Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 33 страниц)

Глава 66 Диван

Проснувшись ночью, я долго не могла отдышаться. Лежала на кровати, смотрела в пустоту и в голове болезненно прокручивала рванные обрывки только что приснившегося кошмара.

В итоге, не в состоянии совладать с изувеченными мыслями и страхом, я решила сходить на кухню. Попить воды и попытаться окончательно проснуться. Вернуться в реальность.

Когда я уже прошла часть коридора, за очередным поворотом заметила тонкую полоску света, виднеющуюся под одной из дверей. Это кабинет Лонго. Он сейчас там?

Некоторое время я неподвижно стояла. Слишком долго боролась сама с собой, но в итоге пошла туда. Сама не понимала зачем и, прежде чем я успела себя остановить, уже подняла ладонь и коротко постучала в дверь, после чего открыла ее.

Лонго сидел в кресле за массивным столом. Что-то смотрел на экране ноутбука, но, когда я вошла в кабинет, он поднял на меня взгляд.

– Работаешь? – спросила, останавливаясь на пороге.

Матео был одет совершенно непривычно для себя. Домашние штаны и кофта с длинными рукавами. Волосы растрепанные и мокрые. Явно только после душа. Тут даже витал приятный, мыльный запах. И сам Лонго казался домашним, спокойным. Хоть и во многом это точно обманчиво. Так или иначе, но от него по коже бежали мурашки. Каждый раз они были разными. Сейчас обжигали. Пронзали тело насквозь и мне казалось, что по коже бежит ток.

– Да. Почему ты не спишь? – откинувшись на спинку кресла и, подпирая голову кулаком, Матео что-то нажал на клавиатуре ноутбука.

– Хотела сходить на кухню и взять воды, – пожав плечами, я добавила: – Могу и тебе что-нибудь принести.

– Спасибо, не нужно, – Лонго опять опустил взгляд на экран.

Я уже собиралась выйти, как все же остановилась.

– Завтра я на целый день уезжаю в Санта-Кроче. Буду смотреть помещение для салона.

Матео еле заметно кивнул, уже не поднимая на меня взгляд.

– Я скажу Родри, чтобы он на завтра подобрал для тебя охрану.

– Спасибо.

Выйдя из кабинета, я закрыла за собой дверь. Абсолютно все наше общение в последнее время было именно таковым. Сугубо поверхностным. Без затрагивания чего-либо личного. Единственное – я сообщала Лонго о своих планах на день. И лишь для того, чтобы, как мы и договаривались, меня сопровождала охрана. Но уже теперь Матео никак не комментировал то, куда я собиралась поехать. Не спрашивал, зачем мне это нужно.

Каждый из нас был занят своими делами. Что происходило в жизни Лонго, я не имела ни малейшего понятия. Он и раньше мне толком ничего не рассказывал. Сейчас – тем более. Единственное, что мне было известно, он все так же редко появлялся в университете. Постоянно куда-то уезжал и лишь ночью находился тут, но в спальню практически не заходил. Разве что для того, чтобы взять одежду.

Уже теперь я понимала, что, возможно, ночи Матео проводил в своем кабинете. Но он ведь должен был хоть когда-нибудь спать?

Я все последнее время занималась учебой. Подтягивала испанский, английский и французский языки. В детстве я их достаточно не плохо знала, но за последнее время начала забывать. И, ко всему прочему, наконец-то пришла к выводу, что готова открывать салон. Все последние месяцы я тщательно готовилась к этому. Продумывала все до мелочей и рассчитывала свой бюджет. Искала людей, которых могла бы нанять и быть уверенной в том, что они справятся. И вот, наконец-то я стала искать помещение.

Еще практически каждый день я виделась с подругами, но не потому, что мне слишком сильно этого хотелось. Конечно, мне нравилось проводить время с Николиной, Лучианой и Дитой. За последнюю неделю мы успели обновить наши гардеробы на более легкую одежду, соответствующую погоде. Побывали на новой выставке Джиозу, где я познакомилась с несколькими интересными людьми. Во многом смысл таких мероприятий как раз и состоял в том, чтобы найти тех людей, которые в будущем могут быть полезны. Естественно, все это обоюдно.

