Текст книги "Первый Предтеча (СИ)"

Автор книги: Элиан Тарс

Соавторы: Игорь Нокс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 24

Когда мы пересекли мост, я сразу отметил, что за Волгой было заметно тише: меньше машин, больше частных домов и старых деревьев вдоль дорог.

– Сбавь скорость, – велел я Петровичу.

Всё это время я поддерживал Руну Ощущения активной, ибо врагов у нас появилось немало, и в любой момент кто-то может выскочить из-за угла.

Именно так и произошло сейчас – слева на перекрёсток, который уже виднелся впереди, выехал крупный чёрный внедорожник. На его номерах был уже знакомый мне герб: три птицы в пламени – символ Ельцовых. И пусть до машины было далеко, ехала она как раз туда, куда нужно нам.

– Сворачивай, – отрезал я Петровичу, указав на конец ближайшего дома.

– Есть! – без лишних вопросов исполнил старый вояка.

Только когда неповоротливый «Егерь» оказался в узком дворике, Петрович позволил себе вопросительный взгляд, в котором читалось что-то вроде: «Ну и зачем я это сделал, ваше благородие?»

– Возможно, Ельцовские нас ищут, – спокойно пояснил я. – Вроде одна машина, но ребята там посерьёзнее сидели. Наверняка уже прикинули, куда именно мы пленников повезём, вот и надеются перехватить.

Петрович с серьёзным видом кивнул, принимая мои слова. А затем добавил:

– Устраивать нам разборки в городе уж точно было бы не с руки. Особенно без официальной войны.

Мы проехали по дворам под недоумевающими взглядами местных бабулек. Тут было узко и неудобно, но сейчас лучше минимизировать стычки.

Один тип на старой ржавой развалюхе хотел, чтобы мы дали ему проехать – газовал и шёл на нас, не съезжая.

Но и Петрович не свернул.

В итоге в последний момент этот тип выкрутил руль и «запарковался» возле мусорных баков. Петрович, глядя на это, хохотнул и изрёк:

– Нормальная машинка, чего это он. На ней ещё ездить и ездить, а он уже на помойку сдаёт.

Вскоре мы выехали на нормальную дорогу и уже без проблем доехали до конечной цели – старого особняка рода Даниловых.

Охрана на воротах была предупреждена, на какой машине я приеду. Нас ждали, и стоило «Егерю» лишь моргнуть фарами, как ворота плавно разъехались. Во дворе нас уже ожидал высокий светловолосый мужчина. На вид ему было около тридцати лет. Он носил чёрные очки, синюю клетчатую рубашку и брюки. Образ получался броским, но без намёка на официальность – было видно, что мужчина сам примчался сюда в спешке.

– Данилов Пётр Сергеевич, – представился он, когда я вышел из машины. – Антон Игоревич Северский?

– Он самый, – я пожал ему руку.

Данилов с интересом смотрел на нашего «Егеря», зацепился взглядом за его разбитый лобовик. В это время гвардейцы его рода уже двинулись вытаскивать из кузова связанных пленников. По дороге те успели прийти в себя, но сил сопротивляться у них не было. Все четверо казались бледными и осунувшимися, будто неделями болели скверной лихорадкой.

– Спасибо за «груз», – серьёзно произнёс Пётр Сергеевич. – Пойдёмте, поговорим внутри.

В кабинете Данилова было по-деловому просто и без излишеств: массивный стол, карта Ярославской губернии на стене, компьютер и несколько кресел для гостей.

– Значит, диверсия на моих складах, – сказал он, когда я изложил суть дела. – Через три дня.

– Так утверждают ваши новые собеседники, – пожал я плечами. – Можете спросить у них сами. Ребята весьма общительные.

Данилов усмехнулся.

– Я чувствовал, что Ельцовы просто так не отстанут, – сказал он. – У нас давний конфликт из-за поставок ртутного эфира. Они пытаются монополизировать рынок в Ярославле.

– Ртутный эфир, – подобрался я. – Для артефактов-проводников?

– Не совсем, но и это тоже, – кивнул Данилов. – Его чаще используют для алхимических растворителей. Без него половина алхимических лабораторий в губернии просто встанет. Но, надеюсь, до такого не дойдёт – решим, как Ельцовых на место поставить. – Он холодно сверкнул глазами.

