Текст книги "Код личности 3 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

И нет, размер не играл большого значения. Какая разница, метр ты в высоту или два, если всё равно неповоротливая скотина?

Я тоже старалась не отставать, но вперед сильно не лезла, видя, что Саша специально берет основную работу на себя. Видимо, так было надо для ритуала.

Ну а потом, выйдя в небольшую пещерку естественного происхождения, которая расширяла туннель вдвое, Саша скомандовал:

– Перерыв. Проведем ритуал здесь. Я сейчас поставлю артефактные барьеры на проходы, чтобы нам никто не помешал, не пугайся.

– Чего я должна испугаться? – удивилась с долей возмущения. Нашел, что сказать!

– Извини, неверно выразился, – чуть поморщился Саша. – В общем… вот.

Он положил у входа в туннель, из которого мы вышли, небольшую шестигранную коробочку и нажал в её центре кнопку, а затем прошел к следующем проходу и сделал то же самое, а я с интересом смотрела, как коробочка раскрывается металлическими лепестками и из её нутра выстреливает вверх пучок силовых линий, перекрывающих проход веером.

– Только не трогай, – торопливо произнес Саша, когда я приблизила к тревожно звенящим ультразвуком линиям лицо, внимательно изучая их структуру. – Это силовые мононити, способны разрезать даже метровую титановую пластину.

Ага. То есть пальчиком лучше не тыкать. Если пальчик дорог.

– Ты где такую штуку взял? – полюбопытствовала, потому что не помнила, чтобы у нас в погребе такое было.

– Фобос достал. Через своих, – последовал загадочный ответ. – У него вообще связи ого-го, главное вопрос формулировать правильно. Ну и про деньги не забывать. Стоят эти игрушки, как полноценный автомобиль. Каждая.

– Какое немыслимое расточительство, – поджала губы.

– Они многоразовые, – успокоил меня Саша. – К тому же я предпочту перестраховаться. Ритуал длится минут двадцать-тридцать, за это время могут напасть, а мне никак нельзя отвлекаться.

Перебрав в голове все известные мне места этой аномалии (да и других, если уж на то пошло), я признала, что проводить ритуал в пещере всё-таки оптимально. Тут всего две стороны, откуда могут напасть. И их Саша только что обезопасил.

– А почему именно аномалия?

– Тут особый энергетический фон, – спокойно пояснил братишка, другим незнакомым мне артефактом выровняв пол вокруг себя в радиусе полутора метров до идеальной гладкости, а затем начал чертить сложную гексаграмму, вырезая её в полу другим артефактом, крошащим камень, словно рыхлый песок. – Он стабилизирует и одновременно усиливает потоки. Помогает объединять и усваивать входящую энергию.

Когда печать была нарисована, как и все необходимые руны воздуха, Саша достал из рюкзака свечи и энергетические кристаллы, распределил их по нужным местам, попутно рассказывая, что стихии лучше всего усваивать в определенном порядке, но так как у нас уже есть код воздуха, то сегодня мы активируем его.

– А вот потом надо будет добывать определенные ингредиенты, соответствующие каждой стихии. Преимущественно это свежие сердца и железы тварей, обитающих в соответствующих условиях. Например, чтобы освоить стихию воды, нужно семь сердец тританидлов. Для освоения тверди достаточно сердца и печени одного крупного кабана. И так далее. При этом…

Саша бросил на меня странный взгляд.

– Их нужно съесть.

– Хм-м… – протянула недоверчиво.

– Что?

– Не сходится, – качнула головой, улыбаясь.

– Что именно?

– Ну, допустим, семь сердец тританидлов съесть реально. Каждое весит примерно сто пятьдесят граммов, итого чуть больше килограмма. Но одна только печень кабана вытянет на пять кило. Я уж молчу про сердце. Ты реально способен съесть столько за раз?

Саша приглушенно рассмеялся и качнул головой.

– Нет. Не обязательно есть всё, достаточно одного кусочка. Остальное уходит на откуп стихии.

– Ну, это уже реальнее, – кивнула, запоминая. – А сейчас что уйдет? Воздух же уже внутри тебя.

