Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 33 страниц)
Глава 18 Хочет
Пройдя по комнате, я взяла плед и нервно сжала его ладонями. Отходя к шкафу и прижимаясь к нему спиной. На несколько секунд закрывая глаза и пытаясь утихомирить мысли. Но все равно до сих пор меня эмоционально трясло. То и дело пред глазами вспыхивало то, как мачеха и сестры стояли на коленях. Страх в их глазах. Отчаяние граничащее с раздирающей паникой.
От всего этого я не испытывала ни толики удовольствия, но все-таки и жалости по отношению к ним тоже не было. Пока что я вообще была не в состоянии понять, что чувствую и лишь, закрывая глаза, улавливала то, что мне будто бы стало легче. Это ни с чем несравнимое и даже неописуемое ощущение, но я словно бы сегодня лишилась того, что все последние годы заживо кроваво пожирало изнутри, душило, изувечивало.
Услышав тихое жужжание, я открыла глаза и посмотрела на тумбочку. Там лежал мой телефон и сейчас на нем высвечивалось имя Анджело.
– Да, – отвечая на звонок, я приложила телефон к уху. Уже прошло около пяти часов с тех пор, как я покинула дом мачехи и мне следовало сразу же позвонить Анджело, но в первую очередь я хотела поговорить с Матео. Прояснить для себя многие моменты, которых не понимала. Вот только, Лонго до сих пор не приехал, а, поскольку уже наступил глубокий вечер, я предполагала, что в лучшем случае мы увидимся лишь завтра в университете.
– Как ты? Как прошла встреча с семьей? – послышался хлопок, затем шорох ветра, словно Анджело вышел на улицу из машины.
– Далеко не так, как я предполагала, – садясь на край своей кровати, я положила себе на колени скомканный плед и, до онемения в пальцах сжимая его, рассказала все, что там произошло.
Анджело слушал меня молча. Не перебивал и, лишь когда я закончила, произнес:
– Тебе явно стоит быть с ним осторожнее. Как видишь, проблемы Лонго решает быстро. И жестоко.
– Да, но в данном случае я ему очень благодарна, – разжимая пальцы, я попыталась сложить плед.
Но Анджело был прав. Сейчас Матео будто бы на моей стороне. К этому ведет сам договор между нами. Но сегодня я впервые соприкоснулась с тем, каким он может быть и тревогой пробирало от мысли, что однажды и я могу стать для него «проблемой». И после этого неизвестно насколько жестоко он меня «решит».
– Я до сих пор не могу понять, как он нашел доказательства отмывания денег. И действительно ли они настоящие, – я потерла лицо ладонью. Вспоминая панический, полный ужаса взгляд мачехи, которым она скользнула по бумагам, осознавала, что документы, скорее всего, настоящие. Но все-таки, черт, я же годами искала хоть какие-то доказательства. Как Матео нашел их меньше, чем за сутки? У него настолько много возможностей? От этого тоже пробирало холодком пробегающим по коже.
– Насчет этого. Я не так просто тебе позвонил, – на заднем фоне стало тише. Кажется, Анджело вошел в помещение.– Подробностей я не знаю, но только что мне стала известна кое-какая поверхностная информация. Вчера Матео Лонго был на собрание кланов. Там дал эти бумаги. Я понятия не имею откуда они у него, но он дал понять, что Мирела Верди забирает то, что принадлежит ей. А это означает, что если хоть кто-то посмеет иметь малейшее дело с твоей мачехой, автоматически это будет восприниматься, как вражда против Лонго и за это последует ответ.
Задержав дыхание, я приподняла брови. Чувствуя, как кожу начало покалывать.
– Не думаю, что вообще хоть кто-то мог пожелать помочь твоей мачехе, но нескольких особенно ушлых могла бы привлечь возможность отобрать у тебя все, взамен на то, что Илерия Верди отдала бы им значительную часть денег. Но, учитывая поддержку Лонго, никто этого, естественно, делать не будет. И твоя мачеха теперь, как мусор.
