Текст книги "Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! (СИ)"

Автор книги: Елена Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

– Приехали! Приехали! – вопил Филимон и метался по подоконнику.

Пользуясь, что увидеть его могли только сильные маги или, если он сам того пожелает, крыс целый день бдил входную дверь, высунув из окна голову. От этого «увлекательного» занятия ни коту, ни домовому не удалось оторвать своего сотоварища. Изредка со второго этажа доносились его язвительные комментарии о происходящем внизу. Досталось всем: и уличным торговцам прессой, и извозчикам, и уборщикам улицы, фонарщикам, и даже посетителям и работникам соседней ресторации. Последних крыс особенно невзлюбил.

– Иди ты! – хмыкал Филимон. – А у нашего соседа Жиля повар специи тырит! До моего непревзойдённо-чуткого носа дошла вонь перца, который он в карман своего сына заныкал!

– Лучше б то твоих мозгов дошло, что подглядывать неприлично, – буркнул Митрич. Устав братства домовых, где он состоял вот уже добрую сотню лет, обязывал доложить СтаршОму обо всех случаях воровства на вверенной территории. – Теперь с Кузьмичём придётся гутарить. Не люблю я его, – поёжился старичок. – Заносчивый больно.

– И где же у него эта заноза? – сонно поинтересовался кот.

Он уже добыл пяток откормленных на свободе мышей, и теперь со знанием выполненного долга грел пузико на подоконнике соседнего окна. Но никто ему не ответил. Филимон продолжал наблюдать за улицей, Митрич, пригорюнившись, выстраивал план будущей беседы с соседским домовым и СтаршИм.

– Митрич, – не выдержал кот пренебрежения к его персоне, – ты чё там затих?

– А у него началась массовая гибель нервных клеток, – съехидничал крыс.

– Чего?

– Ага-ага, – подтвердил свои слова Филимон. – У него всегда так, когда он думать начинает. Слышь, Митрич, может хватит головоломством заниматься? Жизнь прекрасна! Не надо её тратить на пустяки.

– Как жа, – проворчал домовой, – пустяки! Это тебе не герцога шельмить, нашего СтаршОго не проведёшь!

– Это когда я шельмил? – у крыса испуганно забегали глазки. – Я ж самый преданный фамильяр!

– Угу, от слова «предать».

– Да я только и могу, что предать гласности гениальность хозяина!

– Подлиза, – мурлыкнул кот и перевернулся на другой бок.

– Э! Смотрите! – перевёл крыс внимание. – С каких это пор в ресторацию студенты стали ходить? Что, у Жиля совсем дела плохи? Цены пришлось снизить?

– Серая ты личность, – проследив одним глазом, – второй открывать было откровенно лень, – за направлением взгляда грызуна, вздохнул кот. – Отстал от жизни! Это ж сам наследник герцога Раденбергского. Что ему цены в этой ресторации? Он тут завсегдатай выходного дня.

– Сам такой, развелось тут герцогов, – огрызнулся крыс и умолк надолго.

– Пойду, – внезапно засобирался домовой. – Делов полно. Ежели чего – кричи!

Вот Филимон и вопил, когда к крыльцу подъехал кэб с новыми жильцами.

– Иди ты! – в очередной раз прокомментировал крыс происходящее внизу. – Все бабы!

Кот раздражённо наблюдал, как из кэба вышли две девушки, одна из которых и была новой хозяйкой их дома. Затем извозчик помог выгрузить инвалидную коляску, в которую посадили маленькую девочку.

– Иди ты! – повторил Митрич. – Дитё!

– Всё одно – бабы, – раздражённо дёрнул хвостом кот. – Пойду, приготовлюсь к «горячей» встрече.

– Можа дитя не надо пугать? – забеспокоился домовой. – Оно ж беззлобное, бессловесное!

– Угу! – буркнул уже около двери кот. – Жалко, что не безрукое! Эти дети так и норовят за хвост потаскать. А он у меня один!

– Не убудет! Всё равно – облезлый! – ядовито хихикнул крыс.

