Текст книги "Почтовая станция (СИ)"

Автор книги: Элен Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

– И что же вы от меня хотите? – я устала ждать, когда она обо мне вспомнит.

– Я тебе дам подсказку как привидений кормить, а ты избавишься от них.

– Всего-то? – я усмехнулась и сложила руки на груди. – Мелочь какая. Вы же сами можете от них избавиться. И зачем их кормить, если убить надо. Вам бы к некромантам обратиться, я же без магии.

Так противно на душе стало. Я же не убийца какая, хоть и сама планировала от разбойников избавиться, но думала некроманту заплатить. А тут такой поворот…

– Могу, да не могу, – ведьма пересыпала порошок в миску, налила воды и принялась что-то шептать. Ни слов, ни языка разобрать не смогла. А интересно же. Впервые такое вижу. – Слово давала их не трогать. Да и кому б они нужны были пока сидели у себя тихо, никого не трогали, владения мои не портили.

Ага, вот оно в чем дело. Ну да, ведьму злить себе дороже, а слово с нее взять мало кому под силу. Они же верткие, как угри.

– Допустим, я соглашусь, в тело вернете?

– И с согласием в тело не верну.

– Почему бы вам к Ждану не обратиться? Он маг, а раз тут ошивается, значит, и с нежитью справляется и с привидениями сможет. Тем более с герцогом общается.

– Ждан может, но не станет. Не по службе это, – вредная старуха что-то еще добавила, но так тихо пробурчала, что ничего не расслышала. – Так, что согласна?

Что делать? Сама пришла, сама о помощи попросила. Да только помощи не получу, а службу сослужу. А если отказаться? Через два дня лешак вернется и поможет мне. Неужели я два дня не вытерплю? Тело в доме в безопасности. Разбойники, конечно, что-то задумали, но и на них управу найду. В конце концов есть еще три привидения, которые смогут помочь. Или не смогут. Родственник смотрителя четко дал понять, что ради меня напрягаться не будет. Ай, и тьма с ними. Если верить герцогу они привязаны к этому месту, а я нет. Выходит, в любой момент могу сбежать.

Ведьма поднялась, взяла миску и поставила в печь. Она будто забыла обо мне занялась домашними делами. Я же сидела и думала на что решиться. Вот отец с матерью точно не сомневались бы в подобной ситуации. Но они герои, а я нет.

А как же я хотела стать героем и никого не покалечить и не убить? Так ведь не бывает. Уверена, что ни отцу, ни матери это не нравилось, а выхода другого иногда просто нет. Но то у них, а я?

Выбор есть всегда, просто не всегда он нравится. Мне не нравится, что разбойники держат всех в страхе, даже ведьму и ту допекли. Мне не нравится, что пусть и с подсказки ведьмы, но главными зачинщиками в изгнании меня из тела были опять же разбойники. Пусть мне это не нравится, но их надо остановить.

– Хорошо, я согласна, – ведьма кивнула, скрылась за печью. – Но вы выполните мою просьбу.

Ведьма выглянула из-за печи, черные глаза недобро блеснули, а мне что? я привидение и так не живу. Три удара сердца она на меня смотрела, усмехнулась и довольная будто вернулась в молодость легко пересекла дом, села рядом со мной.

– Молодец. Говори чего хочешь?

– Мне нужно что-то что отправляло бы письма к тем от кого пришло, – ведьма удивленно крякнула, внимательно посмотрела на меня. Я тоже себя осмотрела, но ничего нового или необычного не заметила.

– Письма? Девонька, тебе сколько годков, что о письмах думаешь, заместо любви?

Ну вот, опять начинается, если молодая девушка не спешит замуж, значит, с ней что-то не то. Глупость какая. Замуж обязательно выйду, вот только совершу что-то значимое в жизни, закончу стажировку, отучусь подмастерьем в доме моды и тогда можно и замуж. А сейчас куда оно мне? Ни дома, ни монет, ни приданого.

– Так сделаете или нет?

– Допустим сделаю, но ты избавишься от гадов в этом месяце.

Ох и темнит ведьма, но мне нужна помощь с письмами, а монет, чтобы оплатить работу мага нет.

– Договорились, – ведьма довольно хлопнула в ладоши. – Вот тебе подсказка: подумай о том, что ты хочешь накормить привидений.

– И все?

– Ну ежли не глупа, то все.

