Текст книги "Магическое ателье леди Кейт (СИ)"

Автор книги: Елена Филимонова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Среди прочего добра нашелся даже оверлок, но, увы, в нерабочем состоянии. Я сделала пометку узнать, где можно отремонтировать его и сколько это будет стоить.

Оказавшись в родной стихии, я по обыкновению не заметила, как пролетело время – опомнилась, лишь когда за окнами начали сгущаться сумерки. На столе лежали раскрытые журналы выкроек, лоскуты с образцами стежков и отремонтированный чехол для диванной подушки – я залатала на нем дыру, а про краям пришила атласные ленты. Глаза болели, спину тянуло.

Тем не менее, я была довольная и впервые со вчерашнего утра ощутила спокойствие – привычная работа вселила немного уверенности. Конечно, со многим еще только предстояло разобраться, но теперь я знала, что без куска хлеба на останусь.

Кстати, о хлебе… Желудок тоскливо заурчал, напоминая, что пора бы и подкрепиться.

Железная плита выглядела устрашающе. Однако, выбора нет – придется научиться с ней обращаться. Прошлым вечером мистер Таф дал мне короткую инструкцию, хотя и удивился, что я не умею ей пользоваться. Пришлось соврать, что в столице я не готовила сама, а питалась в столовой для обитателей дворца.

В сарае за домом сохранилось немного дров, наколотых специально для этой плиты – мелкие поленья были собраны в вязанки и аккуратно уложены вдоль стен.

В одном из кухонных шкафов я нашла коробку спичек. Здесь они представляли собой тонкие лучинки длиной около пятнадцати сантиметров, увенчанные серной верхушкой.

...Дрова были уложены на место, туда же отправилась и старая бумага. Я чиркнула спичкой. Уффф... Надеюсь, не спалю дом.

***

Да уж, не думала, что обычная варка яиц может превратиться в квест. Но первое испытание я прошла, и теперь на столе радовал глаз нехитрый ужин: пара сваренных вкрутую яиц, салат из помидоров и огурцов и чесночная булка, источающая восхитительный аромат.

Кузя, уже подкрепившийся жирной крысой, сидел на подоконнике, втягивая носом влажный ночной воздух.

Я же, к удивлению для самой себя, испытывала спокойствие и... принятие? Мне все еще дико, до одури хотелось домой, в привычную и понятную жизнь, но сейчас я была здесь, в странной новой реальности. Которая к слову, оказалась не так уж плоха. Могло быть и хуже. Небесные силы могли закинуть меня в мир, населенный зомби, или, скажем, тот, где у женщины меньше прав, чем у собаки.

А здесь у меня есть дом. Дом! Я давно мечтала о собственном уголке земли, но не могла себе его позволить. Эта мысль породила новую догадку – а что, если дело не только в «живом» ателье? Быть может, мое желание иметь дом и участок тоже сыграло роль?Два фактора сложились и – вуаля – я оказалась здесь? Если все так, то мне действительно следует быть осторожней с желаниями.

...Перед тем как уснуть я долго ворочалась, время от времени поглядывала в темный дверной проем, надеясь увидеть там Кейт, но тщетно. Младшая госпожа Левер, очевидно, ушла навсегда. А жаль – мне бы пригодился ее совет.

Утром, наливая в чашку кофе из турки, я увидела молодого юношу в голубой униформе. Он шел вдоль дороги, волоча за собой тележку на колесах. Останавливался возле каждого дома, доставал из тележки сверток, конверт или свиток. Те, что побольше и потяжелее летели через забор, а маленькие и легкие юноша просовывал под калитку. Почтальон?

Возле моей калитки он тоже остановился. Удивленно посмотрел на дом, словно прикидывал – не вышло ли ошибки, но проходящая мимо дама – та самая, с которой я столкнулась как только попала сюда – что-то сказала ему, указывая на мое окно. После этой короткой беседы почтальон достал из тележки маленький прямоугольник из желтой бумаги и сунул под мою калитку.

Дождавшись, пока он уйдет, я вышла на улицу.

Дама, говорившая с почтальоном, заметила меня не сразу, что дало мне возможность услышать ее беседу с другой женщиной.

– Поговаривают, она была содержанкой. Крутила шашни с каким-то чиновником, а про бабку и не вспоминала.

