Текст книги "Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! (СИ)"

Автор книги: Елена Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Взяв коляску за поручни, я покатила её из кабинета. До самой двери спиной чувствовала взгляд герцога. Он обжигал и замораживал одновременно. Странный тип. Очень странный. Надо будет расспросить о нём подробно у Фалька и узнать побольше.

Лина была на удивление молчалива. И когда я занималась её косами, и за завтраком. Лишь изредка бросала задумчивые взгляды в сторону двери, словно чувствовала чьё-то присутствие. Крыс тоже вёл себя необычно: он не проявлял интереса к еде, не слезал с коленей Лины, постоянно находясь настороже и поводя носом. Усики при этом смешно подрагивали, а чёрный нос-бусинка морщился.

– Знаешь, Тина, – в конце трапезы сказала сестрёнка. – Этот господин что-то скрывает. Он не тот, кем кажется.

– Он страшный? Ты боишься его?

Лина помолчала, подбирая подходящие слова.

– Нет, не то, чтобы страшный. Он какой-то непонятный. Словно два человека в одной оболочке.

Я ещё больше заволновалась. Решив, что как только выпровожу гостей, свяжусь с лордом Жильверном. Уж он-то сможет защитить свою ученицу в случае чего. И вообще, это «в случае чего», очень уж часто стало появляться в нашей жизни в последнее время.

Глава 12

– Ты иди, Тина, – сестрёнка тряхнула белокурыми кудряшками. – А мы с Филей порисуем до обеда. А потом лорд Этьен обещал позаниматься со мной.

– Покоя нет, – проворчал крыс. – Выходной же! Лучше погуляем в саду на свежем воздухе!

– В сад пойдём вечером, – по-взрослому серьёзно ответила Лина, пояснив: – Тогда солнца такого злого не будет.

– Где ты его видела? Злое солнце? – возмущённо встопорщил усы Филимон. – Осень на дворе! – и постучал когтём по розовому лбу.

– Так Дана говорит.

– Подумаешь, Да-а-ана. А вот ей бы и не помешало под злым солнцем походить. Или лучше полежать без одежды, – фыркнул крыс в своей манере.

Тут уж я не выдержала:

– Это почему ещё?

– А чтоб жир лишний вытопился! Скоро на два стула садиться будет! Это ж сколько продуктов надо съесть, чтобы поддерживать такое «великолепие»?

Улыбка сама появилась на лице: крыс, как всегда, ворчлив и заботлив. Но заботится он только о Лине. К остальным относится… как бы помягче выразиться… как надоевшим предметам интерьера. Вроде и не нужны, а без них пусто.

После завтрака я вернулась в кабинет. Герцог и управляющий о чём-то оживлённо беседовали, но, увидев меня, замолчали. Такэда повернулся ко мне всем своим могучим корпусом и торжественно-величественно сообщил:

– Предлагаю вам два варианта на выбор. Первый: я покупаю у вас имение и земли за очень, повторяю, очень приличную сумму. Учитывая, что у вас на руках больная сестра, – а я знаю, сколько нужно денег на лечение, – вам должно хватить и на хорошего мага-целителя, и на некоторое время безбедного существования. Но тут есть один очень существенный минус – о достойном замужестве вам, вероятно, придётся забыть.

Тут он сделал паузу, предоставляя мне время проникнуться тяжестью его слов.

– И второй вариант: вы всё-таки выходите замуж за моего брата. В этом случае ваши земли сольются с моими, и я беру вас и вашу сестру на пожизненное содержание. А также обязуюсь подобрать вашей сестре хорошую партию, как придёт время. Выбор за вами.

Я предвидела оба варианта. Но ни один из них меня не устраивал. Понимая, что просто так от Такэды не избавиться, пока кормила Лину в голове шла судорожная мыслительная работа. И, кажется, выход нашёлся.

– Предлагаю третий вариант, – с неменьшим достоинством сообщила я. – Мы заключаем помолвку на определённый срок. Скажем, до окончания мной Академии. А затем вновь вернёмся к этому вопросу.

Герцог хмыкнул.

– А какая, позвольте узнать, МНЕ выгода от этого варианта?

– Ну, как же? Вы пользуетесь землями. Все доходы, что они принесут – это будет ваше. За исключением содержания моей сестры.

– То есть, себя вы намерены обеспечивать самостоятельно? – в глазах герцога мелькнуло недоумение. Он даже подался вперёд, пытаясь разглядеть признаки помешательства в моём взгляде. Шутка ли – девица и сама себя берёт на содержание! – Вы уверены, что это будет вам под силу?

