Текст книги "Помощница некроманта (СИ)"

Автор книги: Елена Княжинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 18

– Сиди тихо и не пытайся применять магию, – напомнил Кристиан. – В дом никто не проникнет, но, если вдруг заметишь какое-нибудь умертвие, разрешаю тебе сжечь его.

– Едва ли я смогу, – ответила Белла.

Отпустила некроманта, отвела взгляд. Мало того что была не одета, так еще и вцепилась в мужскую рубашку обеими руками, слишком тесно прижималась к постороннему мужчине. Вела себя как беспутная девка. Какой стыд!

– Ты недооцениваешь себя, но лучше не вмешивайся.

Кристиан опустил девушку на постель и вышел.

Едва за ним закрылась дверь, Белла сбросила полотенце. Одеваясь, так торопилась, что не сразу попала рукой в рукав блузки. Волосы завязала узлом, перехватила лентой, чтобы не мешали. Юркнула за шторы. Прислонилась к стене, стараясь остаться незамеченной, выглянула на улицу.

За окном сгустились сумерки. Редкие фонари не разгоняли тьму. Созданные ими островки света лишь подчеркивали ее насыщенный черный цвет. Ночь была честнее дня. Она срывала маски с людей, обнажала души и страхи, снимала покрывало застенчивости, побуждала действовать смелее, без оглядки.

Белла не боялась темноты, шорохов и других звуков, что так пугали матушку. После захода солнца нередко задерживалась в саду, слушала пение цикад, любовалась догорающим закатом.

Сейчас тишина настораживала. Город, название которого девушка до сих пор не знала, будто вымер. Не хлопали ставни, не гремели повозки по брусчатке. Даже собаки не лаяли. Луна, необычайно яркая, взирала с небес на землю. Мертвенным светом освещала неподвижные деревья.

– Тетенька!

Белла вздрогнула, услышав тонкий детский голосок. Вертела головой, пытаясь найти его источник, но так и не обнаружила. В комнате она была по-прежнему одна.

– Тетенька, помоги!

За окном появилась девочка лет шести или семи. Волосы паклей свисали на худенькие плечи. На стареньком платьице засохли комья земли. Тонкие ножки в ботинках не по размеру казались еще более хрупкими. Она выглядела почти настоящей, если бы не синюшный цвет кожи и черные полосы на шее.

Белла вздрогнула. Потянулась к щеколде, проверила, что окно надежно заперто. Вряд ли оно стало бы преградой для призрака, но создавало хотя бы видимость защиты.

К горлу подкатил ком. Крошечные волоски на теле встали дыбом.

– Тетенька, меня мачеха в саду схоронила. Там темно, сыро и холодно. Я зову, а меня никто не слышит. Помоги.

Неживая девочка потянула полупрозрачную руку ладонью вверх. В больших глазах, цвет которых невозможно было рассмотреть, застыл страх, смешанный с надеждой.

Вдруг что-то грохнуло, будто огромную пустую бочку спустили вниз. Послышался голос Кристиана, мешавшего рианорский со словами другого языка. Судя по тону, некромант ругался, но так тонко и витиевато, что даже за оскорбления королевской фамилии его вряд ли удалось бы привлечь к ответственности.

Белла отвлеклась лишь на мгновение. Обернувшись, увидела лишь дерево, освещенное светом луны. Ни рядом, ни за ним ребенка не было. Сколько ни вглядывалась в темноту, не видела ее, а позвать боялась. Непроизвольно осенила себя обережным знаком. Светлая Элве не откажет своим детям в помощи и защите, даже если они приняли дары темного Таруса. Хотелось бы верить.

Арабелла осторожно приоткрыла дверь, выглянула из комнаты. Убедилась, что никакой явной опасности нет. Даже холод, вечный спутник призраков, не чувствовался.

