Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)
Глава 30 Приглашение
Собираясь повернуться к Дите, я случайно увидела Данте. Он как раз вошел в это помещение, но был не один. Рядом с ним шла девушка примерно моего возраста. Темноволосая. Одетая в вечернее платье. И она настолько похожа на Конто, что в голове невольно вспыхнула мысль – это, скорее всего, его сестра.
Тем более, Дита раньше рассказывала о том, что она есть у Данте. Единственный человек, которым он дорожит и даже безгранично балует.
Но эта девушка не выглядела плохой. Несмотря на внешнюю схожесть с Конто, она не имела той жестокости и мрачности, которые присутствовали в нем. Она казалась более легкой. Словно бы воздушной. Войдя в помещение она, тут же посмотрела на картины. Приподняла брови, засияла, чем-то отдающим восхищением и, пальцем указывая на них, начала что-то говорить Данте.
Конто казался полностью безразличным. Без какого-либо интереса посмотрел на картины и, уже собирался отвести от них взгляд, как почему-то остановился. Я толком не видела его лица, но почему-то атмосфера в помещении вспыхнула тем, от чего кожи коснулись раскаленные языки пламени.
– Давай, пойдем на террасу, – обернувшись к Дите, я ближе подошла к ней. Так, чтобы мои слова услышала лишь она.
– Зачем? Сейчас начнется аукцион. Мы же его пропустим.
Как раз этого я и хотела. Не знала почему, но создавалось ощущение, что мне лучше тут не присутствовать.
Я могла бы и сама уйти. Уже собиралась это сделать, но, в итоге, Дита пошла со мной.
Когда мы уже были около двери, я вновь против воли посмотрела на Данте, замечая, что он все еще стоял на прежнем месте. Смотрел на картины. И я не понимала, почему, но в кожу словно бы вонзились острые, обжигающие клыки. Пронзая тело насквозь. Сковывая по рукам и ногам.
Лишь, когда мы вышли в коридор, стало немного легче. Пусть и вовсе еле ощутимо.
Вскоре, взяв по бокалу с вином, мы с Дитой опять разместились на террасе. На этот раз разговаривая про творения Джиозу. Уже теперь мне самой было дико от того, что в прошлом я приняла его за странного и даже ненормального бездомного.
Тогда я вообще не могла поверить, что такой человек имеет настолько весомое положение в обществе, что за его картины готовы сражаться самые влиятельные люди Италии. Но ведь дело вообще не в положении Джиозу, а в том насколько он талантлив. Его картины своим присутствием меняют атмосферу. Учащают пульс. Веют чем-то волшебным.
Погруженная в беседу с Дитой, я не уследила за временем, но прекрасно заметила то, как подруга, обрывая фразу, сжалась и, наклонившись, тихо произнесла:
– Пришел Лонго.
Сжав в ладони бокал, я обернулась. Увидела Матео.
Он только вошел на террасу, а все равно атмосфера показалась более тяжелой. Воздух испепеляющим. Горячим. И не потому, что сейчас что-то было не так. Присутствие Лонго всегда раздирало по частицам. Оставляло ожоги на коже.
– Ты тоже решил выйти на свежий воздух? – спросила, поставив уже пустой бокал на стол.
– Нет, тебя искал, – Лонго взял меня за руку, помогая подняться с диванчика. Я бы могла сама это сделать, но все-таки я не сопротивлялась такому проявлению внимания от Матео. Наоборот, оно мне нравилось. То, как он брал меня за руку, когда я выходила из машины. Придерживал за талию, в те мгновения, когда мы вместе спускались по лестнице. Он далеко не романтичен. И так же Лонго совершенно не мягкий человек, поэтому от таких прикосновений было приятно.
– Что-то случилось?
– Выставка закончена, – Лонго положил ладонь на мою талию. Притянул к себе, так, что я грудью соприкоснулась с его торсом, после чего губами коснулся моей щеки. – Нам пора ехать.
Этих слов хватило, чтобы сердце забилось словно обезумевшее, ведь я прекрасно понимала, куда мы сейчас поедем – в отель. И, все-таки, я все еще сильно нервничала. Даже считала, что после этой ночи мой мир уже не будет таким же, как и раньше.