– Если ничего нет на откуп, то недостающие элементы можно заместить энергетическими кристаллами, – Саша махнул на них рукой. – А сейчас прошу тишины, мне нужно погрузиться в медитацию.

И время замедлило свой бег…

Глава 11

Чтобы не мешать, я отошла к стене и села, не убирая оружие далеко. Артефакты – это прекрасно, но когда под ладонью клинок – мне спокойнее.

Саша тоже сел в позу лотоса и, первым делом активировав печать струйкой силы, которая прошлась по всем лучам и, напитав руны, вспыхнула над его головой энергетической сферой, закрыл глаза и погрузился в медитацию.

Прошло несколько минут, я видела, как расслаблено его лицо и размеренно вздымается грудь, а потом… Миг – и его губы исказила секундная гримаса боли.

Я поняла, что он начал устанавливать программу, содержащую код воздуха. В ту же секунду энергии, заключенные внутри сферы и высвобождаемые ритуалом, начали свое движение, сплетаясь в немыслимый, но завораживающий танец. Пламя свечей трепетало, но не гасло, запахло озоном и чем-то ещё, непонятным, но приятным. Танец энергий под сферой ускорялся, превращаясь в полноценное торнадо, но при этом не хаотичное, а четко выверенное, завораживающее своей мощью и непостижимым смыслом.

Из глубины шахты донесся шорох множества скорпионьих лап, судя по всему их тоже привлек всплеск магии, но что-то останавливало их от стремительной атаки. Что-то пугало.

Минуты через три один к нам всё-таки сунулся, решив стремительно выпрыгнуть, но всё закончилось, толком не успев начаться – силовые мононити нарезали его на ломти и к нам вывалились лишь куски скорпиона. Хорошо, что пещера была достаточно большой, чтобы эти куски не долетели до ритуальной сферы!

Хотя брызги относительно жидких внутренностей, как мне показалось, всё-таки коснулись энергетического купола, но испарились раньше, чем проникли под него.

В общей сложности буйство стихии продлилось минут тридцать, после чего энергетическая сфера просто лопнула с едва слышным хлопком, погасли прогоревшие свечи, но я всё равно с помощью эхолокации увидела, что Саша всё так же сидит в позе лотоса. Тяжело дышит, будто бежал марафон, и мокрый, словно внутри не энергии штормовали, а ливень шел.

Это он так вспотел что ли? Кошмар!

Не торопясь кидаться с тревожными возгласами к нему и щупать на предмет повреждений, я медленно встала, не сводя с него пытливого взгляда, но всё равно вздрогнула от неожиданности, когда он резко распахнул глаза, в которых бушевала чистейшая стихия воздуха.

Ох-хренеть…

– Ты чего? – напрягся братишка, глядя четко на меня, а его глаза аж светились от переизбытка внутренней мощи.

– У тебя глаза светятся, – прошептала тихо. – Красиво, но жутковато. Ты как?

– Пришлось напрячься, – не стал скрывать он, плавно поднимаясь на ноги. – Но было не больно, а скорее… Напряженно. Не знаю, как сказать. Но легче, чем с металлом, намного легче. И так, знаешь… Внутри меня сейчас всё звенит и ликует. Я это…

Он повернул голову в сторону темнеющего туннеля, где копошились десятки тварей, и по его губам скользнула зловещая ухмылка предвкушения.

– Не уходи далеко, хорошо? Разомнусь и распакуем твой воздух. Я быстро.

Подобрав с пола меч и одним ловким движением деактивировав защитный артефакт, Саша метнулся вперед смазанной тенью, а потом…

Потом поголовье скорпионов начало резко сокращаться.

Я даже идти за ним не рискнула, наблюдая издали, и изредка даже не успевая уловить то или иное движение. Он явно ускорил себя воздухом, используя магию пассивно, но на полную катушку, так что не прошло и десяти минут, а твари уже закончились.

А ведь было их десятка три, не меньше…

– Хоть одного крупного можно было убить поаккуратнее? – проворчала, когда подошла ближе и увидела мешанину из порубленный на куски тел, хвостов и клешней.

