Текст книги "Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! (СИ)"

Автор книги: Елена Северная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

В палатку просунулась голова Ольдэка:

– У вас всё готово?

– Почти, – одними губами ответила я, добавляя последние пирожные на витрину под стеклом. Магия магией, а элементарные санитарные нормы мы соблюдаем. – Нужно ещё проверить таблички и ценники.

Бегло осмотрев ценники, осталась довольна. И всё равно внутри что-то тревожно ёкало: как пойдёт торговля? Ведь меня на самой ярмарке не будет. Я вернусь в кофейню, чтобы Дана имела возможность дозаказать чего-нибудь. Вдруг случится чудо и народ повалит!

И на самом деле – чудо случилось!

Я немного задержалась понаблюдать издалека. Сразу же наша палатка привлекла внимание. Ароматы выпечки манили покупателей, как мотыльков манит свет. Конечно, и из соседней палатки шли аппетитные запахи, и вот они все вместе и составили тот неповторимый купаж, который пробирался в нос каждому посетителю, вызывая непреодолимое желание чего-нибудь пожевать. А тут мы со своими «Вкусными гадостями»!

Первые покупатели подходили с опаской. Но, отведав угощения, расплывались в улыбке. А съедобная посуда вообще произвела фурор! Особенно хорошо продавалась газировка. Детвора визжала от восторга, и родители, довольные тем, что их чада с аппетитом лопают наши сладости, а не дорогие, которые предлагала центральная кондитерская, покупали им ещё и себя не забывали. Глядя на них, от палатки конкурентки стали подтягиваться и более состоятельные покупатели.

– Это просто волшебно! – воскликнула одна дама, попробовав холодный кофе с мороженым и пирожные из песочного теста с мягкой солёной карамелью. – Я слышала от приятельницы о кофейне с таким неблаговидным названием, но не думала, что там так вкусно готовят! – она отправила в рот последний кусочек пирожного и довольно зажмурилась. А потом огорошила: – Я обязательно порекомендую вашу кофейню завтра на чаепитии у герцогини Раденбергской!

Это много значило для расширения круга клиентов. Доселе к нам заглядывали только студенты из высшей аристократии. Надеюсь, теперь увидеть за столиками и их родителей.

О, боже! Это же надо немедленно соорудить отдельные кабинетики! Аристократы любят «заседать» в тишине. Я ободряюще кивнула Дане и Сайе и понеслась в кофейню.

Дальнейшие события завертелись так стремительно, что две недели королевских каникул пролетели как один миг. Успех на ярмарке принёс нам не только хорошие деньги, но и новых клиентов. И, что самое главное, клиенты были очень обеспечены. Теперь объём продаваемых сладостей и напитков возрос в несколько раз. И я не знаю, как справлялась бы с этим потоком, если бы не изобретения Ольдэка. Его кулинарные артефакты значительно упростили мне жизнь.

К концу каникул в кофейне для каждого рецепта был свой артефакт. Конечно, это мы держали в секрете. Просто потому, что наш гениальный изобретатель наотрез отказался патентовать свои изобретения. Ну, и ладно! Созреет – запатентуем и тогда можно будет их продавать!

– Вот сделаем иллюзионные артефакты, тогда и кулинарные запатентуем, – отмахивался он и снова погружался в расчёты.

Короче, в Академию я отправлялась, будучи уверенной – Дана и девочки справятся. По совету Марка я открыла в банке два счёта: один – для средств на нужды кофейни, а другой – для лечения Лины. Маг-целитель Раденбергских регулярно посещал сестрёнку и осматривал её, подправляя растущие каналы. Это был уже не тот маг. Тот целитель – Ланс Эховуд, – уже умер, как и предсказывала Лина. Мы погоревали о его кончине, но жизнь продолжалась своим чередом. И на смену Лансу пришёл его старший сын Фредерик. Он тоже не брал с нас денег за лечение. Говорил, что отец перед тем, как отправиться к звёздам, строго-настрого наказал лечить всю нашу семью бесплатно. Зато с энтузиазмом брал оплату «в натуре» – пирожными, пирогами и пирожками. И был очень доволен. По его словам, младшая сестра страдала плохим аппетитом. Она была совсем худенькой, как тростиночка. Почти всё, что она съедала, желудок отторгал с воплями. А вот наши пирожки и пирожные – нет. По этому случаю, к очередному визиту целителя я лично стала готовить всевозможные супы, запеканки, суфле и каши. Зачаровывала магией стазиса и «благодарила» Фредерика. И стазис он сам мог снимать, так что к зимним каникулам в Академии Фредерик наведался к нам в кофейню с посвежевшей сестрой и маменькой. Они все вместе приглашали нас с Линой провести у них все каникулы. Мы согласились погостить у них два-три дня, потому как на остальные были другие планы.