– А ежли глупая?

– Приходи, потолкуем, – ведьма поднялась и принялась мести пол.

Разговор окончен.

Ладно. Я сосредоточилась и подумала о том, как накормить привидений.

Мир смазался в размытые линии.

Казалось, что лечу слишком долго и даже начала нервничать, как бы старая ведьма не обрекла меня на погибель. Рывок и я замерла посреди поляны.

– Великая Матерь…

Не знала, что такое бывает. Но где же это я? В нашем королевстве такого точно нет и в соседних тоже. Папа и мама много где побывали и я помню их рассказы, хоть и маленькая была, а слушала будто сказки невероятные.

Но я же на самом деле вижу то, что вижу.

Огромные, выше меня, грибы перемежались с такими же огромными ягодами. Запах стоял умопомрачительный. И тут впервые за время моего пребывания привидением я захотела есть. Дико. До тянущей боли в желудке.

Чувства сменялись так быстро, что не успевала понимать их. В конце концов махнула рукой на призрачность грибов и ягод – я хочу есть. Протянула руку тронула ближайший гриб – чувствую. Я могу их трогать и, скорее всего, могу есть. Вот кто-нибудь знает о таком чуде? Вряд ли.

А ведьма?

Да, ведьма знает. Кстати, откуда она о них знает?

От голода кружилась голова, вот уж никогда бы не подумала, что у привидения может кружиться голова, да еще и от голода. Но я это чувствовала. Это реальность. Если мои привидения чувствуют то же самое, то мне их очень-очень жаль.

Я протянула руки к упругим бокам клубники, почувствовала шероховатость ягоды и грубую оболочку семян, как услышала странный звук. Медленно повернула голову вправо и едва сдержала крик.

Нежить.

Полуразложившиеся трупы медленно шли по полю. В пустых глазницах зловеще играл свет луны. Они имели тела, но на мою беду, легко разламывали призрачные грибы и ягоды, наполняли тишину ночи противным скрипом расплющенных растений.

Они меня не видят – это хорошо, но они легко раздавят меня – это плохо.

И привидений накормить надо.

Нежить подошла ближе, я уже слышала их вонь.

Уйти или побежать?

Оба желания были настолько сильны, что я словно вкопанная стояла, даже рукой не могла пошевелить.

Они меня убьют.

Я уже обещание дала.

Мертвяк, идущий прямо на меня, на миг замер и втянул воздух. Словно волна подхватила листок, остальные сделали то же самое.

Привидения же не пахнут, верно?

Пахнут, это я поняла по перестройке ровного ряда нежити, по их ускоряющимся движениям и тянущимся ко мне рукам.

Я побежала. Кричать бесполезно непонятно где я и вряд ли здесь кто-то мне поможет. Только мои ноги и удача.

Удача не хотела быть на моей стороне, я то и дело поскальзывалась на раздавленных шляпках грибов и ягодах, пару раз проехалась на отвалившейся плоти нежити. Пока есть силы я должна бежать, уводить от поляны нежить как можно дальше. И если повезет, то продержаться до рассвета, у меня будет целый день, чтобы придумать, как накормить привидений и при этом избавиться от разбойников.

Только бы продержаться.

Нельзя думать, когда бежишь, правда, это очень вредно для здоровья. Я это поняла, когда в очередной раз поскользнувшись чуть не упала и этого хватило одному из мертвяков, чтобы схватить за край платья. Я закричала. Сначала от страха, а когда кусок платья оторвался от боли.

Как же так, ведь это платье почему мне так больно, будто кусок плоти вырвали?

Я побежала еще быстрее с еще более громким криком, а когда поняла где бегу – заверещала. Мне навстречу бодро спешили новые мертвяки.

Кладбище. Старое. Практически стертое, поглощенное новой жизнью зеленых трав. Жаль только, что новая жизнь не испепелила старую. Это было бы очень кстати. Помня о боли от оторванного платья, я ловко оббегала мертвяков, уводила их от заветной поляны.

Я смогу. Я дочь героев.

"Ничего не дается сверх сил наших", – так говорила мама и отец всегда с ней соглашался.

Выходит, привидения и ведьма, даже мертвяки непросто так, а мне по силам. До сегодняшнего дня я была уверена, что привидения не могу уставать, не могу чувствовать боль. Могут. Устают. Чувствуют.