– Неа, – хохотнул Сашка, совершенно не раскаиваясь. – Честно, прости. Ни шанса. Меня до сих пор распирает, хотя по ощущениям сбросил где-то половину резерва. Да ты сама попробуй и всё поймешь!

– И вдвоем мы расхреначим тут всё… – проворчала снова, но послушно прошла за Сашей обратно в пещеру.

Дождалась, когда он заново установит по нужным лучам гексаграммы новые свечи и энергетические кристаллы, объяснит суть происходящего и подскажет, как активировать купол, а потом…

Потом я села внутри печати, уняла бешеное сердцебиение, отрегулировала дыхание, усмирила тревожные мысли… И начала ритуал.

Сначала активировать печать. Затем погрузиться в медитацию. Следом, ощутив полное умиротворение и отрешенность, активировать установку программы.

И тут же ощутить себя крупицей чего-то невообразимо великого и едва ли постижимого. Я стала всем и ничем. Была тщательно изучена и… одобрена.

Кем? Зачем? Почему?

Я не могла сказать. Я ощущала трепет и эйфорию. Чувствовала себя одновременно ничтожной и величественной. Познала суть воздуха…

И пропиталась им до последней клеточки.

А потом купол исчез, я открыла глаза и поняла, что именно ощущал Саша, когда завершился его ритуал. Казалось одним взмахом ресниц я могу сокрушить горы!

– Ну что? – спросил братишка, когда я одним ловким движением перетекла из позы лотоса чуть ли не сразу в атакующую позицию. – Скажи же: полный восторг?

– Полнейший, – выдохнула и протянула ему руку с требованием: – Дай.

Мне в ладонь вложили саблю, а потом…

Это была эйфория. Чистейший экстаз! Я упивалась битвой, ощущая себя поистине всемогущим божеством, и не было этому ни конца ни края. Мы углубились не просто в шахту, мы спустились на два уровня ниже, попав в пещеры естественного происхождения, где количество скорпионов на один квадратный метр просто зашкаливало, и танцевали восхитительный смертоносный танец.

А потом…

Скорпионы закончились.

– Не, ну так не честно, – пробормотала, растерянно оглядываясь и видя лишь десятки туш, покрошенных на неопознанные куски. – А вытаскивать это всё добро как? Тут КАМАЗ надо подвозить!

– Вот как-то… да, – хмыкнул Саша, задумчиво потирая затылок. – Этот момент мы с тобой не продумали. О, глянь!

Братишка взмахнул рукой, привлекая моё внимание к дальней стене, и мы подошли ближе.

– Да это же… – пробормотала, не веря своим глазам.

– Ещё одна платиновая жила! – закончил за меня Сашка, когда у меня аж дыхание перехватило от того, что я видела. – Стой здесь, я за рюкзаками!

Саша убежал за рюкзаками, которые мы оставили в той пещерке, где проводили ритуал, ну а я, понятное дело, не в силах просто стоять, подошла ещё ближе и присела, восхищенно рассматривая изумительное творение природы: россыпь крупных магических кристаллов чистейшей платины.

Жила протянулась через треть пещеры вдоль одной из стен широким полутораметровым рукавом и только навскидку тут было килограммов пять. А то и все двадцать! Сложно было подсчитать вот так сразу, я могла лишь изумленно рассматривать этот платиновый ручей, чувствуя, что от этой красоты у меня аж слезы на глаза наворачиваются.

Это было нереально красиво!

Не знаю, сколько точно прошло времени, кажется, я даже впала в некий транс, который потревожил вернувшийся Саша, ну а потом, вооружившись небольшими кирками из его рюкзака, мы приступили к добыче редчайшего на планете металла.

Какие скорпионы, что вы⁈ Мы резко переквалифицировались в горняков!

В итоге прошло часа четыре, не меньше, прежде чем мы собрали все видимые кристаллы, на которые никто удивительным образом не наткнулся раньше. Видимо, никто просто не заходил настолько глубоко. Это только нам… кхм, сила в голову ударила. И положа руку на сердце, если бы не она, мы бы тоже никогда так далеко не зашли. А так как-то само… Практически случайно!