– Потеряв людей, они могут устроить диверсию раньше, – озвучил я одно из своих предположений.

– Или отодвинут её на неопределённый срок, – кивнул собеседник, озвучив другую мою мысль. – Мы будем готовы к обоим вариантам. Вовремя вы объявились, Антон Игоревич, очень вовремя.

– Вернее, это они у меня объявились… – задумчиво проговорил я. – Как выяснилось, у меня тоже есть разногласия с Ельцовыми.

– И какого рода, позвольте узнать? – заинтересовался Данилов.

– Они продают восстановительные лекарства с заниженной концентрацией основы. С заниженной настолько, что её там практически нет. Конечно, не все лекарства их собственного производства, но Ельцовы явно экономят на сырье и разбавляют их нейтральными наполнителями. В лучшем случае эффект втрое слабее заявленного, а цену держат как за полноценный продукт.

– Откуда такие сведения? – ухмыльнулся он.

– Я видел их товар и хорошо знаю, как должен работать правильно приготовленный эликсир.

Несколько секунд он молча смотрел мне в глаза, словно заново оценивая.

– Занимаетесь алхимией, Антон Игоревич?

– Есть такое. – Я позволил себе улыбку. Благодаря Игоше я знал, чем лично для меня могут быть полезны Даниловы. А потому спросил в лоб: – К слову, может быть, у вас найдётся нормальный перегонный стол? Или алхимический синтезатор, как нынче модно говорить.

– Есть, – сдержанно ответил Данилов, изучая меня. А затем серьёзным тоном произнёс: – Но должен предупредить, если вы в самом деле хотите заняться алхимией, то должны знать, что конкурентов в этом деле немало. Ельцовы, к примеру, очень не любят, когда кто-то лезет на их территорию – сами видите. Но Ельцовы такие не одни.

– Конкурентов бояться – на рынке не торговать, – пожал я плечами.

Данилов одобрительно улыбнулся.

– Верно подмечено. – сказал он, побарабанив пальцами по столу. – А знаете что, Антон Игоревич? Вы оказали мне серьёзную услугу – информация о диверсии стоит дорого. Я считаю своим долгом вас отблагодарить. Но благодарить деньгами пошло. Если вы не против, в качестве благодарности я предоставлю вам набор оборудования для личной лаборатории. Перегонный стол, реторты, базовые реагенты. На том и сойдёмся.

– Не откажусь, – степенно произнёс я. А затем спросил: – Но не боитесь, что я стану вам конкурентом?

Он несколько секунд на меня удивлённо смотрел, а затем усмехнулся:

– Вы ведь сами сказали, что конкурентов бояться не стоит. К тому же я специализируюсь именно на оборудовании и расходных материалах. Самой алхимией мой род не занимается. Это Ельцовы пытаются усидеть сразу на десятках стульев. Зря, как по мне.

– Зря, – кивнул я. – Что ж, с честью принимаю вашу благодарность.

– Завтра к утру всё привезём, – заверил он. – Дайте только адрес.

Мы обменялись рукопожатиями, я оставил адрес Петровича, и Данилов проводил нас до ворот.

– Антон Игоревич, – окликнул он, когда я уже садился в «Егеря». – Вы теперь враг Ельцовым. Они не забудут того, что вы сделали.

Данилов решительно смотрел мне в глаза. Я молча кивнул и спокойно ответил:

– Они мне тоже враги. И я тоже ничего забывать не собираюсь.

* * *

Едва «Егерь» выкатился за ворота резиденции Даниловых, как Петрович внёс предложение:

– Антон Игоревич, – начал он, не отрывая взгляда от дороги. – Мы сегодня Ельцовым успели досадить по полной. Машинка у нас приметная, да и вы сами говорили, что нас ищут. Я, конечно, не боюсь доброй драки… Но, опять же, не в городе же. Так что, может, другим путём обратно поедем? Через Юбилейный мост?

– Дельно, – кивнул я. – Давай через Юбилейный, я там ещё ни разу не был.

Петрович удовлетворённо хмыкнул и начал перестраиваться. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо над Волгой в багровые тона. После бессонной ночи и насыщенного дня усталость накатывала волнами, а мы так и не передохнули.

