Текст книги "Первый Предтеча (СИ)"

Автор книги: Элиан Тарс

Соавторы: Игорь Нокс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 12

Экран телефона светился в темноте, и буквы уже начинали расплываться перед глазами.

Игоша перепробовал десятки запросов вроде «Орган птиц с Искрой» или «алхимические ингредиенты из птиц», или же кучу других формулировок.

Полезной информации – кот наплакал. О том, что можно купить в магазинах Ярославля, и вовсе почти нет. Это вам не столица…

И всё же кое-что полезное Игоше найти удалось. Например, на одном сайте для охотников за монстрами упоминалось, что у крупных летающих тварей из Срезов, скорее всего, есть аналогичный орган. По крайней мере, внешне сильно похожий и, видимо, выполняющий те же функции.

Да вот беда – после убийства монстра все органы быстро разъедаются кислотой…

Но всё равно зацепка. Игоша сделал закладку и потянулся, хрустнув позвонками.

Странное чувство. Впервые за… сколько?

За два года.

Впервые за два года ему по-настоящему интересно что-то делать. Не потому, что надо выжить, не потому, что иначе сдохнешь с голоду. А просто потому, что хочется!

Хочется помочь и быть полезным, по крайней мере!

Он опустил телефон и посмотрел в потолок с трещиной. Не дворец, конечно, как когда-то, в другие времена. Но здесь тепло, есть еда, и никто не пытается ограбить или пнуть просто так.

Антон Игоревич… Кем бы он ни был на самом деле, он первый за эти два года отнёсся к Игоше как к человеку, а не к уродцу, на которого противно смотреть, или же мелкому жулику, которого можно использовать и выбросить.

«Будешь мне помогать, я сниму с тебя проклятие», – невольно вспомнил карлик слова своего нового знакомого.

Игоша часто думал: а может, ничего и не выйдет? Ведь Проклятие, что мучает мальчика, даже придворные маги снять не смогли. Но Антон Игоревич хочет попробовать. А это уже стоит многого! Это уже больше, чем кто-либо сделал для него с тех пор, как…

Нет! Не думать об этом. Не сейчас…

Игоша снова уткнулся в телефон. Зашёл на ещё один форум – что-то про алхимические эквиваленты и замену редких ингредиентов… Он глянул на часы в углу экрана и обомлел. Два часа ночи⁈

Когда он жил дома, позже десяти никогда не ложился. Мать строго следила за режимом. «Циркадные ритмы – это основа правильного развития мозга». А потом случилось проклятие, и циркадные ритмы перестали иметь значение.

Игоша побрёл в туалет. В коридоре было темно, но он уже выучил, где скрипят половицы, и старался ходить бесшумно. Из комнаты Петровича доносился такой храп, что казалось, от него даже стены вибрируют. На обратном пути Игоша свернул на кухню за водой. Щёлкнул выключателем, и в тусклом свете лампочки увидел, как два жирных таракана и несколько мелких метнулись под холодильник.

Раньше он бы завизжал – в детстве до ужаса боялся этих тварей. Помнится, однажды увидел таракана в ванной и отказывался туда заходить целую неделю, пока слуги не обработали всё дезинфекторами трижды.

Сейчас Игоша только пожал плечами и налил воды из чайника.

Тараканы – ерунда. Лучше уж они, чем спать в подвале с крысами, как ещё недавно приходилось. Те твари кусаются, и глаза у них светятся в темноте…

А тараканы просто бегают, и укусить не могут.

Возвращаясь к себе, проклятый мальчик заметил полоску света под дверью комнаты Антона Игоревича.

Тот что, тоже не спит?

Интересно, чем он там занимается в такой поздний час?

Очевидно, чем-то важным. Он вообще какой-то… не такой. Говорит странно, смотрит так, будто видит тебя насквозь. И двигается как-то иначе, чем все люди, которых Игоша знал.

И не спит! Работяга, однако.

Игоша тихонько прокрался к себе и плюхнулся на кровать. Надо бы тоже ещё поработать, раз уж «босс» делом занят. Ещё раз проверить бы, может, всё-таки не все монстры растворяются после Срезов? Может быть, есть способ как-то сохранять их органы?

