Текст книги "Код личности 3 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

В общем, милые зверушки.

Добыть их оказалось непросто, пускай они и подплывали к берегу, но выходить из воды не спешили. Приходилось объединять усилия и арканить воздушными петлями.

Заодно магическую тренировку себе устроили!

Зато пока я сидела в десяти метрах от берега и, укрывшись под куполом, поглощала стихию воды, на какое-то время сама став водой, к нам на огонек заглянуло ещё три десятка тварей и Саша только и успевал, что уничтожать их на подходе – словно завороженные они перли на сияние купола, едва ли замечая его самого.

Кстати, тританидлов скупщики принимали целыми тушками и мы, заранее догадавшись взять тачку, по итогам всего одной вылазки заработали больше трех миллионов. Приятно!

Заодно оставили одну тварь себе – для коллекции. В прошлый понедельник её пополнил лишь один самый крупный серебристый арахн, который вырос в шахте в два раза больше прочих своих собратьев, и в этот коллекция снова увеличилась.

– Из базовых стихий остался огонь, – задумчиво произнёс братишка, когда мы уже ехали от Фельдштейна домой, довольные донельзя. – Ближайшая аномалия с тварями этой стихии – неподалеку от Саратова, это семьсот километров в одну сторону. Поедем?

– Саш, ну что за глупый вопрос? – цокнула. – Конечно, поедем. Меня, если честно, больше волнует стихия света. В книге сказано, что это стихия высшего порядка и нет животных, которые к ней относятся.

– Но есть растения, – возразил Саша.

– Есть, – согласилась. – Тот же мандрагорец или жар-цвет. Редчайшие, однако, если постараться, найти можно. Но есть их сырыми? Смертельно опасно! Чистейший яд. Я в замешательстве, если честно. Как быть?

– Можно схитрить, – загадочно улыбнулся братишка и на миг скосил на меня глаза, через секунду снова сосредоточившись на дороге. – Я раздобуду код чистейшего целительского света, а тот же жар-цвет можно будет положить на откуп стихии. М?

– Черт, точно! – Я аж руками всплеснула и рассмеялась. – Совсем забыла, что мы с тобой читеры!

И тут же слегка нахмурилась.

– Только нужно действовать очень аккуратно. К какому целителю ты хочешь обратиться? Нельзя, чтобы тебя в чем-то заподозрили.

– Я буду предельно аккуратен, – заверил меня Саша. – Кстати, нашел тут один популярный у аристократов аукционный дом, где можно начать потихоньку сбывать наш антиквариат. Начать с тумбочек и столиков. А на реставрацию искать вещички вот в этих местах. – Он перекинул мне на коммуникатор с дюжину адресов старьевщиков и сувенирных лавочек. – Я не говорю, что надо заниматься этим прямо сейчас, но просто имей в виду. Тебе нужно начать создавать репутацию искусствоведа и реставратора. Аномалии – это хорошо, но лишь до поры. Выбирайтесь с Евтушенко по субботам в картинные галереи, музеи и выставки, примелькайся людям. Заведи нужные знакомства с теми, с кем общается Левашов, пора уже взяться за него всерьез. Бальный сезон начнется только в декабре, а до декабря тебе уже надо стать «своей» в нужных кругах, чтобы не быть белой вороной на светских вечерах. К тому же лечение пошло Николаю на пользу, выглядит он намного лучше и почти не хромает. Что скажешь?

– Скажу, что ты прав по всем пунктам, – улыбнулась и тут же выразительно вздохнула. – Где бы взять на всё время?

– У тебя всё получится, – поддержал меня братишка и я рассмеялась.

Конечно, получится! С такой-то поддержкой!

Глава 20

В итоге вторник у меня прошел именно в Москве. Взяв с собой баронессу, которая охотно согласилась составить мне компанию, а ещё бойцов в сопровождение, я заглянула в первые три места, которые рекомендовал мне Саша, но лишь в одном нашла заинтересовавшие меня антикварные вещицы: серебряную шкатулку с эмалью, у которой отсутствовала одна ножка, и само серебро почернело от старости, и старинный граммофон с потрескавшимся деревянным основанием.

Стоили вещи относительно недорого и если у меня действительно получится их реставрировать, то перепродать можно будет минимум раз в десять дороже. Отлично!