– Но-но! – оскорбился обладатель хвоста. – Просто, я его давно не расчёсывал. А у тебя вообще хвост лысый.

И гордо удалился.

– ВашСветлость, – домовой заметил, что около окна появилась тёмная туманная фигура призрака. – Можа дитёнка не будем пугать? Оно и так калечное.

Он вспомнил те дни, когда здесь жили дети. Душу тут же согрели картины прошлых лет, где звенел детский смех, и ухо радовалось топоту маленьких ножек. А ещё забрезжила надежда на возрождение тех времён. Много ли надо? Дружная семья и весёлые дети. Домовой с мольбой воззрился на герцога.

– Ребёнка не трогать, – вынесла вердикт тёмная Светлость.

Митрич воодушевился и попятился к выходу.

– Так я, это, прослежу, как там кот справляется. Не нашкодил бы чего.

В несколько шагов домовой дух настиг дверь и приостановился в ожидании – вдруг ещё какое распоряжение от герцогского призрака поступит?.

– О-о-ох, – горестно протянул крыс, провожая его взглядом. – Конец нашей спокойной жизни!

– Ты и так покойник! – шикнул от двери домовой.

– Иди уже! – огрызнулся Филимон. – Защитничек сирых и убогих.

– Девочку не трогать, – повторил герцог. – И вообще: в доме никаких пакостей до моего распоряжения.

– Да ладно, – махнул лапкой, соглашаясь, крыс. – В доме, так в доме, – потом что-то пришло ему в голову и фамильяр лукаво скалясь уточнил: – А за домом можно?

Но ему никто не ответил. Призрак исчез.

Кот разложил поперек коридора на втором этаже свой мышиный трофей. Он знал, что две нерадивые уборщицы вымыли одну эту комнату, вот на входе к ней он и приготовил сюрприз. Да только сюрприз ожидал его самого.

Сначала в проёме показалось нечто белое и пушистое, затем взору кота предстало и оно само …

– Богиня! – прошептал кот и шумно сглотнул.

Невероятной красоты белоснежное чудо величаво шло по коридору, осторожно ступая лапками по грязному полу. Длинная шелковистая шерсть легко подрагивала в такт невесомым шагам, милый розовый носик немного морщился от пыли, а глаза! О! Эти бездонные очи горели ярким божественным голубым огнём в полутьме! Кот растерянно плюхнулся на попу, покрытую колтунами, и стыдливо прижал кудлатый хвост. Да, ему за столько времени стало стыдно за свою неухоженную шерсть. Вот что, спрашивается, нужно для презентабельного внешнего вида? Только желание! Он же часто наблюдал, как соседские коты вычищаются и расчёсываются утром и вечером и после каждого приёма пищи или сна! А он? Он только посмеивался над стилягами. Теперь – вот. Эта красавица даже ведь и не посмотрит на него. А ещё эти дохлые мыши. Ой! МЫШИ! Позорище какое! Кот одним движением лапы сгрёб «сюрприз для жильцов», и истерично стал запихивать серые тушки за картину, что так удачно стояла рядом, прислонившись к стене. Произведение неизвестного автора возмутилось таким вопиющим и безобразным отношением, и решило напомнить о своём существовании, а именно – рухнуть. Раздался грохот. Кот в ужасе прижал свои уши, в надежде, что Богиня проигнорирует бесполезную упавшую вещь. Не вышло. Красавица в один прекрасный элегантный прыжок оказалась рядом и зашипела. Кот стыдливо прикинулся частью интерьера.

– Какая гадость! – фыркнула мечта любого кота, брезгливо отряхивая от пыли шёрстку. – Мда, придётся собственнолапно наводить порядки!

В конце коридора появились новые жильцы.

– Ох, ну и темень! – воскликнула девушка с девочкой на руках.

– Это теперь наш дом? – спросила малышка.

Она доверчиво прижалась к девушке и с любопытством крутила головой.

– Надеюсь, – ответила девушка. – Я очень надеюсь, что у нас всё получится!

«Конечно, получится, – пронеслось в мозгу у кота. – А мы поможем!»