Но, в основном, мои встречи с подругами и все эти вылазки в высшее общество были обусловлены тем, что я хоть как-то пыталась перекрыть ту пустоту, которая в последнее время начала жечь в груди.

Зайдя на кухню, я взяла из холодильника бутылку с водой и села на диван. Запрокинула голову и посмотрела на потолок.

Что в последнее время происходило между мной и Матео? Ничего. Во всяком случае, ничего неправильного. Мы держим дистанцию. Каждый живет своей жизнью. И это как раз то, чего я хотела, за исключением того, что, будучи в доме Авелин я вовсе планировала сделать так, чтобы мы с Матео больше не виделись. В итоге, мы сейчас все-таки живем в одной квартире. Пусть и минимально, но контактируем.

Но мне грех жаловаться. Учитывая тот контракт, который есть между нами, так даже более правильно. Просто, изначально я подобный вариант не рассматривала по той причине, что не считала, что нахождение рядом с Лонго может быть спокойным.

То есть, сейчас все хорошо. Правда.

Если не считать того, что находиться рядом с Лонго, оказывается, больно.

Хотела я этого или нет, но я постоянно вспоминаю его поцелуи. Объятия и прикосновения. То, как мы по утрам просыпались рядом друг с другом. И в такие моменты мне казалось, что я по-настоящему счастлива. Впервые за всю жизнь.

Наверное, я действительно его любила. И эти чувства въелись в сознание. Как же от них избавиться?

***

Проснувшись следующей ночью, я опять пошла к кабинету Лонго. Очередной кошмар заживо сожрал сознание и я себя не контролировала. Мне срочно требовалось оказаться рядом с Матео.

Единственное, уже будучи около нужной двери, я сделала несколько глубоких вдохов и ладонью потерла лицо. Не хотела, чтобы Лонго увидел на нем страх.

Я коротко постучала в дверь, после чего вошла в кабинет. Матео опять сидел за столом и, точно так же как и вчера, отрывая взгляд от экрана ноутбука, поднял его на меня.

– Я хотела с тобой поговорить. Ты не сильно занят? – спросила. Это не было ложью. У меня и правда имелось то, что я хотела обсудить с Лонго, а, учитывая то, что вчера он так и не появился на завтраке, возможно, сейчас единственный шанс это сделать.

Мы стали видеться все реже. Возможно, близок тот момент, когда просто для разговора, придется ждать долгое время. Может, заранее договариваться о нем. Все-таки, Лонго очень занятый человек. Да и такими темпами наши миры скоро окончательно разойдутся.

– Хорошо, – Лонго указал мне на диван.

Я буквально на мгновение замерла. Раньше, когда Матео засиживался у себя в кабинете, я часто сидела на этом диване. Иногда он подходил ко мне и между нами происходило то, от чего до сих пор жар бежал по коже.

Но сейчас Лонго указал на него вполне безразлично и я, так же пытаясь держать внешнее спокойствие, прошла по кабинету, после чего села на диван.

– Я бы хотела продать машины моих сводных сестер и мачехи, но поскольку ими занимаются твои люди, я не знаю, в каком состоянии сейчас документы. Я пыталась об этом поговорить с Родари, чтобы не тревожить тебя, но он сказал, что ничего не знает.

Я ждала, что Матео спросит, зачем мне продавать эти машины. Он всегда это делал. Интересовался моими делами.

Но и сейчас «привычно» дало трещену. Лонго лишь сказал:

– Все документы уже готовы. Если ты хочешь, можешь выставить на продажу и особняк Илерии Верди. Завтра тебе передадут все бумаги на собственность.

– Спасибо, – я еле заметно кивнула. Навряд ли этим «спасибо» можно было бы отобразить всю мою благодарность, но в нынешних условиях я не знала, как еще это сделать. – А когда именно их передадут? Просто завтра я хочу опять поехать в Санта-Кроче. Но, если нужно, я могу побыть тут.

