Текст книги "Код личности 5 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 22

– Ваше сиятельство, – ослепительно улыбнулся мне светлый князь Долгоруков Василий Андреевич, подойдя вплотную, – чудесно выглядите, с наступающим.

– С наступающим, ваша светлость, – ответила я князю взаимностью, принципиально не глядя на его спутника.

Но не тут то было…

– Позвольте представить вам моего внучатого племянника, лорда Элдсурта. Его отец из норманнов, в своё время моя Катенька укатила за северные моря по большой любви и некоторое время мы практически не общались, но стихии были милостивы и внук сам решил возобновить родственные связи. Более того, – князь аж лучился довольством, – уже подал прошение на российское гражданство и имеет активную жизненную позицию.

– Вот как, – улыбнулась дежурно, всё ещё не глядя на мужика, который с каждой секундой раздражал меня всё сильнее, потому что я чувствовала – не сводит с меня пристального взгляда. – Искренне за вас рада, Василий Андреевич. Семья – это главное.

– Истинно так! – многозначительно кивнул князь, после чего торопливо извинился, мол, надо срочно отойти…

И отошел. Оставив меня наедине с чужаком.

Покосилась на него с нескрываемой неприязнью, невольно отмечая, как безупречно сидит по фигуре черный смокинг, перехватила искренне заинтересованный взгляд и скривилась, услышав вопрос с отчетливо различимой иронией:

– Я вам неприятен, ваше сиятельство?

– Не испытываю ни малейшего желания пребывать в вашем обществе, – произнесла, даже и не думая скрывать правду. После чего внимательно осмотрелась в поисках подходящей компании, но отойти не успела, мне заступили дорогу. Вскинула брови, поражаясь наглости некоторых нерусей, и прохладно уточнила: – В чем дело, лорд Элдсурт?

– Потанцуйте со мной, Э-эва Александровна, – протянул скандинав, умудрившись произнести моё имя с непередаваемым протяжным акцентом и сделав ударение на «э», отчего я невольно вздрогнула и присмотрелась к мужчине внимательнее.

Да нет. Быть не может…

Не собираясь протягивать мужчине руку, хотя он предложил мне свою и замер, я придирчиво изучила его лицо, уделив особое внимание глазам, отдельно отметила наличие легкой усмешки в уголках губ, безупречную энергетическую броню на всё тело, платиновое колечко на мизинце, едва различимые отблески первородного пламени в глазах…

И прошипела:

– Ты!

– Я, – усмехнулся чуть шире.

– С-скотина!

– Не согласен.

– Я не буду с тобой танцевать! – рыкнула и отвернулась, планируя уйти, но успела сделать лишь шаг, уже в следующий оказавшись в его лапищах, которые перехватили меня за талию. – Пус-с-сти! Варвар чертов!

– Я тоже соскучился, колючка, – прошептали мне на ухо, вызывая по всему телу рой непрошенных мурашек. – Не поверишь, меньше всего я хотел тебя обидеть на том аукционе. Но это был мой меч, ты знаешь. Безделушка… Но теперь ты должна мне сто миллионов.

– Что должна, всё прощаю, – шикнула, всё ещё сердясь. – Какого черта, Саша⁈ Почему просто не написать в наш чат? Ненавижу тебя!

– Меня зовут Эйриксан, милая Э-эва. Можно Ксан. Как раньше, м?

– Ничего уже не будет, как раньше, – насупилась я, не собираясь прощать его так просто и быстро, и пихнула локтем назад. По ощущениям даже куда-то попала. Но если бы ещё это помогло! Непрошибаемый! Как всегда!

– Сударыня? У вас всё в порядке?

К нам безо всякого предупреждения подошла смутно знакомая троица молодых черноволосых мужчин, в которых я после некоторой стимуляции памяти признала княжичей Черкасских. Виктора, Василия и Виссариона.

Тьфу ты! Этих тут ещё не хватало!

– У нас всё прекрасно, – ледяным тоном ответил за меня лорд с чудовищной фамилией.

И не мог поприличнее выбрать⁈

– Я не у вас спросил, сударь, – высокомерно отчеканил старший Черкасский, после чего перевел внимательный взгляд на меня, присмотрелся…

И, судя по всему узнал. Запоздало, но узнал. Кашлянул и натянуто улыбнулся.

– Графиня Евтушенко, полагаю?

