Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)

Глава 42 Лоренцо

Проходя рядом со сгоревшими руинами своего дома во Фьезоле, я подняла голову и посмотрела на второй этаж. Третий практически полностью обрушился, но меня интересовало состояние именно моей спальни. Я до сих пор не могла до нее добраться. Может, там уцелели хоть какие-то мои вещи, но в первую очередь меня волновал Лоренцо – мой плюшевый динозавр. Если от него осталась хотя бы одна плюшевая лапка, я уже буду немыслимо рада.

Слишком много для меня значила эта игрушка. В период моего одиночества, этот динозавр был моим единственным другом и собеседником. С ним я ужинала и даже праздновала свои дни рождения.

Я поднялась на крыльцо и, держа термос с кофе, села на ступеньки. Заходить в дом небезопасно. Но, иногда приходя сюда, я уже осмотрела весь первый этаж. Нашла дорогу на второй. Если сегодня получится, доберусь до своей спальни.

Тем более, на данный момент у меня имелась еще одна цель. Я хотела проверить насколько тщательно за мной следят люди Лонго. А то, что я под их наблюдением, это факт. Иначе бы Матео не узнал про записку от Конто.

Но сейчас, осматривая сад, я не видела посторонних. Точно так же, как и около ворот не было никаких машин. Может, на данный момент рядом со мной нет наблюдения и я смогу спокойно осмотреть дом? От этой мысли стало немного легче и я, открыв термос, отпила кофе.

Но еще некоторое время сидела и смотрела на сад. Реветь хотелось.

Сегодня утром я была на кладбище у своих родителей. Отвозила им цветы.

Маму я практически не помню, но это не означает, что я люблю ее хоть немного меньше. Просто, к сожалению, у меня не сохранилось никаких воспоминаний о ней.

Но отца я помню отлично и сейчас, смотря на обуглившийся фонтан, вспоминала о том, как он приезжал сюда. Выходил из машины, а я быстро спускалась по ступенькам и бежала к нему. Отец подхватывал меня на руки и обнимал.

Он всегда был страшен. Даже выглядел, как еще тот ужасающий монстр. Привлекателен, но с настолько ледяным взглядом, что казалось, на тебя сам дьявол смотрел. Но насколько же он был любящим отцом.

А я даже похоронить его нормально не смогла. Могила отца пустовала.

Я часто думала об этом. Особенно, когда приезжала на кладбище.

Когда-то для меня это было надеждой на то, что он все-таки жив. Отец получил одиннадцать огнестрельных ранений. В том числе и в жизненно важные органы. После такого не выживают, но его успели доставить в больницу. Смогли бы отца там спасти? Возможно, нет, но, когда он был на операционном столе у него отобрали последний шанс. На больницу было совершенно нападение. Что там происходило, до сих пор неизвестно, ведь в итоге все сожгли. Там остались руины. Уже тогда началась кровавая резня и прямо в больнице, помимо отца, уничтожили и нескольких его приближенных.

Лишь, когда мне было четырнадцать, я узнала, что тело отца так и не нашли. Не только его. В сгоревших костях многих не смогли идентифицировать.

И я начала верить. А что, если он жив? Глупо, конечно. Напрасные надежды ни к чему не приводят. Но какое-то время я именно этим и жила, пытаясь не думать, что на самом деле, все могло быть куда хуже.

Мне до сих пор было легче представлять, что отец на самом деле не умер. Просто по какой-то причине не возвращается. Я даже представляла его счастливым. И каждый раз реветь хотелось, ведь все это несбыточные мечты. Сладкие, но я же, черт раздери, нахожусь в чертовой реальности. Жестокой, кровавой.

Отпив кофе, я, подрагивающими пальцами, закрыла термос. Ненадолго зажмурилась, затем поднялась на ноги.

Отец кое-чему научил меня особенно явно – тем, каково жить в счастливой семье.

И мне бы хотелось показать это Матео. Его семья ведь в этом значительно отличалась.

Только, следовало понять, как это сделать, ведь Гаспар с самого детства постарался, чтобы его старший сын вырос еще тем кровожадным чудовищем.

Войдя в обугленный холл, я посмотрела на частично обвалившийся потолок. Обошла помещение около стены, направилась в коридор. Прошла по нему, свернула вправо, взглядом скользнув по веранде. По той самой, которую мы с Матео красили и приводили в порядок. Сейчас же… ее практически не было.

