Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 33 страниц)
– И что же это за информация, касающаяся твоего отца?
– Куда ты ездишь по выходным?
Воздух потяжелел. Лонго явно не понравилось то, что я ответила вопросом на вопрос.
– У тебя тоже есть секреты, которые ты мне не раскрываешь. И да, это неприятно, но, как видишь, я тебе верю. Я даже приняла мысль, что ты ездишь не к любовнице, хотя Сандра как раз в этом пыталась меня убедить.
– У меня есть причина не рассказывать. Есть ли она у тебя? – одной рукой подхватывая меня под спину, второй Лонго надавил мне на плечо, опять заставляя лечь на траву. Нависая. Окутывая меня исходящим от него мраком.
– Вот возьмешь меня в жены, тогда и расскажу, – я выпалила это прежде, чем поняла, что говорю.
Вспыхнула тишина. Лонго явно не ожидал от меня таких слов. Он даже приподнял бровь.
– Взять тебя в жены?
– А что тут такого? Как обесчестить девушку, так нормально. А узаконить отношения? Лонго, где, черт раздери, мое кольцо? Где белое платье? Где цветы? Где ты стоящий на одном колене? Почему-то я всего этого не вижу, – я не знала, как меня настолько быстро перебросило с одного состояния в другое.
Все еще было жутко, но каким-то немыслимым раздражением по мне прошли слова Матео о том, что у него видите ли есть причины мне что-то рассказывать. Разве я не его пара? Я для него не та, которой он может все доверить? Так, значит, и у меня есть причины ему что-то не рассказывать. Но почему-то он этого не приемлет.
– Сестра Конто и правда дала мне сегодня записку, но я до сих пор не выбросила ее лишь по той причине, что забыла про нее, – с трудом, но я заставила себя сменить тему. Я села. Отстранилась от Лонго, поправляя лифчик и скрывая грудь. – И, знаешь, я бы про нее тебе не рассказала. Не потому, что между мной и Конто что-то есть, а по той причине, что я опасаюсь определенных твоих реакций. То, что в кое-какие моменты ты можешь быть слишком жестоким без весомой причины на это.
– То, что кто-то пытается дотянуться до тебя, моей женщины, ты считаешь недостаточно весомой причиной? – Лонго оскалился.
– Я уже говорила это – ну понравилась я Конто. И что? Ты тоже многим девушкам нравишься. Они тебя взглядами пожирают. Или… ты думал, что я не вижу того, как некоторые пытаются подойти к тебе, когда меня нет рядом? – об этом было неприятно думать. Не то, чтобы говорить. Подобное вообще сжирало изнутри.
После того, как по университету расползлись слухи о том, что я из некогда очень влиятельной семьи, о том, что наши с Матео отцы когда-то дружили и о том, что я муза для известного художника, тех, кто пытался лезть в наши отношения, значительно поубавилось. Но кое-кто все же остался.
Я понимала, что это от того, что наши отношения только начались. Они все еще неустойчивые и многие считают, что, возможно, мы долго не пробудем вместе. Пройдет время и это изменится, но сейчас пока что очень многое все еще оставалось трудным. Так бывает, когда ты начинаешь встречаться с самым популярным парнем в университете, который ко всему прочему, сам по себе очень тяжелый, сложный человек.
– Я не просто так просила верить мне. На этом держатся наши отношения. Я ведь тебе доверяю, – я поджала ноги к груди, хотя бы так, пытаясь прикрыться. – Просто, пожалуйста, помни о том, что всякий раз, когда ты сомневаешься во мне, то таким образом ты меня оскорбляешь. Показываешь, что считаешь шлюхой, способной изменять. А я… рядом с тобой, хотела бы чувствовать себя совершенно иначе. Ты ведь у меня первый и единственный парень. Моя пара.
Глава 39 Жена
– Опять ты пялишься на нее, – Дэмиено спустился вниз по ступенькам, таща за собой огромную ветку. В этом особняке было слишком скучно. Взрослые за закрытыми дверями вели понятные лишь им разговоры. Их же сыновья и дочери под присмотром прислуги, развлекались в круглой гостиной. Опять были выданы какие-то идиотские настольные игры, явно им не по возрасту.