Оставив владельцу магазинчика номер своего коммуникатора и попросив звонить (и слать фото), если появится что-то похожее, старинное и не очень целое, я поддалась на уговоры баронессы и мы не только пообедали в уютном ресторанчике в центре города, где для нас чудесным образом нашелся столик, стоило только администратору увидеть наши кольца и опознать в нас аристократок, но и прогулялись по знаменитому Арбату, заглядывая преимущественно в сувенирные лавки, где продавалось, кажется, абсолютно всё: от матрешек до балалаек, от посуды, расписанной в определенной технике (гжель, хохлома) до павловопосадских платков, от значков до искусно украшенных яичек и всё в таком духе. Помимо этого тут были и ювелирные лавки и артефактные, куда мы тоже с интересом заглянули, но меня ничего не заинтересовало. А цены так и вовсе ужаснули.

Нет-нет, тут без нас. Мне есть куда потратить свои миллионы!

В итоге, выгуляв баронессу, я вернулась домой и продолжила самообразовываться, начав делать это ещё вчера. К сожалению, в сети (и даже в даркнете) не нашлось установочных файлов «Антиквар» и «Реставратор», так что пришлось самой искать умные статьи, а то и оцифрованные книги, которые помогли бы мне в этом непростом деле.

Но тем увлекательнее было было понимать, что и это мне по плечу. Надо лишь немного постараться.

Неделя пролетела – как один миг!

Более того, в субботу мы с Колей и баронессой съездили на выставку современного искусства, причем само искусство меня не впечатлило (как и моих спутников), видимо, мы были не очень современными, но перед людьми мы засветились и это было только начало.

Всё воскресенье я посвятила семье, и пускай за окном в тот день непогодилось, мы всё равно нашли чем заняться: с утра поиграли в настольные детские игры, развивающие логику и пространственное мышление, после обеда порисовали, причем именно «детскими» техниками – пальчиками и ладошками, но картина получилась изумительная: замок, дерево и цветочки, и мы торжественно повесили её в детской.

Вечером я предупредила супруга, что мне нужно вместе с Сашей съездить по делам в другой город и вернусь я только в среду к вечеру, на что он сначала внимательно на меня посмотрел… А потом просто кивнул, не задавая лишних вопросов.

– Хорошо. Береги себя.

Это был очень тонкий, очень хрупкий момент доверия, и я была искренне благодарна Евтушенко за то, что он мне так сильно доверяет. Потому что объяснять истинную цель поездки мне не хотелось. Слишком эти знания были опасными.

А в понедельник с самого утра, надавав всем окружающим инструкций на неделю вперед, мы с Сашей погрузились в нашу Газель и отправились в Саратовскую губернию. А именно в Раскатовскую аномалию. Довольно большая и проблемная, она располагалась на песчано-скалистом плато и водились в ней такие очаровательные тварюшки, как мана-черви – трехметровые пиявки, намертво присасывающиеся к телу и способные опустошить магический резерв магистра в считанные минуты; коршаниды – крупные хищные птицы с черно-алым оперением, способные разорвать когтями даже тонкую металлическую броню; а ещё львиногривые огнеплюи – что-то определенно кошачье, с бронированным чешуйчатым телом и косматой гривой, с длинным хвостом, усиленным на конце пятью шипами, а ещё эти двухметровые кисы плевались огнем. Магическим. Как пиромаги фаерболами, только изо рта.

И именно три таких огнеплюя были нам нужны для каждого ритуала раскрытия стихии.

Помимо этих трех самых опасных и крупных видов в Раскатовской аномалии водились и тушканоиды – относительно безобидные грызуны с умилительными мордочками, но палец в рот им тоже совать не стоило – откусят и попросят добавки.

До Саратовской губернии мы добрались часов за восемь, после чего заселились в гостиницу, не собираясь рисковать и идти в опасную аномалию на ночь глядя, а с самого утра, добравшись до пропускного пункта Раскатовской аномалии и выдержав уже поднадоевшую словесную баталию с дежурными на тему того, какие мы молодые, неопытные и беззащитные, прихватили тачку и отправились на дело.

Шли быстро, заранее выяснив, кто и где водится, нигде особо не задерживаясь, но даже так умудрились избавить этот мир от полутора десятков тушканоидов и шести мана-червей, которые обитали в песке и нападали на путников исподтишка, выстреливая своими зубастыми мордами прямо из толщи песка за миг до того, как на это место опустится нога человека.