Я прошла еще по коридору и остановилась около лестницы. Единственный, безопасный путь на второй этаж. Но и это под сомнением. Лестница выглядела не очень. Перила сгорели и сломались. Но, если идти потихоньку…

Я ступила на первую ступеньку.

– Вам лучше этого не делать. Не безопасно.

Услышав эти слова, я дернулась настолько сильно, что чуть не упала со ступеньки. Тут же испуганно спиной прижавшись к обугленной стене.

Обернувшись, увидела парня лет двадцати семи. Громоздкий. Одетый в брюки и в рубашку. На лице ни одной эмоции. Словно робот.

– Кто ты? – спросила, быстро оглянувшись по сторонам. Но в коридоре, кроме нас больше никого не было.

– Вам лучше покинуть этот дом, – сказал он все таким же ровным голосом, в котором ровным счетом не было ничего. Ни одной эмоции. От этого парня по коже бежали мурашки. Тем более, он достаточно огромен, чтобы не то, что меня переломать на части, а вообще за раз сделать это с несколькими огромными мужчинами.

– Вы работаете на Матео Лонго? – спросила, с напряжением в голосе.

Он еле заметно кивнул.

Я выдохнула. Значит, даже тут за мной следили, но, черт, как? Я вообще ничего не заметила.

– Пойдемте. Я сопровожу вас к выходу.

– Подождите, – все еще настороженно вжимаясь в стену, я достала телефон из сумочки.

Скорее всего, этот парень и правда работал на Матео, но, что если это не так? Пока я не отхожу от этой стены, у меня есть хоть какой-то путь к побегу.

Я набрала номер Лонго. Через несколько гудков он ответил.

– Да.

– Я сейчас в доме во Фьезоле. Это твой человек подошел ко мне?

– Да. Тебе не стоит идти на второй этаж, – на заднем фоне было тихо. Лонго находился в каком-то помещении.

А у меня по коже прошли всполохи. И я нервно сжала телефон.

– Значит, все-таки, твои люди постоянно следят за мной? – вчера мы разговаривали по телефону. Я затронула эту тему и Матео сказал, что это происходит не всегда. И я не была против присмотра, но что, если оказавшись наедине я захочу поправить колготки или лифчик? За мной и в этот момент будут следить?

– Уйди из разваливающегося дома. Завтра утром я вернусь и мы поговорим.

Я спорить не стала. Это явно не телефонный разговор. Тем более, я не хотела выяснять отношения при человеке Матео.

Скорее всего, завтра мы увидимся уже в университете, но там есть тихие места, где можно поговорить.

Глава 43 Встреча

Мое утро началось с Николины. Стоило мне войти в университет, как она перехватила меня. Взяла за руку и отвела к беседкам, где, после непродолжительного разговора, сказала, что сегодня вечером они всей компанией собираются в клуб.

– Я очень надеюсь, что и вы с Матео туда придете, – положив сумочку на стол, Николина прошла рядом с деревянной перегородкой. Останавливаясь рядом с ее краем и доставая из кармана заколку для волос, которой девушка убрала длинную челку.

В университетском дворе уже начали появляться студенты. И, учитывая то, что сегодня было прямо очень тепло, многие оделись более легко. Большинство парней в футболках. Да и я сегодня надела юбку чуть выше колен и блузку с коротким рукавом. Впервые в этом году решила обойтись без колготок. Николина тоже была всего лишь в легком платье.

– Какой клуб, если завтра утром на учебу? – я села на скамейку.

Если Николина говорила о том, что они там собираются всей компанией, значит, в клубе будет окружение Матео. А я до сих пор не была в него вхожа. И, получается, туда придет Сандра? Как и все те, кто ее поддерживает?

– И что? – Николина села рядом со мной. – Тебе нужно наконец-то прийти в нашу компанию.

Я не особо этого хотела, но все-таки меня грызло то, что это друзья Матео. Мне бы стоило начать хотя бы минимально взаимодействовать с ними.

Ведь пока что все выглядело так, словно я наоборот отделяла Лонго от них. Сейчас у Матео мало свободного времени и он его проводил со мной. Не с ними. И даже на переменах, если Лонго появлялся в университете, он приходил к моей аудитории.

Я пообещала Николине, что подумаю, после чего мы разошлись.

В холе я увидела Сандру. Она тоже меня заметила и отреагировала так, как я вообще не ожидала. Она дернулась. Замерла. Стиснула зубы. Скривила губы и посмотрела на меня так, словно была готова убить, но тут же отвернулась и быстрым шагом пошла прочь.