– Антон Игоревич, – подал голос Игоша с заднего сиденья. Парнишка не отрывался от телефона уже минут пять. – Насчёт летающих тварей нашёл кое-что. Вчера же Срез был, когда мы в Белкине находились. Так вот, монстры угадайте где появились?

– Удиви нас.

– За Волгой, у Прусовских карьеров. В этот раз пепельники. Тоже летающие, только эти будут пошустрее буревестников. Гнездятся в расщелинах, охотятся мелкими стаями по три-пять особей, Вожаков у них нет, как правило. – Игоша провёл пальцем по экрану. – Написано, что СПС выезжали, но толком никого не нашли. Твари как сквозь землю провалились – должно быть, решили сперва дом себе найти, а только потом начинать охоту. Контракт СПС пока не выставляли, ждут повторного появления.

Пепельники… Название, разумеется, мне незнакомое, но если они родственники тем пепельным тварям, которых я помнил ещё с эпохи Предтеч, улов может быть очень достойным.

– Пометь на карте, где эти карьеры, – велел я.

– Уже, – Игоша улыбнулся и протянул мне телефон. На экране светилась карта с красной меткой к юго-востоку от нашего текущего положения. Не так уж далеко, но…

– Тьфу на вас! – выругался Петрович. – А я вам тут зачем? Я Ярославль как свои пять пальцев знаю, с закрытыми глазами вас на Прусово отвезу и без всяких этих ваших модных телефонных карт! Только нам не по пути совсем и…

– И там пепельников уже нет, – договорил я. – Давно они пропали, Игоша?

– Так сразу после Среза, – удивлённо пробормотал парнишка. – Вчера ещё.

Хм… Я прикинул расстояние. В СПС монстров могли и не найти, но моя Руна Реакции – совсем другое дело. Можно было бы отправить своих спать, а самому дёрнуть туда на такси – ночью большинство тварей активнее, шансы найти их выше. Вдруг повезёт, и удастся закрыть вопрос с Гнездовым узлом уже сегодня?

Но, с другой стороны, я рискую потратить ночь впустую где-то на окраинах города вместо того, чтобы хоть немного передохнуть.

И всё-таки…

– Петрович, раз мы тут оказались, может, сделаешь нам с Игошей небольшую обзорную экскурсию по Заволге? – предложил я.

– Эм? – не понял старик, покосившись на меня. Но, увидев мой серьёзный взгляд, кивнул и произнёс: – Сделаю, ваше благородие, чего бы не сделать. Кружок можем навернуть. Шибко большую?

Я неопределённо покрутил пальцем над головой, а сам напитал энергией Руну Реакции.

Если припоминать пепельных тварей из моей прошлой жизни… Да, они делают гнездо и летают вокруг него, выискивая цели… Даже если не нападают, они могут часами кружить над «своей» территорией, оставаясь незаметными для большинства людей.

Но Руна Реакции не пропустит тварей Скверны.

Спустя пару кварталов мне показалось, что я зря затеял это. Пусть даже Петрович нарочито бодро рассказывал о местных достопримечательностях, а Игоша, пытаясь справиться с зевотой, делал вид, что внимательно запоминает детали этой краеведческой лекции…

Всё же обоим было трудно.

И я бы пожалел их и велел ехать домой. Да вот только… В противовес доводам рассудка внутри меня росла слепая уверенность, что я на верном пути. Я помню это чувство ещё по прошлой жизни… Иногда кажется, что ты поступаешь глупо. Но ты продолжаешь гнуть свою линию и в итоге…

Руна Реакция дёрнулась где-то на границе своего восприятия. Я не сдержался и улыбнулся.

– А вот здесь… – начал было Петрович, указывая на старый дом, но я положил ему ладонь на плечо и произнёс:

– Ты отличный рассказчик, старый. Но меня очень интересует вон то направление. – Я указал на тёмный узкий проулок.

– Да, там тоже много достопримечательностей, ваше благородие, – попытался возразить Петрович. – Но в этом доме купчиха Шаболдина как-то с коллегией адвокатов…

– Кхм, – кашлянул я.

Петрович дёрнулся и включил поворотник.

– Да, вы правы, – быстро проговорил он. – Пожалуй, кое-кому ещё рано слышать о сложных переплетениях купеческого дело и этой… как её? А! Юриспруденции сраной!

Я хмыкнул и одобрительно кивнул.