Я забрала свою сумочку. Попрощалась с Дитой, после чего вместе с Лонго пошла к двери. Но, прежде чем войти в здание, обернулась и увидела, как подруга одними лишь губами, беззвучно произнесла:
«Не забывай про презервативы»
У меня щеки вспыхнули алым пламенем. Волнение стало еще сильнее и сердце билось так, словно вообще было готово выпрыгнуть из груди. Дита своими словами лишь сильнее подлила масла в огонь.
– И почему ты нервничаешь? – в коридоре Лонго прижал меня к стене. Вплетая пальцы в мои волосы. Наклоняясь и целуя. Жестко. Сразу до срыва дыхания.
– Я… не нервничаю, – произнесла, ему в губы. Пальцами сжимая его рубашку.
– Врешь, – Лонго посмотрел мне в глаза, положив ладонь на щеку и большим пальцем проводя по щеке.
– Я просто немного волнуюсь.
– Я уже говорил, что тебе нечего переживать. Я буду мягок, – Лонго оставил несколько непривычно для него бережных поцелуев на моем лице, после чего взял меня за руку и потянул за собой.
Мы спустились вниз и, по мере того, как мы приближались к главным залам, я понимала, что слишком много времени провела на террасе. Уже практически все посетители выставки разошлись.
Но, в основном, я смотрела на спину Лонго. Еще сильнее нервничала. Мысленно пыталась успокоиться, но ничего не получалось.
Внезапно Матео остановился. Словно бы вообще замер. Не понимая, зачем он это сделал, я подняла голову, осознавая, что он почему-то смотрел куда-то вправо. Уже теперь чувствуя от него что-то странное, непонятное, но мощное, из-за чего Матео сейчас сам на себя не был похож, я тоже перевела туда взгляд. Видя, что мы остановились как раз около того помещения, где проводился аукцион.
– Это ты, – произнес он, смотря на картины. Тем голосом, от которого по телу скользнули угли. Я вообще ни разу не слышала, чтобы у Лонго был такой голос.
Картины все еще висели на стенах, но зал уже теперь был практически пустой. Там находились лишь работники выставки.
– Ты меня узнал? – спросила, ладонью, прикасаясь к стене и смотря внутрь помещения. Когда тут не было настолько много людей, приходило осознание того, насколько этот зал огромный.
– Как? – Лонго медленно перевел на меня взгляд. И даже он ощущался, как ожог. Но практически сразу Матео вновь посмотрел на картины.
– Художник, чьи картины были на этой выставке, некогда мне очень помог. И я работала у него, – произнесла, после чего решила, что будет правильным добавить: – Это было в тот период, когда мы с тобой расстались.
– И какие же между вами отношения, раз он тебя рисовал? – почему-то этот вопрос ощущался, как клыки безжалостно сомкнувшиеся на шее.
– Дружеские. Я же говорила, что, пока мы не виделись, других парней у меня не было.
Лонго посмотрел на меня. Сделал это так, что, почему-то, в груди расплылось что-то невыносимо тревожное. Но, он ничего не сказал. Взял меня за руку и потянул за собой в этот зал.
– Я покупаю эти картины, – сказал он работнику выставки. Не спрашивая о том, сколько они стоят. Ставя перед фактом. – Все три.
– К сожалению, они уже проданы, – пожилой мужчина доброжелательно улыбнулся. Но, видя Матео, казалось, пытался говорить осторожнее. – Вы опоздали. Только что проходил аукцион, на котором они ушли по рекордно высокой стоимости. Но, есть другие картины, которые…
– Кто их купил? – черты лица Лонго заволокло тем, что веяло мраком и адом. Возможно, я впервые видела в его глазах такую ярость. От нее становилось по-настоящему страшно. Что вообще с ним происходит?
– Все три картины купил один человек. Сеньор Данте Конто.
Услышав это, я почему-то почувствовала, как по спине пробежал холодок, но сейчас мое внимание было сконцентрировано на ином. На Лонго. На том, что его глаза стали практически черными, а черты лица приобрели жуткий вид.
– Конто еще тут?
