Текст книги "Расплачивайся. Сейчас (СИ)"

Автор книги: Екатерина Юдина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 33 страниц)

– Я уже все сказала. Немедленно уходи от… – Каприс не договорила. В полной тишине раздался шорох шин и на улицу лег свет фар.

Это явно была не простая машина. Громоздкий внедорожник. Местные жители на таких не ездили.

– Ты… Ты сказала про общежитие, – голос Каприс стал тревожным. Ломающимся. – Ты заезжала туда? Да? Господи… Там же караулили его шестерки…

Она быстро забежала в дом и захлопнула дверь, тут же закрывая ее на ключ.

Из внедорожника вышло несколько парней.

– Я честно не собиралась пускать ее к себе! Я бы позвонила бы и сказала, что она уже в городе! – за дверью слышался приглушенный голос Каприс, но парни, не обращая на нее внимания, зашвырнули меня в машину. Вещи забрали и, кажется, отправили в багажник.

Я кричала, вырывалась, пыталась укусить и даже открыть дверцу, несмотря на то, что машина уже сорвалась с места и куда-то поехала. Да лучше к чертям разбиться, чем опять увидеть Его, а в том, что меня везли именно к нему, я почему-то не сомневалась. Или меня сейчас просто утопят в ближайшем озере? Казалось бы дико звучит, но то, что касалось Его, в рамки мира не укладывалось.

Сколько времени прошло, я не имела ни малейшего понятия, но меня отвезли в центр города. Машина остановилась около какого-то клуба и меня через задний двор втащили в него. За шкирку выволокли на второй этаж, а затем закинули в одну из комнат. Так, что я, даже не сумев устоять на ногах, рухнула на пол, сильно ударившись ладонями.

Судорожный выдох. Я резко села и увидела Лонго.

Он сидел в кресле. Огромный. Мощный. Внешне похожий на безжалостное божество и смотрящий на меня так, что в его голубых глазах я увидела жажду беспощадных пыток для меня.

– И как? Понравилось убегать от меня? – его тяжелый, хриплый голос сжег нервные окончания. – Теперь будешь платить за это.

Глава 63 Душа

Поднимая голову, Лонго убрал сигарету от губ и, смотря на ночной город, выдохнул рванное облако дыма. Под ногами лежало множество окурков. Уже не было счета выкуренным сигаретам. Они словно изощренный, особенно тяжелый яд, медленно убивали. Наслаивались на полное отсутствие сна и еды. Протекали по венам, словно жидкий метал.

В полной тишине, царящей на крыше четырехэтажного здания, лишь изредка прерываемой сильными дуновениями ветра, треплющими ветви деревьев, растущих тут в огромных вазонах, раздался стук в дверь. Вскоре она открылась и на крышу вышел мужчина лет тридцати пяти. Строгий. Безэмоциональный. Высокий и жилистый.

Лонго даже не обернулся в его сторону. Отбрасывая под ноги окурок, достал из пачки новую сигарету.

– Господин Лонго, мы наконец-то заметили госпожу Верди.

Матео резко повернул голову и посмотрел на Кастелано. Его ладонь замерла, сжимая зажигалку до побелевших костяшек.

– Где она?

– Ее увидели около общежития, но в данный момент, госпожа Верди уже отошла от него и направляется на восток.

– На ней есть следы насилия? – на посеревшем, ожесточенном лице Лонго появилось что-то жуткое. То, от чего у любого в жилах застыла бы кровь.

Кастелано отрицательно качнул головой.

– Нет. На данный момент за ней следуют Франко и Мастрояни. Наличие таких следов они проверили сразу. На госпоже Верди сейчас достаточно открытая одежда – шорты и футболка. На видных участках тела нет никаких синяков, царапин и чего-либо подобного. И она не выглядит, как та, которая подвергалась насилию.

Лонго медленно выдохнул. Так, словно делал это впервые за долгое время. Но напряжение в его теле все еще осталось. Мощное. Выходящее за грани чего-либо человеческого.