– Их передадут через Родари там, где тебе будет удобно. Тебе нет нужды сидеть в этой квартире.

Я прекрасно чувствовала, что Лонго этими безразлично произнесенными словами давал понять, что разговор окончен. Так и было. То за чем я пришла, мы уже обсудили.

Но почему-то от его последних слов в груди что-то царапнуло настолько болезненно, что следующий вдох застрял в горле судорожным содроганием.

Стараясь держать на лице выражение полного спокойствия, я поднялась с дивана. Сделала несколько шагов к двери, но остановилась. Обернулась к Матео и произнесла:

– Я понимаю, что между нами контракт и мы обязаны находиться рядом друг с другом, но нам нет нужды прямо жить в одной квартире, – то болезненное, что царапало в груди, стало невыносимее. – Просто, если ты захочешь привести сюда какую-нибудь девушку, я буду вам мешать. Может, мне лучше переехать в другое место?

Я не понимаю, как у меня получилось произнести все это. И хуже всего было то, что я и правда представила Матео с другой. Оказалось, что это хуже пытки. Как то, что кроваво разобрало сознание. Даже захотелось откусить себе язык.

И, тем более, я не понимала, как смогла произнести это с полностью спокойным выражением лица. Защитный рефлекс от того, что сейчас медленно убивало?

До этого Лонго уже успел опустить взгляд на ноутбук, но, когда я произнесла это, его взгляд замер на одной точке. Я не могла понять каких-либо эмоций на лице Матео. Их не было. Но лишь спустя несколько секунд, он поднял на меня взгляд.

– Нет, ты останешься тут.

Почему-то я вздрогнула, но в итоге смогла выдавить из себя лишь слабый кивок и слова:

– Хорошо. Как тебе угодно.

Я развернулась. Пошла к двери, чувствуя, едкое желание немедленно покинуть кабинет. То есть, он, возможно, будет приводить сюда других девушек?

Я не могла исключать того, что Лонго уже сейчас с кем-то спал. У нас давно не было секса. Больше месяца, а он не тот, кто привык себя сдерживать.

И это, конечно, его право, но…

– Мирела, подожди.

Я остановилась.

– Подойди ко мне.

Рвано выдохнув, я обернулась и посмотрела на Матео. Предпочла бы все-таки выйти из кабинета, но через силу пошла к нему.

Лонго открыл верхний шкафчик своего стола и что-то достал из него. Как оказалось, маленькую, длинную коробочку, которую он положил на стол передо мной.

– Это тебе. Подарок на день рождения, – Лонго вновь откинулся на спинку кресла. – К сожалению, я не смог отдать его вовремя.

Я удивленно и в тот же момент непонимающе приподняла бровь. Уже и забыла про свой день рождения, который на каникулах отметила с Авелин.

– Тебе не стоило…

– Нет, стоило.

Я не знала, как относиться к этому подарку, но по коже скользнуло слишком горячее, острое покалывание. Любопытство взяло верх и я открыла коробочку. Там была золотая цепочка и кулон в виде капли. В его середине – драгоценный камень. Безумно красивый.

– Спасибо, – я медленно выдохнула. – Это очень красивый подарок, но я не могу его принять.

Я даже боялась представить сколько он стоил.

– Нет, Мирела. Возьми его. Все равно я назад его не приму и, если он тебе не нужен, просто выброси.

Когда я вернулась в спальню, упала на кровать и в блеклом свете луны долго смотрела на кулон. Сердце билось быстрее и я пальцем осторожно водила по цепочке.

Через полторы недели у Матео тоже день рождения. Наверное, мне стоит сделать ему ответный подарок.

Но, черт, что мне ему подарить?

***

Сидя в мастерской Джиозу, я смотрела на то, как он рисует. Уже теперь я могла прийти к нему лишь, как гость, ведь в прошлом Лонго уже запретил мне быть натурщицей. Но все же я до сих пор достаточно много времени проводила с Джиозу и знала очень много людей из его тусовки. Это были достаточно интересные личности.

