Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"
Автор книги: Екатерина Юдина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 33 страниц)
Глава 26 Туфли
Лонго положил ладонь мне на талию, пальцами касаясь обнаженной спины. Казалось бы обычное прикосновение, но даже оно обожгло так, что по коже рассыпались жаркие всполохи и, несмотря на то, что я свое пальто оставила в машине, прохладный вечерний воздух показался мне невыносимо душным, словно тела коснулись языки пламени.
Сильно прикусив кончик языка, я перевела взгляд на здание, пытаясь на нем сосредоточить внимание.
Я раньше не бывала на выставках. Вообще все мои посещения каких-либо мероприятий, ограничивались временем, когда я еще была ребенком, из-за чего сразу же испытала волнение и, в тот же момент, нитями по сознанию прошло что-то настолько привычное. Я ведь в подобной атмосфере выросла.
Само здание выглядело совершенно не так, как в те разы, когда я приезжала сюда, чтобы увидеться с Джиозу. Сейчас оно горело ярким освещением. Рядом с входом стояли бесконечные вазоны с цветущими растениями. И время от времени тут останавливались дорогостоящие машины, из которых выходили другие посетители выставки. Все мужчины в строгих костюмах. Женщины в роскошных платьях.
Рядом с входом стояло несколько огромных мужчин. Суровых. Даже немного страшных, но вели они себя крайне учтиво и, после того, как я показала приглашения, нас тут же пропустили внутрь.
Дальше было просторное помещение, но уже сейчас людное и шумное. Тут девушки, работницы выставки, встречали посетительниц и им на запястья цепляли браслеты с маленькими букетиками из свежих цветов.
– Сеньор Лонго, не ожидал вас тут увидеть. Не думал, что вы интересуетесь искусством, – услышав эти слова, я обернулась и увидела, как к Матео подошел мужчина лет сорока. С небольшой сединой на висках. Одетый в строгий костюм. Рядом с ним находилась девушка лет тридцати пяти. В атласном платье персикового цвета. На ее запястье уже виднелся букетик, а мне его только надевали. И цветы у нас разные. Возможно, они пришли значительно раньше.
– Сеньор Мола, вы уже вернулись из Рима? – Лонго и этот мужчина пожали друг другу руки, после чего последовал непродолжительный разговор о каких-то делах. В частности, о том, что мужчина по фамилии Родари, хотел увидеться с Матео.
– А кто ваша спутница? – мужчина скользнул по мне медленным взглядом. По лицу, волосам, затем по платью.
– Мирела Верди. Моя женщина, – Лонго все это время держал ладонь на моей пояснице, но в этот момент скользнул ею вбок и положил на талию. Из-за чего я словно бы стала объята страшной, жуткой мощью его огромного тела.
– Ваша женщина? Разве ею является не?.. – мужчина осекся и резко замолчал. Сделал он это смотря на лицо Лонго. Словно бы увидев там то, что заставило резко оборвать фразу.
Я подняла голову, но из такого положения не видела лица Матео. Разве что ощущала чуть ли не кровавую тяжесть, повисшую в атмосфере. Но, может, мне лишь показалось.
У меня в груди все напряглось. Разве этот мужчина собирался сказать не про Сандру? Получается, не только в университете она считалась не просто женщиной Лонго, а уже практически его женой. Даже в высших кругах и среди деловых партнеров Сандра беспрекословно значилась, как его пара? Их отношения были уже на таком уровне?
– Приятно познакомиться сеньора Верди. Меня зовут Жерардо Мола. А это моя супруга Виттория Мола, – уже совершенно другим тоном произнес мужчина.
Стараясь заглушить в себе жжение, я доброжелательно поприветствовала в ответ, но, когда мужчина хотел взять меня за руку, чтобы, судя по всему, поцеловать ладонь, Лонго это пресек. Хотя, казалось, это было обычным, ничего не значащим действием.
Вскоре мы пошли в следующий зал и уже там начинались картины. Некоторые из них я раньше видела, но далеко не все и тут же прикипела к ним взглядом. Все-таки, Джиозу великолепный художник. До мурашек.
Матео тоже скользнул взглядом по картинам, но к ним отнесся более холодно. Тем более, к нему постоянно кто-то подходил. Я даже и не думала, что тут может быть столько знакомых Лонго. Но ведь и правда на этой выставке собрался высший свет, а Матео, в отличие от меня, большую часть жизни находящуюся, где-то на затворках, являлся неотъемлемой его частью.