– К сожалению, нет, – ответил мужчина, но, прежде чем, он еще что-то сказал, к нам подошла какая-то женщина.
– Простите, вы ведь Мирела Верди? – спросила она. – Сеньор Конто после аукциона долго ждал вас. В итоге ему пришлось уехать, но он просил вам кое-что передать.
Она взяла со стола красивую черную коробку и передала ее. В комнате что-то незримо полыхнуло и Лонго, несколько секунд неотрывно смотря на меня, взял с коробки небольшой конверт. При этом на его ладони были видны проступившие вены.
Матео открыл конверт. Там было приглашение в ресторан и фраза «Я был сражен тобой».
Глава 31 Комната
Я не знала, где сейчас находилась коробка с тем, что мне подарил Данте. Я даже не имела понятия, что именно там находилось, но это было известно Лонго. Он открыл крышку. Посмотрел внутрь коробки и, казалось, именно в тот момент началось то, от чего невидимая удавка с шипами обвила шею. Перекрывала кислород. Пробуждала внутри тревогу, от которой под кожей вместо крови пробежал чистый страх. Таким, как сейчас я еще ни разу Матео не видела.
– Подожди, – я попыталась отдернуть руку. Освободиться, но, черт, безрезультатно.
Резко подняв голову, я осмотрелась по сторонам. Не знала, где мы сейчас находились. Лишь понимала, что это север Флоренции. Сад какого-то особняка. Высокие деревья. Подстриженные кусты, но в основном состоящие из веток. Сейчас еще слишком холодно, чтобы они покрылись зеленью. Огромная территория, на которой даже имелись статуи и фонтан. Явно старое поместье, но за ним тщательно следили.
Само здание тоже было большим. Три или четыре этажа. Без балконов, но с большими окнами, стекла в которых сейчас казались практически черными. Свет горел только на первом этаже.
Лонго завел меня в холл и я тут же заметила несколько высоких, громоздких мужчин, одетых в брюки и в рубашки. Еще нескольких я видела в саду. Но больше внимания я обратила на въезд на эту территорию. Он был настолько охраняем, что сразу становилось ясно – никто чужой сюда не войдет. И, если нужно – не выйдет.
Я понятия не имела, что это за место. Но от него пробирало. Роскошное здание будто веяло кровью и мраком. Чем-то немыслимо жестоким.
– Матео, подожди, – мне уже всерьез было не по себе.
Но Лонго на мои слова никак не отреагировал. Один из мужчин, находящихся в холле, пошел в нашу сторону и Матео отдал ему приказ:
– Достань мне информацию о Данте Конто.
– Какого рода информация вас интересует? – ни в голосе, ни на лице мужчины не появилось ни одной эмоции. Он казался роботом. Кем-то неживым.
– Все. И скажи Карера, чтобы он пришел в мой кабинет.
– Слушаюсь, сеньор Лонго.
Матео потянул меня к лестнице. И я, чувствуя, как в груди все вздрагивало, с каким-то жестким онемением затаила дыхание. Мне показалось, что я услышала какой-то крик. Болезненный. Истошный.
По нервам ударило и я, будучи не в себе, одеревенело повернула голову вправо. Прислушалась, но уловила лишь тишину. Наверное, сознание воспалилось настолько, что я уже слышала то, чего нет.
– Матео, подожди. Да остановись же ты. Зачем ты вообще все это делаешь? – я второй, свободной рукой взяла его за запястье, пытаясь хотя бы так обратить на себя внимание.
– Скажи всем, что сейчас запрещено заходить на второй этаж, – Лонго сказал это не мне, а мужчине, стоявшему рядом с лестницей. Он принял приказ. Кивнул.
Мы поднялись по лестнице. Как раз на второй этаж и там Лонго толкнул дверь, вводя меня в комнату.
– Будь тут, – сказал он, включая свет. – И даже не думай покидать эту комнату.
– Что ты собираешься делать? – я против воли, взглядом окинула помещение. Это спальня. Большая. Справа кровать. Слева книжные шкафы. По центру диваны и стол, на котором были развернуты карты с какими-то пометками. – Матео, пожалуйста, одумайся. Не смей трогать Конто.
