Текст книги "Код личности 3 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 12

На это ушло часа четыре, не меньше, причем последние два мне помогал вернувшийся из Москвы Саша, который помимо денег (почти три миллиона, блеск!) привез одну любопытную алхимическую жидкость как раз для обработки хитиновых тварей. Пользоваться ею следовало с большой осторожностью, потому что она очень качественно растворяла всю более или менее хлипкую органику, никак не влияя на хитин, и наш скорпион после обработки буквально сиял. Оставалось лишь зафиксировать хвост с клешнями в боевом положении, да прицепить обратно голову – и будет, как новенький!

Но это я сделаю уже завтра.

– Какие планы на день? – легкомысленно поинтересовался братишка, убирая в ведро последние кишки и капая туда «растворителем», а потом отставляя всё это бурлящее мессиво поближе к распахнутому настежь окну, потому что в процессе скоростного разложения воняло это просто зверски.

– После обеда у меня встреча с застройщиком, буду пытать, из какого самородного золота он собрался строить новые стойла и цех, – усмехнулась я. – С утра думаю поработать с бумагами, надо искать ремонтную бригаду для школы, учебный год уже начался, а крыша ещё не чиненая, да и в классах, если верить отчетам директора, не всё прилично. Скатаюсь, наверное, даже сама с проверкой. Хочу понять фронт работ, чтобы было о чем разговаривать с бригадиром. Ну а вечером порисую. Хочу запечатлеть на холсте ту жилу, пока в памяти свежи воспоминания. Это было слишком красиво. А что?

– Ничего. Хочу понимать, как организовать твою охрану. Я, если помнишь, вообще-то начальник безопасности твоей семьи.

– Да уж с вами забудешь, – рассмеялась, а на приподнятую бровь брата призналась: – Мне тут муж заявил, что не хочет стать вдовцом. Мол, слишком я рискую в аномалиях. У самого-то какие планы?

– Буду вывозить всё, что мы с тобой сегодня накрошили, – кивнул Саша. – Если за ночь всё не сожрут. Ну и неплохо было бы всё-таки добраться до тех охотников, которые кинули Евтушенко, и разобраться, что этому поспособствовало. Если время останется, поищу информацию по Черкасским. Не нравится мне эта троица. Как бы к нам не полезли.

– Я Коле уже рассказала про них, – сообщила брату. – Он тоже думает, что надо подстраховаться и завтра с утра издаст указ на наш КПП, чтобы их внутрь не пускали. Это наши земли, имеем право. А будут возмущаться, путь пишут жалобу на имя императора. Я уже глянула свежее законодательство, в исключительных случаях хозяин земель имеет полное право не пускать посторонних, но только если издан специальный указ. Думаю, граф Головин воспользовался именно этой лазейкой.

– Наверняка. Ладно, давай уже спать, время позднее. Не забудь выпить капли.

– Не забуду. Спокойной ночи.

Вторник начался привычно рано, и пускай мне ещё хотелось понежиться на свежих простынях и мягкой подушке, дел на этот день было запланировано слишком много, чтобы терять время зря.

Не стала я пренебрегать и разминкой-зарядкой, чувствуя, что энергия воздуха наполняет моё тело особой легкостью, а бегать приятно как никогда прежде. И это было прекрасно!

Не рискуя светить своими способностями там, где за мной могут наблюдать посторонние (те же гвардейцы из числа охранников усадьбы), я обошлась на разминке без магии, но и так получила превосходный заряд бодрости и позитива.

За завтраком няня Ванечки попросила позаботиться о новой сезонной одежде и обуви для мальчика – на носу уже маячила осень, а из старой одежды Ванюша уже вырос. В итоге я отправила их вместе с баронессой по магазинам в Москву (естественно, под присмотром пяти бойцов), ну а сама, сопровождаемая супругом, который тоже изъявил желание пройтись по Карабаново, поехала в единственную школу города.