Время до зимней сессии было заполнено не только учёбой и занятиями на факультете леди Брианны. Старшекурсники, те, которые корпели над иллюзиями для тоннеля, постоянно крутились в нашей с Марго комнате. Мы вместе обсуждали сценарий для каждого сказочного героя, были даже маленькие сценки с участием нескольких персонажей. Такими иллюзиями занимались студенты выпускники. Остальные взяли себе небольшие фрагменты. Марку это жутко не нравилось. Он постоянно твердил, что «паломничество парней» ударит по нашей с Марго репутации. На что Марго со смехом отвечала:

– Моей репутации ничего уже не грозит! Я замуж выхожу! А Тина – маг современных взглядов, и вообще, ещё очередь выстроится, когда она решит замуж выйти. Ты думай о своей свадьбе!

– Я об этом думаю, – огрызался Марк.

– Ой, не надо мне вешать лапшу! – хихикала подруга. – Убери то, что думаешь со своего лица! Мне всё понятно, но это неосуществимо!

– Посмотрим, – хмурился парень.

Я в их перепалки не вмешивалась. Голова была занята сценариями для иллюзий и своими заданиями.

Но Марк после оглушительного успеха на ярмарке стал чуть ли не самым рьяным посетителем кофейни. Он перемещался порталом каждое утро задолго до открытия кофейни, садился за столик и хмуро наблюдал, как я проверяю готовность зала к открытию. Затем мы вместе завтракали, пили кофе и он перемещал меня в Академию. Сначала я жутко бесилась от такой гиперопеки, потому Люция каждый раз не упускала случая мне подгадить. А потом плюнула и даже в раж вошла, отвечая врагине своими вредностями. Люция, сама того не понимая, оказала мне услугу. Во-первых, экзамен по бытовым заклинаниям я получила автоматом. К ним добавились автоматы ещё по нескольким профильным дисциплинам. И я, благодаря ей, погрузилась в изучение не только бытовой магии, но и смежных направлений. В общем, – спасибо, вражина!

В конце семестра Люция пришла к нам в комнату с ошеломляющей просьбой.

– Слушай, Тина, я знаю, – ты можешь помочь.

Слышать это от своей заклятой врагини было более чем странно. По правде говоря, первой мыслью было – это очередная подлянка.

– У моей старшей сестры сын немного… странный, – выдавила она. – А ребята с курса говорят о каком-то детском центре для таких детей, и что ты там чуть ли не главная.

– Не главная, – возразила я осторожно. – Центр просто находится на моей земле.

– Вот, – вздохнула Люция. Было видно, как тяжело даётся ей этот разговор. – Сестра хотела сама купить путёвку, но сказали, что всё уже продано на два месяца вперёд. А на лето – очень дорого. Помоги с зимней путёвкой! – наконец сказала она то, зачем пришла.

Я немного задумалась, а потом решила: мальчик же не виноват, что его тётка с приветом. Видимо и финансовое положение у семьи не очень. Действительно, летние путёвки стоили дороже. Бесплатные, конечно, были, и много, но они только для детей простолюдинов. Аристократы пока вынуждены были платить, но и условия для детей высокородных господ были намного комфортабельнее. А что самое интересное, – именно платные путёвки улетели за считанные дни! Наверное, знать стыдилась таких детей и была рада сбагрить их побыстрее.

– Помогу. И, если у мальчика обнаружится какой-нибудь талант, то он может остаться на обучении. Сколько лет ребёнку?

– Двенадцать, – покраснела Люция. – Но он оболтус. Какие там таланты? Спасибо, что хоть месяц сестра отдохнёт от него, зная, что за ним присмотрят специалисты.