Они уже пошли в начальную школу, а их до сих пор считали детьми.
Матео ничего не ответил. Сидя на нижней мраморной ступеньке и, опираясь локтями о колени, все так же неотрывно смотрел на девчонку в пышном белоснежном платье. Мирелу Верди. Она с еще несколькими девчонками своего возраста, босиком бегала по газону. Ее платье развевалось от дуновений ветра. Длинные, черные волосы были собраны заколками с жемчужинами. Кукольное лицо. Слишком нежное. Безбожно красивое. Большие глаза, розовые губы. Хрупкость в каждом движении. Она казалась слишком утонченной. Словно вообще не из этой реальности. Как что-то божественное. Не принадлежащей этой вселенной. Настолько недостижимой. И он это прекрасно понимал.
– Я, конечно, никому не скажу, что ты вот уже как полгода сохнешь по ней, но, может, хватит? Девчонки это же… фу, – Дэмиено положил палку на асфальт и тоже сел на нижнюю ступеньку. – Лучше пошли к пруду. Я достал веревку и нашел эту палку. Кирино тоже скоро придет туда. Но нужно следить, чтобы Лозаро нас не заметил. Иначе настучит. Навряд ли он подойдет слишком близко, так как боится, что ты ему опять пальцы сломаешь, но, думаю, этот мусор что-то сделает.
Все они дети богатых и влиятельных родителей. И им было многое доступно. Даже слишком, но в какой-то степени это надоедало. Особенно на этих вычурных мероприятиях, где нужно было придерживаться правил, этикета, хорошего воспитания. Поэтому они предпочитали самостоятельно себя развлекать. Но не все. Большинству было достаточно тех глупых настольных игр. Это стадо. До омерзения послушные мальчишки и девчонки. Боящиеся Лонго как самого жуткого чудовища.
– Я не пойду. У меня есть дела, – Матео поднял руку и разжал пальцы, смотря на кольцо, лежащее у него на ладони. Оно серебряное. Маленькое. С небольшим камнем.
У Лонго не было карманных денег. Ему их вообще не выдавали, как и многое другое. Соответственно, каких-либо средств на покупку кольца не имелось. Но он искал разные варианты и старик работающий на отца, Калисто Ренци, узнав для чего Матео нужны деньги, в итоге оставил это в тайне, но предоставил ему подработку. Так, чтобы об этом не узнал Гаспар Лонго.
Матео все последние три месяца помогал Ренцо разгребать старые документы. Раскладывал книги в библиотеке. Выполнял кое-какие поручения. И вот, наконец-то накопил деньги на это кольцо. Первая вещь, которую он купил на заработанные своими руками деньги.
И сейчас Лонго намеревался подойти к Верди. Взять за руку, увести ее за здание. Там поговорить с ней и поставить перед фактом, что с этого дня она его жена.
Глава 40 Поцелуи
– Матео, подожди. Да что с тобой вообще происходит? Это же парк, – слова сорвались рвано. Совершенно не поддаваясь контролю, как и дыхание. Я плавилась, горела. Кажется, прогибалась в спине, от того, как Лонго грубыми, обжигающими поцелуями прошел от шеи к груди. Одной ладонью сжимая мою талию и не давая даже на миллиметр отстраниться от него. Наоборот, рывком ближе притягивая к себе. Второй рукой пробираясь под мою спину. Расстегивая лифчик. Обнажая грудь и срывая его вместе с блузкой.
– Скажи, ты моя, Мирела? – Лонго пальцами сжал мой подбородок. Наклоняясь к моим губам и вместе с этим положив ладонь на пояс моих джинсов. Пальцами частично пробираясь под него. Очерчивая ту грань, которой для Лонго будто не существовало. Обжигая медленным, пристальным взглядом, которым он сейчас скользил по каждой черте моего лица. Останавливая его на губах, затем на глазах. Словно пожирая своими жуткими, голубыми глазами. – Только моя?