– Так, ладно, – заявил Саша, внимательно изучив стену. – Вот тут и вот тут ещё можно будет вкопаться в следующий раз, жила явно уходит вглубь, но там скорее всего будут уже не кристаллы, а обычная самородная платина. Но это потом. Скорпионов разделывать будем?

– Спрашиваешь! Конечно!

– Вообще-то время уже к вечеру… – намекнул он на определенные обстоятельства. Оценил мои насупленные брови и надутые губы и фыркнул. – А ты сейчас смешная. Ладно, давай так. Распотрошим тех, кто наверху. Там даже кто-то почти целый был, из первых. А я завтра с утра сюда вернусь и вынесу максимум, что получится. За ночь с ними ничего не случится. – И задумчиво добавил: – Если свои не сожрут.

– Хорошо, – воодушевилась в тот же миг. – Идем!

Увы, даже так мы провозились до позднего вечера, и я точно опоздала на семейный ужин, зато все до единого контейнеры и пакеты были под завязку забиты сердцами скорпионов, а на телегу помимо почти эталонного крупного скорпиона, которого Саша всего лишь обезглавил (но дома я приклею ему голову обратно), мы навалили ядовитых жал, причем постарались навалить их преимущественно под скорпиона. Чтобы вояки не слишком сильно удивлялись их количеству.

При этом к воротам мы подошли только ближе к девяти вечера, когда в аномалии уже стемнело, по дороге избавив этот мир ещё от пяти тварей, вылезших на охоту из своих щелей, и ценные части их тушек тоже пополнили нашу телегу.

А потом нам не хотели открывать…

– Да вы там охренели⁈ – возмутилась, когда с той стороны потребовали не просто назвать себя, а со всеми данными из лицензии. – Я графиня Евтушенко! Да я сейчас просто через ворота перелезу и лично в глотку запихаю вам все дурацкие распоряжения руководства по комендантскому часу! Меня муж домой на ужин ждет!

А стоящий рядом Саша тоже заорал:

– Сержант Юдин! Ты там? Что за нахрен комендантский час⁈ Мне Гефесту позвонить? Так легко! Связь тут уже ловит!

– Ну что за люди пошли, а? – с нескрываемой досадой проворчал тот самый сержант Юдин, которого мы знали чуть лучше, чем остальных. Он открыл нам ворота лично. – Бельковы⁈ Вы с дуба рухнули по ночи в аномалии класса С шарахаться⁈ А ну быстро выходите! А это что за… м-м-мать!

– Это скорпион, – поправила шарахнувшегося назад сержанта, который, судя по всему, лично ни разу на территорию аномалии не заходил. Особенно в шахты. – Дохлый, если что. Так что там по комендантскому часу? Что за нелепое нововведение?

– Да вот… Буквально с пятницы… – всё ещё обескураженно бормотал вояка, пока Саша катил мимо него телегу с нашим добром. – Бумага пришла…

– Можно ознакомиться? И почему вы её нам до того, как мы вошли в аномалию, не показали?

– Так я это… Не моя смена была…

Как бы то ни было, из аномалии мы вышли и даже вместе с телегой, и пока бойцы, вполголоса переговариваясь, изумлялись размерам твари, ознакомились с бумагой. И впрямь, распоряжение графа Головина, на чьих землях находилась аномалия. Установить комендантский час с первого сентября. В аномалию запускать только после восьми утра и никого не выпускать после восьми вечера. Ни причин, ни объяснений.

– Хрень какая-то, – пробормотал Саша, хмурясь. – А если группа на минуту-другую задержится? Их же за ночь сожрут.

– Сожрут, – вздохнул сержант. – Только мы-то что сделаем? У нас граф Головин начальник. Как сказал, так и должны выполнять. И это…

Он вскинул голову и посмотрел на своих коллег. На всех по очереди.

– Мужики, про время выпуска вот этих двоих, молчок. Сами знаете, наши головы первые полетят.

– Да понятно, чего уж.

– Ясен пень.

– Не дураки!

Раздалось со всех сторон, ну а мы с Сашей, переглянувшись, кивнули друг другу. Надо будет в следующий раз этой смене какой-нибудь презент привезти. Шашлык там… Коньяк! Всё-таки мужики и впрямь нарушили прямой приказ графа. Но как иначе-то⁈ Если бы нас убили прямо под воротами, кто бы в этом был виноват?

