Текст книги "Код личности 3 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 18

При этом еды и алкоголя после гостей осталось не так уж и много, Василиса всё рассчитала идеально: не пустые тарелки, чтобы соседи посчитали нас нищими скупердяями, а как раз на последнюю подачу. Шоколадный фонтан, кстати, пользовался особой популярностью, причем не только у дам, так что стоило взять этот момент на заметку.

Подбив итоги с менеджером и искренне поблагодарив за высокий уровень сервиса, я разрешила ей забрать с собой всю разложенную на тарелки еду и открытые бутылки, догадываясь, что это быстро разойдется по рукам и желудкам официантов и музыкантов, но не собираясь жалеть эти крохи. В самом деле, мы и сами не хуже питаемся, а им вряд ли зарплата позволяет частенько вкушать икру и прочих креветок.

При этом в холодильнике ещё осталось пара десятков тарталеток, контейнер с сырными канапешками и тарелка с нарезаными для шоколадного фонтана фруктами, но это, я думаю, наши горничные сами съедят. Надо будет только предупредить кухарку, чтобы не жадничала.

Выписала я девушке и персональную премию, обсудив вопрос дальнейшего сотрудничества, но сразу признавшись, что ближайшее мероприятие у нас будет не раньше ноября. И то – день рождения Ванечки. В конце этого последнего осеннего месяца мальчику исполнится пять и я хочу, чтобы этот праздник запомнился ему надолго. Праздник, который он отметит со своим отцом.

Пока граф ещё жив.

И пускай тема не самая приятная, но я прекрасно понимала, что и старшему Евтушенко, и младшему сейчас очень важно общаться друг с другом как можно чаще. Потом будет больно… Но пусть в памяти останется не только боль, но и тепло. Свет. Память.

Ну а пока…

– Тетя Роза, а хотите собачку? – поинтересовалась я у баронессы, когда выяснила, куда Люся подевала маленькое пучеглазое чудовище, и мне тут же притащили его обратно. – Смотрите, какая прелесть! Говорят, нынче они в моде.

– Какое… страшненькое чудо, – умилилась старушка, сначала внимательно изучив щенка и только потом взяла его в руки, первым делом выяснив, что это мальчик. – Назову Жоржем, как одного своего поклонника. Так же смешно пучил глаза, когда порывался придумать затейливый комплимент. А с жеребцом что делать будешь?

– Не знаю, – поморщилась. – Ещё не думала. Но строить конюшню ради одной-единственной лошади, это как-то…

– Можно отдать его на конюшни графа Головина, – предложил подошедший к нам супруг. – Он известный в округе заводчик скаковых жеребцов и, я думаю, не откажется от постояльца. Он будет числиться за нами, мы будет отчислять на него ежемесячное содержание и когда подрастет, его будут выставлять от нашего имени, но все остальные заботы возьмет на себя граф. Это распространенная практика для таких случаев.

– О, здорово! – обрадовалась. – Договоришься с ним?

– Конечно.

Судьбу прочих подарков мы тоже решили этим же вечером. Статуя с кувшином отправилась в дамскую гостиную, удачно встав рядом с книжным шкафом, саблю от графа Шеметова и ещё один клинок от одного из сослуживцев было решено пока повесить в кабинете графа, гарнитур – в сейф в моих покоях к прочим украшениям, алкоголь в чулан к остальным бутылкам, кое-какая праздничная посуда, в том числе из серебра отправилась на кухню в шкафы, а картину я изучила уже гораздо тщательнее и вынесла свой презрительный вердикт:

– Копия, причем не самая качественная. Нарисована совсем недавно, не больше года назад. Дешевка. А вот багет на диво достойный. Ладно, утилизирую это мерзость сама.

– Подарок от князя? – кривовато усмехнулся супруг, который тоже присутствовал при изучении подарков.