Голова кружилась. Мысли срывались и я никак не могла понять смысла его вопросов. Мы ведь встречаемся. Разве это не означает, что я его девушка? Точно так же, как и Матео мой парень.
– Это… общественное место, – несмотря на туман в голове, я дернулась всем телом, стоило почувствовать, что Лонго начал расстегивать мои джинсы. – Да стой же ты. Если кто-то увидит…
– Не увидит, – Матео сжал мою грудь. Тут же накрывая ее губами. Прикусывая сосок и обводя его языком. Опускаясь поцелуями ниже. К пупку. – Никто не увидит тебя голой. Иначе я лично глаза вырву.
У меня сердце оборвало биение от этих слов. Я ведь понимала, что он не мог говорить это серьезно, но все равно от слов Матео веяло тем, от чего горло сжало и по коже прошла неконтролируемая дрожь.
Лонго расстегнул мои джинсы. Начал их снимать. Рывком. Приподнимая меня за бедра. Я же ладонями упиралась в его плечи. Сама уже горела. С трудом себя контролировала, но, пытаясь не поддаваться Лонго и помнить про здравый смысл, раз за разом повторяла, что, если ему так хочется, лучше поехать в отель. Содрогаясь от ощущения того, как Матео накрыл меня своим громоздким телом. Низом живота, сквозь ткань его брюк, чувствуя огромный, каменный член.
Но… уже несколько минут звучало какое-то жужжание. Звонил телефон Лонго. С мрачными, потемневшими глазами и оскалом на губах, он достал его из кармана. Кажется, собирался выключить и, даже нажал на соответствующую кнопку, как поступил новый звонок. Буквально на несколько секунд Лонго задержал взгляд на экране. Что-то изменилось в его зрачках, но я не поняла, что именно. Лишь почувствовала то, что тело Матео стало словно раскаленная сталь и он, наклоняясь, лбом прикоснулся к моему обнаженному плечу.
Несколько секунд ничего не происходило. Я тоже не двигалась. Даже не дышала, вздрогнув от того, что Лонго губами прикоснулся к моей шее. Затем на ухо хрипло, тяжело произнес, при этом, кажется, оскалившись:
– Когда-нибудь настанет день, когда я запру тебя в спальне и буду сутками трахать.
Я разомкнула губы, но ничего сказать не успела. Во-первых, не нашла слов. В такие моменты я вообще сильно терялась. Во-вторых, Лонго, опершись рукой о газон, приподнялся. Начал расстегивать свою рубашку.
– Я не хочу этим заниматься тут… – тоже садясь и пытаясь прикрыть грудь ладонями, я тут же попыталась хоть что-то сказать. Дать понять, что парк и правда далеко не самое лучшее место.
Но Лонго не ответил. Снял с себя рубашку и накинул ее на меня. Затем взял за руку и, потянув на себя, поднял на ноги.
– Пошли, отвезу тебя в общежитие.
Я, растерянно подняла на него взгляд. Не понимая, что происходило. Немного раскачиваясь. Еще плохо осознавая реальность, ведь сознание плохо приходило в себя, после того, что Лонго только что делал со мной на этой траве.
Но я послушно пошла за Матео. Он все еще держал меня за руку. Второй я попыталась получше прикрыться его рубашкой. С опозданием вспоминая про свою блузку и лифчик, но, прежде чем я развернулась, в желании быстро вернуться за ними, поняла, что Матео забрал мою одежду.
Глубокий выдох. Значит, Матео решил прерваться потому, что ему кто-то позвонил. В итоге, даже лучше, что мы не перешли тут грань, но…
– Кто тебе позвонил? – спросила, оглядываясь по сторонам. Мы уже прошли часть парка, но я до сих пор никого не видела. Полностью безлюдно. Лишь тишина ночи, дуновения ветра и бескрайнее, звездное небо.
– Неважно.