Телефон удобно лёг в ладонь. Экран засветился. Мальчик открыл браузер и начал набирать запрос…

…и проснулся уже утром, с телефоном на подушке.

* * *

Разбудили меня приглушённые голоса, что звучали за дверью:

– Любит же поспать твой господин, – беззлобно проворчал Петрович.

– Он не мой господин, – привычно возразил Игоша. – И вообще, Антон Игоревич всю ночь работал.

– Над чем же? – удивился старик.

– А мне почём знать…

Ночь и правда выдалась долгой. Но главное – плодотворной.

Поднявшись на ноги, я открыл дверь и вышел в зал.

– … Например, над составлением для тебя, Игоша, перечня упражнений лечебной гимнастики, – громко произнёс я, отвечая на вопрос своих товарищей.

Малец удивлённо вытаращился и выпалил:

– Какой ещё гимнастики?

– Той, что поможет твоим Каналам быстрее восстанавливаться, – ровным тоном ответил я и остановился в центре зала. – Вставай и повторяй за мной!

Когда парень неуверенно остановился напротив, я стал показывать упражнения. Начал с простого: разминка головы, затем вытягивания рук вверх, наклоны в стороны. Движения, которые растягивают определённые точки на теле, где энергетические узлы ближе всего к поверхности – к коже. Игоша неуклюже копировал, путаясь в собственных конечностях.

– Спину ровнее держи, – поправил я. – И дыши глубже.

Петрович наблюдал за нами, развалившись в кресле и скрестив руки на груди. Потом хмыкнул и сам встал в позицию.

– Ать-два-три-четыре! – начал он отсчитывать, энергично размахивая руками. – В армии каждое утро так начинали! Ать-два!

Его разминка была грубее и проще, но дед двигался на удивление бодро для своих лет. Дар Укрепления Плоти давал о себе знать даже в таком возрасте.

– Хочешь, и для тебя упражнения распишу, старый? – спросил я, продолжая показывать Игоше следующее движение.

– А мне оно на кой? – отмахнулся Петрович. – Обычной зарядки хватает. А чего-то больше уже не потяну – увы, не молодею.

– Так давай я омоложу? – хмыкнул я, наблюдая за его реакцией.

Петрович застыл с поднятой ногой и чуть не потерял равновесие.

– Чего? – пробормотал он.

– В основном внутренне, конечно, – пояснил я, продолжая делать упражнения вместе с Игошей. – Но и внешне кое-что изменится. Осанка выправится точно. Да и часть морщин разгладится.

Дед уставился на меня так, будто я предложил ему прыгнуть в вулкан.

– Это вообще возможно?.. – недоумевающе спросил он.

– Возможно, – кивнул я. – Но для этого придётся кое-какие зелья сварить. А перед этим добыть нужные ингредиенты.

Петрович тяжело вздохнул и покачал головой.

– Эх… Как говорится, возбудим и не дадим! А я уже уши развесил! Это как с патронами вашими – подарили старику надежду, а сколько теперь ждать?

Я посмотрел на него и усмехнулся:

– Меньше, чем ты думаешь. Тащи свой последний патрон, примерять будем.

Дед не поверил своим ушам и выпалил:

– Что примерять?

– Патрон тащи, говорю! – повторил я.

Петрович сорвался с места и с грохотом понёсся по коридору в свою комнату. Через минуту вернулся, бережно неся патрон на раскрытой ладони.

Я взял его и повертел в руках. Убедился, что память не подвела – именно таким я его и запомнил. Крупный калибр с характерными насечками – а точнее, как писали в купленной вчера книге, «двенадцать и семь». Экспансивная конструкция c энергетическими глифами, если я правильно понял из книги. При попадании такая пуля задействует энергию глифа.

– Пойдём, – кивнул я в сторону своей комнаты.

Игоша и Петрович потянулись следом. Увидев мой рабочий стол, оба замерли на пороге.

На столешнице лежали плоскогубцы, остатки свинцовых пластин, ножи со сточенными лезвиями, горка металлической стружки, а рядом – свинцовая болванка с нарезанной резьбой у основания. И отдельно, на куске чистой ткани, коробка от бабы Гали. В ней тускло поблёскивали боевые глифы, похожие на маленькие металлические сердечники.