– Это не подарок, это… – Я даже слов сразу подобрать не смогла правильных, но потом всё же получилось: – Завуалированное оскорбление. Причем не так уж и сильно завуалированное. И вообще, не ему решать, как мы будем распоряжаться своим имуществом. Кстати, дорогой! Как насчет того, чтобы в понедельник с самого утра встретиться с городской прессой и наладить толковое взаимодействие с гражданами? Сейчас мы совершенно не держим руку на пульсе настроения и самочувствия горожан, это неправильно.

Чуть поморщившись, граф кивнул, после чего мы ещё немного пообщались, обсуждая сам прием и гостей, причем муж согласился, что барона Дудина мы к себе больше звать не будем, да и к нему в гости не поедем, даже если пригласит. Не тот это человек, с которым стоит общаться.

Но вот супруг ушел к себе, а я, выяснив, что Саша у себя в апартаментах, спустилась к нему и сходу заявила:

– Ну, рассказывай! На кого успел компромат собрать?

– Ничего такого, что могло быть нам полезно здесь и сейчас, – поморщился братишка, уже сменивший фрак и рубашку на футболку, а брюки на домашние трикотажные штаны. – Примерно половина коммуникаторов были запаролены, причем половина от этой половины – действительно серьезно. В остальных так, личное-неприличное, сойдет разве что для мелкого шантажа, не более. Из личных наблюдений: Дудин – озабоченный пакостник, Касаткин – мелкий гадливый хорек, но ко всему прочему ещё и не особо умный, Румянцев – завистливая трусливая тварь, а остальные вроде более или менее приличные люди. Офицеры – отдельная категория. Небогаты, но с честью всё в порядке, в случае чего положиться можно.

Улыбнувшись на диво верным эпитетам, снова спросила:

– Как думаешь, ждать в ближайшее время от Дудина проблем?

– Ждать, – уверенно кивнул Саша и злорадно ухмыльнулся. – У него не особо много территорий, на юге они граничат с нашими землями, на востоке – с Александрово, где властвует Дымов. Аномалий нет, гвардия не больше трехсот человек, занимаются в основном городской безопасностью. Если эта тварь будет нас провоцировать, то объявим ему войну родов и я лично укорочу его на голову.

После чего посмотрел на меня с улыбкой и подмигнул.

– Нам ведь не помешает швейная фабрика и десять тысяч горожан с двумя деревеньками?

На этот раз я уже расхохоталась в голос, покивав. Надо! Нам всё надо!

В общем, что бы там ни думали другие, вечер определенно удался, а перед сном я еще немного почитала книгу Варвары Тимофеевны, на этот раз погрузившись в раздел с ритуалами. Оказывается, руны и короткие звуковые формулы-заклинания могут порой едва ли не больше, чем чистая стихийная магия.

Демонология, некромантия, черная магия – все они тесно связаны с ритуалами и предрасположенность к работе со стихиями тут не слишком важна. Хотя лучше, конечно, чтобы были развиты чакры эфира, огня и воздуха, а так же в некоторых случаях земли. Это облегчало взаимодействие с энергиями нужного толка.

Снова зачитавшись допоздна и искренне радуясь, что обладаю исключительной памятью и всё однажды прочитанное-услышанное навсегда остается на подкорке моего мозга, сделала себе пометочку уделить больше внимания рунам и прочим магическим печатям. Нанесенные сильным магом с верным посылом они смогут защитить имущество ничуть не хуже бронированных стен и решеток на окнах. Отвращающие, силовые, действующие как банальный отвод глаз и рассеивающие внимание, укрепляющие и даже атакующие в ответ – ритуалистика вообще очень и очень непростой раздел магии. Очень сильно недооцененный!

И мы, пожалуй, этим в своих целях воспользуемся.

Воскресенье, официально «семейный» день прошел весело и непозволительно быстро. Но и успели мы очень многое! Сначала завтрак в кругу семьи, затем прогулка с Колей и Ванечкой в парке за домом, который садовники уже привели в порядок. Сегодня выдался на диво солнечный и погожий день, Локи вел себя наилучшим образом, даже позволив приладить себе на спину специальное детское седло, которое Саша заказал в Москве и привезли аккурат сегодня утром. Ванечка был в восторге, «лошадка» тоже не глупила, так что прогулка удалась.

