Текст книги "Тариинские хроники (СИ)"
Автор книги: Екатерина Бочкарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)
Тариинские хроники ч 23
Через две недели я успешно сдала последние в этом году экзамены и собрала вещи. Билет в столицу был куплен, а во вторую половину каникул я планировала съездить в Степное государство. Фаргв обещал, что с разрешением на выезд и возвращение проблем не будет.
Утро следующего после последнего экзамена дня началось с сообщения на инфобраслет о том, что любое сообщение между городами закрыто по приказу правительства, населению не рекомендовано устраивать сборища и празднества.
Я не относилась к словам Фаргва с пренебрежением, и, если честно, ждала какой-то пакости. Но всё равно – слишком неожидано быстро и как-то совсем не ясно: ладно бы война с соседним Тажмараном началась. Там государство полудикое и густонаселеное, с одной стороны – Мертвые земли, с другой – океан, с третьей – Тариния, а с четвертой Ураканцы подпирают, у которых вечная война не пойми за что на их полуострове…
Так нет же, запретили ездить между городами… Ловят может кого? Заговорщиков? Тут я вспомнила слова пра-прадеда про возможный вскоре госсударственый переворот. Что же, эта версия кажется мне наиболее реальной.
Надеюсь это ненадолго. Хочется каникулы провести в Буруане – там бабушка, Лука, Лайра, по которой я тоже соскучилась. Торчать летом в Академии желания не было совершенно.
Если бы только я знала тогда, чем всё это закончится…
Отправила сообщение Луке и пошла собираться на экзамен по регенерирующим чарам. Главное для меня сегодня – не выйти за пределы "законной" программы и не показать случайно то, чему меня обучил Фаргв.
Я сидела на подоконнике увлеченая книгой с легендами степняков, подаренной на прощание пра-прадедом и грызла яблоко, когда позвонил Лука. Голос был обеспокоенный. – Катарина, информация для тебя, не распространяй никому, во избежании паники. Хотя всё равно вскоре населению скажут правду. У наших восточных соседей, в Ханане, случилась вспышка странного заболевания. Оно поражает как магов, так и неодаренных. Простые люди частично выздоравливают полностью, но процентов семьдесят умирает. С магами всё сложнее. Болезнь словно пережигает энергетические каналы, препятствуя исцелению, а затем больной теряет разум и личность, превращаясь в живого зомби. Некоторые выздоравливали, но там тоже не всё просто. Болезнь добралась и в другие страны, но, поскольку Тариния, практически не общается с другими государствами, у нас об этом умалчивали. То ли надеялись, что болезнь не доберется до нас, то ли что найдут метод лечения, – Лука замолчал, переводя дух. – Но болезнь добралась до нас? – Да. Сначала была вспышка в одной из приграничных деревень, соседствующих с Хананем. Вспышку локализовали. А вчера два случая были зарегистрированы в Буруане. – А что известно о самом заболевании? – Это похоже на вирус, только магической природы. Путь заражения не ясен, но нужен непосредственный контакт. Сначала "ломает" энергоканалы зараженого, потом – иммунную систему. Иммунитет избирает сначала "мишенью" сердце, печень, легкие и мозг. Поднимается температура, развивается бред и галлюцинации. Затем в большинстве случаев человек умирает. Это – когда дело касается не одаренных.
Зараженые маги переносят заболевание не так бурно, без высокой температуры и массированного поражения органов, но человек превращается в "живого зомби", и стремится уйти куда-то. Есть случаи мнимого выздоровления. – Мнимого? – Да. Если простые люди выздоравливают полностью, то магов болезнь меняет. – Что значит – "меняет"? – Из полученных сведений не совсем ясно, о чем идёт речь. Но изменяется как энергетика и сила, так и личность мага. Катарина, это какая-то древняя и очень сильная темная магия, никто не знает, откуда это пришло, как с этим бороться и когда это всё закончится. Ясно одно – под угрозой весь мир. – О Богиня… – Я бы пообещал тебе приехать, но в свете последних событий… Сама понимаешь. – Да, конечно. Береги себя. – И ты, – он отключился, а я ещё долго сидела в своей комнате думая о случившемся.
Через день всех студентов собрали во дворе академии. Магистр Юрас объявил о том, что передвижения между городами и иными поселениями приостановлены на основании эпидемической ситуации, кратко объяснил что болезнь пришла из Хананя и вовсю бушует в других странах. О том, что в Буруане произошла вспышка, и что более подробные сведения сообщат нам наши кураторы вечером на собраниях, которые пройдут для каждой группы отдельно.