Я прикусила кончик языка и закрыла глаза. От таких дел, я была далека, но уже теперь более чем отчетливо понимала, что обязана Лонго. Я и так, должна была его отблагодарить, а теперь вообще не понимала, как это сделать.
– И, Мирела, все это имеет одно огромное значение. На собраниях не рассматриваются личные дела и Лонго там представлял ваш клан. Возвращение Верди в твоем лице. Это навело достаточно шума и могу сказать, что многие еще помнят твоего отца и этому рады. Особенно, если учесть то, что ты, при поддержке Матео Лонго теперь олицетворяешь достаточно сильную сторону. Думаю, ты понимаешь, что это хорошо, но теперь тебе с Лонго точно следует быть заодно.
Мысли вновь вспыхнули. Забурлили. И я, открывая глаза, не моргая посмотрела на стену. Хотела многое сказать, но, прежде чем я это сделала, Анджело произнес:
– И, думаю, ты должна кое-что знать. Как ты и просила, я все последние дни собирал информацию о семье Лонго. Каких-то тайн я узнать не смог, но у Матео с его отцом еще с детства были напряженные отношения. Почему-то всегда выделялся именно младший сын Гаспара – Давид. Такое впечатление, что ему всегда доставалось все самое лучшее. Матео же воспитывали жестко. Сурово. Многие считают, что это было сделано намерено, так как Матео старший сын и соответственно наследник, а, значит, должен был с детства понимать свои обязанности и то, что его будущее легким не будет. Но, если честно, мне кажется, что такое разделение детей не может иметь такую причину. Будто старшего сына ненавидели, а младшего обожали. Я даже узнал, что и Матео и Давид, повзрослев уже имели свои машины и деньги, но Матео сам на все это заработал, а Давиду абсолютно все давал отец. Что было в детстве, когда Матео не мог иметь свои деньги, трудно понять, но думаю и там все было не очень просто.
– А тебе не удалось узнать хоть что-то о том, почему к Матео именно такое отношение? Он говорил, что они с отцом никогда не сходились в том, как нужно вести дела, но если это было с детства, тогда ведь должна быть другая причина, – я сильно указательным пальцем провела по нижней губе. Я вообще много о таком думала. Не понимала, как вообще к своим детям можно относиться настолько по-разному.
– Нет, но сегодня произошло кое-что интересное.
– Что?
– Для начала скажу, что ранее Гаспар отправлял Матео даже на, скажем так, безвыходные переговоры. На те, которые могли закончиться его кровью. Но Матео всегда все решал быстро. Агрессивно и с пользой в сторону Ндрангеты.
– Хочешь сказать, что Гаспару было все равно, даже если бы его старшего сына убили бы? – сердце неприятно сжалось. Но чему я удивлялась? Знала ведь, что Гаспар убил бы Матео, если бы не договор между нами и то, что я не дала этого сделать.
– Все выглядит именно так, но Матео не давал себя уничтожить. Более того, в то время, когда он был в статусе наследника Ндрангеты, клан процветал. Теперь же наследником является Давид и… как оказалось, он бестолковый. Это впервые он занялся делами клана и явно очень паршиво проявил себя в этом. Уже причинил серьезные убытки даже в легких делах. Что-то более весомое, ему так и не смогли доверить. Хотя я слышал о том, что он как раз послушный сын. Но, возможно, в этом и минус. Как оказалось, приказы отца он слушает, а на самостоятельные действия не способен. Говорят, Гаспар Лонго сейчас в ужасе. Рвет и мечет. Пытается хоть что-то сделать со своим сыном, но все действия Давида провальные. Все хуже и хуже. Это уже, как позор.
– Все прямо настолько плохо? – спросила, ложась на кровать. Но внутренне не могла отрицать, что слышать все это было приятно. Так и нужно Гаспару. Нечего было так паршиво относиться к Матео.
– Более чем. Я даже слышал, что Давид не особо и работать хочет. Его интересуют только женщины, машины и деньги. И он постоянно пытается перекинуть свою работу на кого-то другого.
Услышав щелчок, я резко села на кровати, видя, что дверь открылась и в мою комнату вошел Матео. Так, словно к себе домой.