– Отправить туда еще людей и привезти мою жену ко мне. Если они ее упустят, будут платить за это жизнью.

Те, кто не усмотрел за Верди две недели назад, уже расплатились за это. Той жуткой ценой, от которой ледяной ужас бежал по коже.

Кастелано разблокировал телефон, который все это время держал в руке и сообщением отправил приказ Лонго. Последние две недели, ровно с тех пор, как пропала Верди, люди занимающиеся этим делом, круглые сутки были наготове и реакция на приказ будет мгновенная.

– Касательно остальных объектов, за которыми мы следили, – вновь заблокировав телефон, Кастелано поднял взгляд. – Данте Конто все еще не появился.

Лонго приподнял уголок губ в жутком оскале. Конто уехали сразу же после того, как исчезла Мирела. И этому ублюдку точно было об этом известно. Или они все это время провели вместе, что имело под собой обоснование, так как Конто предлагал Миреле свою помощь, о чем стало известно после просмотра камер с маркета.

Или Конто пытался создать видимость того, что все это время провел с женщиной Лонго, этим не просто играя с сознанием Матео. Скорее, с кровью и мясом вырывая его разум.

– И я бы хотел узнать, что нам делать с Басилио Джильи. Он уже в критическом состоянии. Его убить или умеренно оказать медицинскую помощь?

После того, как Мирела убежала, Лонго первое время пытался это скрывать. Но, после того, как стало известно, что ее так просто не найти, пришлось предпринимать более радикальные меры. Уже об этом пронюхали ищейки Давида – младшего брата Матео. И он, вместе со своей оторванной от реальности матерью, тут же разнесли об этом всем, преподнося это, как разрыв отношений между Лонго и Верди.

Из-за этого Матео пришел в фамильный особняк Лонго. Тот, в котором раньше жил. Был готов пристрелить эту ненормальную суку и ее сына-ублюдка, но Гаспар не дал. Между ним и Матео возник новый конфликт. Куда более мощный, чем когда-либо раньше. А между ними в прошлом уже многое бывало.

Но факта возникновения новости о разрыве отношений Матео и Мирелы уже ничего изменить не могло. Тут же оживились те, кто был ею заинтересован.

Клементо Джильи являлся торговцем людьми и ему тут же поступили запросы о Миреле. Он их принял и об этом стало известно Лонго. В последствие люди Матео украли единственного сына Клементо и последнюю неделю держали его на складе. Естественно, целым он там не остался. Это вынудило Клементо стать послушным и давать наводки на все аукционы.

Лонго не мог знать, что именно произошло с Мирелой. Ему было известно лишь то, что она сама ушла из его квартиры и то, что его жена слишком для многих ублюдков являлась желанной.

И каждое мгновение последних двух недель он испытывал что-то похуже внутреннего кровотечения или смерти. Не мог есть, спать, даже дышать. Вдруг в это самое мгновение его жену продавали или уже прямо сейчас насиловали?

– Убейте сына Джильи и завтра наведайтесь к нему. Можете не создавать вид несчастного случая, – коротко, но жестоко бросил Лонго.

После того, как Кастелано ушел и Матео один остался на крыше, он сел на диван. Оперся локтями о колени и опустил голову, пальцами зарываясь в волосы.

С ним никогда не происходило того, что было сейчас. Мирела не просто вырывала его душу. Она разрывала ее на части. Бросала на пол и с особым изощрением растаптывала. Его ненавидела собственная семья. Желала Матео смерти и, если бы его не стало, они бы устроили праздник. Лонго уже давно было плевать на это. Казалось, что уже ничего не имело значения, но все-таки Мирела умела изощренно пытать душу. Только с ней ему было хорошо. С ней словно в раю, которого Лонго не заслужил.

Но все последние две недели…

От автора: Дорогие, обожаемые девчонки, постепенно эта история подходит к концу. Обязательно все будет раскрыто и нас будет ждать счастливый конец. Я постараюсь сделать так, чтобы после окончания вы были переполнены исключительно положительными, счастливыми эмоциями.