И между тем продолжил накачивать Руну Реакции Силой. А вместе с ней я начал «раскручивать» Руну Ощущения.

Сомнений быть не может – удача сегодня на нашей стороне.

– Поворачивай направо, – велел я Петровичу в один момент.

– Куда? – Он удивлённо покосился на меня. – Там не прое…

– Направо, старый, – надавил я голосом.

Петрович крутанул руль, и «Егерь» оказался в ещё более узком проулке.

– Теперь гони прямо, – твёрдо произнёс я, уже отчётливо чувствуя след Скверны. – Гони, гони, я скажу, когда поворачивать!

– Понял! Стараюсь, – подобрался старик.

– Ещё раз направо, – кивнул я. – Та-а-ак… Теперь прямо. Видишь конец улицы? Нам туда.

Мы петляли по узким улочкам, и с каждым поворотом я чувствовал, как нарастает концентрация чужеродной энергии. Впереди был явно не один монстр, мы уже были близко.

– Сюда? – неуверенно спросил Петрович.

Я кивнул. Машина в очередной раз свернула и…

– Ё-моё, да не проедем мы дальше! – возмутился мой опытный водитель.

Впереди улица сужалась настолько, что машины, припаркованные по обеим сторонам, оставляли проезд шириной едва ли в два метра. На «Егере» дальше не протиснуться – снесём зеркала, а то и борты поцарапаем. Петрович вынужденно затормозил.

– Ждите здесь, – бросил я, выскочив из кабины. – Возможен улов.

– Антон Игоревич! – крикнул вслед Игоша, но я уже бежал вперёд.

Проулок тянулся метров двадцать. Слева высился глухой забор из бетонных плит, справа – стена каких-то больших не то складских, не то производственных помещений. На улице, как назло, темнело с каждой минутой, а освещение здесь было крайне скудным – придётся тратить энергию на усиление зрения.

Я уже отчётливо слышал звуки стрельбы, а благодаря Рунам знал, что происходит впереди.

В конце проулка показался солидный чёрный микроавтобус. На борту красовался герб в виде двух скрещённых молотов на фоне щита. Двери были распахнуты настежь… И внутри никого.

Я свернул за угол, и перед глазами предстали четыре твари. Их крылья мельтешили с поразительной скоростью, словно у стрекозы или саранчи.

Монстры оказались некрупными, размером примерно с собаку. Их тела покрывала серо‑пепельная чешуя, морды были вытянутыми, а непропорционально длинные тонкие лапки завершались острыми когтями.

Стало быть, пепельники. В памяти всплыли похожие, но несколько другие монстры из далёкого прошлого.

Прямо сейчас они яростно атаковали бойцов в тяжёлой броне. На нагрудниках отчётливо виднелся тот же герб, что украшал микроавтобус. Четверо воинов уже лежали без движения, а под их телами медленно расплывались тёмные пятна.

Один отчаянно размахивал коротким клинком, прижавшись спиной к стене. Он был серьёзно ранен: левая рука висела плетью, а из плеча торчал обломок костяного шипа. Ещё двое отбивались одиночными выстрелами из короткоствольных пистолетов-пулемётов, но всё никак не могли попасть по монстрам – те двигались весьма проворно и на месте не оставались.

И ведь поле боя оказалось для этих гвардейцев крайне неудачным: с трёх сторон лишь глухие стены, а под ногами – бетонный пол, захламлённый строительным мусором. Настоящий тупик, прямо как декорации из того дешёвого боевика, который Игоша с Петровичем смотрели пару дней назад по телевизору.

Один из пепельников заходил сбоку, готовый к броску. Второй кружил над головой бойца, отвлекая внимание. Третий терзал одно из тел на земле. А вот четвёртый, самый уродливый и мелкий, словно недозрелый…

Ага, последний – уже не проблема. Его добили прямо на моих глазах очередью в упор, причём бойцы, вымещая свою ярость, нашпиговали его пулями сильно больше, чем требовалось – он помер гораздо раньше, чем они прекратили стрелять.

Я не стал тратить время на раздумья. Воздушное копьё сорвалось с моей ладони и пронзило ближайшую тварь насквозь – пепельник дёрнулся, зашипел и рухнул на бетон. Два других монстра мгновенно рванули ко мне.