Перед обедом я попросила обоих Евтушенко немного попозировать, сделав на будущее ряд карандашных набросков. Я ещё не знала, в какой именно позе хочу их нарисовать, так что пока перебирала самые популярные, чтобы было из чего выбирать.

На обед мы снова собрались всей семьей, включая профессора, который был доволен и одновременно чем-то озабочен, так что сразу после него порадовал нас приятной информацией: ген размножения и роста он нашел, с этим проблем не возникло, но чтобы активировать его у обычных животных, необходимо создать животным условия, схожие с аномальными. То есть насыщенный маго-энергетический фон.

– В принципе сделать это не слишком сложно, есть ряд артефактов, которые можно доработать, чтобы они выпускали энергию энергетических кристаллов и «фонили», – продолжал размышлять Бельков. – Но для этого нужны кристаллы. Желательно из аномалий. На рынке такой продукции не особо много и стоит она… скажем так, в среднем раз в пять выше обычных кристаллов. А теперь вопрос: стоит ли оно того?

– Какова будет скорость роста животных в таком случае? – поинтересовался мой супруг.

– В среднем в три-пять раз быстрее, – уверенно заявил профессор.

А я подсчитала: обычная свинка с момента рождения до забоя растет шесть-восемь месяцев. А с привитым нужным геном понадобится не больше двух месяцев. Коров на убой выращивают в среднем лет до двух. А так понадобится не больше пяти месяцев. Индеек откармливают до полугода. В сокращенном варианте хватит и месяца. Фантастика!

– А что насчет еды? – поинтересовалась. – Корма же тоже понадобится больше?

– Не критично. – Назар Демидович небрежно взмахнул рукой. – Примерно раза в полтора больше обычного, большая энергетическая подпитка будет идти именно от кристаллов. Вся проблема в них…

– Разве это проблема? – хмыкнул Саша и мы с ним понимающе переглянулись. – На территории Карабановской аномалии есть рудник с кристаллами, который в своё время толком не успели начать разрабатывать. Уверен, за семьдесят лет они успели пропитаться нужной нам энергией. Добыть даже сотню в месяц – не проблема. Сколько их надо будет на один ангар с, допустим, сотней голов?

Пожевав губами и прикинув в уме, Бельков уверенно произнес:

– На длинный ангар понадобится от шести до десяти артефактов, в каждом индивидуальный питательный элемент из цельного кристалла, срок службы элемента – от недели до двух, зависит от его размера и качества. Излучение должно быть постоянным, непрерывным. За редким исключением на короткое техобслуживание.

– То есть максимум восемьдесят кристаллов в месяц, – подытожила я. – В идеале – двадцать. Да это вообще ерунда! Да, Саш?

– Решаемо, – кивнул он и тут же снова обратился к Белькову: – Этот ген можно привить любым животным?

– В теории – да, – подтвердил он. – На практике надо смотреть. В аномалиях, как вы сами знаете, особый магический фон влияет в том числе на хищную и ядовитую составляющую мутаций, но мы изначально будем прививать только выбранные гены, так что отклонений быть не должно, но контроль всё равно нужен. Мясо аномальных животных съедобно, тут подвоха ждать не стоит, но перед массовым запуском производства я бы сначала запустил пробный с тщательным анализом итогов. Желательно хотя бы на примере трех поколений.

Так… Три поколения – это не так уж и быстро. Особенно с коровками.

Решено! Будем экспериментировать на курицах! Они растут быстрее всего, мясных бройлеров обычно забивают уже в два месяца. В нашем случае это будет две недели. На три поколения потребуется эксперимент длительностью два месяца. Терпимо.

Тут же озвучила свои мысли окружающим и все дружно согласились, что курочки будут оптимальными кандидатами для нашего эксперимента, так что в понедельник после обеда мы с Сашей пойдем не абы-куда, а в нашу Карабановскую аномалию – смотреть, как обстоят дела в шахте.