Я перевела взгляд на Матео. Как раз мне это было важно. Хотелось хоть немного знать, кто его окружал, но, вновь размыкая губы, я в итоге не произнесла ни слова. Он ведь все равно не ответит. Хотел бы – сделал это сразу.
Но мы это уже неоднократно проходили. Часть своей жизни Лонго держал в стороне от меня и мне хотелось верить, что этому есть весомые причины. Я ведь сама не очень хотела касаться темной стороны его жизни. Просто иногда грызло ощущением, что он мог скрывать и что-то помимо этого.
Перебирая собственные мысли, я обернулась и опять посмотрела на озеро. Все-таки, там красиво. Особенно ночью. И, тем более, я впервые видела этот парк полностью пустым.
– Где посетители парка? Я видела, что к ним подходили какие-то верзилы. Это твои люди?
– Да.
– А как ты?..
– Я арендовал парк на эту ночь.
– Разве такое возможно? – я невольно немного замедлила шаг.
– Да.
Слишком короткий ответ. Для меня непонятный. Как можно сделать что-то такое, еще и поздно вечером?
– А… зачем ты арендовал парк?
– Собирался взять тебя тут. Но теперь эта ночь к хренам пройдет впустую.
Я буквально на мгновение остановилась. Сама себя не понимая в этот момент. Просто, в голове никак не укладывалось, что Лонго мог сделать что-то такое для меня. Это было… практически романтично. Хоть и все еще странно. Непонятно. Немного не такого ожидаешь в обычных отношениях.
Мы прошли к парковке и Лонго усадил меня в свою машину. Отвез в общежитие, но перед этим мы опять поговорили насчет того, чтобы он отвез меня к себе. Не в тот дом, в котором у нас был первый раз. У Матео была еще какая-то квартира, которая сейчас пустовала, но он уже несколько раз ясно давал понять, что хочет, чтобы мы начали жить вместе. И, учитывая то, что от того дома у меня бежали мурашки по коже, квартира вполне могла сойти для совместного проживания.
Но я вновь отказалась. Какой в этом смысл сейчас? На данный момент Лонго постоянно отсутствует. Зачем мне сидеть в пустующей квартире? В общежитие как-то веселее.
Вот когда все наладится и мы наконец-то будем предоставлены друг другу, тогда и можно начать жить вместе.
Когда Матео остановил машину около общежития, он первым вышел на улицу. Открыл дверцу моей стороны. И затем мы еще какое-то время стояли рядом с его машиной. Целовались, в то время, как его телефон опять звонил.
И, далеко не сразу я поняла, что, перед тем как уйти, Матео оставил на моих губах еще один поцелуй, при этом опустив руку с моей талии на пояс джинс. Затем пальцами скользнув в мой карман.
Он забрал ту записку, которую мне отдала Меледа. Сжал ее в ладони и пошел к своей машине.
***
Войдя в свою комнату, я сначала рухнула на кровать. Затем, кое-как заставив себя, собралась и пошла в душ. К хорошему слишком быстро привыкаешь, но, заходя в кабинку, я вспомнила о том, как в доме во Фьезоле, мылась в ледяной воде. Или грела ее через чайник, что тоже было далеко не просто.
А тут просто прошел по коридору, зашел в душевую и принимаешь горячий душ. Красота.
В это время душевая не пустовала. Тут находились еще две девушки, которые очень странно посмотрели на меня, когда я, обмотанная в полотенце, вышла из кабинки.
И, лишь посмотрев на себя в зеркало, я поняла, почему они так на меня посмотрели. Я вся была в засосах. Мысли вспыхнули. Оказывается, поцелуи Лонго имели куда более ужасный масштаб. А я и не поняла. Но, там в парке я, лежа под ним, вообще ничего не осознавала. Слишком многое Лонго со мной делал.
Глава 41 Шнурки
Утро субботы, а я, как на зло, проснулась слишком рано. Но еще долго лежала неподвижно. Тяжело дыша и не моргая, в полумраке смотрела на потолок, пытаясь вспомнить, что мне только что приснилось. Только, сознание бушевало. Совершенно ничего не отображало. Я словно о стену билась.