Я была в шоке от того, что мало того, что Лонго пришел в женское общежитие, так и у меня дверь была закрыта. Он открыл ее ключом. Откуда он у Матео?
Но, сказав Анджело, что позже ему перезвоню, в первую очередь спросила у Лонго:
– Ты голоден? – я посмотрела на плиту. Еще час назад я закончила с готовкой, но до сих пор сама не поужинала. Мы могли бы это сделать вдвоем.
Глава 19 Согреть
– Очень, – снимая пальто, Лонго скользнул по мне медленным взглядом, от которого почему-то по коже рассыпалось острое покалывание. Особенно, когда он посмотрел на мою шею, затем немного ниже, после чего вовсе останавливая взгляд на ногах, но уже в следующее мгновение Матео перевел его на мой телефон, который я отложила на край тумбочки. – С кем ты разговаривала?
– Со знакомым, – положив плед на край кровати, я спрыгнула на пол и пошла к плите.
– Что за знакомый? Джулиано?
– Да, – открыв шкафчик, чтобы достать тарелки, я ответила это необдуманно, но буквально через мгновение замерла. Разве я говорила Матео фамилию Анджело?
– И что же между вами происходит, раз вы даже по ночам общаетесь? – отбросив пальто на спинку стула, Лонго положил ладони в карманы брюк и подошел ко мне, останавливаясь позади меня так, что я спиной соприкоснулась с его торсом. Еле весомо, но, учитывая рост Лонго и жуткую, тяжелую мрачность повисшую в комнате, от этого становилось не по себе.
– Между нами ничего не происходит, – я все-таки достала тарелки, при этом локтем случайно соприкоснувшись с каменным прессом Лонго. – Его отец был предан моему отцу и сейчас Анджело лишь пытается мне помочь.
– В чем? Что он может тебе дать того, что не могу я? – Матео наклонился ко мне и я почувствовала его горячее дыхание на своей макушке.
– Звучит так, будто для меня главное пользоваться людьми, – поставив тарелки на крошечный стол, я открыла маленький ящик со столовыми приборами. – Анджело мне ничем не обязан, но он приехал сюда с другой страны, чтобы сказать про счет, оставленный для меня отцом. И сейчас он присматривает за мной. Я очень благодарна ему за это. В моей жизни было не так много людей, которые действительно хотели просто помочь, поэтому… если ты по какой-то причине негативно настроен к нему из-за того, что было в отеле, прошу, ни в коем случае ничего не делай Анджело.
– То есть, он тебе настолько дорог? – Лонго оперся рукой о стол рядом с моей талией и в этом мгновении я почувствовала себя, словно в капкане. У Матео отлично удавалось нагнетать обстановку при этом совершенно ничего не делая. Само его присутствие обжигало нервные окончания.
– Ты ревнуешь? – спросила, пальцами сжимая ручку тумбочки.
– Возможно.
Я медленно выдохнула, потянувшись за чашкой. От Матео исходил уличный холод и мне почему-то показалось, что будет лучше приготовить для него горячий чай.
– Повода для ревности нет. Я даже могу поклясться, что между мной и Анджело ничего нет и быть не может. Но я и правда ему очень благодарна и надеюсь, что когда-нибудь смогу отплатить за доброту, – я потянулась за чаем. – Но, опять-таки, не ищи в этом какой-либо романтический подтекст. Его тут быть не может. Со стороны Анджело в том числе.
Я потянулась к чайнику, но, талией упершись о руку Лонго, так и не смогла дотянуться до кнопки. Тем более, Матео не сдвинулся ни на миллиметр. Все так же держа меня в своеобразном капкане, в котором я все еще чувствовала то напряжение, которое нещадно давило на тело.
– Отойди. Я хочу для тебя чай заварить. Ты же, наверное, замерз.
Некоторое время Лонго молчал, а я, выдыхая, опять попыталась дотянуться до кнопки, но Матео перехватил меня за руку и уже в следующее мгновение резко потянул меня к двери.
– Да, я замерз. Очень, – Лонго открыл дверь и вытянул меня в коридор.