Остаток дня я посвятила своему хобби, почти закончив картину с платиновым ручьем из сияющих во мраке пещеры кристаллов. Остались буквально акценты, но сделать их стоило чуть позже, когда взгляну на свою работу свежим взглядом. Вдруг что-то не учла?

Ну а пока…

Три капельки всемогущества на язык и спать!

Понедельник привычно начался с пробежки-зарядки, продолжился завтраком, а затем и звонком единственной журналистке Карабаново – Таечке Лисицыной. Её номер коммуникатора я нашла на её же сайте, и ответили мне после второго гудка звонким девичьим голоском:

– Лисицына слушает.

– Здравствуйте, Тая, – поздоровалась я. – Меня зовут Ева Александровна, графиня Евтушенко. Скажите, вы сейчас сильно заняты? Я бы хотела побеседовать с вами о будущем нашего города. При личной встрече.

– О… Э-э… – судя по бессвязным звукам, мой звонок оказался для журналистки большим сюрпризом, но девушка довольно быстро взяла себя в руки и твердо произнесла: – Я свободна. Куда подъехать?

– К усадьбе графа. Вас встретят.

Прибыла Лисицына буквально через двадцать минут, причем пешком. На воротах предупрежденные мной дежурные проверили её паспорт и пропустили дальше, а на входе встретил дворецкий и проводил её уже в мой кабинет.

Когда Лисицына в него вошла, осматриваясь жадно горящими глазами, я убедилась, что фото в её профиле не лгут и она весьма симпатична: двадцать семь лет, но выглядит моложе, взгляд живой и задорный, волосы каштановые в рыжину, а глаза ореховые, лукавые. Оделась журналистка со вкусом, в серый брючный костюм, но с изумрудной блузкой, которая делала её образ не чопорным, а женственным и даже немного игривым.

В общем, Лисицына понравилась мне сразу.

Но вот её жадный до сенсаций взгляд пробежался по моему строго обставленному кабинету и остановился на мне. Для встречи я оделась в светлое домашнее платье в пол, обойдясь минимум макияжа и небольшими серьгами с аквамаринами, но волосы убрала в элегантную прическу, подчеркивая свой статус.

На пальцах всего два кольца: обручальное и графское, с гербом, а на губах доброжелательная улыбка.

– Доброе утро, ваше сиятельство, – торопливо произнесла Лисицына, едва не забыв о приличиях. – Таисия Северьяновна. Но лучше просто Тая.

– Доброе утро, Тая, присаживайтесь, – я жестом указала девушке на ближайшее к моему столу кресло. – Знаю, в нашем городе нет ни одного печатного издания и всего один сайт, который вы ведете исключительно на энтузиазме, так что, надеюсь, вы понимаете, зачем я пригласила к себе именно вас…

– Честно говоря, не совсем, – качнула головой Лисицына. – Нет, я как бы в курсе, что у графа новая жена… Мы все в курсе. Но что вы хотите от меня?

– Я предлагаю вам сотрудничество и должность моего представителя по связям с общественностью, – прямо заявила я. – Мне нравится, как вы ведете сайт. Как грамотно и с душой описываете события, происходящие в городе. Думаю, для вас не секрет, что в последние годы в город пришло запустение… – Я грустно улыбнулась и тут же выразительно подняла палец. – Но я планирую всё изменить. Наши люди достойны большего. Нового директора в школу, который не будет обворовывать учителей и детей. Новое кафе, где будет приятно отдохнуть всей семьей. Новый парк, новую ферму. Администрацию. Может даже дом культуры с бесплатными кружками по интересам?

– Звучит, как сказка, – мечтательно улыбнулась Лисицына, под конец недоверчиво хмыкнув и пристально уставилась на меня: – Но это всё требует денег. Вы же понимаете?

– Прекрасно понимаю, – заверила её. – И уже работаю над этим вопросом. Мы уже заказали проект фермы и над ним работают специалисты. Ставить будем на северо-восточной окраине города, подальше от аномалии. Как и мясные цеха, как и все другие фермы, которые я планирую. Людям нужна работа и мы её им дадим. Я вам больше скажу… – я заговорщицки понизила голос, – мы уже провели предварительную разведку земель и нашли рудную жилу, которую начнем разрабатывать уже совсем скоро. Понимаете, что это значит?