Гостиная больше напоминала поле битвы, чем комнату в доме аристократа. Входная дверь повисла на верхней петле. Противным скрипом отзывалась на каждый порыв ветра. В воздухе кружила серая пыль, от которой постоянно хотелось чихать. Пол был усыпан мелкой каменной крошкой, листвой и комьями черной сажи.

– Что здесь произошло?

– Не сошлись во мнениях, – ответил Кристиан.

Он сидел на подлокотнике сломанного кресла, ловко балансировал, закинув ногу на ногу. Бокал с густой коричневой жидкостью в грязной руке смотрелся неуместно, как и улыбка на лице мужчины.

– Ты владеешь бытовой магией? – уточнил некромант.

– Я уже не знаю, на что способна, – отозвалась Белла.

Несмотря на недавние события, сломанную дверь, нездоровый блеск в глазах хозяина дома, Арабелла не испытывала страха или отчаяния. Она окинула комнату взглядом, оценивая масштаб разрушения, и отправилась на кухню. Из кладовой достала несколько ведер, метлу и тряпку. От чувства брезгливости она избавилась еще во время заключения. Каторжане сами убирали место для ночлега, кухню, если так можно было назвать участок земли, огороженный низким забором, прикрытый сверху тентом, которой едва ли защищал от дождя или ветра. Физический труд уже не пугал бывшую графиню.

– Итак, господа, с чего начнем? – спросила она, явившись во всеоружии. Решила, что о субординации на время можно забыть, тем более Кристиан сам настаивал на этом. – Могу распределить обязанности.

– Вы с Дерком уберете, а я обновлю защиту, – отозвался некромант, – которая треснула благодаря тебе, Белла.

Если девушка и могла что-то возразить, то после слов хозяина дома сочла за лучшее промолчать. Не стоило забывать о границах, тем более пытаться переступить их. Обижаться она и вовсе не имела права.

Дерк выполнял самую тяжелую работу: убрал кресло и обломки табурета, каким-то образом оказавшегося в гостиной, снял с петель дверь, выносил ведра. Мусора, который вымела Белла, оказалось немало. Создавалось ощущение, что горничная приходила намного реже, чем раз в неделю. Подоконники и мебель пришлось хорошенько протереть от осевшей на них пыли, полы помыть дважды.

Дела помогли отвлечься на какое-то время, но стоило закончить уборку, как перед глазами вновь всплыл образ мертвой девочки. Забыть, сделать вид, будто ничего не произошло, Белле не позволила совесть. Она твердо решила узнать, что случилось с ребенком, и помочь если не телу, так хотя бы душе обрести покой.

– Дерк!

– Да, госпожа.

Белла повернулась всем телом к слуге, не поверила своим ушам. Она и правда слышала его, или воображение сыграло с ней шутку?

– Ты заговорил?

– Я и прежде говорил с вами, но вы не слышали меня.

– Светлая Элве, неужели я действительно некромантка?

– Подтверждаю, – произнес Кристиан. Мужчина появился в дверном проеме с молотком и коробкой гвоздей. – Поскольку я снял печать и вернул тебе дар, то придется взять ответственность на себя. С завтрашнего дня буду тебя учить управлять им.

– Отказаться нельзя? – спросила Белла нарочно, из чувства противоречия. Еле сдерживала довольную улыбку. Все складывалось как нельзя лучше, даже не пришлось просить Кристиана о помощи.

– Еще одного мага-недоучку я не потерплю в городе. Это еще один случай, когда приказ не обсуждается.

Ученица некроманта, подумала Белла, только этого ей не хватало. Может быть, именно этого и не хватало?

Глава 19

Кристиан ушел на рассвете. Как оказалось, он числился штатным некромантом в Иленвилле, независимом городе на востоке страны, в котором волей богов и лорда Эриаса Белле предстояло жить. Некромант получал жалованье, следовательно, хоть иногда должен был появляться в ратуше, получать заказы и выполнять не самые приятные обязанности.

