Текст книги "Тариинские хроники (СИ)"
Автор книги: Екатерина Бочкарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
Тариинские хроники ч 12
Я шла по краю обрыва. Красиво тут.
Мы часто гуляли здесь с названным сыном. Особенно хорошо было на закате, когда солнце подсвечивало дальние горы красно-розовым, и, словно копьями, лучами пронзало небесную вышину. В закатном небе кружили птицы и драконы. После того, как мой сын научился летать, я особенно остро ощущала тоску от того, что самой мне не дано крыльев.
Сегодня было ветрено, лето кончалось, впереди была долгая осень. Лето здесь вообще быстротечно и редко одаривает по настоящему теплыми днями. Остановилась, глядя вдаль.
На моей родине говорили, что чужие края – это зеркала наоборот. Я не понимала тогда значения этой фразы. А теперь осознала в полной мере: этот мир был мне чужим. Пусть я прожила здесь лет больше, чем в том, где я родилась, привыкла, смирилась, даже полюбила. Но сколько не смотрись в такое "зеркало", всегда будет что-то не так.
Я ушла вперёд, Арэк немного отстал, отвлеченный одним из слуг.
Резкий толчок в спину стал неожиданностью, камни на дне пропасти ринулись навстречу, меня закрутило потоком воздуха. В какой-то момент я поняла, что Арэк ринулся вниз, оборачиваясь в полёте. Я не испугалась за себя, только за сына – слишком мало места, не успеет затормозить и мы разобъемся оба. Резкая боль, краем угасающего сознания я увидела, как сын замахал крыльями, забился, затормозил, почти коснувшись каменного дна ущелья и начал набирать высоту. Сознание угасло под отчаянный, полный боли рёв…
Проснулась от того, что не могу дышать. Тело свело спазмом ужаса. Богиня, что это было, какой сын, какие драконы? Я, вроде, сказок на ночь не читала. Фух.
Перевернула подушку на другую сторону, с помощью инфобраслета отрегулировала температуру в комнате на более прохладную и снова провалилась в сон.
– Аë! Аëве, – голос словно бы шел издалека, откуда-то из под воды, – ты слышишь меня? Аë, мне холодно. Не уходи, Аë, помоги мне.
Вокруг меня клубился темный туман, я не могла ни идти, ни дышать, ни отвечать. Только так горько и тоскливо стало моей душе, словно она сейчас разорвется на части.
Снова проснулась не в силах дышать, вся в слезах, в состоянии, близком к истерике. Самодиагностика ничего не дала, я была здорова, просто очень напугана. Часы показывали полночь. Пошла в душ, но прохладная вода не принесла облегчения или успокоения.
Легла, но сон не шёл. Встала и вышла в коридор. Потопталась около двери в спальню инквизитора сомневаясь, а затем нерешительно постучалась и, не дожидаясь ответа, толкнула дверь.
Лука, видимо, уже спал до моего прихода, и теперь сонно щурился на меня, включив настольный светильник. – Что-то случилось? – Опять кошмары. – Рассказывай, – он подвинулся и пригласительно похлопал по краю кровати рядом с собой.
Я села, нервно теребя в руках пояс халата и не зная, с чего начать.
Тариинские хроники ч 13
– Мне сон странный снился. Как будто я это не совсем я, и где-то в другом месте. Точнее – в другом мире. И… Я погибла, – и я выложила ему сон о драконах, – А ещё… Это не первый раз. И я не могу рассказать, когда пытаюсь, язык словно к нëбу прилипает. Меня зовет кто-то. Другим именем. Это началось на проклятом озере, там, в Каньято.
Лицо мужчины стало озабоченным, он сел в кровати, потом встал у меня за спиной на колени, водил руками и что-то бормотал. – Странно, это похоже на некропривязку. Но я не уверен. Очень слабый след. Возможно, это как-то связано с твоим основным даром.
Расскажи что случилось тогда, в лазарете, когда произошел выброс темных эманаций, – он полулег обратно на кровать, а сам взял в руки мою ладонь, и начал что то вычерчивать на запястье, – я поставлю небольшую защиту. Рассказывай, может это как-то поможет.