– У вас прекрасная память, ваша светлость, – усмехнулась я, снова пихая Сашу локтем и заставляя отпустить. – У нас всё чудесно, не стоит вашего беспокойства. Легкое межнациональное… недоразумение. Идите, куда шли.

– А вы… – на меня посмотрели с нескрываемым удивлением, – не особо вежливы.

– Да я вообще на всю голову отбитая, – произнесла с улыбкой. – Но иногда приходится изображать что-то приличное.

После чего повернулась к внимательно слушающему нас лорду «как-то там» и заявила:

– Ты меня потанцевать хотел? Пошли.

Приглушенно хмыкнув, Саша приобнял меня за талию и с видом победителя увел прочь. Довел до центра зала, галантно поклонился и повел меня в безупречном вальсе, какой умеют танцевать лишь профессиональные танцоры и гомункулы.

– Слушай, ты чего такая злая? – спросил мой бывший и, подозреваю, будущий муж ближе к середине танца. – Взяла, княжичам нахамила…

– Я тебя сейчас пну, – пригрозила. – Сам выбесил, потом ещё удивляется!

Саша закатил глаза и качнул головой.

– Ты неисправима. Ну, прости. Был занят. Серьезно. Приходилось экстренно налаживать отношения с дедом, чтобы успеть до Нового года, а он на радостях загрузил так, что едва продохнуть успевал.

– Зачем ты вообще ввязался во всё это? – нахмурилась. – И почему именно Долгоруков? Почему скандинавы? А если вскроется правда?

– Не вскроется, – снисходительно качнул головой Саша. – Эйриксан Элдсурт, внучатый племянник Долгорукого, действительно существует. Точнее существовал до недавнего времени. Правда, особых надежд не подавал и спился полгода назад, проживая в глуши, но я аккуратно подкорректировал реальность, завел ряд нужных знакомств, помог, кому надо… И вот я здесь. Почти гражданин Российской империи. На самом деле я рассматривал до сотни вариантов, но он был самым оптимальным и по внешности, и по происхождению, и по перспективам.

– Ужасная фамилия, – скривилась.

– Прости, какая была. Но если хочешь, я могу при смене гражданства взять другую. Дед, подозреваю, будет не против. Долгоруких в клане много. Одним больше, одним меньше… М? Хочешь стать леди Долгорукой?

– Фе, – скривилась. – Совершенно не звучит.

На меня посмотрели со значением.

Нет, я не дура. Поняла, что это было завуалированное предложение.

Но черт возьми… Я не хочу завуалированно! И вообще, что за варварские манеры? Пришел, обозначил, утащил⁈ Опять???

Ни хрена!

– Хорошо, – произнес спокойно. – Значит, будешь леди Элдсурт. Кстати, намного лучше отображает мою суть. В курсе, как переводится с древнего?

– Первородное пламя? – хмыкнула, когда разложила слово на составляющие. – Однако… Специально выбирал?

– В том числе, – кивнул, мимолетно улыбнувшись, после чего заглянул мне в глаза и не моргал секунд тридцать, пока не завершился вальс. – Выходи за меня замуж, Эва. По хорошему прошу. Люблю тебя, колючку такую. Что скажешь?

А я… Я ничего не сказала. Лишь загадочно прикрыла глаза ресницами и усмехнулась, заявляя:

– Шампанского хочу. Кса-а-ан…

И такой вдруг ностальгией повеяло…

– Да, милая? – меня приобняли за талию.

– Люблю тебя, паразита. Во всех смыслах люблю. – Я прижалась плечом к его груди и подняла голову наверх, моментально утопая в том пламени, которое вспыхнуло в бездонных карих глазах моего повелителя. – Как думаешь, на этот раз у нас всё будет хорошо?

– На этот раз у нас всё будет идеально, Эва. Обещаю.

* * *

– Смотри, какой хороший мальчик.

– Ещё один? – с подозрением прищурился его императорское величество, после чего придирчиво изучил крайне подозрительного громилу, уже второй час не отходящего от хрупкой графини Евтушенко, и с сомнением покосился на бабушку.

– Ой, всё! – цокнула она, загадочно усмехаясь себе под нос. – Тебе не угодишь. Вот возьму – и не приду в следующий раз!

– Ну, ба-а-а… – закатил глаза император. – Хватит. Хороший. Понял. Будем брать. Прошлый тоже был… хорошим.