Арабелла решила, что он нарочно покинул дом рано утром, чтобы избежать вопросов. Ее снедало любопытство, а невозмутимый некромант так и не признался, от кого защищал дом этой ночью. Можно было бы попытаться расспросить Дерка, но тот и вовсе пропал, стоило прийти Люсине.

Словоохотливая кухарка засыпала девушку вопросами. Кто такая? Откуда родом? Кем приходится хозяину? Женщина не узнала в ней ту несчастную рабыню, которой советовала бежать из этого дома. Благодаря неброской одежде сделала вывод, что новая знакомая вряд ли занимает высокое положение, потому общалась почти на равных. Делилась городскими сплетнями, перемежая их рассказами о своем прошлом и советами по приготовлению блюд.

Белла выдержала около получаса. О себе рассказывать не хотела, назвалась помощницей господина Кристиана, извинилась и ушла. Устала слушать о жизни незнакомых людей. Ей нужна была свежая голова, чтобы впитать все те знания, поделиться которыми обещал некромант.

В ожидании Кристиана Белла просматривала “Историю Иленвилля”. Независимым город оказался лишь отчасти, поскольку подчинялся законам Фресконии, находился под защитой королевской армии и платил налоги. И все же одно обстоятельство выгодно отличало его от других: здесь не существовало рабства. Нет, рабы не становились свободными, ступив на землю Иленвилля, но любые сделки с живым товаром были здесь под запретом. Конечно, находились хитрецы, сумевшие обойти преграды. Они продавали и покупали рабов за пределами города, а сюда ввозили уже как частную собственность. Формально закон не был нарушен, потому и предъявить новому владельцу было нечего.

Белла непроизвольно коснулась ошейника. Она почти перестала его замечать. Это обстоятельство пугало. Так, незаметно она смирилась с участью рабыни.

Почти смирилась, напомнила себе девушка. Через три недели, если все получится, Эдриан снимет с нее этот позорный обруч, как Кристиан избавил от клейма. Только бы не было так больно. Второй раз она вряд ли переживет подобное испытание.

– Госпожа, завтрак на столе, обед готов. Что желаете на ужин?

Люсине даже не нужно было выходить из кухни. Громкий хорошо поставленный голос был слышен в каждом уголке дома.

– Приготовьте то, что сочтете нужным. Я доверяю вам, – ответила Белла и вернулась к чтению.

“История” была единственной книгой, которую она нашла в доме. Подозревала, что есть и другие, но о них Кристиан по какой-то причине не сказал ей. То ли не посчитал нужным, то ли забыл.

В последнее верилось с трудом. Чем дольше общалась с некромантом Белла, чем лучше узнавала его, тем яснее понимала, что этот человек не страдал потерей памяти. Он знал достаточно, был образован, начитан, мог с легкостью поддержать беседу на любую тему. Это было тем удивительнее, если не солгал и действительно до пятнадцати лет сам зарабатывал себе на жизнь. Видимо, мать позаботилась о его воспитании.

Чужие тайны мало интересовали Арабеллу. Хватало своих, особенно той, которую она так тщательно скрывала. И все же не сомневалась, что с Кристианом тоже не все так просто. У лорда Эриаса был лишь один сын и наследник. Так почему Роджер назвал его своей фамилией? Что связывало их? Было то кровное родство или юношу приняли в семью по какой-то иной причине?

Пожалуй, Белла не была откровенна до конца даже с собой. Кристиан вызывал в ней живой интерес. Он не привлекал ее как мужчина. Между ними пролегла целая пропасть. Пытаться преодолеть ее, строить мосты не имело смысла. Они и так слишком много времени проводили в обществе друг друга.

В Кристиане она видела в первую очередь защитника и наставника. Испытывала благодарность, хотя не могла не отметить его стать, чарующий голос. Даже ощущала себя свободной рядом с ним, несмотря на зависимое положение. Не чувствовала страха, напротив, так и норовила сказать что-то наперекор или поспорить. Отчего-то знала, что все сойдет ей с рук.

