Текст книги "Злодейский путь!.. Том 11 (СИ)"

Автор книги: Эл Моргот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 44 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

– Что это?

Муан даже опешил от такого пренебрежения.

– Это брат твой, вообще-то, а не «что-то»! – с возмущением фыркнул он, привлекая к себе внимание.

Эра стойко продолжала смотреть исключительно на Шена.

– Он… с самого начала был тут, – произнес тот. Голос подвел его, и конец фразы прозвучал совсем хрипло.

Эра перевела взгляд на Муана. В этом взгляде боль смешалась с робкой надеждой и сильным недоверием. Она окинула Гая взглядом и вновь посмотрела на Шена. Искривив губы в презрительной усмешке, произнесла:

– А ты еще более жесток, чем я думала. Какому демону ты дал облик моего брата?

Муан запоздало подумал о том, как его появление может выглядеть в глазах Эры. До сего момента ему не приходило в голову, что может быть еще какая-то реакция, кроме радости.

– Ты ведь тоже видела шар света рядом со мной. Это всегда был Гай.

Муан покосился на Шена. Было немного невовремя думать о том, что он хотел бы получить от него какое-нибудь милое прозвище?..

– Зачем ты это делаешь⁈ – разозлилась Эра.

Муан сделал шаг вперед.

– Эй, я ведь так никому и не рассказал, что это ты своровала те «священные» персики.

Эра уставилась на него, как на умалишенного.

– Обжиралась ими три дня в надежде повысить уровень духовной энергии.

– А потом ты сказал, что надо было есть с косточками. Я ела без косточек, поэтому не получилось… – настороженно произнесла Эра.

– Ох и влетело мне тогда от мамы, когда она узнала об этом.

Эра выглядела немного растерянной.

– Погоди… Так она знала? Со мной никто не говорил об этом!

– Наверное, не хотела, чтобы я дразнил тебя всю оставшуюся жизнь. А я бы так и сделал, если б мне разрешили рассказать правду.

– Так это не были священные персики?

– Конечно, нет! Мама просто собрала их, чтобы сделать вино.

– Но они выглядели по-особенному…

Муан самодовольно разулыбался.

– Что ты с ними сделал? – вздрогнула Эра.

– Эй, это было столько лет назад! Очевидно, что ты вполне выжила, так что не делай такое лицо!

– Что. Ты. С ними. Сделал?

– Покрасил мамиными румянами. Было вкусно?

– Я тебя убью! – завопила Эра.

– Хе-хей, я уже призрак, – усмехнулся Муан, и вся атмосфера, зародившаяся в результате этой перебранки, тут же исчезла, оставив сосущую пустоту в районе груди.

Эра перевела взгляд с Муана на Шена и обратно. Ей так сложно и больно было поверить тогда, когда Ал сообщил о смерти брата, а теперь все стало казаться дурным сном. Наверное, это была шутка, он ведь прямо здесь. Да, как она могла поверить, что он мертв?

Вконец запутавшись, Эра уставилась на Гая и почувствовала, как глаза наполняются влагой. Она с трудом сдерживалась и могла расплакаться даже в присутствии Шена. Она сделала шаг вперед, намереваясь обнять Гая, но руки прошли насквозь. Сердце рухнуло, Эра тупо уставилась на руку Гая, сжимающую ладонь Шена. Она уже ничего не понимала. По щекам все же потекли слезы.

– Не плачь, – посерьезнев, произнес Муан. – Пусть сейчас я в самом деле призрак, но я обещаю, что вернусь к тебе.

Слезы Эры тут же высохли, она подняла на него настороженный взгляд и не заметила, что Шен уставился на ее брата с яростным возмущением. Муан не смотрел на него, продолжая говорить, что в голову взбредет:

– Я попался в ловушку, но у нас еще есть шанс все исправить.

Шен так разозлился, что с трудом сдержался, чтобы не вырвать руку из ладони Муана. Ему пришлось прикрыть глаза, чтобы хоть как-то обуздать эмоции.

Муан покосился на него, не совсем понимая такую реакцию.

Их взгляды не укрылись от Эры. Она пристально посмотрела на обоих, вновь уставилась на своего брата и медленно произнесла:

– Я оплакивала тебя. Я надела траур. А теперь ты говоришь мне, что еще есть шанс все исправить?