Тут он поморщился и проворчал:

– Только слишком быстро закончился. Этот-то хоть подольше продержится? А то, знаешь ли, мне тоже не особо приятно порядочных людей пачками хоронить.

– О, этот живчик… – усмехнулась самая неоднозначная бабушка Российской империи. – Тот ещё… паразит неубиваемый.

– Паразит? – напрягся Василий, уже в каждом слове родственницы ожидая подвоха.

– Да не в этом смысле, – отмахнулась она. – Бери. Не ошибешься. И детки у них хорошие будут. Смотри, как прилип, а? Как банный лист! Дорвался…

– В смысле?

– Ай, не обращай внимания. Пойду я что ли, тут мне больше делать нечего. Соскучишься – заглядывай на чай.

– Ага…

Объект под кодовым названием «Бабуля» ушла, напоследок пройдя мимо только сегодня образовавшейся пары и сказав им что-то явно забавное, отчего и графиня Евтушенко, и лорд Элдсурт рассмеялись, но потом всё-таки подозрительно переглянулись и, вооружившись шампанским, запили явно непростое предсказание, на которые баба Варя была сильна и как всегда внезапна.

А его императорское величество Василий пятый, ещё какое-то время немного понаблюдав за перспективным дворянином, уже подавшим документы на российское гражданство, кивнул сам себе. Было в этом мужчине что-то… серьезное. Основательное. Такое, что так и манило довериться и переложить на действительно сильные плечи хотя бы парочку своих проблем.

Империя большая… Одному нести этот груз было иногда слишком тяжело. Да и Лёшка растет, ему тоже соратники нужны. Надо присматривать их заранее. Тем более это внук Долгорукого. Хорошая порода.

Качественная!

* * *

– Слышали? Это тот самый скандинав, который выкупил на закрытом аукционе ржавый меч за сто миллионов!

– Да ладно? Зачем?

– А кто их, северян, знает? Может, деньги девать некуда?

– Ой, что бы вы, мужчины, понимали? Вы посмотрите, как он вокруг этой Евтушенко вьется! Как кот на сметану облизывается! Наверняка же только ради того, чтобы её внимание привлечь! Он же именно её ставку последнюю перебил. Тьфу… мужики. Лучше бы украшений на эти деньги купил.

– Украшения любой дурак может.

– Ага. А не любой покупает меч. И куда его теперь? Силы небесные! Сто миллионов! Да на эти деньги целый год кутить можно!

– Ну, умеючи-то можно и за месяц спустить…

– Ага. За день. Как этот. Интересно, на чем он своё состояние сколотил? Говорят, богат до неприличия…

– А кто говорит?

– Да-а… Все говорят. А что?

– А ещё говорят, он родственник Долгорукого.

– Которого?

– Самого старшего. Глянь на него. Как сияет.

– Дела-а… Так он маг, получается?

– Говорят, что да. Но какой-то шибко хитровыдуманный. То ли артефактор, то ли кузнец… То ли вообще нойд.

– А это ещё что за хрен с горы?

– Сам ты хрен. Это у северян так шаманов зовут. Стихийных.

– Ого! Так он… ведьмак, получается?

– Нойд!

– Да не умничай. Ведьмак по нашенски. И что умеют они?

– Ой, говорят, что всякое. С духами общаться, со стихиями напрямую, как с живыми…

– Ну, это уже совсем сказки!

– Может и сказки…

А может и нет.

* * *

Невольно наблюдая за графиней Евтушенко, которую кружил в очередном новогоднем вальсе внук Долгорукого, князь Станислав Олегович Оболенский думал о своём.

О том, что год как-то не задался…

О том, что младший сын не оправдал ожиданий и даже самые именитые целители разводят руками, заявляя о странной побочке, казалось бы, не самых опасных препаратов. И вылечить не могут. Он уже уничтожил и тот клуб, и того посредника, который привез девок с наркотой, но проблемы это не решило. Видео так и гуляет по просторам сети, а на собраниях князья отводят глаза, не спеша подавать руку, и посмеиваются в спину.

С Бельковым опять же карта не разыгралась… От его сестры может и был бы толк, но с Долгорукими ему тягаться сейчас не резон. Да и что взять с девки? Ну её…

Снова невольно мазнув взглядом по её спутнику, раздраженно поморщился. Сам Оболенский не мог похвастать особым ростом и массивным телосложением, что его всегда подспудно угнетало, но он умело компенсировал это влиянием, деньгами и личной силой. Но сейчас… Сейчас годами надежная личная империя сыпалась, как карточный домик. Какие-то подозрительные проверки в ведомстве. Отказы в согласовании бюджета по совершенно надуманным поводам. Задержки. Проволочки.