– Ночью делал, – пояснил я. – Сначала на свинце тренировался, чтобы понять, как резьбу выводить. Мне нужен был тренировочный образец. Свинец мягкий, податливый, для пробы в самый раз.

Дед посмотрел на меня так, словно застукал за изготовлением бомбы.

– Это… это то, что я думаю?

– Смотря что ты думаешь, – пожал я плечами. – После свинцовой болванки я обработал уже реальный глиф.

Я указал на небольшой цилиндрик с выгравированными символами, внутри которого угадывалось сжатое плетение энергии.

– А это что за штуки? – Игоша указал на коробку с глифами.

– Это они и есть – боевые глифы, – устало пояснил я. – Подарок от нашей с тобой знакомой, бабы Гали из «Чёртовой лапы». Муж её артефактором был, вот это как раз его работа. По сути, те же патроны, только без гильзы и резьбы.

Я взял один из глифов и показал его Петровичу. Тот присвистнул.

– Структура почти такая же, как у твоего патрона. Только у тебя он огненный, а эти я ветром запитал.

– И вы на свинце сначала попробовали, – догадался Петрович.

– Именно. Свинец портить не жалко. А глифы бабы Гали – штучный товар, нечего боезапас переводить.

– Но… – осёкся Петрович, не успевая осмыслить столько информации. – А чем вы форму-то на свинце выводили? Тиски вижу, ножи тоже… Не голыми же руками. Плавили как?

– Не плавил. Даром работал.

– В смысле?

Я поднял руку и сконцентрировал энергию вокруг пальцев. Воздух вокруг них уплотнился и стал мутным, как пар.

– Давление. Если правильно всё спрессовать, металл поддаётся не хуже, чем жидкость. Даже лучше – контроль точнее.

Петрович переводил взгляд с моей руки на свинцовую болванку и обратно.

– Структура подсказала кое-какие старые техники, – добавил я, гася свечение вокруг пальцев. – В моё… Когда-то так делали наконечники для стрел. Принцип тот же, только материалы другие.

Дед тяжело выдохнул:

– Ну вы даёте, господин Северский. Но вы… аккуратнее с этим. Ночью, в одиночку, голыми руками… Боевые глифы клепаете как пирожки.

– Не голыми, и пока ещё не до конца боевые, – возразил я. – Это просто заготовки. Вот когда в настоящие патроны их вкрутим, тогда и станут боевыми.

Петрович посмотрел на меня долгим взглядом, потом на купленные мной книги на краю стола, неожиданно хрипло рассмеялся:

– А я-то думал, вы просто книжки умные читаете!

– Это тоже, – кивнул я и взял одну из пуль. – Ладно, к делу.

Взял патрон Петровича, выкрутил старую пулю и вставил на её место переделанный глиф. Резьба совпала… ну, может, и не идеально, но пуля плотно села на место. Во вчерашней книге, в разделе «история оружейного дела» писали, что раньше пули к основной части патрона крепили иначе. Но позже, с развитием артефакторики, всё чаще стали делать банальную резьбу. В итоге некоторые виды патронов позволяют менять обычную пулю на артефактную. В конечном итоге это привело к унифицированию производства.

– Господин Северский… – пробормотал Петрович, косясь то на меня, то на новый патрон. – Антон Игоревич… Я даже не знаю, что сказать.

– Тогда ничего не говори, – пожал я плечами. – Но если всё-таки сильно хочется, скажи, где обычные патроны такого калибра можно купить. Я так понимаю, он не самый ходовой.

– В оружейной лавке на Ильинской улице! – встрепенулся Петрович. – Там Толян работает, мы с ним ещё в армии служили. Скажу ему, он без вопросов продаст сколько надо!

– А дальше что? – подал голос Игоша.

– А дальше, парень, дело нехитрое, – просиял Петрович. – Покупаем обычные патроны, выкручиваем с них простые пули, накручиваем выточенные Антоном боевые глифы. Так, глядишь, и полный боезапас со временем будет.

Он посмотрел на меня с таким выражением лица, будто я только что вернул ему молодость без всяких упражнений. Однако её возвращение ещё только впереди.

– Сколько я должен за работу? – спросил старик сглотнув. – И сколько вы таких патронов сможете… навырезать?