Тот, что кружил над бойцами, спикировал первым. Я ушёл в сторону, выхватив артефактный нож, и полоснул по крылу. Тварь зашипела и отлетела назад. С такой раной ей трудно было держаться в воздухе, но сдаваться она не собиралась.

Неистово взревев, монстры атаковали одновременно. Я выставил воздушный барьер, защитившись им от когтей первого, и ударил второго сжатым потоком ветра. Его отшвырнуло на пару метров, но пепельник тут же вскочил и снова ринулся в атаку.

Быстрые, заразы! Ещё и действия между собой отлично координируют.

Я закрутил воздушную петлю вокруг ближайшего пепельника и рванул на себя. Отчаянно размахивая крыльями, мелкая тварь полетела ко мне и напоролась на выставленный нож – лезвие вошло ей в череп по самую рукоять. Готов!

Последний попытался сбежать, взмахнув раненым крылом, взмыл вверх, приземлившись на край стены, оттолкнулся, снова взлетел…

Воздушная петля догнала его на полпути, закрутившись на тонкой шее. Следом за ней вперёд рвануло копьё. Я развеял оба заклинания, когда враг испустил последний вздох. Тварь кувыркнулась и рухнула вниз, глухо ударившись о бетон.

Я плавно выдохнул, успокаивая тело после горячки боя. Огляделся. Вокруг четыре трупа пепельников и трое выживших гвардейцев неизвестного мне рода. Боец, который ещё стоял минуту назад, медленно сполз по стене и сел на землю. Клинок выпал из его ослабевших пальцев.

Я подошёл к нему, парню лет двадцати пяти. Весь бледный, губы уже посинели, а из плеча по-прежнему торчал костяной шип, вокруг которого расползалось тёмное пятно.

И то была не только кровь…

Глава 25

Я потянулся к Структуре и ощутил пары Скверного яда от шипа. Он разъедал ткани изнутри, и каждый удар сердца разносил отраву всё дальше по кровотоку.

– Эй, – я присел рядом. – Слышишь меня?

Парень с трудом сфокусировал взгляд.

– Кто… ты? – прохрипел он.

– Антон Северский. Но вряд ли тебе это о чем-то скажет. Лежи смирно.

Парень был одарённым, но Дар его угасал вместе с жизнью. Через Руну Влияния я направил энергию в его тело, оценивая масштаб повреждений. Яд уже расползался по кровотоку и блокировал нервные окончания.

Я выдернул шип одним резким движением. Парень застонал, но я уже начал вливать в рану поток чистой Силы. Скверна в яде откликнулась на мой зов неохотно – она успела пустить корни, вгрызлась в здоровую ткань и не желала отступать. Пришлось выжигать её слой за слоем.

Парень дёрнулся и обмяк – отрубился от истощения. Ничего, позже придёт в себя.

Двое гвардейцев всё ещё стояли на ногах, хотя едва держались. Теперь, когда бой завершился, я смог рассмотреть их внимательнее.

Что ж, даже моих неполных знаний о новом мире достаточно, чтобы сказать, что снаряжение бойцов добротное: камуфляжные бронежилеты с толстыми пластинами, множество разгрузочных карманов. Пистолеты-пулеметы эти тоже выглядят впечатляюще. Да чего уж, даже микроавтобус, мимо которого я пробегал раньше, был явно не из дешёвых.

Вот только такое снаряжение, на мой взгляд, лишь мешало в сегодняшней схватке – слишком тяжелое обмундирование в бою с противником, против которого нужны скорость и легкость.

Вот бойцы и потеряли больше половины отряда, а оставшиеся выдохлись, не добившись цели. И если бы я не пришел вовремя, все они стали бы пищей для пепельников.

Старший из этой парочки снял шлем и, вытерев кровь с подбородка, зашагал ко мне.

– Благодарю за помощь. Ты нас здорово выручил, – он протянул мне руку. – Как звать?

– Дворянин Антон Северский, – сказал я, ответив на его усталое рукопожатие.

Чтобы избежать лишних недоразумений, я сразу решил обозначить свой статус.

– Гридень гвардии Стрельцовых Филипп Горелов, – ответил он. – Оставьте ваши данные, ваше благородие. Род Стрельцовых своих долгов не забывает.

Он развернулся и направился к ближайшему монстру.