Дочь опять же замуж досрочно выскочила, словно выпихивал кто… И общается лишь преимущественно с матерью. Ну как так, а?

Не сдержав досадливый вздох, князь перехватил у проходящего мимо официанта бокал шампанского и снова отпил. А может уже и на пенсию пора, а? Старший сын уже достаточно взрослый, чтобы разгребать всё это дерьмо сам. А он… Устал. Как-то резко он от всего этого устал. Неудачи опять же одна за другой…

Как сглазил кто!

Нет, он, конечно же, не верит во всю эту чушь!

Но определенно в его жизни настала подозрительно черная полоса… Пора от всего этого отдохнуть!

Эпилог

Саша меня обманул. Идеально не было.

Было по настоящему. Как в жизни. Мы ссорились и мирились, спорили и ругались, находили компромисс и узнавали друг друга заново.

Сильнее. Глубже. До самого донышка!

Он всё-таки получил гражданство Российской империи, но не стал менять фамилию, однако практически сразу устроился работать в ведомство своего вроде как деда и взлетел по служебной лестнице так стремительно, что в оперативниках пробыл лишь год, став начальником отдела, уже через три числился первым заместителем, а через пять – негласным главой всей тайной канцелярии. Долгоруков, загадочно щурясь, ещё делал вид, что начальник он, но все прекрасно знали, что это формальность и настоящий глава отдела – великий и ужасный лорд Эйриксан Элдсурт, который, казалось, знал всё и обо всех, причем ещё до того, как было совершено преступление. Подчиненные его боготворили, враги империи люто ненавидели, а император ставил в пример остальным князьям и княжичам, требуя равняться на лучших.

Мы поженились в конце лета в храме Карабаново после полугода красивых ухаживаний, когда Саша окончательно определился с тем, где мы будем жить, а Долгоруков на радостях выделил ему «в приданое» аж целый городок Покров с населением в двадцать тысяч человек, расположенный южнее Киржача и в итоге плавно влившийся в наши общие земли. До этого он принадлежал барону Осипову, но следствие, ведущее дело Касаткиных, выявило слишком много нарушений и полноценных преступлений, которые барон совершал с попустительства князя, и Осипов отправился на каторгу, а так как наследников у него не было, земли отошли губернии.

А потом нам.

В итоге Саша поставил для нас новый дом, как раз успев достроить его к концу лета, и привел меня туда на правах хозяйки.

Это совсем не значило, что я бросала семью, совсем нет. Но особняк Евтушенко – это всё-таки особняк Евтушенко, в этом плане мой повелитель был непреклонен.

Естественно, Ванечка пока переехал с нами, как и няня Юля, как и его учителя, как и Локи, как и Бельков, за которым стоило присматривать, потому что он мог запросто позабыть обо всём, включая сон и еду, увлекшись очередным экспериментом, но, допустим, тётя Роза и генерал Зубарев остались жить в Карабаново, там им было удобнее. Да и к чему дергать стариков? Главное, чтобы им было комфортно.

О том, что лорд Элдсурт – на самом деле Саша Бельков, мы рассказали только Назару Демидовичу, ведь он единственный кто по-настоящему тяжело переносил его мнимую гибель, уже давно считая его своим родным сыном. И единственный, кто мог понять суть произошедшего. Ох, как он ругался! Как ругался! А потом плакал и крепко обнимал Сашку и меня, прося прощения за всё и одновременно радуясь, что мы смогли окончательно легализоваться.

Думаю, тётя Роза, на самом деле умнейшая и проницательная женщина, тоже что-то подозревала, но предпочитала держать свои догадки при себе, да и виделись мы уже не так часто, как прежде. У каждого была своя семья.

Поженились Олег и Алеся, Карепанов Матвей и Таечка Лисицына.

Продолжал добиваться благосклонности няни Юли громкоголосый Карамазов и я видела, что он на верном пути. Познакомился с очень приятной женщиной и майор Тюменцев. Это была мама Анфисы Ромашкиной, Лилия Пална, которая в конце весны приехала на посвящение дочери в олимпийцы, а в итоге задержалась, да так и осталась в деревеньке Зубцово, которая всё расстраивалась и расстраивалась, потихоньку превращаясь в поселок Олимп. С отцом Анфисы Лидия Пална была в разводе уже не первый год, и он совершенно не интересовался дочерью, а майор покорил Ромашкину-старшую прежде всего тем, как по-настоящему заботливо относился ко всем курсантам, за эти два года став им не просто наставником, а настоящим отцом.

