Текст книги "Привидение без замка (СИ)"
Автор книги: Екатерина Бальсина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
Я впервые за несколько лет полностью погрязла в мечтах. Сладкоголосый итальянец разбередил мою давнюю мечту – провести идеальный отпуск рядом с красивым богатым мужчиной. Мне представлялись золотистые пляжи, сверкающая яхта с загорелым красавцем-капитаном, ужин при свечах с видом на море – в общем, всевозможная романтическая дребедень, где-то увиденная, услышанная или прочитанная когда-либо.
Отчеты катастрофически летели в тар-тарары. Не в силах сосредоточиться на них на работе, я забирала документы домой, но и там сидела, уставившись масляным взором в монитор, не слыша пронзительных воплей перепуганного моим состоянием Ромео.
В конце концов, в дело вмешалась Машка. Думаю, ей просто надоело каждый день лицезреть, как я брожу по офису с отрешенной мечтательной физиономией, не замечая людей вокруг. Хотя – и это наиболее вероятный вариант – куда больше ее напугало то, что я перестала поглощать ее кулинарные шедевры.
– Так, мать, это никуда не годится, – заявила мне она, влетая в кабинет и тщательно закрывая за собой дверь. – Во что ты превратилась? Ходишь как зомби, ненакрашенная, кое-как причесанная и глупо всем улыбаешься. Ты, часом, не тронулась умом-то?
– А? – безжалостно вырванная из сладких видений, в которых красавец-мужчина спасает меня из челюстей акулы-убийцы, за что я награждаю его горячим поцелуем, я не сразу сообразила, кто здесь.
– Слушай, твой итальянец тебе никаких порошочков в еду не подсыпал? – забеспокоилась Маша. – Уж больно вид у тебя странный. Ты это, давай, бери себя в руки. Нашла, по ком сохнуть, по женатому иностранцу!
– А вот и нет! – счастливо улыбаясь, сообщила я. – Джо в разводе. И вообще он меня к себе пригласил на время отпуска.
– Ну это же в корне меняет дело…, – на минуту сбилась Машка, но тут же снова вскинулась. – Ну и что! Подумаешь, в разводе. Да у него наверняка три любовницы как минимум! Думаешь, они сильно тебе обрадуются? К тому же, мне вон сосед вчера рассказал, у них наших женщин вместо рабынь используют. Вот гляди, приедешь на неделю отдохнуть, а останешься навсегда с метелкой в руках пыль по двору гонять. И потом, – мстительно добавила подруга, – если завалишь отчеты, Артур тебе никакого отпуска года два не даст.
Сочетание слов «отчеты» и «Артур» произвело на меня долгожданный эффект ушата холодной воды. Я протяжно застонала.
– Ну нет!
– Ну да, ну да, – садистски подтвердила Машка. – И зарплату урежет, чтоб не мечтала о кренделях небесных, а жила реальной жизнью.
– В самом деле, и чего это я? – устыдилась я. – Давненько меня так не заносило. Блин, даже неудобно как-то.
Машка с облегчением перевела дух.
– Слава Богу! Я уж боялась, придется принимать экстренные меры, типа пыток и мордобоя. Хорошо, что обошлось.
– Спасибо, Маш, – промямлила я, ощущая себя крайне неловко.
– Бывает, – царственно кивнула мне Машенька и с сочувствием уточнила: – Ириш, я так поняла, что с артистом у тебя не выгорело. Между вами было?
Я помотала головой.
– Это ты сколько уже без мужика?
Ну, если не считать эпизод с Артуром, то нормальных отношений у меня не было…
– Два года, – сдавленно ответила я.
Машка сочувственно покивала головой.
– Держи себя в руках, – посоветовала она мне напоследок и упорхнула.
Я перевела взгляд на чистые бланки отчетности.
Да, Ирина Сергеевна, ну вы и отличились! Ведь так действительно недолго до неприятностей. Зарплату-то Артур не урежет, а вот оштрафовать за невыполнение служебных обязанностей очень даже может.
Эх, Артур, Артур…
Хотя… пожалуй, еще полчасика помечтаю. И сразу за работу!
– Ирочка, дорогая! – проворковала в трубку мамуля. – Мы с отцом собрались к тебе в гости.
