Текст книги "Развод. С чистого листа (СИ)"

Автор книги: Елена Любимая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 24

Еще какое-то время я постояла на улице успокаиваясь. И лишь когда слезы высохли, поднялась в квартиру. Чужие стены встретили тишиной. Юра до сих пор спал.

Стараясь не шуметь, прошла на кухню и закрыла за собой дверь. Зачем-то поставила чайник. Конечно, хорошо бы поесть, но совершенно не хочется. Кто-то стресс заедает, а вот я – наоборот, одна мысль о еде вызывает тошноту.

До вечера еще много времени, так долго, и мне совершенно нечем заняться. Можно было бы загрузить себя домашней работой, но я в гостях. От нечего делать открыла холодильник, уставившись в его пустое нутро. Одиноко лежавшее в дверце яйцо не в счет.

Наверное, надо купить еды. Мне-то она ни к чему, а вот Юру нужно будет покормить. Найдя себе хоть какое-то дело, все также стараясь двигаться тихо, вышла на солнечную улицу в поисках продуктового.

Жить на Крестовском, наверное, круто: жилье новое, дорогое, удобное. Огромный парк с аттракционами, Елагин остров, яхт-клуб – полно развлечений. Но вот с покупкой съестного – тоска. Нет, можно перекусить чем-то из ассортимента фуд-трака у метро, но чтобы купить хлеба или картошки? Это придется поискать. Ни одной «Пятерочки» не попалось мне на пути. Пришлось приставать к прохожим. Молодая пара на вопрос, как пройти в библиотеку, в смысле где здесь гипермаркет или что-то похожее, лишь пожала плечами.

– Не парься, закажи доставку, – посоветовала девушка с ярко-фиолетовыми волосами и серьгой в носу.

Лишь третья моя попытка увенчалась успехом. Пожилая дама – именно дама; назвать эту седовласую ухоженную женщину с легким макияжем и шлейфом моего любимого парфюма «Диор» старушкой язык не поворачивается.

– Два квартала отсюда «Реал» открыли, – махнула она рукой с идеальным френчем, – там хороший выбор.

И правда, дойдя до указанного адреса, я обнаружила небольшой, но ярко освещенный супермаркет. Вопреки моим ожиданиям, цены внутри оказались вполне себе человеческими, не сильно отличающимися от магазинчика, где работала я.

Собрав необходимый минимум, чтобы накормить голодного мужчину, отправилась в обратный путь.

Колбасу, сыр, масло, молоко – в холодильник, картошку – в раковину, мясо – в миску рядом. Хлеб? Поискала глазами хлебницу и не нашла. Положила буханку на обеденный стол и занялась готовкой. Начистила овощи, нарезала мясо. Механические действия, знакомые, отточенные, успокаивали нервы. На чужой кухне немного неуютно: вместо привычной газовой варочной поверхности – индукционная. Пришлось поломать голову, как она работает. А в остальном: вода из крана, мусорка под раковиной – все интуитивно понятно.

Когда на сковороде зашипело масло, а по кухне поплыл знакомый, аромат жареного, стало чуть легче. Эти запахи из прошлого, из нормальной жизни, которая была еще два дня назад.

– Ого! – восхищенно произнес Юра, войдя в кухню. – Ты настоящая волшебница!

Он подошел поближе, заглянул в сковороду и блаженно зажмурился.

– Нет ничего вкуснее приготовленного с любовью! – он на секунду притянул меня к себе, обнимая за плечи. А затем принялся накрывать на стол. Сам.

– Как мама? – доставая тарелки, спросил он, и в голосе звучало неподдельное беспокойство. Ему что, и вправду важно знать, как самочувствие человека, которого он даже ни разу не видел?

Без утайки рассказала все как есть, наблюдая за реакцией. Делилась с ним подробностями, и мне становилось легче, будто он забирал половину моей боли. Юра внимательно слушал. Он не перебивал, лишь слегка сжимал в руках вилку, которую успел достать из ящика.

