, как моё.

Музыкальная партия постепенно подходит к концу. Ректор Клаус возвращает меня к моим знакомым фрау и кланяется, благодаря за танец. Я с улыбкой склоняю голову в ответ. В дверях появляются несколько студенток – молоденькие, нарядные, каждая в своей маске. Одна из них с сердитым выражением лица бросает взгляд в мою сторону, и мне становится немного не по себе.

«Вот только этого не хватало», – думаю я, заметив, как девушки начинают шептаться.

– Посмотрите на неё! Танцует с другим мужчиной, хотя сама замужем, – доносится до меня их перешёптывание. – Неудивительно, что муж её выгнал.

Я вдруг понимаю, что абсолютно все в зале смотрят на нас. Лицо обдаёт жаром. От прежнего настроения не остаётся и следа. «Что теперь делать? Как объяснить всем, что этот танец всего лишь благодарность за помощь? И не навредят ли мои слова ректору?» Я опускаю голову, собираясь с мыслями. В такие моменты ощущаешь, насколько хрупкой может быть только что обретённая уверенность.

Глава 21

Франц

Я сижу за своим рабочим столом, перелистывая отчёты. Кабинет утопает в тишине, только огонь в камине потрескивает, создавая особый ломанный ритм. Стук каблуков за дверью заставляет встрепенуться. Я спешу в гостиную в надежде увидеть там Мари. Сердце бьётся быстро и нервно. Однако стоит мне уловить в воздухе удушающий запах духов, как всё моё рвение разом пропадает.

Я морщусь, различив знакомый аромат – слишком сладкий, слишком густой, он вызывает головокружение. Лаура – словно дух из сказок, что приходит не по зову, а по собственной прихоти. Её присутствие всегда предвещает что-то раздражающее. Даже её шаги, размеренные и нарочито громкие, отдаются в моей голове как предвестие надвигающейся бури.

Не успеваю даже мысленно выругаться, как Лаура сама появляется передо мной. Её взгляд смело скользит по мне снизу вверх. На губах играет самодовольная улыбка. Она разодета так, словно собралась выступать в варьете: платье с глубоким декольте, кожа блестит от масла, волосы уложены в объёмную причёску, из которой торчат чёрные и красные перья. Всё это и её красная помада на губах на кого-то, безусловно, произвело бы впечатление. Но для меня выглядит нарочито.

– Господин мэр, мне сказали, вы искали меня в академии, – её голос звучит приторно. Не теряя времени, она пытается повиснуть у меня на шее. – Как жаль, что меня не было.

Я аккуратно отстраняюсь, стараясь не выдать раздражение.

– Я искал вас по делу, фройлен Бене, – произношу с подчёркнутой холодностью.

Лаура обиженно хмыкает. Её тонкие пальцы всё ещё цепляются за полы моего жилета, но я делаю шаг в сторону. Подхожу к сундуку у стены и откидываю тяжёлую крышку. Золото и векселя, уложенные ровными стопками, сверкают в свете кристаллических светильников. Замечаю, как у Лауры загораются глаза. Этот взгляд – жадный и оценивающий – подтверждает все мои сомнения в искренности её чувств.

– Вы сказали в нашу последнюю встречу, что для построения рабочей версии перераспределителя магии вам нужны средства, – продолжаю я, игнорируя её внезапный порыв приблизиться ко мне. – Я предоставлю их вам.

На мгновение её лицо вытягивается, словно она не верит в то, что слышит. Но я вижу, как пальцы её дрожат. Должно быть, от нетерпения.

– Здесь сумма, которую вы мне озвучили, – говорю, закрывая сундук. Щелчок крышки кажется слишком громким в тишине. – Я дам вам её. Но при одном условии.

Взгляд Лауры становится настороженным, словно у хищника, затаившегося среди ветвей.

– Каком условии?

Я скрещиваю руки на груди и произношу повелительно:

– Когда вы закончите собирать машину, вы передадите её мне. Кто платит, тот и заказывает музыку.

На несколько мгновений Лаура бледнеет. Её ладони сжимаются в кулаки. Но она быстро берёт себя в руки и вновь возвращает улыбку на лицо.