– Когда? – простонала я, судорожно пытаясь припомнить, когда последний раз убиралась.
– Завтра. Ведь должны же мы посмотреть, в каких условиях живет наш ребенок?
– Да, мамуля, конечно.
– Тогда до завтра, деточка.
Кошмар! Ужас!! Родители завтра приедут, а у меня в квартире дикий бардак, в зале не отлипает от телевизора обнаглевшее привидение, а в холодильнике шаром покати!!!
Я метнулась за тряпкой, но на полпути передумала и забежала в зал.
– Ромео, миленький, хороший мой!
Брови призрака медленно поползли вверх.
– Ты мне? – на всякий случай уточнил он, оглядываясь по сторонам.
– Тебе! Золотце мое, рыбка, зайка, пупсик, котик, выполни одно мое желание, и я обещаю подключить кабельное телевиденье.
– Кабельное? – глаза привидения вспыхнули интересом. – Это как?
– Шестьдесят каналов, – убила я его наповал.
– Что надо делать? – еще колеблясь, но уже явно соглашаясь, поинтересовался Ромео.
– Завтра тебя целый день должно быть не видно, не слышно и не ощутимо.
– Что-то случилось? – осторожно осведомился Ромео.
– Мировая катастрофа! Завтра приедут мои родители, хотят посмотреть, как я тут живу.
– Ой! – призраку явно стало не по себе. – Да, ты права. Я еще не готов к знакомству с твоими досточтимыми родителями. Во сколько они прибудут?
– Понятия не имею, в том-то и дело! Ты даже представить себе не можешь, что начнется, если мамуля тебя увидит. Обряды экзорцизма будут проводиться один за другим, а квартира окажется забитой магами, экстрасенсами и священниками.
– Телевизор не дадут посмотреть? – грустно вопросил призрак.
Я истерично хихикнула.
– Это еще самая малость.
– Хорошо, хорошо, – поспешно затараторил Ромео. – Я немедленно скроюсь, а когда твои родители уедут, ты спустись к подвалу и позови меня. Я на всякий случай спрячусь там, – пояснил он мне, проваливаясь в пол. – Там как-то спокойнее и надежней.
Так, с этим все ясно. Где моя большая тряпка?
К вечеру квартира сияла пугающей чистотой, а я, нацепив на тапочки бахилы, стояла у плиты и, следуя четким Машкиным указаниям, выдаваемым из прижатого к уху телефона, пыталась приготовить нечто умопомрачительно вкусное, но для меня дико сложное под кодовым названием «Объедение» из только что купленного мяса.
– Ты не сомневайся, – вещала мне трубка голосом Машеньки. – Твои предки язык проглотят, как только попробуют.
– Я сомневаюсь, что правильно приготовлю его, – скулила в ответ я. – И тогда проглотят меня.
– Помешай, – выдала новое указание Машка. – Теперь поставь на самый маленький огонь и пусть тушится десять минут. Затем можешь выключать.
– Уфф! – облегченно утерла я пот. – Все, что ли?
– Не забудь разогреть перед тем, как подавать, – ехидно добавила Машка и отключилась.
Я выждала положенные десять минут, выключила газ и с чувством выполненного за день плана пятилетки поплелась спать.
Все утро я провела в метаниях по квартире, пытаясь убедиться, что порядок наведен идеальный. Звонок в дверь заставил меня подпрыгнуть на месте. Я машинально глянула на часы. Половина двенадцатого, как раз к обеду.
Я натянула на лицо радостную улыбку и с внутренней дрожью распахнула дверь. Улыбка сама собой стекла вниз.
– Ты что здесь делаешь? – зашипела я на Артура.
– Мне нужно наконец с тобой поговорить, – Золотов решительно шагнул в квартиру.
– С ума сошел? – я быстренько выглянула на площадку, убедилась, что родителей там нет, и принялась выпихивать Золотова наружу. – Немедленно убирайся!
– Никуда я не уйду! – возмутился Артур. И тут его взгляд упал на мои ноги. – Это еще что такое?
Я опустила глаза вниз и ахнула. На ногах по-прежнему красовались голубенькие бахилы. Я чертыхнулась, быстренько их стянула и сунула в карман домашнего костюма.
Артур решительно закрыл дверь и скрестил руки на груди.
– Я не уйду, пока не поговорю с тобой!