Вот только благодаря единению со стихией земли, мы с Сашкой отлично чувствовали всё, что происходит у нас под ногами. И били на опережение. При этом не спешили разделывать добычу на месте, просто закидывая её в тачку. В мана-червях, как ни странно, помимо ценной железы содержались и особые амагичные кристаллы, порошок из которых ценился артефакторами. Вот только трогать их голыми руками было очень опасно – мало того, что они вытягивали магию, так ещё и могли безвозвратно нарушить ток энергий в теле и даже откатить развитие мага на ступень, а в критичных случаях и на две. Навсегда!

В итоге до места, где обитали огнеплюи, мы добрались только часа за полтора, но при этом умудрились напороться на охотящуюся стаю из пяти голов и пришлось попотеть, а так же побегать и попрыгать, чтобы просто остаться в живых. Шкуры у монстров оказались крепкими, сами монстры возмутительно прыткими, так что лишь наше преимущество в скорости, скоординированности и владении несколькими стихиями помогло нам банально не убиться об этих тварей.

Но совсем без последствий не обошлось…

– Гад-гад-гад! – подвывала я, когда один из огнеплюев, пользуясь тем, что я отвлеклась, подкрался слишком близко и дыхнул на меня чистейшим пламенем. И вроде почти обошлось, и Саша даже убил эту мерзотину, но…

Вся моя левая рука до локтя была черной от глубокого ожога, а бок представлял из себя один огромный кровавый волдырь.

Оставался последний огнеплюй, но и он долго не прожил – Сашка умудрился ускориться так сильно, что превратился в смазанную тень, и просто располовинил кошака, явно воспользовавшись какой-то уникальной магической техникой, потому что просто оружием такое не провернуть.

Вот только восхищаться его умениями я не могла – меня просто разрывало от боли и не отключалась я исключительно из вредности.

– Потерпи, Ева. Потерпи немного… – бормотал Сашка, торопливо доставая из моего рюкзака аптечку и первым делом вкалывая мне обезболивающее, которое подействовало почти сразу, и я растеклась на его руках безвольным желе. – Ну что ты, не плачь…

А я плачу? Фу, позорище…

– Так облажаться, а? – скривилась, с отвращением глядя на свои раны, пока он снимал с меня испорченную куртку, а затем и футболку, чтобы оценить весь масштаб повреждений. – Как я могла его не заметить?

– Случайно. Исключительно случайно, – поддержал Сашка, глядя на меня максимально серьезно, но при этом не прекращая распылять на раны заживляющую пену из баллончика.

Только вчера хвастался, что удалось приобрести экспериментальный ранозаживляющий спрей-пену через Фельдштейна, потому что в прошлый раз, когда нас покусали арахны, пришлось ждать не меньше суток, прежде чем наша собственная регенерация справилась с этими ранами.

И вот сейчас…

– Больно? – с тревогой уточнил брат, когда я скривилась.

– Нет, – сморщила нос. – Стыдно.

– Ева, не глупи, – он аж прикрикнул на меня, отчего я изумленно распахнула глаза. – Это жизнь. И всего лишь напоминание о том, что мы не боги.

Хмыкнул и тихо добавил, глядя мне в глаза:

– Пока не боги. Но всё впереди, верь мне. Есть хочешь?

– Какая… изящная смена темы, – хохотнула, чувствуя, что в тоне прорезаются истеричные нотки. Но потом кивнула. – Да, пора. Сейчас еще регенерация подключится, жрать захочется, как не в себя…

И уже заполучив в правую руку толстенный бутерброд с сочным куском буженины, спросила:

– Как думаешь, получится справиться без целителя?

И одними глазами покосилась на изуродованную левую руку, обожженную до мяса, а местами и до кости.

– Не знаю, – хмуро и подкупающе честно произнёс брат. – Честно, не знаю. Дер-рьмо!

Я видела, его переполняют эмоции, причем Саша не смог усидеть на месте и подскочил, начав нервно ходить туда-сюда. По дороге пнул одного из огнеплюев, смачно выругался и только минут через десять вернулся ко мне, сосредоточенный и суровый донельзя.

А потом, напряженно глядя мне в глаза, спросил:

– Возвращаемся?

– С ума сошел⁈ – возмутилась.

– Сама подумай, – нахмурился. – Ты ранена и очень сильно…

Я открыла рот, чтобы возразить, но он резко взмахнул рукой, запрещая себя прерывать.

– Не спорь. Мы оба это знаем. Ты ранена, а в таком состоянии нельзя проводить ритуал. Я тоже не оставлю тебя снаружи, чтобы провести ритуал для себя. Ты сейчас не боец и если на сияние сферы придет хотя бы три огнеплюя, в одиночку ты с ними не справишься.