Он подождал, пока девушки войдут в отмытую наспех комнату, и понёсся к домовому.

– Митрич! – орал кот, метаясь по дому в поисках деда. – Митрич! Ты где?

– Чего орёшь? – деловито спросил домовой, появляясь из воздуха.

Кот вздрогнул и схватился лапой за сердце.

– Фух! Ты меня до инфаркта доведёшь! Умру во цвете лет!

– Герцог воскресит, – фыркнул Митрич. – Так чё орал-то?

– Ты же самый главный хозяин этого дома? – издалека начал кот.

Домовой нахмурился. От этого хвостатого можно ждать чего угодно. Хоть он и дружил с кошачьей братией, но всегда опасался их хитрости.

– Ну? – насторожился домовой. – Вот всегда, когда ты начинаешь такой базар, хорошего не жди.

– Митрич, миленький, а пусть ЭТИ тут поживут? Они же нам не сильно помешают? – кошак глядел на собеседника молящими глазами.

– Я слышал, что герцог запретил вредить девочке, – сдал крыса домовой.

– Ну, а где девочка, там и ЭТИ, – заходил кругами успокоившийся кот.

Он потёрся боком о ноги Митрича и ускакал в подвал, чтобы привести себя в порядок и предстать перед Богиней во всей красе.

Глава 4

Ночь мы провели в одной комнате. Я с Линой – на кровати, а Дана, свернувшись калачиком, на диване устроилась. Постельного белья у нас был только один комплект, так что горничной достался тонкий плед.

На рассвете отправила Дану за продуктами на ближайший рынок, – надо же что-то кушать. Сама же принялась наводить порядки. Начала с первого этажа. Выпустила давно бурлившую от безделья магию, – конечно, целых два дня копилась, дома-то каждый день что-то магичила, – и с наслаждением стала наблюдать, как хозяйничают потоки силы в запущенном доме. А когда втянула обратно, то почувствовала, как она отощала. Да, грязи было много. Зато теперь деревянный пол радовал светло-бежевым цветом, небольшая стойка-бюро слева от двери сияла отполированным лаком, шторы оказались не серыми, а благородно-бордовые, на стенах, таких же бордовых, только немного светлее, проявился ненавязчивый золотистый орнамент, в хрустальных шариках люстры заиграли солнечные лучики, даже воздух стал прозрачнее. Ну, а мне надо было плотненько поесть для восстановления резерва, дел на сегодня предстояло ещё много. Но первым делом значилось – поприветствовать местного домового. Это откладывать ни в коем случае нельзя. Я хорошо запомнила бабушкины уроки ведовства и магии.

Вышла на середину отмытого зала, поклонилась в пол и произнесла:

– Хозяин мой, прими нас на постой, от худого глаза закрой, от беды охрани, тепло сбереги. Я буду тебя угощать, а ты мне – подсоблять, – ещё раз отвесила низкий поклон и повинилась: – гостинцев сейчас нет, но к вечеру я приготовлю сладкое угощение. Оставлю на кухне в буфете на самой высокой полочке.

И со спокойной душой отправилась на эту самую кухню – там порядок наводить. За Линой, как всегда, присмотрит Мись, и сообщит, когда малышка проснётся.

**********

Митрич с замиранием сердца слушал слова призыва. Неужели сладеньким побалуют? Сколько лет он не ел ничего такого! М-м-м-м!

– Так, надо проследить, шоб Филька не натворил чегось. Кот-то теперича занят – красоту наводит, жоних блохастый, ему не до пакостей, а вот зубастый могёт.

И бодренько, совсем, как в молодые годы, ринулся на поиски вредного герцогского фамильяра.

***********

На кухне выложилась почти до предела. Хоть там и помахали тряпками вчерашние девицы, но они отмыли только середину. Лысину, как говорила наша экономка. И то из рук вон плохо. Зато после моей уборки не осталось ни одного грязного уголка. Обессилев, я опустилась на единственный целый стул. Тут и Дана подоспела. Она торжественно водрузила на стол корзину, полную всякой снеди, красноречиво вздохнула и грустно изрекла:

– Да-а, у нас совсем плохо с монетами: только в одной руке корзинка, а вторая осталась пустая. – Не дождавшись от меня комментария, добавила: – Что, и не спросите, как я это всё тащила?