– А что такое, Верди? Боишься за него? – Лонго медленно снял галстук, наматывая его на кулак.
На его напряженной, стальной руке все так же были видны проступившие вены. Белоснежные волосы растрепанные. Голубые глаза сейчас казались серыми, но они веяли не холодом. Наоборот, пламенем будто бы состоящим из ярости.
– Что ты вообще намерен сделать? – спросила, краем глаза заметив шкаф с одеждой. Дверца была немного приоткрыта и я увидела рубашки Матео. Так он… тут живет?
– Чтобы этого ублюдка не существовало, – Лонго отбросил галстук на диван. Развернулся и пошел к двери.
– Если ты сейчас уйдешь, отношения между нами будут разорваны, – я произнесла это громко. На одном дыхании, изо всех сил сжимая ладони в кулаки.
Лонго остановился. Мне и до этого казалось, что его тело было, словно сталь. Но в этот момент что-то изменилось. Критично усугубилось, так, что я против воли заметила, как мое сердце сначала затрепыхалось, затем вовсе рухнуло вниз.
– Ты решила мне угрожать? – Матео медленно, повернул голову в мою сторону.
– Нет, я просто ставлю тебя перед фактом, ведь ты сейчас делаешь то, что я считаю ненормальным и непростительным.
– И что же я такого делаю? – Матео положил ладони в карманы штанов. Но от этого он выглядел лишь более устрашающим. – Может, тебе не плевать на Конто? Скажи, Мирела, возможно, ты к нему что-то почувствовала?
Спрашивая это, Лонго цинично, жестоко смотрел мне в глаза. Тем взглядом, который я не понимала, но он словно бы окутывал все тело. Бездушно связывал по рукам и ногам.
– Если бы я заинтересовалась другим парнем, я бы прямо это сказала. Я бы не стала с тобой встречаться, если бы у меня не было к тебе чувств. И я тебя прошу, пожалуйста, ничего не делай по отношению к Конто, хотя бы по той причине, что это ненормально.
– Он сделал тебе подарок и я всего лишь хочу отблагодарить его за оказанное внимание по отношению к моей женщине, – Лонго взял какую-то вещь со стола. Подбросил ее, затем сжал в ладони до такой степени, что она хрустнула.
– Верни мне ту коробку и я сама отдам ее Конто. На этом будет конец всей этой ситуации.
Лонго не ответил. Он развернулся и пошел к двери.
– Значит, отношения между нами окончены.
Он вновь остановился.
– Никогда не смей говорить мне это, – Лонго стоял ко мне спиной, но даже не видя его лица, мне показалось, что Матео оскалился.
А у меня в груди уже все окончательно начало кипеть. Рваться. Трещать. Я же знала, что он не контролируемый. То, что Лонго делает лишь то, что сам хочет и впервые я почувствовала, как ножом врезалось в сердце ощущение того, что в будущем мы не сможем встречаться. Ведь такой, как он вообще ни с кем не может быть.
– Знаешь, как другие девушки относились ко мне на выставке? Как к пустому месту, – произнесла, пальцем поддевая браслет, который мне на запястье завязали при входе на выставку. Разрывая нить. В ладони сжимая крошечный букетик. – Они были рады, что ты порвал с Сандрой, а, значит, у них появился шанс получить место рядом с тобой. То, что ты пришел на выставку со мной, они в счет не брали. Для них я как пустое место. Как та, которая уж точно надолго рядом с тобой не задержится. Я же не Сандра.
– С чего такие выводы? – до этого Лонго уже положил ладонь на ручку двери. Но так и не открыл ее.
– Видела, как девушки смотрят на тебя. Слышала их разговоры. Весь этот вечер, из-за твоих поклонниц для меня был одним сплошным унижением, но, вместо того, чтобы в будущем показать всем, что я твоя женщина, а не пустое место, ты зациклен на том, чтобы уничтожить парня, проявившего ко мне внимание. На которое я, кстати, никак не отреагировала. Опять-таки, я не считаю, что это нормально.
Лонго убрал ладонь от стальной ручки. Неотрывно смотря на меня. Немного иначе, чем до этого, но воздух в комнате все еще был тяжелым. Испепеляющим.