И так же я хотела написать, что сегодня вышла моя новая книга – https:// /shrt/Ehuz

Я очень рекомендую ее. Там нетривиальный сюжет, безумно жаркие сцены, острые ощущения и огонь в каждой главе. Главный герой там настоящий ублюдок, но настолько горячий и харизматичный, что, уверена, вы в него влюбитесь навсегда запомните)

Глава 64 Важное

– За что я должна платить? – опираясь ладонью о пол, я села ровно. Настолько, насколько это вообще было возможно.

Пыталась выглядеть спокойной, но сердце грохотало так, словно желало изнутри разорвать меня на части и эмоции настолько мощно били по сознанию, что я собственных мыслей не слышала.

Лонго поднялся с кресла и сократил расстояние между нами. Медленно. Лениво, но с каждым миллиметром его приближения, я чувствовала себя так, словно меня заживо сжигало. Не огнем. Чем-то куда более глобальным. Мощным. Ведь, несмотря на то, что я убеждала себя – Матео теперь мне безразличен, реакция на него не заставила себя ждать. Две недели мы не виделись, а казалось, что минимум год. И я прекрасно чувствовала, как само его присутствие будоражило. Проходило по коже опасным, жутким мраком.

– Моя женщина без предупреждения сбежала, – Лонго присел на корточки передо мной. Пальцами поддел мой подбородок и, когда я попыталась отвернуться, чтобы убрать его руку, Лонго лишь сильнее сжал пальцы. Уже теперь силой заставляя смотреть на него. – Я считаю, что теперь вправе так же без предупреждения наказать тебя.

– Отпусти меня, – я стиснула зубы. Рукой уперлась в его торс и изо всех сил попыталась оттолкнуть, но Лонго достаточно жестко перехватил мою ладонь и прижал ее к полу.

– Где ты была? – Матео оскалился.

– Не твое дело, – я не понимала, чем именно был вызван такой мой ответ. Страхом перед Лонго или же гневом, пробежавшим по венам.

Матео резко опрокинул меня на пол и, одной рукой жестко опершись о ламинат рядом с моей головой, наклонился. Его белоснежные волосы упали на лицо, а в голубых глазах полыхнуло что-то дьявольское.

– Мирела, не зли меня еще сильнее. Где ты была?

– Мы расстались. Ты больше не имеешь права…

Окончание фразы утонуло во вскрике. Лонго резко задрал низ моей футболки. Сильно. До ключиц. Затем сдернул лифчик. Я испугалась, опять закричала и начала вырываться. Он жестоко перевернул меня на один бок, затем на второй, после чего, несмотря на мое лихорадочное сопротивление, вообще заставил лечь на живот, вновь задирая футболку, успевшую немного опуститься. Испуганная и растерянная, я вообще перестала понимать, что происходит. Лишь спустя несколько секунд до меня дошло, что Лонго меня почему-то осматривает. Причем настолько пристально, что он даже рукава и без того короткой футболки задрал. Сдернул с меня шорты и нижнее белье.

Лишь после этого отстранился, даже это делая достаточно жестоко. А я, наконец-то почувствовав свободу, лихорадочно поправила свою одежду. Резкими, рванными движениями. Даже не в состоянии соединить свои мысли.

– Зачем… Зачем ты это сделал? – быстро натягивая на себя шорты с нижним бельем, я заметила, что Лонго смотрел туда, куда мне бы не хотелось. И уже далеко не таким взглядом, как буквально несколько секунд назад.

Я быстро вскочила на ноги и, спотыкнувшись, чуть не потеряв равновесие, отбежала к двери, прижимаясь к ней спиной.

Лонго сел на диван, вальяжно закинув одну руку на спинку. Но почему-то казалось, что его спокойствие обманчиво. Я уже знала его достаточно хорошо, чтобы напрячься и затаить дыхание от ощущения чего-то нехорошего.

– Так, что? Может расскажешь, как ты провела последние две недели? – свободной рукой он достал из кармана пачку с сигаретами. При этом не отрывая от меня жуткого взгляда. – Мне очень интересно, Мирела.

