Текст книги "Лейра (СИ)"
Автор книги: Екатерина Стрелецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 43 страниц)
Глава 9. Покой нам только снится
В ту самую первую ночь возвращения в Леарн я так и не смогла уснуть. Некоторое время пришлось провести у постели Рикки, наблюдая за его состоянием. Честно говоря, не думала, что процесс регенерации запустится так скоро. Примерно через час после того, как мы с Микки поужинали, и я отправила его спать, рыжий влетел в лабораторию и сообщил, что Рикки начал метаться в бреду, несмотря на то, что зелье должно было действовать, как минимум, до обеда. Наскоро покидав в попавшийся под руку фартук нужные флаконы и склянки с различными настройками, отварами и выжимками, мы поспешили наверх. Пока Микки возился с узлами импровизированного мешка, я проверяла «каркас» из нейтралей. К счастью, они сработали как надо. Жаль, что сила Света восполняется во мне слишком медленно, иначе можно было бы ослабить хоть одно проклятие. Влив в Рикки несколько снадобий, я с удовлетворением отметила, что кризис миновал и скоро от всех моих манипуляций, равно как и от ран, ни малейшего следа не останется. Если так и дальше всё пойдёт, то к обеду Рикки уже придёт в себя. Организм у мальчишки молодой, хоть и сильно истощённый. Справится. Хотя какой мальчишка?! Что ему, что Микки давно перевалило за «полтинник», а совершеннолетними черти считаются после тридцати пяти.
Пожелав спокойной ночи, я спустилась на первый этаж, и некоторое время провела в кабинете, прежде чем удалиться в свою спальню. Нужно было хорошенько обдумать события последних дней и наметить планы на будущее. Составив список дел на неделю вперёд, я всё-таки решила немного вздремнуть, благо до рассвета оставалось ещё несколько часов. Стоило только смежить веки, как дверь тихонько скрипнула, и на пороге появился рыжий в одной рубашке и с ножом в руке. Со стоном откинувшись обратно на подушки, я закрыла лицо руками.
– Явление первое: чёрт проклятый под влиянием жажды крови. Что же мне так везёт-то?!
Нечто подобное я ожидала, но не в первую же ночь в доме! Видимо, большая концентрация моей магии спровоцировала ещё более сильный дисбаланс сил в Микки. А главное – «достучаться» до него сейчас невозможно. Он не только себя в данный момент не контролирует, наутро вообще ничего не вспомнит. Вовремя я их обоих у Онфрида забрала.
– Нож на тумбочку!
Не смея ослушаться Заклятия Подчинения, рыжий, похожий на сломанную марионеточную куклу, добрёл до моей кровати и выронил нож прямо в приоткрытый мной ящик.
– А теперь марш спать!
Микки повернулся и побрёл обратно. Нет, всё-таки, как бы я терпеть ни могла заклинания, лишающие воли, кое-какая польза в них всё-таки есть. И, кажется, знаю, где ещё от них будет польза. Всё равно, чем быстрее приведу в порядок обоих чертей, тем лучше. Сон окончательно как рукой сняло, шуметь в доме не хотелось, поэтому, натянув рубашку и брюки, я отправилась в сад поупражняться с мечами.
* * *
– Микки!
Чуть скрипнула дверь и в центре лаборатории, вытянув руки по швам со склонённой головой, замер рыжий чёрт:
– Да, хозяйка!
Я поморщилась, передёрнув плечами:
– Госпожа Ри! Обращаться ко мне так. И не иначе. Если ещё раз услышу от тебя или от Рикки «хозяйка», сильно разозлюсь. И тогда пеняйте на себя.
Микки опустил плечи, весь сжался, став, как будто ещё меньше и прошептал:
– Простите хо… госпожа Ри.
– Так-то лучше.
Я поднялась с кушетки и подошла к Микки.
– Посмотри на меня!
Рыжий вздрогнул и поднял голову. Всё-таки разница в росте сейчас мешала. Я щёлкнула пальцами и присела на высокий табурет, стоявший до этого в углу комнаты. Микки смотрел на меня с расширенными от ужаса зрачками, как кролик на удава. Похоже, что я перестаралась с приказами. Но по-иному пока нельзя. Если я хочу, чтобы моя задумка осуществилась, необходимо абсолютное подчинение. Главное, чтобы он в обморок сейчас не хлопнулся, иначе в другой раз может ничего не получиться.