– Тебя не радует эта весть? – состроил дурачка Муан.

– Меня не радует ничего из происходящего!

Старейшина пика Славы помолчал, собираясь с мыслями, и произнес:

– Похоже, что я не умер окончательно. Скорее всего, Демнамелас подстроил все это, чтобы заманить в ловушку и шантажировать Шена. Все решили, что я умер, да и Шен решил, потому что он может видеть призраков, а я предстал перед ним в таком виде.

Шену все же удалось взять под контроль эмоции. Теперь он стоял, с холодной яростью наблюдая, как Муан выкладывает сестре все, что они договорились скрывать. Разве Муан не сказал, что собирается просто попрощаться «на всякий случай»? Этот разговор на прощание не походил, и Шен гадал, не было ли это его планом с самого начала.

Он не предупредил его, потому что… боялся? Чувствовал свою зависимость от решений Шена и опасался, что тот просто откажется, не став слушать никаких доводов?

Да какие вообще здесь могут быть доводы⁈

Он мог бы, осознал Шен. Мог бы запретить ему, не слушая никаких аргументов. Он уже говорил нечто подобное: что Муан утратил право голоса, когда стал призраком. И сколько бы Шен ни пытался примириться с действительностью, в нем все еще иногда говорили боль и обида, выливающиеся мелочным желанием постоянно тыкать Муана в то, что он сам виноват, что теперь в зависимом положении.

Это… Это, наверное, неправильно… но…

– Если твоего тела никто не видел, а он, – кивок на Шена, – может видеть призраков, почему ты думаешь, что на самом деле не мертв? – сухо уточнила Эра.

Так они и думали, пока Шен не прочитал про «не определенный» статус. Муан задумался, как объяснить это Эре. Размышляя об этом, он постарался вспомнить ту схватку с Админом, и впервые припомнил, что стоял в какой-то печати. Он не заметил ее сразу, но в какой-то момент увидел отчетливую вспышку линий. Все происходило чересчур стремительно, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. Да и какая разница, что это было?

Муан перевел взгляд на Шена и подумал о том, что для того это могло бы иметь большее значение. Однако он понятия не имел, что вообще видел, и не был способен воспроизвести те линии.

– Я думаю, – медленно произнес Муан, – Демнамелас не случайно заманил меня в определенное место. Похоже, что он с самого начала не собирался убивать меня. Возможно… я подумал об этом только сейчас… возможно, что в его планы и не входило, чтобы мой дух остался с Шеном, – он перевел на того взгляд и посмотрел прямо в глаза. – Может быть, он собирался схватить меня и вынудить тебя сразу следовать за ним.

Идея показалась Шену бредовой. Каким образом он…

Шен вздрогнул. Разве Админ был осведомлен, что он видит призраков? Если бы Шен не увидел тогда призрак Муана и не решил бы, что тот мертв, что бы он делал? Он бы немедленно отправился на поиски Муана, разве нет? Направил бы все силы на то, чтобы как можно скорее добраться до Админа.

– Пфф, – фыркнул Шен.

Муан округлил глаза.

– Думаешь, я ошибся?

«Система, ты говорила Админу о том, что я вижу призраков?»

[Он не спрашивал], – немедленно отозвалась та.

– Не спрашивал… – вслух повторил тот. – Может и не знать, так?

– О чем вы говорите? – не выдержала Эра.

Пока Шен размышлял, Муан ответил сестре:

– Я не могу сейчас объяснить тебе всего, но мне хотелось бы, чтобы ты не спешила меня оплакивать. Я еще собираюсь выдать тебя замуж.

Эра, собирающаяся сказать совсем не то, к концу фразы не смогла сдержать возмущения:

– Выдать меня замуж⁈ Нашелся тут «выдавальщик»!

Муан расплылся в широкой улыбке. Судя по всему, они не первый раз спорили на эту тему.

– Кстати, – посерьезнел Муан, – я бы хотел, чтобы ты повежливее говорила с Шеном.

– С чего вдруг мне?.. – начала заводиться Эра, но Муан перебил:

– Я его люблю.