– Тогда пусть собирается. Открытие через неделю.

Огневичка улыбнулась:

– Спасибо. И это… Я, наверное, была не права. Не дело девушке за парнем бегать. Тем более, что он, действительно, скоро женится на другой.

И ушла. А я осталась с чувством щемящей горечи на душе. Женится. Марк – женится! Знаю, что я не пара ему, но наши молчаливые завтраки стали такими привычными. Я даже думать не могла, что они когда-нибудь закончатся. А они закончатся. Закончатся сразу после свадьбы. И хоть я чувствовала – Марк тоже отдыхает душой в моей кофейне, – но не будет же он из-за завтраков свадьбу отменять! Хотя, по словам Марго, свадьбу перенесли на лето. Но ведь именно «перенесли», а не отменили!

Сессия промелькнула быстро. И сдавать-то мне нужно было только Историю магии и Магическую флору, по остальным предметам в зачётке автоматом сияли оценки «отлично». Студенты-иллюзионисты защитили свои курсовые, а выпускники – закончили те части дипломов, в которых были иллюзии для тоннеля. Ольдэк уже приготовил необходимое количество артефактов для заклинаний. Оставалось заполнить их энергий и вмонтировать иллюзии. Неожиданно свою помощь предложила Люция.

– У меня мощный потенциал и большой резерв, – сказала она, когда пришла. – Я могу обеспечить работой несколько артефактов на целый месяц.

Это, конечно, здорово, но как-то подозрительно…

Заметив, что я сомневаюсь, Люция хмыкнула:

– Да, ладно. Объявляю перемирие, пока племяш в твоём центре!

Ну, если так…

Глава 20

Тоннель заполняли всем миром, точнее, всей шумной студенческой гурьбой. На полдня перекрыли движение, чем вызвали недовольство многих. Ну это понятно: тоннель уже сдали в эскплуатацию и по нему курсировали экипажи. Даже несмотря на высокую плату, желающих было достаточно. Бесплатным проезд был только у клиентов детского центра. Им вместе с путёвкой выдавался особый пропуск. Остальные желающие проезжали, оплатив какой-нибудь валютой. Не помню, кто из студентов высказал предложение – оплату принимать и магической энергией, подзаряжая артефакты иллюзий. Для излишков энергии в начале и конце тоннеля установили накопители. Не ожидала, что и этот вид оплаты будет столь востребован. И ведь платили!

Наконец, он настал – тот самый день, когда в полутьме тоннеля стали вспыхивать разноцветные огни, звучать тихая музыка и разыгрываться маленькие сценки со сказочными героями. В первом экипаже ехала Лина. Сестрёнка вытребовала это право чуть ли не с боем.

– Я тоже хочу в санаторий! Вдруг меня там вылечат! – заявляла она и строила такую мордаху, что отказать невозможно, как я не крепилась.

Дело не в том, что я боялась отпускать туда Лину. Просто хотелось побыть там вместе с ней, но каникулы зимние закончились, и надо было возвращаться к учёбе.

– Давай поедем летом, когда у меня будет больше времени, – предлагала я.

– Тин, ну я же уже не маленькая! И со мной будет Филимон!

В доказательство перед лицом возникал розовый крыс с воинственным выражением на морде.

– Да отпусти ты уже её, – вздохнул призрак герцога Залезжского, проявляясь в очередной раз в самый разгар нашего с сестрой спора. – И Филимон присмотрит, и я прослежу.

Занятия Лины с лордом Жильверном принесли свои плоды: сестрёнка научилась так пользоваться своей магией, что разорвала привязку герцога к кофейне. Он теперь мог свободно перемещаться самостоятельно без посторонней магии, но вот окончательно уходить в мир теней не хотел.

– У меня тут ещё дела, – туманно говорил он и таял, увиливая от дальнейших расспросов про «дела».

Под таким давлением пришлось отпустить.

– Но я буду наведываться в центр каждые выходные! – категорично заявила я, хотя никто и не спорил.

В общем, второе торжественное открытие тоннеля прошло на «ура». Кроме Лины в центр ехали ещё несколько экипажей с детьми. Они ждали именно этот день, чтобы стать первооткрывателями необычной дороги. Дети радостно визжали и смеялись. Вся наша команда была счастлива – задумка удалась!