– Не дёргайся, я хочу осмотреть рану. – Пояснила я, стараясь чуть смягчить тон, но не настолько, чтобы он полностью расслабился.
Ещё щелчок и под правой рукой возник небольшой, круглый столик с необходимыми инструментами и материалами. По моим кистям пробежали всполохи огня и погасли. Смочив сложенную в несколько слоёв салфетку в отваре, я приложила получившийся компресс к скуле Микки, чтобы растворить плёнку, в которую превратилась мазь, наложенная поверх швов. К счастью, ни воспалений, ни покраснений не оказалось. Процесс регенерации запустился. И это отличная новость! Использованная салфетка отправилась прямиком в камин. Следом полетела вторая. Быстро орудуя пинцетом и острыми ножницами, я сняла швы и наложила поверх раны небольшую повязку, приклеив её по краям для надёжности. Рыжий чёрт всё это время стоял, не шелохнувшись, буквально дыша через раз. Щелчок и столик с табуретом вернулись на прежние места. А вот теперь самое сложное.
– Прими истинную ипостась на четверть.
Микки вопросительно посмотрел на меня.
– Хвост и рога.
Мгновение, и приказ был исполнен. Я обошла Микки вокруг. Так и есть, кончик правого рога отломан, вследствие чего левый рог длиннее на пару сантиметров.
– Что с рогом?
Микки снова ссутулился и едва слышно проговорил:
– Хозяин отбил. Предыдущий. За неповиновение.
Я сжала до хруста кулаки. Спокойно, Рина, не время. Будь моя воля, с удовольствием отбила бы этому «хозяину» пару частей тела. Всем известно, что рога у чертей очень чувствительные и травма подобная этой способна причинить невыносимые страдания, ещё сантиметра на полтора ниже и вполне возможен летальный исход от шока. Это не говоря о том, что рога у чертей имеют ещё и статусную роль, а обладатель повреждённых обречён до конца своих дней подвергаться насмешкам сородичей. Всё из-за одного старого варварского обычая. Когда-то, чтобы сломить волю, особо непокорным чертям-рабам отрубали или спиливали рога, предварительно опоив дурманящими зельями. И то выживали не все.
Так. Вдох-выдох.
Я подошла к Микки вплотную:
– Руку!
С силой обхватив правой рукой протянутую ладонь, чуть потянула рыжего чёрта на себя, в ту же секунду отбив ребром левой руки ещё кусок многострадального рога.
– Ай! Больно! – взвыл Микки, пытаясь отстраниться. Из его широко распахнутых серо-зелёных глаз градом покатились слёзы.
Пять, четыре, три, два, один… Я закончила внутренний обратный отсчёт и оттолкнула от себя рыжего, ослабив захват. Не ожидавший этого Микки отлетел к противоположной стене, успев в последний момент смягчить сжавшимся в пружину хвостом падение. Но всё-таки не устоял и шлёпнулся на пол. Потирая ушибленную пятую точку, чтобы унять боль, Микки не обратил внимания, что сам того не понимая, своими действиями ускорил регенерацию. Повреждённый рог подёрнулся едва заметной дымкой и начал вытягиваться, закручиваясь. Ещё несколько минут, и он стал абсолютно таким же, как и левый: гладким, будто отполированные ноготки модницы, и острым. Ещё до конца не понимая, что произошло, Микки начал ощупывать свою голову, осторожно прикасаясь к рогам. Удивление от полученных результатов изучения предмета чертовской гордости сменилось совершеннейшим детским восторгом. Не веря своим ощущениям, он благоговейно потыкал подушечкой указательного пальца острый кончик рога и даже слегка постучал оставшимися пальцами по всей длине, будто боясь, что он снова отвалится или исчезнет.
– Ну и методы у Вас, госпожа!
– Что? – Я обернулась и посмотрела на Микки.
– Простите.
Я махнула рукой:
– Свободен!
