Текст книги "Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! (СИ)"

Автор книги: Елена Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 17

– Госпожа, ну что ж вы так!

Дана настойчиво втиснулась между мной и Марком, чем вызвала массовую гибель активных насекомых в животе.

– От так, господин, ставьте её на пол, – приговаривала она, отдирая нас друг от друга. – Это у неё с голоду. Видано ли молодой леди так себя изматывать! Сайя! – гаркнула она себе за спину. – Живо господам завтрак спроворь!

Шустрая Сайя исчезла в доли секунды. Пока Дана буксировала меня к столику, она уже успела принести две большие «Сытные гадости» и две чашки кофе.

– Нет, – Раденбергский решительно отодвинул свою чашку. – Леди сама сделает мне кофе.

– Так она ж устала же ж, – растерянно пролепетала девушка, хлопая ресницами.

– Я подожду, – сказал, как отрезал.

Он царственно кивнул, скосил глаза на часы и добавил:

– Нам до занятий ещё есть время.

Как я ела завтрак – не помню. Вкус ускользнул, не оставив даже следа! Перед глазами наваждением маячила турка. Казалось, она даже подпрыгивала в нетерпении. Однако, Дана, как всегда, оказалась права: после завтрака мне стало гораздо лучше и я уже довольно бодро пошла варить кофе для Его Светлости. Светлость, к слову, попёрлась за мной следом на кухню.

– Что? – он картинно вздёрнул брови в ответ на мой вопросительный взгляд. – На кухне обстановка более … способствует пищеварению.

Я тихо фыркнула. Ну-ну. Интересно, у себя дома он так же завтракает на кухне? Хотя, это не моё дело. Мало ли какие у герцогской семейки порядки. Моё дело – сварить такой кофе, чтобы он язык проглотил от удовольствия. Я решила приготовить его на дровяной печурке. Была у нас такая – маленькая, но удаленькая. Дрова разгорались в ней легко, будто она сама каждый раз с огнём договаривалась. Вот и сейчас, – стоило только щёлкнуть пальцем, как маленькие полешки радостно вспыхнули. Через пару минут под уютное потрескивание дерева варочная плита раскалилась, обдавая рядом стоящих жаром. И скажу я вам – вот такое тепло разительно отличается от магического. Оно живое. И еда, приготовленная на таком огне – живая. Даже кухня наполняется неповторимым запахом, когда в печурке горит обыкновенный огонь.

Аромат свежесваренного кофе быстро заполнил маленькую кухоньку, смешиваясь с запахом горящих поленьев и чего-то печёного, что готовилось тут вчера. Я с упоением вдохнула этот неповторимый запах. Как хорошо дома!

Марк, прислонившись к косяку двери, наблюдал за мной с нескрываемым интересом. Его взгляд был настолько пристальным, что я почувствовала, как щёки снова начинают пылать. Чтобы скрыть неловкость, я, протянув ему чашку, спросила:

– Вам кофе с собой сделать?

– Тебе, – поправил Марк, завладев и чашкой и моими пальцами. – Мы же договаривались.

– Тебе, – повторила я эхом, снова погружаясь в тёмный бархат его глаз.

– Кофе с тобой – мечта…

Его глаза неумолимо приближались, радужка вспыхивала волшебными огоньками…

– Ой, – пролепетала я, – огонёчки!

То, что произошло дальше, никак не поддавалось здравому смыслу. Раденбергский застыл, словно натолкнулся на невидимую стену, крылья тонкого породистого носа раздулись, глаза совсем стали чёрными и в них огоньки уже не вспыхивали, а превратились в яростный огонь, сметающий всё на своём пути. Вот ещё немного, и я тоже вспыхну, поглощённая его напором.

– Ты сказала, что видишь у меня в глазах огни? – тихо прохрипел он.

– Ой! А вы уже кофию напились!

Дана! Чуйка у неё срабатывает каждый раз, что ли!

– Ну, вот, господин, – ворковала она, вновь ввинчиваясь между нами. – Уже и время в Академию отправляться. А там уже и сестра ваша, леди Марго с женихом своим ждёт. Я им тоже кофию с «Утренней гадостью» сделала, пьют они, и очень довольны.