По правде сказать, уверенности особой не было. Но и прыгать замуж за первого… хотя, не первого, самца я не собиралась. И, тем не менее, стараясь, чтобы голос звучал убедительно, собрала волю в кулак и ответила:

– Да.

Смотрела при этом прямо ему в лоб. Марго утверждала, что, если пристально смотреть собеседнику в одну точку на лбу, то он вскоре почувствует себя некомфортно. Вроде, как и смотришь на собеседника, а вроде и нет. Этакий психологический трюк. Ей об этом Марк сказал.

Герцог с минуту обдумывал моё предложение, потом откинулся на спинку кресла и кивнул:

– Хорошо. Добавим только один пунктик: если вы хоть раз обратитесь ко мне за финансовой или какой-либо другой помощью, не касаемо, разумеется, вашей сестры, то в силу немедленно вступит второй вариант. И вы выйдете замуж за моего брата.

Настала очередь мне подумать. Хотя, что тут думать? Что я теряю? Герцог прав, – с таким приданым вряд ли я найду хорошую партию. Даже не выгодную партию, а просто хорошую. Поэтому, если и не получится у меня самостоятельной жизни, придётся выходить замуж за герцогского брата. Это пока я молодая. А леди в возрасте в нашем обществе нужно иметь статус замужней дамы или вдовы. Без такого статуса для меня будут закрыты все двери. Идти в компаньонки мне тоже не улыбается. Кому нужна старая дева с довеском в виде больной сестры? Ладно. Приму эту поправку в свой вариант. Но приложу все усилия, чтобы свадьба, всё же, не состоялась. Возможно, найдётся какой-либо обедневший аристократ, или последний сын в большой семье, который будет обделён наследством, и с которым мне не противно будет создать семью. А, может, я и полюблю его… Всякое бывает. Но замуж за навязанного жениха не пойду! Сама выберу!

– Хорошо, – выдавила я. – Считайте, что моё согласие вы получили.

Такэда обрадовался, хотя попытался это скрыть. Да только вспыхнувшие удовлетворением глаза выдали его.

– В таком случае, я пришлю в понедельник нотариуса с договором. Вы внимательно ознакомитесь с его содержанием и, в присутствии своего управляющего, подпишете, – он поднялся во весь свой немалый рост, и в кабинете сразу стало тесно.

– В понедельник я буду в кофейне поздно вечером, – я поднялась следом за ним.

– Не проблема. Я найду вас в Академии.

С этими словами Такэда откланялся. А мы остались с Фальком вдвоём. Я устало потёрла виски. Энергетика герцога давила тяжёлым грузом, голова разболелась.

– Что скажете, господин Фальк?

– Вы умница, – улыбнулся мужчина. – Вы весьма искусно сторговали себе отсрочку. Однако вам нечего боятся младшего Такэду. Он весьма неплохой парень. Немного не от мира сего, но это не от скудности ума. Наоборот, – лорд Райнхольд талантливый изобретатель. Насколько талантлив, настолько и оторван от реальности. Я думаю, он даже не заметит, что у него появится супруга. А вашей обязанностью будет – следить за его питанием и гигиеной. Зато – у герцога под крылом, под его надёжной защитой. Так что подумайте ещё раз. Может, не стоит свадьбу отменять?

Признаться, слова управляющего меня несколько успокоили. Если Такэда младший повёрнут на изобретательстве, то он не будет навязывать мне супружеский долг. И всё же – противно. Но ради сестры… Ради здоровья Лины и её благополучия я из кожи вылезу, но постараюсь наладить дело с кофейней. А там посмотрим. У меня ещё в запасе пять лет учёбы в Академии.

На этом субботние сюрпризы не закончились. Ближе к обеду в кофейню впорхнула сияющая Марго, а за ней степенно вошли её жених и Марк. Они заняли самый последний столик. Я вновь со вздохом подумала о кабинках, прикинула размер расходов и пришикнула на свою экономную жабу. В углу как раз место подходящее, только теперь перегородки нужно сделать. Наверное, и стулья мягкие понадобятся. Эх, вся надежда на лорда Этьена. Спрошу у него совета – где и что заказать, чтоб не сильно дорого. Не прозевать бы его визит.