– Помнишь тех, кто это говорил?
– Даже, если бы помнила, не сказала бы. Ты привык слишком жестоко решать вопросы, – сказала, решив утаить то, что глубоко в душе боялась соприкоснуться с тем, что Матео так же может быть глубоко плевать на такое отношение ко мне. – Может, в вашем мире кланов это плюс, но в обычном обществе это ужасает. И я… именно в нем нахожусь.
Пытаясь перебороть свое чувство самосохранения, я подошла к Лонго. Положила ладонь на его щеку.
– Я прошу тебя контролировать свою жестокость. Доверять мне. Я же стараюсь это делать по отношению к тебе. Сколько бы девушек на тебя сегодня не смотрело, я пыталась не ревновать. Помнить о том, что ты только мой.
Лонго слишком долго молчал. И каждое мгновение тишины, пропитываясь чего-то необузданным и острым, било по мыслям, нервам и душе. У меня сердце сжалось. Возникло ощущение что мы в шаге от чего-то ужасного.
Но, в итоге, Лонго положил ладонь на мою талию. Она все еще была напряженной. Касаясь кожи, обожгла, ощущением опасности.
– Хорошо. Я переступлю через себя и пока что ничего делать не буду, – Лонго наклонился и, губами касаясь моего уха произнес: – Но, если я когда-нибудь узнаю, что ты мне изменила, я на твоих же глазах убью ублюдка, прикасавшегося к тебе.
Матео умел доводить до полной остановки сердца. И мне бы хотелось считать, что это лишь шутка или преувеличение, но чувство самосохранения вопило о том, что это не так.
– А если я узнаю, что ты мне изменил, мы расстаемся и ты больше никогда не прикасаешься ко мне.
– Я не собираюсь тебе изменять, – он положил ладонь на мою попу. Сжал ее.
– Я тебе тоже, – отстранившись, я взглядом еще раз окинула комнату и, чтобы сменить тему спросила: – Что это за место? Ты тут живешь?
Наверное, раз возник такой разговор про отношения, нам так же следовало обсудить нюанс возможного расставания. Если мы влюбимся в других. Или просто посчитаем, что эти отношения безнадежны. Может же быть все, что угодно. Конечно, начиная отношения с Лонго, я думала, что это навсегда. Но быть с ним, это все равно, что нестись по американским горкам.
Но пока что я решила не затрагивать эту тему. Спокойствие Лонго явно было обманчивым. Воздух в комнате все еще трещал.
Я хотела пройти к столу и посмотреть на карты, разложенные на нем, но Матео взял меня за руку и притянул к себе. Так, что я спиной соприкоснулась с его торсом. Обнаженной кожей почувствовав холодные пуговицы на его рубашке и сталь тела, которую не скрывала даже одежда.
Лонго наклонился и губами прикоснулся к моему плечу. Затем положив ладонь на мой живот и прижимая к себе так, что я поясницей почувствовала огромный, каменный член.
– Хочу тебя, – произнес он хриплым, тяжелым голосом. Убирая лямку с плеча и расстегивая застежку на платье.
Глава 32 Кровать
Платье с еле слышным шорохом упало к ногам и воздух, который до этого казался прохладным, уже теперь коснулся обнажившейся кожи горячими вспышками. Безжалостно разжигая в груди то, от чего сердце забилось словно обезумевшее.
Лонго положил ладонь мне на живот. Рывком притягивая к себе. Так, что я спиной была прижата к его торсу. Чувствуя сталь его тела и горячее дыхание на своей шее. То, как Матео рукой по миллиметрам поднялся выше. Сжал грудь. Вновь целуя плечо, затем шею. Делая это жестко. Так, что перед глазами начало плыть.
– То есть, мы тут?.. – я так и не смогла закончить этот вопрос. Да и какой в нем смысл?
Намерения Лонго я более чем отчетливо понимала. Закрывая комната и кровать в ней. Я уже без платья. Разве не ясно к чему все это идет?