И неужели раненых товарищей не хочет проверить? Даже ведь не знает, что младшего я подлечил… Да и другому стоило бы оказать первую помощь – в таких разгрузочных жилетах наверняка есть тактическая аптечка.

Что еще важнее, претендовать на монстров он вообще погорячился. Максимум, что ему полагалось – это тот мелкий, который уже начал активно разлагаться. Правда, пули обезумевших от ярости гвардейцев раздробили монстру почти все ценные кости, но это уже их проблемы.

– Не стоит, гридень – отрезал я. – Я спас вас троих не ради награды, а потому что людям должно бок-о-бок сражаться с монстрами Скверны. Я заберу кости троих, которых прикончил, и разойдемся. А тебе я бы советовал оказать первую помощь товарищам или звать медиков.

Мужчина резко обернулся и недобро уставился на меня:

– В каком смысле заберете?

– В прямом. Я убил троих, про них и говорю.

– Не пойдет, – мотнул он головой. – У нас задание. Без костей пепельников мы не можем вернуться.

– Ну, задание явно провалилось, – горько усмехнулся я. – Заманили тварей в переулок и чуть сами не стали кормом. Моих здесь три, одного своего забирайте.

– Ты считаешь это смешным? – заковылял ко мне второй гвардеец, что был чуть моложе. – Думаешь, можешь так просто забирать чужие трофеи⁈

Он поднял руку с пистолетом-пулеметом, но старший остановил его жестом и снова повернулся ко мне.

– Это наша добыча, Северский, – произнес он твердо. – Ты можешь рассчитывать на награду, как я и сказал. Все. На этом разговор окончен.

– Ваша добыча? – усмехнулся произнес я. – Это вы стали их добычей. Я мог подождать, пока пепельники прикончат вас полностью, а потом добить их. Ну и добро ваше под шумок тоже собрать. Соображаете? Прав ты только в одном, гридень, наш разговор окончен. Я забираю свое и ухожу.

Торговаться дольше я не мог – туши уже начали медленно разлагаться, а этого уж точно нельзя было допускать, поэтому я направился к ближайшему пепельнику, чтобы незаметно остановить разложение.

Тот гвардеец, что был помоложе, резко вскинул руку с пистолетом-пулеметом и…

Я был готов к выстрелу.

И он прогремел, правда пуля улетела в небо – гвардеец нажал на спусковой крючок, уже когда начал падать без чувств. Без моей помощи – сам потерял сознание от перенапряга.

Старший дёрнулся к нему, но замер и осторожно посмотрел на меня. Даже собирался мне что-то сказать, но тратить еще больше времени на пустые разговоры я уже физически не мог!

– Ты, наверное, тоже устал? – спросил я и грустно вздохнул.

Он открыл рот, чтобы ответить, но не успел. Я потянул кислород из его легких и попутно сжал сонную артерию. Несколько секунд он пытался стоять на ногах, но затем все же осел на землю рядом с товарищем.

Тоже мне воины. Навоевались сегодня, пусть отдохнут.

Я нетерпеливо приблизился к ближайшей туше пепельника и опустился на колени. Руки сами знали, что делать – я безошибочно определил нужное место и осторожно провёл ножом под хитиновыми пластинами ближе к спинному гребню. Аккуратно раздвинул соединительные ткани, отогнул мышечные волокна…

Есть!

Перед глазами предстал плотный клубок тугих мышц, оплетённый сетью тончайших каналов. Даже после смерти хозяина они переливались слабым зеленоватым светом. Внутри угадывалась камера, заполненная густой жидкостью.

Это и был самый настоящий Гнездовой узел! И теперь главное – очистить его от Скверны, чем я немедля и занялся.

Вытянув все лишнее, я аккуратно отделил Узел от соединительных тканей, и, чтобы не вытекло содержимое, перевязал питающие сосуды крепкой бичевкой, которую в последние дни держал при себе.

Готово.

Позади послышалось знакомое урчание двигателя, которое нарастало с каждой секундой. Из-за поворота показался «Егерь», медленно и осторожно приближающийся ко мне задом.

– Проехал-таки, – усмехнулся я.

Петрович вёл хоть и медленно, но ювелирно – даже зеркала припаркованным машинам не задел.

– А чего задом? – спросил я, выходя навстречу своим.