Я открыла рот, чтобы высказать свое мнение о нем, но тут в дверь снова позвонили.
– О, нет! – застонала я в ужасе, а этот придурок преспокойно открыл дверь.
– Доброе утро! – мамулиным голосом можно было смазывать пирог, таким сладким он был. – Ирочка, деточка, здравствуй! Познакомь нас с молодым человеком.
– Мама, папа, это мой…
Мамуля проскользнула внутрь с изящностью феи и, повернувшись ко мне спиной, протянула Артуру руку.
– Маргарита Павловна. Ирочка, как это мило с твоей стороны познакомить нас со своим молодым человеком.
– Артур, – представился Золотов, легко целуя мамулину лапку.
Все, ты попал, жестами показала я недоумевающему Золотову и провела ребром ладони по горлу. Папуля тихо смеялся в густые усы. Подозреваю, что он специально для этого их отращивал, холил и лелеял – чтобы вот в таких идиотских ситуациях незаметно и спокойно смеяться над окружающими.
– Что же мы стоим в прихожей? – все, теперь мамулю танком не отгонишь. Ох, что сейчас начнется!
– Мама, это мой…, – все-таки попыталась спасти я ситуацию.
– Ирочка, время обеда. Артурчик наверняка проголодался, да и мы с отцом не отказались бы подкрепиться.
Да, Золотов, шансов у тебя нет. Теперь ты точно просто обязан пообещать на мне жениться, потому что иных вариантов развития событий мамуля просто не приимет.
Я метнулась на кухню, зажгла газ под сковородой с «Объедением» и принялась накрывать на стол.
– Милая, позволь, я тебе помогу, – прогудел за спиной Артур.
Я обернулась и окинула быстрым взглядом кухню. Мы были одни, видимо, папуля утащил мамулю в экскурсию по квартире. Я уже говорила, что у меня золотой папка?
– Идиот! – злобным шепотом заявила я Артуру. – Ты не понимаешь, что теперь будет. Да мамуля не успокоится, пока не увидит меня в белом платье с венком на голове! А ты, между прочим, только что объявлен официальным женихом.
– Не волнуйся, – улыбаясь, так же шепотом ответил Артур. – Хочет твоя мама жениха – будет ей жених. Кстати, они там на Ромео не наткнутся?
– Я его сослала в подвал до вечера, – дико бесясь и кромсая хлеб возможно ровными кусками, сообщила я. Он думает, что это все хиханьки да хаханьки! Посмотрим, как он запоет к вечеру! Раньше, чем уйдет сама, мамуля его не отпустит.
В кухню шагнул папуля, взглядом уточнил, все ли нормально и запустил мамулю.
– Чем это так вкусно пахнет? – поинтересовался папка.
– Обедом, – максимально нейтрально ответила я. – Артур, милый, поставь хлеб на стол.
Я сунула ему в руки тарелку с хлебом и подняла крышку сковороды. По кухне поплыл божественный аромат мяса, тушеного с овощами.
У меня в животе громко заурчало. Ах да, я же не завтракала, так волновалась из-за приезда родителей.
– Ирочка! – укоризненно произнесла мама. – Я так и думала, сидите тут вдвоем голодные. Могли бы пообедать без нас, зачем же так терзаться?
Ну-ну, скептически подумала я. И были бы обиды – как, вы уже пообедали? А почему нас не подождали?
Я быстренько раскидала мясо с овощами по тарелкам, сунула каждому его тару и схватилась за вилку.
М-м-м! Машке памятник при жизни надо ставить! Какая вкуснятина!!!
Артур прожевал кусочек и поднял на меня удивленный взгляд.
– Милая, просто потрясающе! В жизни не ел ничего подобного!
Родители согласно кивнули в ответ, причем мамуля, бывшая в курсе моей нелюбви к готовке, буравила меня подозрительным взглядом.
– В самом деле, дорогая, – пропела она. – Не поделишься рецептиком?
– Это произвольная фантазия, – не удержавшись от злорадства в голосе, сообщила я. – Уже не помню, что именно делала.
Мамуля недоверчиво хмыкнула. Будем считать, она решила, что и на старуху бывает проруха.