Растерянные и расстроенные мы разошлись по комнатам. Я понимала, что дальше будет только хуже. Позвонила бабушке, затем матери – оказалось, что в степях инфобраслеты вполне уверенно принимают сигналы.
Ба рассказала, что под Буруаном вовсю разворачивают полевые госпитали, город полон военных, введен комендантский час, людям запретили выходить без особой надобности на улицу.
Мама сказала, что у них все хорошо, но вожди степняков уже давно запретили передвижения между поселениями, крупные поселения "расселили" ещё полгода назад по велению шаманов, а сейчас в усиленном режиме воздвигают вокруг каждого стены. А ещё, что прадед велел держать при себе кость для связи и носить птичий череп, который он мне когда-то подарил.
Вечером на собрании нам объявили о комендантском часе, рассказали в общих чертах о начале и течении заболевания и велели расходиться по своим комнатам.
Ночью на инфобраслет пришло сообщение о том, что выход за пределы академии возможен только по спецпропускам.
Так потянулись дни в ожидании – мы ходили есть по расписанию и сидели в своих комнатах. Ещё через неделю позвонил Лука и сообщил, что я должна подойти к магистру Юрасу и получить в личное пользование многофункциональный наладонный инфоэкран.
Через час под руководством магистра Тормето я настроила закрытый канал для видеосвязи.
– Пресветлого дня, господин инквизитор. Да освятит Богиня твои дни, – я улыбалась, увидев любимого на экране, но чувствовала, что к глазам подступают слёзы. – И тебе хорошего дня, светлейшая. И с назначением на новый пост, ты теперь в команде загонщиков, официально. Правда пока – только по бумагам, – Лука улыбнулся, – пришлось воспользоваться служебным положением в личных целях. Как вы там? – Нормально. Только непонятно. Сидим по норам, как крысы. Ждём неясно чего. – У нас тут тоже неспокойно. Регистрируют новые и новые случаи. Уже семьдесят заболевших. Пока большинство из них – неодаренные. Магов заболело всего трое, чем с ними кончится – не ясно. Ученые на свой страх и риск собирают данные. Это скорее похоже на проклятие, чем на вирус. Но как с этим бороться – пока никто не знает. Кстати, чем выше потенциал, тем меньше шансов, что маг заболеет. У кого потенциал от 90 и выше не болеют вовсе. – Это намëк? – И да и нет. Я не знаю, достанет ли сил магистру Тормето снять твой блок, но если ситуация выйдет из под контроля и болезнь придет в Каньято, ты знаешь что делать. – Хорошо, поняла. – Я буду выходить на связь раз в три дня, как прежде, предварительно отправив сообщение на браслет. Экран держи в комнате. Тебя могут теперь, как сотрудника инквизиции, по необходимости вызывать в местный отдел, но официально твой начальник – я, поэтому все решения – через меня. Ты связывалась с родными? – Да, у всех всё спокойно. Степняки так вообще забарикадировались в поселениях, и давно. – Ну помогай нам всем Богиня. Ладно, давай, до связи! – Лука! – Да? – Я… Я люблю тебя, – почувствовала, как запылали щеки, – береги себя, хорошо? – Хорошо, – он тепло улыбнулся в ответ, – и ты себя береги.
Утро следующего дня началось с плохих новостей – умер магистр Тормето. Меня, как человека, который контактировал с ним последним, на всякий случай изолировали в моей комнате. Совсем весело.
Я развлекалась, заставляя выплясывать сложные пируэты мертвого паука, найденного в комнате, когда в двери кто-то поскребся.
– Да! – Я принес еду, – в двери втиснулся Джонатан, который в этом году окончил обучение, но не успел уехать. – Ээээ… Ты бы не заходил, а то мало ли. – Да ну, брось. Магистру Тормето было много лет, я более чем уверен, что он умер от старости, – парень поставил поднос на журнальный столик, пожал костлявыми плечами и плюхнулся прямо на пол рядом, – я скоро взвою один в комнате. – Один? – Ага. Я подал на аспирантуру. Мою кандидатуру одобрили. – Оу, поздравляю, – я забрала поднос и принялась за еду, – хочешь? – Что, тоже страдаешь желанием меня покормить? – мой гость усмехнулся, – я ел, спасибо.