Многие из тех, кто подходил к Матео, говорили о том, что не ожидали его тут увидеть. То, что он слишком практичный человек и они не думали, что у него может быть хоть какой-то минимальный интерес к искусству.
Так же вновь следовали вопросы о том, кем же является его спутница. И каждый раз я чувствовала на себе заинтересованные, оценивающие взгляды. Но при этом, вновь улавливала и то, что все эти люди рядом с Матео явно ожидали увидеть другую девушку. В глазах некоторых я замечала острое непонимание. Особенно это касалось девушек и женщин. Сандра являлась их подругой?
Но, стараясь не обращать на это внимание, я находилась рядом с Лонго. Были моменты, когда при знакомстве некоторые из мужчин пытались поцеловать мне ладонь, но каждый раз это жестко пресекалось.
– Я предпочитаю, чтобы мою женщину как-либо целовал исключительно я, – Матео произнес это холодно. Тем тоном, в котором было что-то подавляющее и жестокое. Этим отвечая на вопрос одного из мужчин, почему же Лонго так строг к настолько обыденному приветствию.
Мужчина уже более осторожно сказал, что понимает это. Просто он не учел то, что Матео какое-то время учился в Лондоне, из-за чего, восприятие прикосновений у него более сдержанное. Лонго на это ничего не ответил, но мне показалось, что в это мгновение взгляд у него был полностью ледяным.
Я сама его сейчас практически не понимала. Можно сказать, что это было наше первое полноценное свидание и, ко всему прочему, первый совместный выход в высший свет. А тут Матео совершенно другой. Холодный, непроницаемый, жестокий.
Вскоре я вовсе решила, что нам лучше разделиться. Не по той причине, что мне не хотелось быть рядом с Матео. Просто, со временем я заметила, что рядом с ним уже собралось несколько мужчин. Они разговаривали о делах, а я в этой компании, да и вообще в этой части зала, являлась единственной девушкой.
То есть, даже на таком мероприятии, мужчины предпочитали разговаривать о делах, а их жены отдельно от них, общались, смотрели картины. И, понимая, что я сейчас нахожусь не там, где нужно, сказала Матео, что хочу пойти и встретиться с подругой. Посмотреть с ней картины.
– Я тебя сопровожу, – Лонго немного выше поднял ладонь, уже теперь держа ее на обнаженной спине. Насколько же горячая у него рука. Грубая, но само прикосновение, как ток, пробегающий по коже.
– Не нужно. Тебе же картины все равно не интересны. А я как раз увижусь с подругой.
Лонго все равно собирался меня сопроводить, но мне все же удалось уговорить его этого не делать. Учитывая иерархию этих мероприятий, так лучше. Нам следовало привыкать к тому, что в подобном обществе мы время от времени обязаны быть порознь. И я должна учиться общаться с другими девушками. Подниматься на ноги. Обретать свою почву в высшем обществе. Но, естественно, свои намерения я объяснила желанием увидеться с подругой, с которой давно не разговаривала.
– И что же это за подруга?
– Дита. Ты видел ее, когда привез меня к ней домой, после нашего разговора в отеле. Я немного позже познакомлю вас.
Я уже собиралась отстраниться от Лонго и даже взглядом окинула помещение, пытаясь понять, куда мне следует идти, как Матео вновь притянул меня к себе. Поцеловал в висок и, смотря на бокал с вином, который я держала в руке, произнес:
– Не пей много. Этой ночью ты нужна мне трезвая.
От этих слов у меня не только тело вспыхнуло, но и сознание. По мыслям прошло что-то будоражащее. То, что я вообще никак не могла унять, но оно всколыхнуло меня так, что сердце забилось настолько учащенно, словно было готово выпрыгнуть из груди.
– Я и не собиралась пить много, – произнесла, отстраняясь от Матео. Стараясь вообще не смотреть на него, ведь, думала, что в таком случае точно сойду с ума от волнения. До сих пор у меня в голове вообще не укладывалось, что этой ночью мы с Лонго перейдем грань. То, что он сделает меня женщиной. От этих мыслей меня вообще будто бы током пронзало.
– Если тебе понравится какая-нибудь из картин, скажи мне, я куплю ее для тебя.
Возможно, то, что я отвернулась от Матео, он посчитал тем, что я просто заинтересованно рассматривала картины.