– Куда ты меня тащишь? – спросила судорожным шепотом. Уже было поздно и все девушки, наверное спали, но какие-то громкие звуки могли их разбудить.
– В душ. Поможешь мне там согреться?
– Нет. Стой. Подожди, – я попыталась отдернуть руку. – Тут женское общежитие и женские душевые. Тебе туда нельзя. И… что значит «поможешь согреться»? Я тебе могу чай заварить и плед дать.
– Нет, мне такое не подходит, – Лонго толкнул дверь и затянул меня внутрь сейчас полностью темного помещения.
– Откуда ты знаешь, где тут душевые? – взвинчено спросила, чуть не оступившись и замечая даже то, что Матео было известно, где тут включается свет, ведь, в следующий момент он коснулся кнопки и душевые стали освещены. – Ты, что ли уже развлекался тут с девушками?
В груди неприятно полоснуло. Меня вообще словно бы кнутом ударило и я, стиснув зубы, уже изо всех сил попыталась отдернуть руку.
– Нет, – Лонго отпустил мою руку и я тут же отшатнулась, с замиранием смотря на то, что он закрыл дверь на замок. – Ты единственная, с кем я где-либо хочу утолять голод. В кровати, в душевой, на заднем сиденье машины. Но пока что мне вообще ничего не перепадает. Когда же ты, госпожа, начнешь это исправлять?
Я еще сильнее отошла от него, спиной упершись о раковину. Ночью в душевой гнетущая атмосфера. Помещение само по себе небольшое. С пятью душевыми кабинками и рядом умывальников. Тут все еще пахло гелями для душа и свежестью. Но, недостаточно хорошее освещение создавало тут атмосферу мрака. Или это от того, что сейчас исходило от Лонго?
– Ты… хочешь близости? – спросила, чувствуя, как ледяная раковина обжигала поясницу даже через ткань футболки и то, как бешено, обрывками забилось сердце.
– Да, хочу, – подойдя ко мне, Матео руками оперся о стену. Вновь создавая капкан и, наклоняясь ко мне так, что я его горячее дыхание ощутила на своей щеке. – Так, что? Согреешь меня?
Глава 20 Отдал
– Только пледом и горячим чаем, – задерживая дыхание и отклоняясь назад, я рукой оперлась о запястье Матео. Надавливая на него и давая понять, что хочу чтобы он немедленно убрал руку. Вот только, Лонго ее ни на миллиметр не сдвинул. И мне вообще казалось, что я пытаюсь оттолкнуть что-то металлическое. Нерушимое и совершенно нечеловеческое.
– Мы договаривались, что, если тебе захочется секса, ты придешь ко мне, – Лонго наклонился так, что кончики его волос коснулись моего виска. Даже от них исходил уличный холод. – Но до сих пор между нами ничего не было. Сколько еще мне ждать?
– Не знаю. Вообще-то прошло лишь несколько дней,– упоминание того чертового договора, словно кнутом ударило и я резко скользнула вбок. Но даже конца раковины достичь не смогла, ведь тут же была перехвачена. Лонго положил руку мне на талию и резко вернул обратно.
– Не «лишь», а «уже». Мы могли бы трахаться еще с первого дня, – он сильнее сжал мою футболку, из-за чего воротник скользнул на плечо и стала видна лямка лифчика. Наклоняясь, следующие слова Лонго произнес так, что я его горячее дыхание почувствовала рядом с ней. – Мы бы много чего могли сделать, но ты до сих мне не даешь.
Опуская ладонь ниже, Матео ею сжал мою попу. Сильно. Пальцами пробираясь под футболку и цепляя пояс шорт. Медленно приспуская его. Буквально на считанные миллиметры, но ощущалось это словно жестокие, безжалостные трещины в моей защите. Так, что дыхание исчезло и тело отозвалось настолько неконтролируемым жжением, что первые мгновения я его даже контролировать не могла.
Но, в тот же момент, по сознанию разлился яд. Всколыхнулся под кожей, болезненно терзая и так израненные в клочья мысли.