Справедливости ради стоило сказать, что Джонатан действительно был высок и худ до безобразия, с учетом того, что он был целителем, и целителем сильным, это было странно. Образ довершали волосы, вечно торчащие во все стороны, и непомерно большой для его лица нос. А ещё он был суетлив в движениях и очень говорлив. При разговоре он активно жестикулировал, размахивая своими длинными руками, и я каждый раз удивлялась, как он ими до сих пор кого-нибудь не прибил случайно. Ну или не сломал что-нибудь. Если спросить его о чем-то или ком-то то складывалось чувство, что он знает всё и о всех. При этом отвечая на вопросы Джонатан умудрялся никогда никого не осуждать, и рассказывая какие-то мелкие отвлеченные истории "вынуть" из тебя всё о тебе и ближайшем окружении. Интересный он, одним словом, был человек. Но общаться с ним слишком долго было для меня утомительно.
– Слушай, а сколько у тебя потенциал? – Девяносто три. Но я тебе этого не говорил. – Ого. Вот это да. Ты только целитель? – Нет. – Но ты светлый? – Да. – Отвечаешь односложно. Не похоже на тебя. – Информация за информацию, – маг усмехнулся, – сколько твой потенциал, Катарина? Кем тебе приходится Фаргв Вокмасе и сколько ему лет? Что ты знаешь о болезни? – Ты же понимаешь, что я не на все вопросы могу ответить? – Ответь на те, что можешь, – Джонатан на секунду задумался, и всё таки свистнул с моего подноса булочку. – Эта болезнь не вирус, а, скорее, проклятие. Кстати, ты, скорее всего, не заразишься. Говорят, у кого потенциал выше девяносто не болеют. Фаргв мой пра-прадед. Ему более четырехсот лет. Мой потенциал целителя на данный момент пятьдесят семь, как менталиста – пятнадцать, как некроманта около сорока, но если его разблокировать, то измерению он не подлежит, более сотни. Ты же понимаешь, что это между нами? – Да, конечно. – Твой черёд. – Я слабый боевой маг и менталист. Оба умения около пятнадцати пунктов. И это тоже между нами. – Светлый менталист? Круто. – Ага. И это тоже между нами. Кстати, мы с тобой теперь соседи, заглядывай в гости, – Джонатан поднялся и собрался уходить. – Не знаешь, надолго я тут? – Вечером будут результаты вскрытия. Я загляну ещё.
Вечером Джонатан действительно пришел, притащил целый бумажный пакет печенья и булочек, а ещё поднос с кофейником. Я чуть слюной не захлебнулась от запаха. Поставил всё на журнальный столик, а сам опять уселся на пол.
– Пришли результаты, магистр полностью исчерпал свой резерв для поддержания одряхлевшего организма. Я думаю, он знал, на что шёл, – Джонатан закинул в рот маленькую булочку целиком, – еф, фкуфна. – Ага. Спасибо. Знаешь, это, всё таки грустно. Сколько ему было? – Грустно, но всё равно вкусно, – пытался пошутить Джонатан, – почти сто семьдесят. Учитывая то, что дар у магистра был довольно слабым, это хороший возраст. – Ага, – я тоже села на пол и взяла булочку.
Так прошла ещё неделя, снова ходили в столовую по расписанию и сидели по своим комнатам.
Тариинские хроники ч 24
Мы с соседом сдружились. Оказалось он большой любитель настольных игр и их у него более пятидесяти. А ещё в его комнате мини-оранжерея, которую он развел будучи студентом и теперь перетащил из студенческого корпуса в крыло аспирантов. Лука, узнав о таком друге, поначалу ворчал, но затем вроде бы смирился. По крайней мере не затрагивал эту тему во время наших видео-разговоров.
В один из вечеров сидели в комнате Джонатана и играли в "Скажи иначе", когда в двери кто-то осторожно постучался.
Переглянулись. Парень встал и пошел открывать.
На пороге стояла магистр Амира Стовэ, преподававшая историю медицины младшим курсам. Магистр была мала ростом и стройна, русые волосы вились и вечно выбивались из прически, а большие наивные глаза и вздернутый нос делали ее похожей на ребенка.
Запрет "кучковаться" был негласным, но проверяли обычно только студентов. Хм.
– Светлого вечера, магистр Стовэ. Загляните на чашечку чая? – О, Джонатан, Катарина, добрый вечер. Простите, не думала, что вы тут вдвоëм, – магистр смутилась, явно решив, что помешала нам, – я просто с вечерним обходом. У вас всё хорошо? – Да, всё хорошо. Магистр, мы тут играем в "скажи иначе", да и вообще… Вы и правда можете составить нам компанию, если хотите, – я улыбнулась преподавателю. – Ах, да, ну хорошо, я подумаю. Светлого вечера вам.
Через час в двери снова "поскреблись". Магистр Стовэ стояла на пороге и нерешительно мяла подол платья в руках.