Эра застыла с открытым ртом. Даже если она что-то и подозревала в их отношениях, была уверена, что Муан ни за что не признается, даже если она начнет выспрашивать, и уж точно не объявит первым!

– С ума сошел? – уточнила она.

– Не то, чтобы мне было нужно твое одобрение. Просто я надеюсь, что ты перестанешь проявлять открытую враждебность.

Эра помолчала и произнесла:

– Хочешь, чтобы я поверила в то, что не ваша духовная связь, образовавшаяся из-за священного источника, помутила твой рассудок, и не темные искусства этого человека? Согласись ты разорвать связь и скажи мне о своих чувствах после этого – я бы еще подумала! Но это… – она покачала головой. – Как ты не видишь своей зависимости? Он же полностью подчинил тебя своей воле!

Муан так разозлился, что слегка замерцал. Он ожидал всякой реакции со стороны Эры, но никак не заявления, что он выжил из ума и не заметил, что им управляют!

Шен следил за развитием этого разговора молча. Он тоже не думал, что их с Муаном отношения могут быть так истолкованы со стороны. Открытие было неприятным.

Муан все же смог немного унять свою ярость и произнес едко, но не переходя на крик:

– То есть, если я выбрал кого-то, кого ты не одобряешь, это значит, что я сошел с ума?

– Это не «кто-то»! Это проклятый заклинатель, привязавший тебя к себе! Вспомни, каким ты был до того посещения источника! Разве ты питал к нему хоть какие-то положительные чувства⁈

Муан все же перешел на крик:

– А ты думаешь, я пригласил его в свой дом, потому что жутко ненавидел⁈ Что ты хочешь от меня услышать? Что я влюбился в него еще до источника⁈ Так это именно так! Тебе отчет составить, когда именно это произошло⁈ Какие тебе нужны доказательства⁈

Он так разорался, что Эра отступила, с недоверием глядя на него. Хоть она прекрасно знала, какой на самом деле у ее брата темперамент, по-настоящему проявлял он его очень редко, а после смерти родителей вообще ни разу всерьез не кричал на нее.

– Меня все это достало!! – продолжал бушевать Муан. – Сначала все вокруг смеют судить, какой была моя жизнь! Всякие твари повыползали из-под коряг и начинают рассказывать, как хорошо они меня знали! Но ладно они, но ты в самом деле мой близкий человек! И ты заявляешь мне в лицо, что мои чувства ненастоящие⁈ Судишь о том, как бы «счастливо» я жил, если бы не встретил Шена⁈ Смеешь утверждать, что знаешь об этом больше меня? Давай! Давай, расскажи мне, какой должна была быть моя жизнь! Ты ведь все распланировала!

Эра стушевалась. Если до этого она все еще немного сомневалась, то вот теперь полностью поверила, что перед ней ее брат – Шен не смог бы воспроизвести такое поведение даже при всей своей извращенной фантазии. И, поверив, она осознала, что этот брат ее сейчас просто ненавидит.

– Кхм, я… – пристыженно произнесла она. – Это ведь не потому… не потому, что я тебе не верю. Просто, подумай, тут действительно есть, в чем сомневаться…

Стоящий рядом Шен вздохнул. Муан перевел на него взгляд и запоздало подумал, что слова Эры могли и его ранить.

– Прости, что тебе пришлось это услышать. Может, во мне достаточно энергии, чтобы я какое-то время поговорил с ней наедине, оставаясь видимым?

Шен иронично усмехнулся.

– Полагаешь, ваши крики плохо слышны за дверью? Думаю, даже Ал проснулся.

Муан расстроился еще сильнее.

Шен прикрыл глаза, сосредоточившись на том, чтобы передать Муану побольше энергии, затем посмотрел на него, перевел взгляд на Эру и спокойным тоном сообщил:

– Я его тоже люблю. И сделаю все, что угодно, чтобы вернуть его. Не тебе, и даже не себе, а просто вернуть ему его жизнь.

Он вынул свою руку из ладони Муана, коротко оценивающе взглянул на него, убедившись, что тот остается материально-видимым, отвернулся и вышел за дверь, давая брату и сестре обсудить все наедине.