Дана – деревенская девушка, её опекун и не стал увольнять поэтому. Надеялся на тупенькую головку, и платил ей по минимуму. Да только просчитался. За простецкой внешностью скрывался острый ум и железная хватка. Я вздохнула – не отступит.

– Дана, и как ты тащила такую тяжесть?

– Ой, и не спрашивайте, – с облегчением отмахнулась горничная. – Я не сильно умею сказать, но хочу возмутиться. Это ж надо быть такими упёртыми! – всплеснула она руками. – Я на силу сговорилась скинуть цену в три раза! Даже падежи все позабывала, пока убеждала мясника о возрасте этой курицы! – Перед глазами замаячила упитанная тушка. – Я ему говорю: у меня от перьев и шерсти изжога, таки нужно вместе с курицей принимать лекарственные желудочные средства, а они денег стоят, как летательный артефакт. А он никак, ну никак не хотел видеть эту шерсть на этом дохлом курином камикадзе! – пухленький пальчик ткнул в совершенно чистую кожицу курицы.

Слушая тарахтение горничной, я всегда успокаивалась. Вот и сейчас, стоило только зазвучать голосу девушки, как у меня стала исчезать усталость.

– И как? – с интересом спросила я. – Внушение подействовало?

– Обижаете, госпожа! Я девушка убедительная во всех отношениях, а уж когда я своими витаминами Си качнула, таки у него сразу в мозгу просветление настало.

– Да уж, – я еле сдерживала смех. – Твои витамины Си очень убедительные штуки!

– А то! – Дана горделиво выпятила свои «витамины» убедительного четвёртого размера в откровенном декольте. – Зря я капусту в детстве кочанами наяривала? – она хихикнула и только сейчас заметила идеальную чистоту на кухне. – Имеется вопрос: это вчерашние поломойки так расстарались? У меня прямо брови кинулись наверх и в волосах потерялись, если это так! Таки моя сиятельная госпожа, если так будете и дальше вести себя, то вам уже прогул в семейном склепе будут ставить, прямо начиная со вчера.

Иногда я не понимала её болтовню, но это журчащее тарахтение всегда успокаивало. Причем так она разговаривала только со мной, когда у меня на душе скребли кошки. Как только возникала вероятность нахождения сестричкиных ушей поблизости, Дана включала воспитанницу школы благородных девиц. С остальными девушка предпочитала отмалчиваться или ограничивалась короткими фразами.

– Хотела до того, как Лина проснётся, убрать хоть на кухне, – вздохнула я.

– Ага, – насупилась горничная, – мы с вами договаривались, что вместе будем выгребаться от грязи! Но ничего, сейчас я вам молочка подогрею. А потом быстренько омлет спроворю, а там уж и маленькая леди встанет!

Дана порхала по кухне, раскладывая продукты, и журчала своим неповторимым говорком. В кладовке обнаружилась старая посуда, и уже через несколько минут на столе одуряюще пахла яичница с тонкими прозрачными лепестками бекона, на плите пыхтел чайник, а нож в руках девушки молниеносно крошил огурцы. Для Лины были готовы омлет и какао.

Ну что ж, с почином нас!

После плотного завтрака состояние намного улучшилось. Магия начала прибывать, а усталость отступать. Отдохнув пару часов, засобиралась на дальнейшие свершения, а именно: пойти на Деловую площадь, – там есть справочный киоск, где за небольшую плату можно получить информацию по любому вопросу, касательно деловой жизни города. Мне как раз необходимо выбрать оборудование и мебель для кофейни. В который раз я возблагодарила отца за то, что он не только поощрял заинтересованность своей старшей дочери в управлении баронством, но и активно обучал, несмотря на мой юный возраст. Надеюсь, мне сегодня повезёт снова. Времени до начала занятий мало, нужно успеть.