– Прости, что гружу тебя проблемами, – вдруг спохватилась я, вряд ли ему интересны такие подробности.

– Говоришь, мама в тридцать первой? – переспросил Юра, не обращая внимания на мою предыдущую реплику. И, получив подтверждение, задал следующий вопрос: – А ты где живешь?

Улыбнулась, глядя на такого непривычно серьезного мужчину. Кстати, да, надо бы адрес свой сказать, сейчас поедим, и он обещал меня отвезти домой.

– В Озерках.

Интересно, мельком взглянув на часы, спохватилась я. Половина четвертого, успею ли я вернуться к оговоренному сроку, чтобы сменить Володю?

– Далековато будет, – побарабанив пальцами по столешнице, произнес, задумавшись, Юра. – Значит, тогда так. Мой дом в десяти минутах от больницы. Ты оставляешь ключи от моей квартиры себе и живешь здесь столько, сколько потребуется.

Щеки вспыхнули от стыда и неловкости.

– Я так не могу, – попыталась отказаться, хотя и понимала, что предложение очень заманчивое. Сколько времени будет у меня уходить на дорогу? Час-полтора против десяти минут?

– Катюша, – перебил Юра тоном, не терпящим возражений, – утром я уеду в деревню, так что тебе никто не помешает, если ты об этом… – Хорошая постановка вопроса. Вообще-то, я имела в виду обратное, что мешать буду я. Почему-то из головы вылетело, что он вернется в область.

– И я не предлагаю, я настаиваю. Ты свалишься с ног от усталости, понимаешь? Это не только для тебя. Это и для твоей мамы. Чтобы ты была рядом. – Железный аргумент, против которого у меня не нашлось возражений.

– Спасибо, – ответила шепотом, чувствуя, как к горлу подступают слезы.

– Вот и отлично, а теперь давай перекусим? – не желая меня смущать еще больше, предложил Юра.

Стоило мне поставить на стол еду, как мужчина принялся есть с таким аппетитом, словно его неделю не кормили. Опустилась на стул и, вяло поковыряв вилкой картошку, поняла: не могу. Не хочу.

– Почему ты не ешь? – заметил Юра мое настроение. – Ешь, пожалуйста. Тебе нужны силы.

Я лишь отодвинула свою порцию, которая не вызывала у меня никакого желания даже попробовать. Хотела отшутиться, но в голове не было ни единой подходящей фразы.

Юре не нужны были мои слова, он сам все прекрасно понимал. Отложив приборы в сторону, взял мою вилку, наколол кусочек мяса и поднес к моему лицу, вспомнив детскую присказку.

– Ложечку за маму, – улыбаясь, кормил меня, приговаривая, за кого мне предстоит «прожить» очередной кусок.

Все казалось безвкусным, пресным, хотя я точно знаю, что перец, соль и приправа добавлены щедро. Отказаться от такой заботы я не могла и не хотела. Это простое, но невероятно трогательное действие давало понять, что я важна и нужна человеку, сидящему напротив.

Мы знакомы меньше месяца, а он стал для меня незаменимым, важным. Любимым.

Глава 25

Наш обед закончился, Катя ушла в комнату отдохнуть перед тем, как отправиться в больницу. А я набрал номер одного из своих бывших клиентов. Именно ему я пригнал первый автомобиль, и ему же презентовал последний, перед тем как продать свою долю в бизнесе. Когда узнал, что Иван выбирает машину для своей будущей жены, то просто не смог взять с него денег.

Дамер – один из лучших архитекторов в городе, и если кто и сможет помочь в том, что я задумал, так только он. Набрав знакомый номер, пришлось долго ждать ответа. Я уже собрался было трубку повесить.

– Какие люди! – радостно поприветствовал Иван. – Ты в городе?

– Привет, да, на пару дней вернулся, хотел увидеться. В офисе? – я был уверен, что в это время суток он вряд ли отдыхает, однако Иван меня удивил.