Я посмотрел на его кулон в виде клыка.

– Нет, – мотнул головой Петрович. – Антон Игоревич, я вам благодарен за всё, но это… нет.

Я поднял руку в примирительном жесте.

– Понял. Но ты подумай – не ровен час, как опять монстр Среза на него прибежит, а то и не один. А насчёт патронов…

Я задумался, внимательно глядя на Петровича. Дед ведь и в самом деле размышлял о том, чтобы продать мне свой кулон, я чувствовал это. Но пока был не готов.

Уговаривать его или тем паче принуждать я точно не стану. Рано или поздно он и так созреет.

Правда, хотелось бы, чтобы «рано».

– Ездить умеешь? – неожиданно для деда спросил я.

– Чего? – не понял он.

– Водить транспортное средство умеешь? – вспомнил я более грамотную формулировку.

– А то! – Дед приосанился. – Тридцать лет за рулём всё ж таки. И грузовики, и легковушки, и броневики армейские. Внутри ковыряться тоже могу, если что. В нашем полку механиков вечно не хватало, приходилось самим…

– Отлично, – перебил я его. – Хочешь на меня поработать? Пойти ко мне на службу?

Петрович открыл рот и тут же его закрыл. Посмотрел на Игошу, потом снова на меня.

– Мне нужен человек, который умеет водить, стрелять и не задавать лишних вопросов, – серьёзно произнёс я и пристально посмотрел в глаза старику. – Ты подходишь по всем пунктам.

– Ну… – Дед почесал затылок. – Оно, конечно, лестно. Но я как бы на пенсии уже. И вообще, господин Северский, вы человек хороший, но я вас знаю без году неделя. Мало ли что…

– Справедливо, – кивнул я. – И честно. И за эту честность я ценю тебя ещё больше. Знаешь, Петрович, а давай я тебе испытательный срок дам? Чтобы попробовал и подумал? Чтобы ко мне присмотрелся, в конце концов. Ну а я – к тебе. Думаю, три месяца будет более чем достаточно, чтобы принять окончательное решение. Если что-то не устроит – разойдёмся без обид. Оплатой за три месяца будет минимум полсотни таких патронов и начатый курс омоложения.

Петрович вытаращил глаза и выпалил:

– Полсотни⁈

– Минимум.

– И омоложение… это вы серьёзно? – аж подскочил он на месте. – Не шутите?

– Я редко шучу, старый, – покачал я головой. – Если через три месяца почувствуешь себя здоровее и моложе, продолжим разговор о постоянной службе. Если нет – останемся добрыми соседями.

Дед задумался. Я чувствовал сомнения в его голове. Осторожность говорила ему, что малознакомым людям верить нельзя, но надежда шептала: такой шанс выпадает раз в жизни.

Надежда победила.

– По рукам, господин Северский. – Петрович протянул ладонь, и я её пожал. – Три месяца так три месяца. А там посмотрим.

Я повернулся к Игоше. Тот стоял в углу и старательно делал вид, что его здесь нет.

– А ты? – коротко спросил я.

– Что я? – пискнул он.

– Пойдёшь ко мне на службу?

Лицо мальца засияло.

– Да! – И тут же погасло. – Но… хм… Мне, наверное, нельзя…

Он замялся, переступая с ноги на ногу. Открывал рот и снова закрывал, не в силах сформулировать мысль.

А я догадывался, в чём дело. Игоша рос там, где служили ему, а не он кому-то. Пусть последние годы и выбили из него спесь, но некоторые вещи закладываются слишком глубоко в подкорку.

– Ты ведь не из тех, кто привык служить другим, верно? – спросил я, пристально глядя мальцу в глаза.

Игоша вздрогнул, будто я прочитал его мысли.

– Я не… – начал он, но замялся. Однако спустя пару секунд вздёрнул подбородок и выпалил: – Я хочу! Правда хочу! Просто… – Он не хотел врать, потому слова и не складывались.

– Давай так же, как с нашим стрелком, – вздохнул я и покосился на деда, который любовно поглаживал боевые глифы. – Испытательный срок – три месяца. Если поймёшь, что это не твоё, никто не держит.