Я сморщилась, понимая, что он безоговорочно прав, но…

– Ева-а-а…

Я не заметила, как он оказался рядом и крепко прижал меня к себе, пальцами стирая с моей щеки слезинку. Не боли, нет. Жгучей обиды на свою бестолковость. Ну вот как так, а⁈

Мы просидели так, наверное, минут двадцать, не меньше, когда меня начало отпускать и заработал критичный центр мышления. Ну, я надеюсь, что это был именно он.

И я заявила:

– Дождемся вечера. Регенерация уже работает, да и пена явно не из одного подорожника. Разделаем пока добычу, обустроим лагерь. – Я махнула рукой на скальные образования чуть в стороне от нас. – Там наверняка должно находиться стойбище этих тварей. Если это основные охотники стаи, то максимум, кто там может находиться, это пара самок с детенышами. Убьем и их, займем их место. Никто другой сюда по доброй воле не сунется, огнеплюи вершина местной пищевой цепочки. К вечеру мне точно будет намного лучше, максимум ночью. Тогда и проведем ритуал. Сначала я, потом ты.

– Ева…

– Нет! Не спорь! – выкрикнула и даже стукнула его по плечу здоровой рукой, но Саша и не подумал мне помешать. – Мы проведем этот чертов огненный ритуал сегодня!

– У тебя истерика, – неприятно спокойным тоном заявил братец. – Я тебе сейчас просто вколю снотворное и вывезу отсюда на тачке.

– У нас нет снотворного! – возмутилась.

А вот Саша… ухмыльнулся. Нагло. Многозначительно.

– Ты не посмеешь! – прошипела, чувствуя, что ещё немного – и мы точно поругаемся.

– И что ты мне сделаешь? – вкрадчиво произнес он, приближая своё лицо к моему так близко, что ещё немного – и мы бы коснулись носами.

А я…

Я застыла.

Я, кажется… вспомнила. Что-то…

– Ты не посмеешь! – гневно и с толикой ужаса, который сжимал моё нутро ледяными когтями, кричала я в лицо мужчине. Он был похож на Сашу, но… очень отдаленно. Очень, очень отдаленно… Больше выражением лица и той суровой властностью, которую было не спутать ни с чем.

– И что ты мне сделаешь? М? Любимая? – напряженно и в то же время с тонкой издевкой спросил он, приближая своё лицо к моему, но я не отшатнулась. Не позволила ему ощутить свою слабость.

– Убью, – произнесла не дрогнувшим голосом. – Не просто убью… Уничтожу. Саму суть. До последней крупицы.

– Глупая… – Он протянул пальцы к моему лицу, но не коснулся. – В тот же миг погибнешь сама…

– Плевать, – процедила. – Я не позволю тебе…

В следующий миг воспоминание оборвалось, а я, ошеломленно моргнув, уставилась на Сашу с нескрываемым изумлением.

Он…

И я?

Мы…

– Ева? – обеспокоенно нахмурился Саша, чуть отстраняясь. – Что с тобой?

Я моргнула снова, окончательно прогоняя из головы это странное видение. Я подумаю о нем позже. Сильно позже.

И нехотя призналась:

– Видение. Из прошлого. Саш… – Я посмотрела ему в глаза, на полную активируя свою эмпатию и просто интуицию. – Давай не будем ругаться. Пожалуйста. Я… Я чувствую, что смогу. Правда. К вечеру мне станет лучше и мы всё сделаем. Сегодня. Так надо.

От брата пахнуло термоядерным коктейлем беспокойства, досады, злости… И нежности. Настолько ошеломляющей нежности, что я едва не задохнулась от её концентрации. Аж слезы на глаза навернулись. Он никогда раньше… Никогда…

– Ну что ты сразу тяжелую артиллерию-то подключаешь… – проворчал он, снова привлекая меня к себе боком и стирая со щек влажные дорожки слез. – Хорошо, дождемся вечера. Но если не станет хотя бы вполовину лучше, командовать парадом буду я. Поняла?

Судорожно кивнула, не в силах сказать ни слова, и всё пытаясь унять то бешеное сердцебиение, которое ощутила после того, как расшифровала его эмоции. Это было слишком неожиданно. Слишком шокирующе.

Приятно, да. Но…

Нет. Не сейчас.

Я подумаю об этом потом. Очень сильно потом.