– Ты не хочешь есть? – спросила, ставя на стол уже пустую чашку, из которой пила чай.

Джизу все так же не был приспособлен к самостоятельной жизни. По этой причине, когда я приходила в гости, пыталась убрать у него в мастерской и приготовить поесть, чтобы он хотя бы с голода не умер.

Но, даже, когда у меня с Матео в отношениях все было хорошо, я приходила сюда одна. У Лонго и Джиозу общение как-то не заладилось.

Когда я пыталась их познакомить, у Джиозу был очередной творческий кризис. Он лежал на диване в мастерской и говорил о том, какое он бестолковое ничтожество. Я уже привыкла к такому его состоянию, а Лонго некоторое время смотрел на него, затем чуть не порвал на части. Поднял за грудки и начал трусить в воздухе, говоря, что его задрало это нытье и он его сейчас просто пристрелит.

Сказать, что я была в ужасе, значит ничего не сказать.

В ужасе был и Джиозу. В итоге, он не то, что пошел рисовать. Он побежал это делать.

Позже мне звонила его менеджер и благодарила. Она почему-то посчитала, что это я смогла приободрить Джиозу. А он всего лишь начал рисовать из-за страха. Но, кстати, судя по реакции на выставку эти картины у Джиозу получились одними из лучших.

С тех пор Лонго называл Джиозу исключительно «нытиком». Это если цензурно. Но зато Матео никогда не ревновал из-за него.

– Не знаю, – коротко бросил Джиозу сосредоточенно выводя на холсте новые линии.

Если он так говорит, значит, скорее всего голоден. Я поднялась с дивана. Собиралась пойти на кухню, но была остановлена вопросом Джиозу:

– Твой парень уже закончил татуировку?

– Не знаю, – я задумалась. В тот день, когда Лонго привязал меня к кровати, я видела, что его рука уже практически полностью закрыта татуировкой. Но я ее не рассмотрела и не могла понять закончена она или нет.

Я пошла дальше, но, вновь остановившись, нахмурилась и спросила:

– Откуда ты знаешь про татуировку? Я разве рассказывала про нее?

– Так я к ней делал эскиз, – отрывая взгляд от холста, Джиозу перевел его на меня. – Ты разве не знала?

– Серьезно? Нет, не знала.

Сказать, что я удивилась, значит, ничего не сказать. Я даже изначально подумала, что он шутит.

– Ты же даже на заказ картины не рисуешь. Как это ты эскиз для татуировки нарисовал?

– Ну, твой парень дал мне за него очень много денег. Даже больше, чем я получил за три картины с тобой. Я же не придурок отказываться от такой суммы, – Джиозу пожал плечами.

– Тебе и раньше предлагали большие деньги, чтобы ты нарисовал картины на заказ. Ты не соглашался.

– Ладно. Я просто охренеть, как боюсь твоего парня. Не хочу, чтобы он позже пристрелил меня.

Джиозу взял другую кисть.

– Да и мне в принципе, понравилось работать над этим эскизом. Минус конечно в том, что он уже начал делать татуировку и мне пришлось это учесть, но все равно я доволен своей работой. Думаю, это одно из лучших моих творений. Знаешь, даже жаль, что твоего парня нельзя показать у меня на выставке.

Джиозу вернулся к холсту и подтянул к себе краски.

– Когда татуировка будет закончена, сфотографируй ее и покажи мне. Хочу хотя бы посмотреть на нее.

– А что на ней изображено?

Джиозу резко повернул голову в мою сторону.

– Господи, ты даже этого не знаешь?

Я отрицательно качнула головой. До сих пор не могла поверить, что татуировка Матео сделана именно по эскизу Джиозу. Лонго же его терпеть не может.

– Просто мы поругались и я уже давно не видела Матео даже частично голым. Так, что там изображено?

