Текст книги "Наследник для императора-дракона. Право первой ночи (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гераскина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 26

– А вот и ты, – с предвкушением произнёс этот странный мужчина с бородой и белоснежными волосами, которые торчали в разные стороны. Он сразу же нашел меня.

– Ассоль, познакомься, это мой и твой будущий учитель, лорд Байрон Дорн.

– Надо же, как интересно. Ещё недавно я бы сказал, что такого быть просто не может, а теперь я в полном предвкушении, юная леди. И очень хочу, чтобы вы прямо на моих глазах совершили оборот и показали нам всё это чудо. Признаться, у меня даже нет ни одной книги… – и всё это лорд Дорн говорил увлечённо, проходя к столу, садясь, расправляя тканевую салфетку и наливая чая, словно рассуждал вслух. – Совершенно нет ни одной книги, которая бы показывала или рассказывала о магии Огненного клана! – потом он поднял взгляд на Харальда. – Друг мой, скажи, у тебя ведь наверняка в библиотеке найдётся нечто об огненной магии и драконах?

Уголки губ Харальда снова сдержанно поползли вверх, он сделал глоток травяного чая.

– Может быть, что-то и окажется, – проговорил Харальд.

Но тут в обеденную залу вошёл мужчина, и мы все посмотрели на него. Высокий, широкоплечий, в чёрном строгом камзоле.

Темные волосы были заплетены в строгую косу, бледная кожа, ярко-голубые глаза – казалось, они проникают в самую суть. И от этого мужчины исходил такой лёд, такой холод, что я поёжилась, а кончики пальцев задрожали. И когда он посмотрел на меня, мне показалось, что он знает всё обо мне.

– Ассоль, познакомься, это мой супруг, глава клана Ледяных драконов, лорд Кайден Айсхарн, – произнесла Каллиста.

И пока Каллиста отдавала распоряжения, чтобы подали ужин для супруга и учителя, я начала судорожно соображать.

Впервые так много людей знали о моей сущности. И все они говорили, что я в безопасности, что мне не стоит бояться. Но разве не так же говорят те, кто и становится самой опасностью?

Паника накрыла меня внезапно.

Я резко встала – стул с грохотом упал позади. Лорд Айсхарн никак не отреагировал, лишь приподнял чёрную соболиную бровь. Каллиста замолчала на полуслове, остальные отложили приборы. А я рванула со всех ног к выходу из столовой.

Боги, куда привёз меня Эрэйн?

И я почти добежала до выхода, как передо мной закружились огненные вихри.

Я закричала, не понимая, что происходит. Они закружили вокруг меня, словно удавки, будто хотели стянуть. Я все кричала, задыхаясь, и не сразу поняла, что они не жалят меня, что они просто… просто кружат вокруг, словно в танце.

Я загнанно дышала, широко раскрытыми глазами смотрела на то, как Харальд играючи плёл те самые языки огня. Каллиста была уже рядом со мной, она подняла руки ладонями вверх, показывая, что опасности нет.

Позади неё стоял лорд Айсхарн и сжимал её плечи – и в этом жесте было столько любви к этой женщине, что это резало взгляд.

А потом она сделала то же самое. Она выпустила такие же язычки огня.

– Ассоль, не бойся. Между нами больше общего, чем тебе кажется.

– Ты… вы… – я стала водить взглядом по столовой. – Вы… вы все огненные драконы? – сипло выдала я и схватилась за собственное горло.

– Нет, Ассоль. Единственная огненная драконица, которую я знаю, – это ты. А мы… – она сделала паузу.

– Вы демоны, – вырвалось у меня, но ведь у них не было ни красной кожи, ни рогов, ни чёрных вен.

– Нет. Мы фениксы, – спокойно проговорила Каллиста и снова улыбнулась.

Она сделала пассы руками – язычки пламени исчезли. Исчез и огненный вихрь Харальда. В столовой воцарилась полная тишина.