– Какой там, – рассмеялся Дамер. На заднем фоне разговора послышался детский лепет: «Папа, дай». – Держи, моя радость, – ответил явно не мне Иван, а затем пояснил: – Дочкам годик, первые шаги, Алиске помощь нужна. Так что я дома, если хочешь – заезжай. Адрес помнишь?

Ого, мысленно присвистнул я, дочки, шустро. Конечно, куда ехать, я не помнил, тем более выяснилось, что и бывал я совсем в другом доме. За время моего отсутствия Дамер успел не только жениться и стать отцом, но и переехать.

* * *

Коттеджный поселок утопал в зелени, благоухал цветением трав и радовал тишиной. Эдакий райский уголок в пятнадцати минутах езды от города.

Подъехав к указанному дому – современному, с большими панорамными окнами и террасой, – я на секунду задержался в машине, наблюдая за картиной через стекло.

Иван стоял на коленях посреди лужайки. Одетый в простые спортивные штаны и растянутую футболку, он с удовольствием возился со своими дочерьми.

На его плече висела маленькая девочка с темными кудряшками, точно такая же, как вторая, что тщетно пыталась взобраться на него сзади, цепляясь за отцовскую футболку. Иван что-то говорил им, и они заливались звонким смехом.

Это зрелище такого простого, такого абсолютного счастья, что у меня внутри что-то перевернулось. Я вдруг с болезненной ясностью осознал, что хочу оказаться на его месте. Хочу вот также, просто сидя на траве, возиться с малышами. Машка и Мишка уже давно выросли, но пока не настолько, чтобы осчастливить внуками.

Сделал глубокий вдох и вышел из машины.

– Ну, кто здесь у нас главный по строительству замков из песка? – крикнул я, подходя к счастливому семейству.

Иван обернулся и расплылся в широкой улыбке. Аккуратно поднял обеих девочек, взгромоздив каждую на руку, и пошел мне навстречу.

– Смотрите, кто пришел! Это дядя Юра, начинающий фермер! – представил он меня дочкам.

Одна из них, та, что посмелее, сразу потянулась ко мне ручками.

– Иди к дяде, – рассмеялся Иван и буквально переложил теплый, уютный комочек в мои руки.

Девочка доверчиво обняла меня за шею и потянула за бороду, так похожую на бороду ее отца.

– Проходи, проходи! – Иван, с дочерью на руках, повел меня в дом. – Алиска умотала на стройку, должен же кто-то из нас за Петровичем присматривать.

Стоило только перешагнуть порог дома, как навстречу с диким лаем вылетело пучеглазое создание, которое по недоразумению Иван назвал собакой.

– Это Алискино наследство от бывшего мужа, точнее, от его новой жены. Элайджа, свои! Место! – две команды, и пес, захлопнув пасть, улегся на своей лежанке. – Смотри, как я его выдрессировал, – похвастался он, – правда, сперва он мне немало нервов попортил.

Мы устроились на просторной кухне, выдержанной в стиле лофт с элементами кантри – идеальное сочетание. У Алисы отличный вкус, уверен, что это она занималась обстановкой.

Усадив на пушистый ковер дочек, Иван представил мне обеих.

– Вера, – та, что была на его руках.

– Надя, – малышка, которую держал я.

Девочки с удовольствием занялись игрушками, такие одинаковые, что я бы не различил их никогда, а Иван – запросто.

Элайджа не сводил с меня глаз, пока гостеприимный хозяин готовил кофе. На пороге гостиной появилась милая девочка лет шести с копной медных волос.

– Дядя Ваня, а это кто? – хлопая пушистыми ресницами, она рассматривала меня, не решаясь подойти.

– Лисенок, – повернулся к ней Дамер улыбаясь. – Это дядя Юра, мой давний приятель. Уже закончила?

– Угу, хочешь, покажу, что я нарисовала сегодня?

И, получив заверение, что конечно, умчалась.

– Это дочка Алисы, Настя, – пояснил мне Иван. – Занимается рисованием, готовимся поступать в художественную школу.