* * *

Прошёл месяц. Наши отношения с Люцией застыли в стадии хрупкого перемирия. У её племянника обнаружился очень красивый голос, и он с удовольствием участвовал в самодеятельном театре. Они с Линой быстро нашли общий язык, что не скажешь о нас с Люцией.

Сегодня пятница – последний учебный день. Впереди долгожданные выходные, и Лина, наконец, приезжает домой! Я лихорадочно собирала сумку, запихивая туда учебники и дополнительную литературу: леди Брианна дала объёмное задание на выходные дни. В дверь постучали. Марго уже упорхнула к своему жениху, поэтому пришлось открывать мне. Думала, что это пришёл Ольдэк – он как раз сегодня разбирал со студентами-выпускниками какие-то технические заморочки. Домой мы планировали переместиться вместе. Но на пороге стояла Люция.

– Привет, – она неловко переступила с ноги на ногу. – Можно войти?

Чёрт, мне сейчас совершенно некогда! Ольдэк должен с минуты на минуту вернуться, а я ещё не всё собрала!

– Давай заходи и быстрее! – бросила я и метнулась снова к сборам.

– Тин… Это…

– Люция, говори быстрее, мне некогда!

– Можешь ещё на месяц путёвку попросить? Сестра рожать второго надумала.

Честно, сейчас я готова была пообещать всё что угодно, лишь бы меня оставили в покое!

– Хорошо. Сделаю. У тебя всё?

Врагиня ответить не успела: ожил мой переговорник.

– Да! – рявкнула я, не слишком дружелюбно.

На том конце знакомо захихикали:

– Какая ты стала самостоятельная, племяшка! Со мной сейчас надо быть любезной и покладистой, – промурлыкал… бывший опекун.

Я застыла. Он же вроде как в тюрьме! Или уже нет? Тем не менее ответила холодно:

– Что вам нужно, граф?

– Ну что ты, девочка, – и опять издевательский смешок. – Это не мне, это тебе нужно!

– Граф, не будем играть в прятки! Я спешу.

– Конечно спешишь, – неожиданно согласился Офстайм. – Спешишь к нотариусу оформить дарственную на всё, что осталось на моё имя!

– С какого перепугу?

– А с такого! – голос дяди стал жёстким и злым. – Пока ты нежилась в тепле, я вкалывал на каторге! И между прочим по твоей вине!

– По моей? – я чуть не задохнулась от негодования. – Напомнить вам по чьей вине от нашего с сестрой наследства почти ничего не осталось?

– Прекрати! – взвизгнул Офстайм. – Если не уймёшься, совсем ничего не останется! Даже сестры не будет! Догадайся – как!

Я похолодела. Краем глаза заметила, что Люция достала свой переговорник, отошла в дальний угол и с кем-то тихо разговаривала.

– Не морочьте мне голову, граф, – я постаралась придать своему голосу как можно беззаботное выражение. – Моя сестра сейчас дома. И с ней всё в порядке.

– Сней ПОКА всё в порядке, – с нажимом сказал дядя. – Софочка, любовь моя, подтащи сюда малышку!

Послышалась глухая возня, потом женский визг и злобное:

– Вилли! Эта пакость меня укусила!

– Тина! Не слушай их! – закричала… Лина.

– Лина! – я сжала переговорник, словно он мог передать мою поддержку сестрёнке.

– Убедилась? – прошипел граф. – И не вздумай никому вякнуть! На малявке антимагические кандалы.

– Да, убедилась, – после минутной паузы, в течение которой пыталась убрать из своего голоса панику, прошептала я. По телу пробежала дрожь от того, что кровь в жилах стремительно стыла. – Что вы хотите?

– Дарственная, – повторил Офстайм. А вот в его голосе, напротив, прозвучал зловещий триумф. – И никаких глупостей! Иначе… ты знаешь! – прошипел он.

Я посмотрела на Люцию. Огневичка стояла спиной ко мне и была напряжена, как струна. Её разговор по переговорнику закончился, и она медленно повернулась ко мне.

– Лины нет в санатории, – одними губами сказала девушка.

Внезапно паника и страх исчезли. Их место заняла решимость.