Дважды повторять не пришлось: рыжий выскочил через дверь, едва не снеся её с петель. И даже не удосужился закрыть за собой.
– Рикки! Госпожа вылечила мой рог! Представляешь, он теперь целый, совсем, как новенький!
О духи, ну, дитя – дитём, несмотря на возраст.
Я дошла до кушетки и рухнула на подушки. Перенаправляя боль Микки на себя, совершенно не представляла, насколько это может быть болезненно. За малым сдержалась, чтобы не заорать. Казалось бы, опытная ведьма, одна из самых стойких и выносливых в нашем отряде и такое… Зато теперь прекрасно понимаю тех несчастных чертей. Учитывая, что к процедуре лишения рогов их подводили в максимально истощённом состоянии, чтобы полностью исключить возможность запуска регенерации, идея уйти за грань и не возвращаться выглядела для хвостатых рабов весьма соблазнительной.
Надо передохнуть. Стоило бы подняться в спальню, но, ни сил, ни желания куда бы то ни было, двигаться не было. Скинув туфли, я максимально комфортно вытянулась на кушетке и не заметила, как уснула.
* * *
Когда я открыла глаза, за окном уже темнело. Откинув плед в сторону… Плед? Насколько помню, последний раз видела его в гостиной. Я оперлась левой рукой на край кушетки и, оттолкнувшись правой от спинки, резко села. Первое, что бросилось в глаза – это закрытая дверь. Микки вернулся и закрыл? Возможно. Щелчок, и загорелись свечи, освещая лабораторию. Неприятно засаднило ребро левой руки. Я развернула кисть и увидела запёкшуюся кровь. Перевела взгляд на платье. В том месте, где рука касалась ткани во время сна, остались бурые пятна. А вот это уже интересно. Покрутив в руках плед, свернула его в несколько раз и отложила в сторону. Плед был чист. Это означало только одно: на мне он появился уже после того, как кровотечение остановилось, в противном случае на нём должны были остаться следы, учитывая, в какой позе я уснула. От привычки вертеться во сне пришлось избавиться ещё двенадцать лет назад. Ладно, разберёмся с этим позже. Сейчас меня больше волновало, почему рана не затянулась сама по себе. Смею предположить, что в ней застряли осколки. Влезая на ходу в туфли, я проковыляла к столу. Пара хлопков в ладоши и свет стал ярче. Как я и предположила, под засохшей коркой оказались частицы рога. А вот вытащить их оказалось не так-то просто. Такое ощущение, что они намертво вросли в рассечённую руку. Провозившись почти час, при помощи пинцета пары-тройки заклинаний и ещё большего количества непечатных слов наконец-то удалось полностью очистить рану от инородных тел. Вопреки моим опасениям, края тут же стали стягиваться. Даже шить не пришлось. Оставив левую руку в покое, я запечатала извлечённые осколки в стеклянной шкатулке и убрала в ящик стола.