Парень заметно расслабился. Ограничение по времени давало ему пространство для манёвра. Так психологически было легче принять служение.

– Как скажете, – кивнул он уже увереннее. – Согласен!

– Вот и славно. – Петрович хлопнул в ладоши. – Стало быть, теперь мы команда! Эх, давненько я в команде не работал…

Он потёр руки и деловито посмотрел на меня.

– Так что там насчёт вождения, господин? Вам ведь теперь в Единую Палату ехать надо, за бланками. Это на Московском проспекте, там очереди с утра километровые. Лучше пораньше выдвинуться. Там ведь все документы оформляют. И на землю, и на собственность, и справки всякие. И договора служения. Без бумажки ты букашка, как говорится.

Он так возбудился, что был готов продолжать свою тираду, но я мягко перебил его:

– Старый, у тебя устаревшая информация. Можно через интернет всё оформить. – Я припомнил то, что успел прочитать в книге о законах ночью, пока переводил дух между обработкой глифов. – Игоша, неси свой телефон.

– Не получится с телефона… – виновато пискнул малец.

Я удивлённо уставился на него. То есть как это? В книге же написано про сайты всякие…

Ещё и Петрович сейчас косится на меня и ехидно лыбится.

– Поясни, – велел я Игоше.

– У государственных сайтов нет мобильных версий. – Мальчишка беззаботно пожал плечами. – Они только под большие экраны заточены. Я пробовал как-то через телефон зайти, там половина кнопок не работает, а вторая половина такая мелкая, что не разглядишь.

М-да. Тысячи лет назад мы могли уничтожать порталы между мирами, а эти не могут сделать нормальный сайт для телефона. И куда только катится человечество, а?

– Ладно, – выдохнул я и повернулся к ехидному деду. – Раз такое дело, Петрович, заводи свой компьютер. Пойдём этот сайт с государственными услугами штурмом брать.

Глава 13

Оказалось, что у Петровича совсем не осталось трафика, так что пришлось вызывать провайдера. Будут ему нормальный интернет проводить. Кабельный! Как я понял, это гораздо более эффективный способ связи, нежели через телефон. А нам сейчас интернет требуется регулярно и в больших количествах.

Перед уходом я провёл очередную процедуру очистки каналов Игоши: вложил в него энергию, аккуратно продавливая застоявшиеся сгустки проклятия. Процесс небыстрый, но каждый сеанс приближал результат.

– Пока меня не будет, поизучай бюджетные автомобили, – велел я. – Нам нужно что-то вместительное и надёжное. Желательно с крытым кузовом.

Игоша кивнул и потянулся к телефону, а я направился в отделение СПС.

Здание Сил Противодействия Срезам располагалось в центре города, в массивном сером строении за высоким забором. У ворот дежурили двое охранников, но меня пропустили без лишних вопросов, едва я показал перстень.

Внутри оказалось на удивление многолюдно: по коридорам сновали люди в форме, у стендов с объявлениями толпились гражданские. На стенах висели плакаты с изображениями монстров и правилами поведения во время Срезов.

Я подошёл к стойке регистрации. За ней сидела миловидная девушка с убранными в хвост светлыми волосами и усталым, но приветливым лицом.

– Чем могу помочь? – спросила она, окинув меня профессиональным взглядом, и добавила: – Ваше благородие.

– Хочу узнать о контрактах на монстров. Есть что-нибудь на летающих тварей?

Она чуть приподняла брови.

– Вы охотник-вольник? Или от какого-то рода?

– Вольник.

– Понятно. Каким составом работаете?

Я помедлил секунду и ответил:

– Пока в одиночку. Хотя… У меня есть ещё водитель с огромной пушкой.

Девушка посмотрела на меня с плохо скрываемым сочувствием.

– Простите, ваше благородие, но… Сейчас контракты на летающих монстров выдаются только опытным группам с подтверждённым опытом охоты не менее года. Будьте уверены, это требование безопасности, а не чья-то прихоть.

– Опыт у меня есть, – твёрдо произнёс я, глядя ей в глаза. – И он куда больше, чем один год.

– Боюсь, это будет пустой тратой вашего времени, – покачала она головой. – Крылатые твари из Срезов крайне опасны. Даже слаженные отряды несут потери. А одиночка… Не хочу вас обидеть, но такие контракты вам не по силам.