Мертвяки мне попались неглупые, после двух кругов по еще виднеющемуся кладбищу они стали меня окружать. В лес, который совсем рядом, я не могу их выманить – не идут туда, а сразу теряют ко мне интерес и поворачиваются в сторону призрачных растений. С каждым разом мне все труднее оббегать их, чтобы не задели или не приведи Великая, не поймали. Стать их пищей я не хочу. Это не тот подвиг, о котором всю жизнь мечтала.

По мере усталости я становилась прозрачнее. Надеюсь, я не могу совсем исчезнуть. К счастью, этого узнать сегодня мне не суждено: туман почти исчез, а на небе забрезжил рассвет. Нежить недовольно издала утробные звуки, но перестала меня преследовать, а быстренько принялась закапываться.

Вот и славненько.

Жаль, что и призрачные растения с каждым мгновением бледнели.

– Пора домой, – я с удовольствием отдалась на волю подхватившего меня потока.

– Ай! – я потерла ушибленный лоб. Поднялась на ноги и погладила ноющую попу. – Очень интересно. Надо быть в желаниях более конкретной.

Конечно же, почтовая станция вряд ли когда-либо станет моим домом, поэтому перенесло меня к дому тетки. В дом войти не могу, да и незачем пугать ту, которая заменила мне мать. Не сдержалась и заглянула в окна: все спали, только тетка привычным жестом повязывала на голову цветастый платок, ей предстоит многое успеть.

Я скучала по ней, по ее стряпне и звонкому, уверенному голосу, а еще больше по нашим вечерним посиделкам и рассказам о родителях. Все много раз слышала, а наслушаться не могла.

Грусть затопила и, будь я в своем теле, обязательно заплакала, но в теле привидения есть свои преимущества. Сырость развести не из чего.

Мысленно прижалась к груди тетки и подумала о пещере привидений. Мир смазался и я оказалась на знакомой поляне перед пещерой, увитой плющом. Идти туда не хотелось из-за разбойников, а надо. Сана вот-вот пригреет лучами землю.

– О! Явилась, – пузатый разбойник ловко вскочил на ноги, преграждая мне путь. Он не скрывал агрессии, возможно, еще вчера я бы испугалась. А так…

Я остановилась, наклонила голову набок. Устала. Казалось бы, привидения не спят, в еде и питье не нуждаются, но память тела требует. Это изматывает. А я еще полночи убегала от нежити. Хочется замереть и не двигаться. А еще подумать, как выполнить условия договора. Ведьма не тот человек, с которым стоит ссориться.

– Дарушка, наконец-то ты вернулась, – герцог нагло оттолкнул пузатого и взял меня под локоть уверенно повел в другой конец пещеры, где сидели купец и родственник смотрителя. – Я места себе не нахожу, боялся, что заблудилась где-то. Рассказывай, где ты была, почему так долго не возвращалась. Признаться, я думал мы опять вместе гулять будем.

– Ишь, – родственник смотрителя хитро усмехнулся. – Губу-то закатай, ваша светлость, девица не покойница, чтобы танцульки с тобой по ночам устраивать. Завтра и след простынет.

– Сегодня, – купец посмотрел грустно на меня посмотрел. – Хозяин сегодня вернется, что ему в тело ее вернуть, так дел на две минуты.

– И то верно.

Услышав такую чудесную новость, я тут же воспрянула духом. Привидением быть хорошо, но в теле лучше. Значит надо как можно скорее придумать, что делать с призрачными растениями и как отправить в объятия Великой разбойников, при этом не убив остальных.

– Да, скоро вы от меня избавитесь и вновь заживете привычной жизнью, – я беззаботно улыбнулась, нельзя дать им понять, что у меня на уме. – Жаль, так и не смогла найти ответ на вашу загадку.

– Значит, обманула старая карга, не ты это, – купец тяжело вздохнул и, потеряв к нам интерес, принялся крутить четки.

– Или она что-то скрывает, – пузатый вновь оказался рядом со мной. Не дернуться стоило неимоверных усилий. – Тебя не было в лесу этой ночью. Куда ты ходила?

– Куда ходила, вам там делать нечего, – я осторожно повернулась так, чтобы никто не мог подойти ко мне со спины. Пещера закрытое пространство. Зря я сюда вернулась, надо было поискать другое место.