– Руда? – Глаза Лисицыной снова загорелись. – А какая?

– Серебро, – улыбнулась я. – Серебро, которого хватит минимум на сорок-пятьдесят лет активной добычи промышленным способом.

– Фантастика… – журналистка ахнула и уставилась на меня, не скрывая своего восторга. – Я согласна! На всё согласна! Что от меня надо?

Проговорив никак не меньше часа, мы договорились, что с этого дня Тая становится моим официальным представителем по работе с гражданами и будет получать за это заработную плату, выпуская не меньше одной новости в неделю о нашей деятельности по улучшению жизни в городе, а всё остальное время будет выполнять другие получения. Например, найдет среди людей толковых специалистов, которые займутся ремонтом школы. Плотники, кровельщики, маляры, элементарные уборщицы – это всё надо. И надо срочно! В идеале найдет и бригадира из наших, карабановских жителей. Может даже найдет бухгалтера с директором в школу, возражать не буду.

Неподалеку от школы есть пустырь, где я планировала поставить дом творчества с кружками. Для маленьких ребятишек и даже для взрослых: художественный, лепки, швейный, танцевальный, пения. Многие люди нуждаются в самовыражении, но не имеют возможности. Надо им это дать!

Вот только мало построить дом творчества, надо в него ещё и персонал набрать! Вот этим Тая и займется, выяснив, кто из наших мам-бабушек готов вести профильные кружки. Естественно, с соответствующей оплатой труда.

Здание администрации я хотела строить на северо-западной окраине, в сторону которой собиралась расширяться в дальнейшем, потому что юг города сожрала аномалия, на западе совсем скоро начнем разрабатывать серебряную жилу, восток будет отдан под фермы, а север… На север у нас ещё два километра земель до границы с графом Дымовым, а на северо-западе Дудин и Струнино.

Естественно, я не стала говорить Тае, что планирую аннексировать у соседа кусочек-другой земель (а то и всё разом!), но и так было ясно, что возможность расширения есть только в одну сторону. И переселять кого-то из людей в центре нынешнего города ради строительства административных зданий нет смысла, если этот центр совсем скоро сместится.

Глава 19

Обсудили мы и порядок новостей: сначала выйдет статья о школе с сопутствующим объявлением о наборе рабочих на срочный ремонт; затем статья о начале строительства новой фермы; следом статья об открытии нового кафе… Как будет закончен ремонт школы, возьмемся за фельдшерский пункт. Ну а дальше видно будет.

– Мои официальные приемные часы – четверг с десяти до шести с обеденным перерывом с часу до двух, – предупредила Таю. – Но для тебя я на телефоне в любой день. Если будут вопросы и предложения, новости и просто интересная информация к размышлению – звони, не стесняйся. Договорились?

– Да, ваше сиятельство!

Лисицына ушла, фонтанируя энтузиазмом, ну а я, убедившись, что моего срочного внимания никто и ничто не требует, предложила Саше не ждать обеда и отправиться в нашу аномалию прямо сейчас. На часах было всего одиннадцать, но… Чего тянуть?

Братишка меня поддержал.

Но напомнил:

– Сегодня понедельник. С прошлого ритуала прошла ровно неделя. У меня уже всё готово, достаточно лишь добыть кабана. Или отложим?

– Знаешь… – задумалась, уже не впервые взвешивая все за и против, – нет. Ты прав, лучше не тянуть. Если мы освоим базовую стихию земли, это поможет нам в геологической разведке. Едем в Мавринскую!

И мы отправились на кабана!