Раденбергские с будущим родственником заказали по чашке кофе и пирожные безе. Мужчины, не долго думая, решили попробовать дерзкую новинку под названием «Сытная Утренняя гадость». Звучит интригующе. Правда? А выглядело это кулинарное хулиганство так: на небольшом круглом корже из заварного теста живописно раскладывалась начинка из ветчины, зелёного горошка, ломтиков помидор, порезанного на полукольца сладкого лука, затем всё это соблазнительно посыпалось зеленью и тёртым сыром и запекалось в духовке до золотистой корочки расплавленного сыра. Перед подачей лепёшку разрезали на восемь частей – так удобнее есть. На стол, конечно, подавалось слегка в остывшем виде, так, чтобы не обжечься. И, разумеется, к этим лепёшкам обязательно шёл соус на выбор – молочный, томатный, овощной с перцем. Сегодня мы предлагали это блюдо клиентам впервые, и этот заказ был первым. Естественно, меня просто распирало от любопытства, – как воспримут нашу новинку?

Стоит ли говорить, что еле дождалась, когда Марк и Ричард закончат основную трапезу и приступят к пирожным?

– Как вам наше новое блюдо? – улыбаясь как можно радушнее, полюбопытствовала я.

– Восхитительно! – жених Марго расплылся в улыбке. – Особенно сырная корочка и острый соус. А ещё что-нибудь похожее есть?

– Ричи, – кокетливо стрельнула глазками Марго. – Мы сюда не есть пришли, а выпить самый лучший в городе кофе!

Конечно, мне стало безумно приятно. К слову сказать, кофейные зёрна я лично окутывала магией, чтобы усилить природный вкус и аромат. Это было моим маленьким секретиком!

– Одно другому не мешает! – парировал Ричард и с аппетитом принюхался к последнему кусочку. – Божественный запах! Так что, Тина, ещё такие будут?

– Это первая порция. В дальнейшем я планирую расширить ассортимент.

– Отлично! – просиял вечно «голодный» студент.

Хотя, судя по рассказам Марго, кавычки тут явно лишние. Студенты-маги занимаются до изнеможения, до полного опустошения внутреннего резерва. А чтобы его быстрее пополнить, нужна хорошая пища в больших количествах. Я задумалась: а что, если эти лепёшки замораживать? Само собой, заклинание стазиса никто не отменял, но, когда резерв на нуле, это заклинание не снимешь. А сунуть в духовой артефакт – проще простого. Две минуты – и готова горячая сытная еда! Гениально!

– Ох, Ричи, – засмеялась Марго. – Тебя не прокормишь!

– Я растущий организм! Меня надо хорошо кормить! – Парень с аппетитом прикончил последний кусочек лепёшки и потянулся к пирожному. – И побольше мяса и сладкого!

За столом раздался тихий смех.

– А кофе… ум… – Ричи театрально закатил глаза. – Марго, ты права! Этот кофе не сравнить ни с каким другим! Божественно!

– Ричард! – также театрально нахмурилась девушка. – Осторожнее с комплиментами! Не то подумаю, что ты подбиваешь клинья к моей подруге!

Жених Марго тут же состроил испуганную мину.

– Я!? Дорогая, я же делаю комплимент кофе, а не твоей подруге! Не ревнуй меня к напитку!

Наблюдать за этой парой было в удовольствие. Сразу видно, что они любят друг друга. А то, что вот так препираются, так это они просто шутят. Характеры у обоих весёлые и лёгкие. Эх, как бы мне хотелось тоже, вот так…

– Ричард прав, – подал голос Марк. Он всё это время молчал и только улыбался, сверкая тёмным бархатом глаз. – Кофе восхитителен. Я бы хотел наслаждаться им каждое утро.

Я мгновенно выплыла из своих мечтаний. Мы же придумали, как доставить кофе! Конечно, здесь не обойтись без заклинания и специальной посуды. Но, как говорится, любой каприз за ваши деньги, господа уважаемы клиенты!

– Буквально через пару дней нам доставят специальную посуду, – деловито сообщила я. – В ней кофе надолго сохраняет вкус, запах и температуру. А сейчас я могу приготовить вам кофе с собой просто в тёмных сосудах.

– Кофе с вами? – захлопал ресницами Ричард.

Дурачится парень, а вот Марк сдвинул брови и сурово зыркнул на друга.

– Это предложение только для меня.

И уже, глядя в мои глаза:

– С удовольствием буду пить кофе с вами каждое утро!

Начавшееся было бархатное волшебство лопнуло, словно мыльный пузырь. Может быть, он ничего такого и не хотел, но мне в его словах послышался двойной смысл, который оставил неприятный осадок. Будто он намекает, на «особое продолжение» нашего знакомства. Наверное, это почувствовала и Марго. Она, как истинная леди, смогла перевести разговор в другое русло. Деланно легкомысленно хихикнула:

– Ага, Тин. Ты для него кружку закажи со своим портретом. Пусть кофе пьёт и на него смотрит. Вот и будет ему кофе с тобой.