– А Илья? Как у него дела? – не мог не спросить я про сына Ивана от первого брака.

– Илька живет с нами, нагулялся в своей загранице, – хмыкнул Дамер, ставя кофе на стол. – Они с Димой, старшим Алисы, умотали на репетицию. Пока каникулы, их дома нет целыми днями, да и ночами, частенько тоже.

Я смотрел на него, пытаясь подсчитать: Илья, Дима, Настя тут уже была, и вот эти две…

– Пятеро? – не удержался я. – У тебя пятеро детей?

Иван улыбнулся.

– Ну, если считать всех наших – общих, моих и Алисиных – да. Голова кругом, правда? Но я не жалуюсь.

Обалдеть. Когда только он успел стать многодетным отцом? Пятеро – это же с ума сойти можно. От одних только имен голова идет кругом, а он легко справляется.

Видя мою задумчивую физиономию, Иван добил меня окончательно.

– Я вот думаю, что нечестно: девочек много, да? Надо еще мальчика, чтобы поровну?

От неожиданности я поперхнулся кофе, а Иван рассмеялся.

– Как моя жена: она тоже так сделала, когда услышала это предложение. Ладно, что мы все обо мне да обо мне. – Посерьезнел Иван. – Ну, рассказывай, фермер. Как там жизнь на земле? Мечты сбываются?

– Сбываются, но не совсем так, как планировал, – я обхватил чашку ладонями, ощущая ее тепло. Сам же не мог отвести взгляд от девчонок, играющих на полу. Одна из сестер строила башню из деревянных кубиков, а вторая укачивала плюшевого зайку.

Иван приподнял бровь, ожидая продолжения. Он стоял, облокотившись на кухонный остров.

– У меня есть… проект, – начал я, выбирая слова. – Некоммерческий. Скорее, личный. Можно даже сказать, для души. – Вспомнил, с какой болью смотрела на руины своего дома Катя.

– Звучит интригующе, – Иван сделал глоток кофе.

– Я купил старую деревню. Вернее, то, что от нее осталось. Полуразрушенные дома, заросшие поля. Место с историей. И я хочу ее восстановить. Не просто отстроить новые коттеджи, а вернуть ту самую деревню. В первозданном виде.

Пока Катя собиралась, я успел сделать несколько фото ее дома. И сейчас, достав телефон, нашел их и протянул Ивану.

– Вот смотри, это один из домов, всего их семь. Но начать надо с этого.

Иван задумчиво листал галерею: провалившаяся крыша, полуразрушенная стена, сгнившие венцы, бурьян и кустарник на заднем плане.

– М-да, задача… – он оторвался от экрана. – Что ты хочешь от меня? Консультация? Подрядчик?

– Хочу, чтобы ты взял проект полностью. Никто не справится лучше. Мне нужно не просто восстановить деревню, мне нужно ее воссоздать.

– К чему такие сложности? – удивился Иван. – Ты же понимаешь, что без фотографий или планов домов до разрушения это весьма затруднительно.

Я вздохнул, понимая правильность его слов. И это он еще мягко выразился. Уверен, в другом месте меня бы просто послали или выставили такой ценник, что я бы сам ушел.

– Понимаю, готов на все, лишь бы ты согласился. Если тебе действительно интересно, зачем мне все это, скажу правду.

– Опа, я весь внимание… – Иван отложил мой телефон и опустился на стул напротив. – Колись, приятель.

– Хочу сделать подарок, – умолчал, что свадебный, потому как еще не факт, что Катя скажет «да».

– Как ее зовут? – посмеиваясь в бороду, спросил Иван. – Что? А ради кого еще? К бабке не ходи, влюбился.

– Катя. В общем, такое дело… – я рассказал ему все, что произошло, опуская некоторые детали.

Нас прервала вернувшаяся Настя. В руках у девочки был лист формата А3, на котором, раскинув огромные крылья, застыла в полете гигантская птица в лазурном небе.