В общей сложности в ней обучалось менее ста детей, не в каждом классе набиралось даже пятнадцать человек, но мы, сопровождаемые тревожными шепотками и старушкой-завучем по имени Аделина Адамовна, зашли во все до единого кабинеты и я отметила, что здание действительно нуждается в ремонте, а мебельный фонд школы – в замене. Всё было не то чтобы совсем печально… Но не ахти.

А вот кабинет директора меня неприятно поразил… Большой, роскошно обставленный явно дорогой мебелью. Сам директор – пухлый мужичок в возрасте по имени Семен Матвеевич, при виде нас как-то резко занервничал, вспотел, не смог ответить на элементарные вопросы, а на требование предоставить финансовую документацию и вовсе промямлил что-то невразумительное. Мол, бухгалтер в отпуске, документы в сейфе, сейф дома…

– Понятно, – зловеще произнёс мой суровый супруг, глядя на толстяка с нескрываемым отвращением. После чего набрал номер дежурного смены в особняке (Саша умчался в аномалию) и потребовал: – Константин, пришли людей в школу. Да, в нашу. Надо призвать проворовавшихся граждан к порядку.

– Не губи! – И откуда только проворство взялось, Семен Матвеевич выскочил из-за своего стола и бухнулся графу в ноги. – Всё расскажу! Всё отдам! Я ж не сам! Ей-ей, не сам! Меня заставили!

А вот это интересно…

– Встать! – рявкнула и мужик аж отскочил в противоположный угол от меня, а я, выразительно поигрывая пальчиками и мелькающими между ними молниями, ла-а-асково уточнила: – Кто тебя заставил, мил человек? Имена, пароли, явки.

И снова рявкнула:

– Живо!

Под дядькой, который аж скукожился, впечатавшись в стену и став в два раза меньше, растеклась вонючая желтая лужа…

Хм, чего он?

– Милая, ты бы ментал пригасила, – едва слышно произнёс граф, стоя чуть позади. – Аж меня пробрало.

Упс!

– Ментал? – пробормотала растеряно. – Какой ментал?

– Действительно, – слишком уж понимающе хмыкнул муж. – Почудилось наверное. Прогуляйся, проветрись. В столовую там, на спортивную площадку… А я пока побеседую с Семеном Матвеевичем. По-мужски. Да, господин Суриков?

Директор часто-часто закивал, глядя при этом на меня с откровенным ужасом, ну а я, с досадой сморщив нос, послушно пошла гулять. По школе и вообще.

Нда… Как нехорошо получилось. А ведь ничего такого не планировалось! Неужели вчерашний ритуал что-то во мне изменил помимо распаковки и установки магии воздуха?

Задумчиво прогуливаясь по коридорам с дырявым линолеумом и внимательно изучая потолок в жутких подтеках, которые оставил не только вчерашний дождь, я всё пыталась понять, почему люди такие сволочи. И не понимала.

На что он надеялся? В смысле, директор. Да у него на лощеной жирной морде написано, что жрет в три горла и явно не гречку с сосисками! А в школе три окна без стекол просто фанерой заколочены, в туалеты войти невозможно – разруха и вонища, в спортзале один-единственный мяч, причем явно свидетель зарождения цивилизации… В столовой воняет прогорклым маслом и скисшей капустой. На площадке у школы два турника и оба ржавые! Бетонные секции забора поставлены явно в позапрошлом веке и половины давно нет. Двери в саму школу – не двери, а позорище!

Зато на заплывшем жиром запястье часы стоимостью в годовую зарплату учителя.

Интересно, на какие деньги куплены? На обедах сэкономил?

Муж вышел ко мне лишь минут через сорок, причем за ним шли наши бойцы, ведя трясущегося директора за руки, а следом высыпали чуть ли не все учителя и ученики этой школы. И я сразу заметила, что многие были встревожены, но те, кто явно был в курсе директорских махинаций, злорадно улыбались.

Ага…

– Кстати, а тюрьмы-то у нас своей нет, да? – задумчиво, но не очень тихо произнесла я, глядя на этого жалкого человечишку.

– Нет, – согласился муж, глянув на меня с легкой задумчивостью. – Есть отделение полиции с одной-единственной камерой, но там держат дебоширов или тех, кому надо протрезветь. Серьезных преступлений в городе давно не было, а если случались, я разбирался на месте или отправлял преступников во Владимир, и уже там ими занимались профессиональные следователи.