Но даже не успел вздохнуть с облегчением, наткнувшись на как всегда внешне невозмутимого, но внутренне очень даже любопытного Ю Си, и базарную бабку Ера, которому даже не нужно было иметь лицо, чтобы всем своим видом выражать высокую заинтересованность чужой личной жизнью. За этими двумя скромно переступал с ноги на ногу старейшина Рэн.

Глава 246. Хрупкое

Ал привычно проснулся с первыми лучами и вышел на тренировку, однако успел сделать только разминку, когда с постоялого двора донеслись подозрительные крики. Ал замер и прислушался. Голос кричавшего походил на голос почившего старейшины пика Славы, и парень нервно передернул плечами, поражаясь таким ассоциациям. Что именно голос кричал, Ал не разобрал, и сперва намеревался продолжить тренировку, но затем до него вновь донеслись крики, и Ал решил, что обязан проверить, что происходит.

Он почти сразу заметил Шена, Ю Си, Ера и Рэна, стоящих в холле. Окинув Шена взглядом, Ал пришел к выводу, что сон пошел тому на пользу, и у него явно улучшилось настроение, раз он даже привел в порядок волосы и (в сомнительный порядок) одежду (бурые разводы портили благородный вид).

– Я не ослышался? – раздражающим тоном уточнил Ер.

Шен собирался пройти между ними, но Ер имел наглость заступить ему дорогу. Вступать в прямой контакт с этой мерзкой тварью Шену не хотелось, а Ю Си притворялся статуей, поэтому Шену все же пришлось ответить:

– Мне плевать, что у тебя там со слухом, дай мне пройти.

– Полагаю, нас это тоже касается. Ты Муан Гая спиритическим сеансом вызвал? Это ведь его голос мы слышали.

Учитывая обстоятельства, Шен не был уверен, какой вариант лжи или правды стал бы предпочтительнее. Но он, по меньшей мере, не хотел отчитываться перед Ером.

– Объясниться не желаешь? – продолжал тот.

Шен окинул взглядом маску демона и уточнил тоном, в котором отчетливо звучало предостережение:

– Перед кем?

Ер покосился по сторонам в поисках поддержки, но лицо Ю Си по-прежнему ничего не выражало, а Рэн смотрел на Шена с откровенно читающейся надеждой. Тут подошел Ал, и Ер перевел стрелки на него.

– Да вот хотя бы перед учеником своим. Думается мне, ему будет неприятно узнать, что ты все это время пудрил ему мозги.

Ал недоуменно посмотрел на него, а Шен переспросил, мысленно досадуя на себя за то, что вообще продолжает этот бессмысленный разговор:

– Пудрил мозги?

– Убедил нас всех, что Муан Гай умер. Это такой прикол?

До Шена не сразу дошла суть его обвинения. Когда он осознал, как истолковал новые факты Ер, то не смог сдержать искривившей губы улыбочки. Он все смотрел на эту маску демона и гадал: существо за ней реально такое тупое или просто настолько привыкло строить из себя дурачка, что разучилось реагировать адекватно.

– Прикол… – повторил Шен со смешком.

В этот момент в комнате Эры что-то грохнуло, и все обернулись на шум. Какое-то время выжидающе молчали, но звук не повторился, и они вернулись к беседе.

– Что происходит? – уточнил все еще не понимающий Ал.

Шен прикинул, как ему ответить, чтобы не грубить. Существование рядом Ера постоянно выводило его из себя. Казалось бы, тот мог хотя бы угомониться и заткнуть свой поганый рот, ведь все равно ни на что, кроме трепа, был не способен, однако упорно продолжал его провоцировать.

Шен окинул взглядом присутствующих. Их непонимающие взгляды были направлены на него (не считая Ера, у которого не было лица и глаз соответственно).

– Скажу один раз, – медленно произнес Шен, собираясь с мыслями. – И предпочту, чтобы вы не переспрашивали и оставили свое мнение при себе. Меня не интересует, что кто-либо из вас думает по этому поводу, избавьте меня от высказываний в духе того, что сейчас озвучил этот конченый, – короткий взмах в сторону Ера.

Ал покосился на того оценивающе, а Рэн с недоумением. Ю Си даже не перевел на Ера взгляд. Вероятно, никто из них, кроме самого Ера, не понял определения Шена, но по интонации было ясно, что фраза имеет негативный посыл.