– Красиво! – похвалил Иван. И довольная Лисичка, подарив папе рисунок, присоединилась к младшим сестрам.

– Фактически реконструкция без оригинальных планов. Ты же понимаешь, что это будет долго, сложно? Я такого никогда не делал, но готов попробовать.

– Знаю, – кивнул я. – Понимаю, что ты занят: семья, проекты… Но если кто и справится, так только ты. Я не тороплю. У меня есть время. И я буду полностью в твоем распоряжении: проводник, рабочий и заказчик в одном лице.

Иван снова взглянул на фотографии, потом на Веру и Надю, которые с хохотом наблюдали, как их башня рухнула, потому что Настена вытянула самый нижний кубик. От грохота испуганно подскочил Элайджа и с лаем бросился наутек, вызвав у меня улыбку.

– Хорошо, – неожиданно сказал Иван. – Возьмусь.

– Правда? – я не ожидал такого быстрого согласия, уверенный, что приятель попросит время на размышления.

– Это чертовски интересно. Практически вызов. И еще… – он улыбнулся, – хочу когда-нибудь привезти туда своих сорванцов и показать им деревню, которую мы восстановили с другом. Чтобы они видели, что важны не только новые дома, но и память места. Ты же не будешь возражать?

Дорога обратно пролетела как миг. Даже не заметил, как запарковался возле дома. Мыслей было много, и они не давали покоя. Шумная семья Ивана, его дети, большой дом… Я хочу также: детский смех, лай собаки (только не такой мелкой, а что-то большое и умное), чтобы все вечерами собирались за большим столом, делились тем, как прошел день, советовались друг с другом. Чтобы было тесно и шумно, а не тихо и пусто.

Мельком взглянул на свои окна. Интересно, вернулась ли Катя? С ее появлением в квартире появился тот самый уют, который я сегодня видел у Ивана. Вроде ничего особенного: запах еды, ее сумка у двери… Но это уже был Дом. Тот, в который хочется не идти, а лететь.

Я заглушил двигатель и посидел несколько секунд в тишине. Где-то там, за стеклом, могла ждать меня если не большая семья, то хотя бы начало моего будущего. И это будущее больше не пугало, а манило с силой, которую я давно не испытывал.

Глава 26

Мне нужно с ней поговорить. Обязательно. Признаться во всем. Поднимаясь по ступеням, я лихорадочно строил в голове план разговора. С чего начать? С главного: «Я тебя люблю»? Но она замужем. Не спугну ли ее своим напором? Я видел, что чувства взаимны, но сейчас не лучшее время для признаний. Ее мама в больнице, ее состоянии тяжелое. Кате нужны моя поддержка и помощь, а я со своими объяснениями… Дурак! Надо было цветы купить, – обругал себя я, переступая порог квартиры.

После разговора с Иваном настроение было прекрасным. Мне хотелось свернуть горы ради улыбки любимой женщины.

– Катя, ты дома? – крикнул я, едва войдя.

В ответ – тишина. В груди что-то болезненно сжалось. Знакомое леденящее одиночество, которое после шумного, наполненного жизнью дома Дамера ощущалось особенно остро.

«Ну, раз никого нет, то и мне здесь делать нечего», – решил я. Развернулся и направился к больнице. Встречу Катю, пройдемся, поговорим. Давно пора. Может, я просто тешу себя иллюзиями и ничего для нее не значу?

По дороге ноги сами понесли меня в цветочный ларек. Я замер у витрины, разглядывая пестрые букеты. Ни один не нравился, ни один не был достоин ее. Кате нужно что-то другое. Розы? Нет, точно нет. Уверен, она предпочитает видеть их живыми, на клумбе.

– Молодой человек, вам помочь? – предложила свои услуги продавщица, высокая, угловатая женщина неопределенного возраста. Видя мои муки выбора, она без слов поняла, что нужна подсказка.

Я кивнул, и продавщица засуетилась, выкладывая на прилавок скромные, но изящные цветы.