В итоге, рвано выдохнув, я перевернулась на живот и лицом уткнулась в подушку, пытаясь опять заснуть. Но так и пролежала около часа, прежде чем окончательно решила, что уже пора вставать.
К этому моменту солнце взошло и, взяв телефон, я увидела, что мне написала Лучиана. Она с девчонками как раз собиралась ехать в Неаполь и опять спрашивала точно ли я не хочу с ними.
И мне правда хотелось, но, в итоге, упав на кровать, я отправила Лучиане сообщение, в котором благодарила за приглашение, но, при этом все равно была вынуждена отказаться.
Может, немного позже получится.
Сейчас, когда у Матео настолько трудный период в жизни я не считала целесообразным ехать и развлекаться.
***
– Я могу попытаться сменить свои источники, но не уверен, что это даст результат. Лонго уже прекрасно дал понять, что следит за мной, – поставив чашку с кофе на стол, Анджело сел в кресло. – Я реально оцениваю свои возможности и понимаю, что против него они ничтожны.
– Нет, тебе не нужно что-либо делать, – я отрицательно качнула головой, поворачивая голову в сторону огромного окна, выходящую на одну из центральных улиц. – Ты и так для меня очень много сделал. Я обязательно отблагодарю тебя за это, но, учитывая обстоятельства, наверное, будет лучше, если дальше я попытаюсь как-нибудь самостоятельно разбираться со своими проблемами. Тебе лучше вернуться домой.
– Я уже говорил, что меня не нужна благодарность. Я помогаю тебе из-за долга перед твоим отцом. И уж точно я не оставлю тебя до тех пор, пока ты не выйдешь замуж, не вступишь в наследство и наконец-то не будешь в полной безопасности.
Взяв свою чашку, я посмотрела на кофе. Он все еще был горячим. Чашка жгла пальцы.
– Я прошу тебя, пожалуйста, уезжай. Может, не сразу, чтобы это не казалось подозрительным. Пробудь во Флоренции еще пару недель, но после этого возвращайся к своей семье. Они куда важнее, чем я.
Этот разговор был тяжелым. Даже слишком.
Лонго сегодня не выходил со мной на связь. Не звонил. Не отвечал на мои сообщения. Лишь, как и обычно, утром к общежитию приехал человек Матео и передал мне от него цветы. Но пока что у меня имелись другие, более важные дела.
Ближе к обеду я встретилась с Анджело. Нам было о чем поговорить. В первую очередь я хотела предупредить его о том, что Лонго знает про его действия. В частности о том, что Анджело собирал информацию про него и про Данте. А, значит, мог быть осведомлен и в остальном.
Но, оказалось, Анджело об этом уже было известно и во время этого разговора именно я узнала то, о чем раньше понятия не имела. И от этого мне на мысли пролилась раскаленная сталь.
Оказывается, Лонго уже трижды виделся с Анджело. Первый раз, после того, как Матео впервые увидел его рядом со мной. Это было еще до того, как мы с Матео начали встречаться. Во время их разговора ничего ужасного не произошло, но Лонго задал несколько вопросов про наши с Анджело взаимоотношения и, очень тонко, но жестоко дал понять, что если у Анджело возникнет хотя бы намек на симпатию ко мне, ничем хорошим для него это не закончится.
Вторая их встреча была пару недель назад. Про нее Анджело толком ничего не сказал. Просто дал понять, что этот их разговор тоже касался меня.
Третья их встреча была этой ночью. Лонго желал узнать, почему Анджело искал информацию про Данте. Матео явно был не в настроении. И, несмотря на то, что все ограничилось всего лишь разговором и в итоге Анджело ему ничего не рассказал, на данный момент все было слишком хлипко. Причем, именно для нас.
Лонго не составляло труда все узнать, через пытки и есть тонкая грань, которая отделяет его от этого. Если Матео до сих пор не сделал что-то подобное, то лишь по той причине, что считает Анджело моей безобидной зверушкой. Но случай с Данте уже начал это перечеркивать.