Я рассказала всё, что помнила, в подробностях, а когда закончила, поняла, что мою руку просто гладят, очень нежно, вырисовывая пальцами замысловатые узоры, а сам мужчина смотрит на меня с таким выражением лица, что дыхание перехватило. – Я пойду, пожалуй. Доброй ночи. – Да, прямо сейчас и пойдëшь, – и потянул меня за запястье к себе, – обязательно. – Лука? – Прямо сейчас, – ответил он мне, зарываясь второй рукой в мои волосы. Мое запястье он отпустил и перехватил меня за талию, прижимая к себе.
Мысли вылетели из головы, губы словно обожгли мои, и я утонула в горьковатом аромате полыни и осеннего дождя.
Я пробыла в доме инквизитора ещё цулую луну. Глупое и радостное, какое-то щенячье счастье заполняло моё сердце, когда он был рядом. Мы много говорили, точнее говорил он, а я слушала. Я готова была слушать его всю оставшуюся жизнь.
Кошмары не посещали меня, если я спала у него, и доходили отголосками и смутными тенями, если я спала одна.
Лайра "вычислила" перемены через три дня. Улыбнулась хитро, подмигнула, а потом обняла.
Жара спала, и мы ездили по театрам, музеям, на балет, на концерт. То ли Лайра решила заняться моим просвящением, то ли в обычное время ей одной было скучно и поэтому сейчас отрывалась по полной.
Время летело незаметно, близилась середина каникул. Несколько раз звонила матушка и пыталась скандалить из-за того, что я не еду к ним. Я отнекивалась практикой, делами, посещением столицы.
Раз в седьмицу, на выходной, навещала бабушку. От знакомства с инквизитором та была явно не в восторге, и, кажется, что-то заподозрила, но промолчала.
Но однажды Лука пришёл с работы хмурый и озабоченный. Оказалось, что в одной из северных дальних деревень случился мощный выброс темных эманаций, а перед тем пропало двое слабо одаренных детей. Дело поручили ему. Нужно было ехать.
Лука провожал меня в воздушном порту – я летела ещё на месяц к родителям, а затем – обратно в Каньято.
– Я собрал для тебя литературу. Её пришлют в академию. Ты должна внимательно прочесть то, что там будет. Новый зав. практики, магистр Тормэто, целитель и имеет слабый дар магии крови. Он работает на государство. Пока я не нашел лучшей кандидатуры для твоего обучения. Не снимай кулон, – он взял меня за руку, – я постараюсь приехать, как смогу. Это не должно занять много времени.
Я послушно кивала каждому его слову. А на глаза набегали непрошеные слёзы. – Я буду ждать. – Ну ты чего? – он погладил мою щёку, – напиши, когда захочешь поговорить и я позвоню. Не плачь.
Мы стояли обнявшись. И мне так не хотелось его отпускать.
Приехала к родителям. Матушка изобразила обморок, увидев вместо помолвочного браслета белый браслет принадлежности инквизиции. Отец сухо поздравил с принятием на гос. службу, но было видно, что и он расстроен. Я не стала сообщать им по связи, решив "обрадовать" лично. В курсе была бабушка, но я взяла с неё слово, что она будет молчать.
Кстати, дважды в луну на мой счет теперь поступала не очень большая но приятная сумма. Как выразился Лука – "стажерские".
По возвращению в академию должна была поселится в крыле аспирантов, одна в комнате. Инквиизитор объяснил это тем, что у меня будет запрещенная литература и доступ к ней не должен получить кто-то ещё.
Вскоре поймала себя на том, что постоянно думаю о нём, переживаю и жду его звонка. Это было глупо, но я влюбилась.
Больше всего мое существование омрачали кошмары. Не кошмары даже, тяжелые, муторные сны, в которых за мной ползли тени, щупальца, кто-то звал. Я просыпалась после них среди ночи с чувством тоски и безысходности.
Аммулет, подаренный когда-то пра-прадедом я так и не нашла. Может быть его выкинули, как ненужный хлам? Обидно.
Лето кончилось, пришла пора возвращаться в академию. Лука так и не вернулся, дело зачахло, следов не было, но были две новые жертвы, поэтому приходилось искать. А потом в другой деревне, неподалёку от первой, пропал местный шаман – старик со светлым целительским даром. Через шесть дней его голову нашли обглоданную человеческими зубами. А всего остального и вовсе не нашли. Словом, было похоже, что инквизитор со своей командой застрял там надолго.