Я видела, с каким сожалением Марк выпустил мои пальчики. Признаюсь – была в этом с ним солидарна. Но и Дане надо сказать «спасибо», что удерживает меня от опрометчивых поступков. Я ж ведь не невеста зубных дел мастера. Мне честь надо блюсти. А тут такие соблазны…

– Ой! – Дана сделала «страшные» глаза. – А вы что, ещё не пили кофий? Или это вторая чашка? Так у нас госпожа и третью может сделать! Только … – она внимательно всмотрелась в моё пылающее лицо. – Не в себе она что-то сегодня с утра. Не заболела ль, родненькая?

Я была подвергнута тотальному общупыванию на предмет возможной болезни.

– Не в себе, говоришь? – хмыкнул Марк, не отводя от меня пристального взгляда. – А мне это… нравится. Это так необычно! И притягивает…

По спине пробежал незнакомый холодок. Что Марк имел в виду? Стало, действительно, не по себе от его слов. Притягивает, видишь ли. А ничего, что сам зимой женится?

Воспоминание об этом предстоящем событии мгновенно вернули меня на грешную землю. Я пожелала Светлости «приятного аппетита» и поспешила в зал.

– Тина! – Марго так обрадовалась мне, словно мы год не виделись. – Я только что получила сообщение от отца! Он протолкнул проект с детским центром в палате лордов! Теперь можно начинать готовить санаторий к приёму детей!

Отличная новость! Она заполнила радостью все мысли!

– Через два месяца у нас в Академии будут «королевские каникулы», и мы сможем с тобой лично присутствовать при ремонте!

Да, был такой перерыв в занятиях в каждом учебном заведении – праздновали День рождения императора.

– В городе будет целая неделя ярмарок и всевозможных гуляний! – продолжала щебетать Марго. – Никто и не заметит, что нас не будет!

Да, может, и не заметят. Но я собиралась на этой ярмарке заработать! Как раз ударят первые настоящие морозы, и горячие напитки с печёностями будут хорошо продаваться!

– А ты хотела участвовать? – догадалась подруга по моему помрачневшему лицу. Немного подумала и снова зажглась улыбкой: – Это ж великолепно! Марк с Ричи потренируются в многоразовых порталах! – она снова засияла новогодней гирляндой. – Нам же не надо постоянно там присутствовать. Будем наведываться в перерывах, скажем, по вечерам. Как раз проверим, что рабочие сделают за день! Верно, Ричи? – острый локоток девушки многозначительно пихнул блондина. Тот скривился и кивнул.

– Завтрикать будете, господа? – вклинилась в поток слов будущей герцогини Даксвен моя Дана.

– Нет-нет, – Марго поспешно подскочила, увлекая за собой жениха. – Мне надо до занятий к отцу наведаться. Ричи! Чего сидишь? Открывай портал!

Даксвен виновато улыбнулся, кивнул подошедшему другу и поспешил следом за невестой в тамбур. А Марк остался.

В Академию мы с ним прибыли тютелька в тютельку за минуту до начала пары. Мне повезло, что первое занятие у нашей группы было практическое у мастера Оберхайде по кулинарии, и никаких учебников и тетрадок он не требовал.

Я с облегчением(?) скинула со своей талии руку парня и понеслась в аудиторию. Около самой двери кто-то резко дёрнул меня за косу. Больно так дёрнул, аж слёзы из глаз брызнули.

– Я тебя предупреждала, дохлятина?

Люция! Что она тут делает? У них же занятия совсем в другой части здания!

– Ты чего? – я попыталась освободиться, но хватка у этой дамочки была железной.

Настроена девица была решительно, судя по разъяренному оскалу.

– Я тебя предупреждала? – шипела она мне в лицо. – Как ты посмела прикоснуться к моему Марку? Я тебя в порошок сотру!

Люция замахнулась, на пальцах вспыхнул огонь, который вот-вот должен был сорваться и нанести мне ощутимый вред. Или спалить до тла…

Я смотрела на огненные кружева и неожиданно, даже для самой себя, руки вскинулись, пальцы изогнулись в заученном жесте, а с губ сорвалось заклинание кружева, что вчера так усердно зубрила.

Хоп! Рекреацию огласил дики визг.