Когда я узнала об этом, почувствовала, как сердце сжалось, затем вовсе остановилось.
Наступило время мне немного больше узнать про Матео.
Как-то Анджело назвал его чудовищем, но уже теперь он объяснил, что под этим имел ввиду. В то время, когда я, в детстве росла, как принцесса, а затем чуть ли не в уединение от остального мира находилась в своем доме, Матео жил совсем иначе.
Понятное дело, что человек, который вырос в такой семье, как у Матео, будет отличаться от других, но тут все было куда глобальнее. И заключалось это в отношении Гаспара к своему старшему сыну. Говорят, что Лонго уже с детства видел многое. Пролитую кровь, отнятые жизни, пытки, грязь, людей под веществами. Ходят слухи, что Гаспар намеренно делал так, чтобы его старший сын наблюдал за чем-то настолько ужасным и мнение касательно этого разделялось. Многие считали, что и пусть крайне жестоким путем, но Гаспар пытался вырастить сильного наследника. Младшего сына он ведь держал в стороне от всего этого.
Но, зная, что Гаспар как раз таки почему-то ненавидел Матео и, такое ощущение, что в нем своего наследника видеть не желал, у меня складывалось совершенно иное впечатление. Я пока что не понимала какое именно, но от услышанного кровь стыла в жилах.
Анджело многое не рассказывал про детство Матео. Сказал, что у него самого слишком мало информации, но так, как рос Матео, не рос даже Гаспар. То есть, в очень многих аспектах Лонго куда хуже своего отца. У него нет эмпатии, человечности, жалости другим жизням. Иногда может показаться, что это не так, но обманываться точно не стоит.
А насчет того, каким он является сейчас… Можно представить самого ужасного, кровожадного, жестокого и безжалостного человека в мире и после этого понять – Матео в разы хуже него. Он уже отнимал жизни. Как через своих людей, так и собственными руками. В своих делах крайне безжалостен. Поэтому, несмотря на молодой возраст его боятся, ведь знают, что, если перейдешь дорогу Лонго, в последствии с ним уже будет невозможно договориться. Это все равно, что даже за малейшую ошибку приставить пистолет к виску. При этом, Матео достаточно умен, чтобы его враги не могли этого избежать.
Но, конечно, находятся те, кто все равно жаждут его смерти и готовы пойти против Лонго. Например, сейчас это его младший брат Данте и пользующийся им клан из Рима. Во многом это происходит как раз потому, что сейчас Матео молод и подобные люди считают, что, если не уничтожить его сейчас, позже не получится. Ведь неизвестно какую мощь и власть Матео приобретет через годы. Но, насчет этого у Анджело было иное мнение. Той информации, которую он собрал на Лонго было достаточно, чтобы понимать – навряд ли у его врагов даже сейчас что-то может получиться. Даже несмотря на то, что ситуация на данный момент сложная. Особенно, если учесть то, что в эту вражду была втянута его семья.
Слушая все это, я против воли вспомнила о том, как дядя Матео назвал его монстром и сказал, что позже, я обязательно пожалею, если они немедленно не убьют его.
Когда человек находящийся на верхушке кровавого, криминального клана кого-то называет монстром, которого срочно нужно убить, иначе произойдет что-то ужасное, это, конечно, повод задуматься. Да и я никогда не носила розовые очки касательно Матео. Гуидо же до сих пор не вернулся. И мне уже казалось, что никогда этого не сделает. Да и он не смог бы нормально жить после того, что Лонго с ним сделал. Люди после такого в психбольницах лежат.
Но все-таки, иногда мне хотелось обманываться насчет Матео. Считать, что он обычный парень. Пятикурсник, а не тот, у кого руки насквозь в крови.
Только, сегодня я узнала то, от чего я уже не смогу отвернуться. И особенно сильно меня задело то, что возможно все это коснется Анджело. То, что он может пострадать.