– Увидишь, когда помиритесь, – отворачиваясь, Джиозу вернулся к холсту.

Глава 67 Подарок

Постучав в дверь, я осторожно открыла ее и вошла в кабинет Лонго. Он все так же сидел за столом, за исключением того, что сейчас перед ним был не ноутбук, а какие-то бумаги.

– Я принесла тебе чай, – входя в комнату, я невзначай окинула Матео взглядом. На нем опять была кофта с длинными рукавами. Татуировку не видно.

Джиозу так и не признался в том, что было изображено на его эскизе, а меня уже начинало пожирать тем, что я не могла увидеть руку Матео. Возможно, дело было даже не в самой татуировке, а в недоступности того, что я имела ранее.

Я понятия не имела, что со мной происходило в последние дни. Казалось, что я уже все для себя решила, но находясь рядом с Матео, испытывала ни с чем несравнимую боль. Я не знала, что было бы, если бы я находилась где-нибудь далеко от него. Неужели меня все так же заживо загрызало бы?

Пока что я знала лишь одно – я действительно его любила.

Я никогда не думала, что буду испытывать что-то подобное. Что это вообще возможно. Чувства, которые заполняли сердце и расцветали на душе горячими, порой раскаленными цветами. Раньше я иногда смотрела на некоторые пары. На то, как они расходились и начинали встречаться с кем-то другим. Как у них это получалось?

Пока что я даже не задавалась мыслью о том, чтобы начать отношения с кем-то другим, но все равно остро казалось, что в этом мире нет никого кроме Матео.

Причем, мне есть с чем сравнивать. В университете все считают, что мы вновь встречаемся и там меня больше не трогают, но, за его пределами, там, где никто не знает «чья я девушка», я временами получаю внимание от других парней. Они приглашают на свидания, предлагают обменяться номерами телефонов. Если судить объективно, некоторые из них очень даже симпатичные, но меня даже как-то передергивает от подобного интереса в мою сторону.

Буквально полгода назад, я была совершенно неинтересна парням. А теперь, когда они начали проявлять ко мне внимание, я могу думать лишь про одного человека.

Иногда мне кажется, что Лонго, словно особо опасный яд. Он разрушил Сандру. Теперь принялся за меня. Но сколько еще было таких девушек, которые пали перед ним?

Лонго во многом ужасен. С этим я спорить не могла, но так же в нем имелось множество того, чего нет ни в ком другом. Можно хоть всю жизнь искать и все равно не найдешь. Ощущение полной безопасности, трепета, жара от прикосновения горячих, мощных рук.

– Спасибо, – Лонго даже не поднял на меня взгляд. Он что-то безразлично читал на бумагах, лежащих перед ним.

Я поставила чашку на стол. Наверное, чай ему и не нужен, но я не могла не прийти сюда. Дело даже не в татуировке. Мне опять приснился чертов кошмар.

– Спасибо за документы. Мне вчера их передали.

Лонго еле заметно кивнул. Безразлично. Все еще не смотря на меня и беря с края стола другую папку с бумагами.

Разворачиваясь, я уже собиралась уйти, но все-таки, остановилась около двери. Очень сильно сомневалась, даже начала внутренне бороться сама с собой, но все же задала тот вопрос, который сдержать не могла:

– Матео, что сейчас происходит между мной и тобой?

Лонго лишь сейчас поднял на меня взгляд, но я не могла различить хоть какие-то эмоции в его глазах.

– Я не могу сказать, что меня что-либо не устраивает, – солгала. – Но все-таки, я бы хотела более точно знать, что происходит. Ты не отпускаешь меня жить в другое место. Все еще переводишь мне деньги. Но, может, это лишнее?

– Можешь считать, что у нас временный перерыв в отношениях, – Лонго немного опустил веки. Его белоснежные волосы были мокрыми и растрепанными. Возможно, Матео совсем недавно принял душ. – Как только ты будешь готова, мы вернемся к тому, что у нас было ранее.