Тариинские хроники ч 14
Магистр Ивар Тормэто оказался сухоньким старичком с живым и веселым нравом. Весь поток искренне полюбил его и его занятия.
А после занятий, трижды в седьмицу, он, на сколько мог, объяснял мне темномагическую теорию и практику.
От количества литературы, которую прислал Лука, мне сделалось дурно.
Нет, ну чисто в теории, если не есть и не спать, то я успею это прочесть и усвоить, и даже на учёбу время останется. Наверное.
Ладно, глаза бояться, руки делают.
Дни даже не текли своей чередой, летели. Осень перевалила за середину. Инквизитор звонил мне раз в три дня. Того, кто творил бесчинства на севере так и не нашли, и Луку отозвали по более значимым делам, а дело передали другому сотруднику.
Обещал приехать. Обещал… Но не ехал. Ссылался на занятость.
Исследования, которые возглавила ба вышли на "новый уровень" – клинических испытаний. Десять "улучшенных" эмбрионов были готовы к подсадке "донорам" – женщинам с изначально слабой искрой, у которых был взят материал для "улучшения" а самих их предполагалось держать под действиями накопителей, что бы усилить потенциал детей. Тогда же я узнала, что одной из подопытных решила стать моя матушка. Брррр. Честно говоря, я не могла сформировать своё отношение к данной новости, поэтому решила просто постараться не думать об этом.
Снег пришел в наши края внезапно и очень рано, в начале второй луны осени. Просто сыпал пять дней к ряду, не прекращая. А потом была ещё пара снегопадов, и вот теперь на улицах лежали огромные сугробы, будто не осень вовсе, а самая настоящая зима.
Впереди были длинные выходные, целых пять дней – государь праздновал День рождения. В честь этого были организованы народные гуляния – площадь рассветили огоньками, небо – немагическими иллюзиями.
Темнело рано. Здесь вообще темнело рано и резко.
Мы с Натьям, с которой не прекратили общаться разъехавшись по разным комнатам, пошли прогуляться. – Катарина, а идем сегодня на танцы! Говорят, будут военные маги из пограничного гарнизона. Там недавно смена была, теперь мальчики молодые служат, только из военакадемии! – подруга была как всегда в своём репертуаре. – Что-то настроения нет, прости, – я машинально посмотрела на табло инфобраслета, прикидывая, сколько осталось до того, как позвонит Лука.
– Совсем зачахла и позеленела. Всё своего инквиза забыть не можешь. Было бы о чем горевать. Тьфу. Пройдëшь мимо – не заметишь, – девушка перехватила мой удивленный взгляд, – ой, да брось ты, весь поток шепчется. И что ты половину каникул в его доме прожила, и что магистра Тормэто прислали тебя инквизиторской науке учить да приглядывать. – Всё не так, как ты думаешь, – я нахмурилась, – нас с господином Брезгом связывают деловые отношения. – Ой-ой, ага, деловая. То-то ты на браслет постоянно смотришь, и на каждое сообщение дергаешься. А сама словно тень ходишь.
Я опустила глаза. Крыть было нечем. Стало противно от того, что сплетни поползли по академии. А ещё – внезапно обидно. Обиду сменила злость. – А пошли, – я решительно посмотрела Натьям в глаза, – пошли танцевать! – О, вот это мне нравится, вот это дело. Ой, смотри, новый магазин "Леденцы и кофе", пойдëм, глянем, и кофейку выпьем, я совсем задубела, – и подружка потянула меня за руку в направлении заведения с яркой вывеской.
Тариинские хроники ч 15
Вечером, в танцевальном клубе Эверика, народа было – не протолкнуться. Оказалось, что младший брат Натьям, Георг, работает там барменом, поэтому нам быстро нашелся столик. – Ой, девочки, а можно и я к вам приземлюсь? – Тану, степнячка с курса старше, плюхнулась на стул напротив, – фух, жарко тут, нужно освежиться!
Через полчаса мы уже смеялись, и беззаботно болтали, потягивая коктейли.
Вообще в академии не одобряли алкоголь – двое суток после него магический потенциал был не стабилен, что сказывалось на практических занятиях. Но впереди были длинные выходные.