– Теперь мне очень серьезно нужно подумать насчет Матео, – закрывая глаза, я потерла веки кончиками пальцев.
– Я все еще считаю, что для тебя он самый лучший вариант, – Анджело не смотрел на меня. Его взгляд был направлен в сторону окна.
– Ты только что дал ясно понять, что он еще то кровожадное чудовище без малейшего намека на жалость. И меня беспокоит то, что он может сделать с моим окружением.
Пока что я не допускала мысли о том, чтобы расстаться с Матео, но определенно что-то нужно делать.
– Повторить, что будет, когда ты вступишь в наследство? За тобой придут, Мирела. И живой ты после этого не останешься. Но перед этим у тебя все отнимут и будут долго насиловать. Желающих и так уже много. Даже без всякого наследства.
– В каком это смысле?
– Ты единственная дочь Карлоса Верди. Человека, который при жизни являлся самым влиятельным и могущественным в Тоскане. А, может, и во всей Италии. Его не просто боялись. В сторону дона Верди не смели даже смотреть. И все те мужчины, которые в прошлом тряслись перед ним в страхе, теперь считают, что было бы неплохо поиметь его обожаемую дочь. Для них это, как галочка в жизни. Статусность. Все равно, что плюнуть в лицо твоего отца и возвыситься над ним.
Я не нашла, что на это ответить. Мысли расплавились. Вера в людей сразу всколыхнулась. Затвердила о том, что не может быть вот так. Но у меня не было повода не верить Анджело. И я ведь нутром понимала, что мир куда хуже, чем мне бы хотелось.
– Думаю, ты понимаешь, что в основном эти мужчины возраста твоего отца. Но, поднятый вокруг тебя шум, заставил обратить на тебя внимание и младшего поколения. Ты и так красива. Даже более чем. Все-таки, ты очень похожа на свою мать, но, учитывая твое происхождение, на данный момент ты самая желанная девушка в Италии.
Анджело взял свою чашку с кофе.
– Это желание у всех разное. Например, у кого-то жажда хотя бы просто поиметь тебя. И, поверь это не останется в тайне. А кто-то хочет тебя, как шлюху. Насиловать, унижать. Довести до состояния покорности. Такие не все. Нет, это далеко не так, но желающих достаточно и некоторые из них достаточно влиятельные, могущественные. Повторяю – получишь наследство и за тобой сразу придут. Если у тебя не будет защиты, скорее всего, тебя не просто изнасилуют, а пустят по кругу между всеми желающими. И мало ли что еще сделают.
– Почему… меня никто не тронул, когда я жила одна и была совсем беззащитна?
– Предполагаю, это по той причине, что изначально для всех было важно растерзать владения твоего отца и уничтожить приближенных к ним. Потом ты исчезла. Про твое существование забыли. А если кто-то и помнил, то считал блеклым ничем. Но теперь ты вернулась и сделала это более чем эффектно.
Я чувствовала, что Анджело подбирал слова. Старался делать фразы более мягкими, но суть я улавливала. И от этого холодок бежал по спине. Настолько сильный, что сердце в груди забилось обрывками.
– На данный момент Лонго все это пресекает, – продолжил Анджело, и я опять перевела на него взгляд, хотя до этого опустила его на кофе. – Был один мужчина. Кармин Россо. Когда-то давно у него были личные счеты с твоим отцом и примерно через неделю после выставки прошел слух, что он тебя получит. Что для него это не составит труда и то, что в его доме уже готовят для тебя комнату. Своеобразную. Ту, где он тебя, каждый день будет иметь. И на данный момент Россо, еще, конечно жив, но он в коме и навряд ли выйдет из нее. А если и выйдет, жить нормально больше никогда не сможет. Может, и не захочет. Лонго уже позаботился об этом.
Я широко раскрыла глаза и затаила дыхание. Хотела считать, что хотя бы это шутка, но… черт раздери, что вообще происходит?
– Почему ты сразу не рассказал мне об этом?
– Лонго дал понять, что мне стоит о кое-чем молчать, – Анджело отпил кофе.