– Думаешь, что вернешься в тело и все? Не-е-ет, мы будем выталкивать тебя снова и снова, пока ты не сделаешь то, что мы хотим.

– Если бы вас можно было накормить, то вы бы давно с этим справились и без меня. Нет решения вашей проблемы. Так бывает, – я развела руки в стороны.

– Врешь!

– Милейший, – герцог встал передо мной. – Я требую соблюдать приличия и не запугивать девушку. Не стоит давать повод хозяину леса избавиться от нас.

Разбойник зло ощетинился, но разумный довод принял. Отступил.

Отлично, теперь можно спокойно прикинуться спящей и все хорошенько обдумать. Не зря ведьма сказала, если подумать, то выход есть. В крайнем случае наведаюсь к ней в гости еще раз. Признаю свою глупость и скудоумие.

Глава 9

– Хозяин вернулся, – герцог осторожно тронул меня за плечо, я открыла глаза и села. – Позвольте я провожу вас к нему, Дарна.

Посмотрела на щель в потолке: света нет, значит, на улице уже вечер. Надо же как быстро время пролетело, пока я строила планы на ближайшие дни. И как ни крутила без помощи лешака не обойтись, но захочет ли он мне помогать. В каких он отношениях с ведьмой? Впрочем, что гадать, когда можно спросить и все узнать.

Я вложила ладонь в протянутую руку герцога и встала. Могла и сама к лешаку отправиться, но боюсь отказ вызовет ненужные подозрения. Разбойники демонстративно на меня не смотрели, смотритель едва кивнул и что-то сказал купцу, а тот помахал рукой, ободряюще улыбнулся и вернулся к своим четкам.

К лешаку мы отправились вдвоем. Отлично. Чем меньше свидетелей, тем лучше. Я думала, что встреча произойдет у дома хозяина леса, но он будто знал, что тут случилось в его отсутствие ждал нас у почтовой станции. Голубые глаза ярко горели на фоне темнеющего леса. Герцог остановился у края дороги, а я подошла ближе к лешаку.

– Здравствуй, хозяин леса, – я поклонилась.

"Недоглядел. Прости"

Я оглянулась на герцога и решила ответить мысленно:

"Кота нет, мышам раздолье" – лешак улыбнулся и согласно кивнул.

Я едва не захлопала в ладоши от радости, теперь никто не узнает о чем мы говорили. Великая, какое счастье, что это сработало, надеюсь, и дальше пойдет так же хорошо. Быстро обрисовала лешаку свою проблему и ее решение, не забыла про уговор с ведьмой и попросила помощи. Лешак задумался. Тонкие ветки-пальцы погладили морщинистый подбородок.

Неужели откажет? Я не оправдываю ведьму, но в чем-то она права: разбойники сильно мешают лесу. К тому же обещали меня из тела постоянно выбрасывать, а у меня другие планы на жизнь.

"Хорошо. Приходи. Помогу" – я ничего не успела ответить, лешак произнес что-то на неизвестном языке и меня закрутило в воронку.

– Ну наконец-то, а ишь удумала по ночам шляться где не попадя, – я застонала с трудом открыла глаза. – Бедоноша, ты, как есть бедоноша.

Смотритель ворчал, но аккуратно разминал мои руки и ноги через шкуру. Очень хотела улыбнуться, но губы еще не слушались. Боль жалила тонкими иглами и совру, если скажу что не рада этому. Рада. Жива. Осталось с договором управиться и заняться воплощением задуманного.

– Вот чаво тебе дома не сидиться, а? А ежли не смог лешак тебя обратно вернуть то, что делала? Как тебя вообще угораздило с призраками знакомства водить? Они же соврут и дорого не возьмут. К тому же жуткие вредители.

– Мгм, – говорить еще не получалось, зато смогла промычать.

Ничего, если Великая позволит, то к утру бегать буду. Хочется пообещать больше из дома ни ногой, но договор сам себя не закроет. К тому же лешак в ближайший месяц никуда из леса не уйдет, а значит и разбойники ничего мне сделать не смогут, чтобы не вызвать гнев хозяина леса.

– Давай-ка выпей настойки, – смотритель приподнял меня и влил горькую гадость.

Я замычала, если бы могла то и задергалась и ругалась бы не хуже портового грузчика. Гадость, как есть гадость. Дыхание перехватило из глаз хлынули слезы, а в вены будто жидким огнем наполнили. Невыносимо больно. И самое ужасное я сейчас абсолютно беззащитна.