– Не вам решать, что мне по силам, – спокойно ответил я. – Не так ли?

– Поймите правильно, – она понизила голос, – мы обязаны выдавать контракты только тем, кто имеет реальные шансы вернуться живым. Давайте я посмотрю вам варианты попроще?

Я уже подумал применить Голос и надавить на девушку жёстче. Да, делать это не особо хотелось, ведь отказывает она мне сейчас не из прихоти. И не только потому, что выполняет свой долг, отсекая тех, кто по формальным признакам не подходит для таких контрактов. Я ведь вижу: девушка искренне переживает за мою жизнь. Не хочет, чтобы доброволец, желающий сражаться с монстрами, глупо сдох из-за своего упрямства.

Однако ответить я не успел: нас прервал подошедший мужчина. Высокий, с внушительными звёздами на погонах. В современной военной иерархии я пока разбирался слабо. Однако нутро кричало: перед нами довольно влиятельная фигура.

Молодое лицо, кудрявые тёмные волосы, подтянутое тело и походка, излучающая уверенность. Притом сам парень выглядел едва ли не моложе Святогора, однако я уверен, что его звание его выше. А Святогор, помнится, был капитаном.

Но не звание мужчины меня интересовало в первую очередь, а его энергетический фон. Источник этого человека превосходил по мощи всё, что я встречал в этом городе. Сложный дар – определить его с ходу не получалось. На безымянном пальце тускло блеснул родовой перстень.

Девушка за стойкой, заметив его, едва слышно выдохнула. В её взгляде читалось такое отчаяние, словно она с трудом удерживалась от того, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу.

Но она сдержалась и, глядя на военного, быстро произнесла:

– Андрей Викторович, всё в порядке, я как раз объясняю…

– Слышал. – Он остановился рядом и посмотрел на меня с нескрываемым интересом. – Вольник-одиночка хочет контракт на летунов?

– Хочу, – подтвердил я.

Он хмыкнул, посмотрел на мой перстень, задержался взглядом на моём лице и, не переставая улыбаться, спросил:

– Ранее уже взаимодействовали с СПС?

– Три дня назад. Монстр на Мышкинской улице. Меня зовут Антон Северский.

– Ага, – кивнул он, явно что-то помня об этом. – Так значит, это вы там в одиночку управились? Неплохо для начала. Но летуны – задача более нетривиальная.

– Я в курсе, – спокойно ответил я, не сводя с него глаз.

Мужчина прищурился. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а затем он усмехнулся и повернулся к девушке.

– Люся, дай ему информацию по контракту от виконта Прудникова.

Девушка за стойкой вытаращила глаза.

– Господин майор! Андрей Викторович… Но… Этот контракт уже две недели висит, на него даже «Стальные крылья» не подписались!

– И такими темпами ещё две недели провисит, если ничего не делать. – Майор беззаботно улыбнулся девушке, а затем подмигнул и продолжил: – Передай его благородию виконту, что вольник господин Северский от меня. Раз у нас появился такой храбрый герой, мы не можем удерживать его от боя, не так ли? Это будет бесчестно!

Люся не сдержалась и закатила глаза.

– Давай-давай скорее, красавица, – поторопил её майор. – Хватит глазки потолку строить.

Люся поджала губы и принялась что-то искать на компьютере.

Майор же повернулся ко мне и усмехнулся:

– Ну что, герой, поджилки не трясутся?

– Как видите, нет, – отозвался я, развалившись на стуле. А затем кивнул и произнёс как ни в чём не бывало: – И благодарю за наводку.

– Не благодарите раньше времени, – усмехнулся он. – Если выполните задание, вот тогда и скажете «спасибо».

Майор кивнул и пошёл дальше по коридору, насвистывая себе под нос незамысловатый мотивчик.

– Ваше благородие, могу отправить вам всю информацию на планшет, – оторвавшись от экрана, сказала она.

– Какой ещё планшет? – опешил я.

Она удивлённо хлопнула глазками.

– Просто для удобства обычно используют планшеты. Через них подключаются к нашей открытой базе – там много всего полезного, и ваши активные контракты отражаются, и статус, и…

Звучит превосходно. Вот только…

– Планшет обязательно? – спросил я. – Есть другие способы получить информацию?