В памяти всплыла та ночь, когда Кристиан принес ее с погоста. Обрывки фраз, образы вспыхивали и тут же гасли. Ярче всего были ощущения: теплое дыхание у виска, прикосновения сильных рук, мурашки по коже.

– Довольно! – воскликнула Белла, с шумом захлопнула книгу.

– Слишком большой список? Как хотите, но с господином Эриасом договаривались, что в выходные я не буду приходить.

– Простите, я задумалась, – отозвалась Арабелла, чувствуя, как кровь прилила к щекам. – Берите все, что сочтете нужным. Дерк принесет покупки.

– Тот странный, немой слуга? – Кухарка все же выглянула из кухни, осенила себя обережным знаком. – Как вы только не боитесь? У меня волосы дыбом встают, когда его вижу. Не вернулась бы, но господин Эриас пообещал, что нам не придется с ним встречаться.

– Не беспокойтесь, у него есть своя работа.

Занимался ли чем-то Дерк, кроме охраны и без того защищенного дома, Белла не знала. Но ее слова успокоили Люсину. Пожелав приятного аппетита и хорошего дня, женщина ушла.

– Спасибо. – Дерк выступил из тени и поклонился. – Вы с Кристианом единственные, кто еще видит во мне человека.

Его голос был полон тоски. Красные глаза-угли потускнели, словно кто-то присыпал их пеплом. Белла, чувствуя одновременно и жалость, и интерес, попросила слугу рассказать о себе.

Таких историй, наверно, было тысячи, но за каждой из них скрывалась своя боль. Дерк рано остался один. Родители и младшая сестра стали жертвами морового поветрия. Мальчика приютил каменщик. Он же научил его работать с камнем, передал секреты мастерства и познакомил с Гвенн. Хорошенькая дочка пекаря с первой встречи пленила сердце парня.

Дерк улыбался, когда говорил о ней. Неживое серое лицо преображалось. Под маской умертвия проступали черты человека – влюбленного мужчины, который, наконец, обрел свое счастье и мечтал разделить его с самой желанной женщиной на свете.

– Меня убили за две недели до свадьбы, – произнес он. – Кто и зачем это сделал, я не знаю. Помню только запах тухлой рыбы и боль от удара ножом. Господин Кристиан нашел меня в переулке. Он уже не мог мне помочь, я потерял слишком много крови, но ему удалось сохранить тело от разложения и привязать к нему душу.

– Ты ищешь убийцу? Хочешь отомстить?

– Да, но, главное, убедиться, что жизни Гвенн ничего не угрожает. Тогда я смогу обрести покой.

– Тогда никому больше не говори о том, что сделал Кристиан. Если кто-то узнает, что он занимается некромантией…

– Только не от меня, – воскликнул Дерк. – Я всем ему обязан.

– Я тоже, – призналась Белла. – Я хочу тебе помочь, но пока же прошу о помощи тебя. Я видела призрак девочки, совсем маленькой. Кажется, ее тоже убили.

Глава 20

Поставив перед собой цель, Белла уже не могла усидеть на месте. Жаждала действий, но была вынуждена сдерживать свои порывы. Она не знала города, могла заблудиться. Дерк проводил бы ее, но оставался риск слишком далеко отойти от Кристиана. Некромант снял печать, высвободил магию, но ошейник проклятием по-прежнему довлел над ней.

Если бы кто-то сказал Белле, что она станет жить под одной крышей с посторонним мужчиной, общаться с его неживым слугой и искать девочку-призрака, она приняла бы этого человека за безумца. Теперь же вместе с Дерком обсуждала, как лучше провести расследование, чтобы не привлечь ненужное внимание и не упустить убийц.

Красные глаза загорелись еще ярче, выдавая волнение парня. Если бы не они, в темноте его можно было принять за человека. Его слова и поступки делали ему честь. Чем дольше Арабелла думала о нем, тем сильнее жалела. Понимала, что для него нет будущего, и все же в глубине души надеялась на чудо. Ее встреча с Кристианом тоже чудо, пусть и сотворенное руками лорда Эриаса. Так почему бы богам не сделать исключение для Дерка? Он, как никто другой, достоин счастья.