– А как ты думала тело же не двигалось почти трое суток, от оно и занемело, – влитой горечи смотрителю показалось мало, он вновь принялся за мое несчастное тело. На этот раз он мял меня с силой. – Потерпи, милая, скоро все закончится и дам тебе конфетку.

Не хочу ни конфеток, ничего, хочу чтобы боль прекратилась. Привидения чтоб их перевернуло и подбросило. И мне еще было невыносимо стыдно за договор с ведьмой? Не-е-ет, теперь и я жажду их смерти.

Наконец смотритель перестал мучить мое тело, накрыл сверху еще одной шкурой и достал конфету в яркой желтой обертке.

Я замотала головой. Надо же уже и шея слушается.

– Нет так нет. Я так Ждану и сказал, что ты навряд ей обрадуешься, – смотритель хитро улыбнулся и зашаркал к своей печи.

Ждан для меня конфету оставил? Зачем? Ах да, он же меня ребенком считает. Хорошо, что отказалась. Нечего мне приносить угощения непонятные. Пусть своей… забыла как ее, носит.

– Все, ты спи. Ежели чего надо, то кричи подсоблю, – я слышала как смотритель укладывался на своей лежанке, привычно кряхтел и тихо поминал злым словом привидений.

Под тихое ворчание я провалилась в сон.

Утро встретила с улыбкой и легкостью в теле. От вчерашней боли ничего не осталось, тело было послушно и я широко улыбнулась. Жизнь налаживается. Спрыгнула с лавки, взяла чистое белье и скрылась в купальне. Сегодня я и холодной воде радовалась. Это же такое счастье чувствовать и быть в своем теле. Даже дикий голод не пугал и не раздражал, а радовал.

Смотритель все еще спал, не стала его будить, отломила краюху хлеба присыпала солью и довольно жмурясь съела за минуту, запила родниковой водой и написав записку тихо вышла на улицу. Ночной туман почти растаял, значит, уже безопасно ехать через лес. Лаврей Асимович, конечно, ругаться будет, но то потом, когда вернусь. А пока я обошла дом, запрягла его Рябушку и помчалась в Любяши.

Любяши можно смело называть белокаменным городом: городская стена, дома и храм были построены из белого камня. Видеть такое великолепие, дорогое великолепие, в приграничье неожиданно. Деревни тихо умирают, а город процветает. И что интересно в отличие от большинства городов в Любяшах не было квартала бедных, который обычно располагается вдоль городской стены. А еще здесь чисто. Благодаря раннему приезду я видела, как хозяйки утром подметали дорогу возле домов, весело переговаривались с соседками и приглашали на чай, когда мужья уйдут на работу. На меня смотрели без интереса, а я не забывала следить за возвышающимся над городом белым куполом храма Великой Матери.

Красивый город, судя по лицам жителей, вполне дружелюбный и мирный. Не знаю, что этому способствует маги-охранники курирующие улицы или сами жители такие, знаю, что мне здесь понравилось. Надо бы узнать есть ли в местном доме мод места для учеников и если есть, то после практики устроиться здесь жить.

Плюс одиночества в том, что ни от кого не зависишь и в любой момент можно сорваться куда угодно. Но и минус у одиночества есть: тебя никто не ждет. Похлопала Рябушку по холке и пришпорила старушку, все же хочу вернуться на станцию до обеда. Дел на эту ночь невпроворот, а ведь за три дня жизни привидением и в обычной жизни накопилось долгов. Надо старика чем-то задобрить, чтобы не сильно ругался за украденную кобылку.

Любяши утопает в зелени: цветы, цветущие кустарники, деревья, аккуратные газоны и разноцветные палисадники, но то, что творилось перед храмом даже слов не могу найти. Кругом цветы: высокие, низкие, плетущиеся, яркие и скромные, гигантские выше меня и ползущие по земле. Аромат кружил голову, а припрятанная в сумке лента мне показалась оскорблением для Великой Матери. Местные задабривали богиню цветами, не удивлюсь увидев у алтаря золото и камни.

Эх, деревня я, и толку от городской жизни за время обучения, если в храм с лентой иду.