– Нет, я хочу просто на них посмотреть, – я тут же отрицательно качнула головой. Не стала говорить, что, несмотря на то, что творения Джиозу мне безумно нравились, но стоили они слишком огромных денег. Матео вообще видел тут цены? Да и куда мне их повесить? В общежитие? – Можешь что-нибудь купить только себе.
– Я в таком не заинтересован. Но ты посмотри. Может, тебе что-нибудь понравится, – судя по тому, как Лонго это произнес в картинах он для себя и правда ничего интересного не видел.
После того, как мы разошлись, я направилась искать Диту, по пути останавливаясь в каждом зале. Рассматривая картины, но, время от времени я опускала взгляд на свой бокал с вином. В итоге, отдала его официанту. Я быстро пьянею, но, несмотря на то, что мысли судорожно плавились, стоило подумать о предстоящей ночи, мне казалось, что и правда будет лучше, если я останусь полностью трезвой. Пусть все, что будет происходить между нами, я смогу расценивать полностью чистым сознанием.
Пройдя дальше, я уловила на себе цепкие взгляды. Несколько девушек стояли в правом углу зала, неприкрыто рассматривая меня. О чем-то разговаривая. Их я уже видела. Они жены, и дочери тех мужчин, которые ранее подходили к Матео.
Но, когда я проходила и по другим залам, тоже ощущала на себе взгляды, а когда поднялась на второй этаж, вовсе услышала разговор:
– Вы видели, да? Матео Лонго пришел сюда с новой девушкой.
– Лонго сейчас тут? Ты уверена?
– Я сама удивилась, но мой отец буквально двадцать минут назад разговаривал с ним.
– А что за девушка? Он же если и посещал какие-то мероприятия то всегда с Сандрой.
– Ты чем слушаешь? У Лонго новая девушка. Он, судя по всему, бросил Сандру.
Я остановилась рядом с поворотом, видя, что из открытой двери вышло несколько девушек. Я тут же сделала шаг назад, чтобы они меня не заметили.
– Да ладно. Ты серьезно? У Сандры ведь уже было помолвочное кольцо. Она всем его показывала.
– Нужно спросить у Кармелы. Она вроде близко дружит с Сандрой и должна знать, что произошло. Но, думаю, раз Лонго пришел сюда с новой девушкой, значит, Сандра пошла в утиль. А вы же понимаете, что это значит? Да? Это шанс. Можно считать, что Лонго теперь свободен.
– И каким это образом он свободен, если ты сама сказала, что он сюда пришел не один?
– Ой, да брось. Это Сандра представляла угрозу. А эта девушка… считай, что ее вообще нет.
Они ушли и уже вскоре я перестала слышать их разговор, но даже этого мне было достаточно. В груди не просто загудело. Там полыхнуло.
– Можешь не обращать внимания на этих идиоток. Они всего лишь пыль.
Услышав эти слова я резко повернула голову. Думала, что в этом коридоре я одна, но позади меня стояла девушка. Совершенно незнакомая мне. Одетая в вечернее платье черного цвета. С рыжими волосами и сережкой в носу.
– Максимум, что эти полоумные могут сделать, это прийти к Лонго и раздеться перед ним, считая, что у него встанет на все, что движется, – она поднесла к губам практически опустевший бокал с вином.
– Я не переживаю из-за таких разговоров. Предпочитаю доверять своему парню, – ответила, но от себя не смогла скрыть того, как мысли жестко царапнуло. Неужели какие-то девушки действительно могут это сделать? Прийти и просто раздеться перед Матео?
Незнакомка усмехнулась так, словно я сказала, что-то нелепое.
– Я сказала, что тебе не стоит переживать из-за этих идиоток, но это не означает, что ты надолго задержишься в роли избранницы Лонго.
– А что такое? Ты тоже претендуешь на место рядом с ним?
– Нет. Мне просто интересно наблюдать за глупыми девушками, верящими в сказки,– незнакомка пошла дальше и, не оборачиваясь, она произнесла: – Не знаю, откуда ты взялась, но тут есть пара девушек, которые сохнут по Лонго еще с детства. И их отцы об этом прекрасно знают. А теперь, когда Сандры нет рядом с ним… Думаю, ты тоже надолго не задержишься.