Я затаилась в кустах смородины. Подслушивать нехорошо, но в данном случае речь шла обо мне, так что я имела право знать.

– Ее вроде бы погнали из Академии? – спросила вторая. И хмыкнула не без превосходства, – магичкой, видишь ли, стать хотела. Да дальше чиновничьей постели не ушла.

– Вот-вот! – подхватила соседка. – А как бабка преставилась, так живенько явилась. Небось, любовничек за порог выставил, вот и вспомнила, что у ней наследство имеется.

Это было уже слишком. Я вышла из кустов, сделав это намеренно громко. Женщины синхронно повернулись и, увидев меня, так же синхронно подскочили.

– Доброе утро, дамы! Стыдно должно быть, – я с укором посмотрела на одну, затем на другую. – Рассуждаете так, будто свечку держали. Солидные женщины, а такие глупости говорите.

Первая притихла, а вторая, напротив, расхорохорилась.

– Ишь ты! Умная какая! Думаешь, коли явилась на готовенькое, так все можно, да? Грубиянка! – она уперла руки в полные бока.

– Интересная логика: гадости говорите вы, а грубиянка я.

– Вертихвостка ты, вот кто!

Лицо женщины пылало негодованием. Уж не знаю, чем досадила ей покойная Кейт, но я не имела к этому отношения. И не собиралась скандалить. Впрочем, давать себя в обиду тоже. В конце концов, мне предстоит жить бок о бок с этими людьми.

– Я швея. А это – я обернулась к дому, – ателье моей бабушки, которое теперь принадлежит мне. Если появится желание обновить гардероб – милости прошу. А вот сплетни распускать не позволю.

Дама открыла рот, но, очевидно не нашла, что ответить. Поджала губы, развернулась и гордо удалилась к своему дому, стоящему по другую сторону узкой улицы. Внутри все кипело от негодования и желания высказать нахалке все, что думаю. Медленный вдох и долгий выдох немного успокоили. Во всяком случае, желание кинуться догнать нахалку и сказать ей пару ласковых, было уже не таким сильным.

«Вот тебе, Катенька, и «дорогие соседи», думала я, провожая ее взглядом. Повезло еще, что мистер Таф – человек адекватный.

Занятая отстаиванием собственной чести я забыла, для чего вышла на улицу. Точно! Письмо!

«Управление шерифа городского округа Ирфенес», прочитала я, когда подняла конверт. «Получатель: Кейт Левер»

С дурным предчувствием, но, все еще надеясь на лучшее, я разорвала конверт и достала письмо.

«Данным письмом уведомляю, что вам в срочном порядке надлежит явиться в управление одиннадцатого дня первого весеннего месяца.

Шериф Дж. Бартел»

Глава 13

На календаре значился десятый день, следовательно, к шерифу я должна была явиться уже завтра.

Под ложечкой закопошилась тревога, а мозг уже подкидывал версии одна другой хлеще. Бартел заметил, что подписи не совпадают? Или, может, он видел настоящую Кейт и понял, что я не она? Мы были похожи, но не как две капли воды. Или же кто-то из знакомых Иоланты, знавший Кейт лично, пришел к шерифу и поделился подозрениями?

Я вернулась в дом, села за стол, выпила холодной воды. Надо успокоиться. Будь здесь что-то серьезное, он бы явился ко мне лично, разве нет? Возможно, шериф просто забыл дать мне еще одну бумагу на подпись или уладить какую-то иную формальность.

Но, даже если у него есть подозрения – в шкатулке лежит именная грамота, лицензия и прочие документы. В любом случае, выбора у меня нет. Теперь я – Кейт Левер, владелица ателье.

Кстати, об ателье. Надо узнать, где можно починить оверлок. Обметывать срезы вручную я умела, но процесс был трудоемким, занимал много времени, но главное – машинка справлялась с этим лучше и результат выходил качественнее.

Заодно и от тревог отвлекусь.

***

– Оверлок починить, говоришь?.. – мистер Таф почесал подбородок. – Дай-ка подумать.

Мы пили чай в саду за его домом, хотя я заглянула к нему «на минутку»: узнать насчет ремонта и вручить небольшой гостинец в виде мешочка кофе.