– Призрак Муан Гая все это время находился рядом со мной. И будет находиться и впредь, иногда приобретая видимые очертания.

[+50 баллов к эксцентричности главного героя Шена!] – одобрила Система.

Заявление было встречено по-разному: Ю Си не изменился в лице, а Ер – в маске, только Ал вытаращился на Шена, будто это он обратился призраком, а Рэн недоуменно нахмурился. Шен покосился на того и подумал, что Еру не помешало бы заняться собственными делами, и как бы мимоходом заявил:

– Я выполнил свое обещание – в тебе больше нет Глубинной тьмы, она стоит рядом, – кивок на Ера.

Теперь за реакцией этих двоих было на самом деле забавно наблюдать. Ер всплеснул конечностями, явно не ожидая внезапной подставы, а Рэн побледнел до синевы и стал выглядеть так, будто с трудом сдерживает рвотный позыв. Шен невозмутимо прошествовал между ними к выходу с постоялого двора.

Шум за его спиной мог свидетельствовать о занимательной сцене, но старейшина пика Черного лотоса был уверен, что не увидит ничего нового. Он чувствовал сильную усталость и просто хотел поскорее увидеть небо и почувствовать ветер на своей коже. Говорить правду оказалось более выматывающим, чем он мог представить. Утреннее солнце еще низко висело над горизонтом, а ему уже хотелось проспать до завтра.

Воздух в самом деле взбодрил. Шен вдохнул его полной грудью, прикрыв глаза и пытаясь вспомнить то чувство зарождающегося спокойствия неизбежности, что посетило его утром.

[+100 баллов к честности главного героя Шена], – с нескрываемым ехидством произнесла Система.

Шен против воли улыбнулся.

– Честный главный герой Шен – ты не обвинишь меня, что я «не в характере»?

Система какое-то время молчала, а затем серьезным тоном ответила:

[Ваш характер не определен такими рамками. Вы постоянно поступаете не так, как я прогнозирую.]

Она так серьезно ответила, что Шен даже слегка смутился.

– Я ведь просто пошутил.

Он запустил руку в карман и нащупал там маленькую мягкую игрушку-брелок. Интересно, мог бы он вновь посетить то измерение с характеристиками героев, при этом не спускаясь под пик Черного лотоса? Как бы он ни сжимал игрушку – ничего не происходило. Но фламинго ведь как-то появлялся в этой реальности, а значит, возможность была не нулевой. С другой стороны, в прошлый раз ему не удалось никак изнутри повлиять на цифры, тогда в чем смысл просто смотреть на них? Проверить, точно ли статус Муана все еще «не определен»? Но он узнает об изменениях и без подобных проверок. Теперь он убежден в этом. Он понял это, когда держал призрачную ладонь Муана в своей.

– С кем ты говоришь?

Во внутренний двор вышел Ал. Обернувшись к нему, Шен неопределенно взмахнул рукой, ничего не ответив.

– Шен, – твердо произнес Ал. – Может, наконец, расскажешь, что на самом деле происходит?

Он больше не уговаривал его принять помощь. Про призрак Муана он поверил сразу же – это многое объясняло. И, несмотря на все доводы разума, это уязвляло.

Впрочем, Ал уже не был столь наивен, чтобы всерьез рассчитывать на благодарность за свою помощь. Ему не нужна благодарность, и разрешение тоже не нужно. Он не ученик и не подчиненный, и рядом остается не для того, чтобы Шен его похвалил. Это даже не его долг.

Это его желание. Желание спасти жизнь этому человеку. И пусть ради этого придется взять у жизни взаймы.

Шен перевел взгляд на другого главного героя. В последнее время тот много крутился рядом, Шен часто смотрел на него, но не видел. Не обращал внимание на то, как он возмужал.

Ранее Шен сам вмешался в сюжет, который должен был ожесточить Ала. Ему казалось, так он может пробыть ребенком чуть дольше. Но Ал, видимо, считал иначе. И сейчас перед Шеном стоял взрослый молодой человек со своими убеждениями и идеалами. Разве месяц назад он выглядел таким взрослым? И когда только успел…

Шен словил себя на мысли, что хочет как прежде потрепать его по пушистой светлой шевелюре. К сожалению, это, наверное, то, что они должны оставить в прошлом. Шен отвел взгляд, вновь уставившись во двор.