– А давайте присядем и выпьем чаю, – предложил учитель. Вот уж кто точно не был напуган произошедшим. Я посмотрела на него – он по-прежнему широко улыбался, глаза его горели, и мне стало не по себе.

Я понимала, что эти люди только что открылись мне. Но я совершенно не знала о каких фениксах они говорят.

Только поняла, что они владели огненной магией, которая была под строжайшим запретом в Империи, и при этом спокойно жили здесь.

А ещё Каллиста была супругой главы Ледяного клана – и это говорило о многом.

И тогда пришла другая мысль.

Значит, Эрэйн понял, кто я.

А следом пришла ещё одна, куда более горькая: это не помешало ему оставить меня здесь.

Он просто пристроил меня к таким же редким существам, как и я сама… и исчез из моей жизни.

– И подайте мне мои булочки с корицей, не вижу их за столом, – снова нарушил тишину учитель.

Но тут заговорила Шани:

– Обоз с корицей смыло водой. Корицу не привезли.

Я посмотрела на неё – и снова этот остекленевший взгляд. Ни тени улыбки на детском лице, и голос такой… пробирающий до мурашек, до самого нутра.

На неё сейчас смотрели все. Даже улыбка стекла с губ учителя, словно её и не было секунду назад.

– Девочка моя, ты так дедушку не пугай, – наконец выдохнул он, пытаясь вернуть прежний тон. – Я ведь умру без своих любимых булочек с корицей.

Я перевела взгляд на Кайдена Айсхарна. Он сделал едва заметное движение рукой, и вход в гостиную оказался разблокирован. Я даже не заметила, в какой момент он применил магию.

Я была слишком напугана, слишком выбита из колеи. Почти сразу в помещение поспешили слуги, они принесли ужин. Кайден провёл Каллисту к столу, усадил её, и только тогда я сделала робкий шаг вперёд и вернулась на своё место.

Учитель, лорд Дорн, уже разговаривал с Харальдом. Я не прислушивалась – слова текли мимо. Зато я украдкой наблюдала за лордом Кайденом и Каллистой. За тем, как она ухаживала за супругом, как подавала ему блюда, как наклонялась к нему, что-то тихо говоря. Его лицо… казалось, оно просто не умело улыбаться, не умело выражать эмоции. Настолько ледяным, замороженным он был. От исходящего от него холода меня передёргивало.

Но стоило ему посмотреть на Каллисту – и мне казалось, что его голубые глаза становятся теплее. Совсем чуть-чуть. Почти незаметно.

И тогда я вспомнила: они истинные. Они пара. Я поняла, что они, вероятно, могли общаться мысленно. Возможно, именно это они и делали сейчас. Но даже без слов, без явных жестов, каждая их мелочь, каждое движение, каждая забота друг о друге говорили слишком много.

Сердце сжалось.

Ведь у нас с Эрэйном… тоже так могло быть.

Я на мгновение позволила себе эту мысль – и тут же пожалела.

Если я думала, что после ужина мы просто разойдёмся или спокойно отправимся в библиотеку, то я ошибалась. Стоило нам всем подняться из-за стола, как учитель с явным воодушевлением произнёс:

– А сейчас – на демонстрацию. Кай, создашь щит.

Глава клана кивнул.

Мы все вместе – за исключением Шани и Фелиции, они отправились в библиотеку – вышли на улицу.

Уже смеркалось.

Воины, охранявшие поместье, патрулировали территорию. И пока лорд Айсхарн отдавал им приказы, у меня появилось время рассмотреть сам особняк.

Он и вправду был небольшим, но удивительно уютным: серый камень, две башни, два этажа. Вокруг – аккуратно подстриженные зелёные кусты, выложенные камнем дорожки, уходящие между ними вглубь. Всё выглядело ухоженным.

Я прошла за всеми вглубь двора.

И там уже лорд Айсхарн приказал воинам удалиться. А затем он возвёл ледяной, непроницаемый щит – купол. Настолько огромный, что у меня перехватило дыхание. Он уходил высоко в небо, перекрывая всё пространство.