Сегодня нам повезло, на КПП дежурила смена Юдина, всего шестеро бойцов, так что мне было совсем не жалко презентовать всем шестерым по бутылочке коньяка, тем более я заказывала их на субботний приём с запасом и у нас оставался целый ящик. Мужики, конечно, засмущались, но презент взяли. Саша ещё пошутил, что не для злоупотребления на рабочем месте, за что на нас с осуждением посмотрели и предельно серьезно сообщили, что тут такие не работают. У них в этом плане всё серьезно.

Вот и хорошо!

У нас сегодня тоже было всё серьезно, так что мы сразу отправились в лес… И сразу нашли кабанчика! Не самый матерый, но покрупнее последнего, он оказался совершенно не готов к тому, что к нему в гости придут два отбитых гомункула, и сначала выбьют ему глаз, затем другой… А потом и вовсе скроют брюхо и вынут ливер.

– Давай ты первая, – заявил Саша, уже подготовив площадку, где чистой силой снял примерно тридцать сантиметров плодородной почвы, уплотнил и вырезал нужные знаки. – Я постою на страже, если кто-то приползет.

– Хорошо, – согласилась с разумными доводами и села в центр печати.

Передо мной лежали кабаньи сердце и печень, с которых я срезала по кусочку и съела, тщательно прожевывая (между прочим, признанный деликатес!), после чего поделила их на семь частей и разложила в основания лучей на откуп стихии.

Успокоилась, настроилась на ритуал, активировала силовой купол…

И впустила в себя энергию земли.

Это было ошеломительно! В один миг я ощутила под собой не просто твердую поверхность, не просто пласт земли, а нечто… фундаментальное! Огромное, бесконечное, мощное!

Погрузилась сознанием в необъятные недра планеты, за секунду достигла расплавленного ядра, окунулась в него, ощутив, как с сознания стирается вся ненужная ему шелуха… И вернулась обратно.

Спокойная, как тысячелетняя скала. Мудрая. Цельная.

Готовая к большему!

– О, да-а… – выдохнула, распахивая глаза и видя, что вокруг меня творится самый настоящий беспредел и хаос.

Точнее… Творился. Пару минут назад.

– Вот ты жадина! – возмутилась, когда купол истончился и лопнул, а я вышла наружу и практически уперла руки в боки. – А мне хоть кого-нибудь оставить? Сколько тут змей проползло? Хера се кабанчик… А скорпион откуда⁈ Мы же в лесу!

– Приблудный, – хохотнул Сашка, внимательно изучая меня, пока я изучала тварей, которых привлек ритуал. – Как самочувствие?

– Великолепно, – разулыбалась. – Ощущения просто непередаваемые! Давай, ритуаль, а я пока… О, ещё кто-то ползет! Я сейчас!

Метнувшись в чащу, я с упоением укоротила на голову сначала одну анаконду, потом другую… Неожиданно зверье кончилось, причем я чувствовала это как никогда отчетливо, так что пришлось возвращаться в брату и, пока он сидел внутри печати и поглощал энергию тверди, я ловко разделала скорпиона и избавила кабанов от бивней, снова поразившись тому, какой огромный пришел к нам сам. Настоящий исполин под четыре метра ростом! Больше слона!

Эх, такого бы в наш трофейный зал… Но нет, слишком большой. Лучше мы его бивни в скупку сдадим, больше выгоды.

– Очешуенно… – раздалось со стороны ритуальной печати и я невольно улыбнулась, и сама до сих пор ощущая поразительно прочную связь с недрами. – Вот это я понимаю, базовая стихия! Да я горы щелчком пальцев свернуть могу!

– Ой ли? – рассмеялась, отрываясь от кабана, чтобы посмотреть на то, как горят таинственным зеленым светом глаза брата.

– Ну, когда-нибудь, – хохотнул он, кивая. – Что по тварям?

– Ни одной в твое отсутствие, – цокнула, не скрывая своего возмущения. – Скукота. Сейчас последний клык кабану выдерну и поехали в нашу аномалию арахнов давить. Чувствую, их в шахте будет навалом.

Моя интуиция меня не подвела.