Незнакомка ушла и я не стала ее останавливать. Вообще не собиралась делать вид, что ее слова меня хоть как-то задели. Но, все же, наверное, это произошло. Во всяком случае, мысли натянулись словно струны и я, резко развернувшись, пошла дальше. Думала о том, чтобы все-таки, опять пойти к Матео. Хотела, чтобы он опять положил ладонь на мою талию. Казалось, что так мне станет спокойнее.
Но все-таки, я себя остановила. Мне и правда не следовало реагировать на все эти слова. Вообще какая разница кто и что говорит?
Шумно выдохнув, я направилась дальше искать Диту, но уже вскоре почувствовала, что что-то не так. Застежка на моей туфельке перестала держаться. Присев, я с ужасом поняла, что она сломалась, но, покрутив ее пальцами, поняла, что, кажется, есть возможность ее починить. Просто нужно найти место, где можно было сесть и заняться этим.
Сняв туфли, я осторожно прошла по коридору и увидела приоткрытую дверь. Мягко толкнула ее, понимая, что это что-то наподобие комнаты отдыха. Просторная. С диванами. Но, уже когда я вошла внутрь, прикрывая дверь, поняла, что я ошибочно решила, что тут никого нет.
Рядом с открытым окном стоял высокий, мощный парень. В строгом костюме. Черными волосами. Но лишь спустя мгновение до меня дошло кто это.
Данте Конто.
Убирая от губ тлеющую сигарету, он медленно повернул голову в мою сторону и в ледяных, черных, практически бесчеловечных глазах я увидела то, что более чем отчетливо давало понять – он не рад тому, что его уединение прервали. Это даже кожей ощущалось. То, что к нему лучше не приближаться. Словно Данте вообще не терпел рядом с собой посторонних.
– Простите. Я не думала, что тут кто-то есть, – произнесла, разворачиваясь. Собираясь уйти.
– Стой, – он произнес это так, что я против воли замерла. – Обернись.
По телу скользнуло напряжение, но все же я обернулись.
– Что-то случилось?
Данте ничего не ответил, но скользнул по мне тем взглядом, который я ощущала физически. Он посмотрел на мое лицо. Затем взглядом скользнул ниже. По шее, груди, талии. Вновь возвращаясь к лицу. Смотря мне в глаза так, что этот зрительный контакт прожигал насквозь.
– Ты та девушка, которая за танец хотела десять центов, или душу.
– Какая честь. Вы помните меня, – я произнесла это нейтральным тоном, поправляя низ своего платья.
– Почему ты больше не приходила в тот ресторан? – Данте потушил сигарету. Положил ладони в карманы брюк. – Я тебя ждал.
Глава 27 Плата
– Вы меня ждали? – переспросила, считая, что мне послышалось. Или я что-то не так поняла.
Тишину комнаты лишь частично разбавлял отдаленный звук живой музыки и приглушенные голоса. Но повисшая атмосфера, насквозь пропитавшая воздух чем-то горячим, словно бы вовсе обжигающим, создавала ощущение того, что в этой комнате находилась граница с каким-то совершенно другим миром. Опасным. Страшным и кровожадным. Тем, что веяло от Данте. Я многого не знала о нем, но все-таки, даже того, что мне уже было известно, было достаточно, чтобы более чем отчетливо понимать – от такого, как он, лучше держаться подальше.
И почему-то пробирало от того, как Конто вновь скользнул по мне взглядом. По лицу, затем опускаясь им ниже. Смотря на грудь, талию, затем на ноги. Я давно не была в высшем обществе, но почему-то мне казалось, что такие взгляды являлись тем, что находилось за гранью приличия. Вот только, Конто явно себе ни в чем не отказывал, хотя я о нем слышала, как об очень сдержанном, ледяном парне.
– У тебя привычка ходить босой? – Данте задержал взгляд на моих ступнях.
Я не сразу поняла, к чему он это сказал. Лишь спустя несколько секунд вспомнила о том, что при нашей первой встречи была без сапожек. Я сняла их прежде чем начать танцевать.
– Возможно. Предпочитаю быть не такой, как все,– я произнесла это скорее иронично, разворачиваясь к двери. – Простите, что потревожила. Я уже пойду.
– Стой, – Конто произнес это так, что я невольно опять остановилась. Я не понимала в чем дело. В его интонации, или в тяжелом, пробирающем голосе, но он словно бы обвивал тело раскаленными цепями. – Тебе туфли натерли?
Я вновь обернулась к Данте, взглядом случайно скользнув по его черному, узкому галстуку.