– Я… провела их хорошо, – мне пришлось оборвать фразу практически в самом ее начале. Чтобы сделать глубокий вдох. Попытаться перевести дыхание. – Но не скажу, что мне было легко. Знаешь, Матео, я это время потратила на то, чтобы осознать, что человек, которого я любила, считает меня шлюхой. А это мне так просто не далось.

– Вижу, ты любишь драму, – Лонго зубами стиснул сигарету, но пока что не подкуривал ее. Даже не достал зажигалку. Вторую руку он тоже закинул на спинку дивана, но с другой стороны. – Со всем, что произошло, можно было разобраться тут, во Флоренции, но ты решила трусливо убежать. Разочаровываешь.

– Не поверишь, но мне глубоко плевать, что ты думаешь. Главное, что я смогла побыть вдалеке от тебя. И, оказывается, это такое удовольствие.

Лонго немного пустил веки. Это выглядело жутко. По ощущением казалось намного страшнее, чем оскал.

– Даже так? Значит, тебе неприятно находиться рядом со мной?

Я ничего не ответила. Понимала, что не смогу солгать и сказать сейчас «да». Для того, чтобы лгать Лонго, нужно хотя бы эмоционально к этому подготовиться.

– И с кем же ты была эти две недели полные удовольствия? – Лонго наклонился вперед, локтями опираясь о колени. И его голос прозвучал особенно мрачно. Угрожающе.

– С одной своей подругой, – я не солгала. Авелин именно таковой для меня и являлась.

Из коридора послышались приглушенные голоса. Наверное, там сейчас находились люди Лонго. А у меня по коже пробежал холодок. Я словно оказалась в западне.

– Что это за человек?

– Мне тебе имя сказать? – спросила иронично, пусть и осторожно. Но ясно намекая, что делать это не намерена.

– Да. Я хочу знать имя, – Лонго поднялся с дивана, положив ладони в карманы штанов. – Насколько мне известно, все твои подруги и даже те, с кем ты просто общалась, остались тут во Флоренции.

– Ты что ли всех проверил? – вновь иронично. Больше, как внутреннее желание заверить себя, что это невозможно. И уж точно не во время каникул.

– Да, Мирела. Всех, – расстояние между нами медленно, но угрожающе сокращалось.

И тот холодок, который бежал по коже, стал сильнее. Я вспомнила про слова Каприс о том, что Лонго перевернул всю Флоренцию. Боже, что тут вообще происходило?

Я не ожидала такого. Возможно, не хотела этого осознавать, ведь… надеялась, что все будет куда проще.

– Скажи, если я не назову имя своей подруги, с которой провела эти две недели, ты решишь, что я была с парнем? – вопрос был словно защитный рефлекс, но что-то в нем отдалось грустью. Лонго опять был рядом со мной. И я чувствовала это не только телом, но и душой. Черт, ненавидела себя за желание несмотря ни на что обнять Матео. Но, в тот же момент, я прекрасно помнила, как изощренно он может делать больно. – Ты ведь именно такого обо мне мнения? Что, стоит тебе отвернуться, я тут же лягу под кого-нибудь?

– Я ревнив. Спасибо, Мирела, благодаря тебе я понял насколько сильно, – Лонго наклонился к моему уху. – И да, знаешь, я иногда думаю о том, что тебя может трогать кто-то другой и это приводит меня в ярость. В такую, которую я раньше никогда не испытывал. Она хуже жажды убивать.

Лонго уперся руками о дверь по обе стороны от меня. Это ощущалось, как капкан, от которого сдавило страхом.

– Но, если бы ты не сбежала, узнала бы, что я поломал себя на части и решил, что моя ревность тебя больше не тронет. Только тебя. Если какой-то ублюдок будет проявлять к тебе интерес, его поломанные кости и пролитая кровь, будет уже его проблемой. Я не святой, чтобы быть прямо настолько хорошим.

Горячее дыхание Матео коснулось моих губ.