Шутку оценили. А у меня всё равно душевная кошка активизировалась, то и дело царапая острыми коготочками.

– Господа, – я поднялась, стараясь держать спину прямо, как учила матушка. – Приятного аппетита! Прошу простить – у меня дела!

Марго всполошилась:

– Тина! У нас для тебя хорошая новость! В принципе, для этого мы и пришли, чтобы сообщить!

– Ага, и подкрепиться заодно! – заулыбался Ричард.

Им было, по-видимому, неудобно за слова, сказанные Марком. А тот – хоть бы хны! Сидит, смотрит на меня своими чёрными омутами, и хоть бы сделал виноватый вид! Хотя, о чём это я? Он же наследник герцога! А я – просто баронесса, да к тому же, с недавних пор, нищая.

– Марк! – девушка требовательно стукнула сложенным веером по столу. – Чего молчишь?

Раденбергский словно очнулся.

– О, прошу прощения, я задумался. Эйтина, отец сегодня пришлёт нашего мага-целителя для Лины. Вы тоже можете обратиться к нему, если что-то вас беспокоит.

Нет уж, благодарствуйте. За Лину, конечно, спасибо, обязательно воспользуюсь и сама расплачусь. Хоть из кожи вылезу, но расплачусь!

– Передайте Его Светлости огромную благодарность за беспокойство.

Величественно кивнув, словно на голове корона тяжёлая, я не менее величественно прошествовала к стойке, за которой, улыбаясь, порхала Дана. И опять спина раскалилась до предела от горящего взгляда. Да что ж такое сегодня? Явно, не мой день. Пойду, лучше на кухню. Нафеячу пирожных и мини-тортиков. Последние, кстати, очень хорошо брали на вынос.

Кухня встретила меня умопомрачительными запахами корицы и ванили, сразу же заключая в плен. Из тёмного угла показался Митрич.

– Чаво кручинишься? Иль за энтого сыночка герцогского, тьфу, шоб ему обувка всю дорогу жала, расстраиваешься?

А что сказать? Больно, когда разочаровываешься в человеке. Тем более в таком красавчике. Эх!

Повинуясь моим жестам, из кладовки выполз мешок с мукой, за ним прискакала кринка с маслом из холодного шкафа, по воздуху плавно белыми бабочками прилетели яйца и мерные пакетики с сахаром.

– Ты, эта, брось, – Митрич возник рядом и утешающе похлопал по руке. – Ну их, мужиков родовитых. А, можа, и правда, примешь предложение того напыщенного индюка? А?

– Митрич! И ты туда же! – я в сердцах всплеснула руками…

Упс… Вот тут и началось… В заготовку нежной мягкой карамели, повинуясь жесту возмущения, плюхнулся пакетик соли… Что за гадство!

– Целую кастрюлю коту под хвост! – недовольно пробурчала я, осознавая, что сама виновата.

– Чего? Мне под хвост ничего не надо. У меня там всё уже есть и всё в порядке, – раздалось у меня за спиной.

В дверях нарисовался серый кот. Он потянул носом, жадно принюхался, грациозно сел, явно копируя Мись, и смачно облизнулся.

– Вкусно пахнет. Дай попробы-у-авать!

Мне не жалко. Всё равно выкидывать. Однако кот, нетерпеливо тряся хвостом, нарезал круги вокруг миски, куда я шмякнула ложку испорченной карамели и причитал:

– Нет у котика магии, и никто котику не остудит вкусняшку. Сами-то магичат для себя. А котику?

Теперь уже стало жалко. Кота. Он же не виноват, что я накосячила. Вздохнув, щёлкнула пальцами и произнесла охлаждающее заклинание. Издав радостный вопль, серый опустил морду в миску. Ест и прихваливает:

– Зря ты, хозяйка, наговариваешь. Вкусно получилось. Молочком бы запить.

Митрич подозрительно покосился на довольную усатую морду пару минут, потом протянул:

– А и мне чуток отсыпь.

Домовому я передала чашку, предварительно остудив.

– А чё? Ничё! Интересный вкус. Ежели положить прослойку с этой фиговиной между песочными печенюшками, то получиться рассыпчатая «гадость», – с видом опытного дегустатора, Митрич облизал ложку и крякнул. – Знатна «гадость»!

М-м-м-м, а это идея!