– Хорошо, будь по-вашему, – соглашается она и подписывает бумаги, что я ей подаю.

Её пальцы едва удерживают перо. Закончив с договором, Лаура вновь устремляет свой взгляд на меня. На лице её появляется привычное томное выражение.

– Ну а теперь, господин мэр, разве мы не можем… обсудить наши дела в более интимной обстановке?

Её ладонь касается моей руки, а потом скользит по запястью, словно ищет отклика. Я бросаю на неё напряжённый взгляд, и она встречает его с лукавой улыбкой и полной уверенностью в собственной неотразимости.

– Вы ведь не против, верно? – спрашивает она. Её голос мягкий, но я слышу в нём вызов.

– Я против, – говорю прямо, убирая свою руку.

Она моргает, её улыбка на мгновение гаснет, но тут же возвращается, как будто всё это часть какой-то игры.

– Фройлен Бене, разве у вас есть на это время? Перераспределитель магии должен быть построен до Нового года. Вы сами только что подписались под этим условием.

Я киваю на договор. Она нехотя скользит по строкам глазами и фыркает возмущённо.

– Ладно! Будет вам перераспределитель… – бросает нехотя.

– Отлично, – я удовлетворённо киваю. – Тогда можете отправляться в свою лабораторию. Мой управляющий доставит вам деньги к вечеру.

Лаура надувает губы обиженно. Но не возражает. В конце концов, я дал ей то, чего она хотела. Вероятно, своими попытками соблазнить меня, она пыталась добиться не только денег, но и положения в обществе. Помню, как она упоминала, что её воспитывала бабушка, которая ко всему была довольно бедна. Если я прав в своём предположении, то Лаура сделала неверный выбор.

Едва двери за ней закрываются, я выдыхаю. Удушающий запах стремительно выветривается. Я рассеянно выглядываю в окно. Снаружи уже стемнело. Кажется, ночью будет метель – ветер грохочет ставнями, завывает где-то в трубе. Я думаю о Мари и о том, хватит ли у Клары толку правильно распорядиться деньгами, что я дал. Купить достаточно дров и починить полуразвалившееся крыльцо. Когда в доме живут одни только женщины, всё становится труднее. Мужчины же, видя, что девицы не разбираются ни в чём, стремятся обмануть. Им повезёт, если тот парнишка, что крутится возле них, окажется не из таких.

Впрочем, ладно. Не слишком ли я много думаю об этом? Ведь Мари сама ушла, почему я должен переживать, справляется ли она с бытом? Мне будет даже лучше, если она не справится. Так она скорее поймёт, какую глупость совершила, и вернётся ко мне.

Глава 22

Едва успеваю расслабиться, как входная дверь снова распахивается.

– Франц, дружище, ты ведь не занят этим вечером? – Август влетает ко мне, как буря, держа в руках яркий конверт.

– Ты же знаешь, что я всегда занят, – угрюмо отвечаю я. – Под конец года обращений от горожан стало ещё больше. Пришлось даже домой их принести.

– Отложи всё на потом, сейчас у нас есть дела поважнее! – Август вручает мне конверт.

– Что это? – спрашиваю я хмурясь.

– Приглашение на бал-маскарад в академии, – поясняет Август с коварной улыбкой. – Вы, господин мэр, много сделали для академии Гутфрит, а потому я пришёл вам лично вручить его!

– Я никуда не пойду, – начинаю я, но он не слушает.

– На балу будет Мари, – бросает вскользь, хитро взглянув на меня.

Я замираю. Сердце пропускает удар. Мы виделись с ней недавно в доме её родителей, но я всё равно уже соскучился по ней. Я соглашаюсь, хотя сам не понимаю, зачем. Даже если мы с Мари увидимся, она не станет со мной разговаривать. Ведь я так и не смог нормально извиниться и объяснить Мари, что слухи про меня и Лауру лживы.

Я продолжаю думать об этом и в академии. Настроение совсем непраздничное, а потому я остаюсь у Клауса в кабинете. Однако Август и тут находит чем меня подстегнуть.