Привязала лошадь к пустующей коновязи, вздохнула и поспешила по выложенной из белого камня широкой дорожке к высоким ступеням храма. Под ноги не смотрела, потому как от витражей дух захватывало, надо бы приехать погулять сюда, чтобы обойти храм и рассмотреть созданные из цветного стекла картины деяний Великой Матери. Книжки, которые читала тетка, были без картинок, поэтому все приходилось представлять самостоятельно, а тут такая красота.

Несмотря на раннее утро внутри собирались горожане на утреннюю молитву. Перед алтарем, как я и ожидала, лежали цветы, золото, разноцветные камни. Смущаясь, я положила свою белую шелковую ленту. Ничего для себя не просила, только за родителей, чтобы согрела она их в своих объятиях, подарила покой и блаженство.

У ног статуи Великой, в широкой, что не обниму руками, чаше я набрала воды во фляжку. Еще раз посмотрела на умиротворенное лицо Великой и мысленно поблагодарив поспешила на улицу.

Ну что ж вода у меня, осталось разобраться с призрачными ягодами и отправить разбойников в беспощадные объятия Великой. Мать умеет любить, как никто другой, но и наказывает она так же.

Казалось бы в храме провела совсем немного времени, но город ожил. Рябушку пришлось пустить шагом, а самой внимательнее смотреть по сторонам: жители в любой момент могли перебежать дорогу.

Я ехала временами проваливаясь в сон, видимо, рано так активничать начала, нужно было хоть денечек восстановиться. Но что теперь? Обратно вернусь и отдохну, если смотритель позволит.

Зря я задумалась и по сторонам смотреть перестала: в лоб прилетел голубой заряд.

– Ох и Аська, что ж ты вечно вляпываешься?

– Теть Тиша я же не наоочно, – голова гудела, каждое слово отбивалось эхом.

– Вот у тебя все не нарочно, а окружающие страдают, – холодная тряпка легка мне на лоб, облегчая боль. – Эта вообще приезжая, ну как на тебя пожалуется и даже отец не заступится. Монетки отдаст, а тебя в доме запрет, чтобы не баловалась. Но… может, оно и правильно, на улицу тебя отпускать опасно.

– Ну те-е-еть Тиша, – тонкий голос звенел от сдерживаемых слез. – Давайте мы ему ничего не скажем?

Терпеть не могу детских слез, что угодно готова сделать лишь бы никто не плакал.

– Не плачь, – получилось не совсем внятно, но девочка посыл поняла и шмыгать перестала. Чувствительность неохотно возвращалась в тело судя по холоду и твердости под спиной с лошади я упала так и осталась лежать. В принципе правильно, мало ли вдруг у меня переломы и попытка перенести сделает только хуже.

С трудом открыла глаза и тут же столкнулась с серьезным взглядом синих глаз. Пушистые черные ресницы кидали длинные тени на пухлые щечки девочки, черные вьющиеся волосы в беспорядке лежали на худеньких плечах, маленькие пальцы то и дело откидывали упрямые пряди за спину, но они легко соскальзывали обратно.

– Пости? – тонкие бровки поднялись домиком, пальчики сложились перед грудью, синие глаза смотрели с мольбой.

– Угу, – я прикрыла глаза, собиралась с духом и попыталась сесть. Чьи-то руки осторожно подлезли под спину и помогли принять вертикальное положение. В голове закружилось. Я бы застонала, но рядом ребенок, нельзя ее пугать. Тем более кто, как не я знаю насколько нелепыми могут быть случайности. Вспомнив о девочке открыла глаза и улыбнулась. – Все нормально малышка. Я почти в порядке.

– Вам бы к лекарю, – теперь я увидела тетю Тишу, худенькая женщина лет под пятьдесят, цепкий взгляд карих глаз прошелся по мне, тонкие губы растянулись в улыбке. Понятно, она то же не хочет пугать ребенка, а еще боится, что я побегу жаловаться. Нет. Одно дело, когда злой ребенок специально гадости творит и другое – неудачное стечение обстоятельств.

– Незачем, немного посижу и поеду дальше, – я оглянулась в поисках Рябушки. – А кобылка моя где?

– Здесь, не волнуйтесь, вон на привязи, – я попыталась встать, женщина тут же поднырнула мне под руку и подняла меня. Откуда столько силы в таком худом теле? – А вы не местная. По делам или так?

– По делам, как раз домой возвращалась, – картинка перед глазами немного смазывалась, но для падения с лошади я очень легко отделалась. – А что это было?