Старые часы-ходики пробили десять утра, когда я, полная решимости, вышла из дома. На улице народу было не много, в основном люди спешили по делам. Для прогулок и время не подходящее, и место не совсем праздное.

Ресторация господина Жиля только открылась. Около входа остановилось элегантное ландо, из которого вышли два молодых господина и очень красивая девушка с длинной смоляной косой. Я немного засмотрелась на девушку – хотелось понять, что же носят горожанки, ведь мне необходимо обновить порядком износившийся и скудный гардероб.

Предупреждала меня Дана: – на улице нужно быть совой, а именно – крутить головой на триста шестьдесят градусов, иначе одинокую девушку ждут неприятности. Они – неприятности, – с радостью дождались: я зацепилась юбкой за пожарный гидрант, – и откуда он только появился? – и позорно рухнула попой кверху на тротуар. Мысленно произнося крепкие непечатные выражения из лексикона нашего кучера, кряхтя, поднялась и с огорчением оглядела рваный подол и сбитые в кровь ладони. Тут до ушей донеслось негромкое шипение:

– Что вы стоите, как два истукана?

Это шипела та самая красивая девушка из ландо.

– Я? – громко удивился один из её спутников. – А я здесь причём, если все девушки падают к моим ногам?

Красавица фыркнула и сама поспешила ко мне на помощь, недовольно приговаривая:

– Пока разродятся и вечер наступит.

Но она оказалась несправедлива к своему второму спутнику. Молодой человек, высокий, черноволосый, с потрясающе красивой внешностью, как-то незаметно оказался около меня и придержал за талию:

– Чем я могу Вам помочь?

Я чуть не ляпнула: «Замуж возьми!», но вовремя опомнилась и пожала плечами. Понятия не имею! Платье новое купить? Или этот чёртов гидрант снести? Хотя нет, если снести гидрант, то нас самих водой снесёт.

– Сказано – мужчины! – опять фыркнула девушка, только уже рядом. – Ну-ка, – в её голосе прорезались повелительные нотки. – Давай сюда свои ладошки!

Она, не дожидаясь пока я протяну раненые кисти, схватила одной рукой медальон, висевший на шее, сжала его, а затем развернула мои ладони ранами кверху, накрыла их своими и закрыла глаза. В то же мгновение саднящая боль ослабела, сменившись приятной прохладой, а ещё через минуту я с удивлением рассматривала совершенно здоровую кожу. Я восторженно ахнула:

– Здорово! И совсем не больно! – Привыкнув, что Лина всегда плачет во время лечебных сеансов, я ожидала, по крайней мере, кратковременное усиление боли, а тут совсем обратный эффект!

– Да, – с легким оттенком гордости согласилась девушка, – это особенность моего дара.

– Сколько я Вам должна? – шикнув на свою экономную жабу, спросила я.

– А! – отмахнулась она и, направив на мои ладони медальон, вновь сжала его. – Ничего не надо. Это войдёт в мою летнюю практику. Я на факультете целительной магии учусь, – пояснила и виновато улыбнулась: – а вот с платьем помочь не можем. Мой брат и жених маги-пространственники, в бытовом отношении полные нули.

Теперь отмахнулась я:

– Как раз это не проблема.

Миг – и вновь целая юбка сияла чистотой. Бытовой я маг или кто?

– Спасибо! – От души поблагодарила будущую целительницу.

– Может, позавтракаете с нами? – спросил брюнет.

Покосившись на роскошную вывеску и прикинув размер ценника, пришлось отказаться.

– Сожалею, но смогу принять ваше предложение. Спешу.

Церемонно раскланявшись, действительно поспешила прочь. Пока шла в голове крутились мысли вроде – Господи, где же такие красавчики обитают? – это я про брюнетистого парня. А вдруг он и есть жених девушки? Да нет, похоже, жених тот, другой, который блондин с серыми глазами. Э-э-э-эх, дура ты, Эйтина, тебе о хлебе насущном для себя и сестры надо думать, а не о парнях, тем более высокородных. Но ведь помечтать так хочется!