Тану оказалась хохотушкой и болтушкой, под стать Натьям.
Затем пошли танцевать. Объявили хастл. Меня пригласил молодой офицер. – Ибрагим. – Катарина. У вас красивое имя, господин офицер. – Благодарю. Партнер вел, алкоголь кружил голову. Было весело и легко. Ибрагим был необычайно высок – я едва ли доставала макушкой до его подбородка, поэтому мне пришлось запрокинуть голову, что бы рассмотреть парня. Волосы темно-русые, голубые глаза, чувственные губы и четкие скулы. Ну хорош. Явно не таринец. Парень заметил мой интерес и улыбнулся.
– Студентка? – Да. – Будущая законница? – А ты глазастый. – Это профессиональное, – и он улыбнулся широко и открыто, вызывая ответную улыбку. – Не смущает? – Нет. Я и сам военный. Ты свободна? – В каком смысле? – В прямом. Я подойду, – Ибрагим отпустил меня, поклонившись и поцеловал руку на прощание, передав следующему партнеру. – Ой, магистр Сорим, и вы тут. – Угу. Добрый вечер, Катарина.
Магистр Сорим преподавал у нас физическую подготовку, а сам он более всего был похож на медведя. Вел меня он уверенно, но при том кого-то сосредоточенно высматривал среди танцующих. Я проследила за его взглядом, и увидела его супругу, танцующую с Ибрагимом. Ах ты божечки, он же ревнует. Смена партнеров, незнакомый смуглый мужик, ростом мне до подбородка, который молча кивнул и не представился.
Смена партнёров. – О, привет! – Джонатан, студент старшего курса, мой ровесник, подхватил меня почти из рук какого-то молодого военного мага. – Ну привет, – я улыбнулась.
За полторы минуты до следующей смены партнеров я узнала половину сплетен академии. Нет, вообще Джонатан хороший парнишка. Но утомительный.
Смена партнеров, и меня кружит по залу первокурсник, имя которого я не запомнила, а лишь следила за тем, чтобы он не оттоптал мне ноги.
Смена партнеров, очередной военный из гарнизона, на этот раз – не маг. В какой-то момент за дальним столиком я заметила знакомую фигуру в сером. Сердце "ухнуло в пятки", но меня повернули в движении танца, а другие танцующие пары закрыли обзор.
Смена партнеров, теперь напротив какой-то седой дедок, который наровит положить руку не на талию, а ниже. Смотрю предупреждающим взглядом и дед успокаивается. Отвлекаюсь. Да, за столиком сидит мужчина, похожий на инквизитора… А впрочем таких – половина таринцев. Не могу разглядеть лицо. Поворот. Да нет, показалось.
Смена партнеров. – Ну вот я тебя снова поймал, – Ибрагим прижимает меня к себе чуть сильнее, чем это дозволено танцем. – Ага, – отвечаю рассеяно. – Ищешь кого-то? – парень проследил за моим взглядом. – Не знаю, – вздыхаю я, – наверное показалось. Сядем? Я устала.
Натьям весело отплясывает, Тану вообще не видно. А мне тревожно. Оглядываюсь. Да нет, показалось. Кстати сказать, Лука так и не позвонил сегодня. Хотя обещал. – Шампанского для милой дамы, – парнишка-официант ставит на столик бутылку и два бокала. – Катарина, ты не против, за знакомство? – обаятельно улыбается мне Ибрагим. – Она против, – руки ложатся мне на плечи, внутри всë замирает, – она уходит.
Тариинские хроники ч 16
– Пресветлого вечера, господин инквизитор, – Ибрагим подскакивает со своего стула, – да благословит Богиня Ваши дни. – Спокойно, мальчик. Я не на работе. Идём, – это уже мне.
Я остаюсь сидеть. Я понимаю умом, что нужно уйти. И я до безумия рада слышать этот голос. Но я остаюсь сидеть. – Я не пойду. – Интересно. Бунт? – Лука сел на стул рядом, на лице – неподдельный интерес. – Ну почему же, светлейший, – я приподняла одну бровь, – вечер ещё не окончен, танцы – тоже. – Ах вот оно что, – его улыбка стала похожа на хищный оскал, – это, конечно, аргумент. – Извините, разрешите откланяться, – подал голос Ибрагим, про которого мы забыли. – Разрешаю, – махнул рукой Лука.