Некоторое время я так и стояла неподвижно, держа ладонь на дверной ручке. Учитывая то, что происходило, таких слов, я ожидала меньше всего.Но они чем-то горячим, словно бы вовсе раскаленным металлом прошли по коже.

– То есть, ты ждешь, когда я буду готова вновь начать встречаться с тобой?

– Да, – безразлично откинувшись на спинку кресла, Матео ладонью взял один из листов.

Я вновь сильно замялась. Не знала, что на это ответить, так, чтобы оно не показалось полностью идиотским, из-за чего просто собралась выйти в коридор, чтобы вернуться в спальню и там рухнуть на кровать. Долго смотреть на потолок и думать о том, что сказал Лонго.

– Мирела.

Я уже успела открыть дверь, но, услышав это, обернулась.

– С кем ты провела каникулы?

Хотела я этого или нет, но внутри все напряглось. Сильно.

– Это настолько важно? – осторожно спросила. Меня тревожило то, что Лонго, будучи у Авелин, сказал ей, что ищет меня. И она не рассказала, где я нахожусь. И теперь я очень боялась подставить Авелин.

Некоторое время Матео молча смотрел на меня. Вновь без каких-либо эмоций.

– Нет, это не важно, – он опустил взгляд на бумаги. – Ты можешь идти. Ложись спать.

Я еле заметно кивнула и вышла в коридор. Лонго сам на себя не был похож. Он стал таким спокойным.

***

– Как у тебя получилось даже потолок забрызгать кровью? – щелкая зажигалкой и, подкуривая сигарету, Дионис задумчиво и, в тот же момент безразлично посмотрел вверх.

Лонго отбросил нож на металлический стол и взял полотенце.

– С кем же она провела каникулы? – Матео немного опустил веки и в полной тишине подвала, его голос прозвучал не просто жутко. Скорее, как что-то стальное. Немыслимо давящее и даже разрывающее на части.

– О чем ты? – Дионис перевел на него взгляд.

– Не твое дело.

– Опять думаешь про свою женщину? Она настолько хороша, что даже оторвала тебе яйца?

Полотенцем вытирая кровь с рук, Лонго посмотрел на Диониса. В сейчас серых, жутких глазах было лишь одно – предупреждение о том, что ему лучше закрыть рот, пока язык на месте.

Дионис являлся приближенным человеком Дарио – наследника Каморры.

Матео и Дарио одногодки. Были знакомы с самого детства и конфликтовали так, что, казалось, при малейшем соприкосновении были готовы друг другу глотки перегрызть. Но, когда Лонго отправили на «курорт» именно Дарио не дал всем остальным забыть про него и лишь благодаря этому, спустя пару лет Матео смог вернуться во Флоренцию.

С тех пор многое произошло и уже теперь у Лонго и Дарио практически братские отношения. Но, даже несмотря на то, что Дионис являлся фактически правой рукой наследника Каморры, ему следовало следить за языком и понимать кому и что он говорит.

Правда Матео уже давно не скрывал того, что Верди, нет, яйца она ему не оторвала. Они все еще были на месте, но все-таки на его шее она плотно затянула удавку.

Матео посмотрел на мужчину, лежащего на столе. Вернее, то, что от него осталось. Он являлся частью римской группировки. И то, что этот грязный ублюдок забрел на территорию Лонго, означало, что его брат Давид, что-то задумал. Уже теперь, спустя несколько часов пыток, Матео знал, что именно. Не полностью, но общих черт было достаточно, чтобы понять – Давид полнейший идиот.

То, что он хотел сделать, несомненно подобьет Матео, но оно же и саму Ндрангету уничтожит. Гаспар явно еще не знал о действиях своего младшего сына. Он еще тот ублюдок, но не двинутый, чтобы разрешить что-либо подобное.

Но то, что запланировал Давид, это проблемы Ндрангеты, к которой Лонго уже не имел никакого отношения. В его задачах защитить исключительно свой клан.