– Разве что на Ремесленной, – продолжил он. – Там, где гномы мастерскую держат. Спроси, может и подсобят тебе. Только смотри, – старик предупреждающе поднял указательный палец, – чтобы лишнего не взяли. Руки-то у них золотые, спору нет. Но денежки любят, мама не горюй. Коли смекнут, что ты из городских, живо как липку обдерут.

– Спасибо, – я отпила чая. – Но я в здешних ценах не разбираюсь. Мне сложно судить.

– Тут особой науки не надо, – фыркнул сосед. – Уж не знаю, что там с твоим оверлоком, но больше серебрушки им не давай. За две можно и новый из Аргира выписать.

– Чтобы я без вас делала, мистер Таф?

И правда. Вчера, на рынке меня бессовестно обвесили, но поняла я это лишь придя домой и взвесив покупки на кухонных весах. Ну, да ладно, впредь буду осмотрительней.

– Ой, да брось ты, – отмахнулся он, но я увидела, как вспыхнули его щеки. – Кстати, деточка, к шерифу-то заходила?

– Заходила. Все в порядке, – мне не хотелось продолжать эту тему, и я увела разговор в другое русло. – Знаете, как дойти до Храма?

– Тут и знать нечего: в центре он, недалеко от ратуши. – Мистер Таф долил мне чая. – Бабушку помянуть хочешь? – и, не дожидаясь ответа, вздохнул, – это дело доброе, – старик похлопал меня по руке. – Хорошая женщина была. Хоть и строгая.

Интересно, что бы она сказала, увидев, как я хозяйничаю в ее ателье?

– И это тоже.

Он прав: нужно помянуть Иоланту и Кейт. Где бы они сейчас ни были, пусть обретут покой.

– Хотя я помню, Ио говорила, что ты не очень религиозна, – с улыбкой напомнил Таф.

Вот еще одно сходство между нами. Как и я, Кейт, оказывается, тоже не слишком верила в бога. Что в общем-то странно, учитывая ее владение магией.

– Вообще-то есть еще одна причина.

Я рассказала ему про Киду. Таф слушал, не перебивая, лишь изредка цокал языком и качал головой.

– А это все потому, что толкового закона о сиротах нет, – сказал он, когда я закончила. – Формально-то они под государственную опеку переходят, ежели другой родни не имеют. А по факту, – старик махнул рукой, – эх... что говорить-то!

– Тогда тем более надо проверить, как там девочка.

***

В Храме удивились моему появлению, но неприязни я не увидела. По крайней мере, явной.

В главном зале меня встретил мальчик-прислужник:когда я вошла, он хлопотал возле украшенного цветами алтаря. Больше в помещении никого не было.

– Побудьте здесь, леди, – сказал он. – Сейчас позову Жреца-настоятеля.

Оставшись одна, я принялась осматриваться. Внутреннее убранство храма было лаконичным – белые стены покрывали скромные узоры пастельных тонов. Напротив входа, в противоположном конце зала, стояла каменная статуя, изображавшая женщину с распростертыми руками – как будто она хотела обнять всякого, кто шел ей навстречу. Чуть в стороне расположился алтарь с живыми цветами: астрами, пионами и хризантемами. В больших напольных подсвечниках горели свечи.

В целом место производило успокаивающее впечатление.

И тут в глубине раздалось эхо шагов. Я обернулась. Ко мне приближался мужчина в светлом кафтане, перехваченным тонким кожаным пояском.

– Светлая Матерь да благословит вас, – кивнул он, когда подошел.

Я ответила тем же приветствием.

– Чем обязан визиту? – его голос мгновенно приобрел деловой, какой-то даже отстраненный тон.

– Я бы хотела повидать девочку, которую вчера к вам доставили. Ее зовут Кида.

Жрец сощурился.

– Кем вы ей приходитесь?

– Никем. Но это я привела ее к шерифу. Точнее, шериф привел нас с ней к себе в контору.

Лицо мужчины немного смягчилось.

– А... так это вы. А я, было принял вас за владелицу лавки.

Его слова мне не польстили, но я не обиделась. Напротив – почувствовала к нему уважение.

– Меня зовут Кейт. Кейт Левер. Я владею небольшим ателье. Возможно, вы знали мою бабушку.

Жрец кивнул.