– Аа-а-а-а!

И это орала не я! Это истошно вопила моя врагиня! А я стояла и хлопала ресницами. Ух, ты! Как я могу! Справедливо возгордилась!

Просто Люция бесновалась сейчас в сети из моих кружев, а её огонь планомерно слизывал с неё одежду и волосы… Мда. Волосы жалко. Но ничего, полежит у целителей в боксе – они восстановят её шевелюру.

В этот момент дверь аудитории отворилась и из неё вышел мастер Оберхайде.

– Что тут происходит?

Обозрев картину – вопящая Люция и ошарашенная я, – он молниеносно принял правильное, на его взгляд, решение: окатил девицу магической водой. Огонь, конечно, погас, ведь потенциал и сила у мастера намного больше, чем у студентки. Но кружева никуда не делись! Так и оплетали полуголую Люцию. Кажется, даже ещё плотнее.

– К ректору! – рявкнул преподаватель.

В Академии мастер славился вредным характером. Но сейчас он проявил благородство: снял мантию, чтобы укрыть обнажённые телеса Люции. Эх, жаль, что звонок на пары уже прогремел! Люция имела бы сногсшибательный успех у студентов мужского пола – посмотреть у неё есть на что. И спереди, и сзади – одним словом, кровь с молоком и булочками.

И тут вышла осечка: мантия преподавателя, столь любезно накинутая на разъярённую девицу, стала исчезать на глазах. Такое впечатление, что моя кружевная сетка с удовольствием уничтожает материю.

– Нет-нет-нет, – забормотал Оберхайде, наблюдая за исчезновением своей мантии. Поняв, что ситуация вышла из-под контроля, он бросился к Люции с намерением спасти остатки материи. Но кружевная сеть, словно живая, ощетинилась щупальцами, не позволяя мастеру притронуться к её «еде». Хорошо ещё, что она только неживую материю уничтожает. Хотя… Кто знает, вдруг она, когда «сожрёт» мантию, за Люцию примется? Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных. Я немного позавидовала врагине, что она не видит это со стороны.

– Это всё ты! – прорычала она, глядя на меня с лютой ненавистью. – Ты за это ответишь!

Я лишь пожала плечами. Сама не понимаю, как такое получилось. Но как бы то ни было, наблюдать яростное шипение полуголой врагини, – бальзам на душу. И вообще, она меня убить намеревалась, а я только кружевную фигню на неё накинула. Это ж чистой воды самозащита!

Неожиданно в конце коридора показалась группа парней.

– Мастер, помогите! – взмолилась Люция, со страхом шарахаясь к стене. Теперь в её голосе не было злости и ярости. Скорее, он звучал жалко.

Оберхайде, сообразив, что пришло время вновь использовать магию, бросил на девушку какое-то заклинание. Думаю, это было что-то вроде очищающего, как на чистку рыбы от чешуи. Лично мне такая мысль в голову пришла. Однако я недооценила своё «детище»: сеть затрепетала, словно смеясь, и выставила щит! Самый натуральный! Подобные ему я видела на уроках физподготовки. Первый курс наматывал круги вокруг стадиона, а старшие курсы под магическим куполом отрабатывали как раз такие щиты.

Снова повод возгордиться своим творением!

– Это не просто кружево, – пробормотал Оберхайде. – Это какая-то неизвестная магия!

– Что ты наделала? – прошипела Люция. – Что это за гадость? Тёмная магия? Тебя повесят!

– Ерунда, – отмахнулась я. – У бытовиков нет деления на тёмную и светлую стороны. Мы – нейтральны!

От бессилья врагиня заскулила и сделала попытку спрятаться за спину мастера. Тот благоразумно отпрыгнул. И правильно. Вдруг сетка и его одежду схрумает!

Тем временем группа парней подошла совсем близко. Подошла и остановилась.

– Ничё себе! – присвистнул один из них. – Вот это буф…

– Вон! – громоподобно заорал преподаватель. – На счёт «три» чтоб я вас здесь не наблюдал! Иначе – будете вечными дежурными в зверинце!

Кидать навоз до окончания учёбы ребятам не хотелось. Кинув в мою сторону лукавые взгляды, они помчались дальше, куда шли, только пятки засверкали. Мне показалось, один из парней одобрительно показал мне большой палец.