Вход в шахту с энергетическими кристаллами располагался неподалеку от одной из уничтоженных нами деревушек в четырех километрах от входа. Вокруг неё ползали нетипично крупные и не просто серые, а капельку серебристые арахны, а внутри нас и вовсе ждала целая орда этих тварей, облюбовавших шахту.

Искренне радуясь, что до сих пор переполнена энергией после ритуала, я безостановочно рубила и колола своей саблей, рядом в смертельном танце кружился Сашка и часа через полтора, присев в эпицентре «кровавой» бойни, мы изучили друг друга на предмет критичных ранений, вкололи друг другу универсальный антидот, потому что слегка, но зацепило обоих, Саша перевязал мне плечо, а я ему голень, и мы отправились добывать кристаллы. Колупались в туннеле до позднего вечера, пока не начало ощутимо темнеть снаружи, и договорились, что завтра с самого утра Саша возьмет бригаду и они вырежут из пауков ценные железы, ну а пока можно считать вылазку удачной на все триста процентов: стихия земли освоена, кабаньи клыки добыты, пять сотен кристаллов выколупаны…

Можно и домой!

Бодро начавшаяся неделя продолжилась не менее продуктивно. Я утвердила проект и смету строительства фермы, супруг познакомил меня с ключевыми работниками, которые будут трудиться на стройке, Таечка нашла людей, которые будут ремонтировать школу и даже поставщиков на основные материалы, на сайте вышла восторженная заметка о первых позитивных изменениях в жизни города, а в четверг ко мне на прием записалось аж семь граждан, желающих пообщаться на злободневные темы.

Так Марьяна Прокофьевна остро нуждалась в ремонте дома. Жила одна, муж двадцать лет назад погиб в аномалии, служа графу, пенсия маленькая, работы нет… Крыша прохудилась ещё по весне. Своими силами чинить нет никакой возможности, нанимать рабочих – нет денег.

Заверила бабулю, что уже завтра к ней придут рабочие и всё сделают. Понятно, что не за один день, но хотя бы начнут.

Никифор Савельевич жаловался на отвратительную работу наших полицейских, которых вечно нет на рабочем месте, а когда есть – помощи не допросишься. Узнав, что он отставной прапорщик, сорок лет честно отслуживший государю, предложила взять дело в свои уверенные руки и показать, как надо. Мужчина задумался… И согласился. Отправила его к мужу обсуждать детали.

Сестры Уткины пришли на собеседование. Старшая работала учителем в Александрово, но узнав, что в нашей школе всем учителям выплатили всю задолженность за прошлые годы до копейки и впредь подобного не планируется, хотела работать поближе к дому, а младшая оказалась неожиданно медсестрой, только по весне закончившей учебу, и её я тоже охотно пристроила.

Пока в школу, потому что наш фельдшерский пункт, как оказалось, проще снести, чем отремонтировать, но с заделом, что она будет работать именно в Карабаново.

Заглянула ко мне и Аделина Адамовна, школьный завуч, отчитавшись о том, сколько чего нужно купить, начиная с учебников и пособий, заканчивая партами и унитазами, заодно привела кандидата в директоры. Это был относительно молодой мужчина по имени Валентин, причем родственник (внук), но закончил именно педагогическое училище и успел три года поработать учителем физики. Снова в Александрово.

Присмотревшись к парню и отметив для себя, что он не глуп, провела с ним пространную беседу обо всём, задев и физику с экономикой, и детей, и его видение будущего в целом. Порадовалась, что он твердо осознает себя в этом мире, к детям относится с добротой и сам по себе порядочный, после чего решила так:

– Год поработаете у нас завучем, пусть Аделина Адамовна введет вас в курс дела, а через год, если меня всё устроит, поговорим о вашем назначении директором.

– Спасибо, ваше сиятельство! Я не подведу!

Последним в этот день я приняла семнадцатилетнего парня по имени Яша. Мальчишка жил с пьющим отцом, но был не глуп и понимал, что надо что-то менять самому, если не хочет повторить судьбу отца. Он был смышленым и физически развитым, явно где-то занимался сам, а хотел Яша…

Стать охотником.

Неожиданно!