А потом просто взял мою ладонь в свои, очень осторожна гладя мой мизинец, при этом не прекращая улыбаться. Улыбка стала хитрая, и глаза как у лисы. Желание вредничать пропало, сдулось, словно проколотый шарик. Сердце защемило от нахлынувших чувств – нежности, радости, желания обнять. – Ну что, танцевать, или ко мне? – К тебе, – выдохнула я, сдавшись без боя. Поискала глазами подругу, что бы предупредить о том, что ухожу. Та самозабвенно целовалась со старшекурсником за столиком в углу. Ясно, ей не до меня.
Мы шли по заснеженному городу – гостинница, где остановился Лука, была недалеко.
– Я закажу еду. Потому что кто-то пил, но не ел. Нельзя быть такой безголовой. Ты не просто целитель, ты – темный маг. Алкоголь и темная магия несовместимы, слишком велик шанс потерять контроль. Никогда, слышишь, никогда так больше не делай. – Хорошо. Прости, я не подумала, – мне стало стыдно, – долго ты там был? – При чем тут твоё прости? Ты можешь навредить себе и окружающим тебя людям. Ладно, не куксись, – мужчина остановился и обнял меня, – ни я, ни магистр Тормэто не догадались тебе об этом сказать. Нет, не долго. Хотел сделать сюрприз, приехал без предупреждения. – Угу. Сюрприз удался.
Спрашивать, как он меня нашел, я не стала – на мне два браслета, в которые функция отслеживания добавлена по умолчанию.
Тариинские хроники ч 17
Мы лежали обнявшись. Было так тепло и уютно. Я только сейчас осознала, что тревога и беспокойство грызли мою душу всё это время, словно зловредный червячек. – Лайра рассказала мне вашу семейную легенду, – рука Луки словно путешествовала по моей спине, – нет, я конечно знал, что своем даром ты обязана предку-степняку, но одно дело – сухие факты из документов, а другое – целая сказка. – Это не сказка. А Фаргв приходил, когда мне было пять. Интересно, когда матушка родит «улучшенного» мага, пра-прадед придëт, как думаешь? – я лежала, уютно пригревшись у Луки под рукой. – Хм, не знаю. Вполне возможно. Он, наверное, совсем уже древний. Жив ли? – мужчина задумчиво перебирал мои волосы. – Знаешь, он не показался мне старым, когда я его видела. Хотя я была ещё ребенком, поэтому – как знать. Он подарил мне одну вещь, амулет из птичьего черепа. Хотела найти его. И не смогла. – То есть ты, некромант, не смогла найти свою вещь, сделанную из мертвой птички? Оригинально, – голос Луки сочился ехидством, – а ты точно читаешь книги, которые я тебе прислал? – Да. Ой, – я села, посмотрела на него круглыми глазами, – я почему-то не подумала об этом в таком ключе.
Мужчина расхохотался.
Сосредоточилась, закрыв глаза, тщательно вспоминая талисман, ощущения того, что он в моих руках, "потянулась" к нему. Через пять минут я открыла глаза и с уверенностью сказала: – Он у бабушки. – Ну и отлично. На каникулах вместе поедем в Буруан, заберешь его. – Вместе? – Да, у меня отпуск до праздников. Собираюсь провести его тут. Заодно займусь одним нерадивым стажёром. Точнее – не одним. – Как это? – я опешила. – В горнизоне служит потенциальный охотник. Дар поздно инициировался, после того, как парень попал в плен к контрабандистам и едва не умер. Такое бывает. Поскольку он уже на гос. службе, придется уговаривать. Или блокировать дар. Завтра займусь. А теперь – спать.
Тариинские хроники ч 18
Я засыпала счастливая, ещё не зная, что вместо практики в госпитале, на которую отправилась остальная группа, я попаду в загребущие лапки инквизитора, решившего самолично поиграть в строгого наставника.