– К ректору! – чуть ли не взвыл мастер.

И мы пошли к лестнице. Предстояло лезть на последний этаж. Первым шёл преподаватель, за ним – Люция, а я плелась последней, размышляя, как я докатилась до жизни такой. Честно, даже в голову не приходило, – что буду говорить? Как у меня это получилось?

Секретарь – мужчина средних лет довольно приятной наружности, – чуть со стула не свалился, когда увидел нашу процессию. Правда, челюсть всё же потерял. Люция злобно зыркнула на него и сама первая направилась в кабинет к ректору.

Что сказать? Минут десять ректор ходил вокруг пунцовой Люции под монотонный речитатив Оберхайде, силясь понять, в чём тут дело. Потом они вдвоём пытались отделить кружево от девицы. Безуспешно, естественно. Только пальцы поранили. Сетка, оказывается, ещё и «кусалась». Чем – понятия не имею. Похоже, сами нити были снаружи острыми, как стекло. Ну, хоть жертву свою не ранили. А ведь правда… Странно это.

Ещё через десять минут в кабинете возник стихийный консилиум: были вызваны деканы всех факультетов. Я тихо сидела в стороночке, надеясь, что про меня все забудут. Возможность незаметно уйти так же тихо маячила на воображаемом горизонте. Не получилось, – Люция, после очередной попытки декана боевого факультета развоплотить кружевную сеть, взвыла белугой.

– Это она во всё виновата! – голосила моя врагиня благим матом, не стесняясь в выражениях.

Видимо, сдали нервы. А ну, сколько мужиков (только один декан женщина – с бытового факультета) и она одна! Голая! Хоть на теле сеть и присутствовала, но она же кружевная! С дырочками! А через дырочки много чего видно.

Деканы дружно воззрились на меня.

– За такое исключить надо! – заявил декан-огневик.

Но тут на мою защиту встала леди Брианна Кассади – мой декан. Всегда выдержанная и утончённая леди шипела рассерженной кошкой:

– А как же! Щас прямо! Так я и дала вам, мужланам, выгнать талантливую студентку! – она сдула со лба каштановую прядь и вновь ринулась в неравный бой: – Это какой силой нужно обладать, чтобы сотворить ТАКОЕ! Вы, опытные маги, отнюдь не слабосилки, и не можете ЭТО снять с девушки!

Деканы озадаченно запыхтели.

– Леди Брианна права, – подал голос ректор. – Такими талантами не раскидываются. Свяжусь-ка я с одним специалистом, а вы все можете быть свободны!

– Ну, уж нет! – решительно заявила декан бытового факультета и основательно уселась в кресло, показывая, что она тут надолго. – Я свою студентку в обиду не дам!

– Да никто её не собирается обижать! – простонал ректор.

– Вот я это и проконтролирую! – сурово сдвинула брови леди Брианна.

Она откинулась на спинку кресла и элегантно закинула ногу на ногу.

– Пожалуй, я тоже останусь, – провозгласил декан боевиков. – Сдаётся мне, тут пахнет новым направлением в магии. Хотелось бы застолбить себе место у истоков.

Ректор вздохнул. Он знал, что спорить с деканом бытовиков – себе дороже. В глазах умудрённого многолетним педагогическим опытом мужчины мелькнуло двоякое выражение: вроде бы и гордость за свою студентку, и одновременно опасение. За неё же.

– Что ж, раз так – оставайтесь. Но учтите, это может затянуться.

– Ничего, – боевик последовал примеру коллеги и уселся в кресло. – Мои оболтусы только счастливы будут прогулять пару.

Люция, затянутая в кружевную сетку, издала очередной жалобно-злобный стон. Нити сетки, по-моему, стали толще.

– А мне что делать? – вопросила она дрожащим голосом. Ох, ну и притворщица! – Я так и буду голой ж… голяком стоять?

– Можешь сесть.

Ректор отреагировал мгновенно:

– Нет! Стой на месте! – заорал он. – Не хватало мне ещё мебель покупать, – и принялся настукивать сообщение на переговорный артефакт.

Минут через пять в кабинете открылся портал и из него вышел… лорд Жильверн! Обалдеть! Только императора тут не хватало!