– Она вносила щедрые пожертвования в копилку общины.

Он выразительно посмотрел на меня, очевидно, надеясь, что я продолжу семейную традицию. За это его тоже было сложно винить. В конце концов, он просто делал свою работу.

– Так, можно мне увидеть девочку?

Жрец кивнул.

– Следуйте за мной.

...По другую сторону внутреннего двора храма стояло еще одно здание: гораздо меньше и проще, высотой всего в два этажа.

– Это наш сиротский приют, – сказал Жрец.

В самом дворе бегали дети, и выглядели они не так уж плохо. Скромно одетые, но чистые, причесанные и, судя по виду, сытые и довольные. Однако, Киды среди них я не увидела.

– Она там, – жрец указал на здание. – Некоторым детям нужно время, чтобы освоиться. Мне надо возвращаться к делам, но вы можете зайти. Поднимитесь на второй этаж. Первая дверь справа. Это кабинет смотрительницы, она отведет вас к девочке.

***

Смотрительница оказалась женщиной лет сорока-сорока пяти. В строгом сером платье с глухим воротом и собранными в тугой пучок волосами, она выглядела как викторианская учительница.

– А я уж понадеялась, что вы ее родственница, – сказала она, пока мы шли по длинному коридору. – Вчера вечером я пыталась ее разговорить, но увы, – смотрительница развела руками, – девочка не слишком-то разговорчива. Точнее, совсем не разговорчива. Я ничего толком и не выяснила.

Она остановилась возле одной из дверей.

– Может, вам повезет, и вы узнаете больше.

Смотрительница открыла дверь и отошла, пропуская меня внутрь.

Я оказалась в игровой комнате. По крайней мере, именно так это выглядело, судя по стеллажам с игрушками.

Кида сидела на подоконнике и смотрела в окно. Услышав, как открывается дверь, она повернулась. Мимолетный испуг сменился удивлением, когда она увидела меня.

– Я вас оставлю, – смотрительница закрыла дверь с обратной стороны.

Мне было неловко. Я хотела удостовериться, что с девочкой все в порядке и, получив этому подтверждение, не знала, как себя вести и о чем говорить. Но раз уж пришла, разворачиваться глупо. Да и смотрительница рассчитывала на мою помощь.

– Привет. – Я сделала пару шагов вперед и, убедившись, что Кида не возражает, подошла ближе. – Помнишь меня?

Она кивнула.

– Вас зовут Кейт.

– Точно, – я улыбнулась. – А ты Кида.

Большие карие глаза, обрамленные ворохом длинных ресниц, делали ее похожей на олененка. Однако взгляд был не по-детски серьезен.

– Зачем вы здесь? Вас прислал плохой человек?

Глава 14

Она упоминала его уже второй раз. Но при этом явно не желала вдаваться в подробности.

– Меня никто не посылал. Я пришла, потому что хочу убедиться, что ты в безопасности.

– Почему?

– Что «почему»?

Кида сощурилась. В глазах читалось подозрение.

– Почему вы хотите убедиться, что я в безопасности?

Вопрос поставил меня в тупик, хотя Киду было можно понять: не слишком разумно доверять незнакомцам.

Я вздохнула. С ней лучше говорить честно и по-взрослому.

– Потому, что хозяйка лавки обращалась с тобой жестоко. А я не люблю, когда кого-то обижают. Тем более, ты ребенок и у тебя нет родни. Или есть?

Кида помотала головой.

– У меня была только мама. Но она умерла от лихорадки.

Про отца я спрашивать не стала: вчера, у шерифа Кида сказала, что никогда не знала его.

– Ты не против, если я буду иногда навещать тебя?

Кида задумалась, а потом, пожала плечами, глядя куда-то в бок.

У меня оставалось еще много вопросов, но я понимала – если начну задавать их сейчас, она закроется. Сперва надо заручиться доверием. На краю сознания мелькнуло – а надо ли оно мне, когда своих проблем выше крыши? Но, как бы странно это ни звучало, я чувствовала единение с этой маленькой девочкой. У нее не было никого, точно так же, как у меня, но если я могла позаботиться о себе, то Кида, в силу возраста, нет.

– Тогда зайду через пару дней, хорошо? Принесу гостинцев. Ты любишь сладости? Игрушки?