– Если вы правда не против, я бы составила вам компанию. И… И если можно, то и Ормс, наш библиотекарь – тоже. – Да, конечно, проходите. У меня есть игры, в которые вдвоем не поиграешь, – Джонатан приглашающим жестом открыл двери пошире. – Тогда я пошлю Станису сообщение.
С тех пор мы каждый вечер собирались то втроём, то вчетвером.
Станис Ормс был библиотекарем, и не был одаренным. Между ним и магистром Стовэ явно были нежные чувства. Забавно, что и внешне они с Амирой были похожи – Станис был невысок, кудряв и с большими наивными глазами.
Мы играли, читали книги, которые приносил Ормс, или просто разговаривали.
Я со стороны понаблюдала, как Джонатан легко и ловко "выудил" из преподавателей нужные ему сведения, как он располагает людей к себе, вызывая доверие и желание "открыть душу". Поняла, что самой мне было с ним очень комфортно, словно мы всю жизнь дружим. Интересно, это особенность дара или какое-то иное явление.
Когда я спросила его об этом прямо, то он лишь пожал плечами, ответив, что и сам не знает.
Однако, если это проявление слабого дара светлого менталиста, то боюсь даже представить, как подобный дар будет выглядеть в варианте, где его потенциал средний или высокий. Радостно расскажешь всё, что планировал и не планировал, и будешь думать, что так и надо. Бррр.
Тариинские хроники ч 25
Прошла половина лета «взаперти», когда меня вызвали в отделение местной инквизиции.
Законница, госпожа Мэила Кегелапан, оказалась весьма экстровагантной особой. Честно говоря, я сначала приняла её за мужчину – короткая стрижка, черная мужская одежда, в основном – кожаная, мускулистые руки и абсолютное отсутствие на теле характерных для женщин выпуклостей. Правую кисть и, как позднее оказалось, левую ногу ниже колена заменяла бионика". Значит пострадала на службе – государство заботилось в таких случаях о своих служителях. О тех, кто выжил, разумеется.
Вообще работать на государство в Таринии было выгодно. А в некоторых структурах, таких, как правительство, армия, и инквизиция – престижно. Последние так и вовсе были на особом счету – растущую "популяцию" магов было необходимо держать под контролем. И платили им хорошо и исправно. Потому то, не смотря на опасность, желающих работать там всегда было хоть отбавляй.
Забавно. Светлейшие, загонщики и гончие – тёмные. Контролеры дара – тоже. Охотники вообще "особая каста", "сканеры", отнимающие – менталисты, реже в структуре работают маги крови и слова. По сути основная ичейка инквизиции– команда охотника, обеспечивающая его безопасность, лечение, экстренное пополнение резерва, выполняющая функцию " своры, идущей по следу". Но главный – всегда охотник. Он способен выследить и уничтожить жертву. Ну или блокировать её дар и притащить на суд.
Семьдесят-восемьдесят процентов в командах – темные. Исключение – боевые маги. Изредка попадаются светлые целители. Иногда к команде по необходимости примыкают маги специфических направлений – друиды, погодники, медиумы.
Присмотрелась: законница не была охотником. Два дара, светлый и темный. Сосредоточилась и словно в стену носом ткнулась. Ясно, темный менталист, а кто ещё? Одной Богине известно.
– Добрый день, Катарина. Присаживайтесь. Я не отниму много Вашего времени, – Мэила явно не было довольна моим "прощупыванием". – Добрый. Да освятит Богиня Ваши дни, – я присела на предложенный стул. – Правительством постановлено в кратчайшие сроки обнести все крупные и мелкие поселения и города специальными заборами, оборудовать въезды пропускными пунктами. Будут привлечены как силы военных, так и мирных жителей. Студенты академии будут также привлечены к данному процессу. Вы включены в контролирующую группу инквизиции. – Как это понимать? – Так и понимайте, от Вас, – законница пренебрежительно окинула меня взглядом, – никто ничего особо не ожидает. Так, номинальное присутствие как представителя власти. Крестьян пугать. – Ну что ж, поскольку опыта в напугании крестьян у меня мало, надеюсь, госпожа Кегелапан, Вы дадите мне пару уроков в этом тонком исскустве, – я широко улыбнулась, а законница отчетливо скрипнула зубами. – Жду Вас завтра здесь, в восемь, всего доброго, госпожа Кабра.
Ага, а ты думала перед тобой бедная овечка. Да уж, с местной законницей мы друг другу явно не понравились.