Зря я так подумала.

После небольшого совещания магов, лорд Жильверн связался по переговорному артефакту-серьге с самим Его Величеством!

Император, появившись из портального пламени, удивлённо приподнял бровь:

– Леди Ромеро?

Я присела в книксене. На реверанс уже не хватало никаких сил – ни моральных, ни физических.

– Тут такое дело, – начал Этьен, понизив голос.

А потом и вовсе отвёл императора в самый дальний угол и что-то горячо ему рассказывал, то и дело, кивая в мою сторону. Император сначала недовольно хмурился, потом его лицо приобрело заинтересованный вид, а в конце он, вообще, хлопнул в ладоши и постановил:

– Тогда сам и разбирайся! Даю добро!

Лукаво подмигнув мне, Величество величественно покинуло кабинет ректора, шагнув в портальный огонь. Лорд Этьен де Жильверн, напротив, хищно оскалился, открыл свой портал и закинул туда нас с Люцией, как нашкодивших котят!

– О, бездна! – простонала Люция, как только огонь выпустил нас из своих объятий.

На этот раз я полностью поддерживала её.

Просто сейчас мы стояли посередине большой лаборатории под десятком изучающих нас мужских глаз.

Глава 18

Следом переместились и наши деканы. Думаю, им тоже было интересно, как же эта кружевная фигня на Люции снимается. И заодно проконтролировать, каким будет обращение со студентками, вверенными их попечению.

Спина мгновенно покрылась холодными каплями. Страшно! Последние четыре года я вообще из замка не выходила, можно сказать, от людей отвыкла. Только-только начала привыкать к студенческой жизни, а тут столько учёных мужей на один квадратный метр! То, что окружающие нас мужчины были учёными, сомнений не вызывало: белые халаты, куча всяких аппаратов, которые пищали, завывали и подмигивали.

– И что теперь? – икнула я со страхом в голосе.

Хотя и так понятно, что боюсь. Икают от голода или от страха. Я, вроде как, позавтракала.

Лорд Жильверн слегка подтолкнул меня вперёд и усмехнулся. Его глаза искрились каким-то новым опасным азартом.

– Теперь, моя дорогая леди Эйтина, мы будем исследовать границы возможного. Вероятно, магистр Ферроу, окажется прав: мы стоим на пути открытия нового направления магии. А вы, – он обернулся к Люции, – будете нашим первым подопытным образцом.

Подопытный образец в настоящее время старался прикрыть стратегически важные места руками. Это у неё получалось неважно, так как девица никак не могла определиться что важнее – грудь или низ живота? Поняв, что рук не хватает, она издала звук, похожий на предсмертный хрип вушника:

– Я же… не хотела… просто хотела…

– Ты хотела навредить, – сурово перебил её лорд Жильверн. – И ты получила «обратную связь», как говорят ваши преподаватели.

– Да, – поддержала его леди Брианна. – Это будет тебе уроком о том, что не стоит недооценивать соперников!

Теперь вмешался магистр Ферроу. Он яростно сверкнул глазами и фыркнул, надменно указав на меня пальцем:

– Кассади! Я тебя умоляю! Это полудохлое создание ты называешь соперником? И вообще, с каких пор бытовички могут соперничать с огневиками?

Я с интересом уставилась на деканов: надо же, взрослые люди, а сейчас ведут себя, словно подростки! Страх уполз, свернулся скользкой змейкой глубоко внизу души, уступив место любопытству.

– Господа! – рявкнул лорд Жильверн. – Оставьте своё вечное противостояние в стенах Академии! Здесь – Королевская Академия Магических Наук! Наша задача – исследовать и понять, а не выяснять, кто из вас более компетентен.

Магистр Ферроу, недовольный, но пытавшийся сдержаться, кивнул.

– Разумеется, магистры. Но я настаиваю, слышите? Настаиваю, чтобы бытовички и близко не подходили к опасным экспериментам!

– Опасным? – не менее опасно сузила глаза леди Брианна. – то не опасность, Ферроу! Это потенциал МОЕЙ студентки! И кому, как не мне, находиться рядом!