Ну а пока, успокоившись в крепких и одновременно деликатных объятиях брата, первым делом я попросила у него второй бутерброд и фляжку с морсом. Сам Саша тоже подкрепился, после чего вколол мне розовую ампулу для восстановления крови и серебристую для восстановления энергии, затем приказал мне сесть и медитировать, а сам отправился разделывать огнеплюев.

Я же, будучи не только истерически настроенной особой, но и в целом не дурой, села поудобнее, прикрыла глаза, отрешилась от лишних звуков и иных отвлекающих факторов, и погрузилась в пучины собственного разума и силы.

Солнышко припекало, сухой колючий ветер раздражал обнаженную кожу, потому что выше пояса на мне оставался лишь один спортивный лиф, из-за обезболивающего укола тело ощущалось деревянным, но это совершенно не помешало мне погрузиться в глубокую медитацию.

Минута, час, вечность…

Я чувствовала, как по венам бежит кровь, а по каналам – магия. Я чувствовала, как неподалеку копошится Саша, а ветер перебирает песчинки. Я чувствовала, что километре от нас на запад почву рыхлят мана-черви, а всего в полукилометре на юг терзает добычу коршанид, а если обратить внимание на восток и скальные образования, то в небольшой пещере, которую огнеплюи вырыли собственными когтями прямо в скальной породе, ждут свою мать котята.

Но уже не дождутся…

На миг мои губы тронула злая ухмылка, но лишь на миг. Не стоит злорадствовать над мертвыми. Это всего лишь звери. Мы сами пришли на их территорию. Мы сами рискнули. И сами огребли.

Впредь будем умнее. Обязательно будем!

И лично я больше не пойду на магически сильных тварей до тех пор, пока не освою энергетический доспех. Две, максимум три недели – и мы возьмем ступень мастера. А это уже совсем другой разговор. Совсем другая мощь.

Ну а пока…

Чуть приподняв голову, словно ловя солнечные лучи лицом, я открыла глаза четко в ту секунду, когда Саша закончил и подошел ближе, пристально всматриваясь в мои глаза.

– Мне лучше, – произнесла первая. – Только становится жарко, надо найти тень. Ты закончил? Пещера этого прайда на востоке, метров четыреста. Взрослых нет, только недельные котята, трое.

– Это тебе в медитации привиделось? – удивился Саша, делая ещё шаг вперед и присаживаясь напротив.

– Стихии нашептали, – улыбнулась. – Земля и воздух, они отменные помощники. Воздух – шпион, земля – дозорный. Это было в пятой главе третьего раздела книги. В аномалии чувства обостряются, к тому же я плохо ощущаю тело и это тоже дало плюс. В идеале надо развить элемент ветра, это аспект воздуха, чтобы чуять окружающую среду ещё лучше. А в земном аспекте сделать упор на «дыхание тверди», оно как ничто другое способно подсказать, кто и с какой стороны приближается.

– Помню, – сосредоточенно кивнул Саша. – Будем ходить в Карабановскую аномалию по пятницам исключительно ради тренировок. Заодно от новых арахнов и кроленей почистим. Сейчас самый пик их размножения, а у нас стена на южном направлении просто в отвратительном состоянии, я уже глянул. Сама идти сможешь?

– Давай посмотрим… – Не собираясь превозмогать на ровном месте, я протянула Саше правую руку и он помог мне встать. – Да, нормально. Ноги слушаются. Левая чуть похуже, но даже бегать смогу.

К счастью, основной огненный залп затронул тело выше пояса и пускай штанам тоже досталось копоти, а кожа под ними покраснела, повреждения были минимальны и мы даже спрей на это тратить не стали. Само пройдет.

Рука выглядела всё ещё ужасно, всё-таки прошло от силы пара часов, но я чувствовала, что регенерация уже работает. Активно работает!

И к вечеру… Да, к вечеру всё будет хорошо. Не идеально, но хорошо.

И никто. Не посмеет. Мне. Мешать!

Гнев, который родился в груди внезапной яркой вспышкой, удивил меня саму и я даже пошатнулась, но Саша оказался тут как тут и подержал. Тревожно заглянул в лицо, нахмурился…

– Прошлое, – пробормотала, невольно оправдываясь, – пробивается…

– Что-то плохое? – нахмурился сильнее.

– Да. Нет. Не знаю, – поморщилась и мотнула головой. – Прости, не хочу пока говорить. Мне надо разобраться в этом самой. Понять. Идем.