– Книги люблю, – ответила она после короткого раздумья. И пояснила, – мама научила меня читать. – На ее лице впервые появилось слабое подобие улыбки. – А вы думали, я безграмотная?

– Я еще ничего не успела подумать. Раз любишь книги, значит, будут книги. Какие тебе принести? Сказки?

– Можно и их.

Моя ладонь уже легла на дверную ручку, когда Кида окликнула меня.

– Леди Кейт.

Я обернулась.

– Мне нужно вернуться в лавку.

– Господи, зачем?!

– Там осталась моя вещь. – Кида немного помолчала, но все же добавила. – Она очень важна.

– Какая вещь?

– Мамин подарок. Его нужно забрать.

– Где именно ты ее оставила?

– В моем тайнике.

Судя по голосу и выражению лица, раскрывать подробности Кида не собиралась. Хотя, с чего бы ей со мной откровенничать.

– Ладно. Я постараюсь тебе помочь.

Кида поблагодарила меня, но без особого энтузиазма.

… На обратном пути меня одолевали противоречивые чувства. Мне хватало собственных забот, не говоря уже о чужих, но раз уж я (на свою голову) дала обещание, придется его выполнять.

***

Ремесленная улица неспроста называлась ремесленной – она полностью состояла из лавок и мастерских. Они занимали первые этажи зданий, на верхних же, судя по всему находились жилые комнаты владельцев.

Чего здесь только не было! Гончарные лавки, столярные мастерские, магазинчик украшений из полудрагоценных камней... Из пекарен вытекал на улицу аромат свежей выпечки, а кожевенная мастерская источала запахи, от которых к горлу подступала тошнота.

Людей было много: владельцы, покупатели, заезжие торговцы. Узкие тротуары были заняты переносными витринами с образцами, и идти приходилось по дороге. Из-за этого возникала толкучка: пешеходы, всадники и груженые телеги делили и без того неширокое пространство. Все толкались галдели. В таком месте лучше держать ухо востро, подумала я, и переложила кошелек во внутренний карман платья.

Гномья мастерская находилась где-то посередине этой улицы, между стеклодувным цехом и посудной лавкой.

– Добрый день! – я постучала по гостеприимно распахнутой дверной створке.

За низенькой стойкой сидел гном. Самый настоящий. Приземистый, коренастый, с черной бородой.

– И вам, сударыня, – кивнул он. Затем отложил перо, которым до этого что-то увлеченно писал в книге. – Чем могу служить?

– Вы занимаетесь ремонтом оверлоков?

Гном, кряхтя поднялся с кресла и вышел из-за стойки. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не таращиться на него во все глаза. Он шел вразвалку, перекатываясь с ноги на ногу – важный, серьезный, деловитый. Льняная рубаха была подпоясана кожаным ремнем. Шерстяные брюки заправлены в грубо выделанные сапоги с железным подбоем. Поблекшие голубые глаза смотрели оценивающе.

– В мастерской Рубура Фоинсона починят любое изделие, – заявил он с гордостью. – Что именно приключилось с вашим оверлоком?

– Требуется заменить нижний нож. Старый, увы, поврежден.

– Сам оверлок, надо думать, не принесли? – спросил он, насмешливо глядя на мою миниатюрную корзинку.

«Женщина, что с нее взять?» читалось в его глазах. Впрочем, смотрел он без неприязни. Скорее, снисходительно. К тому же выглядел слишком забавно, чтобы на него обижаться. Подумать только: я стою здесь, разговариваю с гномом!

– Оверлок сейчас в моей мастерской. Меня зовут Кейт Левер. Я владелица ателье. Возможно, вы знали мою бабушку, Иоланту.

– Возможно, – ответил он расплывчато. – У нас много заказчиков, – гном важно подбоченился, намекая на высокий спрос услуг мастерской. – Всех не упомнишь.

– Тогда запишите меня в лист ожидания, – подыграла я. – Или могу зайти в другой день.

Я развернулась и неспешно направилась к выходу, делая вид, будто собираюсь уходить. И это сработало.

– Пожалуй, мы можем принять ваш заказ, – окликнул меня гном.

Я остановилась и обернулась к нему.

– Отправлю к вам сына. Пусть осмотрит на месте.

Я вспомнила наставления мистера Тафа.