Это же какая у него сила…

От магии Льда веяло таким холодом, что я обхватила себя за плечи. И только тогда заметила, что учитель оказался совсем рядом, почти у меня за спиной.

Я не услышала его шагов – только почувствовала, как он вдохнул воздух рядом с моим плечом.

– Никак не пойму, – пробормотал лорд Дорн задумчиво, – почему от тебя не пахнет драконицей.

– Потому что девочка научилась очень хорошо её прятать, – ответил Харальд, стоявший неподалёку.

Учитель задумчиво почесал бороду, его взгляд стал рассеянным, будто он смотрел не на двор, а куда-то гораздо дальше.

Передо мной оказалась Каллиста.

– Давай я первая покажу тебе, кто мы есть на самом деле. А потом – ты, – сказала она мягко. – Не бойся. Мы поможем тебе раскрыть собственную суть, стать сильнее. С нами тебе не нужно притворяться.

– А для чего такой большой купол? – не удержалась я.

– О том, кто мы есть на самом деле, знает лишь узкий круг лиц и пара слуг, – спокойно ответила она. – Воины Кайдена, которые охраняют наш дом, не знают правды. Для всех это выглядит так, будто мой муж просто не хочет, чтобы меня видели. Они уже привыкли к подобному. Поэтому и ты привыкай: каждая наша тренировка, каждый наш с тобой оборот будет под строгим контролем моего супруга.

Каллиста тепло улыбнулась. И именно в этот момент я наконец поняла, почему мне всё время казалось, что от неё веет теплом и чем-то родственным. Это была магия огня. Они – огненные существа.

А я…

Я теперь, выходит, последняя из вымершего клана. Мамы ведь нет.

– Ты расскажешь мне, кто такие фениксы? – робко спросила я.

– Конечно, – ответила Каллиста. – И я уверена, что в библиотеке дедушки найдётся что-то и про огненных драконов. Так что нам будет чем заняться.

Потом она начала зачитывать заклинание, которое сохраняет одежду при обороте. Я смотрела на неё широко раскрытыми глазами.

– Не могла бы ты повторить ещё раз?

Она повторила. Я запомнила.

А потом началось настоящее чудо.

Каллиста отошла на пять шагов, встала ко мне спиной и снова обернулась. Она улыбалась – тепло, ярко. Её жёлто-рыжие волосы вспыхнули ещё ярче, и из них посыпались искры, поднимаясь вверх и образуя вокруг неё сияющий огненный ореол.

Глава 27

А потом Каллисту поглотил огненный вихрь – плотный, живой, состоящий из оранжевых, красных и золотых языков пламени. Он закрутился вокруг неё стремительно, жадно, и в следующий миг она резко рванула вверх, будто сама стала этим огнём, превращаясь в прекрасную, величественную птицу.

Широкие, длинные крылья развернулись с силой, и при каждом их взмахе в воздух отлетали искры, осыпаясь вниз дождём света. Я задохнулась от этой красоты, от этого чуда, от ощущения, что смотрю на нечто древнее и совершенное.

Гибкая, изящная шея, острый хищный клюв, гордая посадка головы – феникс была потрясающей.

Я действительно задохнулась, сердце билось где-то в горле, а дыхание сбивалось от это зрелища.

Я метнулась взглядом в сторону – и увидела то же самое восхищение в глазах ледяного мужчины.

Заметила, что в этот момент для лорда Айсхарна, казалось, не существовало ничего вокруг, кроме собственной супруги. Ни щита, ни двора, ни нас – только Каллиста, сияющая в огне.

Я снова перевела взгляд вперёд, и именно тогда услышала:

– Ну же, давай, ящерка, не прячься. Дай волю своей драконице. Она должна стать сильнее, – восторженно проговорил учитель мне, но при этом не забывал следить за Каллистой.

Я качнула головой, чувствуя, как внутри всё сжимается и одновременно расправляется, будто я стою на пороге чего-то необратимого.

Мне казалось, что именно сейчас начинается моя новая жизнь, где мне не нужно прятаться, где есть те, с кем я могу разделить свой секрет.