– Ну, до Владимира далеко… Пожалуй, разберемся своими силами, – усмехнулась тонко. – Сколько он наворовал?

– Немало, – помрачнел граф. – Только навскидку по предварительным данным не меньше пяти миллионов и только за последний год.

Ага…

– Что ж, пять миллионов – это серьезная сумма. Тянет на смертную казнь. Как думаешь?

Евтушенко нахмурился, глядя на меня с отчетливым подозрением, ну а я, улыбнувшись широко и беспечно, бросила взгляд в замершую толпу, которая притихла, ожидая, что же я скажу дальше.

– Думаю… да, – в итоге кивнул муж, но сразу добавляя: – После допроса с выяснением всех нюансов и ареста имущества. Он воровал не у меня, он воровал у людей. У всего города. Это недопустимо.

И властно распорядился, обращаясь к стоящим рядом с нами бойцам:

– Этого увести на территорию усадьбы в караулку и допросить. Кабинет опечатать. Выехать по месту его жительства и изъять все найденные ценности и документацию…

– У него любовница на Ореховой живет, он там ей втайне от жены гарнитуры золотые дарит! – выкрикнул кто-то из толпы, но когда я всмотрелась в заволновавшееся скопление детей и учителей, то так и не поняла, кто это выкрикнул.

– И туда проедем, – пообещал людям граф, кивнув Константину. – Выяснить адрес, в случае сопротивления задержать женщину до выяснения всех обстоятельств.

– Будет исполнено, ваше сиятельство!

В общем, утро у нас определенно удалось!

При этом до обеда время ещё оставалось и я попросила мужа провести мне экскурсию и по остальным общественным местам нашего небольшого городка. Так мы проехали в магазин и я прошлась по нему, стараясь сильно не кривиться. Нет, тараканы тут по прилавкам не бегали, но ассортимент был скудным, как в захудалой деревушке.

В обветшалом фельдшерском пункте трудился пожилой фельдшер и старенькая бабушка-санитарка. Из оборудования: смотровая кушетка, фонендоскоп и стопочка бланков, чтобы отправить больного хотя бы в Александрово.

В полицейском участке тоже дела обстояли не очень. Всего там трудилось меньше дюжины человек, включая сторожа, а в дежурке мы и вовсе нашли одного-единственного сержанта, который так и не смог нам толком объяснить, где остальные. А ведь на смене должно быть минимум трое сотрудников!

В общем… Разбираться нам в этом бардаке и разбираться.

В итоге на участке осталось ещё пятеро наших бойцов – трое дежурить, двое искать хоть какие-то документы, а мы отправились на коровью ферму, которая в прошлом году пострадала от набега арахнов.

Там… меня удивила чистота и организованность. Директор фермы, относительно молодой, немного нескладный, сутулый, в очках с толстыми стеклами, но явно амбициозный и неглупый Огурцов Родион Олегович, лично провел нас по территории, не став скрывать главные проблемы: здания нуждаются в ремонте, поголовье удалось восстановить лишь на треть, а люди банально боятся устраиваться на ферму на работу, опасаясь повторения прошлогоднего нашествия. При этом оборудование есть, почти новое, но простаивает из-за малых мощностей.

И тут я обрадовала его, что мы планируем строительство новой фермы, причем совсем в другом месте, максимально отдаленном от аномалии. А рядом с фермой мясоперерабатывающий цех!

– Ну слава всем стихиям! А можно взглянуть на проект?

Подумав, согласилась, сразу предупредив, что планирую встречу с застройщиком уже после обеда, после чего просто пригласила Огурцова к нам на обед, и сначала мужчина вроде бы застеснялся, но потом всё равно согласился.

А после обеда мы встретились с Иволгиным Павлом Иннокентьевичем и если Огурцов в пух и прах разнес сам проект, не соответствующий нормам безопасности и просто здравому смыслу, то я сделала упор на безумные цены, и в итоге Иволгин психанул:

– Ну и стройте сами, раз такие умные! Что бы вы вообще понимали в строительстве, ботаник и тупая малолетка!