– Если я однажды еще раз увижу тебя с другим, я это проверю. Тщательно. Но не думаю, что это еще хотя бы раз повторится. Я не дам.

Я затаила дыхание. Не шевелилась. Хотела кое-что сказать, но Лонго продолжил:

– Я привык к определенным поступкам, но тебе во многом уступал. Я слушал тебя, когда ты разговаривала со мной во время наших ссор. Заставлял себя успокоиться и принять твою точку зрения. Но ты меня слушать не стала, – Матео положил ладонь на мою талию и сжал ее: – Если ты так сильно хотела побыть вдалеке от меня, я бы снял для тебя отель в другом городе. Только при одном условии – ты была бы под блядской охраной. И да, ты бы после этого вернулась ко мне.

– А, если я не хочу?

– Я готов учитывать многие твои мнения, но не это, – Лонго отстранился от меня, но руку от талии не убрал. Он потянул меня к себе и, когда я отошла от двери, Матео ее открыл. – Пошли, поговорим дома.

Я не сразу сдвинулась с места. Квартира Матео это не то место, где я бы хотела сейчас оказаться. Поговорить лучше на какой-нибудь нейтральной территории. Но, оборачиваясь и, окидывая взглядом это место, а затем верзил, стоящих в коридоре, я поняла, что выбора у меня судя по всему нет.

Я могла бы все равно попытаться возразить, но в итоге этого не сделала. Не знала почему. Просто пошла за Матео.

Когда мы вышли на улицу, он открыл передо мной дверцу своей машины. Я села в нее. Пока что все было более чем спокойно. Лонго не позволял себе лишних прикосновений, держал дистанцию и практически все время дороги мы молчали.

Когда мы вошли в квартиру, я поняла, что все мои вещи, которые я покидала в мусорные пакеты, чтобы Лонго мог их выбросить, были разложены обратно по своим местам.

– Ты…

Я не договорила. Лонго резко подхватил меня на руки и занес в спальню.

– Подожди… Что… Что ты делаешь? – я лихорадочно завозилась, начала вырываться, а Матео бросил меня на кровать и, перехватив мои руки, прижал их к покрывалу.

– Я говорил, что накажу тебя. Или ты уже забыла? – он снял свой ремень и ловко, словно делал это миллиард раз, привязал мои ладони к изголовью кровати.

– Ты же говорил, что мы просто поговорим, – мой голос прозвучал испуганно, ведь даже несколько раз изо всех сил дернув руки, я так и не смогла их освободить. Наоборот, ремень с болью впился в кожу.

– Одно другому не мешает, – Лонго начал расстегивать свою рубашку. – Тем более, я хочу чтобы ты поняла кое-что важное.

Глава 65 Правильно

– Матео, развяжи меня, – хотела я этого или нет, но мой голос пропитался тревожностью. Она сильно полоснула по нервам и отозвалась острой болью, когда я судорожно, изо всех сил дернула руки, чувствуя, как ремень вонзился в запястья.

– Осторожнее, Мирела. Мы ведь не хотим, чтобы на твоих прекрасных ручках остались следы, – одной рукой расстегивая пуговицы на рубашке, второй Лонго оперся о кровать рядом с моей талией. Из-за этого матрас сильно прогнулся и я почувствовала, как мое собственное дыхание замирает.

– Если ты этого не хочешь, тогда убери ремень.

– Нет, – Лонго наклонился и его горячее дыхание коснулось моего уха. – Я этого не сделаю, даже, если ты будешь умолять. А будет ли тебе больно – это уже зависит исключительно от тебя.

– Что ты собираешься делать? – тревожность внутри меня не просто расцвела с новой силой. Она углями прошла по душе. Я завозилась на кровати, вновь попыталась освободиться, но почувствовала лишь чертов вкус беспомощности. Он начал душить.