Я зачитала то самое заклинание, которое уже врезалось мне в подкорку. То самое, что должно было сохранить мою одежду.

То, как легко Каллиста превратилась в феникса, на миг позволило мне забыть, насколько мучительным был мой первый оборот. Как выкручивало жилы, как ломались и перестраивались мои кости, как тело рвалось изнутри, не желая принимать новую форму.

Но обман длился недолго.

Ослепляющая боль ударила резко. Я рухнула на колени, потом на четвереньки, упёрлась руками в землю, не в силах удержаться. Оборот был болезненным, даже слишком, но сквозь пульсирующую агонию я почувствовала прикосновение. Кто-то гладил меня по спине. Тёплая ладонь медленно прошлась вдоль позвоночника и остановилась ровно в том месте, где была руна.

– Её нужно убрать, Ассоль. Она тебе мешает, – спокойно, но твёрдо произнесли. – Будет немного больно.

Я не видела лица, но знала – это Харальд. Я почувствовала, как ткань на спине расходится, как его рука легла точно туда, где жгло сильнее всего. Он что-то зашептал, тихо, глухо, и руна вспыхнула огнём.

Я приготовилась к боли. К настоящей, рвущей, такой, от которой темнеет в глазах. Но она оказалась иной. Не такой, как та, что ломала меня при обороте. Она была острой, жгучей, но терпимой.

И стоило ей исчезнуть, как всё изменилось.

Оборот пошёл легче. Да, было больно. Я кричала. Но это длилось недолго. Совсем недолго.

И когда я распахнула глаза, мир стал другим. Более чётким, словно с него сорвали мутную пелену: зрение обострилось, я различала мельчайшие детали, слух стал тоньше, улавливая даже самые тихие звуки, а нос заполнили десятки, сотни разных запахов – влажной земли, камня, травы, металла, живых существ вокруг.

Но сильнее всего было другое. Я чувствовала потоки магии. Они струились повсюду, переплетались, но особенно ярко и мощно они шли от феникса.

Такая сильная, живая, пульсирующая энергия накрыла меня, что я на миг прикрыла глаза, почти теряясь в этом море силы, в этом ощущении родства и принятия, от которого дрожали крылья.

А потом я услышала, как огненная птица позвала меня – коротко, низко курлыкнув что-то на своём, не человеческом языке. И я поняла: это был зов. Зов не словами, а самой сутью.

Феникс стояла напротив меня, переминался с ноги на ногу и внимательно смотрела, склоняла по-птичьи голову то к левому плечу, то к правому. Мы были с ней почти одного размера. Она не была огромной, а я… я была слишком маленькой по сравнению с обычными драконами. Почти крошечной.

Я тоже переступила с лапы на лапу, встала, расправила крылья – и тут же почувствовала боль. Одно крыло всё ещё отзывалось острой, тянущей болью.

Моё плечо в человеческом облике почти зажило благодаря императору, который следил за раной и не позволял ей воспаляться, и только иногда оно всё ещё беспокоило меня тупой болью. А вот про то, что у меня было повреждено крыло, я совсем забыла. И сейчас оно напомнило о себе.

Я издала сдавленный звук, больше похожий на звериное поскуливание, чем на крик. Феникс тут же подошла ближе и прижалась к моей морде, по-звериному мягко погладила, успокаивая, делясь теплом и силой, словно говоря без слов, что я не одна и боль отступит.

Я ощутила прикосновения. Меня осторожно ощупывали, проверяли, трогали. Я позволила этому случиться. Эти люди помогали мне. Я терпела их манипуляции и вскоре поняла, что Харальд и учитель что-то накладывают именно на это крыло.

– Боюсь, тебе придётся переночевать в этом облике, – серьёзно сказал учитель. – Нужно, чтобы крыло правильно срослось и потом не причиняло тебе боли. Взлетать сегодня не будем.