Ух, ты… Куда нас занесло! Вернее, занесли. Я покосилась на пунцовую Люцию, потом на присутствующих магов, что обступили перепуганных студенток, и почувствовала, как внутри меня что-то поднимается. Это «что-то» было большим, огнедышащим и одновременно боязливым до истеричности. А десяток магов, облачённых в лабораторные халаты и со странными приборами в руках, ещё добавили градус. Ещё немного и я взорвусь! Пространство вокруг неожиданно пошло рябью, все звуки доходили до меня словно через ватный барьер, реальность стала расплываться, а мир – закачался под ногами.

Первой заметила происходящее со мной леди Брианна.

– Тише, девочка, – подскочила она ко мне. – Выбери кого-нибудь из лаборантов и сконцентрируйся на нём! – последовал жёсткий приказ.

Взгляд выхватил очень пожилого мага, седого, всего испещрённого глубокими морщинами. Почему-то он мне показался самым добрым.

– Дыши глубже, – следовали далее указания магистра Кассади. – Ничего страшного тут не происходит.

– Конечно, не на неё смотрят, – фыркнула Люция с таким пренебрежением, что сразу стало легче.

Наверное, все остальные эмоции притупились от внезапно нахлынувшего раздражения. Подумаешь, огневичка! Бытовики тоже что-то могут! Посмотрим, кто из магов сможет развоплотить мою сеть!

– Не бойся, девочка, – сказал тот самый седой маг, подходя ко мне ближе. – Мы не навредим ни тебе, ни твоей подруге.

На последнем слове я чуть не поперхнулась от удивления. Кто это решил, что Люция моя подруга? Она, кстати, тоже фыркнула ещё с большим возмущением.

– Мы попытаемся исследовать ваш случай, и помочь вам, – добавил дедок, улыбаясь.

Я кивнула. Сердце в груди билось так сильно, что, казалось, пробьёт дыру и выскочит наружу. Кружевная сеть на Люции тоже, почему-то, начала пульсировать ему в такт. И почему-то возникло сомнение, что нам тут помогут. Скорее, запрут и будут опыты ставить, пока не разберут на кусочки. А мне нельзя! У меня сестра-инвалид на руках!

Неожиданно пространство разверзлось, выплёвывая герцога Раденбергского, его сына и… императора. Снова император!

Марк, мгновенно определив, где я, в два прыжка оказался рядом и сгрёб в объятия. Как ни странно, но мне стало сразу спокойнее. Сразу почувствовала, как напряжение в воздухе немного спадает, уступая надежде, что сейчас всё станет ясно. Страх, доселе сковывающий душу и тело, теперь казался таким незначительным и далёким! Внутри меня что-то изменилось. Что-то, чего я сама никак не могу понять…

– Что здесь происходит? – прогремел суровый голос императора. Голос-то суровый, но, по ходу, суровость напускная. Вон, как чертенята в его глазах чечётку отплясывают, аж искры из-под копыт летят!

– Ваше Величество, – с лёгким поклоном начал лорд Жильверн. – Всего лишь исполняю ваше поручение! Перенёс студенток для изучения!

Вот сейчас император нахмурился по-настоящему. Даже взгляд его стал холодным и колючим.

– Изучения? Этьен, ты серьёзно? – он недоумённо покачал головой. – Я дал добро, чтобы вот ЭТО, – величественный перст направился в сторону Люции, – изучали, а не студенток!

Наверное, под «ЭТИМ» он подразумевал мои кружева.

– Ваше Величество, – вперёд выступил седой маг, – мы пытаемся разобраться в ситуации и помочь девушкам. Одна из них обладает интересными возможностями.

Император перевёл взгляд с Люции, всё ещё опутанной пульсирующей сетью, на меня. Кольцо из рук Марка сжалось ещё сильнее, будто парень таким образом хотел защитить меня от всевидящего ока монарха.

– Возможностями? – Величество прошлось по лаборатории в полной тишине. Даже приборы перешли пищать на другую частоту, неподвластной человеческому слуху. – Я не знаю, что тут у вас происходит, но потрудитесь объяснить: почему ко мне во время заседания кабинета министров вваливается брат с племянником и требуют разрешения на проникновение в эту вашу чёртову лабораторию?