В комнате вновь повисла тишина. Тяжелая. Тягучая. Кажется, телефон в моей сумке звонил, но пока что я не обращала на это внимание.
– То, что было сделано с Россо являлось показательным. Так же Лонго всячески дает понять, что ты его женщина. Все знают, что раньше он постоянно изменял своей невесте, с которой был пять лет. И сейчас к нему пытаются подослать женщин. Иногда собственный дочерей, но каждый раз он отказывается. Даже, если для кого-то это плевок в лицо. А это уже многое значит, – Анджело подпер голову кулаком. – И тот случай, когда вы две недели назад были в ресторане и Лонго встал на одно колено, чтобы завязать шнурки на твоем сапожке…
– Откуда ты об этом знаешь? – спросила, все еще не в состоянии совладать с мыслями. Цепляясь за то, что, оказывается, к Лонго отправляли женщин, но… он отказывался. От этого было так приятно.
– Об этом знают все. В том ресторане было не мало людей из высшего общества и они видели, как Лонго встал перед тобой на одно колено. Завязал тебе шнурок. Чтобы ты понимала, для мужчин из этого мира, что-то подобное является унижением. Никто и никогда так не сделает, иначе потеряет в статусе. И думаю, Лонго намеренно это сделал. За счет себя, возвысил тебя. Дал понять, что не просто влюблен, а то, что он полностью в тебе. А когда сам Матео Лонго потерян в девушке… ее лучше не трогать.
Анджело этими словами не просто разрывал мои мысли. Он словно бы раскаленными прутами пронзал сознание. Я помнила про этот случай. У меня развязался шнурок. Ничего необычного, но, когда я хотела его поправить, Матео остановил меня и сам их завязал. В тот момент мы находились в холле. Неужели за этим скрывалось что-то настолько глобальное?
– И все так же знают, что он каждый день дарит тебе цветы. Это тоже часто обсуждается. Романтический поступок от чудовища. Тебе завидуют многие девушки. Но, к чему я веду – Лонго и правда страшен. Я не буду этого отрицать. Может, тебе бы больше подошел Конто. Он рос… в более адекватной обстановке. И он более нормален. Ты бы лучше его понимала, но что будет, когда наступит момент опасности? Не даст ли он слабину? Лонго ее точно не даст. Но с ним тебе будет тяжелее. И уже сейчас, не зная про наследство, он тебя защищает. Думаю, для него так же не имеет значения то, что ты дочь Карлоса Верди. Ты сама говорила, что изначально вы конфликтовали, а когда вы начали отношения… ты была не в лучшем положении.
– Я не собираюсь начинать отношения с Конто, – сказала, откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза. Мысли слишком сильно бурлили. Того, что я только что услышала было достаточно, чтобы это сутками пытаться переварить. Даже то, что, черт раздери, оказывается, все знали о том, что Матео по утрам дарит мне цветы. За мной настолько тщательно следят? – Я уже и выбирать не хочу. Учитывая то, что я сейчас в отношениях с Лонго, это будет не честно по отношению к нему. Я выбрала его и точка. Но… Нужно что-то делать. Я понимаю, что он неконтролируем. То, что многое скрывает. И то, что за моей спиной может сделать что-нибудь ужасное. Обычно я в это не лезу. Матео ведь не плохой. Если делает что-то жестокое, значит так нужно, но…
Я запнулась. Мне не следовало говорить про свои опасения с Анджело. Я ведь решила, что на всякий случай ему лучше уехать домой, а, значит, мне следует делать вид, что у меня все хорошо.
А потом, когда в моем окружении не останется тех, кому Лонго сможет как-либо навредить, наступит время нам с Матео побороться за наши отношения.
И я понимала, что просто не будет. Сейчас еще больше ненавидела Гаспара. Я явно до сих пор не все знала про детство Матео, но Гаспар точно намерено ломал сознание своего старшего сына. Возможно, сам не понимая к чему все это может привести.
Интересно, зная каким Матео в итоге вырастет, обращался ли он с ним вот так?