– А как трофеи иначе грузить? – удивился Петрович.

Быстро же старик привык, что я без добычи не возвращаюсь. Раз господин Северский убежал на битву, стало быть, с пустыми руками не вернется.

Грузовик подъехал максимально близко, но до туш всё равно оставалось метров десять. Дальше проулок сужался настолько, что уже физически «Егерь» не мог протиснуться.

– Жаль, – покачал я головой. – После твоего подвига все равно таскать придется.

– Антон Игоревич. – Петрович вылез из кабины и направился к корме. – Неужто не знали, что на нашей машине лебёдка есть? И спереди, и сзади.

– Лебёдка? – Я проследил за ним взглядом. – Самка лебедя, что ли?

Петрович громко засмеялся, дернул какой-то рычаг и, размотав трос с крюком, пошёл к ближайшему пепельнику.

Трос затянули за шею монстра, двигатель лебёдки натужно загудел, и тварь поползла по асфальту, оставляя влажный след. Вторую загрузили так же быстро.

С третьей вышла заминка. Тело уже начало разлагаться, хитин местами отслаивался, и кислота Скверны могла прожечь лебедку. Пришлось сперва усиленно чистить тушу, и только затем грузить.

– А этот хлюпик? – указал Петрович на разлагающуюся тушку мелкого недоразвитого пепельника.

– А это их трофей, – хмуро кивнул я гвардейцев.

Петрович несколько секунд смотрел на них, затем повернулся ко мне.

– Полагаю, помогать мы им не будем? – спросил он.

– Уже помог, – хмыкнул я. – Теперь трое не помрут. А очнутся, сами с остальным разберутся. Поехали уже, – я хлопнул его по плечу.

– Ну поехали, ваше благородие, – улыбнулся он. – Приятно возвращаться домой не с пустыми руками.

– А то ж!

Он покосился на меня и хитро улыбнулся:

– Сдается мне, с этих летунов вы добыли то, что в Белкино искали.

– Добыл, но дел впереди еще по горло. Ладно, ты рули, а я продолжу работать.

Я запрыгнул в кузов, где уже лежали три туши, и положил ладонь на ближайшую из них. Не будем терять времени даром, продолжу разделку в дороге. Вдруг еще что-нибудь ценное отыскать удастся?

Как минимум Жетоны и Ядра.

Но прежде…

«Егерь» уже тронулся с места, а я, не удержался и, достав из кармана свёрток, развернул его.

Гнездовой узел лежал на ладони.

Тёмный, тяжёлый, идеальный…

Я сделал еще один твердый шаг к воскрешению Руха. А заодно и к возвращению частички своей силы.

* * *

Герб с двумя скрещёнными молотами был вышит золотой нитью на лацкане дорогого пиджака. То была тонкая ручная работа – наряд и вышивка стоили гораздо больше, чем обычный простолюдин зарабатывает за год.

Аркадий Юрьевич Стрельцов поправил лацкан и толкнул тяжёлую дверь.

ВИП-ложа клуба «Мед» встретила его приглушённым светом и запахом дорогого табака. На центральном диване, утопая в подушках, сидел хозяин этого места. По обе стороны от него расположились две девицы модельной внешности. Блондинка и брюнетка, обе в платьях, которые едва прикрывали то, что следовало прикрывать. Впрочем, в этом месте следовало прикрывать что-либо лишь до того момента, пока хозяин не потребует обратного.

Аркадий Юрьевич глянул на девушек лишь вскользь, просто отметил краем сознания сам факт их присутствия. Негоже пялиться на красоток, когда рядом с ними сидит тот, к кому на аудиенцию и прибыл Аркадий Стрельцов.

Человек, известный под очень простым и звучным прозвищем.

Шрам.

Его лицо невозможно забыть, сколько бы ты ни выпил – три глубоких борозды пересекали его наискось, от виска до подбородка, через левый глаз. Все это был след когтей вожака Черных Урс, который, разумеется, не пережил встречу со Шрамом один на один.

Шрам уже много лет внушал страх всему правому побережью Ярославля, и по праву считался хозяином теневого мира Заволги.

– Аркадий. – Голос его был негромким, но от этого голоса ложа, казалось, стала меньше. – Присаживайся.

Стрельцов опустился в кресло напротив. На столике между ними стояла початая бутылка коньяка и два бокала, один уже был наполнен.