– Да, убедилась, – прошептала я, чувствуя, как кровь стынет в жилах. – Что вы хотите?

– Дарственная, – повторил Офстайм, и в его голосе прозвучала зловещая нотка триумфа. – И никаких глупостей. Иначе… ты знаешь.

Я смотрела на переговорник в своей руке, и казалось, что держу гадюку, которая раззевает пасть, целясь как бы укусить побольнее. Лина. Единственный родной человечек, что у меня остался в этом мире! Собрала себя в кучу и, как можно безразличнее, продолжила «беседу» с родственником (чтоб ему муравьи в штанах транспортные дороги проложили!):

– Граф, – обратилась я к переговорнику, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и даже немного насмешливо. – Вы действительно думаете, что я так просто отдам вам всё? Вы забыли, кто я такая?

– О, я помню, девочка, – прошипел Офстайм. – И я помню, как ты умеешь добиваться своего. Но сейчас ты в безвыходном положении.

– Возможно, – согласилась я. – Но вы тоже. Вы думаете, что контролируете ситуацию? Вы ошибаетесь. У меня есть союзники, о которых вы даже не подозреваете.

Напряжение в комнате нарастало с каждой секундой. Офстайм молчал, и это молчание было красноречивее любых слов. Я знала, что он обдумывает мои слова. Надо перетянуть разговор в свою пользу.

– Так что, дорогой дядюшка, – продолжила я, – давайте поговорим. Без угроз и шантажа. Иначе я могу сделать так, что вы пожалеете о том дне, когда решили связаться со мной. И с моей сестрой.

На том конце визгливо заверещали:

– Вилли, да что ты её слушаешь? Нам хватит того, что есть! Иссуши малявку и всё!

Софа. Прекрасная блондинистая пышечка – любовница графа. Но она не маг, и не знает: чтобы выпить магию у малышки, нужно сначала снять антимагические кандалы, чтобы магия могла циркулировать по каналам. Только дядя – маг! И он это прекрасно знает! И ещё он видит, как изменилась моя сестра, какая сила пробуждается в ней. Поэтому благоразумно рассудил: лучше то, что есть, чем неизвестный откат от нападения на Лину!

– Тина, дорогая, – послышался слащавый голос родственника. – Я ведь не шучу. Мне, действительно, хватит того, что я скопил. А благодаря артефактам твоего отца, я вполне в состоянии всё приумножить.

– Если ты причинишь вред моей сестре…

– Брось! – резко перебил меня граф. – Я Лину и пальцем не трону. Зачем? Просто оставлю её тут, сама сдохнет. Ни один человек или маг не сможет найти её! Тогда ты, моя дорогая племянница, будешь виновата в её смерти! Решай! – выкрикнул он.

А что решать? Мне жизнь сестрёнки дороже всего. Это я так – бравировала. Должна же попробовать все средства?

– Хорошо. Но на это потребуется время! И как вас найти?

– Делай, что хочешь. Только времени у тебя до полуночи. Подключи своих высокородных любовничков! – он мерзко и сально захихикал. Я даже представила, как при этом трясётся его брюхо и колышутся подбородки. – В десять вечера я сам позвоню и укажу, куда идти.

Переговорник ещё раз вспыхнул мягким огнём и потух. Всё. Граф отключился. Я без сил опустилась на кровать. Никогда не думала, что разговор, который длился пару минут, заберёт столько сил – и моральных, и физических.

– Я знаю, что нужно делать! – решительно сказал Ольдэк.

Когда он вернулся? Поглощённая своими мыслями, я этого не заметила. Но его голос, такой спокойный и уверенный, вырвал меня из омута мрачных мыслей. Я подняла голову и встретилась взглядом с тёмными глазами техномага. В них не было страха. Только решимость. Только желание взять на себя все мои проблемы.

– Ты… ты слышал, – не спросила, а констатировала факт.

– Да, я слышал. Всё слышал, – кивнул он. – У нас есть время. И мы успеем.

– Не знаю, что вы там задумали, но я с вами! – безапелляционно заявила Люция. – Втроём легче! И потом – я сильный маг-огневик! Я могу помочь!

– Ты студентка третьего курса. Что мы можешь противопоставить опытному магу? – простонала я, хотя, если честно, была благодарна.