Он стоял рядом с моей мордой, говорил спокойно, сосредоточенно, а позади продолжал работать Харальд. Феникс была рядом. Лорд Кайден следил за супругой, всё так же поддерживая щит, не отвлекаясь ни на мгновение.

Спустя час крыло перестали дёргать, и я попыталась им подвигать, за что сразу получила нагоняй.

– Ничего не делай. Харальд его зафиксировал. Теперь ждём. Завтра снимем шину – посмотрим вновь, – сделал мне замечание лорд Дорн.

А потом учитель вдруг резко изменился в лице. Его глаза загорелись, губы растянулись в широкую, почти мальчишескую улыбку. Он хлопнул в ладоши, и кольца в его бороде весело зазвенели.

– Но я ни в коем случае не отпущу тебя, – с восторгом заявил он, – пока не увижу твой огонь.

Глава 28

Учитель уже который час ходил и рассказывал о том, как правильно выпускать ледяную магию из пасти дракона, и то, как вдохновенно он говорил, как жестикулировал, как горели его глаза, – я понимала, что ему действительно нравится преподавать, да и он так легко об этом рассказывал, что становилось все понятно.

А ведь когда мы занимались с мамой, магия была для меня под запретом, потому я совершенно ничего не знала, вот и сейчас я иногда переминалась с ноги на ногу от усталости, но всё равно его слушала, пытаясь запомнить каждое его слово.

Правда, нет-нет, но взгляд у меня уходил в сторону – я никак не могла перестать немного отвлекаться на Каллисту и лорда Айсхарна. Она так и не обратилась, только подошла к супругу и просто прилегла на лапы, а тот сел рядом с ней, опёрся на её крыло и гладил по склонённой голове.

– Ассоль, не отвлекайся, – хлопнул в ладоши учитель.

Я снова повернула к нему свою морду и принялась дальше слушать, как правильно выпускать именно ледяную магию. Учитель сразу предупредил, что владеет он только ею, потому пока что я слушала лишь на этом примере, но он предполагал, что мало чем будет отличаться магия огненных драконов – всё же драконы есть драконы.

А потом настал момент практики.

Я настроилась, как и сказал учитель.

Почувствовала свою искорку глубоко внутри себя, в центре груди, а потом постаралась применить всё то, чему научил меня учитель. Я выпустила огонь… и испугалась, потому что учитель едва успел отскочить.

Огонь отлетел метра на три и выжег зелёный газон. Учитель с интересом подошёл к этому пятну, Каллиста тоже встрепенулась, но не стала подходить – они с лордом Айсхарном наблюдали со стороны.

Харальд тоже подошёл к этому огненному пятну, которое ещё тлело на земле, а потом лорд Дорн начал применять свою магию Льда, чтобы потушить его, и да – у него всё вышло.

Учитель повернулся, хлопнул снова в ладоши и сказал:

– А теперь попробуем увеличить мощность. Нужно узнать, насколько большой у тебя резерв. От этого и будем отталкиваться.

И потом Харальд и лорд Дорн заставляли меня применять и применять эту магию до тех пор, пока я не выдохлась, и вместо последнего залпа огня из меня вышел лишь жалкий серый дымок.

Я тут же опустилась на траву, вытянула шею и прикрыла глаза – так резко накатила на меня сонливость.

Потом я почувствовала прикосновение тёплой ладони к своей голове. По запаху определила лорда Дорна – как ни странно, от него пахло корицей.

Почувствовала, как ко мне подошла Каллиста уже в человеческом облике, слышала краем сознания, как они говорили, что я исчерпала свой резерв и мне нужен крепкий сон и еда, как лорд Айсхарн плел ледяной барьер, уменьшая его, чтобы скрыть меня от других воинов, а потом я уплыла в сон.

Проснулась я посреди ночи от раската грома.

Вздрогнула всем телом, подумала, что вот-вот сейчас как ливанет дождь и я вся вымокну, и шина на крыле тоже промокнет, но не смогла даже встать.

Показалось, будто меня накрыли плотным брезентом.