– Знаешь, друг, как-то несправедливо, что только я получаю благодарности Мари, – произносит он прищурившись. – Ведь если бы ты меня не попросил, то я бы не стал помогать ей с производством свечей. У меня тут появилась отличная идея, как вам помириться!

Он снимает свой яркий бело-синий кафтан и отдаёт его мне, а после ещё даёт маску.

– Ты хочешь, чтобы я прикинулся тобой? – настороженно спрашиваю я.

– Ну да. Ты ведь хочешь узнать, что она на самом деле думает?

– Это не сработает, – отвечаю я, качая головой. – Она раскусит меня. Мы ведь истинные. Да и голоса у нас совсем не похожи…

– Ай! Ты слишком много думаешь! – Клаус накидывает мне кафтан на плечи и подталкивает к двери. – Просто иди и пригласи свою жену на танец!

Не могу сказать точно, что заставляет меня вписаться в эту авантюру. Просто внутри появляется несвойственный мне азарт. Мне любопытно, узнает ли меня Мари. А ещё мне действительно хочется пригласить её на танец, коснуться её руки, ощутить её близость…

Я надеваю кафтан Августа и закрепляю маску на голове, а после выхожу в зал к многочисленным гостям ректора. Большинство из них, завидев меня, кланяются и благодарят за чудесный вечер. Это подтверждает, что номер с переодеванием работает. Маскарадные костюмы пестреют вокруг, музыка льётся легко, но меня интересует только один человек здесь. Мари.

Она стоит у западной стены под большим гобеленом и о чём-то беседует с почтенными дамами. Её платье, глубокого изумрудного цвета, подчёркивает линию талии и открывает молочно-белые плечи. Она кажется ещё более лёгкой и лучезарной, чем всегда, что привлекает внимание окружающих мужчин. Жгучая ревность просыпается внутри. Дракон твердит, что она может быть только нашей и ничьей больше. Я подхожу к ней и слегка склоняю голову, а затем, протянув руку, приглашаю её на танец. Миг ожидания кажется мне бесконечно долгим. Мари удивляется, но всё же соглашается, даря мне улыбку, от которой становится и радостно, и горестно. Горестно оттого, что предназначена эта улыбка не мне, а Августу. Мари не узнала меня, в противном случае она не согласилась бы так легко на танец.

Ревность разгорается внутри, будто пожар. Однако стоит моей руке оказаться на её талии, как всё остальное мгновенно перестаёт иметь значение. В моей голове остаётся лишь её образ, её взволнованное дыхание и её тепло. Мы кружимся в вальсе. Мари пытается что-то рассказывать мне, смеётся, а я впервые за долгое время чувствую себя живым. Кажется, этот момент может длиться вечно.

Однако всему хорошему быстро приходит конец. Музыка затихает, и мне приходится отпустить Мари. В этот момент в зале появляются студентки академии. Среди них я узнаю Риту – ту самую подружку Лауры, что я видел в лаборатории. Девушки начинают сплетничать и в голос осуждать Мари.

– Посмотрите на неё! Танцует с чужим мужчиной, хотя сама замужем. Неудивительно, что муж её выгнал.

Мари резко замирает. Я чувствую, как её рука ослабляет хватку. Её настроение мгновенно меняется, и мне становится не по себе. Понимаю, что у меня есть только один выход – раскрыть свою личность прямо сейчас. Я снимаю маску и подхожу к столпившимся в уголке девицам.

– Объясните-ка мне, любезные фройлен, кто вам сказал, что я выгнал свою любимую жену? – мой голос звучит оглушительно громко. – И что плохого в том, что она танцует со мной, своим законным мужем?

– Господин мэр… – еле слышно бормочет Рита, глядя на свои руки. – Простите, я не думала, что это вы.

Остальные студентки бледнеют и тоже прячут глаза. Гости замирают, в ожидании развития скандала. Однако тут происходит нечто, что удивляет даже меня.

– Франц, оставь это, прошу! – Мари пересекает зал, подходит ко мне и касается моего плеча. Я ловлю её беспокойный взгляд. С губ срывается взволнованный вздох. Прямо сейчас мы с ней оказались по одну сторону баррикад. Как давно я не чувствовал подобного.