*****

– Хозяин, – тихонько поинтересовался крыс, до этого наблюдавший за происходящим на улице, – а зачем ты это всё устроил? Чтоб поразвлечься? Так скучно всё равно, ничего интересного не получилось!

Призрачный герцог задумчиво улыбнулся, изящно щёлкнув пальцами. Пожарный гидрант, созданный его магией, благополучно растворился в воздухе.

– Не время ещё, – произнёс он и тоже растаял в тенях.

Филимон пожал плечами, коварно прищурив маленькие глазки: девчонка на улице, а хозяин приказал не безобразничать в доме. А про улицу никаких распоряжений не было. Значит – полная свобода действий!

Глава 5

Провозилась я до самого вечера. Но! Мне повезло! Хотя, за такую сумму денег, которую я отвалила, повезло бы любому. Моя жаба-экономка лежала в живописном обмороке, судорожно подрыгивая лапками. И все уверения, типа – «зато быстро» и «зато успеем к началу учебного года», успеха не имели и не смогли её реанимировать. Пришлось покупать целую корзину сладостей. Еле дотащила. Дома Дана скептически покосилась на вкусное богатство и пробормотала:

– Чем больше я смотрю на это, тем больше думаю за платье.

– Новое? – подмигнула я. А что? Вот с первой прибыли выделю ей деньги на новое платье!

– Нет! – одним словом она разбила все благородные порывы. – За старое.

– ???

– Чтобы из него не вырасти после такой трапезы.

Из комнаты сверху послышался душераздирающий визг Лины и мы рванули туда.

– Тина, – ревела в три ручья малышка, – Мисюся мышку поймала и придушила!

– Ну, простите, – с достоинством дёрнула хвостом кошка. – Благоустроенной клетки под лапой не оказалось.

– Ми-и-ись… – благоговейно протянула Дана. – Ты разговариваешь?

– Ну да. А что? – фыркнула пушистая красавица.

Лина от удивления разом перестала плакать и замерла.

– А почему раньше молчала?

– Так повода не было, да и безопаснее тут, – Мись горделиво скосила свой небесно-голубой глаз.

– Обалдеть! – икнула сестрёнка.

– Лина! – одёрнула её горничная. – Так благородные леди не выражаются!

– Благородные леди не бегают по городу, высунув язык и раскрыв пасть, – фыркнула кошка, намекая на меня. Она мягко прыгнула на колени малышки и потёрлась о её плечо. – Не давите на ребёнка. Вырастет – сама определится: благородная она леди или просто неприлично богатая.

– Угу, – хихикнула я. – А пока мы с Даной идём ковать наше будущее богатство, а вы, девочки, – строго посмотрела на сестру и кошку, – сидите тут и занимаетесь счётом.

– Фи! – скривилась Мись. – Скука смертная. Спустите коляску вниз. Там с тыльной стороны здания есть небольшой садик. Вот там мы и посчитаем чего-нибудь. Да, малышка?

– Да! Да! – захлопала в ладоши обрадованная предстоящей прогулкой девочка. – Мы будем хорошо себя вести! И перед сном гулять полезно! Ты сама говорила.

Я не возражала, так как планировала отдраить второй этаж после сытного ужина. Отправила Дану хлопотать на кухне, спустила сестрёнку в маленький садик, – и правда, прелестный уголок! – а сама занялась дизайном будущей вывески. Что бы такое этакое изобразить? Должно быть просто, – денег на вычурную роскошь нет, – завлекательно, – всё же ресторация господина Жиля расположена напротив и уже имеет постоянных клиентов, – и вкусно. Да-да, именно вкусно. Предполагалось, что основными посетителями нашей кофейни станут студенты, офисные служащие и просто прогуливающиеся. Ну, это в зависимости от дня недели и времени суток. Как назло, в голову ничего не приходило. Чтобы хоть как-то взбодриться, подошла к окну посмотреть как там Лина. Малышка весело смеялась, наблюдая за кошкой, которая подкидывала лапами вверх упавшие листья. Да-а, уже скоро осень. Дома, – в имении, – у нас был огромный сад, где росли всевозможные деревья и кустарники, и осенью листва этого зелёного великолепия окрашивалась в яркие краски. Поглазеть на буйство фантазии мадам природы съезжались все соседи. Родители по этому поводу закатывали ежегодный осенний бал. Как было здорово!