Но… почему-то я считала, что сегодня мы уже не перейдем грань. Возможно подобное убеждение возникло из-за нашей ссоры. Создавалось ощущение, что мы в ней действительно были на грани того, чтобы разорвать наши отношения. Во всяком случае, я была в шаге от этого, ведь, несмотря на то, что понимала – за отношения нужно бороться, от Матео и правда иногда бежали мурашки по коже. Достаточно мощные, чтобы они разрывали сознание и я, чувствуя ужасный холодок, улавливала то, как чувство самосохранения вопило – наши отношения могут привести к чему-то ужасному. К тому, чему я совершенно не готова. Лонго действительно тяжелый и страшный человек. Возможно, даже в разы хуже, чем его отец.
А сейчас что? Мы действительно переспим?
– Может, давай не сегодня? – спросила, положив онемевшую ладонь на запястье Матео. Чувствуя, что он, пальцами поддев мой лифчик, собирался опустить его.
– Опять предлагаешь мне ждать? – Лонго убрал ладонь от моей груди, но, опуская ее, сжал попу. Сильно. Пальцами второй ладони сжимая мой подбородок и наклоняясь к уху: – Я голоден по тебе настолько, что скоро уже сдерживаться не смогу. Давай не будем доводить до плохих последствий.
– Это какие еще последствия могут быть? – почему-то мне слишком сильно стало не по себе.
Лонго губами прикоснулся к моей шее. Проводя по ней языком. Слегка прикусывая.
– Никаких. Я шучу, – Матео перехватил меня за талию и поднял на руки. Понес в правую часть комнаты. Туда, где находилась кровать.
– Матео, подожди. Просто… сегодня был очень тяжелый день.
– Значит, я помогу тебе расслабиться, – он уложил меня на кровать. Одной рукой опираясь о матрас, рядом с моей талией. Вторую ладонь положив мне на живот и этим прерывая мою судорожную попытку подняться. Наоборот, прижимая меня к кровати. – Лежи.
– Звучит, как приказ, – я пальцами сжала холодное покрывало. Матрас тут твердый и от подушки настолько отчетливо исходил запах Матео. Будоражащий. Проходящий по моему телу жестоким ознобом, словно меня положили на алтарь, как подношение для чудовища.
И почему секс с Лонго вызывал у меня настолько жуткие и даже страшные ассоциации? По той причине, что он сам по себе безжалостен и почему-то я не сомневалась, что близость с Лонго абсолютно точно будет примерно такой же?
– Тебе кажется, – взяв мою ногу под коленкой, Лонго приподнял ее. Практически нежно губами прикасаясь к щиколотке и снимая туфельку. Так же делая и со второй ногой. По какой-то причине, оказавшись босой, мне стало чуточку легче. Правда не сильно.
И уже в следующее мгновение тело вспыхнуло беспощадным жаром, стоило Матео наклониться к моей груди. Сначала целуя ее через ткань токгого лифчика. Затем приподнимая меня за талию и расстегивая его. Снимая и отбрасывая на край кровати. Я тут же попыталась прикрыть грудь руками. Понимала, что уже нет смысла смущаться. Чего Лонго там не видел? Но все-таки это получилось рефлекторно. И было намного мощнее, чем я могла побороть.
Что-то в воздухе жутко затрещало тем, от чего я содрогнулась. Сильнее вжалась в подушку, когда Лонго тяжелым взглядом своих потемневших глаз скользнул по моим ладонями. Но он ничего не сказал. Наклонился к моему животу. Языком обвел пупок. Поцеловал его и постепенно губами поднялся выше. Целуя талию, живот. Казалось бы каждый миллиметр кожи. Сжимая бедра. Рывком притягивая к себе, так, что я низом живота почувствовала его огромный, каменный член и, от этого дышать перестала.
Перед глазами начало плыть и тело лихорадочно дрожало. Я, словно теряя самоконтроль, не уследила за тем, как Матео убрал ладони от моей груди. Удерживая руки за запястья, прижал их к кровати. Целуя шею и ключицы. Приподнимаясь и медленным взглядом скользя по груди. Делая это так, словно этим взглядом пожирал. Во всяком случае, ощущения были такие.
– Тебе так нравится моя грудь? – спросила, на рваном выдохе. На самом деле, я хотела произнести совершенно другое. Попросить не смотреть на меня вот так. Да и сам мой вопрос был более ироничным.