Люся поняла, что у меня планшета нет, и тяжело вздохнула.

– Может, вам всё-таки не нужен этот контракт? – с надеждой спросила она. – Может быть, другой подыщем? Попроще? А там и гвардию увеличите, и планшет приобретёте, и…

– Надо, Люся, – твёрдо произнёс я. – Надо.

– Эх… Ну тогда я по старинке всё просто распечатаю. Удобно будет?

– По старинке всегда удобно, – кивнул я.

Спустя несколько минут девушка протянула мне папку с документами.

– Вот, ваше благородие. Все детали внутри. Только… пожалуйста, будьте осторожны. Я этих бумаг уже столько выдала, а обратно… не всегда приходят.

Я поблагодарил девушку и, не отходя далеко, открыл папку, погрузившись в изучение содержимого.

Ух ты… Да тут не один монстр в заявке, оказывается, а стая! Теперь понятно, почему Люся так переживала.

И вожак, предположительно, имеет Ядро второго ранга. Стало быть, жёлтый Жетон…

У такой твари почти наверняка есть нужный мне орган!

Я убрал папку и направился к остановке. Без проблем добрался до дома…

Почти без проблем.

Буквально за пару дворов от дома Петровича Руна Ощущения предупредительно дёрнулась.

Ну надо же… Меня, похоже, ждут.

– Стоять, дворянчик, – процедил хмурый крупный мужчина в окружении ещё пары таких же. – Разговор есть.

Для отморозков Стального пса такой заход был бы уже чересчур рискованным – те знают, на что я способен, так что начали бы стрелять, не здороваясь, и сильно издалека. Видимо, эти другие… Ещё непуганые.

Стоп… да я ж их уже видел намедни! Они вчера с телефоном кого-то искали тут неподалёку. Значит, всё-таки меня.

И какое такое зло я им сделал, что они столь настойчивы?

– Семён Васильевич Брыль передаёт привет, – хмуро проговорил здоровяк. – Это тебе за подкрашенную воду, уродец!

От первого удара я ушёл, сместившись в сторону. Верзила по инерции пролетел вперёд мимо меня. Я помог ему ускориться, впечатав локоть в затылок, и тот рухнул лицом в асфальт.

Второй попытался схватить меня за шею. Я перехватил его запястье, вывернул и дёрнул на себя. Довершил дело коленом в живот. Пока он стонал, согнувшись пополам, третий уже замахивался складной металлической дубинкой. Без труда я нырнул под его руку, прошёл слева и коротко врезал ребром ладони по шее. Чтобы жизнь совсем уж мёдом не казалась, направил импульс ветра так, чтобы все трое кубарем покатились по земле, пока не врезались в стену ближайшего дома.

– Может, передадите этому вашему Брылю ответный привет? – предложил я. – Или мне навестить его лично?

Ответом мне было лишь нестройное сопение и стоны.

Какой всё-таки злопамятный и настырный аптекарь мне достался, а… Даже любопытно, устроит ли он ещё чего?

«Ну хоть денег немного приносит», – подумал я, ощупав карманы громил и достав три кошелька. Так будет честно.

Более не тратя времени на придурков, я пропетлял по дворам, выкинул опустевшие кошельки в урну и, убедившись, что больше нет хвоста, направился домой.

На пороге меня встретил довольный Игоша.

– Антон Игоревич! Интернет подключили! Правда, пришлось доплатить за скорость, но зато теперь летает!

– Молодец, – похвалил я мальчишку. – Где Петрович?

– Здесь я. – Дед выглянул из кухни. – Чаю? Я сегодня оладьи сделал…

– Позже. Сначала дело.

Я прошёл к компьютеру. Нужно было зарегистрировать Петровича в Единой Палате. Он вернулся с потрёпанным паспортом – обложка почти стёрлась, страницы пожелтели от времени.

– Вот. Берегу как зеницу ока.

Я взял документ, пролистал. Пирогов Михаил Петрович, год рождения… Да уж, паспорт старше некоторых деревьев во дворе.

Система потребовала авторизацию. Я ввёл номер телефона, и на экране появилось окно подтверждения.