– Кристиан пришел, – произнес парень до того, как распахнулась входная дверь. – Я попробую что-нибудь узнать о девочке.

Белла улыбнулась и кивнула. Дерк растворился в тенях. На пороге появился некромант – хмурый, недовольный. Стремительно ворвался в гостиную, на ходу расстегивая пуговицы. Снял черную с подпалинами рубашку, скомкал в руках.

– День, видимо, недобрый, – произнесла Арабелла, старательно отводя взгляд.

Не смотреть же на полуголого мужчину, который не знал стыда. Он и ее раздевал, не стесняясь, пусть и объяснил свой поступок заботой о ее здоровье. Видимо, для него такое поведение было в порядке вещей.

– Никаких вопросов, пока я не поем. Голодный некромант – злой некромант.

– Сочувствую вашей жене.

Белла произнесла эти слова шепотом, так тихо, что сама едва слышала себя, но Кристиан обернулся. Смерил ее оценивающим взглядом, будто присматривался, хмыкнул и шагнул под арку, за которой располагались спальни.

– Светлая Элве, укроти мой язык!

Девушка хлопнула себя по губам, как делала няня, когда ругала ее в детстве. Куда только делись ее манеры? Никогда она не позволяла себе подобные вольности. Но и мужчины прежде мере ней не раздевались, попыталась Белла оправдать себя. Кристиану не хватало воспитания, но он в своем доме и в своем праве – ни упрекнуть, ни пристыдить его. Зато можно было накормить, тем самым задобрив его, и попытаться получить ответы на свои вопросы.

Не прошло и десяти минут, как стол был накрыт по всем правилам: в глубоких чашках ароматный суп с зеленью, справа ложка, слева вилка и нож для второго блюда, тонко нарезанный хлеб в плетеной корзине.

На кухне обнаружились чаи, травяные сборы, сушеные фрукты и ягоды. Глядя на это богатство, Белла, не раздумывая, поставила на плиту чайник. Предвкушала, как будет смешивать их и готовить ароматные напитки. Не все травы знала, но незнание играло ей на руку, давало очередной повод поговорить с Кристианом. Главное – начать. Некромант хоть и выглядел суровым и неприступным, но, по сути своей, был таким же человеком, как и другие, также нуждался в общении и внимании.

Стоило только подумать о нем, как мужчина появился на кухне. Отодвинул стул, сел, потянул носом, предвкушая сытный обед, улыбнулся. Улыбка преобразила его. Белла видела перед собой не ледяную статую, а живого человека.

Кристиан заметил ее взгляд, улыбнулся шире, подмигнул. Арабелла, пойманная с поличным, смутилась. Покраснела, но загар надежно скрыл предательский румянец. Все свое внимание девушка сосредоточила на чашке супа, ела молча. Отвлеклась только на то, чтобы убрать посуду и положить на тарелку гарнир и несколько кусков жареного мяса.

Некромант тоже молчал. В отличие от Беллы, он не стеснялся смотреть в ее сторону, не отводил взгляд. Когда его тарелка опустела, протянул руку и забрал полоску мяса с чужой. Нарочно, что ли, издевался?

– Вас не учили манерам? – вспылила Арабелла. Не столько возмутилась, сколько удивилась неподобающему поведению: не нищий, чтобы брать чужую еду. – Так нельзя делать!

– Почему? Ты все равно не ешь.

– Нет, ем!

– Не ешь, только смотришь. – Некромант прищурился, смахнул светлую прядь волос. – Хотел бы я узнать, какие мысли рождаются в твоей голове. О чем ты думаешь?

– О том, что вы невоспитанный, невыносимый…

– Значит, точно нравлюсь.