Правда с самого начала не была возможна. Но раньше Шен был уверен в том, что сам-то знает правду. С тех пор, как он появился в этом мире, а Система рассказала о правилах, слишком многое изменилось и слишком много правил на деле оказались ложью. Кто кого водил за нос? Шен думал, что вынужден утаивать правду, но на деле что из того, что он знал, было истинным?

Этот мир создан или существовал? Они с Алом главные герои или просто случайные фигуры? Насколько хитер тот, кто расставил их на доске? Зачем Ер написал свою новеллу?

Что на самом деле происходит?

Пронаблюдав, как посеревший Рэн пятится по коридору, Ю Си перевел взгляд на застывшего в нерешительности Ера и переспросил:

– Глубинная тьма?

По его тону совершенно не было ясно, слышал ли он это название раньше. Ер лихорадочно соображал, как теперь оправдаться.

Шен, падла такая, как он мог так внезапно его подставить⁈

– Командующий Ю! – издалека крикнул Рэн, уже держащий бессмертный меч на изготовку. – Существо рядом с вами – ужасающий демон, унесший множество невинных жизней нашего ордена! Возможно, вы не слышали об этой истории: двадцать лет назад Шен, пытаясь получить невероятную силу, провел темный ритуал и в результате призвал Глубинную тьму! Он ошибся в расчетах, Глубинная тьма оказалась силой, которую нельзя контролировать! Искупая свои прегрешения, все последующие годы Шен сдерживал Глубинную тьму, не давая ей распространяться за пределы пика Черного лотоса! Недавно, из-за темных ритуалов учеников Шена, я стал жертвой Глубинной тьмы и стал подозревать, что она проникла в мое сознание! Но я и подумать не мог, что Глубинная тьма обрела свое собственное сознание!

Еру стало как-то неуютно под его ненавидящим, полным страха взглядом. Внезапно и плащ из человеческой кожи, и маска демона показались ему обличительными и во много раз более проигрышными, чем он думал до этого. Будь у него человеческое тело (желательно, выглядящее безобидно), речь Рэна казалась бы более абсурдной. А так, учитывая обстоятельства, высмеять Рэна было сложно. Но Ер все же попытался:

– Я тут самая главная жертва! Глубинная тьма? Ты так легко поверил словам Шена? Он сказал это из злости! Я не виноват, что на меня пало проклятье! Это Шен виноват! Я здесь жертва!

Рэн уставился на него со смесью ужаса и недоумения. До сего дня он и предположить не мог, что Глубинная тьма может предстать в образе человека, однако вместе с тем сейчас припоминал множество оговорок окружающих, по которым давно бы мог сделать (если бы решился) неутешительные выводы, что его телом завладело существо с сознанием и собственным характером. Трудно было связать это воедино с представлениями о Глубинной тьме, которые уже у него имелись, но факты от этого не менялись.

– Ты завладел моим телом, не так ли⁈ – потрясая мечом, продолжил орать Рэн. – Ты заставлял меня делать мерзкие вещи!!

Ер опешил.

– Да ничего мерзкого, вроде…

– Командующий Ю! Он подтвердил это! Это существо необходимо уничтожить!!

Рэн разжал руку, заставив бессмертный меч зависнуть в воздухе, и сложил пальцы в управляющем жесте. В следующее мгновение меч должен был направиться к Еру, но Ю Си заступил того собой.

– Прекрати импульсивные действия! – ледяным тоном приказал он. – Если повредить плащ – тьма просочится наружу.

Рэн замер. О подобных последствиях он не задумывался, а ведь был одним из тех, кто, в порыве горячности явившись на пик Черного лотоса, чтобы «усмирить заразу», на собственной шкуре ощутил давление силы Глубинной тьмы.

И что делать? Они оказались в патовой ситуации, когда никто не обладает достаточной силой, чтобы сделать следующий ход.

Так они, должно быть, и стояли бы, не в силах перейти к переговорам, но в комнате Эры что-то вновь грохнуло, а затем дверь открылась, и на пороге появился Муан. Он казался материальным, лишь что-то неуловимое заставляло остальных сомневаться.