– Нет, застежка поломалась, – я посмотрела на свою обувь, которую все еще держала в руке. – Но я ее сейчас починю.
– Дай мне. Я ее посмотрю, – он поднял руку и даже от этого по коже пробежали мурашки. Словно любое соприкосновение с таким человеком, было подобно с тем, чтобы зайти в клетку с монстром.
– Вы хотите попробовать починить застежку на моей туфельке? – спросила, немного опуская веки. Не понимая, какое ему вообще дело до моей обуви.
– Да.
– Такая честь. Оказывается наследник семьи Конто настолько благороден, что не оставит девушку в беде?
– Ты знаешь, кто я?
– Мне об этом было известно еще при нашей первой встрече. Трудно не знать о том, кто вы, когда при вашем появлении девушки настолько сильно оживляются и постоянно повторяют «Пришел Данте Конто». Мне даже интересно, как часто они на вас пытаются наброситься.
А ведь тогда девушки в ресторане не просто оживились. Они вели себя так, словно в помещение вошел сам бог.
– Даже зная, кто я, ты потребовала у меня десять центов или душу?
– А какое отношение ваше происхождение имеет к плате за мой танец? За который, вы, кстати, до сих пор не расплатились.
– Ошибаешься. Я заплатил, – Данте положил ладони в карманы брюк. Почему-то взгляд его черных глаз, касаясь кожи, касался чем-то нестерпимо горячим.
– Да? Почему-то я не вижу свои десять центов, – подняв свободную руку, я посмотрела на свою ладонь. Словно должна была увидеть там монету, но ее не было.
Данте тоже посмотрел на мой крошечный спектакль, после чего вновь перевел взгляд на мои глаза. И от возникшего зрительного контакта, казалось, что воздух стал еще более горячим. Уже теперь с примесью безжалостного тока.
– И как много ты знаешь обо мне? – спросил он.
– Не много, но для меня достаточно.
– Достаточно для чего?
Этот вопрос на несколько секунд загнал меня в тупик. И что я на него должна была ответить?
– Ни для чего. Возможно, мы с вами вообще больше никогда не встретимся.
Почему-то мне показалось, что атмосфера в комнате стала мрачной. Я сделала еще один шаг назад, собираясь уйти. Отводя взгляд в сторону двери, подумала о том, что следует сказать на последок. Наверное, обычного «Желаю вам хорошего вечера» будет достаточно для прощания, но, прежде чем я успела разомкнуть губы, сильно вздрогнула от того, что огромная ручища обвила мою талию, после чего вовсе подняла над полом.
– Что вы делаете? – испугано спросила. Встрепенувшись. Понимая, что Данте поднял меня на руки. А, учитывая то, что он настолько огромен, я не понимала, чего боялась больше – упасть и при этом себе что-нибудь сломать или вообще его рук. – Опустите… Опустите меня обратно.
– Нет. У меня нет желания, чтобы ты ходила босая, – Конто усадил меня на кресло и я тут же растерянно вжалась в спинку. – Дай, посмотрю застежку.
Он забрал мои туфельки и сел в кресло напротив меня, сразу же понимая, какая из застежек была поломанной.
А мне понадобилось еще несколько долгих секунд, чтобы прийти в себя. Хотя бы немного.
– Я ведь сказала, что сама могу ее починить, – я быстро поправила низ платья, с опозданием поняв, что в разрезе стал виден кружевной край чулка. Надеясь, что Данте не успел заметить что-то настолько интимное для меня. Он и так уже видел меня не в самые подобающие моменты.
– Да, но для чего-то такого мне твое разрешение не нужно.
– Вижу, отказов вы не принимаете, – сердце до сих пор стучало слишком быстро и я еще более отчетливо осознавала, что совершенно не понимаю Конто.
– Совершенно верно.
– Я, конечно, впечатлена вашей благородностью. Не только готовы починить туфельку, но даже подняли девушку на руки, чтобы она не ходила босая. Теперь понятно, почему все в вас так влюблены. Если вы так каждой помогаете….
– Нет. Доброты во мне намного меньше, чем ты думаешь, – Конто пальцами поддел застежку.
– Возможно. Я же вас все равно практически не знаю, но слухи о вас ходят ужасающие.
– Боишься меня? – Данте поднял на меня взгляд.
– А похоже? – я опустила ноги на пол, босыми ступнями касаясь мягкого ковра.