Помнится, в пятницу при нашей последней встрече, Сандра наоборот от меня не отставала. Ехидно раз за разом повторяла про любовницу Матео. А сейчас, что изменилось? Почему Сандра ушла, вместо того, чтобы опять подойти с расспросами «Ну и как ты провела выходные, пока Матео трахал другую?».

Некоторое время я стояла и смотрела в ту сторону, в которую ушла Сандра. Затем направилась к лестнице. Там столкнулась с пятикурсником. Он придержал меня за талию, мы обменялись взглядами и, кажется, он хотел что-то сказать, но я отошла в сторону и мы разошлись.

Против воли я вспомнила о том, что было всего лишь несколько месяцев назад. Ко мне относились, как к прокаженной. Сейчас же все очень изменилось.

Проходя по коридору, я достала телефон. Матео все еще не вернулся во Флоренцию. Утром мы с ним списывались и он сказал, что немного задержится. Но уже так хотелось его увидеть.

Около аудитории я заметила Каприс. Она набирала воду в питьевом фонтанчике. Заметив меня, девушка помахала. Я подошла к ней. Мы разговорились. За последнее время мы достаточно хорошо сдружились. Она даже пару раз была у меня в комнате в общежитии. Мы вместе готовились к занятиям. Но, как я поняла, Лонго она опасалась и старалась не находиться рядом со мной, когда я была с ним.

***

День в университете прошел быстро. Незаметно. На последней перемене, я опять увиделась с Николиной. Сказала, что приду в клуб вместе с Матео.

После этого я зашла в продуктовый. Присматривала, что купить на обед и, когда я изучала упаковки с макаронами, почувствовала, как чьи-то огромные руки легли мне на талию, после чего спиной вжали меня в каменный торс. Я дернулась. Задержала дыхание. Такое прикосновение испугало, но, в тот же момент, огнем прошло по коже. Я ведь сразу поняла, кто это. Лишь Матео так прикасается.

Я резко обернулась. И правда увидела Матео.

– Скучал по тебе, моя госпожа, – Лонго наклонился, своими губами прикасаясь к моим. Его хриплый, тяжелый голос будоражащее прошел по сознанию, а огромные руки, которыми Матео сильнее сжал меня, буквально вдавливая в свое тело, вовсе заставили запылать.

Я тут же приподнялась на носочки. Обняла его за шею. Как же я скучала по Лонго. Это неописуемое ощущение, но сейчас сердце билось безумно. Хотелось зажмуриться. Жадно вдохнуть настолько знакомый запах Матео.

– Ты уже освободился?

– Нет, мне еще на пару часов нужно кое-куда съездить, – Лонго поцелуями прошел по моей скуле, щеке, опускаясь к шее. Делая это жестко. Сильно сжимая в своих руках. – Но перед этим хотел тебя увидеть.

Отпуская меня, Лонго взял за руку, потянул за собой к выходу и, когда мы оказались в его машине, Матео усадил меня к себе на колени. Руками пробрался под блузку. Целовал так, что голова кружилась и я не могла сделать ни вдоха. Но все-таки, я попыталась. Положила ладони ему на плечи, произнесла:

– Ты говорил, что мы увидимся утром. Поговорим… А что в итоге?

Это была не просто больная тема. То, что разрывало изнутри. То, что времени у нас постоянно было слишком мало. И я понимала, что сейчас не могу говорить ему никаких упреков. Матео сейчас кровожадно враждует с собственной семьей. Но, черт, с кем он провел эти выходные, вместо того, чтобы побыть со мной?

– Мы можем поговорить. Сейчас, – он начал расстегивать мою блузку. Губами касаясь ключиц. Сжимая грудь. – Времени мало, поэтому давай все совмещать.

В итоге, мы не поговорили. Когда Лонго делал что-то такое, я не была в состоянии произносить связанные фразы. Но, хотя бы поцелуями мы немного насытились. Правда, это лишь сильнее раскаляло.

***

Проходя по магазину и, рассматривая одежду на вешалках, я проверила время на телефоне. Сейчас семь вечера. В девять Лонго освободится и заедет за мной. Мы поедем в клуб. Затем вся ночь будет только наша. Что мы будем делать, пока что неизвестно, но я радовалась, что мы наконец-то сможем побыть наедине.

Я остановилась рядом с платьями. Для похода в клуб решила купить что-нибудь новое. Для этого даже зашла в дорогой бутик и тут я видела многое из того, что мне нравилось, но следовало примерить и решить готова ли я пожертвовать такими деньгами. Пока что я понимала лишь одно – сегодня мне хочется выглядеть очень хорошо.