Глава 10. Смена статуса
Следующие два дня прошли спокойно. Рикки быстро шёл на поправку, у Микки приступов, спровоцированных проклятиями не было, несмотря на то, что у него дисбаланс сил был гораздо сильнее, чем у собрата. Подозреваю, что большую часть «грязной работы», которую на них обоих повесил, выполнял всё-таки он. Интересно, с чего такая забота о Рикки? Братья? Разве что двоюродные, потому что, судя по данным из договора, родились оба в один год с разницей в несколько месяцев. Измены у чертей не приняты. Тот факт, что оба носили одну фамилию ничего не означал. Тэршам – это всего лишь название клана и все, кто в него входят, используют его в качестве фамилии. За какие заслуги оба оказались в рабстве так же не удалось выяснить. Если бы клан вёл оседлую жизнь, было бы проще, но, к сожалению, он являлся кочевым, а искать на просторах Герствара определённый чертовский табор – как иголку в стоге сена. Из договора следовало только одно: продал их не соплеменник, несмотря на то, что на момент первой продажи они были. Ведь детей могли продавать лишь родфственники, либо тот, кто украл их из табора. Второй вариант я сразу отмела: иначе договор превратился бы в прах. Скрепляя любую магическую сделку хоть рукопожатием, хоть подписью, всегда добавляю невидимую печать. Если с документами что-то неладное, моментально их уничтожает, авонатоматически признавая недействительными. Прав был Максимилиан, когда отправил меня не на боевой факультет, а к законникам. Туда и отбор был проще в плане документов, и на присяге можно было назваться любым своим именем, главное – потом жить под ним. Своё настоящее мне раскрывать тогда было нельзя, чтобы «любящие» родственники не нашли, да и сейчас не особо желательно, несмотря на то, что его давно вычеркнули из всех родовых книг. Полное имя, которым меня нарекли родители и с которым я дожила до шестнадцати лет по сути было давно похоронено. Вот и получилось, что я отбросила второе имя и фамилию, которая так же, как и у чертей происходила от названия Рода, а своеобразное первое дало простор для сокращений, которые я использовала в зависимости от ситуации. Поэтому в военной академии и на службе меня знали, как Сандру, а друзья и знакомые, как Рину. Микки и Рикки я представилась так, как у нас было принято представляться слугам. К тому же у меня были на них свои планы. С фамилией вышло ещё проще: называла место, где появилась на свет. Мать родила раньше срока, не успев добраться до фамильного замка. Но об этом знали лишь я и родители, унёсшие эту тайну в могилу. Так что с точки зрения законности никаких проблем не было, более того, даже все проверки на Кристаллах Правды легко проходила.
Мда… Получается в итоге, что чертей так же, как и меня предали, а по факту – продали родственники… Вот только меня в монастырь, а их в рабство. Весело. По поводу того, почему имя первого их владельца не включало название клана была одна догадка. С большой вероятностью их передали по расписке. В счёт долга. И возможно это было лишь в одном случае: крупный проигрыш в азартных играх. Мерзость и низость. Но допытываться до правды я пока не спешила. Сейчас это было не так важно.
Я дописала третий экземпляр договора и позвала Микки и Рикки. Как только они явились, я протянула каждому по свитку:
– Прочтите внимательно. Если возникнут вопросы или возражения, то готова выслушать.
Оба с опаской взяли бумаги и принялись изучать. По мере того, как они переходили от одного абзаца к другому, их глаза округлялись всё больше и больше.
– Госпожа Ри, но это же… Это… – посмотрел на меня ошарашенный Микки.
– Договор о найме на индивидуальных условиях. Я перевожу затраченные на вашу покупку свои личные средства в ваш персональный долг ко мне и готова его заменить на срок службы, эквивалентный этой сумме. Лет сто пятьдесят, максимум, двести и вы оба свободны. Кроме того, вам обоим, в случае согласия, будет положено ежемесячное жалованье. Если сумеете им с умом распорядиться, то у вас появится возможность понемногу гасить долг из сэкономленых денег и тем самым сократить срок службы. В случае согласия на мои условия и подписания договора ваш рабский статус автоматически перестаёт сушествовать. Единственное, на что прошу обратить внимание: Заклятие Подчинения я с вас не снимаю. Это в ваших же интересах с точки зрения вашей же безопасности. На размышления у вас сутки.
Рикки ещё раз пробежался глазами по тексту и робко выглянул из-за листа:
– Госпожа Ри, а можно узнать, почему пажи, а не слуги?
– Видишь ли, слуги несколько ограничены в своих возможностях, в том числе и в плане сопровождения. Их попросту не пустят дальше комнаты слуг, если понадобится куда-либо пойти. Пажи же имеют право сопровождать того или ту, кому служат, повсеместно. Для меня это имеет значение, потому как периодически вам обоим придётся выполнять некоторые мои поручения…
Услышав последнюю фразу оба внезапно побледнели.
– Не о том думаете. Пожалуй, добавлю этот пункт в договор. Значит, так. Я категорически запрещаю вам убивать. Если, не дай Боги, узнаю, что вы нарушили этот запрет – снесу головы обоим без раздумий. Я не собираюсь вплетать этот запрет в Заклятие Подчинения, вы сами должны осознавать свои действия и принимать взвешенные решения. Исключение из правил в данном случае лишь одно – самооборона при угрозе смерти. В иных случаях пеняйте на себя. Я вас предупредила.