Кристиан отправил в рот последний кусочек мяса, промокнул губы салфеткой. Откинулся на стуле, словно нарочно давая рассмотреть себя. Белые, как у старика, волосы падали на плечи, оттеняя черную рубашку. Тонкие губы изогнулись в усмешке, и только глаза оставались серьезными. Именно взгляд отрезвил Беллу.

– Вы специально так себя ведете?

– Как? – Темная бровь взлетела вверх. – Грубо, неподобающе?

– Провокационно. Не знаю, зачем, но вы постоянно пытаетесь меня смутить или поставить в неловкое положение.

– И как? Удачно?

Белла подняла глаза к потолку, выдохнула: точно издевался над ней. Она еще не поняла причины столь странного поведения некроманта, но чувствовала, что двигалась в верном направлении. Скопировав его позу, ответила:

– Вы флиртуете со мной?

Неудобный вопрос, смелый, с ходу на такой сложно ответить. Что-то во взгляде, жестах, мимике некроманта должно было выдать его истинное отношение. Кристиан рассмеялся – искренне, весело, будто Белла удачно пошутила. Ей же отчего-то стало не до смеха. Девушка поднялась из-за стола, бросила салфетку и опрометью выбежала из кухни. С шумом захлопнула дверь в комнату. Раздвинула шторы, распахнула ставни. Свежий воздух ворвался в дом. Принес запах дождя и каких-то цветов, видимо, водных – таким нежным, прохладным был их аромат.

Арабелла прислонилась к стене. Смотрела на город, а видела море. Волны набегали на песчаный берег, усыпанный ракушками. Крикливые чайки падали в воду и снова взлетали, хвастались добычей. Косяки рыб поднимались на поверхность. Их чешуя блестела на солнце, будто серебряные монеты, брошенные чьей-то щедрой рукой.

Море было свободным.

– Белла, можно войти?

– Вам все можно, – отозвалась она.

Понимала, что вела себя как маленькая девочка, обижалась без повода. Рада была бы повернуть время назад, ответить иначе или, как подобает рабыне, вовсе промолчать, но никому подобное не под силу. Слова уже произнесены. Она снова забылась, потому что рядом с Кристианом забывала о своем положении, чувствовала себя равной ему, свободной.

– Считаешь меня чудовищем? – спросил он из-за двери. – Ты права: я нарочно дразнил тебя. Ты некромант и не должна так легко поддаваться на провокации. Трезвый ум, холодный расчет, невозмутимость – не просто слова. Эти качества помогают сохранять спокойствие в любой ситуации. Поддашься эмоциям и потеряешь все, даже жизнь.

– Хотите сказать, что так вы меня учите?

Белла подошла к двери, но так и не открыла ее. Прижала ладонь к теплому дереву. Не слишком толстая преграда, но между ней и Кристианом была пропасть.

– Пока пытаюсь понять, какая ты. Я не наставник, у меня никогда прежде не было учеников. Мои методы могут показаться тебе резкими, грубыми, даже жестокими, но реальность, в которой мы живем, еще жестче.

– Мне ли не знать?

– Ты многое испытала: суд, каторгу. Но я смотрю на тебя и вижу гордую, смелую девушку, а не сломленную рабыню, огонь, а не пепел. Я не пытаюсь потушить его, но ты должна понимать: чем меньше окружающие знают о тебе, тем лучше. Ты аристократка. Тебя с детства должны были учить держать лицо в любой ситуации. Помни об этом, когда я в следующий раз скажу какую-нибудь глупость, чтобы вывести тебя из равновесия.

Он прав. Как ни горько это признавать, прав. Белла даже хотела извиниться, попытаться объяснить ему свое поведение, но поняла, что даже себе не может ответить на вопрос, отчего его слова так задели ее. В прошлом она нередко ставила на место зарвавшихся поклонников. Порой достаточно было нескольких слов или одного взгляда, чтобы человек осознал свою ошибку. Нет, Белла никогда не была робкой, и только в присутствии Кристиана терялась. Наваждение какое-то, колдовство, не иначе.