Взяв платье, я уже собиралась пойти к примерочной, как остановилась. Увидев женщину стоящую позади меня, почувствовала, как по коже скользнул холодок.

Это ведь мать Матео.

Изначально я растерялась. Не ожидала увидеть ее тут и даже подумала, что, может, обозналась. Но, все-таки, эту женщину невозможно не узнать. Даже несмотря на то, что да этого я видела ее лишь один раз – когда меня охрана тащила по полу в особняке Лонго, а она спокойно сидела и листала журнал. Так, словно не происходило ничего необычного.

– Мирела Верди, – произнесла она, окидывая меня медленным взглядом. – Какая встреча.

Глава 44 Невеста

– Леонора Лонго, – я ответила ей примерно таким же взглядом. – Не ожидала вас тут увидеть.

Она была одета в элегантное платье черного цвета. Волосы безупречно уложены. На ногах туфли на высоком каблуке. В ушах серьги с драгоценными камнями и тот браслет, который виднелся у нее на запястье, явно стоил минимум состояние.

Эта женщина совершенно не выглядела на свой возраст. Утонченная, ухоженная. Привлекательная настолько, что от нее невозможно отвести взгляд. И, судя по всему, Гаспар обожал свою супругу. Леонора выглядела, словно королева, к ногам которой был брошен весь мир.

– Хочешь присмотреть для себя какое-нибудь платье? – она опустила взгляд на тот наряд, который я держала в руках.

– Да, если мне что-то подойдет, – я заметила, что позади Леоноры стояло два консультанта. Возможно, она тут была особенным покупателем.

– Тебе к лицу больше подойдет алый цвет. Ты ведь теперь знаменитая девушка. На тебя устремлены все взгляды.

– Спасибо за совет, но я не люблю алый, – я попыталась ответить нейтрально. Можно даже сказать, что вежливо. Хоть и солгала. К этому цвету, я относилась, как и ко всем остальным. Просто не хотела делать вид, что прислушиваюсь к мнению этой женщины.

И я немного не таких слов от нее ожидала. Мне казалось, что в первую очередь она должна спросить у меня про Матео. Он ведь ее старший сын и это наша первая встреча. Даже Гаспар, когда мы случайно столкнулись на улице, сразу произнес те слова, которые касались Матео.

– Как знаешь, – от голоса Леоноры повеяло холодом. Ей не понравился мой ответ?

Это был какой-то странный разговор и я подумала, что, наверное, его лучше прекратить.

– Простите, но мне уже пора идти, – я направилась к примерочной, но следующий вопрос женщины меня остановил:

– Ты просто так присматриваешь платье или по какому-то поводу?

– У меня с Матео сегодня особенное свидание, – я обернулась. Могла ответить иначе, но раз такое дело, первой затронула тему Матео.

Вот только, увидела ту реакцию, которую не ожидала. Леонора поджала губы и ее взгляд стал по-настоящему холодным.

– Значит, ты и правда в таких отношениях с моим старшим сыном?

– Вам что-то не нравится? – спросила, делая такой вывод из-за ее взгляда.

– Я ожидала большей рассудительности от дочери Карлоса Верди, – женщина скрестила руки под грудью. Даже это она делала величественно. – Матео был отдан тебе, как собственность и, вместо того, чтобы воспользоваться этим, ты, наоборот, позволила ему подчинить себя.

Кожу неприятно царапнуло. Слишком ощутимо. До жжения. И на душе стало настолько неприятно, словно я соприкоснулась с той грязью, которую не отмыть.

– Для вас нормально говорить про своего сына, как про вещь?

– Убери презрение со своего лица, Верди. Ты не знаешь через что мне пришлось пройти, – Леонора повернула голову и одного ее взгляда хватило, чтобы консультанты тут же ушли. В этом зале остались лишь мы вдвоем. – Матео был долгожданным ребенком. Я рожала его в муках. Чуть не умерла при родах, но ни о чем не сожалела. Любила его, обожала. Вкладывала в него свою душу, а в итоге из него все равно выросло чудовище, для которого ничего святого нет. Я уже миллиард раз пожалела о том, что он появился на свет. Сожалею о том, что родила Гаспару такого сына.

Задерживая дыхание, я до онемения в пальцах сжала платье.

– Судя по всему, я лучше знаю вашего сына и, учитывая такое ваше отношение, мне больше не о чем с вами разговаривать.