И тут же вписала новый пункт в свой экземпляр договора. Мелькнула едва заметная светлая вспышка и он тут же добавился в договоры Микки и Рикки.
– Ещё будут какие-нибудь вопросы?
Оба синхронно покачали головами и поочерёдно поставили свои подписи бумагах.
– Ладно, дело сделано, пойдёмте в лабораторию, осмотрю ваши шеи.
* * *
В целом состояние обоих пажей радовало. Наконец-то, можно их официально назвать согласно статусу. Ненавижу рабство! К счастью, сейчас оно было не особо распространено, однако ещё встречалось и не всегда имело под собой законные основания для подобного подчинения. Да и в целом мало кто знал и умел из него грамотно выбраться. Зачастую рабы ещё больше увязали в долгах, оставаясь в своём статусе до самой смерти. И вот так всю жизнь батрачить, находясь в практически бесправном положении, за гроши, а то и просто за миску похлёбки…
А чего стоят одни магические рабские ошейники, способные усиливать Заклятие Подчинения?! Это из-за них раны на шеях пажей до сих пор находятся в плачевном состоянии, как бы я не обрабатывала их заживляющими мазями, несмотря на то, что от остальных травм практически не осталось и следа. Скорости регенерации у обоих можно было лишь позавидовать. Но вот следы от ошейников… Возможно даже останутся не просто следы, а рубцы, так как слишком долго они их носили и более того, как их надели, так ни разу и не перестёгивали, вследствие чего у меня и возникли тогда трудности, чтобы их снять максимально безболезненно: они практически вросли в кожу. Надо будет сходить в лавку травника и поспрашивать насчёт пары редких кореньев. Вдруг улыбнётся удача и они у него окажутся?
Занятая своими размышлениями не сразу поняла, что ко мне обращаются. Повернувшись на голос Микки, я увидела, как оба пажа протягивают мне свои монетки. Те самые, которые остались у них ещё со времён рабства у Онфрида.
– Не поняла.
– Госпожа Ри, это плата за лечение. – пояснил Рикки, тыкая пальцем в свежую повязку на шее.
Я присела на стул, недоуменно переводя взгляд то на одного, то на другого.
Рикки прокашлялся и продолжил:
– Мы же теперь не Ваша собственность, госпожа Ри, а служим Вам, следовательно теперь траты на лечение должны к-к-компенсировать.
– Логически верный вывод, но, если я что-то делаю исходя из собственных соображений, то просто делаю. Без всякой платы. Потому что это нужно мне, потому что это нужно вам. А вот, если что-нибудь натворите, тогда уже и будем решать вопрос по факту. Ясно?
– Да, госпожа Ри!
– Свободны!
* * *
– Как думаешь, зачем она нас купила? – Микки осторожно закрыл дверь в их спальню и повернулся к Рикки.
– Не знаю. Она же Тёмная… А такие всегда себе на уме…
Заметив, что Рикки поморщился, усаживаясь на кровать, Микки подскочил к нему и обеспокоенно спросил:
– Болит?
Тот лишь слабо махнул рукой в ответ:
– Немного. Просто сел не совсем удачно.
– Может, сходить к госпоже и попросить лекарство? – Микки бросил взгляд в сторону двери, пытаясь оценить, как новая хозяйка отреагирует на просьбу. Слишком непонятная она была.
Рикки покачал головой:
– Не стоит лишний раз попадаться ей на глаза. Кто знает, зачем мы ей понадобились. Лучше пока не высовываться. Я так думаю. Мне больше не даёт покоя то, что она нас освободила.
Рыжий фыркнул:
– Не особо-то и освободила. Мы теперь вдвое больше денег должны. Ещё не факт, что платить будет, как обещала. Может, воровать заставит или "того", ещё как использовать решит.
– А это как? – искренне поинтересовался Рикки, не понимая, что именно имел ввиду Микки.
– А зачем обеспеченные дамочки покупают себе сопровождение? – хмуро огрызнулся рыжий и, засунув руки в карманы брюк, прошёлся по комнате их угла в угол.