– Более чем, – Лонго наклонился, горячим дыханием обжигая грудь.
Наверное, мне хотелось произнести еще что-то. Опять ироничное, ведь парни такие странные. И чем им грудь так нравится? Это же просто… часть тела. Иногда доставляющая неудобства, так как нужно было искать удобные лифчики. И на животе порой спать не так удобно.
Но больше ничего сказать я не успела. Матео языком провел по соску. Вбирая его в рот. Слегка прикусывая. Делая это так, что я в спине сильно прогнулась и не смогла сдержать стона. Утопая в том, чем тело полыхнуло. Остротой, сладостью и легкой болью. Кажется, я ногтями впилась в его плечи и сильно зажмурилась, от того, как Лонго языком ласкал грудь. Как целовал. Постепенно опускаясь ниже. Опять целуя пупок и вместе с этим пальцами поддевая ткань моих трусиков. Опуская их вниз. Буквально срывая с меня и уже теперь поцелуями опускаясь еще ниже. Губами истязая мое бедро. Оставляя несколько укусов. Затем переворачивая меня на живот и уже теперь целуя спину.
В его руках я чувствовала себя совсем беззащитной. Это пугало. Током проходило по коже, но, в тот же момент, Лонго делал так, что я плавилась. Растворялась и горела. Сходила с ума от чего-то безумно ноющего собравшегося внизу живота. В том, как он опять прижал мои руки к матрасу. Целуя шею сзади. Проводя рукой по спине, а затем и по бедру. Каждое касание, как ожог. Как то, от чего хотелось не только стонать, но и вообще кричать. Особенно в те мгновения, когда я уласливала в нем нежность.
Матео вновь перевернул меня на спину. Приподнимаясь, окинул взглядом, а мне даже в таком состоянии опять протестовать захотелось. Лонго постоянно это делал. Смотрел. И каждый раз я ощущала себя так, словно на моем теле острые клыки сжимались.
Я попыталась свести ноги и приподняться на локтях, но Матео вернул меня в изначальное положение.
– Лежи, моя обожаемая Верди, – в тишине комнаты прозвучал звук расстегивающегося ремня, кнутом полоснувший по нервам. – Сейчас я буду тебя любить.
Я застыла. Кажется, даже не дышала. Но горела так, словно еще немного и превращусь в пепел.
Кажется, я пальцами вновь впилась в плечи Лонго. Чувствуя то, что его левая рука двигалась. Уже теперь Матео расстегивал ширинку. А у меня сердце билось словно обезумевшее. Будто еще немного и вырвется из груди.
Хотела ли я нашего секса? Трудный вопрос. Моего страха до сих пор ничего унять не могло, но, в тот же момент я осознавала, что уже теперь дороги назад нет. Навряд ли Лонго согласится еще несколько лет просто ходить со мной за ручку. То есть, если я уже встречаюсь с ним, значит, мы должны…
Но, в тот же момент, что-то в груди зудело. Ныло. Царапало. Жуткая мысль о том, что я не уверена хочу ли вообще этих отношений.
– Открой глаза, Мирела и смотри на меня, – хриплый, тяжелый голос Матео, прозвучавший совсем рядом с моим ухом, пропустил по телу огонь и я, вздрогнув открыла глаза.
Чувствуя, как от нашего зрительного контакта весь мир полыхнул и то, как в следующее мгновение головка его горячего, до невозможности твердого члена прикоснулась к моему лону. Я дернулась. Содрогнулась всем телом. Кажется, громко простонала. Не понимая, что вообще со мной происходило, но от ощущений и понимания того, что мы сейчас делали, закричать хотелось. Слишком остро, мощно, нещадно. Словно весь мой мир расплавляло по частичкам.
Наклоняясь, Лонго своими губами прикоснулся к моим. Так, что наше дыхание сплелось и он положил ладонь на мое бедро. Удерживая, но будто бы прикасаясь даже бережно. Делая первый толчок. Медленный, но все равно даже его хватило, чтобы меня с головой захлестнуло. Я вновь простонала, задрожала всем телом и сильно прогнулась в спине. Уже до царапин вонзаясь в плечи Матео. Чувствуя, как безжалостно тону в новых, непонятных, но настолько острых ощущениях.