Я быстро освободила кусочек стола для нового феячества, и скастовала заклинание на изготовление песочного теста под одобрительное покряхтывание Митрича. Заодно и мастику цветную поставила вариться. Будет у меня «разноцветная гадость»!

Руки мои замелькали в воздухе, создавая заклинание для нового рецепта. Каждое движение сопровождалось лёгким свечением, которое затем преобразовывалось в формулу и ложилось на страницы матушкиной кулинарной книги. Раньше она, – мама, – создавала рецепты, теперь – я. Эта книга, как тоненькая связующая нить со счастливым прошлым. Каждый раз, когда я брала её в руки, казалось, она делилась теплом родительской любви. Конечно, у меня остались мамины драгоценности, те, что успела спрятать от опекуна. Они также напоминали о беззаботном детстве. Но кулинарная книга была особенной. С каждой страницы мне чудился запах родительского дома. Поэтому я очень трепетно относилась к ней, берегла и записывала только те рецепты, что создавались лично мной. Для остальных была обыкновенная кулинарная книга.

Вот и сейчас, на её страницы ложились формулы состава теста, разных форм песочного печенья, мастики, температурного режима, процесса изготовления и общего вида готовых изделий. Это только кажется, что стоит взмахнуть руками, проговорить несколько слов и – вуаля! – готово! Фигушки. Нужно точно рассчитать пропорции и правильно закодировать этапы изготовления, ведь каждое положение рук и пальцев в пространстве – это код, а звуковое сопровождение – регистр кода. Пока мне доступны только простые действия, но я буду настойчиво и прилежно учиться. Со временем, смогу творить настоящие шедевры!

Я колдовала над печеньем, а в голове уже крутилась мысль, как можно ярко оформить подачу и с каким видом кофе предложить. Митрич крутился рядом, восторженно охая, а кот улёгся на подоконник и с видом кулинарного гуру одобрительно подмуркивал домовому.

И вот настал долгожданный момент. Печеньки остыли, склеились по две штуки солёной карамелью, обмотались мастикой и аккуратно сложились на подносах. Каждый вид на отдельном подносе. Так удобнее и чтобы не нарушать эстетику.

– Ну? – я заговорщицки посмотрела на Митрича. – Пробуем?

Домовой подскочил со своей табуретки, всплеснув руками.

– А то как жа? Я самый, что ни на есть, правдивый и старательный пробовальщик!

– И мне-у оставьте! Вон ту печеньку, которая голубой рыбкой прикидывается! – подал голос кот, не отводя взгляд от облюбованной «рыбки».

– А крысу – розовую кошачью лапку! – хихикнул домовой.

Он уже пристроился к столу и нетерпеливо посматривал на закипающий чайник. Я вспомнила ещё об одном почётном жителе нашей кофейни и воскликнула:

– Тогда и лорду Зарецкому надо предложить.

– Не, – отозвался домовой. – Он сладкое не уважает.

В этот момент из дальнего угла раздалось:

– Это почему?

И к столу приблизился сам герцог полупризрачной персоной. В отличие от Митрича, Зарецкий не стремился «осязаемо очеловечиться» и предпочитал естественный, – призрачный, – вид.

– Очень уважаю. Просто раньше никто не догадался предложить.

Вот так, вчетвером, мы сняли первую пробу.

– Вкусно, – лаконично резюмировал серый аристократ с хвостом.

Митрич оскорбился:

– То же мне, гурман! Это восхитительно! – он закатил глаза, а рука его сама потянулась за ещё одной печенькой.

– Мда, – поддержал его герцог. – Довольно необычно, но, действительно, вкусно. Жаль, детям кофе нельзя.

Я возразила:

– У нас есть молоко и молочные коктейли!

Зарецкий задумчиво покачался под потолком.

– Слишком тяжело для юных желудков. Тут нужно что-то вроде чая, но холодного. Только это скучно.

Домовой, решив грудью защищать новое творение, к которому он имел отношение, недовольно пробурчал, косясь на призрачного герцога:

– Ну, ВашСветлость, ещё никто не придумал чай, шобы он праздничным салютом в роте взрывался!

Новая идея вспыхнула ярким огнём и взорвалась в голове не хуже праздничного фейерверка.

– Митрич – ты гений! – воскликнула я и принялась второпях записывать на клочке обёрточной бумаги будущий рецепт детского напитка.

А что? У нас же есть покупатели с детьми? И в выходные дни они могут, прогуливаясь, зайти к нам в кофейню. А тут тебе и для взрослых кофе и для детей… м-м-м… салютовка! Ой, нет. Слишком на спиртное смахивает. Как же его назвать? Пузырька? Бумс? Шипучка?