Рикки молчал примерно минуту, переваривая услышанное, а затем, хрюкнув, заржал, держась за рёбра:
– Ты нас в зеркале давно видел? Мы сгодимся для сопровождения лишь в качестве потенциальных умертвий для старого некроманта!
– Так она нас лечит, кормит… А может и откармливает… – Микки полнял указательный палец вверх. – Кто её знает… Надо бы её проверить. Может, тут ещё хуже, чем у Онфрида будет…
Рикки уселся поудобнее и укоризненно посмотрел на мельтешащего перед глазами собрата:
– Мик, а тебе не стыдно? Она, между прочим, тебе рог восстановила. При этом оттянув часть боли на себя, чтобы ты не откинул копыта от насыщенных ощущений, меня починила, хотя я уже с этим миром попрощался, когда стал терять сознание всё чаще и чаще из-за невозможности нормально дышать…
– Ладно-ладно. Пока она нам ничего плохого не сделала. Но будем настороже!
– Договорились!
Глава 11. Испытание границ дозволенного
Со временем я стала брать обоих пажей с собой, когда покидала дом. Правда, пришлось заказать у портнихи каждому по паре рубашек с высоким воротником, чтобы не было видно повязок на шее. С костюмами тоже удачно вышло: кто-то из клиентов госпожи Герды не выкупил заказ для своих сыновей в связи со срочным отъездом из города, и мне они достались с хорошей скидкой. Кое-какие деньги у меня оставались, но до прихода пенсии и содержания ещё был целый месяц. Поэтому, если была возможность сэкономить, то я пользовалась случаем. Самой мне не так много требовалось, основные расходы были на Микки и Рикки. Во-первых, они не имели ничего своего, во-вторых, уходило много на компоненты для изготовления лекарств. С учётом их особенностей приходилось индивидуально подбирать некоторые составы. Но лучше уж потратиться сейчас, окончательно восстановив их здоровье, чем пожмотничать, а потом до конца их дней расходовать суммы на поддержание их состояния. К тому же, полноценные помощники мне ещё понадобятся. Насчёт какой-либо работы думать было ещё рано: слишком мало времени прошло после переезда в Леарн. Нужно было освоиться с местными порядками. Таких, как я не особо жалуют, а лезть на рожон вслепую – это чистой воды самоубийство. В конце концов, у меня где-то была шкатулка с драгоценностями. Если найти достойного покупателя, можно будет выручить неплохую сумму. Поэтому насчёт денег я не особо переживала.
А пока что день за днём мы втроём изучали Леарн.
Естественно, начали мы с городского рынка. Прохаживаясь между рядов, я наблюдала за пажами. Несмотря на достаточно долгое полуголодное существование, они не украли ничего и даже не сделали ни единой попытки, хотя возможностей было предостаточно. Это было несомненным плюсом: значит, можно будет со временем отправлять их на рынок одних, не беспокоясь о том, чтобы они чего-нибудь не натворили. Ещё я заметила, что Микки умел превосходно торговаться, чем моментально завоевал расположение мясника и одной из торговок овощами. В обоих явно прослеживалась южная кровь, а у таких купить что-либо сразу, без торга, означало нанести смертельное оскорбление. Рикки в процесс не вмешивался, зато, когда подходило время рассчитаться, быстро отчитывал необходимое количество монет, не дожидаясь озвучивания итоговой суммы. Сэкономленые деньги я поделила поровну и отдала пажам. Заслужили.
* * *
Наконец, в один из вечеров я смогла объявить, что все следы от ошейников исчезли и больше перевязки и обработки не понадобятся. Поставив на стол небольшое зеркало, довольная собой наблюдала, как оба пажа, толкаясь, разглядывают свои шеи ощупывая пальцами каждый сантиметр кожи и выискивая рубцы со шрамами.
На следующее утро я вручила Микки бумажку со списком продуктов, которые необходимо было купить, а Рикки – кошелёк с необходимой суммой.
– Как выполните поручение, можете быть свободны. Сегодня у вас выходной, но в девять вечера будьте добры вернуться обратно.
Обалдевшие от такой новости пажи тут же закивали головами в подтверждение того, что всё поняли.