Я до сих пор не могла понять действительно ли боялась Лонго. Чтобы чувствовать не просто опасения, а самый настоящий ужас. Отдаленно, я осознавала, что во многом это зависело от его отношения ко мне. То, что Матео опасный человек, я прекрасно понимала, хоть и к счастью лично не видела на что он способен. Но чувствовала ли я, что эта его плохая сторона могла коснуться меня? Раньше – нет. А сейчас что?

– Матео, пожалуйста, прошу тебя, освободи меня и мы поговорим.

– Скажи, Мирела, понимаешь ли ты, зачем я приставил к тебе охрану? – полностью проигнорировав мои слова, Лонго лениво рукой оттолкнулся от кровати и, выравниваясь, полностью снял с себя рубашку.

В спальне не горел свет, но того, что исходило от уличных фонарей, было достаточно, чтобы видеть очертания Матео. Его безупречного тела. Стальных мышц. Краем глаза я заметила то, что правую руку Лонго уже практически полностью закрывало что-то черное. Татуировка? Она стала уже настолько большой?

– Чтобы следить за мной? – сильно напрягая руки и поднимая голову к изголовью кровати, я попыталась пальцами что-нибудь сделать с ремнем, но в итоге просто безрезультатно царапала его ногтями.

– И это тоже, но, не поверишь, охрана так же выполняет свою банальную функцию. Защищает, – Лонго сжал мои ноги под коленками и раздвинул их. Я зашипела. Начала вырываться. Даже попыталась ударить Матео, но он без каких-либо усилий удержал меня. – И, если ты отказываешься от моей охраны, это могут посчитать, как твое разрешение совершать над тобой любое насилие.

– Неправда, – я стиснула зубы и зашипела, но, стоило Лонго ладонью пробраться под мою футболку и положить ее на мой обнаженный живот, как с губ сорвался рванный выдох.

– Чувствуешь ли ты сейчас беспомощность? И как, Мирела? Тебе нравится? – мне показалось, что в полумраке глаза Лонго горели тем, что кроваво разрезало душу. – Только над тобой мог бы быть не я, а какой-нибудь старый ублюдок. Знаешь, чем бы это закончилось?

– Я могу защитить себя и без тебя.

– Неужели? Может, тогда сыграем в одну игру? – Лонго пальцами поддел мою футболку и поднял ее, обнажая живот и грудь, скрытую лифчиком. – Я дам тебе месяц. Ты найдешь и наймешь тех людей, которые будут тебя защищать. Я даже для этого выделю тебе неограниченный бюджет. И, когда ты уже будешь готова, мы посмотрим, как быстро я перережу им глотки и доберусь до тебя.

По коже скользнул холодок. Я понятия не имела, что нашло на Лонго, но была вынуждена кое-что вспомнить. Наш с Анджело разговор. Я уже думала о том, чтобы самостоятельно защитить себя. Это было моей первой мыслью, когда я узнала про наследство и вероятную опасность, но тогда Анджело сказал, что у меня никак не хватит возможностей это сделать. Молодая девушка не защитится от влиятельных мужчин, годами наращивающих свою мощь и знающих толк в том, как разрывать на части.

А Лонго предполагался как самый лучший кандидат в роли того, кто чуть что им всем шеи свернет.

Против него я точно ничего не сделаю.

– Чего ты сейчас добиваешься? – спросила, закрывая глаза и, вздрагивая от того, как Матео губами прикоснулся к моей щеке. Этот поцелуй казался нежным, что настолько сильно контрастировало с до жути напряженным телом Лонго.

– Чтобы ты дала мне возможность тебя защищать.

От этих слов по коже рассыпались мурашки. Острые, почему-то горячие и, в тот же момент не похожие ни на что из того, что я ранее испытывала. И это было настолько внезапно и непонятно для меня, что я даже растерялась.

– Со мной сейчас не все в порядке, Мирела. Ты своим побегов мощно так ударила по мне, – Лонго рукой зарылся в мои волосы. Сжал их и удерживая в таком положении, наклонился к моему уху. – Тебя пугает моя ревность? Так вот сейчас я ревную. Более того, я в ярости и в тот же момент кое-чего боюсь. Странное чувство. Паршивое. Никогда раньше его не испытывал и мне нихрена оно не нравится, но, что есть, то есть.