Из воспоминаний меня выдернул грохот в коридоре и речитатив из лексикона конюха. Вскочив из кабинета, увидела, как Дона шваброй гоняет по полу большую серую крысу.

– Ах ты, гадость какая! – шипела горничная, перемежая свою речь отборным деревенским фольклором. В конце концов, или крысе надоело бегать, или Дана притомилась, но дело закончилось громовым аккордом: швабра, пролетев пару метров, прошла сквозь зверька, впечаталась в сену и разломилась на две части. Крыса, победно пискнув, юркнула под плинтус, а горничная застыла с воинственным выражением лица.

– Гадость! – в сердцах всплеснула она руками. – Какая же эта гадость!

Я с грустью обозрела вмятину на стене и грозно спросила:

– Дана, зачем ты его треснула шваброй?

– Ну, простите, ваша милость, веника под рукой не оказалось, – она сдунула упавшую на лоб прядь и церемонно изрекла: – Кушать подано! Кошке тоже, – добавила после некоторого раздумья. – Я за ними схожу.

Через несколько минут мы все сидели на кухне и уплетали жареную картошку со шкварками. Я отложила на маленькую тарелочку немного и поставила на самую дальнюю полку со словами: «Это тебе, хозяин, кушай, угощайся!»

– Как же вкусно! – сыто икнула Лина, отвалившись от стола. – Лучше, чем самые дорогущие улитки, которых так любит граф Офстайм!

– Угу, – согласилась с ней Дана, повторяя позу малышки. – Я всегда говорила – надо быть ближе к народу и тело ответит здоровьем!

– М-м-м, только что-то у твоего тела слова поперёк легли, – хихикнула Лина, тыкая пальчиком в складки на животе у горничной.

– Это не слова, – Дана любовно огладила пышные бёдра и животик. – Это жареная картошка так легла!

Девочка с сомнением осмотрела свой впалый животик, который только немного раздулся и перевела вопросительный взгляд на меня.

– У меня никогда здоровья не будет?

В глазах малышки стояли слёзы.

– Дана, – я укоризненно посмотрела на горничную и погладила сестрёнку по головке. – Ты промолчать не могла?

– Уже молчу, – девушка прикрыла рот ладошкой.

– Да уж, слово не воробей. Уже вылетело, – буркнула я, наливая Лине горячее молоко.

– Если я не дам этому воробью вылететь, – начало Дана, уперев руки в боки, – то он будет летать у мине в голове и клевать мозг. А потом гнездо совьёт и вылупит вредных воробьяток, зараза!

*****

Тёплая летняя ночь укрыла город мягким сонным покрывалом. На промысел вышли воры и летучие мыши с совами. И те и другие добывали себе пропитание и развлечения. На чердаке вновь собралась привычная компания. Вяло резались в очко. Выигрывал крыс.

– Не мы что, так и будем на сухую играть? – не выдержав спокойного течения вечера, возмутился Филимон. – Мне как-то на интерес играть в лом.

– Не играй, – философски пожал плечами кот. – Нам больше достанется.

– А чего достанется? – взвился зверёк. – Вам-то хорошо, вон Митрич упорол целую тарелку жареной картошки, и не жужжит! А я весь прозрачный на голодном пайке! – Крыс надулся и сложил лапки на груди. Но карты всё же спрятал: уложил в стопочку и сунул под сгиб локтя.

– Слышь, ВашСветлость, – сыто икнул домовой, – это камень в твой огород. Почём не кормишь фамильяра?

– У нас самообслуживание, – флегматично ответствовал призрачный герцог.

– Коне-е-ечно, – заныл Филимон, – этим, – он кивнул в сторону кота и домового, – хорошо-о-о, им магическая подпитка не нужна!

– Не нервничай, – кот лениво потянулся, – нервные клетки не восстанавливаются.