Свадьбу играли в нашем Карабановском храме.

Он в принципе стал очень популярным местом именно для свадеб, почему-то в народе пошла стойкая молва, что это особое святое место и если венчаешься именно там, что жизнь в браке будет легкой, долгой и счастливой.

Наверное… так и было. Если прикладывать к этому усилия. Правда?

Мы с Сашей прикладывали.

Я контролировала экономику и социальные проекты, развивая культуру и прогресс в регионе. Поставила, наконец, осетровую ферму, рыба и икра с которой частенько появлялись даже на императорском столе. Саша обеспечивал стабильность и безопасность, причем не только в губернии, а по всей империи в целом, раскинув свои прочные информационные сети даже за пределы страны и отслеживая мировые волнения ещё до того, как они добирались до нас.

А вместе мы потихоньку повышали демографию страны.

Да, я родила. Трижды.

Сначала сына Эрика. Затем дочерей Ирину и Анну.

Сашка ходил гордый, словно рожал сам, но я знала, как трясся каждую мою беременность и определенное время после, окружив всех нас такой мощной защитой от всего мыслимого и немыслимого, что приходилось по ночам аккуратно лечить его паранойю, целительской магией распутывая в его непростом сознании узелки страхов и беспокойства.

Ванечка рос невероятно умным и ответственным мальчиком, довольно быстро приняв в нашу семью нового «папу Ксана», а потом с упоением возился со сводным братом и сестренками, искренне радуясь, что наша семья, наконец, стала больше. Не забывал он и о своей самой первой и близкой подруге Еве, которая хоть и жила теперь в семье Олега и Алеси, но гостила у нас достаточно часто, чтобы ребятишки продолжали дружить. Болезнь отступила и у девочки выросли красивые русые волосы, но в дни, когда мы выбирались на природу, она неизменно носила ту самую розовую бандану, которую я подарила ей в первые дни.

Дети в принципе невероятно сильно полюбили вещи с забавными надписями и я старалась разнообразить их гардероб, приобретая им и футболочки, и толстовки, и кепки с самыми разными юмористическими фразами. Естественно, на их уровень развития и не с таким язвительным юмором, как у взрослых, но… было весело!

* * *

Ещё по первой весне нас навестила Мэй со своей подругой и её грозовой волчицей Лихуа. Девочки были очарованы Локи, ну а тот, как истинный мужик, сначала подумал, но потом всё же снизошел до общения и через два месяца у пары родились волчата. Аж четверо. Себе мы брать волчонка не стали, нам вполне хватало и одного хорошего мальчика, но чуть позже Мэй всё равно подробно отчиталась о том, что все они были пристроены в хорошие руки. Ну а когда узнала, что я снова выхожу замуж, но уже за её обожаемого генерала Ксан-цзы, то визжала в трубку так громко и протяжно, что пришлось лечить слух магическим импульсом и высылать приглашение на всю большую семью Лю.

Нет, она не сказала им, кто мы такие, но хинайцы в принципе никогда не были дураками и быстро просчитали всю выгоду от дружбы с внуком самого Долгорукого, так что подарков было много, как и самих хинайцев, а подписанных взаимовыгодных соглашений между семьями (и даже империями!) – не один том!

Свадьба в принципе получилась невероятно пышной и красочной, гостей было столько, что их едва вместил храм, причем с моей стороны это были и олимпийцы, и Мамедовы, и Бельков, и тётя Роза с Артемием. Олег, Алеся, Тая, Селивестр, Фельдштейны – все, с кем я плотно сотрудничала всё это время и считала своими союзниками, соратниками и даже друзьями.

Ну а Саша (кто бы сомневался!) выпендрился и со стороны жениха явился весь клан Долгоруких, а ещё пара дюжин широкоплечих друзей-скандинавов, которых он успел завести, пока числился при посольстве. Под конец невероятно красивой и торжественной церемонии, которую вел настоятель Никифор, на огонек заглянула и Варвара Тимофеевна, с загадочной улыбкой подарив нам чайный сбор. От токсикоза.