Я зашевелилась, но тут же почувствовала, как меня кто-то прижал к земле и стало тепло. Я распахнула глаза и ничего не увидела – была кромешная темнота.

Я всё равно попыталась встать, испугалась и не сразу поняла, что рядом ощущается знакомый запах. И тут же почувствовала острые зубы на собственной шее сзади – меня прикусили, но не больно. Я снова опустилась на землю, а потом поняла, что именно меня накрывало…

Это было крыло. Огромное, чёрное, непроницаемое крыло.

Под ним было тепло, уютно, а ещё теперь мне был не страшен дождь. От дракона, который был рядом, пахло грозой.

И я поняла, что это был Эрэйн.

Потом я почувствовала, как тот лёгкий укус на шее, зализали, и затем на мою спину легла огромная голова. Было снова тепло и вовсе не страшно.

Я снова уснула, укрытая крылом.

А проснулась от тёплого, нежного аромата – рот тут же наполнился слюной.

Я сладко потянулась: так вкусно пахло свежей кровью. Когда распахнула глаза и осмотрелась, поняла, что прямо перед самой моей мордой лежит свежая туша оленя, уже очищенная. Я вцепилась в неё клыками и заурчала, как большая кошка – настолько это было вкусно.

Интересно, кто сходил на охоту для меня?

Стоило повести носом вокруг туши, как я поняла: здесь пахло только мной… и грозой.

Ур-р…

Пока ела, я пыталась разгадать Эрэйна.

Но, в свете своего возраста так и не могла его понять.

То он оставил меня здесь, не желая иметь со мной ничего общего, то ночует рядом со мной, спасая от дождя, прикрывая крылом, согревая и принося моей драконице завтрак.

Не заметила, как съела всё до последней косточки, облизала морду, села и только хотела снова попробовать пошевелить крылом, как услышала громкий окрик:

– Леди Ассоль! Лели Ассоль, не шевелитесь! Я вас ещё не успел осмотреть!

Я развернулась и увидела молодого парня, который спешил ко мне, поправляя очки.

Светлые волосы были уложены по пробору, волосок к волоску, выглядел он немного чудаковатым – высокий, такой нескладный. На нём была зелёная рубашка, коричневый жакет и коричневые брюки, а в руках он держал огромный саквояж.

Он не стал подходить слишком близко, снова поправил очки, поднял одну ладонь и произнёс:

– Леди Ассоль, меня зовут Армус. Я целитель и хочу вас осмотреть.

Глава 29

Я замерла, а Армус, не опуская руки, начал приседать. Потом с опаской поглядывал на меня и одной рукой расстегивал свой объёмный саквояж.

Я увидела у него кучу всяких баночек, бинтов, да и запахло сразу лекарственными снадобьями. Но я все равно наклонилась, чтобы понюхать – и тут же чихнула, да так, что волосы у Армуса на голове из идеального порядка превратились в полнейший хаос.

Армус рассмеялся и рукой пригладил волосы.

– Ничего, ничего, я уже привык. Все во второй ипостаси очень любопытные.

Это уж точно. Я вроде бы и понимала, что там ярко пахнущие настойки, травы и прочее, но всё равно не могла себе отказать в проверке. Вернее, моя ящерка не могла.

Хорошо хоть на зуб не было желания всё пробовать.

Я опустилась на лапы, легла на землю, практически распласталась по ней, чтобы лекарю было удобно посмотреть моё крыло. А он, разговаривая со мной и комментируя каждое своё действие, принялся к осмотру, начал действительно с крыла.

– Да, вижу, шину наложили очень хорошо…

Потом он что-то бормотал себе под нос, я различала лишь отдельные слова: «хорошо» и «ещё немного»:

– Буквально один денёк, чтобы всё зажило намного лучше.

А потом я почувствовала, как он снимает ту самую шину, складывает всё на землю, затем аккуратно вливает в меня целительскую энергию, приговаривая, что на всякий случай, эту ночь тоже надо провести в драконьем облике.