– Сколько будет стоить выезд на дом?

Лучше сразу прояснить нюансы, чем получить сюрприз в финальном расчете.

– Консультация бесплатно. В том числе и на дому.

Уже лучше.

– Хорошо, – я улыбнулась, но ответной улыбки не получила. Гном оставался серьезным.

– Диктуйте адрес.

***

По возвращении домой меня ждал приятный сюрприз в виде первого клиента. Средних лет женщина, представившаяся кузиной Тафа, хотела пошить домашнее платье. К счастью, материал для такого заказа был в наличии: хлопок, лен, поплин.

Я не знала расценок покойной Иоланты, но на помощь пришел гроссбух с отчетностью.

– Два серебряных ибиса.

Заказчица принялась торговаться, и в итоге мы сошлись на полтора. Я могла бы упереться, но не хотелось терять первую клиентку, к тому же я никогда не работала на старинной машинке, и мне предстояло освоить новый опыт.

– Жду вас завтра после обеда, – сказала я, провожая ее к двери.

– Могу и утром, – предложила клиентка.

– Увы, утром я буду... – с языка чуть было не сорвалось «у шерифа», но в последний момент я опомнилась, – ... в общем, кое-какие рабочие моменты.

Не хватало только, чтобы меня заподозрили в темных делишках.

– Как скажете. Я все равно живу недалеко.

Условившись, мы распрощались, я открыла дверь, чтобы выпустить ее и... обомлела.

На пороге стоял парень, выглядевший, как пожарный, сошедший со страницы австралийского календаря*. Вот только ростом он был мне по плечи.

– Это ателье Кейт Левер? – спросил он.

____________________

От автора:

* каждый год пожарная служба Австралии выпускает календари с фотографиями самых красивых пожарных

Глава 15

– Да, – кивнула я. – А, вы, должно быть, вы сын господина Фоинсона?

Парень кивнул.

– Хардвин, – представился он, протягивая руку.

– Кейт Левер, – я пожала крепкую ладонь.

Вот уж не думала, что гномы могут выглядеть… так. Будь Хардвин чуть выше ростом, телосложением вполне сошел бы за викинга или шотландского воина. А вот лицо, напротив, имело тонкие, я бы сказала даже аристократические черты. Прямой нос, тонкие губы и миндалевидные карие глаза – кем бы ни была его мать, внешность парень унаследовал от нее. Темные волосы были перехвачены кожаным шнурком и собраны в небрежную «гульку». Нижнюю часть лица покрывала коротка щетина.

– До свидания, госпожа Левер, – кузина Тафа протиснулась между нами и заспешила к калитке.

– Увидимся завтра, – крикнула я.

Хардвин проводит ее взглядом.

– Ваша подруга? – спросил он, когда женщина вышла на дорогу.

– Клиентка. – Я отошла, пропуская его, – входите. Отведу вас в мастерскую.

***

Хардвин достал из поясной сумки с инструментами нечто, напоминающее отвертку, снял нижнюю крышку оверлока и принялся осматривать то, что скрывалось под ней.

– Да… – сказал он, когда закончил, – с этим уже ничего не сделаешь. Придется заказывать новый нож.

– И сколько это будет стоить?

– Три, – ответил он, не раздумывая.

– «Три» чего?

– Ибиса, конечно.

Ага. Значит, Таф не обманул насчет гномов. Юный Хардвин (возможно, по наставлению отца) принял меня за неразумную городскую дамочку и решил взять втридорога.

– Из чего же складывается такая сумма?

– Стоимость металла, изготовление нового ножа, установка, гарантия… – перечислял он.

– И бонус за обдирание столичной глупышки, – добавила я. – Сколько стоит данный пункт?

Хардвин посмотрел на меня с уважением.

– Можем исключить его из договора, – улыбнулся он.

Вот же прохвост! И ведь ни грамма раскаяния в глазах.

– Тогда повторю вопрос: сколько?

– Одна серебрушка.

Я мало что воздухом не подавилась. Этот красавчик, не краснея, пытался взять с меня в три раза больше.

– Могли бы хоть сделать вид, что вам стыдно, – буркнула я.

Хардвин пожал плечами.