– Вот, смотрите. Альстромерия. С виду неброская, без сильного запаха, но очень стойкая. В букете смотрится достойно. Подходит для случая, когда хочется просто порадовать близкого человека. Без повода.

Я удивленно поднял на нее глаза. Как можно с первого взгляда угадать, что мне нужно?

Из магазинчика выходил, прижимая к груди огромный букет. Я взял все асто… алсьтро… в общем все, что были. Продавщица оказалась права – смотрелись они прекрасно.

Торопливо шагал по улице, надеясь, что мы с Катей не разминулись. Теплый летний вечер, запах асфальта и бензина, смешанный с нежным ароматом цветов, завистливые взгляды проходящих женщин – ничто не имело для меня значения.

Пройдя по аллее больничного сквера, я заметил ее, стоящую у ступеней в компании молодого человека и о чем-то оживленно беседовала. Подойти? Или подождать? Но Катя, заметив меня, уже помахала рукой, подзывая к себе.

* * *

Катя

Состояние мамы еще далеко от нормы, но то, что к вечеру она начала произносить отдельные слова, вселяло в нас надежду. Врач говорил, что делать прогнозы рано, но я-то уже знала: все будет хорошо. Она назвала по имени Егора, меня, Володю… Это была наша маленькая победа. И мама улыбалась – пусть одной половиной лица, но это была ее улыбка, полная решимости бороться.

Как я не просила, остаться на ночь в палате с мамой, мне не позволили. После вечерней капельницы мама уснула, и нас с Егором мягко выпроводили до утра. Точнее, до вечера. Потому что утром приедет Володя.

Инка заверила по телефону, что машина починена и она готова приехать, но я уговорила ее остаться с Димой. Сейчас в ее присутствии не было нужды.

– Поехали, я тебя подвезу, – предложил сын, поддерживая меня под руку на обшарпанной больничной лестнице.

Я на секунду заколебалась. Зачем? Мне ведь совсем рядом до дома. До временного дома. О котором мой сын даже не догадывается, между прочим.

– Егор, нам надо поговорить, – наконец выдохнула я. – Кое-что произошло.

– Еще что-то? – удивленно уставился на меня сын, чуть не споткнувшись на ступеньке. – Да вашу ж… То есть, ой, в общем… – поправился он, зная мое отношение к крепким выражениям.

Этот разговор будет долгим, и мне нужно предупредить Юру, чтобы он не волновался. Хотя с чего бы? Он уехал днем, не сказав, куда. Может, его и дома-то нет.

– Ну, мам, чего еще стряслось? – вопрос Егора вернул меня к реальности.

– Только, пожалуйста, не волнуйся, ладно? – тут же поняла, что сказала глупость. Меня бы такие слова точно заставили занервничать.

Мы вышли на улицу и успели отойти пару метров от входа.

– Так-так-так, – Егор резко развернулся ко мне, преградив дорогу. – Рассказывай, что еще сегодня стряслось?

– Не сегодня… давно. У твоего отца другая женщина. Другие женщины.

Не знаю, сколько их. Две – точно: Анжела и та, что в отпуске, грудастая. Пересказала сыну тот злополучный разговор. С каждым словом его лицо все больше мрачнело.

– Только Егор, прошу тебя, спокойнее, – видя, как сжимаются его кулаки, попросила я, – так иногда случается, когда дети вырастают, люди становятся друг другу чужими.

– Мам, но ведь у вас все было хорошо? – несмотря на то, что Егор уже сам мужчина, сейчас он напоминал мне растерянного ребенка. Ему, конечно, сложно принять то, что между родителями происходит.

Пожала плечами, что еще сказать? То, что наша семья – видимость, и надо давно было признаться в этом?

Егор поймет, уверена. Вместо слов сын просто прижал меня к себе, желая передать поддержку. Сын никогда не был мастером говорить о чувствах. Обняла в ответ и зажмурившись прошептала:

– И это еще не все… В моей жизни появился человек. Который мне очень нравится.