– Угум, – злобно зашипел серый, – и зубы тоже!

– А чё ты о них заботишься? – удивлённо моргнул кот. – Всё одно они тебе без надобности. Так, для антуражу и всё.

– Коленка болит, – поморщился домовой и поскрёб узловатыми пальцами эту самую коленку через дырку на брючине.

– Дамочка с соседней улицы говорит, что надо помазать мазью со змеиным ядом, – важно посоветовал кот. – Слышь, Филька, а ну плюнь на коленку!

– Я не змея! – огрызнулся крыс.

– Всё одно ядовитая язва с голым хвостом. – Кот внимательно посмотрел на карты и вздохнул: – всё, я пас! И вообще, пойду-ка я вниз, проверю как там дела.

– Ой ли? Дела он пойдёт проверять, как жа! Кошку свою белобрысую блюсти будешь! Смотри, слюнями не подавись! – фырчал вдогонку ему крыс.

– Тёмные вы личности, – уже из-за двери сказал кот. – Богини всегда нуждаются в охране!

– Угу, а твоя – особенно в блохах. Ты эта, выстрой их по четыре в ряд, тогда получиться целая свита.

– У меня уже нет блох! Я их всех передал соседу!

– Ага! На временное проживание! И не подумал, что он в доме, где дети живёт! Вдруг ихние блохи захотят спокойной жизни? Тогда они всем скопом к тебе перебегут, когда срок аренды того кота закончится.

– Конечно, мозги не видно, но когда их не хватает, очень заметно, – проорал кот уже с лестницы.

– Это у тебя зрение испортилось! – не остался в долгу крыс. – Ну, что? Будем дальше играть?

– Что-то с вами стало скучно, – вздохнул домовой.

– Ага, на полке с картошкой веселее, – обиделся Филимон и стал собирать карты в колоду. – Не хотите, не надо.

Он с осознанием выполненного долга, – ведь хотел вечер провести в кругу друзей? Хотел! Но не получилось! – спрятал карты и нырнул вниз на второй этаж.

Призрачный герцог хмыкнул и тоже убыл по своим делам.

*****

Утром, проснувшись, едва только солнце робко заглянуло в окно, я наскоро проглотила чашку холодного кофе с бутербродом, я ещё раз обошла наше жилище.

– А тут стало намного уютнее, – тихо сказала Дана. – Думаю, у нас всё получится!

Она ободряюще улыбнулась и принялась готовить для Лины кашу.

– Конечно! Не может не получиться!

– Маленькой госпоже через две недели нужен сеанс у магического целителя, – осторожно напомнила горничная.

– Да, – вздохнула я. – Сейчас пойду – закажу вывеску и буду искать мага. Утром должны приехать мастера для обмера зала. Мебель через пару дней привезут, и оборудование. Только не знаю, как нашу кофейню назвать, – я с огорчением поджала губы.

– Да-а-а, – протянула Дана, присаживаясь напротив. – Нужно что-то такое, чтобы увидели утром – и на сердце стало радостнее. Как лучик солнца в чашке кофе!

Я замерла в предчувствии решения наболевшей проблемы. Кофейным ароматом в воздухе витало решение.

– Радость, – бормотала под нос, – утро, солнце и радость. Точно! – громко воскликнула я, щёлкнув при этом пальцами.

Ну, конечно! Как же мне раньше в голову это не пришло!

– Госпожа, – укоризненно покачала головой горничная, картинно хватаясь за сердце. – Не пугайте меня так! А то я со страху побегу и в дороге догоню инфаркт.

– Утренняя радость! – завопила я.

Дана перестала помешивать кашу и посмотрела на меня подозрительно:

– Ваша милость, Вы вчерась точно ничего не принимали внутрь без меня?

– Кофейня наша так будет называться! – я восторженно заскакала по кухне.

– Хорошо, что у меня в аптечке травы для успокоения души и живота. Пойду – первых заварю, – тихо сказала девушка. – Жаль, от прыгучести ничего нет. Этак госпожа ненароком и замуж выпрыгнет прямо из двери.