Немного подумав, я отсчитала им заработанное за всё время с момента подписания договора жалованье и отпустила за покупками. Секунда и оба были таковы.
Я посмотрела на левое запястье, засекая время. Интересно, как быстро они справятся с заданием?
Хотя гораздо больше меня интересовало, куда они потом отправятся. В принципе, узнать, где они находятся, для меня не составило бы труда благодаря Заклятию Подчинения, но специально следить за ними не собиралась. Уже взрослые мальчики, должны иметь свои головы на плечах. Но подробную карту Леарна всё-таки принесла из библиотеки и положила в кабинете на стол. Пока я занималась разбором почты и составляла ответные письма, незаметно пролетели три часа. Принимая во внимание, сколько обычно времени занимал поход на рынок, до возвращения Микки и Рикки оставался ещё час. Стоило мне подумать об этом, как хлопнула входная дверь. Я вошла на кухню как раз в тот момент, когда пажи разбирали корзину с покупками. При виде меня оба вытянулись по струнке:
– Госпожа Ри, мы всё купили, что требовалось!
Я кивнула:
– Оставшиеся деньги можете забрать себе. Идите. Дальше я сама.
– Да, госпожа Ри! – и оба тут же умчались.
Я достала свёрток с сушёными побегами пятиратника и перебрала несколько веток. Товар оказался превосходного качества. Прикинув в уме, сколько флаконов зелья осталось в лаборатории, решила воспользоваться отсутствием дома пажей и приготовить ещё. Лишним не будет. К тому же в процессе приготовления запах от него стоял убойный. Честно говоря, и по вкусу отвар был далёк от амброзии. Но тут уже выбирать не приходилось: захочешь жить – и не такое принимать будешь. К сожалению, только зелье из пятиратника помогало присмирить моего внутреннего демона помимо нанесённых на моё тело печатей и специальных магических блоков, подпитываемых обоими источниками. Разложив оставшиеся продукты, я убрала корзину в кладовку и, подхватив свёрток с побегами, ушла в лабораторию.
* * *
Солнце уже клонилось к закату, когда я смогла, наконец-то, снять респиратор и вдохнуть полной грудью, высунувшись в окно, ведущее в сад. Зелье было разлито по бутылкам и убрано в дальний шкаф настаиваться.
Неожиданно раздался звон колокольчика. Странно. Никаких гостей сегодня, да и в другие дни, не ожидалось. У пажей был свой ключ, и даже в том случае, если бы они его потеряли, входная дверь и так пропустила бы их: я специально настроила защиту дома на них. Сняв лабораторные перчатки, кинула на стол и поспешила в прихожую.
Открыв дверь, я увидела стоящего на улице мальчишку лет семи, из числа тех, кого частенько используют для мелких поручений.
– Слушаю.
– У меня к Вам дело, госпожа ведьма, – бодро отрапортовал ребёнок, несмотря на то, что явно меня побаивался.
– Раз так, то проходи, – я отступила в сторону, приглашая в дом.
Мальчик немного замялся, раздумывая, как поступить.
– На пороге серьёзные разговоры не ведутся. Не бойся, не трону. Слово ведьмы! – в подтверждение я нарисовала в воздухе символ простой магической клятвы.
Осмелев, мальчик перешагнул через порог. Закрыв за ним дверь, я жестом показала следовать за мной и прошла в кабинет. Усевшись за стол, указала на кресло, стоящее напротив:
– Итак, какое же дело привело тебя ко мне?
– Меня просили передать, что там это… "ваши" буянят…
У меня внутри всё замерло. О ком идёт речь, даже вопроса не стояло. Прибью. Ко всем демонам.
– А теперь подробнее, пожалуйста, кто и где.
Мальчишка поёрзал в кресле, явно ощутив давящие отголоски моей ауры.
– Меня мадам Лейда послала. Там ваши слуги: один рыжий такой, а второй – тёмненький, "набрались" и хулиганят.
Та-а-ак. Убивать пажей буду долго и со вкусом. Я развернула карту города и придавила по краям книгами:
– Покажешь, где они? И кто такая мадам Лейда?