– Такое впечатление, что тебе важно лишь пользоваться девушкой, – я пальцами сжала его руку на запястье, изо всех сил пытаясь убрать ее от меня. – У тебя вообще есть хоть какие-то мысли помимо секса?
– Полно. Но, когда я смотрю на тебя, да, Мирела, мои мысли извращенные и грязные, – его губы коснулись моего уха и каждое слово нещадными вспышками проходили по телу. Словно ударами, после которых на коже безжалостно расцветали языки пламени. – Вчера ты была в платье и, когда мы были в машине, я каждую секунду представлял, как задираю его и…
– Хватит! – я, сильно дернувшись, резко выскользнула из хватки Матео. Это было не просто. Я чуть не упала, но все же на ватных ногах, быстро отошла к краю ряда раковин. – Можешь все это рассказывать Сандре. Она твоя женщина. Будущая жена. Ей платье и задирай.
Эмоционально и физически меня сжигало. Словно меня что-то клыками разрывало на части. И мысленно я истошно кричала на себя. Обещала ведь, что не буду затрагивать тему Сандры. Меня она не касается, но сейчас что?
– Я расстался с Сандрой, – все так же опираясь рукой о стену, Лонго медленно повернул голову и посмотрел на меня. И тот зрительный контакт который сейчас возник у нас был как вспышка, безжалостный разрыв целого мира. Как то, что воздух накаляло до предела.
– Вы часто расстаетесь, – я ногтями нервно провела по тыльной стороне ладони. Пальцами случайно цепляя кулон на браслете. – Но все равно Сандра всегда оставалась твоей женщиной. Так, может, ты больше внимания будешь уделять именно ей?
– На этот раз мы окончательно расстались, – Матео начал расстегивать пуговицы на рубашке. Медленно. Лениво, а меня от этих его слов словно бы горячей водой окатило.
– Почему? – спросила, тут же болезненно прикусив нижнюю губу.
– Я уже говорил. Я в тебя влюбился.
Надрывный выдох, после которого я замерла на месте. Застыла. Чувствуя, как по телу и по душе прошел ток. Настолько мощный, что меня саму будто бы в клочь разрывало.
Но ничего ответить я не успела. Вскоре вовсе отвернулась, ведь Матео уже снял рубашку, но, кое-что заметив, я резко вновь посмотрела на него.
– Это что? Татуировка? – я буквально уставилась на его левую руку. Вернее на запястья. Там и правда была татуировка. Небольшая, но явно свежая. Прикрытая какой-то пленкой.
Все еще застывая на месте, рассматривала ее. На Лонго татуировка выглядела необычно. Даже завораживающе. Предавая его внешности чего-то дикого, демонического. Но все равно, сколько бы я ее не рассматривала, не могла понять, что на ней изображено.
В итоге, сделав глубокий вдох, я решила спросить об этом вслух:
– Что на ней изображено?
– Позже поймешь. Она еще не закончена, – опуская ленивый взгляд, Лонго тоже посмотрел на свою руку.
– Так ты, кажется, говорил, что тебе не нравятся татуировки, – я пальцами убрала волосы за ухо. Атмосфера в помещение все еще была накалена, но мы вроде как разговаривали. – Но… эта правда красивая.
– Тебе нравится?
– Да, на тебе смотрится очень хорошо, – я произнесла это необдуманно. Просто, как факт и лишь, с опозданием поняв, что сказала, сильно прикусила нижнюю губу.
– У тебя фэтиш на татуировки?
– Что? Нет, – я резко качнула головой. – Просто… Как оказалось, они тебе идут.
Я отвела взгляд. Наверное, мне этого не следовало говорить, но, черт, это правда. Я никогда особо не обращала внимания на татуировки, но на Лонго они прямо притягивали взгляд. И… Мы часто друг другу говорим что-то плохое. Нужно говорить и хорошее.
– Насколько? Ты теперь готова в меня влюбиться?
– Одной татуировки явно мало, – ответила выдыхая и тут же отворачиваясь, ведь Матео начал расстегивать ремень штанов.
В полной тишине раздался шорох одежды и я, чувствуя, как сердце замирало, сделала быстрый шаг к двери.