"Бионика – техномагический протез, заменяющий утраченную часть тела. Простому человеку подобная "роскошь" недоступна, однако Тариния заботится о своих "солдатах", пострадавших во имя службы.
Тариинские хроники ч 26
Постройка стены развернулась полным ходом.
Нужно сказать нам повезло – проклятая гора Артан, представлявшая собой не гору даже, а небольшой горный хребет, огибала город "дугой" перекрывая доступ почти к половине Каньято.
Интересно: с одной стороны гора отвесная, а вот с другой – довольно пологая, как собираются стену строить? Ведь аномальная зона не имеет четких границ.
Я праздно шаталась между людьми, которых собирали в отряды, когда в город пригнали технику. Следом приехал фургон с целым отрядом магов недр". Оказалось всё просто – гору решили частично "обрезать", сделав весь склон со стороны Каньято отвесным и непроходимым, частично – гору расколоть, сделав подход к отвесной части практически недоступным. " Срезанное же предполагалось пустить на строительство.
Я припомнила лестницу на восточном склоне, и дверь, открывающуюся в город с той стороны. Но благоразумно промолчала – ни до меня, ни после ни одной живой душе не удавалось пройти аномальную зону.
Мой инфобраслет пиликнул сообщением.
"Оглянись" – одно слово, и душа "уходит в пятки". Стою среди толпы, и как ненормальная кручу головой. Сердце замирает.
Лука стоит около фургона, из которого выгрузились маги недр, и улыбается. Далеко, почти квартал от меня. И я срываюсь на бег, повисаю на его шее и целую, смеюсь и плачу, и плевать, кто и что подумает или скажет об этом.
Кажется, такой реакции он не ожидал. Бормочет что-то успокаивающее. – Почему ты не сказал ничего? Не предупредил, что приедешь? – я прятала мокрое от слез лицо на его плече, – я думала, что мы ещё неизвестно сколько не увидимся, если увидимся вообще. – Ну всё, всё, успокойся. Не хотел тебя зря обнадеживать. И не знал, когда точно прибудем, если передвижение всё таки разрешат. Мы неделю в карантине просидели, тут, в горнизоне. – Ты надолго? – Нет. Я приехал забрать свою загонщицу. Загонщицу и целительницу. Уедем, как построят стену, – он немного отстранился и стер слёзы с моего лица своими ладонями.
Я стояла и молчала, не зная, что сказать. Мне бы радоваться. Но на уровне интуиции пришло четкое понимание того, что мне нельзя уезжать. А иначе… Что иначе? Страх, боль и безысходность накатили волной, буквально парализовав. Слова встали в горле комом, но я всё-таки смогла "вытолкнуть" их из себя:
– Я не могу. Прости. – Что? Почему? – лицо инквизитора стало крайне удивленным, затем недовольным. – Я не могу. Не могу и всё. И я не знаю, как это объяснить. – Ладно. Потом поговорим, – Лука явно был не в восторге от моего ответа, но уловил моë состояние.
В этот момент я почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Обернулась и встретилась с очень внимательным взглядом Джонатана. Тот как-то осуждающе покачал головой, поджал губы, а затем отвернулся. Чего это он? – Я так понимаю, это твой сосед. Так значит просто друг? Ну ну, – от Луки не укрылась эта небольшая сцена. – Я не поняла, ты что – ревнуешь? – Нет. Вот только не он ли причина того, что ты не хочешь уезжать?
Я не стала отвечать, лишь закатив глаза.
**************************
– Я не знаю, Лука. Правда не знаю. Не могу тебе этого объяснить. Даже себе не могу. Это всё как-то связано: этот город, мои сны, то, что сейчас происходит. Фаргв тоже говорил об этом. У меня тут словно незаконченное дело есть. Важное дело, которое нельзя оставить. Как будто конец света настанет, если я уеду, – я пыталась заглянуть собеседнику в глаза, но он хмурился, и смотрел мимо. – Не знаю, Катарина. Право, твои эмоции как на ладони, и я понимаю, что ты не врешь. По крайней мере – ты сама искренне веришь в то, что говоришь. Но мне всё это совершенно не нравится. Думаю, уехать вместе со мной будет благоразумнее. Но настаивать или увозить тебя силой я не стану. Ты имеешь право закончить обучение здесь. Я думал устроить тебя в академию Буруана, но сейчас не понятно, как будут развиваться события с эпидемией, поэтому, возможно и имеет смысл оставить тебя здесь. – Спасибо.
Было похоже, что мне не слишком поверили. Я и сама не до конца верю и понимаю, так что ничего удивительного.
"Маги недр – имеющие власть над структурами земных пород – камней, земли и т. д.