– Я всегда знала, что любовь творит с людьми чудеса, – глубокомысленно сообщила мамуля и повернулась к Золотову. – Артурчик, Ирочка явно в вас безумно влюблена, она еще НИКОГДА так вкусно не готовила.
Я подавилась. Затем перевела на Артура мученический взгляд – ну, ты видишь, что ты наделал?
– Это полностью взаимно, – с очаровательной улыбкой ответил тот. – Я тоже безумно люблю вашу дочь.
После данного изречения этот гад наклонился ко мне и смачно поцеловал в губы!
Мамуля тихо сомлела. На глазах сбывалась ее главная мечта – выдать непутевую дочь замуж. Папуля тихо икал от сдерживаемого смеха.
В общем, день прошел ужасно. На каждую мою попытку открыть рот, мамуля тут же разражалась тирадой о моих положительных и отрицательных качествах, затем выгнала нас с папулей в зал и, пока папик откачивал меня, не переставая смеяться, рассказала Артуру всю мою историю, начиная от момента рождения до сегодняшнего дня. Артур только кивал, поддакивал и изображал непередаваемое счастье от услышанного. Думаю, что наибольшее удовольствие ему доставил рассказ мамы обо всех перенесенных мною болезнях с подробным описанием симптомов, методов лечения и последующего внешнего вида. Теперь стало плохо папуле, он уже просто дышать не мог от смеха, и настала моя очередь оказать ему первую помощь.
– Знаешь, детеныш, – под конец сообщил мне папуля, – я за всю жизнь не смеялся так, как за сегодняшний день. Если после такого испытания Артур не сбежит на край света, можешь смело выходить за него замуж. Он либо действительно тебя любит, либо с очень крепкими нервами.
Я только вздохнула в ответ. Замуж за Артура – я даже думать себе об этом запрещала, не то, что мечтать.
Наконец папик уговорил мамулю оставить жертву в покое и поехать домой. Мама с крайне недовольным лицом – еще бы, такой шанс выпал за ее долгую жизнь! – потребовала, чтобы мы обязательно проводили их до машины.
Мне это было только на руку. Сейчас быстренько сплавлю Золотова, изрядно потрепавшего мне сегодня нервы, и побегу в подвал, разыскивать свое привидение.
Мы двумя чинными семейными парами спустились вниз. Мамуля долго прощалась с нами, высказывая пожелания долгой жизни и всех благ, тут же перебивая их советами, как со мной лучше обращаться вперемешку с восхищением Артуром. Папик снова тихо булькал. Я уже начала переживать, сможет ли он вести машину в таком состоянии, но мамуля наконец уселась в машину и помахала мне рукой.
Я с облегчением перевела дух. Слава тебе, Господи! Папуля гуднул нам на прощанье и вырулил со двора.
– Фух-х! – я почувствовала, как от усталости подкашиваются ноги. Ирина, не расслабляться, тебе еще по подвалам лазить!
– Ну вот, теперь мы остались одни, – Золотов по-хозяйски обнял меня за талию.
– Выйди из образа, – мрачно буркнула я, пытаясь придумать, как бы побыстрее от него избавиться. Очень хотелось завалиться спать. А еще доесть остатки вкуснятины в сковороде.
– Я хотел поговорить…, – начал Артур, но я его перебила.
– Слушай, давай завтра, а? Я с ног валюсь от усталости. Неужели не можешь подождать один день?
– Завтра? – заколебался Артур. Я уставилась на него взглядом больного голодного щенка. – Завтра рабочий день.
– Тогда я тем более никуда от тебя не денусь, – аргументировала я. Золотов еще посомневался, затем решительно махнул рукой.
– Завтра так завтра. Может, так будет даже лучше.
– В каком смысле? – тут же заинтересовалась я.
– Завтра ты соображать будешь лучше, – пояснил этот негодяй. – Типа утро вечера мудренее.
– Ах ты!.. – задохнулась я от возмущения. Да я и сейчас очень даже соображаю! Ну ладно, ладно, пусть не очень. И не даже. Но соображаю!
– До завтра, милая, – засмеялся Артур, быстро чмокнул меня в губы и пошел к своей машине.
Подвальная дверь была какой-то неказистой, перекошенной, наспех сколоченной из пары досок и куска ДВП. Единственным ее достоянием выступал огромный амбарный замок, висевший на мощной дуге, просунутой в искривленные ушки.