– Ничего, что опыта маловато. Зато есть сила! А ум… – она слега запнулась, потом решительно мотнула головой в сторону Ольдэка. – Ум вот у него есть. А я на подхвате буду.

Техномаг размышлял всего долю секунды.

– Дело говорит, – кивнул он. – Я думаю, Офстайм сейчас следит за всеми твоими контактами с магами, а проследить за студентами и не догадывается. Это нам на руку.

Люция довольно вспыхнула и деловито осведомилась:

– Что делаем в первую очередь?

– Так, девочки. План такой…

– Ты свихнулся?

Я металась по комнате в общежитии и чуть ли не рвала на себе волосы. План Ольдэка был гениальным и чудовищным одновременно. Всего-навсего мне было нужно… выйти за него замуж!

– Зачем? – взывала я к его разуму.

– Всё очень просто, – Ольдэк невозмутимым сфинксом сел на кровать Марго и принялся объяснять: – Под мою опеку попадёт всё, что есть у тебя в настоящее время, кроме чего-нибудь небольшого. Так сказать, чтобы в случае моей смерти ты могла бы прожить какое-то время, пока не получишь свою долю наследства. Скажем, выберем самую маленькую деревеньку, или хуторок.

– У меня только две деревни, – немного успокоившись, вспомнила я. – И охотничья заимка.

Лицо Ольдэка озарилось ликующей улыбкой:

– Вот! – он снова вскочил и обежал комнату. – Её и оставим тебе! Поэтому, – тут парень лукаво подмигнул, – дарственную ты можешь сделать только на эту заимку. Пусть подавится. А как Лину освободим из его лап, то обратимся в суд. Люция пойдёт свидетелем того, что дарственная была написана под давлением.

– Конечно, пойду! – огневичка стояла у окна и её глаза, полные почтительного обожания, сияли предвкушением приключения. – Как ты всё классно придумал!

Классно. Если бы не одно «но». Одно очень большое и жирное.

– Ребята, я – помолвлена, – тихо промолвила я, падая на свою кровать, словно подкошенный стебелёк. – У меня договор, и я никак не могу его нарушить!

Думала, это известие охладит пыл техномага. Как бы не так. Он даже ни на минутку не отказался от своего плана! Просто отмахнулся:

– Пустяки! Я тоже помолвлен!

Зато Люция смекнула:

– Так перед тем, как заключать брак, нужно разорвать помолвки!

Наконец, хоть один из нашей троицы мыслит адекватно!

– А я о чём! Ольдэк, – я с благодарностью посмотрела на небольшого паренька, в голове которого умещалось и рождалось столько гениальных идей, но конкретно идея со свадьбой была изначально провальной. – Спасибо тебе, но…

– Ерунда! – техномаг подскочил ко мне и взял за руки: – Мы переместимся на окраину королевства в провинцию Озалис. Там не смотрят на ранее заключённые договора. Всем плевать! Пришли молодые с просьбой их поженить – власти женят. А потом, после всего – разведёмся.

Да, такое в Озалисе практикуют. Это пограничная провинция, там часто бывают прорывы из нижних миров, да и соседи облизываются на плодородные земли. Поэтому то и дело вспыхивают военные конфликты. Мужчины гибнут. Там не до соблюдения ранее сделанных брачных договорённостей. Лишь бы дети родились в законном браке.

К счастью, у Люции вновь проснулось здравомыслие. Она села рядом с техномагом и резонно заметила:

– Но ведь у Тины репутация пострадает! Кто ж её потом замуж возьмёт после развода? Какой-нибудь вдовец престарелый?

Я покосилась на врагиню: с чего это такая забота? Не иначе, какую пакость задумала вновь?

Ольдэк на секунду задумался:

– Значит, не будем разводиться, пока для Тины не найдётся хорошая партия!

Нет, они явно ничего не понимают! Сидят себе рядышком и не знают, в какой яме я нахожусь.

– Эй! – пришлось помахать перед парочкой руками, а то они витают где-то в своих фантазиях. – Да вы хоть знаете, с кем у меня договор о помолвке?

На меня уставились четыре глаза, в которых плескалось недоумение пополам с любопытством. Мол, кто это у нас в королевстве такой страшный?