– Глупая девчонка. Разве до тебя не доходит, что Матео тобой лишь пользуется?

– До меня доходит лишь то, что, оказывается, его родители не стоят даже разговора с ними.

Леонора презрительно опустила веки. Но, тонкими, изящными пальцами поправляя свой безбожно дорогой браслет, выдохнула, после чего сказала:

– Я бы могла пройти мимо этой ситуации, но когда-то давно я дружила с твоей матерью и лишь из уважения к ней могу предложить тебе помощь. Вернее, привести к ней. Мой младший сын, Давид, достойный человек и он может помочь тебе. Конечно, если захочет. Тебе придется убедить его, что ты стоишь его помощи.

У меня уголки губ приподнялись и я еле сдержалась, чтобы не издать несколько громких смешков. Ведь ее слова звучали настолько дико, что даже в голове не укладывались.

– Разве я говорила, что нуждаюсь в чьей-либо помощи?

– Глупое дитя. Матео задурманил твое сознание, но, если ты поговоришь с Давидом, думаю, поймешь что и к чему.

– Обойдусь.

Я опять развернулась.

– Стой, – прозвучало практически приказным тоном.

– Что вам нужно? – я это спросила уже с недовольством. Сильным. Явным.

– Другого шанса у тебя может не быть. Давиду, как официальному наследнику Ндрангеты нужна невеста. Из уважения к твоей матери, я, так уж и быть, предлагаю тебе это место. Если ты сейчас поедешь со мной, я представлю тебя Давиду. А дальше все зависит от тебя. Сможешь ли ты доказать, что достойна.

У меня черты лица чуть не исказились. Она это серьезно?

Глава 45 Стена

Несколько раз пройдя по своей комнате, я убедилась, что новые туфли точно мне удобны и, несмотря на высокий каблук, я смогу ходить ровно. Но все равно следовало быть осторожной. Все-таки, я до сих пор привыкаю к подобной обуви.

Я взяла расческу и повернулась к зеркалу. Сколько бы не смотрела на платье, которое сейчас было на мне, все больше убеждалась в том, что оно мне очень нравится. Длинное. Черного цвета. С вырезом на правой ноге, но без какой-либо пошлости. Мне действительно нравилось, как я выглядела, но это платье я в итоге купила не в том магазине, в который вошла изначально и сейчас я вновь против воли вспомнила про Леонору Лонго. Мысли о ней до сих пор разрывали сознание.

В итоге мы с ней не договорили. Наш разговор был прерван появлением человека Матео. Того же самого, которого я видела в своем доме во Фьезоле.

Но все равно меня мощно царапало. Того, что я от нее услышала, было более чем достаточно, чтобы у меня мир к чертям пошатнулся и теперь не собирался воедино. Что же такое происходит в семье Лонго?

Мой телефон зажужжал и, посмотрев на экран, я увидела сообщение от Матео:

«Я приехал. Выходи»

Взяв сумочку, я вышла в коридор. Спустилась вниз и, открыв дверь, увидела Лонго. Возможно, он припарковал машину около въезда на территорию общежития. Во всяком случае, внедорожника Матео я не видела. Но, смотря на него, чувствовала то, что кожа начала гореть.

Лонго стоял около ступенек, одной рукой опираясь о перила. Как всегда в брюках и в рубашке, но, даже вопреки этому, выглядел как-то иначе. Более жестоко. Так, словно исходящая от него чернота, поглощала саму ночь.

Он поднял взгляд. Им медленно скользнул по мне. По открытым плечам, груди. Вырезу на ноге.

– Нравится? – спросила, покрутившись на месте. Немного волновалась. Чувствуя, как прохладный ветер окутывал тело. Немного поднимал низ платья, из-за чего были видны ноги.

– Почти, – Лонго поднял руку и взял меня за ладонь. Немного сжимая. Так, что сердце забилось учащенно и во мраке ночи возникло ощущение соприкосновения с чудовищем.

– Почти? – переспросила, хмурясь. У меня даже возникло желание отдернуть руку. – Я вообще-то старалась. Надеялась, что ты как минимум будешь восхищен.

Такого ответа Матео было достаточно, чтобы я почувствовала его, как удар. Ну, конечно, у него же до этого была Сандра. Первая красавица университета. И чем я его пыталась удивить?

Я все-таки, отдернула руку. Вернее, попыталась это сделать, но Лонго перехватил мою ладонь и, сжав ее сильнее, притянул к себе так, что я плечом уткнулась в его торс.