В кабинете повисла тишина. Я с загадочной полуулыбкой глядела на Иволгина, прикидывая, с ноги ему в челюсть зарядить или все-таки кулаком, и тут слово взял граф, который тоже присутствовал на обсуждении проекта:

– Павел Иннокентьевич, – его голос был сух и отдавал металлом, – вы только что оскорбили мою супругу. Вы уверены, что не желаете извиниться?

– Су… супругу? – побледнел Иволгин и его взгляд заметался между мной и Огурцовым. А потом он выдал перл: – А кто из… эм-м…

К счастью, договаривать он не стал. Сообразил сам.

Тут же забормотал слова извинения, сгреб со стола все бумаги и начал обещать, что учтет все наши замечания и обязательно пересмотрит проект от и до, но я уже составила о нём нужное мне впечатление и оно меня не устраивало.

– Пошел вон, – взмахнула рукой, не скрывая своего отвращения. – Нашему роду не нужны настолько посредственные специалисты.

А когда Иволгин ушел, деловито заявила:

– В общем, так. Я подумала и поняла: нам нужна своя строительная бригада. Технику и оборудование мы купим, работников наберем из своих, в будущем стройки будет много, так что нанимать кого-то со стороны – это лишать работы своих людей. Главное, что нам сейчас нужно: это инженер, прораб и сметчик. Их мы, я думаю, найдем на этот проект в Москве, а дальше видно будет. Разнорабочие, каменщики, монтажники и электрики, уверена, найдутся в Карабаново. Пообещать достойную зарплату – бригаду наберем только так. – И конечно же, спросила мнение мужа: – Дорогой, что думаешь?

– Думаю, с таким генеральным директором развития Карабаново у проекта нет ни шанса провал, – улыбнулся мне Николай. – Действуй. От меня что-нибудь нужно?

– Да, – кивнула. – Ты ведь многих в городе знаешь? Даже простых людей, верно?

Евтушенко размеренно кивнул.

– Поучаствуй в собеседованиях на нужные нам должности. Я сейчас прикину штатку, Родион Олегович нарисует проект, чтобы было чем озадачить инженера и сметчика, и завтра же подадим заявку на специалистов по ближайшим городам. В принципе не обязательно рассматривать только Москву, у соседей тоже могут найтись нужные нам люди. А у нас в городе как происходит набор сотрудников на вакантные должности?

Граф задумался, словно не знал, а вот смущенный Огурцов махнул рукой и когда я ему кивнула, предлагая высказаться, произнес:

– Рядом с магазином есть доска объявлений. Там можно найти по объявлению плотника или сантехника. Ну, такие… Рабочие профессии. Или свое повесить. Но вы же знаете, у нас из всех предприятий только ферма, магазин, пивнушка да школа. Есть несколько семейных мастерских, но это так… В глобальном смысле ерунда. Сами на себя работают. А так люди в Александрово ездят работать, ну или огороды держат.

В Александрово, значит…

Я выразительно покосилась на мужа и он поморщился. Понял, что его промах. Ну да ничего, мы всё исправим!

– А ещё в интернете есть сайт «Вести Карабаново», его моя знакомая ведет, – Огурцов смутился сильнее, но договорил: – Таечка Лисицына. Там тоже есть вкладка с объявлениями. В основном куплю-продам, но и по работе иногда найти можно.

Лисицына, значит… И свой сайт! Неплохо!

Тут же найдя в интернете этот скромный сайтик, отметила, что его наполняемость на удивление приятна: новости выходят через день и никакой намеренной чернухи. Где-то в сквере родители своими силами горку для детей поставили, чья-то Буренка сразу двойню родила, кто-то раздавал рыженьких котят… В общем, вполне себе милый местечковый сайт.