Потом Армус очень тщательно осматривал всё остальное моё тело, а затем и вовсе достал измерительную ленту и принялся измерять обхват талии, позвоночник, мою длину, размах крыльев, и всё это записывал в свой кожаный блокнот.

– Леди Ассоль, мне нужно досконально изучить ваш вид, всё же мне не приходилось прежде видеть подобных, – важно поправляя очки, сказал он и снова продолжил записывать.

Я терпела всё это до самого обеда. Потом он взял у меня кровь. В конце сказал:

– Вы очень красивая драконица, вся такая аккуратная, изящная. Но по первичным выводам могу сказать, что вам, конечно, не стоит сражаться с огромными самцами – всё-таки вы слишком хрупкая. Зато, возможно, ваш магический потенциал будет очень сильным. Я, правда, больше по другой области, но обо всём обязательно доложу императору, тот пришлет другого специалиста из Контроля, а может быть даже главу Керрана Найтбрейка. А пока вы можете обернуться и весь день провести в человеческом облике, а вечером я сам проконтролирую ваш оборот. Заодно заполню еще парочку формуляров.

Я покачала мордой. Армус быстренько собрал все свои вещи в саквояж, захлопнул его и поспешил удалиться. Я же, вспоминая вчерашние уроки учителя, представила себя в человеческом теле и смогла обернуться.

Да, боль была резкая, разрывающая, но кратковременная. Я поняла, что чем чаще буду оборачиваться, тем, возможно, слабее она станет.

Когда пришла в себя, я сидела на коленях на траве, тяжело дышала. Но главное – одежда была на мне, и это несказанно радовало.

Я повела плечом – боль была тупой и тянущей. Потом огляделась, снова увидела над собой ледяной купол и заметила, откуда пришёл лекарь, и пошла туда же.

Когда вышла заметила, что воины охраняли периметр вдоль кованого забора, некоторые из них косились на огромный купольный шатёр, который выстроил лорд Айсхарн, но близко не подходили.

Я пригладила волосы, поправила платье и поспешила в дом. Я миновала холл, поднялась по лестнице на второй этаж и услышала из приоткрытой двери голос Каллисты:

– Кайден, мне очень жаль. Но я думаю, что мы поспешили, рассказав Шани о том, что она не твоя дочь…

Я замерла на вершине лестницы. Надо же…

Тем временем лорд Айсхарн ответил:

– Она для своего возраста спокойно приняла эту новость. Я даже могу предположить, что она не осознала всей серьёзности или того, что может нести эта правда. Но, опять же, в силу возраста она восприняла это легко. Рано или поздно тайна всё равно бы вскрылась, и лучше пусть Шани узнает это от нас и будет знать нашу позицию, чем услышит от постороннего и накрутит себя.

– Кайден, и все же я переживаю. Шани в последнюю неделю очень плохо спит, беспокойно. Вот видишь, даже сегодня она так кричала, что испугала меня! «Всё в огне, всё горит…» Это ужасно!

Я понимала по голосу, как напугана Каллиста и как она действительно переживает за девочку. По шороху я поняла, что ее обнял супруг, потому следующие её слова стали глуше, но я всё равно могла их различить.

– Каллиста, ей ведь просто могли сниться кошмары. Мы рассказали ей правду месяц назад, и всё было в порядке. Возможно, стоит найти причину того, почему её сон ухудшился именно неделю назад. Возможно, стоит обратиться к Армусу, попросить какие-то специальные настои ко сну, м?

– Да ты прав… давай так и поступим! Я очень переживаю за нее. Я не знаю, может быть, ты не чувствуешь, но иногда Шани говорит очень странные вещи, и, признаться, в эти моменты у меня просто мурашки бегут по коже.

– О чём ты говоришь? – лорд Айсхарн явно не понимал.

– Она совсем недавно сказала, что Бездна пройдёт по огненным землям, что-то… о гибели большого количества людей, и ещё что-то там было про Гиблый лес. Это было нечто очень жуткое… Фелиция перечитала всю ту книгу, которую держала в руках Шани, и там не было об этом ни слова. Откуда она могла всё это взять? Может быть так, что ледяная драконица слишком… чувствительна к нашей магии огня, всё же вокруг неё слишком много огненных существ? Потому ей и снится огонь?