Мальчишка соскочил с кресла и склонился над картой, ведя пальцем по одной из улиц, после того, как я показала, где мы сейчас находимся.
– Вот тут. А мадам Лейда – это хозяйка борделя…
Мысленно закатив глаза, я добавила пару пунктов в план расправы над Микки и Рикки. Вытянув правую ладонь над указанным домом, ощутила лёгкое покалывание. Значит, мальчишка не ошибся. Пажи действительно были там. Расспрашивать ребёнка, как именно "хулиганят" мои подопечные, я посчитала некорректным.
– Подожди меня здесь, только ничего не трогай. Проводишь меня к мадам Лейде.
Вытащив из шкатулки несколько медных монеток, я протянула их мальчишке, а сама ушла к себе в спальню, чтобы переодеться.
Мда… Похоже, что к седой пряди на голове скоро добавятся ещё две.
* * *
Когда мы подошли к борделю, я выдохнула. Стены и крыша дома на месте, уже хорошо.
Дёрнув несколько раз за верёвку, привязанную к колокольчику над дверью, мальчишка буркнул что-то вроде "Вы просили, я привёл", и убежал. Высокая девушка в ливрее дворецкого молча оглядела меня с головы до ног и кивком указала вглубь дома:
– Госпожа Лейда ожидает Вас.
Проводив меня до кабинета хозяйки борделя, она ушла.
Постучавшись, я дождалась приглашения войти внутрь и взялась за ручку двери. Стоило перешагнуть через порог, как магические светильники, развешанные по стенам кабинета, вспыхнули, разгоняя полумрак.
Некоторое время изучая друг друга, мы просто стояли, потом хозяйка кабинета встала из-за стола и представилась:
– Мадам Лейда.
– Александрина-из-Верна. Мне передали, что мои пажи что-то у Вас натворили… У меня только один вопрос: сколько?
Женщина хмыкнула:
– Не скажу, что рада знакомству в сложившихся обстоятельствах… Но, если Вы заберёте своих пажей, то будем считать, что конфликт исчерпан.
– Значит, никто из Ваших эйль не пострадал?
– Слава всем Богам, нет. Иначе бы мы беседовали не здесь. Мальчишки попросту напились и пристают к девушкам. К счастью, лишь с разговорами… – мадам Лейда с интересом смерила меня взглядом и продолжила. – Вы бы посерьёзнее себе, кхм, "спутников для утех" выбрали…
От услышанного у меня глаза на лоб полезли:
– Что-о-о-о?! Убью! Обоих!
– Помочь? – мадам Лейда участливо заглянула мне в глаза, а затем налила из графина воды в стакан и протянула.
– Благодарю. Сама справлюсь. Это же надо было такое выдумать! Ну Микки и Рикки! Вы уж простите, недавно их наняла в услужение и, боюсь, они по какой-то причине решили, что их обязанности шире, чем было прописано в договоре, – я поставила пустой стакан обратно на стол и хрустнула пальцами.
– Молоденькие… Вот дурашки… – мадам Лейда выдохнула с явным облегчением. – Они хоть совершеннолетние?
– Да, могу документы показать. Каждому около восьмидесяти пяти…
– Черти… Стоило догадаться…
– Они самые…
– Как же Вас так угораздило? – во взгляде мадам Лейды читалось искреннее сочувствие.
Мне осталось лишь развести руками:
– Так получилось…
– Мда…
– Мда…
* * *
Сказать, что в главной гостиной борделя царил хаос – это ничего не сказать. Только что с люстры шторы не свисали.
– Мадам Лейда, а когда у Вас день закрытых дверей?
Хозяйка борделя вздохнула, оценивая увиденное:
– Вообще-то на завтра планировали. Но теперь, думаю, что придётся растянуть "удовольствие" на два дня, начав прямо сегодня.
Заметив меня, оба пажа, допытывавшиеся у сидящих на диванчике эйль "каково это – отдаваться не по любви, а из-за долга", побледнели и попытались встать.
Видя, как вокруг меня начинает сгущаться Тьма, мадам Лейда осторожно поинтересовалась:
– Может, не стоит их сильно наказывать?