Объявления «ищу работу» тоже были. Как и говорил Огурцов, в основном это были «муж на час». Сантехники, плотники, электрики. Самое то, что нужно на стройке! Были и «жена на час», причем в самом приличном смысле слова: кухарки, уборщицы, прачки и даже репетиторы. Думаю, там мы с легкостью найдем персонал для школы! Предложить людям нормальные зарплаты и условия – и пойдут только так! А если не пойдут… Что ж, значит, не нужна им работа. Уговаривать никого не будем.

– А что за пивнушка? – спросила, когда изучила сайт вдоль и поперек, попутно найдя контакты Лисицыной, с которой надо было обязательно встретиться.

– Ну-у… Есть у нас одно заведение. – Огурцов поморщился. – Не кафе, но… Пивнушка, в общем.

Почему-то виновато посмотрел на внимательно слушающего его графа и развел руками:

– Надо же людям где-то отдыхать. Его Ибрагим держит. Склочный дядька, вороватый. По слухам руки даже распускает. Работницы у него не держатся, но где-то работать надо.

– Ибрагим, значит… – Лицо графа моментально ожесточилось, когда он услышал про «руки распускает». – Адрес?

– На перекрестке это. Лесной и Луговой.

– Понятно.

В итоге я дала задание Огурцову в четверг приехать ко мне с проектом. Николай, взяв шестерых бойцов, отправился с инспекцией в «пивнушку», которая по идее должна была отчислять ему налог за то, что работает в его городе, но он об этом ни сном, ни духом. А я, пополнив свои знания из сети на тему того, какие именно рабочие профессии нужны на стройке, накидала примерный перечень нужных нам людей. И для строительства фермы, а затем и мясоперерабатывающего цеха, и для ремонта школы… Закончим с фермой, примемся за магазин и фельдшерский пункт, затем ясли-сад…

В общем, без работы строители не останутся.

Где б ещё денег столько взять?

В идеале нам нужно минимум миллионов пятьдесят. Ежемесячно! На одной аномалии, посещая её лишь вдвоём, столько не заработать. Думай Ева, думай! Ну, раскулачим мы проворовавшегося директора школы. Это максимум миллионов пять. Ну, десять. Особо погоды не сделает. Что есть на этих землях, на чем можно заработать?

Хм-м…

Ну, допустим, серебряный рудник и шахта с кристаллами. Но они располагаются на территории аномалии. Люди не пойдут туда работать. А своими силами мы вынесем от силы на миллион. В месяц. Крохи.

Нужны заводы. Производства. Вот только нам их с нуля придется ставить. И ждать реальную прибыль только лет через пять. Долго!

И чего я от Данькиных миллионов отказалась? Дура!

Глава 13

Сморщив нос, я продолжала перебирать в памяти возможные варианты для быстрого обогащения. Что ж… Пожалуй, снова придется заниматься грабежами.

Только на этот раз кошмарить не гопников, а людишек покрупнее. Тех, на кого у Карепанова был компромат! Помнится, семейство Селивановых почило всем составом. Можно наведаться в их дом и поискать тайнички с добром. Вдруг какие остались? Кто там сейчас вообще живет? Чем дело кончилось? А ещё можно сходить в гости к барону Голубеву. Посадили уже его сынка или нет? До борделя прогуляться… Взорвать всё к чертям собачьим!

А ещё можно вывезти все ценности из тайной квартиры Карепанова-старшего и продать её! В центре Москвы, в старинном здании… Это будет оч-чень выгодная сделка! Надо только найти людей, которые помогут её оформить. Куплена-то она на несуществующего человека.

Четыре оставшиеся квартиры тоже заманчивы… Но нет, их трогать не будем. И вообще, надо подкинуть Матвейке документики на имущество и прочие арендованные площади. Пусть сам разбирается с наследством, мы и так на их семействе неплохо поживились. Даже капельку неприлично.

В общем… Мы ещё не банкроты, это радует. Но руку с пульса убирать рано. Надо действовать!