Егор отстранился и пристально посмотрел мне в глаза.

– Ма-а-ам… – протянул он с опасной интонацией. На его лице читалась буря эмоций – обида, ревность, недоверие. – И ты туда же? Отец в курсе?

– Нет. Вернется, и я ему все расскажу. Наш развод это вопрос решенный. – Старалась говорить спокойно, мягко, но твердо, чтобы он понял, что я не шучу. – Что бы ты ни думал, но Юра…

– Значит, Юра, – перебил он меня, сузив глаза.

– … между нами ничего не было. Только его забота и поддержка. И как бы сильно он мне ни нравился, пока я замужем, ничего не будет. Твое право – не верить в это. Но ты должен знать: нашей семье с отцом пришел конец. Я поставлю в ней точку.

– Где ты этого типа нашла? – фыркнул Егор, демонстративно не называя имени.

– Его зовут Юра, – поправила я, уже раздражаясь. Все шло не так, как я представляла. И именно этого я боялась. Но и те чувства, что испытывал Егор, я прекрасно понимала, сама не так давно их испытывала, когда у мамы появился Володя. – Я не прошу принять его в семью. Нет. Просто хочу, чтобы ты знал правду.

За спиной сына я увидела Юру. Он стоял поодаль, не решаясь подойти. И сама помахала ему.

– Это он, да? – хмуро спросил Егор, догадываясь кто у него за спиной.

– Да. – Я посмотрела сыну прямо в глаза. – Жизнь слишком коротка, чтобы прожить ее не так, как хочешь ты, а как ждут от тебя окружающие. Посмотри на бабулю. Еще позавчера она носилась по магазинам, выбирая коляску для правнучки, а сегодня не может поднять ложку. Я не хочу в свои последние часы сожалеть, что не решилась изменить свою жизнь. Подумай об этом, сынок.

Я хотела обойти его, но сын внезапно снова прижал меня к себе, уткнувшись лицом в мои волосы.

– Мам, ну что ты такое говоришь? Я… Папа, он, конечно… но он свой, родной. А это чужой дядька… Понимаешь?

– Понимаю, – тихо ответила я, гладя его по широкой спине. – Но своими людьми становятся не по крови, а по поступкам. Дай ему шанс.

Я почувствовала, как его железная хватка ослабевает.

– Ладно, – хрипло выдохнул он. – Знакомь со своим «рыцарем». Только предупреждаю, если что… – он демонстративно сжал кулаки.

– Не потребуется, – улыбнулась я и взяла его за руку, поворачивая к Юре. – Юра, это мой сын, Егор. Егор, это Юрий.

Мужчины молча кивнули друг другу.

– Как мама? – первым нарушил паузу Юра, обращаясь ко мне.

– Лучше. Стала говорить. Назвала всех по имени.

– Это отличные новости, – искренне обрадовался он.

Молчавший Егор решил, что с него достаточно впечатлений.

– Мам, я так понял тебя есть кому провожать? – кивнул сын на Юру, – Тогда я откланяюсь, меня дома ЖЕНА ждет. – выделил он последнее слово. Делая, видимо, жирный намек и на мое семейное положение, не иначе. И развернувшись, пошел в сторону парковки, на которой оставил свое авто.

– Дай ему время, – тихо произнес Юра, протягивая мне огромный букет нежных альстромерий. Белоснежные, розовые, бордовые цветы, принимая которые я уловила нежный аромат.

– Спасибо, – прошептала я слова благодарности и за подарок, и за понимание.

– Я, наверное, не вовремя?

– Наоборот, я как раз рассказала сыну о нас. – увлекая Юру беседой, я зашагала на выход с территории больницы.

Я говорила и говорила, про маму, про то, как прошел мой день, про разговор с сыном, и том, что Юра появился очень вовремя. А он слушал и улыбался моей болтовне.

Вдруг он остановился, мягко развернул меня к себе и, глядя прямо в глаза, произнес:

– Выходи за меня.