– Я пойду в комнату. Буду там ждать тебя.
– Нет. Стой, – Лонго произнес это так, что я против воли замерла. – Останься тут.
В голове вспыхнуло миллиард противоречий, касающихся того, что мое нахождение тут, сейчас является ненормальным. Но все же я осталась на месте, уже слыша, что в полной тишине хлопнула дверь одной из кабинок и вскоре приглушенно прозвучал звук льющейся воды.
Какими-то усилиями я заставила себя обернуться. Смотря на белоснежную плитку на полу, на зеркала и на одежду Лонго, которая сейчас лежала на скамейке.
Зарывшись пальцами в волосы, я сильно зажмурилась и сделала несколько глубоких вдохов, но даже они получились рванными. Сжатыми. Срываясь с губ, как что-то поломанное.
– Я… только что была не права, – сказала, делая небольшой шаг к кабинке. Останавливаясь около дверцы, за которой Лонго принимал душ. Инстинкты воспалились и будто бы твердили о том, что мне не безопасно сейчас так близко подходить к нему, но я хотела, чтобы он услышал меня, сквозь шум воды. – Когда мы были около раковин, я сказала несколько фраз, которые могли отображать тебя как какое-то животное, но это ведь не так. И думаешь ты не только о том… как попользоваться девушками. То есть… Ты мне сегодня очень помог. Я даже не могу описать того, насколько сильно все это важно и дорого для меня. А я, вместо того, чтобы поблагодарить тебя, сказала то, чего не следовало. И я хотела бы извиниться.
Звук льющейся воды был монотонным, словно Лонго просто стоял под струями воды.
– Зачем? Ты была права. Большая часть моих мыслей о сексе с тобой.
– При этом, ты до сих пор меня не тронул. Я ведь знаю, что для тебя любые запреты ни по чем, – я опустила взгляд и посмотрела на свои тапочки. – И, если бы ты хотел просто попользоваться, ты бы это сделал. Но ты… очень помог мне. И я это ценю. Когда появится возможность, я обязательно тебя отблагодарю.
– Я ни в чем не нуждаюсь. И, прекращай, Верди. Ты опять ищешь хорошее там, где его нет. Я сделал лишь то, что был обязан по договору.
– Или ты пытаешься казаться плохим, чтобы в тебе никто хорошего не видел и такого от тебя не ожидал.
– Что за глупые, философские мысли?
– Я просто хотела сказать, что очень ценю то, что ты сделал сегодня. И я никогда этого не забуду. Ты правда очень хороший, несмотря на то, что иногда бываешь грубым.
Я подняла руку и ею хотела прикоснуться к дверце, но она резко открылась и, прежде чем я поняла, что вообще происходит, Лонго затянул меня внутрь кабинки. Горячая вода тут же хлынула на меня. На волосы и одежду. Но это было ничем, по сравнению с тем, как Матео своими губами набросился на мои. Целуя жестоко. Даже болезненно. Своим телом вжимая меня в стену и руками тут же пробираясь под насквозь мокрую футболку. Грубыми ладонями сжимая талию.
– Ты права. Для меня все блядские запреты ничего не значат, – произнес он мне в губы, в следующее мгновение срывая с меня футболку и отбрасывая ее в сторону. – Хочешь, покажу, насколько плохим могу быть?
Кажется, на его губах возник жуткий оскал и Матео завел руку мне за спину, пальцами жестко поддевая застежку лифчика. Горло сжало удавкой и сердце загрохотало в груди. Почему-то этот момент был по настоящему страшным, но я, с полным срывом дыхания, резко поднялась на носочки и, обвив его шею руками сама прикоснулась своими губами к его. Это даже поцелуем нельзя назвать и, в тот же момент, это являлось чем-то куда большим. Полным разрывом моей защиты. Надрывной уязвимостью. Настолько явной близостью к собственной погибели.