К ужину вернулся суровый донельзя Николай и рассказал, что Ибрагим – не просто барыга, а ещё и преступник – в его пивнушке бойцы нашли кучу канистр с паленым алкоголем и легкие (но все равно незаконные к распространению) наркотики, так что торгаш тоже арестован и ждет своей участи в кладовке гарнизона, имущество будет изъято полностью в бюджет города и графства, а на месте пивнушки надо ставить нормальное кафе. С нормальным управляющим и меню. Кстати, раньше там было именно кафе, но в последние десятилетия оно не пользовалось у горожан популярностью и потихоньку превратилось в захудалую пивнушку и рассадник наркотической заразы.

Кстати, о кафе!

Заверив мужа, что есть у меня на примете семейство, которое может взять на себя эту задачу, я сразу же после ужина позвонила маме Нонне, описала проблему и она пообещала прибыть завтра на место со старшим племянником и его супругой, которые давно подумывали об открытии новой точки общепита, и глянуть перспективна ли моя идея или даже браться не стоит.

Саша тоже приехал не без приятных новостей: четыре раза он заходил в аномалию с тачкой, вывозя в среднем по сорок жал (сердца удавалось собирать далеко не все), так что, конечно, задолбался, но девять с половиной миллионов для нас добыл. Умничка!

Успел он узнать и о судьбе охотников, которые бросили на произвол судьбы моего мужа. Оказывается, дело там очень и очень мутное. Из семерых двоих уже нет в живых, просто не вернулись из аномалии класса А. Один спился и родственники поместили его в дурку, когда ему в каждом прохожем начали чудиться монстры. Двое уехали чуть ли не на Сахалин. Ещё один сидит в тюрьме за убийство в состоянии аффекта и лишь один живет в Александрово и вроде как продолжает работать по специальности, но ходит только в Мошнинскую аномалию, где обитают относительно безобидные крысени и ящнуры. Без команды. Один.

– Ого, – озадачилась. – Вот это их помотало. Почему мне кажется, что не просто так?

– Мне тоже кажется, что дело нечисто, – кивнул Саша. – Хочу завтра проехать к нему, поговорить. Даже если ничего не получится, надо прояснить ситуацию. Не нравится она мне.

– Как его зовут? – напряженно уточнил Николай, всё это время просидевший в угрюмой задумчивости.

– Щеглов Федот.

– Щеглов… – граф тускло улыбнулся. – Хороший парень. Веселый, порядочный. Молодой совсем, и двадцати пяти нет. Не понимаю… Просто не понимаю! Убийства, алкоголь… Не могли они, Ева! Это же охотники! Да у них психика крепче титана!

– Судя по всему, что-то на неё повлияло, – качнула головой, пока не торопясь делать определенные выводы. – Не волнуйся. Завтра мы с ним встретимся и всё выясним. А сейчас прошу простить, но меня манит вдохновение!

И тут же наставила на мужа палец.

– В десять приду делать массаж. В четверг поедем к врачу, я запишу тебя сама. Всё, не скучайте.

Оставив мужчин обсуждать свои мужские дела, я заранее поставила внутри себя таймер на без пяти десять, после чего вошла в свою мастерскую, чувствуя, как начинаю улыбаться уже заранее, а потом…

Вспышка, буря, безумие!

И пронзительный звонок таймера!

Пришлось даже мотнуть головой и проморгаться, чтобы действительно понять, что прошло больше двух часов. Вот это я понимаю: реальность с полным погружением! А сделала-то…

Пф, да ничего толком не сделала!

Цыкнув с нескрываемой досадой, тем не менее отложила кисточку, отошла на пару шагов и изучила крупный холст, на котором решила писать маслом. Замахнулась я, конечно… Смело!

При этом до конца работы очень и очень далеко, тут и одного дня не хватит, чтобы передать все те полутона и энергетическое сияние кристаллов, какими их видит моя маленькая внутренняя художница. Да, от реальности далековато, многие краски видно лишь в магическом спектре, но тем проще будет объяснить это персональным видением прекрасного.

И никто никогда не догадается, что я взяла фантазию не из головы!

Разве что только Саша будет знать правду. Ну и я.

Ладно, продолжу в четверг. А ведь у нас ещё прием на носу…

– Ждешь меня? – спросила, с улыбкой заходя в спальню к мужу, который снова лежал в кровати в очках, но на этот раз с книгой. – Что читаешь?