– Я же говорил! – восторженно воскликнул Ер. – Он жив! Они с Шеном специально это разыграли!

Остальные не отозвались. Муан с иронией приподнял брови и двинулся к Еру. Энергия, переданная Шеном, была на исходе, поэтому при движении стало заметно, что мечник передвигается подозрительно плавно и невесомо.

Ер дернулся в сторону и постарался держаться от Муан Гая на расстоянии.

– Куда это ты? – притворно удивился Муан. – Не собираешься рассказать мне, как «не заманивал» меня в ловушку?

Ер прилип к противоположной стене так плотно, что, казалось, пытался изобразить гобелен.

– Ч-ч-что за трюк⁈ – нервно воскликнул он, окинув Муана настороженным взглядом и остановив его на просвечивающихся в свете солнечных лучей ногах мечника.

– Что такое? Ты будто мертвого увидел, – притворно обеспокоился Муан.

Ер продолжал нервно прижиматься к стенке, забыв обо всей своей глубинно-тьмистой сущности. Муан хотел было еще добавить несколько колких высказываний, но энергия, дарованная Шеном, закончилась. Стоящие в коридоре люди пронаблюдали, как прославленный старейшина пика Славы постепенно становится прозрачным и исчезает.

– Фух, – выдохнул Ер.

– Полагаю, он все еще здесь, просто мы больше его не видим, – предположил Ю Си, чем заставил Ера вновь напрячься.

– Старейшина пика Славы умер? – уточнил Рэн.

Ер посмотрел бы на него с иронией, если б имел глаза.

– Нет, блин, просто научился становиться привидением.

Рэн с недоверием уставился на Глубинную тьму в кожаном плаще, сыплющую остроты.

Ю Си перевел взгляд на шкатулку, которую все это время продолжал держать. Было как-то не вовремя спрашивать у Шена, что это такое, но, очевидно, никто, кроме него, все равно не способен ему подсказать. Командующий направился к выходу из постоялого двора, но в дверях практически столкнулся с возвращающимся Шеном. Он отпрянул в сторону, а Шен отступил на шаг, с беспокойством глядя ему за спину. Его взгляд натолкнулся на пустоту, и хозяин Проклятого пика вздохнул с облегчением.

– Нам пора двигаться дальше, – произнес он и, окинув взглядом присутствующих, добавил: – Думаю, мы все не в восторге от этой встречи, так что разойдемся без лишнего словоблудия.

Рэн растерянно воззрился на него. Он хотел бы поговорить с Шеном, хотя самое главное уже и так знал – что больше не одержим Глубинной тьмой. Он может прямо сейчас вернуться на пик Росного ладана, а детали, произошедшие за время его «отсутствия», уточнить у других старейшин. Сдерживало его интуитивное ощущение, что если он сейчас уйдет – то пропустит нечто глобальное. В жизни не так часто возникают такие моменты, и, как казалось, люди вокруг были той самой странной командой, которая может либо уничтожить, либо спасти мир.

– И куда это ты собрался двигаться? – поинтересовался Ер.

Шен собирался послать его, но прежде, чем открыл рот, тому ответил Ю Си:

– Мы направляемся на весеннюю охоту.

– «Мы»? – возмутился Ер.

Ал встал рядом с Шеном и хотел было сообщить, что тоже едет, но его опередил женский голос:

– Ты в самом деле рассчитываешь, что теперь, зная, что есть шанс вернуть тебя, я просто оставлю это дело ему?

Произнося это, Эра уставилась в пустоту. Она больше не могла видеть своего брата, но все еще хотела говорить с ним.

Призрачный Муан растерянно почесал затылок. Глядя на него, Шен нехорошо прищурился, словно пытаясь передать всю степень своего негодования через этот взгляд.

Вот поэтому он и не хотел ничего рассказывать! Муан посчитал себя умнее всех! И вот теперь он снова невидимый призрак, а Шену придется иметь дело с этой упрямой женщиной!

– О чем она говорит? – удивленно пробормотал Ер.

– Ты будешь только мешать, – категоричным тоном произнес Шен.