– С кем?

– С герцогом Такэда!

Теперь в комнате наступила полная тишина, настолько плотная, что уши заложило. Люция хлопала ресницами, в ужасе прикрыв рот ладошкой. У Ольдэка челюсть упала на пол.

– Ну я же говорил, – простонал он после затянувшейся паузы. – Я же тебя предупреждал, чтобы ты с ним не имела никаких дел! Вообще держалась от него подальше!

– Так это было до твоего предупреждения, – недовольно буркнула я в ответ. – И потом – у меня не было другого выхода!

– Выход есть всегда! – жёстко отрезал Ольдэк. – И надо его найти. Иначе, всю жизнь будешь мучиться. Бригантес – жестокий. Раньше он таким не был. А вот после гибели отца – как будто подменили.

– При чём тут Бригантес? Договор заключён на помолку с его братом Райнхольдом, – я пожала плечами.

Ольдэк посмотрел на меня так, словно видел в первый раз.

– А ты этого Райнхольда видела? Ты его знаешь? – осторожно спросил он.

– Не видела, не знаю и знать не хочу! Хоть Митрич и говорил, что он неплохой парень, но замуж я не собираюсь. Мне сестру надо вылечить.

– Тогда, я вынужден тебя огорчить, – Ольдэк озадаченно почесал макушку, встал, выпрямился и зачем-то отряхнул штаны и рубашку.

В комнате повисла неловкая пауза. Она продолжалась целую вечность, по моим меркам. Парень молчал, мне было не до всяких огорчений: в голове одна за другой вспыхивали картины убийства опекуна. Лишь одна Люция сохраняла чувство времени и владела ситуацией трезво.

– Не тяни кота за продолжение рода, – наконец сказала она. – Выкладывай!

– Да, – согласилась я. – Одним огорчением больше, одним – меньше.

– Позвольте представиться полным именем: лорд Райнхольд Такэда. Младший сын почившего герцога Такэда и младший брат нынешнего герцога Бригантеса Такэда.

Честно говоря, я была уверена, что сегодня меня уже ничто не шокирует… То есть, мой «жених» всё это время жил в моём доме, общался со мной и сестрой… Хотя, почему кавычки? Самый что ни на есть настоящий жених! Обалдеть!

– Обалдеть! – озвучила мои мысли Люция. Потом радостно захлопала в ладоши: – Значит, нам не нужно никуда перемещаться! Сыграем свадьбу без всяких условностей!

Мы с Ольдэком возмущённо зыркнули на девицу.

– А что? – удивилась она, и удивление было искренним. – Вам только и надо, что пойти в ближайший храм! Все договора зарегистрированы магией, и у каждого священника есть доступ к хранилищу документов. Ему и надо будет только озвучить ваши фамилии и копия договора будет у него на столе. Всё! Никаких преград! Быстренько поженитесь, а потом побежим к нотариусу. Что? – она переводила взгляд с Ольдэка на меня. – Свадьбу потом организуем! Если вы, конечно не будете её отменять, – добавила девушка, от чего-то заливаясь краской.

Эмоции схлынули, и ко мне вновь вернулась способность говорить.

– Но почему «Ольдэк»? Почему не «Райн»?

Действительно, если бы я его знала как Райна, то, возможно, давно задалась вопросом о полном имени. Хотя бы, ради интереса. А то – договор с ним заключал Марк, и привёл его ко мне он же. У меня и мыслей никаких таких не возникало!

Парень напротив, то есть, мой настоящий, всамделишный жених, пожал плечами:

– Да как-то с детства так повелось, – он засмущался: – Я долго не мог выговорить букву «р», нянюшка звала меня Ольдэком. А потом все привыкли. И вот, – он развёл руками.

– Вы меня слышите? – Люция решительно встала между нами. – Время дорого! Бегом жениться!