– Пробуй, – сказал Шрам.

Аркадий взял бокал и пригубил коньяк. Вкус, разумеется, был отменный – дешевого пойла здесь не держали.

– Как добрался? – Шрам сделал глоток из своего бокала. – Дороги свободны?

– Заметно свободнее, чем вчера, – кивнул Стрельцов.

– Славно. А то после вчерашнего Среза в городе суета. СПС носится, журналисты рыскают… Вроде всё как обычно, но суету я не люблю, сам знаешь.

Несколько минут они обсуждали погоду, пробки и последние новости. Обе красотки молчали, будто их здесь не было.

Бокал Шрам опустил, и мужчина поставил его на столик.

– С чем пожаловал? – наконец спросил он, глядя на собеседника немигающим взглядом.

Аркадий Юрьевич вздохнул, ибо откладывать дальше было нельзя.

– Я не могу отдать тебе кости с крыльев пепельников, – сокрушенно произнес он.

В ложе повисло тяжелое молчание. Лишь фоновая музыка не давала комнате погрузиться в зловещую тишину.

Блондинка чуть заметно напряглась. Брюнетка и вовсе замерла.

– Сильное заявление, – спокойно произнёс Шрам, ожидая продолжения.

– Я бы рад преподнести их тебе, поверь. – Аркадий подался вперёд и зачастил. – Мои люди больше суток выслеживали этих тварей, они прочесывали лес, двигаясь следом. Потом с огромным трудом заманили их в ловушку. Понесли серьёзные потери, больше половины полегло, и наконец перебили пепельников! А потом какой-то дворянчик явился на всё готовое и забрал добычу себе. Оставил только дряхлого недопепельника, у которого большинство костей в труху…

Шрам продолжал молчать. Он желал услышать полное объяснение.

Аркадий Юрьевич добавил:

– Мои бойцы были уже измотаны, ранены. Этот мерзавец просто появился из ниоткуда и воспользовался моментом. Словно выжидал! В итоге подло ограбил моих людей и скрылся. Ему даже сказали, что кости нужны для уважаемого человека! Даже денег предложили! Но ему плевать на это было.

– Имя есть? – холодно спросил Шрам.

– Антон Северский, – отчеканил Аркадий Стрельцов.

Шрам задумчиво провёл пальцем по увечью на своем лице. Это была старая привычка, которую Аркадий Юрьевич замечал за ним и раньше. Обычно, после того, как Шрам так делает, кто-то вскоре умирает…

– Северский… – повторил он. – Не слышал о таком.

– Думаю, и никто не слышал, – охотно продолжил Аркадий Юрьевич. – Моя СБ уже проверила, что смогла. Угасший род, ни денег, ни влияния, ни людей, лишь два каких-то непонятных слуги. Так он сам еще и не местный – ивановский.

– И этот никто посмел обобрать твоих людей? – нахмурился Шрам.

– Говорю же! Уставшие они были, после тяжелого боя! Кровью истекали, сознание теряли. Взял и украл! И твое имя его не остановило!

Шрам чуть прищурился:

– Твои бойцы назвали мое имя?

– Ну… – замялся Аркадий. – Прямо-то не сказали, что это для тебя. Но все-таки… Должен ведь понимать, что люди ждут трофеи! Что это для большого уважаемого человека, что он не имеет на них никакого права, что…

– Хватит, – раздраженно оборвал его Шрам и начал задумчиво барабанить по столу. – Я даю тебе пять дней, чтобы ты закрыл долг. Кости должны быть у меня, Аркадий. Уяснил?

– Да! – с готовностью кивнул Стрельцов. – Спасибо за отсрочку. Буду искать в других губерниях, и у наших скупщиков тоже, и…

– Нет, – покачал головой Шрам. – У наших скупщиков я найду раньше тебя, если там что всплывет.

– Но…

– Ты мне рассказал очень занимательную историю, Аркадий, вместо того, чтобы принести товар. Зачем? Хотел, чтобы я сам искал этого твоего Северского? Я поищу… мне не трудно. Но и ты будь добр, сдержи слово. А не то…

Шрам сверкнул глазами, и Стрельцов судорожно сглотнул.

– Я понял, – выпалил он. – Сделаю. За отсрочку спасибо.