– Каллиста, не могу тебе ничего сказать по этому вопросу. Давай начнём с того, что обратимся к Армусу. Возможно, это поможет. А пока мне нужно лететь на Совет.

Потом я услышала, как хлопнула балконная дверь в комнате, и тут же в коридор вышла Каллиста и заметила меня.

Как же мне стало неловко, щёки окрасились красным.

– Я не хотела подслушивать, это вышло случайно, – сдержанно улыбнулась я. – И извини, но ты знаешь, у меня тоже волоски встают дыбом, когда Шани говорит некоторые вещи. Про эту Бездну… меня и вовсе испугало. А потом, когда она говорила про корицу, казалось бы, что здесь такого, но… но мне тоже стало страшно.

– Спасибо, что поделилась со мной. Да, Шани не дочь Кайдена, но об этом мы не рассказываем никому. Только узкий круг людей знает.

– Конечно же, я никому об этом не расскажу.

Между нами повисла неловкая пауза, а потом я услышала крик учителя внизу – он был раздосадован:

– Как сегодня не будет моих булочек с корицей?! Как же я, по-вашему, тогда буду работать?!

Я вскинула бровь, ничего не понимая. Каллиста рассмеялась, а потом подошла ко мне, подхватила под руку.

– Пойдём, выпьем чаю с тобой. Но, видимо, без булочек. Да и пора уже на урок идти.

Она потянула меня вниз по лестнице, а потом вдруг замерла у подножия, посмотрела на меня и тихо проговорила:

– Моя жизнь не всегда была лёгкой, Ассоль. Сама я из Лунного клана, но магией не обладала, как не обладала и зверем. Более того, в своём клане я была ненужной, изгоем, со мной мало кто считался, вплоть до того, что родители даже не нанимали мне учителей, полностью ограничивая мою жизнь. Поэтому сейчас я пытаюсь всё это наверстать, в том числе и учёбой.

Я была ошеломлена её признанием, погладила её по руке.

– У меня было примерно то же самое. Меня учила мама. Отец был намного старше, он умер, а его брат отобрал всё наследство, всё, что нам принадлежало, и выслал нас в деревню. Он домогался до матери, но она отказывала ему, потому наша жизнь стала вовсе невыносимой. Маме приходилось работать, но даже не везде её могли нанять, потому она тайком продавала травы. Я помогала ей их собирать. Она сама меня учила, но я многого не знаю, образования у меня тоже нет, магического тем более, – ответила я правдой на правду.

Она обняла меня.

– Всё изменится. Всё будет хорошо.

И я ей поверила. У меня и правда все будет хорошо.

Потом она снова подхватила меня под локоть и поспешила на кухню. А там уже разворачивались настоящие баталии: учитель махал руками, возмущался, стоял прямо перед очень старой женщиной, которая смотрела на него с таким видом, словно происходящее её вовсе не касалось.

Создавалось впечатление, что она уже была слепа от старости, но месить тесто была в состоянии. Рядом с ней стояла девушка с толстой косой и в фартуке.

– Ну, Марта, ну как же так?! Как же мы могли остаться без корицы?! – сокрушался учитель.

Ответила внучка, потому что бабушка оставалась совершенно безучастной:

– Лорд Дорн, в доме она закончилась. Мы своевременно её заказали, но, как оказалось, обоз смыло рекой.

Стоило нам услышать эти слова, как мы переглянулись с Каллистой. Корица. Обоз. Река. Мы уже слышали об этом.

И это были слова маленькой Шани.

Только выпить чаю мы так и не успели, потому что нас настигла ещё одна новость.

В кухню спешно ворвалась Фелиция. Она была очень обеспокоена, часть прядей вырвалась из идеально уложенного пучка, отчего её обычно собранный вид казался непривычно растрёпанным и тревожным.

– Калли… Я нигде не могу найти Шани.