Припомнил, как покупал телефон. Продавец, услышав, что у меня нет с собой паспорта, начал плакаться: мол, придётся использовать более трудный и дорогой способ регистрации. Но мне было плевать на его проблемы, да и любопытно было узнать, что это за способ такой.

В итоге он попросил меня оставить отпечаток перстня на каком-то хиленьком проверочном артефакте, похожем на потускневшую печать. Я тогда ещё на миг усомнился: вдруг артефакт не признает во мне законного владельца перстня. Но нет, всё прошло гладко, если не считать того, что продавец вновь повторил, «лучше бы у вас был с собой паспорт, ваше благородие».

В итоге номер телефона у меня единственный, неповторимый и завязанный на родовой перстень Северских и меня лично. Потому через номер я легко вошёл в эту загадочную цифровую Единую Палату.

Сперва я нашёл раздел о добровольных формированиях вольников и зарегистрировал себя в качестве вольника. Ибо, как указано на распечатках Люси, без официальной регистрации награды я не получу. А награда мне ой как нужна, так что сделаем всё в лучшем виде.

И теперь можно заняться уже другим: формированием боевой гвардии аристократического рода!

В разделе «Регистрация гвардии» я вбил данные Петровича. Система попросила подтвердить полномочия, указав смс-код. Разумеется, для меня всё это было тёмным лесом, хорошо, что помогал Игоша.

В итоге мы увидели красиво оформленную грамоту на экране, подтверждающую, что у нас всё получилось.

– Поздравляю, Михаил Петрович. – Поднявшись из-за стола, я повернулся к старику. – Ты официально гвардеец рода Северских.

Петрович расплылся в улыбке. Правда, тут же попытался придать лицу серьёзное выражение и рявкнул:

– Служу!.. Э-э-э… Вам! Ваше благородие!

– Принимаю, – произнёс я и хлопнул его по плечу. Затем перевёл взгляд на Игошу и твёрдо сказал: – Ну а теперь ты.

Малец замялся и неуверенно пробормотал:

– Антон Игоревич… Тут такое дело… У меня документов нет. Совсем…

– То есть как нет? – больше меня опешил Петрович. – Нельзя ведь без бумаг! Это ведь…

– Тише, старый, – шикнул я и снова покосился на Игошу. – Сейчас что-нибудь придумаем.

Нашёл выход из ситуации, как ни странно, сам Игоша. На сайте была графа «Регистрация простолюдина без документов». Оказывается, аристократ своей властью может дать имя и фамилию человеку, который их не имеет. Древний закон, оставшийся ещё с тех времён, когда крепостное право было нормой.

– Так. – Я откинулся на спинке стула. – Нужно вписать имя, фамилию и отчество.

Игоша потупился.

– Можно просто Игоша…

– Игоша – это не имя. Это прозвище. И попробуй скажи, что я не прав. – Я вопросительно уставился на него. Парнишка отвёл глаза, не став спорить.

Я перевёл взгляд на Петровича. Тот стоял в дверном проёме, переминаясь с ноги на ногу.

За пару дней эти двое успели неплохо спеться. Дед подкармливал мальца, учил каким-то бытовым премудростям и готовке, ворчал на него по-отечески. Игоша в ответ помогал старику с телефоном и компьютером, а иногда даже обыгрывал в шахматы.

– Петрович, – позвал я. – Как смотришь на то, чтобы поделиться фамилией?

– В смысле? – подавился он, вытаращив глаза.

– Запишу его как… ну, скажем, Игоря Сергеевича Пирогова. Будет твой… скажем, внучатый племянник. В Единой Палате, а не наяву.

Петрович посмотрел на Игошу. Тот замер, боясь лишний раз вздохнуть.

– С меня не убудет. – Старик почесал затылок. – Ежели только я ему опекуном от этого не стану. – Он покосился на мальца. – Помирать я не собираюсь, но мало ли что…

– Не переживай, старый, никто на тебя мальца вешать не станет.

– Да не, я как бы… – смутился старик, тяжело вздохнул и покосился на Игошу. – Тут за себя-то гарантий не дашь, а за другого человека и подавно. Мало ли что да как. И… – Он махнул рукой и твёрдо произнёс: – Согласен я. Пусть будет Пироговым.