Лонго рукой провел по моему животу и, когда он наклонился немного ниже, я бедром почувствовала его каменную эрекцию.

– Мне даже кажется, что мы теперь далеко не сразу опять сойдемся, – продолжил он. – Но это произойдет когда-нибудь. Ты моя женщина и это уже ничего не изменит. Но, чтобы не происходило в наших отношениях, главное это твоя жизнь. Я не желаю, чтобы наступил тот момент, когда мы даже объясниться друг с другом не сможем просто потому, что тебя рядом со мной больше никогда не будет. Поэтому, пожалуйста, как бы сильно мы в будущем не ругались, не отказывайся от охраны.

Неподвижно лежа, я уже перестала пытаться освободить руки. Сердце обрывало биение и я до боли прикусила кончик языка.

Но ничего не ответила.

Возможно, Лонго этого не ждал, ведь, подняв ладонь, развязал ремень. После чего встал с кровати.

Пока я пыталась прийти в себя и сесть, он уже покинул спальню. Я тут осталась одна. В полной тишине.

***

Я смогла заснуть лишь ближе к утру. Перед этим сходила в душ, достала из шкафа пижаму и долго расхаживала по спальне. Лонго так и не вернулся в нее. Со временем мне начало казаться, что, возможно, он куда-то уехал, но, в тот же момент я почему-то все еще чувствовала близкое присутствие Матео. То, что он до сих пор находился в этой квартире.

Утром я проснулась настолько помятой, что еще долго не могла понять, где нахожусь и что вообще со мной произошло. Лишь спустя долгое время, я наконец-то сумела покинуть спальню, после чего поплелась на кухню.

Было такое ощущение, что я нахожусь в подвешенном состоянии. Не понимаю, что делать. К каким выводам приходить. Какие из запланированных поступков совершать.

И, варясь во всех этих адских мыслях, я шумно выдохнула, в итоге, как и обычно приготовив завтрак на двоих.

Уже теперь я была уверена, что Матео никуда не уехал. Когда шла на кухню, увидела его телефон на диване в гостиной.

Я как раз раскладывала омлет по тарелкам, когда Лонго вошел на кухню.

Подходя к столешнице, он посмотрел на то, что я приготовила, затем взял из холодильника бутылку с водой и пошел к столу.

Буквально на мгновение мне показалось, что не было последних трех недель и то, что это наше обычное утро. По коже даже скользнули привычные, приятные мурашки от того, что Лонго был рядом.

Но уже вскоре это ощущение было разбито. Нет, это утро не являлось привычным. Не было поцелуев Матео. Он, как и обычно, не подошел и не обнял со спины, когда я заваривала кофе.

За завтраком мы немного поговорили. Всего лишь про учебу. Лонго спросил не нужен ли мне ноутбук, который я оставила в общежитие. Его могут привезти мне в университет перед лекциями.

Матео ушел из квартиры раньше меня и сказал, что в университет меня подвезет Родари. Хотя, обычно он сам это делал.

***

Заходя в библиотеку, я закрыла за собой дверь. Села на диван и запрокинула голову.

Стоило мне утром появиться в университете, как я поняла, что новость о моем с Лонго разрыве отношений, на данный момент являлась самой обсуждаемой темой. Сколько же было взглядов, шепота и пристального внимания. Обсуждений того, что мы порвали действительно плохо, раз во время каникул между нами происходило что-то настолько ужасное. Пусть и подробностей никто не знал. Лишь сплетни, которые раздувались и приобретали лживые, надуманные нотки.

Ко мне подходили люди, которых я раньше не знала и задавали идиотские вопросы. Парни начали цепляться. К счастью, без перебора. Некоторые даже осторожно, но предложений обменяться номерами телефонов за первую перемену было уже три.

Придурки. Будто я не знала, что интересовала их лишь по той причине, что до этого являлась девушкой Матео. Для них это, как запретный плод, который наконец-то стал доступен.