– Уверена, эти любезные фройлен не желали ничего дурного, – она переводит взгляд с меня на девушек. И те бледнеют ещё сильнее. – Должно быть, всё это просто недоразумение.

В голосе её звучат металлические нотки. Она словно бы предупреждает неразумных девиц, что с ней шутки плохи. Те быстро кивают.

– Раз так, то закончим на этом, – Мари поворачивается ко мне. – Я немного устала. Отвези меня домой, пожалуйста.

Я подаю ей руку, и она вкладывает в неё свою. По дороге к выходу поднимаю глаза на балкон, где стоит ректор, наблюдая за сценой с довольным видом.

– Ты ведь это спланировал, плут? – бормочу я себе под нос.

Август только улыбается в ответ и пожимает плечами.

Глава 23

Мы покидаем бальный зал. Мари всё ещё держит меня за руку, но тело её напряжено, будто струна. Её молчание обволакивает нас, делая тяжёлым даже воздух вокруг. Коридоры академии магии пустынны, только глухое эхо наших шагов нарушает тишину. Я смотрю на величественные своды, покрытые сложной лепниной, и на старинные портреты, что словно бы наблюдают за нами из прошлого. Это место всегда вызывало у меня благоговение, но сейчас я ощущаю только желание быстрее выбраться отсюда.

В одном из коридоров я боковым зрением замечаю Лауру и Риту. Лаура говорит с подругой резко, почти зло. Кажется, ещё немного и ударит её.

– Я всего лишь хотела помочь тебе, – дрожащим голосом оправдывается Рита. На глазах её выступают слёзы.

– А я тебя просила об этом?! – взвизгивает Лаура.

Эхо уносит её голос под высокие своды. Рита вздрагивает и вжимает голову в плечи. Стоящие неподалёку от них подруги опасливо перешёптываются. Мари отчего-то замедляет шаг. Пытаюсь понять, о чём она думает, но её выражение лица остаётся непроницаемым.

Вдруг Лаура замечает нас, и её лицо меняется мгновенно. Губы растягиваются в фальшивой улыбке.

– Здравствуйте, господин мэр! Вы уже уходите? – произносит она, подходя ближе.

– Да, моя супруга захотела вернуться домой, – отвечаю я, снисходительно улыбаясь ей.

Лаура едва сдерживает злую гримасу. Смотрит на Мари так, будто желает испепелить взглядом. Я же чувствую облегчение. Лаура должна понять наконец, что единственная женщина в моей жизни – это моя истинная. Мари кивает ей с холодной вежливостью и тянет меня вперёд к лестнице. Мы проходим мимо Лауры и её подруг-сплетниц. На лицах некоторых из них удивление и непонимание. Вероятно, Лаура наврала им, что держит меня на коротком поводке. Молодые девушки часто склонны приукрашивать реальные факты.

– Большое спасибо, что согласились профинансировать мой проект, – бросает Лаура нам вслед не сдаваясь. – Я слышала, что это очень дорого вам обошлось!

Я игнорирую её выпад. Краем глаза замечаю, как мрачнеет Мари. Вероятно, она уже знает, что я заложил дом. И наверняка навоображала себе всякое. Хочется развеять её заблуждение. Рассказать, наконец, как обстоят дела на самом деле.

– Мари, я всё объясню тебе… – начинаю я, но она не даёт мне договорить.

– Твои дела – это твои дела, Франц. У меня нет ни сил, ни желания лезть в них. Просто отвези меня домой.

Её отстранённость задевает меня. Я думал, она разозлится, что-то скажет, но ей будто всё равно. Я отдаю распоряжение кучеру и сажусь рядом с ней в возок. Она пытается высвободить свою руку, но я держу её крепко. Чувствую, как быстро бьётся её сердце.

– Ты изменилась, Мари, – говорю, улыбаясь ей в полумраке. – Что же с тобой стало?

– Я просто повзрослела, – отвечает она осторожно. – Такое случается, тут нечему удивляться. А если тебе что-то не нравится…

– Я не говорил, что не нравится, – я сжимаю её руку. – Всё совсем наоборот.