Но разобраться, конечно, надо…

– Сержант, а может предпосылки какие были? – обратилась я к Юдину. – Ну там… Инциденты с группами. Несчастные случаи поздно вечером… М?

– Был, ага, – нехотя кивнул боец, морщась. – На той неделе повадились ходить одни… кхм, альтернативно одаренные. Трое. Молодые, борзые. Из аристо. – Сержанта отчетливо перекосило. – Заходили под вечер и выходили к полуночи, как специально. То ли прикол у них такой был, то ли ещё что. Специально ночи дожидались, чтобы к воротам с боем пробиваться, а нам их потом шквальным огнем прикрывать, чтобы выпустить. Одного чуть сам с автомата не угробил. А так хотелось! Из наших двое раненых. Одна такая тварюга, – он мотнул головой на нашего скорпиона, – только поменьше, столько хаоса навела, пока прикончили. В общем, графу докладная сразу ушла, а он, видимо, решил подойти к проблеме радикально.

Ага…

– А как, говоришь, этих аристо зовут? – полюбопытствовал Саша, пока я просто кривилась, поражаясь чужой безалаберности.

– Черкасские, – сплюнул себе под ноги Юдин. – Княжичи. Наследник Виктор, его брат Василий и кузен ихний Виссарион. Молодые дурни.

– Ясно. Спасибо, Николай. – Саша крепко пожал сержанту руку. – Извини, что задержались. Не хотели вас подставлять. Сами не знали, а той смене сделай внушение. Мы-то ладно, за себя постоять можем, а если кто похлипче задержится?

– Уж сделаю, не сомневайтесь, – зловеще ухмыльнулся вояка и вдруг прищурился, бросив на меня пытливый взгляд. – А я верно расслышал или уже старость подкралась? Кто там из вас Евтушенко?

– Я замуж вышла, – похвасталась, улыбаясь во все тридцать два. – За графа Евтушенко.

– О-о… – Сержант аж растерялся, а потом неловко поклонился. – Мои поздравления, ваше сиятельство.

– Ой, бросьте. Я тут как охотник, – рассмеялась, но тут же добавила: – Если только ситуация не критичная. Спасибо вам ещё раз. Хорошей службы!

– Ага. И вам, – немного невпопад ответил Юдин, ну а потом мы отправились к своей Газели – грузить честно добытое добро, и при этом не палиться, что добра этого – с избытком!

В итоге в Карабаново мы были в десять, но я ещё по дороге отзвонилась мужу, что у нас всё в порядке, небольшой (но приятный!) форс мажор, так что волноваться не о чем, ну а Саша в это время созванивался с Фельдштейном и договаривался на позднюю приемку товара.

Дома, высадив меня и скорпиона, который станет первым элементом нашей трофейной коллекции, Саша умчался в Москву, ну а я, попросив о помощи сразу шестерых бойцов рода, затащила добычу в дом и сразу в комнату, где скорпиончик будет выставляться. Раньше в этой комнате хранилось трофейное оружие предков графа, которые чуть ли не со времен основания рода все до одного служили в регулярных императорских войсках, но последние годы, как появилась аномалия, выдались для рода тяжелыми и коллекцию пришлось распродать.

А комната осталась.

Даже не комната, а полноценный зал десять на пятнадцать, так что мне было где развернуться. Да и муж разрешил. Это ли не прекрасно?

– Ого! Вот это экземпляр! – С третьего этажа к нам спустился граф, тяжело опираясь на трость, но выглядел при этом достаточно бодро. И капельку возмущенно. – Ева, каким составом вы ходите в эту аномалию?

– Эм-м…

Сначала я дождалась, когда из комнаты один за другим выйдут далеко не глупые бойцы, после чего крадучись подошла к мужу, заглянула в его хмурые глаза снизу вверх и ла-а-асково произнесла:

– Дорогой, ну что ты? Я же не ребенок, могу за себя постоять. Уверяю тебя, мы с братом – отлично сработанная команда, кто-то ещё будет нам просто мешать. Ну всё, не дуйся. Мы же договаривались, что я и дальше буду охотиться на благо нашей семьи. Что на тебя нашло?