– За что? Я вас не обманывал: предложил цену, вы назвали свою, и мы договорились. – И продолжил с деловым видом. – По правде говоря, работа стоит одну серебрушку и десять медяков. Но за догадливость я сделал вам скидку.

– То есть, вас еще и благодарить нужно? – фыркнула я, сложив руки на груди.

– Пока не за что. Вот, починю агрегат, тогда и спасибо скажете.

Без труда подхватив тяжеленный оверлок, Хардвин направился к двери. Однако, я не собиралась отпускать его просто так.

– Стойте.

Он обернулся.

– Сначала подпишем договор, – я уперла руки в бока.

Хардвин поставил оверлок на пол. Размял плечи и улыбнулся аки Чеширский Кот.

– А вы, барышня, явно не лыком шиты. Хотя, – он вдруг сделался серьезным. – Мы, гномы, никогда не нарушаем условий сделки.

Вполне возможно, что Хардвин говорил правду, но я решила перестраховаться.

… Пока он, сидя за кухонным столом, скрупулезно изучал каждый пункт, я исподтишка разглядывала его. В какой-то момент он это заметил.

– Что не так? – Хардвин поднял на меня взгляд.

Я была смущена, но все осмелилась сказать:

– У вас необычная внешность для… для представителя вашей расы. Только не сочтите за оскорбление, просто…

Хардвин рассмеялся:

– Думаете, вы первая, кто об этом говорит? Я полукровка. Моя мать человек.

Теперь я по-настоящему удивилась:

– Так тоже бывает?

– Чего только не бывает, – Хардвин поставил подпись на обоих экземплярах, свернул один в свиток и убрал во внутренний карман. Второй оставил мне. – А с вашим оверлоком я управлюсь дня за четыре. Идет? – он встал из-за стола.

– Идет.

…Остаток дня получился сумбурным. Я думала о Хардвине и местных традициях, о завтрашнем визите к шерифу, о клиентке, о девочке… Голова буквально шла кругом. А это лишь третий день моего пребывания здесь. Что дальше-то?

Зато Кузьма чувствовал себя прекрасно. Вот уж, кому было тут хорошо! В моем мире он ни разу не покидал квартиру – только сидел на подоконнике и тоскливо глядел на улицу, а здесь получил абсолютную свободу.

– Может, однажды и я привыкну к этой реальности, – сказала я, почесывая его за ушком.

В ответ Кузя мяукнул и толкнулся макушкой в мою ладонь.

***

Утром следующего дня я стояла возле двери кабинета шерифа. В повестке не было указано точное время, но мне не хотелось оттягивать неприятный визит.

Я постучала.

– Входите.

Он сидел за рабочим столом, а по обеим сторонам высились кипы бумаг.

– Это вы, – Бартел поприветствовал меня коротким кивком. – Садитесь.

Я заняла предложенное место. Он делал вид, будто не слишком заинтересован мной, но я чувствовала – меня сканируют. Каждый шаг, каждый жест.

Бартел не спеша разбирал бумаги и, я не сомневалась, намеренно тянул время, словно желал испытать мою выдержку. Наконец, он отложил документы.

– Как вам Ирфенес?

Я не знала, какого ответа от ждал и, главное, не понимала, с какой целью он вызвал меня.

– Хороший город.

– Не скучно после столицы?

– У меня сейчас много работы и вряд ли останется время на скуку.

– Понимаю, – Бартел кивнул. Его лицо и поза были расслабленны, но взгляд оставался жестким и сосредоточенным. – У вас здесь есть старые друзья, знакомые?

– Только мистер Оливер Таф. Он мой сосед.

– Наверное вам здесь все кажется непривычным, – как бы невзначай сказал он. – После столицы.

– Есть немного, – согласилась я.

Да что же тебе нужно, гад ты этакий? Язык так и чесался спросить, зачем он позвал меня, но я молчала, поскольку не была уверена, что смогу произнести это и не выдать нервозности.

В воздухе повисла еще одна короткая пауза.

– По этому поводу я в общем-то и пригласил вас, – неторопливым жестом шериф открыл верхний ящик. – Вчера, почти сразу после вашего ухода я получил это, – он выложил на стол бумагу. – Уведомление из столицы.