Тишина в воздухе стала такой плотной, что можно было потрогать.

– Вероятно, это ещё одно проявление возможности одной из девушек, – седой маг не сдавался и продолжал настаивать на своём мнении. – Я думаю, что изучение этих возможностей поможет увидеть новые грани нашей магии, и, вполне вероятно, укрепит наше государство! Мы можем продолжать?

Император молчал. Но я видела, как в его глазах один за другим сменяются чувства: сомнение, любопытство, жажда нового.

Внезапно Люция, мирно молчавшая до сих пор, подала голос.

– Хватит меня обсуждать! Я не зверушка и не подопытная мелочь! – прошипела она, вновь пытаясь вырваться из сети. – Я не хочу, чтобы меня препарировали!

Её слова обожгли меня огнём. Как это – препарировать? Я хоть и зла на неё, но не отдавать же эту безнадёжно влюблённую дурочку на научные эксперименты?

– Никто её не тронет! – прошипела, выдираясь из захвата мужских рук.

Внутри снова начало подниматься что-то большое и обжигающее. Но на этот раз не было страха и истерики. Только уверенность и сила. Моя сеть, до этого просто пульсировавшая, вдруг засияла и вспыхнула, оседая на пол сверкающими искорками. Люция предстала во всей своей первозданной красе. И, если раньше она старалась прикрыться хоть как-то, то сейчас напротив – демонстративно выпрямилась, выпятив полную аппетитную грудь и откинув назад растрепавшиеся волосы. И даже позу приняла, как бы это помягче сказать, более привлекательную. При чём, развернулась своими витаминами «си» к Марку!

В лаборатории вновь установилась тишина. Слышно было, как капают на пол слюни молодых магов. Ещё бы! Такие виды открылись! И бесплатно! Вот уж народная мудрость не врёт: Люция явно в детстве капустой объедалась. Теперь все мужские взгляды прикованы к последствиям капустной диеты! Но никто из магов не пытался сделать даже шаг.

Император медленно обошёл Люцию с гордо откляченным задом и сись… хм… грудью, и протянул:

– Как интере-е-е-есно! Ну-ка, – он поманил пальцем Жильверна, – пойди сюда на минуточку!

О чём шептались император с герцогом, никто так и не узнал. Просто в один момент Величество, довольно оскалившись, исчезло в своём портале, оставив всех остальных, – кроме Жильверна, конечно, – лишь гадать. И герцог Раденбергский, по-моему, что-то понял, судя по его недовольной физиономии.

Лорд Жильверн с воодушевлением потёр ладони и выдал:

– Господа! Я забираю девочек в своё ведомство!

Лаборатория тут же наполнилась возмущёнными возгласами.

– Как можно?

– Это новое в магии!

– Мы должны всё исследовать!

Кто-то додумался накинуть на Люцию какую-то тряпку, и она, недовольная теперь уже тем, что от Марка скрылась вся её натуральная «красота», пыхтела и бросала на меня злобные взгляды. Опять!

– Новое, – проворчал отец Марка. – Как же. Поройтесь в архивах! – раздражённо дал он им наказ, открыл портал и убыл.

А Жильверн перенёс нас – Люцию, меня и Марка, – в … Академию. Не поняла… А как же «его» ведомство?

Всё выяснилось только к вечеру. Маг собрал нас в комнате Марка. Я впервые была на мужской половине общежития. Надо сказать, здесь было намного аскетичнее, чем у нас на этаже. И в комнатах, если судить по обстановке комнаты Марка, тоже. Возможно, девочки сами добавляли уюта. Мы же такие девочки!

Так вот. Лорд Жильверн сообщил, что каждый вечер будет забирать нас к себе в лабораторию и снимать показания уровня магической энергии и чего-то там ещё. А также делать снимки магических каналов, чтобы потом разобрать потоки магии на составляющие.

– Возможно, такой результат появился, благодаря сочетанию вашей магии, – сказал он.

Слово «возможно» звучало сегодня столько раз, что я счёт потеряла. Сплошные догадки и никакой определённости. А хотелось бы. Зато Люция светилась счастьем. Как же, её обожаемый Марк тоже будет принимать участие в этих замерах! Правда, только в качестве куратора. Это он так объяснил сам. Мол, если что – откроет портал и всех спасёт. Конечно, верилось с трудом. Но Люции было на это наплевать. Главное – Марк рядом! Ведь теперь можно было попытаться вернуть его себе. Похоже, неё от любви совсем мозги отключились.