Наверное, стоило уже привыкнуть. Я ведь еще каких-то старых извращенцев интересовала потому, что являлась дочерью Карлоса Верди. Но все равно было до жути мерзко.

На второй перемене я увидела, что в университет приехал Матео. Обычно, если у него получалось приехать на учебу, Лонго в первую очередь приходил к моей аудитории.

Но сегодня и это «обычно» разбилось. Он не пришел ко мне. Всю перемену был во дворе, разговаривая с Демиэно и Леоном. В сторону университета даже не смотрел.

Староста нашей группы, заметив это, тут же растрепала всем, что мы точно расстались и из-за этого на третьей перемене ко мне в коридоре прицепился Куомо. Он был на год старше меня и учился на другом факультете, но дружил с несколькими моими одногруппниками.

У Куомо был весьма скверных характер, завышенное самомнение и явно чрезмерная настойчивость, с которой он чуть ли не зажал меня в коридоре.

Я не понимала, в какой момент Матео появился рядом с нами, но он разбил Куомо лицо и сказал, что, если он еще хотя бы раз подойдет ко мне, на следующий день его труп найдут в реке. После этого Лонго поцеловал меня в щеку и пошел дальше.

Учитывая это и то, что Матео в коротком разговоре с Куомо, если это вообще можно назвать разговором, назвал меня своей девушкой, атмосфера в университете тут же изменилась.

Слухи тут же утихли. Стало считаться, что новость про наш разрыв ложная и все вернулось в прежнее русло. Точно так же, как и было.

А я следующие две лекции не могла найти себе места. Обычно, при избиении в стенах университета, следует жестокое наказание – как минимум, исключение. К тому же это уголовное дело. Но никаких последствий не возникло. Видно, что-то такое не может затронуть Лонго. С одной стороны – стало немного жутко. С другой – я смогла успокоиться.

Эта мысль тоже немного ужаснула. Оказывается, я начала привыкать к тому, как Матео может отнестись к другим людям, при этом не испытывая панику от того, что была пролита чья-то кровь.

Означало ли это, что я на небольшую часть стала дочерью своего отца? Или же той, чья жизнь соприкоснулась с Лонго?

***

После учебы Родари отвез меня в квартиру Лонго. Я не сопротивлялась, но перед этим попросила ненадолго заехать в общежитие. Мне нужно было взять кое-какие учебники. С удивлением я заметила, что моя комната полностью отмыта. Даже стены покрашены. Больше там не было пятна крови того ублюдка.

Уже будучи в квартире Матео, я некоторое время сидела за конспектами. Затем приготовила ужин. Но Лонго приехал, уже когда я легла спать.

Он вошел в спальню и взял из шкафа одежду. Я притворялась, что сплю, слыша, как он покинул комнату. В спальню Лонго так и не вернулся. Хоть и был где-то в квартире.

Точно так же прошло еще несколько дней. Уже теперь мы вместе проводили время лишь за завтраком. Иногда разговаривали на какие-то нейтральные темы. Лонго все так же переводил деньги мне на карту. Его люди сопровождали меня, возили из университета и обратно. Но, если я хотела поехать еще куда-нибудь или увидеться с подругами, у меня была такая возможность. В конце концов, чтобы не сидеть в пустой квартире, я начала чаще видеться с Лучианой и Николиной. Ездить к Джите или Джиозу. В какой-то момент возникло ощущение, что я свободная девушка, ведь больше не было наших с Матео переписок и звонков, вместе проведенного времени, ожидания встреч, которые просто закончились.

И от этого было как-то… никак. Странное ощущение. Веющее неприятной пустотой, жестоко, даже кроваво копошащейся в груди.

Но чем больше я думала об этом, тем отчетливее приходила к мысли – с самого начала у нас из-за контракта должны были быть примерно такие отношения. Сухое нахождение рядом друг с другом, минимальное общение, каждый в своих делах. Но мы почему-то решили вмешать в это личное и начали встречаться. А сейчас все возвращалось к тому, что между нами должно было являться правильным.