Лонго замер. Буквально на несколько мгновений и его тело накалилось до предела. Я кожей ощущала стальные, бугрящиеся мышцы Матео. Ту скрытую мощь, которая за мгновение могла переломать меня на части, но в следующую секунду он обвил меня своими огромными ручищами и поцеловал так, что сознание разорвало в клочья и я забыла вообще обо всем. О том, кем являюсь, где нахожусь и вообще о том, что где-то существует мир.
Матео расстегнул мой лифчик и отбросил его в сторону. Затем сдернул и шорты с трусиками. Оказавшись перед Лонго полностью голой, я невольно сжалась и тут же содрогнулась от следующего поцелуя. От того, как он рукой сжал мою грудь, а затем положил руку на поясницу и рывком сильно вжал в свое тело. Так, что я своей обнаженной кожей настолько остро почувствовала его сталь, жар и то, как до предела возбужденный член уперся мне в живот. Это испугало. Так, что я дернулась, а Матео взял мою руку и положил на свой член. Заставляя ладонь сжаться на основании возбужденной плоти. Управляя моей рукой и проводя ею до головки, затем обратно вниз. Медленно, для меня словно пытка, ведь эмоционально меня не просто ошпарило. Скорее на части растерзало. От жара его огромного, раскаленного члена и от того, как Матео пальцами второй руки зарылся в мои мокрые волосы уже теперь набрасываясь с практически агрессивным поцелуем. До жжения на губах. Языком проникая в мой рот. Целуя извращенно, грязно, но так, что каждая частичка моего тела воспалилась и я уже с трудом стояла на ногах.
– Можно я тебя возьму? – его хриплый, тяжелый голос прошелся по моему телу вызывая сокрушающие вспышки. Лонго горячими, жадными поцелуями скользнул по моему лицу. Опускаясь ниже. К шее, затем к груди. Целуя ее. Вбирая в рот сосок и прикусывая его. Вместе с этим сжимая мои бедра и резко, жестко делая движение при котором его член скользнул по моему животу.
И я понимала, что в своем вопросе он не просто серьезен. Еще мгновение моего промедления и его член явно будет во мне. Лонго вжал меня в стену и под коленкой сжал мою ногу, после чего резко приподнял, раскрывая перед собой.
– Подожди… – прошептала испуганно, ногтями вцепившись в плечи Лонго. – Я… Я не хочу, чтобы мой первый раз был в общежитие. И… И тем более в душевой кабинке…
Для отказа у меня вообще было множество причин. То, что все слишком быстро, страх, неготовность. Но и так же то, что мы сейчас находились в таком месте. Возможно, я мыслила слишком наивно, но в вихре собственного сознания от чего-то такого было больно. Оно будто бы удешевляло все, что могло бы быть. И правда отзывалось едким ощущением того, что мной просто пользовались.
Грудь Матео вздымалась от глубоких, тяжелый вдохов и смотрел он на меня так, что мне серьезно было страшно. Словно он сейчас точно растерзает меня и сожрет. Но, выругавшись и, скалясь, Лонго все же отпустил мою ногу. Затем взял мою руку и опять положил на свой член. Управляя моей ладонью и, второй рукой касаясь моего лона. Пальцами проводя по мокрым складкам. Набрасываясь на мои губы с новым, еще более жестким поцелуем. А я, не выдержав, громко простонала, ведь все это было слишком. Ощущения топили в себе. Сокрушали. Так, что я первая дошла до настолько острого и сладкого оргазма, всем телом задрожав в руках Лонго. Чувствуя то, что ноги совершенно не держали и, наверное, я бы вовсе рухнула, если бы Матео не удержал меня. Он сделал еще несколько движений моей рукой и я почувствовала, как на мой живот брызнуло что-то горячее.
Некоторое время мы стояли неподвижно. Я тяжело дышала и все еще дрожала, чувствуя головокружение, когда Лонго вновь меня поцеловал, положив мои руки себе на плечи. Я обняла его и казалось, что уже этот поцелуй длился целую вечность. Но именно в нем мне было настолько хорошо и легко.
Когда же мы отстранились друг от друга, меня мощно кольнуло от неловкости. Вообще от осознания того, что только что произошло.
Я бы не сказала, что сожалею. Нет. Вообще глупо сожалеть о содеянном, но мне серьезно стало страшно.