Сердце ухнуло куда-то в район желудка. А что, если правда раскрылась? Если нашли тело Кейт или что-то еще, указывающее на то, что я – не она? У меня похолодели руки, а лицо, напротив, обдало жаром. Мысли истерически заметались в поисках подходящего объяснения.

Внешне я оставалась спокойной – по крайней мере, надеялась, что оставалась, но внутри разрасталась паника. Шериф тем временем не сводил с меня глаз.

– Правда? – понадобились все силы, чтобы замаскировать страх под маской непонимания – Какое уведомление?

Мерзавец молчал. Это длилось несколько секунд, но мне они показались вечностью.

– Штраф за неуплаченный налог.

Железная хватка, сдавившая горло, разжалась. С губ сорвался тяжелый выдох.

– Можно посмотреть?

– Конечно, – он пожал плечами и протянул мне бумагу. – В конце концов, это ваше, а не мое.

Я была так взбудоражена, что не смогла толком вникнуть в содержание. Глаз выхватил сумму: три серебряных ибиса.

– У вас были проблемы с деньгами? – голос шерифа вернул меня к реальности.

– А?.. – я растерянно посмотрела на него.

– Здесь сказано, что вы не платили налоги в течение трех последних месяцев. – Он прищурился с усмешкой. – Или вы злостная уклонистка?

У меня уже не было сил обижаться на него.

– Не беспокойтесь, – я сунула бумагу в корзинку. – Заплачу все до копейки.

– Копейки? – удивленно переспросил он.

Черт! Черт! Черт! Вот кто меня за язык тянул? Надо было срочно исправлять ситуацию.

– Это столичное выражение. Я хотела сказать, до медяка. Заплачу все до медяка.

Шериф чуть склонил голову на бок.

– Не сомневаюсь... госпожа Левер.

Возможно, я накручивала себя, но мне показалось, что последние два слова он произнес как-то... особенно выразительно.

– Это все?

– Почти.

Господи, какую еще экзекуцию он приготовил?

– Слушаю.

Шериф откинулся на спинку стула.

– Камилла, хозяйка лавки, выдвинула против вас обвинение. Утверждает, что вы угрожали ей убийством. – И, увидев, как изменилось мое лицо, пояснил, – не беспокойтесь об этом. Дело не будет возбуждено. Но, – Бартел сцепил руки в замòк, возможно, вам придется выступить свидетельницей, если Камиллу отдадут под суд.

Я кивнула.

– Раз, надо, значит выступлю. Теперь можно идти?

– Да, – разрешил он великодушно. – Спасибо, что уделили время.

Уже в дверях я вспомнила о словах Киды. Мне не хотелось просить Бартела о помощи, но девочка рассчитывала на мою помощь.

– Кстати, о ребенке: Кида, сказала, что в лавке осталась ее вещь. Подарок покойной матери. Она просила забрать ее.

– Да? И что это за вещь? – спросил он без намека на интерес.

– Она не сказала. Но без разрешения в лавку не попасть. Может, вы сможете посодействовать?

– Ладно, – Бартел кивнул. – Но не сегодня. А ступайте, у меня много работы.

– Когда мне зайти?

– Послезавтра.

– Хорошо. И спасибо, что согласились помочь.

Шериф лишь рукой махнул.

Глава 16

Хардвин принес оверлок уже через день.

– Принимай работу, хозяюшка, – сказал он, поставив его на стол в мастерской.

Взяв один из ненужных отрезов (у Иоланты для них имелась отдельная корзинка), я установила лапку на край ткани. Пальцы едва заметно подрагивали. В своем мире я без проблем управлялась с оверлоком, но одно дело современный аппарат, и совсем другое – устройство, которое прежде я видела лишь в музеях. Принцип работы был тем же, но метод сильно отличался от привычного. Ну, ладно – где наша на пропадала!

Хардвин терпеливо ждал. Если мое замешательство и вызвало у него удивление, виду он не подал.

Попросив благословения у богов, в которых до недавнего времени не очень-то верила, я осторожно прокрутила колесико. Оверлок ответил характерным постукиванием и... работа пошла. Хвала небесам! Больше всего я боялась, что неправильно установила нити, но нет – все функционировало как надо. Новый нож был сделан на славу.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, когда отдавала Хардвину вторую часть оплаты. – Ваш батюшка знает свое дело.

Гном чуть заметно улыбнулся.