– И что это значит? – его тяжелый голос прозвучал рядом с моей макушкой.

– Ничего. Просто я решила, что, если я для тебя всего лишь «почти», то может, мне стоит найти себе другого мужчину. Того, кто будет восхищен.

– Моя госпожа решила мне угрожать? – Лонго положил ладонь мне на затылок. Вплетая пальцы в волосы. Сжимая пряди и наклоняя голову так, что наши лица теперь были напротив друг друга. Почему-то глаза Лонго сейчас казались не голубыми, а черными.

– Разве это угроза? – я положила ладонь ему на щеку. Еле весомо. Словно касаясь монстра. – Все равно оказалось, что ты меня не ценишь. Вот где комплименты? Хотя бы один.

Лонго наклонился. Губами коснулся шеи. Это даже был не поцелуй. Что-то изощренное. Жестокое. Как острые клыки на шее.

– Чтобы я окончательно был восхищен, в тебе не хватает одной детали. Ночью покажу какой именно.

Меня пробрало от этих слов. Они показались жутко опасными.

– Что ты собираешься мне показать?

Лонго медленно отстранился и потянул меня за собой. На мой вопрос так и не ответил, а, когда я собралась на нем настоять, увидела несколько девчонок из третьего курса. Они шли к общежитию, но, заметив нас, отошли в сторону. Смотря на Матео. Пожирая его взглядом.

– Садись, – Лонго открыл дверцу своей машины.

– Нет, сначала скажи комплимент.

Матео приподнял бровь, а я намеренно сделала шаг назад. Вообще, как оказалось, мне нравится ходить на высоком каблуке. Я так чувствую себя увереннее. И кажусь выше. А от роста многое зависит.

– Давай. Это не так сложно. Скажи – Моя великолепная, обожаемая Мира, сегодня ты настолько прекрасна, что я готов упасть перед тобой на колени.

– И без этого ты не сядешь в машину? – Лонго положил ладони в карманы штанов. Выглядел ленивым, но при этом как всегда устрашающим.

– Да. Совершенно верно.

– Хорошо, – он еле заметно кивнул. – Ты настолько прекрасна, что я еле сдерживаюсь, чтобы не поставить тебя на колени.

– Подожди. Должно быть наоборот. И что это вообще за комплимент?

– Зато честно.

Делая глубокий вдох, я собиралась сильно возмутиться, как Матео перехватил меня за талию и усадил в свою машину.

Настроение было таковым, что я была готова взорваться. Делая глубокие вдохи, попыталась разгладить мысли пониманием того, что Лонго очень много делает для меня. Мне вообще грех жаловаться, но, черт раздери, неужели настолько сложно сказать один нормальный комплимент? Или по мнению Лонго я его недостойна?

Я отвернулась к окну. Посмотрела на здания мимо которых мы проезжали. Темно. Город в огнях. Много студентов, прогуливающихся компаниями. Практически все заведения переполненные людьми.

Постепенно я все-таки смогла частично успокоиться. Отсутствие комплиментов сейчас не самая глобальная проблема. Хоть и она царапала.

Некоторое время я сидела молча. Все ждала, что Матео затронет тему своей матери. Лонго ведь абсолютно точно знал, что сегодня она подходила ко мне, но этого не происходило, из-за чего я решила спросить первой:

– Почему твоя мать так относится к тебе?

Атмосфера в машине и так была тяжелой, но в это мгновение она затрещала чем-то подавляющим. Тем, что разрезало кожу.

Но Лонго не ответил. И я вообще никак не могла понять его эмоций.

– Должна быть причина, по которой мать так относится к своему сыну. Или твоя семья просто настолько ненормальная? Я понимаю, что, возможно, ты не хочешь рассказывать об этом, но, думаю, я имею право знать. У нас ведь все серьезно.

– И что ты хочешь услышать?

– Все, что ты расскажешь.

Повисла тишина. Слишком долгая. И я, ожидая ответа, поняла, что не получу его. Лонго мне ничего не расскажет.

Он до сих пор мне не доверяет? Или не считает нужным хоть что-то мне объяснять?

Оба эти варианта одинаково ужасны.

Многие говорили о том, что я пожалею из-за того, что согласилась на отношения с Матео. Так твердили те, кто особенно хорошо его знает. И я с этим не соглашалась. Считала, что мы все преодолеем. Вот только, каждый сталкиваясь со стеной, чувствовала, как между нами что-то натягивается. А при слишком большом натяжении оно и порваться может.