Мне предъявили обложку, а потом и прочли вслух:

– «Рычаг богатства. Технологическая креативность и экономический прогресс» за авторством Ивана Макарова.

– Это о чем? – удивилась.

– Как ни странно, о технологическом прогрессе, как об основном источнике экономического роста, – приглушенно рассмеялся Николай и слегка развел руками. – Понимаю через слово, всё-таки это не мой профиль, но написано интересно. Я просто подумал, что пора мне уже начинать действительно тебе помогать, а не только… – он поморщился, – числиться мужем.

– О, опять ты себя накручиваешь, – поцокала и, отобрала книгу, впрочем, не забыв положить между страницами закладку. – Прекращай. Каждый занимается тем, чем умеет и что у него лучше всего получается. Между прочим, ты сегодня тоже отлично поработал. И с Суриковым по-мужски разобрался, и с Ибрагимом. Что, кстати, в итоге с директором и его любовницей? Есть хотя бы промежуточные итоги?

– Там не просто промежуточные, там… – граф скривился, – квартира в Александрово, записанная на сына; машина, записанная на любовницу; машина, записанная на жену; про украшения и шубы просто молчу. Кстати, в квартире любовницы нашли любопытный антиквариат… Девицу пока задержали до выяснения, кто она вообще такая и что ещё у неё есть, в том числе на счетах, жена успела сбежать на машине к сыну в Александрово, но я уже пригласил группу следователей из Владимира, будут разбираться. Своими силами мы этот клубок долго будем распутывать.

– Из Владимира? – засомневалась в разумности подобного решения. – Уверен, что они не сольют информацию Касаткину и не будут действовать в его интересах?

– А какие у меня варианты, Ева? – Николай смотрел на меня так внимательно, словно действительно ждал, что я враз решу и эту проблему, достаточно щелкнуть пальцами.

Впрочем… Почему бы и нет?

– Завтра мы не пойдем на охоту, и после «Олимпа» сами займемся этими вредителями, – произнесла твердо. – Саша – начальник службы безопасности рода, у него очень широкие полномочия. А Суриков обворовывал прежде всего род. Нецелевое использование господских средств в особо крупных масштабах свыше пяти миллионов, статья двести восемьдесят пятая уголовного кодекса. Допрос проведем в присутствии понятых, твоих бойцов. Женушку… – ухмыльнулась жестко, – привезем, не проблема. А как подпишут признательные показания и вернут всё украденое, сдадим следователям. Пусть тоже поработают. Заодно посмотрим, как справятся. А сейчас раздевайся, дорогой. Время получать удовольствие!

Глянули на меня… Неоднозначно.

Хмыкнули даже. С легким недоверием.

Но потом всё равно доверились моим нежным ручкам, постонали от удовольствия и заверили, что я лучшая в мире жена.

Ну так!

– Спокойной ночи, дорогой. Отдыхай.

Ну а у меня вечер только начинался!

Первым делом я отправила Саше сообщение-вопрос о том, где он сейчас находится, на что братишка сообщил, что отдыхает от трудов праведных у себя в комнате, попутно изучая умную книгу Варвары Тимофеевны.

Ага!

Спустившись к братцу на второй этаж, порадовала его прямо с порога:

– Поехали кататься!

– Интригующе, – ухмыльнулся Саша. – Куда на этот раз и почему на ночь глядя?

Пришлось рассказывать ему всё. Вот просто вообще всё. И про генеральный план развития города, а вместе с ним и рода, и про наши на самом деле не самые бурные финансовые реки, и про антиквариат-квартиры, и про необходимость создания собственной строительной фирмы… Закончила я всё это директором и хозяином пивнушки, которые внаглую обворовывали Евтушенко, но своих следователей у него нет, а значит надо успевать самим, пока не приехали ставленники князя и всё нам не испортили.

– Понял, – кивнул Саша. – А скататься-то куда надо?