Она отворачивается к окну, скрывая от меня свои эмоции. Остаток пути проходит в полном молчании.

Когда мы подъезжаем к фамильному дому фон Байер, она вдруг спрашивает сердито:

– Куда ты меня привёз?

– Домой, – отвечаю с улыбкой. Мари хмурится и качает головой.

– Я имела в виду свой дом! – произносит строго. – Вели кучеру отвезти меня в пригород, а сам выметайся!

– Тише-тише, Мари. Смени гнев на милость. Я не собираюсь удерживать тебя против воли. Я всего лишь хотел предложить тебе поговорить в спокойной обстановке. Я хочу, чтобы ты выслушала меня. А после, если ты всё ещё будешь хотеть развода, мы сможем подписать бумаги и разойтись.

Она вздыхает тяжело.

– Ладно. Я выслушаю тебя. Но исключительно в знак благодарности за то, что ты вступился за меня сегодня.

Мы проходим в дом. Стоит ей переступить порог, как пространство вокруг будто наполняется светом. Всё кажется уютнее, теплее. Я провожу её в свой кабинет и предлагаю присесть.

– Вина? – спрашиваю, чуть помолчав.

– Пожалуй, – кивает она, принимая бокал. – На трезвую голову я едва ли смогу выслушать твои оправдания.

Ощущаю, как она увеличивает дистанцию между нами. И мне не по себе от этого.

– Так сложилось в течение многих веков, что все женщины в нашем роду были выдающимися волшебницами, – начинаю я с лёгким волнением в голосе. – Я всегда знал, что тоже женюсь на умной и образованной. Но мой дракон выбрал своей истинной тебя, простую девушку без способностей. Я не понимал этот выбор и злился.

– Ну уж извини! – произносит Мари возмущённо и отпивает из своего бокала. – Ты с самого начала знал, что у меня нет и не будет магических способностей! Мог бы просто выбрать себе в жёны другую, а меня оставить в покое.

– Не мог, – произносит напряжённо Франц. – Дракона бы всё равно тянуло к тебе.

– А я-то что могу сделать? – Мари только пожимает плечами. – Видно, ошибся твой дракон. Но в любом случае претензии не ко мне!

– Да знаю я! – бросаю нервно. – И у меня нет к тебе претензий. Теперь нет. После того как ты ушла, я понял, что был несправедлив и жесток к тебе. Это полностью моя вина. Как и то, что я попытался, уже будучи повенчанным с тобой, найти другую женщину, что будет соответствовать всем требованиям. Я перешёл черту. Но это было всего раз. И за это я тоже прошу меня простить. Я осознал свою ошибку. Мне не стоило мешать личную жизнь и делами.

Я опускаюсь на одно колено перед ней и беру её за руку. Сердце стучит так громко, что, кажется, она может его услышать. Мой дракон чувствует свою истинную рядом и ликует.

– Нас с Лаурой связывают только дела, я клянусь. А те слухи, что ты могла слышать, распространили по городу её подружки. Ты очень дорога мне, Мари.

Я касаюсь губами её руки, и она замирает. В её глазах снова вспыхивает возмущение.

– И что? Ты думаешь, всё так просто?! – восклицает она, поднимаясь с дивана. – Ты опозорил меня перед всеми и нарушил свадебную клятву, а теперь решил, что простые извинения всё исправят?!

Не дожидаясь моего ответа, Мари спешит к двери. Словно хочет опять сбежать от меня. Но я ловлю её за руку и заключаю в объятия.

– Я не думаю, что простых извинений достаточно, – говорю, глядя ей в глаза. – И я готов просить у тебя прощения до конца своих дней. Только скажи, ты всё ещё любишь меня?

Она смотрит на меня, и я вижу панику во взгляде. Её сердце бьётся всё быстрее. Я склоняюсь к её губам и целую её. Мари замирает, словно удивляется, но потом... отвечает на поцелуй. Только сейчас я понимаю, как сильно скучал по ней. По нежности её кожи, по аромату, по её голосу. Я обнимаю её, касаюсь жадно, ловлю взволнованные выдохи. Страсть кружит мне голову, как никогда прежде.