Поэтому, когда Лонго опять притянул меня к себе, явно подразумевая то, что мы сейчас будем мыться вместе. Или не только мыться, я сама достаточно быстро обмылась, после чего выскочила из душевой кабинки.
Идя сюда мы не взяли ни полотенца, ни сменную одежду, поэтому, когда мы возвращались в комнату, я была в рубашке Лонго. К счастью, она достаточно длинная, чтобы все прикрыть, но все равно вот так расхаживать по коридору без нижнего белья было как-то не по себе.
Поэтому, когда мы вошли в мою комнату, я бросила мокрую одежду в стирку и, прикрываясь дверцей шкафа, начала переодеваться.
Лонго куда-то вышел. Вернулся с сумкой, в которой была сменная одежда. Ему сюда кто-то ее привез?
И, в отличие от меня, переодеваясь, Матео вообще не скрывался. Поэтому мне пришлось отвернуться.
Сидя на одной кровати, мы поужинали. И даже в этом мы отличались. Я нервничала. Постоянно ерзала. А Лонго выглядел полностью спокойным. Даже каким-то умиротворенным. И в прикосновениях чувствовал себя более чем развязно. То руку мне на бедро положил, то приобнял за талию и притянул к себе ближе.
Готовясь ко сну, я опять собралась лечь на свободную кровать. Даже начала там моститься, как Лонго перетащил меня к себе.
– Да мы же тут не поместимся вдвоем, – я сильно завозилась.
– Прошлой ночью мы отлично спали вместе, – Матео лег на кровать, поцеловал меня в лоб и уложил на себя.
У меня сердце билось рвано. Бешено и я, сильно зажмурившись, произнесла:
– Я не Сандра и… если я узнаю, что у тебя появилась другая девушка, это будет конец. В третий раз я с тобой не сойдусь. Никогда.
– Хорошо, – Лонго рукой пробрался под мою футболку и положил ладонь на обнаженную поясницу. – Других девушек не будет.
Медленно выдыхая, я опустила голову на грудь Матео и закрыла глаза, чувствуя, как приятно было от тепла его тела.
***
Держа в руках стаканчик с кофе, я посмотрела на здание рядом с которым Матео остановил машину.
Еще ранее утро. Лекции начнутся только через час, а мы уже побывали в кофейне. Я предложила съездить куда-нибудь, чтобы в тишине попить кофе, но перед этим Лонго следовало по делам зайти в это место.
Я сказала, что подожду тут и, выйдя из машины, расхаживала по тротуару. Смотрела на пожилую пару. Они медленно прогуливались по противоположной стороне улицы и выглядели такими счастливыми.
И я опять против воли думала о том, что сейчас происходило между мной и Матео. До сих пор от этого огонь бежал по коже и душе. Я все никак не могла понять, это я во второй раз наступила на те же грабли или теперь все будет иначе? Пока что я осознавала лишь одно – просто не будет.
Останавливаясь, я краем глаза, заметила то, что, кажется, кому-то преграждала путь, хотела отойти, как, подняв взгляд, почувствовала, что по коже разлилось что-то жесткое.
Напротив меня стоял Гаспар Лонго. Высокий. Одетый черный деловой костюм. Со стальным взглядом и, как всегда устрашающий, но, почему мне казалось, что в его глазах залегла усталость.
– Верди? – еле заметно приподняв бровь, Гаспар скользнул по мне взглядом своих стальных глаз. А я в который раз отметила то, что они с Матео так похожи. Черты лиц практически идентичны.
– Доброе утро, сеньор Лонго, – нейтрально ответила, отходя в сторону, чтобы он мог пройти. Но мужчина остался стоять на месте, возвышаясь, как огромная скала.
– Вижу, мой сын пока что не растерзал тебя на части.
– Зачем ему это делать? – я приподняла уголки губ. – И, раз такое дело, я хотела бы вас поблагодарить.
– Поблагодарить? – Гаспар вопросительно приподнял бровь.
– Да. Вы ведь отдали мне самое лучшее, что у вас было.