Конечно, рванули мы не в храм, а в мэрию. Во-первых, кто в здравом уме пойдёт в храм, зная, что потом попробуй разведись. Легче на самую высокую гору взобраться в костюме для подводного плавания! Во-вторых, сегодня пятница, а, значит, впереди священные выходные дни. Следовательно, окончательную запись в книгу регистрации браков чиновник соизволит внести только в понедельник. Естественно, его надо отблагодарить за это. Вдруг, попадётся слишком усердный чиновник и сразу же помчится регистрировать новую семью. А до понедельника есть шанс аннулировать наш с Ольдэком брак без всяких проволочек. Нет записи в книге – и свидетельство о браке сдаём на уничтожение. Главное – успеть к нотариусу. Но по дороге к мэрии Ольдэк связался по переговорнику с семейным нотариусом и тот уже мчался к нам с печатями и бумагами.

Экипаж в этот час поймать сложно, поэтому – да! – бежали ножками. Хорошо, что мэрия от Академии недалеко. Минут пятнадцать быстрого шага и вот мы уже стоим на крыльце большого белого здания. Я с трудом перевела дыхание. Не спринтер я, совсем не спринтер! Люция, казалось, абсолютно не запыхалась, только выглядела слегка растрёпанной. Ольдэк о чём-то сосредоточенно переговаривался с нотариусом.

Чиновник, прямо скажем, обалдел, когда увидел нашу компанию. Поскольку рабочий день уже закончился и он собирался домой в надежде по дороге зайти в кабачок и пропустить рюмочку хорошего вина, женить нас он категорически отказался. Однако, несколько золотых, перекочевавших в его карман из кармана моего жениха, внезапно пробудили в нём рабочее рвение. Но тут обнаружился небольшой затык: свидетеля со стороны жениха не было! Нотариус запаздывал, а Люция не могла быть свидетелем с обеих сторон. И что делать?

– Предлагаю позвать кого-нибудь из служащих, – сообразил чиновник.

Ольдэк радостно крикнул:

– Я мигом!

И ринулся к двери, которая дружелюбно распахнулась, являя всем присутствующим… мрачного герцога Такэда.

– Куда собрался? – грозно рявкнул он, мощной ладонью подхватывая брата за воротник.

– Пусти! – задёргался тот.

Бесполезно. Невысокий парень не мог противостоять более сильному противнику.

И тут вперёд выступила я.

– Герцог, вы же так мечтали о нашем союзе! Чего ж теперь упорствуете?

Недовольство в глазах Такэды-старшего быстро сменилось удивлением, а затем удовлетворением. Он стряхнул с руки Ольдэка и довольно оскалился:

– Что вы, леди, я не препятствую. Но считаю, что брак – дело серьёзное. Женятся в нашем роду раз и навсегда. Поэтому, я хочу это знаменательное событие отметить с размахом.

– А нам приспичило! – это Ольдэк.

Он яростно сверкал глазами и пытался протиснуться мимо брата к выходу.

– Великолепно! Я о таком и не мечтал! – улыбка герцога могла сразить наповал всех дебютанток бала на открытии свадебного сезона. Такэда с явным одобрением косился на мой живот. – Так чего же мы ждём? – он нашёл взглядом чиновника, что с любопытством наблюдал вечернюю драму у себя в кабинете, и решительно скомандовал: – Любезнейший, жените уже этих двух влюблённых!

– А свидетель со стороны жениха? – осведомился чиновник.

– Я подойду? – герцог широким жестом гордо расправил плечи.

– Ещё как, – буркнул тот, недовольный, что представление заканчивается.

– Тогда, – властным голосом продолжил Такэда-старший, – начинайте!

Расписали нас быстро. Никакой торжественной части не было. Мы просто поставили свои подписи на двух листах бумаги, один из которых чиновник оставил себе, а второй вручил Ольдэку со скупыми поздравлениями.

– Отлично! – прокомментировал всё произошедшее Такэда. Он хотел было забрать наше временное свидетельство о браке (мы же собирались его сдать к понедельнику), но Ольдэк мужественно отстоял право быть единственным его обладателем. Герцог озадаченно хмыкнул. – Ладно, молодёжь. Сейчас мы все вместе переместимся в наш родовой замок. В вашем распоряжении семейное крыло. А я займусь приготовлением к свадебным торжествам. Думаю, к следующим выходным всё будет готово. И чтобы подсластить вам ожидание, я готов выполнить любое ваше желание! Так сказать, свадебный подарок. Но в пределах разумного! – для усиления эффекта от сказанного, он поднял указательный палец.