То нестерпимо ноющее, что собралось внизу живота уже теперь жгло. Отдавалось языками пламени и болью. Ощущением раскаленного члена Лонго уже теперь частично находящегося внутри меня.
– Мне… больно, – прошептала, сильно жмурясь. Сжимаясь и кусая губы.
– Потерпи немного, – Лонго наклонился и губами прикоснулся к моей щеке. Затем к скуле и к губам. Очень мягкие поцелуи. Словно бы осторожные. Неожиданно немного успокаивающие. – Скоро тебе будет хорошо.
– А если ты меня порвешь? – я не смогла скрыть страха в голосе. – У тебя… слишком большой.
– Клянусь, что этого не сделаю, – оставляя еще один поцелуй на щеке, Лонго вновь толкнулся внутрь меня и это было еще более болезненно. Так, что я, кусая губы, немного приподнялась на локтях и лицом уткнулась в его грудь. Вдыхая его запах. Настолько остро чувствуя следующее движение Матео.
Я бы солгала, если бы сказала, что испытывала только боль. Она была окутана чем-то другим. Острым. Сладким. Сводящим с ума и дурманящим похуже самого крепкого алкоголя. Тем, что пока что находилось на втором плане, но все равно пронзало тело. Рвало мысли. И я тонула в новых поцелуях Лонго. В том, как он постепенно все сильнее наполнял меня собой, хотя казалось дальше просто некуда. Сжимая в своих напряженных руках. Прижимая к своему мощному, стальному телу. Делая еще несколько толчков, так, что наши тела наконец-то соприкоснулись.
– Чувствуешь это, Мирела? Теперь ты окончательно моя, – Лонго произнес это мне на ухо. Так, что я еще сильнее задрожала, но ничего ответить не смогла.
Некоторое время Матео не двигался. Полностью находясь во мне, целовал. Одной ладонью опираясь о матрас, а второй лаская грудь. Опускаясь ею ниже. Проводя по животу. Сжимая бедро. Я стонала, прогибалась в спине. Ногтями его царапала. Была не в состоянии что-либо сказать, но мысленно умоляла что-нибудь сделать с тем, что настолько сильно ныло и горело внизу живота.
Но, когда Лонго опять начал двигаться, я тут же пожалела об этом. Каждое его движение медленное, но настолько мощное, что я уже стоны не контролировала. Цеплялась за Матео пальцами. Дрожала. Чувствуя то, что темп иногда менялся, но так же оставался осторожным. Глубоким. Похожим на острую и сладкую пытку. Горячую. Ту, в которой я тонула. Слишком долгую. Безумную. Кажется, я даже кричала имя Лонго. Особенно в тот момент, когда подошла к грани и получила оргазм. Он был совершенно не такой, как все те, которые уже были у нас. Намного мощнее. Так, что он окончательно сокрушил и меня словно бы подбросило куда-то высоко в небо.
Еще несколько глубоких движений и я почувствовала, что Лонго замер находясь во мне. Кажется, его член запульсировал и то, что в это мгновение его тело было до предела напряжено. С проступившими венами под смуглой кожей и бугрящимися мышцами. С выступившими капельками пота на безупречном теле.
Когда Лонго вышел из меня, я до боли прикусила кончик языка. Чувствуя то, что он сел рядом со мной. Положил ладонь мне на щеку и посмотрел в глаза.
– Сейчас что-то болит?
– Нет, – я отрицательно качнула головой, пытаясь подтянуть к себе покрывало, чтобы им укрыться.
От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, вы уже видели мою книгу «Почти прекрасное чудовище»? Дело в том, что завтра цена на нее будет поднята. Сегодня у вас еще есть возможность купить ее по минимальной стоимости. Уверена, что эта книга вам понравится) Она до безумия эмоциональная и острая. Главный герой там один из лучших и горячих, что были у меня. Обязательно заглядывайте. Уверена, что она вам понравится)
Ссылка на книгу – https:// /shrt/9eVD