Забегая вперед, признаюсь, было не лишним.

* * *

Учебу я не забрасывала, как не забросила ни одно из своих увлечений, продолжая и рисовать, и создавать артефакты, и ходить в аномалии, и посещать аукционы, и посвящать самых достойных охотников в олимпийцы, и пополнять официальный музей с трофеями, и контролировать Олега и наш фонд помощи детям.

Ну а когда получила корочки реставратора, то гораздо активнее занялась и этим невероятно интересным делом, с полным правом принимая участие во всевозможных узкопрофильных конференциях, куда меня со временем начали приглашать на правах почетной гостьи, точно зная, что ни одно моё выступление или консультация не будут пустыми и бестолковыми.

* * *

В один из дней, загадочно посмеиваясь, Саша сообщил мне, что Долгорукий прикупил участочек в поселке Олимп, причем по соседству с бабой Варей, и строит себе дом с банькой. Именно дом. Не особняк, не хоромы, а самый обычный, хоть и очень добротный дом. Удивилась, конечно, сразу заподозрив главу тайной канцелярии в некоем умысле, потому что с некоторых пор в распоряжении Долгорукого была целая губерния, а он с какой-то стати полез на Олимп, но Саша загадочно улыбнулся и по большому секрету сообщил мне, что это его давняя мечта – домик в хорошем месте, где можно просто выйти на крылечко и хотя бы часик не думать ни о чем. Особенно о делах государственных.

Банька, речка, легкомысленный трёп с мужиками о рыбалке…

Оказывается, у сильных мира сего весьма приземленные мечты об отдыхе на заслуженной пенсии.

И я их, как ни странно, понимаю.

* * *

О том, что Альфа – лорд Оливер Баррет, Саша рассказал мне почти в самом начале. Не стал скрывать и то, что кончил лорд… плохо. И будет гореть в аду вечность, первородное пламя в этом плане довольно жестоко.

Жози взяли в числе первых неудачников, попавших под основную волну облавы, и приговорили к смертной казни. Оказывается, дамочка была не так уж и безобидна, за ней тянулся шлейф из дюжин смертей тех, кто был неугоден её правительству, в том числе из русских аристократов, ну а Саша всё это сумел доказать и вердикт был однозначен.

Производство гомункулов потихоньку заглохло, слишком много вдруг нашлось недочетов и технических дыр, да и общественники подняли бунт, вдруг назвав это бесчеловечным, так что в этом плане свои обещания повелитель тоже выполнил.

За что ему огромная человеческая благодарность от меня лично!

Ну а то, что мы с ним до сих пор технически оставались именно гомункулами и в наших мозгах таились крохотные микрочипы, не узнает никто и никогда. И он, и я уже достигли уровня мастерства архимагов, так что скрыть от окружающих этот крошечный нюанс проблем не составляло. А в остальном мы совершенно ничем не отличались от классических людей. Разве что… Стремлением сделать этот мир капельку лучше?

– И всё же, – не раз и не два задавалась я мысленным вопросом, в итоге озвучив его и Саше. – Кто такой Димитро и как он сумел создать код наших душ?

– Удивишься, но я общался на эту тему с Варварой Тимофеевной, – задумчиво усмехнулся муж, привлекая меня к себе и усаживая на колени, ведь мы уже уложили детей спать и можно было позволить себе немного вольностей. – Она сказала, что это кто-то из своих. Ну, из оракулов. И скорее всего он даже не осознает, что сделал. Просто пришло время. Этому миру нужен был герой…

Фыркнув, посмотрела на него с иронией.

– Я сейчас не про себя, – прищурился Саша и в его глазах промелькнули огненные всполохи. – Ты была первой, моя богиня. Помнишь? И если бы не ты… Зачем мне одному этот мир? Ты же знаешь, это всё исключительно ради тебя.

– Это признание, мой лорд?

– Да, моя богиня. Люблю тебя.

– И я. Очень люблю.

* * *

А где-то далеко-далеко, но вместе с тем совсем близко, удовлетворенно улыбнулась одна очень добрая и слегка сиреневая фея, вывела ажурным почерком «конец» и с чувством глубокого удовлетворения отправила приятно пухлую рукопись на полку.

Переглянулась со своим князем, хитро подмигнула ему и щелкнула пальцами, создавая перед собой чистый лист магически зачарованного пергамента, который жаждал стать новой историей…

КОНЕЦ