С этого дня моя жизнь сделала ещё один крутой поворот. Теперь мы с врагиней три раза в неделю были вынуждены терпеть друг друга в лаборатории у лорда Жильверна. Я так и не поняла, каким ведомством он управляет, так как всегда переносились в лабораторию. «Доставка» была поручена Марку. Он приходил заранее до назначенного магом часа и терпеливо дожидался рядом, пока я доделаю домашние задания в библиотеке или в комнате. Марго мужественно выполняла роль компаньонки. Хотя в магической Академии нравы были свободными, но кто даст гарантии, что информация не покинет её стены? А мне ещё замуж когда-то выходить. Вот вылечу сестрёнку и пойду.

Присутствие Марка немного напрягала. Мысли всегда раздваивались: в одном направлении царила учёба, а в другом – жгучий брюнет с тёмными очами. Зато я догадалась, зачем человеку два полушария в мозгу: чтоб думать мог сразу несколько мыслей!

А кто лучился счастьем, – так это Люция. Её ничего и никто не напрягал. Девица кошкой вилась вокруг Марка, даже не замечая, как он старательно пытается пресечь все её попытки.

В лаборатории нами занимался только Жильверн. И здесь он переставал походить на доброго дядюшку, каким он представлялся Лине. Маг цеплял на меня и Люцию проводочки, подсоединял те к большому агрегату, который тут же начинал пищать и подмигивать сотней лампочек, а сам неотрывно следил за экраном, иногда нажимая на рычажки и кнопочки, коих напульту управления было великое множество.

Сама лаборатория представляла собой симбиоз лабиринта из колб, реторт и приборов с магическими полями, которые видны лишь в магическом зрении или через специальный экран. Круто! Зачем расходовать свою личную энергию, когда есть такой экран-артефакт?

Сегодняшний эксперимент заключался в изучении энергетических флуктуаций, вызванных перекрещиванием наших с Люцией энергопотоков. Звучало грандиозно! Но на деле… Для этого требовалось прикасаться друг к другу по указанию магистра. Мы с врагиней дружно морщились.

– Возможно, им следует увеличить площадь соприкосновения? – пробормотал лорд Этьен.

– Ещё чего! – взвизгнула Люция, демонстративно шарахнувшись от меня в сторону. Проводки жалобно пискнули. – И так я собственную совесть убиваю, держа эту дохлятину за руку!

– А она у тебя была? Совесть? – флегматично спросил Марк.

Люция обиженно надула и без того пухлые губы. Лорд Жильверн метнул на неё задумчивый взгляд.

– Может, вы обниметесь?

– Что-о-о-о? – девица аж подпрыгнула. – Ни за что! Ещё я с ЭТОЙ не обнималась!

И толкнула меня на стойку со стеклянными колбами… Признаюсь: я слишком зациклилась на Марке, поэтому не успела отреагировать и позорно полетела на груду стекла, пока ещё целого. А там, в колбах, посверкивали какие-то жидкости! И было бы мне счастье испытать действие этих жидкостей на себе, но Марк в одно смазанное движение – как у него так быстро всё получается? – оказался рядом, подхватив меня на руки.

Стойка с колбами уцелела, а вот аппарат Жильверна зашёлся в истерических визгах. Я такое слышала только один раз, когда гуляла с сестрёнкой по внутреннему двору замка, а из хозяйственной половины двора сбежал поросёнок. Его ловили человек десять, а этот розовый толстячок на копытцах юрко улепётывал и визжал во все свои поросячьи лёгкие.

– Поразительно! – следом завиз… ой, вскричал маг. – Это ваше перекрещивание даёт такой потрясающий эффект!

– Я думаю, нам надо поговорить, магистр, – глухо отрезал Марк. – Я сейчас переправлю девушек в общежитие и вернусь.

Не давая никому опомниться, он распахнул портал, одним рывком закинул туда обалдевшуюЛюцию и шагнул следом. А я … я поехала трансфером на нём.