– Не тебе об этом судить, – уязвленно отозвалась Эра. – И не в твоих силах меня остановить!

Шен не удержался от иронично-оценивающего взгляда. Не в его силах? Он прямо сейчас прикинул с десяток способов, как удержать ее от этой безумной затеи. Грубых, но эффективных.

И он даже готов был одним из них воспользоваться, главное, чтобы Ю Си не обмолвился, куда именно они направляются.

– Я тоже отправлюсь с вами! – решился Рэн.

Шен перевел на него полный откровенного недоумения взгляд. Он всякое ожидал, но с чего вдруг старейшина пика Росного ладана сделался таким авантюрным?

– Зачем?

– Зачем? – растерялся тот. – Ну…

– Просто для протокола, – вмешался Ер, – я отправляюсь с командующим Ю! Мне плевать, куда ты там прешься, я иду с ним, а не с тобой.

У Шена закололо в висках. Он еще раз окинул медленным взглядом стоящих в холле людей. Ал спокойно смотрел на него. Ю Си выглядел беспристрастным, стоя с какой-то шкатулкой в руках. Рэн казался растерянным и отчаянно-решительным одновременно, словно сам не понимал, что делает, но при этом не желал отступать (впрочем, обычное его состояние). Ер под маской демона оставался непревзойденно-невозмутим и его эмоциональное состояние выдавал только голос, сейчас можно было лишь догадываться о его истинных чувствах. Шен предполагал, что ему всего лишь страшно оставаться в одиночестве и он не хочет или отказывается понимать, что с этой компанией, а, особенно, рядом с главным героем Шеном, будет гораздо опаснее. Впрочем, кроме разоблачения, которое уже произошло, какая реальная опасность может угрожать Глубинной тьме? До Шена только сейчас окончательно дошло, что тогда на зеркальном постоялом дворе, когда Ер вывел его из себя настолько, что он хотел отрубить его голову, если бы это на самом деле произошло, он бы всего лишь обезглавил Рэна, а Глубинная тьма выползла бы наружу и осталась в сравнительном благополучии. Шен потер виски. Казалось бы, участь сгустка тьмы незавидна, однако он приблизился к бессмертию ближе их всех вместе взятых, мог бы даже посоревноваться с Админом. Впрочем, плащ вполне интересным образом сдерживал Глубинную тьму под собой. Вполне вероятно, что существуют и другие предметы подобного свойства. Можно ли его запечатать, как джина в лампе? Было бы забавно.

Шен перевел взгляд на Эру. Девушка смотрела на него прямым решительным взглядом, почти прожигая дыру. Тогда старейшина пика Черного лотоса поморщился и перевел на Муана красноречивый взгляд. Тот выглядел растерянным. Шен приподнял бровь.

– Я не хочу, чтобы она отправлялась с нами! Я всего лишь хотел попрощаться! – воскликнул мечник.

У Шена было много слов о том разговоре Муана с Эрой. Он мог бы даже перечислить ему все синонимы слова «прощай» и обратить его внимание на то, что им были использованы совсем другие слова!

Вместо этого он просто протянул ему руку.

Прославленный мечник с сомнением покосился на его ладонь. Он прекрасно понимал, что Шен намерен дать ему возможность разрешить то, что он начал, но Муан далеко не был уверен в том, что у него хватит мужества вновь оказаться под напором сестры.

Шен нетерпеливо дернул рукой. Муан трусливо не двигался.

Тогда, за закрытыми дверями, когда Шен вышел, он был настолько откровенен с Эрой, насколько вообще был способен. Он сказал ей все, что хотел. Ему казалось, что она приняла это. Это действительно походило на прощание.

Но вот прошло десять минут, и она говорит, что не отпустит его одного! Точнее, недостаточно доверяет Шену!

Муан не стал брать его за руку. Вместо этого он схватил со стойки лампу и, размахнувшись, с силой запустил ее в стену рядом с головой Эры. Девушка вздрогнула.

– Похоже, он не слишком доволен твоим решением, – пояснил Шен.

– Какое меткое наблюдение! – взвилась Эра.

Наблюдающий эту сцену Рэн вытаращил глаза так, что заметившему его выражение лица Еру стало боязно за его здоровье.