Ещё больший сюрприз ждал меня, когда в шесть утра на заснеженный полигон, где должны были начаться наши с Лукой занятия, пришел сердитый и невыспавшийся Ибрагим. – Ты – потенциальный охотник, – не спросила, утвердила я. – Угу. – Я тебе сочувствую. – Так, детки на зарядку собрались, – подошедший инквизитор был в прекрасном расположении духа, – знакомить вас не надо, поэтому объясняю задачу: Катарина, сначала твое дело атакавать его. Как некромант или целитель, на твоё усмотрение. Ибрагим, ты защищаешься, вырабатываешь устойчивость к магии. Вопросы? – Он же боевой маг. Он меня пришибет. – Богиня ему в помощь, – осклабился Лука, – я полностью блокировал эту часть дара. Начали.
Ибрагим "срубился" на простом: зуд он одолел, а вот с заклинанием экстренной чистки кишечника не справился.
Лука откровенно развлекался – Хорош боец, не справился с поносом.
Когда я устранила последствия "экспериментов" и парень перестал корчится от спазмов в животе, перешли к игре в кошки-мышки вслепую: Лука отключил Ибрагиму слух и зрение, и он должен был найти меня, опираясь на дар. Я откровенно скучала, пока молодой маг, словно слепой котенок, периодически падая, бродил по полигону.
Подошла к Луке, и, положив подбородок ему на плечо, спросила – Зачем ты с ним так? – Как – так? – Ну вот это всё, – я махнула рукой в сторону парня, в очередной раз плюхнувшегося в сугроб. – Светлейший с даром боевого мага – на вес золота. У него было 45 пунктов из ста боевой. Сейчас уже пятьдесят. Тьма порой подстегивает основной дар, – мужчина покосился на меня, – ну, и не основной – тоже.
Я успела замерзнуть и хотела есть, а Ибрагим напоминал сосульку, но упорно бродил по полю, когда Лука смилостивился и мы пошли обедать и отогреваться.
А потом до мигрени сидели в пустой аудитории и ставили-пробивали ментальные блоки. Мучения продолжались до позднего вечера. Спина затекла, глаза жгло, словно перцем, голова раскалывалась. Когда нас, наконец, отпустили, с трудом оторвала затекшую попу от стула и заявила: – Я ужинать и спать. К себе. Светлого вам обоим вечера. – Угу, – ответил замученный ещё больше чем я Ибрагим. – Так и быть, жду вас завтра попозже, в восемь, на том же месте. Доброй ночи, Катарина.
Так продолжалось восемь дней. Лука на третий день притащил сумку с костями, и я сотворила из неё нечто, напоминающее костяную собаку-переростка. Нечто кидалось на Ибрагима и гоняло его по полю. А потом он вслепую "гонялся" за мной. Точнее – бродил по полю, а я периодически перемещалась, если он вдруг шел в мою сторону. Ну или просто – чтобы согреться.
На восьмой день случился прогресс: парень воздел руки вверх в который раз и моя "зверушка" осыпалась грудой костей. – Ай молодца! Выпил чужую силу. Есть контакт! – инквиз был доволен произошедшим, – теперь "охота" на жертву.
Я, было, приготовилась опять бесцельно бродить по полю, но через полчаса почувствовала покалывание в затылке и маг, шедший до этого в другую сторону, повернулся, постоял в неуверенности и двинул ко мне. Отошла на сотню шагов, он снова повернул и пошел за мной. Я иду, он за мной. И я побежала.
Ибрагим отставал только потому, что бежать в слепую по снежному полю – занятие сильно утомительное.
– Хватит бегать, ставь блок!
Ага, бежать и ставить блок – всю жизнь мечтала. Справилась и сменила направление. "Охотник" резко затормозил, потеряв меня. Стоял, и, словно оглядывался.
– Всё ребятки, – Лука сделал пас руками, снимая с Ибрагима ограничения, – занятия на сегодня окончены. Ибрагим, если жертва "ушла", ищи и пробивай блок. Потренеруемся завтра. На мне. – На Вас? – удивился тот. – На мне. С её энергией ты знаком и" встать на след" тебе теперь ничего не будет стоить. Поэтому у Катарины завтра выходной. А у нас с тобой – нет. При любом раскладе послезавтра ты едешь в Буруан на экзамен. – А если не сдам? – Будешь сдавать снова. Либо пойдешь загонщиком. В штаб с твоими способностями тебя точно не посадят.