– Передай Дарио, что я приеду к нему на следующей неделе, – Лонго пошел к лестнице и, уже будучи на первом этаже, сказал Моретти, что они могут утилизировать труп.

Последние месяцы были особенно накаленными и уже сейчас то, что происходило, достигало своего пика, а Матео не мог думать ни о чем, кроме, как о Миреле.

Уже теперь Лонго не мог отрицать того, что будучи с ней он стал спокойнее. Настолько, насколько это требовалось. Даже в работе это идеально сказывалось, но сейчас, когда они фактически были порознь, Матео даже сожалел о том, что его брат настолько идиот и не в состоянии просто взять и пристрелить Лонго. Ведь то, что происходило между Матео и Мирелой, для него было хуже пытки.

Знать, что она рядом и не иметь возможности прикоснуться к ней.

Это ощущалось похуже котла с раскаленным маслом. Доводило до внутренней ломки, раздирало на части и доводило до того безумия, которое граничило с полным лишением контроля. Оно сказывалось в работе и Лонго понимал, что еще немного и он начнет совершать ошибки.

Но Матео все равно ждал. Терпел. Это было невыносимо, но имело свои плюсы.

Лонго лишь с Мирелой начинал понимать, что такое отношения и это не являлось чем-то простым. Скорее настолько сложным, как вообще невозможно представить. Особенно, если учесть то, что он сходил с ума по Верди. И, не просто понимал, что такое ревность, скорее чувствовал то, как она ножами кроваво разрезала сознание.

Но сейчас, когда Лонго был вынужден выжидать, за Мирелой все так же тщательно следили. За каждым ее движением, действием и Лонго прекрасно было известно про каждого парня подходящего к ней. Пытающегося познакомиться с Мирой, пригласить ее на свидание. Сам факт этого каждый раз кислотой проходил по венам. Пробуждал кровожадность по отношению к этим ничтожествам, считающим, что они достойны хотя бы одного мгновения рядом с Мирелой, но какой же кайф наблюдать за тем, как она каждому из них отказывала. Категорично. Не давая ни одного шанса.

Это многого стоило. Лонго не стал меньше ревновать, но подобное позволило ему осмыслить очень важные моменты.

Хоть и во всем остальном Мирела буквально убивала его.

Если Лонго сейчас чего-то и хотел, так это того, чтобы она прикоснулась к нему. Он жаждал этого больше чем дышать, жить. А Мира, словно подливая масла в огонь, начала по ночам приходить в его кабинет. Одетая в свои пижамные короткие шорты, майку. Без лифчика. Лонго старался на нее не смотреть, но все равно каждое мгновение представлял, как берет ее на столе, диване, около стены. Он вообще много чего себе представлял, но, ждал. Не трогал ее. Хоть и это было выше его сил.

И он прекрасно помнил те мгновения, когда Верди сказала ему, что может уехать из их квартиры, ведь она будет мешать, если Лонго захочет привести туда другую девушку.

Мирела определенно умела делать больно. Своими тонкими пальчиками вонзать нож прямо в глубь тела. Раз за разом. Безжалостно. Она уже настолько не воспринимала Матео, как своего парня, что, в тот момент, когда он каждое мгновение ждал и жаждал ее прикосновения, она уже отпустила его и прямо с таким безразличием говорила, что он может трахать другую?

Лонго поднялся на второй этаж и вошел в спальню. На столе лежало то, что он изначально хотел подарить Миреле на день рождения. Долго это готовил, но уже сейчас она бы подобное не приняла. Пришлось покупать нейтральный подарок – цепочку и кулон.

Следовало пойти в душ, но Лонго сел в кресло. Закрыл глаза. Запрокинул голову. Тело болело, кости ломало и душа, которой, казалось ранее не было, к чертям разрывалась на части. Не из-за отсутствия сна и постоянной работы. Настолько паршиво ему было из-за отсутствия прикосновений Мирелы.

Будут ли они вообще еще когда-нибудь? Прошлой ночью Мира сказала, что ее сейчас все устраивает. А для него каждый прошедший день хуже пытки.