Несколько секунд Конто смотрел на меня. Словно по частицам изучал. Я же на это приподняла бровь. Чего это он меня так рассматривал. Я сказала что-то не так?
– Расскажешь о себе? – он еле заметно наклонил голову набок. – Я до сих пор о тебе не знаю ничего кроме твоего имени, Мирела Верди.
– Так вы и мое имя запомнили? – я еле заметно приподняла бровь. Внутренне восхищаясь его памятью. Мне вот трудно запоминать имена, хоть я и всячески пыталась перебороть в себе это.
– Да, но девушек с таким именем во Флоренции много, а ты еще и любишь платить за себя наличными, – он произнес это больше, как мысли вслух. Даже это делая так, что мурашки бежали по коже.
– В вашем окружении есть девушка с таким же именем, как и у меня? – спросила, не понимая с чего такие выводы про то, что имя и фамилия у меня распространенные. И еще меньше понимая, причем тут то, что я за себя наличными плачу. Да и… как он узнал о том, как я расплатилась в ресторане?
– В моем окружении – нет, – Данте перевел взгляд на вторую туфельку, смотря на то, как там засежка соединялась с кожаным ремешком. – Разве что когда-то давно была одна, но про нее уже давно ничего не слышно. Можно сказать, что это не считается.
Я поджала губы и немного опустила веки. Сколько шансов на то, что он говорил обо мне? Мало. Но если так подумать, хоть и в высшем обществе есть еще одна семья с фамилией Верди, но у них только сыновья. Конечно, мог появиться кто-то новый, но я все-таки спросила:
– Вы имеете ввиду дочь Карлоса Верди?
Данте медленно перевел на меня взгляд. Сначала хотел что-то сказать, но почему-то этого все-таки не сделал. Посмотрел на меня так, что мне даже захотелось сжаться. И мое лицо он рассматривал так, словно черты изучал по частичкам.
– Это ты? – в итоге спросил он.
– Да. Но, если честно, я очень сильно удивлена. Не думала, что наши семьи даже в прошлом можно было посчитать одним окружением.
Хотя, возможно, я ошибалась. Мой отец был крайне влиятельным. Одним из самых мощных во Флоренции, а, значит, у него могли быть какие-то дела с семьей Конто.
Данте приподнял брови. Затем еле заметно откинулся на спинку дивана. Некоторое время молчал. Смотрел на меня.
– Оказывается, в тебе много сюрпризов.
– Нет, я самая обычная, даже скучная девушка. Абсолютно ничего примечательного, – я протянула ладонь. – Пожалуйста, отдайте мне мои туфли. Я сама их починю.
Конто наклонился. Взял мои туфельки и, что-то сделав с застежкой, опустился передо мной на одно колено. Совершенно не ожидая этого, я растерялась и сильно вздрогнула, когда он мягко приподнял мою ногу, помогая мне обуться. Соприкосновение его огромной ладони и моей ноги пронзило, пропуская под кожей ток и я, дернувшись, уже вторую туфельку надела сама, чтобы избежать таких прикосновений.
– Спасибо, но это явно было лишним, – я пальцами быстро провела по застежке. Уже теперь она и правда была целой.
– Обойдусь без «спасибо». За мои услуги нужно платить, – Конто опять вальяжно сел в кресло.
– В каком это смысле «платить»?
– Я не обувной мастер и только что сделал то, что и близко не входит в мои обязанности. А это стоит дорого.
– Вижу, доброты в вас и правда меньше, чем я думала, – я поджала губы и, понимаясь с кресла, произнесла: – Но, хорошо, можем считать, что мы в расчете, раз вы так и не заплатили за мой танец.
– Я заплатил за него, – Данте лениво подпер голову кулаком, вновь скользнув по мне взглядом. – А насчет тебя – за свою помощь хочу твой поцелуй.
Я застыла. Меня словно кипятком окатило.
– Отказываюсь. Думаю, у вас есть те девушки, которые с удовольствием вас поцелуют. И давайте на этом прекратим эту игру. Она уже за грани выходит. У меня есть любимый человек и подобные разговоры для меня уже является неприемлемым.
Взгляд Данте стал темнее. Создавалось ощущение, что радужки заволокло опасным мраком и мне почему-то показалось, что его и без того стальные мышцы напряглись.
– Значит, ты уже в кого-то влюблена?
– Да.
– Значит, забудешь про него. Как я уже сказал – отказов я не принимаю.