Тяжело вздохнув, Евтушенко посмотрел на меня долгим, не особо приятным взглядом, а потом рвано выдохнул:

– Я волновался. Сильно. Ева… – Он поджал губы, снова посмотрел на меня, но уже не хмуро, а… взволнованно. – Я не хочу снова стать вдовцом. Умоляю, береги себя.

Его слова, несмотря на оттенок горечи, были приятны. И я… Я просто крепко обняла его за талию и прижалась щекой к груди, где билось большое и доброе сердце.

– Обещаю.

Мы простояли так минут десять не меньше, но потом я мягко отстранилась, улыбнулась и заявила:

– Есть хочу, умираю! С ужина что-нибудь осталось?

– Конечно, я распорядился, чтобы на вас с братом оставили побольше самого вкусного, – с легкой улыбкой кивнул граф. – Кстати, где он сам?

– Повез запчасти в скупку, – отмахнулась, лукаво щурясь. – Ты ведь не думал, что мы вытащили из аномалии только одну тушку?

Шумно вздохнув… Николай странно хмыкнул и качнул головой.

– Беги переоденься. Я пока распоряжусь, чтобы слуги разогрели и накрыли для тебя ужин. Не против, если посижу с тобой? Заодно расскажешь, как сходили.

Ну-у-у… всё я, допустим, рассказывать не буду, но…

– Хорошо! Я мигом!

Убежав наверх и сначала приняв душ, я переоделась в удобные брючки и футболку с надписью «Скромная до безобразия, после безобразия опять скромная», потому что планировала после ужина заняться чисткой твари (чтобы внутренности не протухли, их надо было вынуть), спустилась вниз и с отменным аппетитом поужинала запеченой уткой с брусничным соусом и каким-то затейливым салатом с грушей. Но вкусно было – пальчики оближешь!

Пока ела, граф просто сидел напротив, задумчиво потягивая травяной чай из запасов бабы Вари (я узнала его по запаху), ну а когда я перешла к кофе и пирогу с персиками, то охотно поведала о наших сегодняшних приключениях. Естественно, немного урезанную версию. Мол, углубились в одно из ответвлений шахты, забыли о времени, а когда вышли к воротам, нас ещё и выпускать не хотели.

– Представляешь? Самые настоящие беспредельщики! – возмущалась, рассказывая о княжичах.– Кстати, надо будет своих бойцов на пропускном пункте предупредить, чтобы этих троих в принципе внутрь не пускали. Можно же издать какой-нибудь внутренний указ? Это наши земли и только нам решать, кто может по ним свободно передвигаться. Особенно в зонах повышенной опасности.

– Да, ты права, – нахмурился Евтушенко. – Завтра с самого утра распоряжусь и оформлю приказ на гербовой бумаге. Заодно созвонюсь кое с кем, пусть соберут информацию по этой троице. Нам таких проблем не надо, и без них забот достаточно. Терять бойцов только потому, что дурной молодежи адреналина не хватает, я не собираюсь. К тому же Черкасские, если я всё правильно помню, хозяева земель близ Ставрополя. Далековато их от родного дома занесло…

– Видимо, в остальных местах они уже в черном списке, – хмыкнула с нескрываемой неприязнью. – Так, ладно! Спасибо за ужин, он был великолепен. Ты сейчас спать?

На меня посмотрели с подозрительным прищуром, а я изобразила «кошачьи царапки», подняв руки на уровень своего лица.

– Массаж!

– О… да. Да. Идем.

Мне показалось, Николай искренне обрадовался моему предложению, а потом и вовсе растекся по своей кровати, в процессе лишь изредка постанывая, причем с нескрываемым наслаждением. Ох, уж эти мужчины!

Снова хорошенько промяв ему шею и поясницу, не забыла уточнить, пьет ли он лекарства Варвары Тимофеевны (мне поклялись, что да), ну а потом я поцеловала разомлевшего мужа в щеку и отправилась вниз.

Потрошить скорпиона!