– В Александрово, – улыбнулась, когда поняла, что не сказала главное. – Туда сбежала жена директора школы на машине, которую он ей купил, в квартиру сына, которую он ему купил. В общем, в идеале нам ещё надо своего ушлого юриста завести, который бы всё это имущество конвертировал обратно в деньги. Где бы его только найти…

– Пф, – многозначительно ухмыльнулся братишка. – Один звонок Фельдштейну – и он даст нам контакты самого ушлого юриста Москвы. Но и брать он будет дорого.

– А знаешь, это идея, – кивнула, хорошенько обдумав его предложение. – Только надо будет его на оклад посадить, а не на процент от сделки. Ну так что с поездкой? Ты со мной?

– Конечно, Ева. Я с тобой.

И мы, переодевшись во всё темное и неприметное, а ещё заранее узнав у Константина всё, что стало известно по родственникам Сурикова, отправились в соседний город, который располагался буквально в пяти километрах от нашего.

При этом узнали мы и то, что воровал директор на свой страх и риск, никто его к этому не принуждал. Ну, разве что жена и юная, жадная до денег любовница. На посту он был последние пятнадцать лет и раньше особо не наглел, в пределах разумного, но в последние два года как с цепи сорвался и тащил всё, что не приколочено.

Более того, серьезно задерживал зарплату работникам школы, выплачивая её то раз в два, то раз в три месяца и кормя сотрудников обещаниями и печальным состоянием графа, а сам скупал антиквариат, драгоценности и прочее, что можно было купить быстро и за деньги.

– И носит же земля таких тварей, – пробормотала уже сидя в машине, которую Саша вел с невозмутимым лицом. – Нет, я понимаю, воровать у тех, кто и так в чужих деньгах купается… Но у работяг⁈ Моя б воля – я бы таких без суда и следствия давила!

– Ты чего разошлась?

– Да бесит просто! – Я насупилась. – Тут стараешься, жилы рвешь ради людей, а они такими скотами оказываются. И ладно бы просто директор… Ну там, магазина! Но нет, это директор школы! Храма знаний! Гнида!

– Ну всё-всё, успокойся. – Саша положил ладонь на мою коленку и легонько сжал. – Разберемся, накажем. Вернем деньги людям. Ты, кстати, к субботе хоть чуть-чуть готовишься? Помнишь ещё, что у вас прием на полсотни гостей?

– Забудешь тут… – буркнула морщась и вздохнула. – Завтра утром напомни мне обсудить с Колей необходимость найма службы кейтеринга. Евдокия одна точно не справится, даже с помощницами. Сегодня хотела, да из головы вылетело.

– Напомню, – кивнул Саша. – О, а вот и нужный нам дом…

Суриков Илья Семенович, безработный неженатый оболтус двадцати семи лет, проживал в многоквартирном кирпичном доме по улице Стадионной. Трехкомнатную квартиру отец купил ему около года назад. У нужного подъезда стояла новенькая машинка свежего года – на ней приехала жена Сурикова, успев сбежать из Карабаново до того, как в квартиру вежливо постучались гвардейцы рода.

Что ж, нам не сложно, мы и сюда сейчас постучим.

Шел двенадцатый час ночи, когда мы, без особых усилий и в считанные секунды взломав электронный замок на подъезде, поднялись на четвертый этаж и там, превратив обманчиво крепкие замки в металлические лужицы, вошли в квартиру Сурикова.

Да, в глобальном смысле слова это было незаконно. Но мы никому не скажем. И Суриковы не скажут…

Вороватая семейка не спала: сынок директора надирался пивом перед компьютером, спрятавшись от внешнего мира за наушниками и расстреливая врагов из танка, а мадам Сурикова надиралась коньяком, вперив пустой взгляд в телевизор и идущий по нему бесконечный сериал о доярке из Задрюпинска, которая приехала в Москву поступать в магическую академию и там за её благосклонность боролись три графа и два княжича.

Тот ещё бред!

Первым делом Саша метнулся к женщине, пережав ей сонную артерию, затем то же самое приключилось с Ильей, после чего мы хорошенько обыскали квартиру, из ценностей найдя в ней лишь документы и пять пачек пельменей в морозилке, да в чемодане директорской жены я нашла соболью шубу и три роскошных колье.