В итоге в пятницу мы поехали с ним на «Олимп», где я представила его майору и тот провел ему базовое тестирование, по итогам которого Яша показал не самый плохой результат. В итоге решили, что он будет обучаться на «Олимпе» по квоте от нашего графства (то есть я буду платить за него), но каждые полгода майор будет отчитываться мне по нему отдельно и я буду либо продлять, либо расторгать договор на обучение, если Яша будет показывать результаты ниже необходимого.

При этом жить я его оставила в гостинице, причем сразу со стипендией, чтобы парню было на что питаться и что носить, ну а Тюменцев пообещал за ним присмотреть. Всё лучше, чем бросать перспективного бойца на произвол судьбы!

В субботу мы с Сашей, заранее заказав парочку грузовиков, самостоятельно упаковали и вывезли из квартиры Карепанова-старшего весь до последней картины антиквариат, заполнив им несколько комнат на втором этаже нашего особняка, которые я заперла на ключ, а ключ забрала себе. Сообразительный и неболтливый мальчик Даниэль оформил квартиру, как Сашино наследство, полученное от дальнего родственника, и выставил на продажу.

И суток не прошло, как её выкупили без торга.

За сто пятьдесят миллионов!

При этом покупатель пожелал оставить свою фамилию втайне, проведя сделку через третьи руки, но мы всё равно выяснили, что это князь Щетинин. Что такого он хотел скрыть? Непонятно. Да и неважно.

А важно то, что у нас одним махом появились деньги и надо было их оприходовать!

Часть ушло на обмундирование и вооружение наших гвардейцев и поиск новых, потому что совсем скоро завершится контракт у наёмников, а нам сейчас никак нельзя быть слабыми. Часть я вложила в ценные бумаги, проанализировав рынок от и до, и найдя ряд предприятий с высокой доходностью, которые заслуживали доверия. Часть отправилась на полочку «на освоение месторождения», часть на «благоустройство города», а часть на «укрепление стены аномалии», которой тоже стоило уделить внимание.

В воскресенье утром профессор презентовал нам первого генномодифицированного цыпленка, который вылупился из магически выращенного яйца, а к вечеру этих цыплят было уже восемь. Так сказать, контрольная группа эксперимента под названием «Продуктовая корзина».

Почему именно под таким названием? А захотелось. Забавно и непонятно.

При этом успевала я и книгу читать, освоив её от корки до корки. Это было безумно познавательно и пускай местами не всё понятно, но я была уверена, что со временем пойму смысл всех заключенных в ней сакральных знаний.

На фоне этого я всё меньше понимала личность самой бабы Вари, но лезть к ней с этими вопросами больше не спешила. Помнила, что он сказала мне в прошлый раз. И понимала, что если захочет – расскажет сама. А если не захочет, то лучше не дергать этого дракона за хвост.

Живее буду.

Дорисовала я и свою первую картину маслом – ту самую пещеру с кристаллами платины. Она получилась большой, примерно метр в высоту и полтора в ширину, но только так вышло вместить на холст всю ту красоту, которая распирала меня изнутри. И, как мне кажется, получилось неплохо.

Следующей картиной я планировала нарисовать Гефеста, чей образ тоже не выходил у меня из головы и я, сделав ряд набросков, начала потихоньку воплощать замысел в жизнь. При этом снова не с фотографической точностью, а с рядом фэнтезийных допущений: местность стала более эпичной, гористой, сам майор выглядел мощнее, брутальнее, а одежды я ему сменила на доспехи эпохи расцвета Рима, но опять же с рядом нюансов. Так, как было нужно мне.

В понедельник, даже и не думая отходить от графика, мы с Сашей снова отправились в нашу Карабановскую аномалию, причем с самого утра, но на этот раз к озеру. Туда, где водились тританидлы.

Водяные серо-зеленые пятнистые ящерицы в условиях аномалии выросли до полутораметровых ящеров с ядовитыми гребнями и пастями, полными зубов, а ещё эти твари невероятно метко плевались. Водой. Ядовитой.