Я подергала дверку. Замок глухо звякнул. Заперто. Конечно, сейчас же все щели законопачены от террористов, наверное, даже мышь не проскочит.
Я тихо позвала:
– Ромео! Ромео, ты здесь?
А в ответ тишина, он вчера не вернулся из боя. Может, плюнуть и уйти? Блин, неудобно как-то получится, выгнала бедолагу и забыла про него, а он тут страдает в тоске.
Я еще раз подергала дверь и заметила, что одно из ушек слегка отходит от косяка. Пожалуй, если чем-нибудь подцепить, вполне можно вытащить его прямо вместе с гвоздями.
Я огляделась вокруг. Ёлки, чистота-то какая, даже неуютно как-то. Пришлось тащиться во двор.
На углу дома я вскоре приметила вполне подходящий инструмент для взлома – кусок толстой ржавой арматурины. Эх, черт, неохота руки пачкать, а придется. Я аккуратно подхватила эту самопальную фомку и порысила обратно.
Перед дверью я еще раз на всякий случай окликнула Ромео, но тот, похоже, забился куда-то со страху, так что сразу и не дозовешься. А, ладно, где наша не пропадала! Я подсунула арматурину под ушко и надавила.
С тихим скрежетом два сиротливых гвоздочка, пытавшихся удерживать ушко на месте, вышли из дерева. Замок гулко стукнул по ДВП-шке, а я поспешно огляделась. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь из соседей увидел, как я тут взломщицей подрабатываю, заарестують на месте, не слушая объяснений и возражений. Нет, вроде никого.
Я перевела дух, потянула на себя убогую дверку и просунула голову в щель.
– Ромео, мать твою, ты где?
Справа мелькнуло неясное светлое пятно.
– Ромео, – начиная заводиться, полушепотом рявкнула я. – Хорош в прятки играть!
Блин, ведь здесь же должен быть выключатель? Темно, как у негра в ж…, хм, короче, темно очень. Я осторожно постучала зажатой в руке арматуриной по стенке слева, потом по стенке справа. Так, а это что за звук? Кажись, оно!
Я потыкала железкой в источник непонятного звука и – о, чудо! – подвал озарился светом. Мдя, пожалуй, насчет озарился, это громко сказано. Скорее, кое-где осветился тусклыми лампочками. Я на всякий случай подперла дверь подвала арматуриной и шагнула внутрь.
– Ромео?
– Ирина? – из стенки напротив наконец выглянул блудный призрак. – Ты пришла!
– Где тебя носит, хотела бы я знать? – испытывая облегчение вперемешку с раздражением, поинтересовалась я.
Ромео засеребрился.
– Я тут это… решил воспользоваться моментом и…
– И?.. – поторопила я.
– И навестить свои останки. Ну, надо же проверить, все ли в порядке, – смущенно пояснил мне Ромео. У меня глаза полезли на лоб. Ёлки-палки, покоится триста лет, а все волнуется, как там его скелет поживает. Ну дает!
– Ирина, – поспешил отвлечь меня призрак, – раз уж ты здесь, давай я покажу тебе, где начинается потайной туннель.
– А? – не сразу врубилась я. – А, ты все про клад, никак не успокоишься. Ну ладно, показывай.
– Нам туда, – Ромео указал в самую плохо освещенную часть подвала.
– А лампочки ты специально выкручиваешь, чтоб несчастные кладоискатели себе все ноги переломали? – злобно поинтересовалась я, цепляясь в потемках за что-то полой халата. Хорошо хоть, вместо тапочек туфли натянула, а то бродила бы сейчас почти босиком.
– Это не я, – открестился Ромео. – Здесь всегда лампочки быстро перегорают.
– Блин, фонарик бы…, – с этими словами я обо что-то споткнулась и рухнула лицом вниз на что-то подозрительно мягкое, липкое и дурно пахнущее.
– …… и… – выдала я свое мнение.
– Приличные девушки не должны использовать такие слова, – нравоучительным тоном выговорил мне отпрыгнувший в сторону Ромео.
– Ты даже не представляешь, какие слова могут использовать современные приличные девушки, – пыхтя и отдуваясь, парировала я. Одно радует, бомжи в подвале не живут, так что это никак не может быть то, о чем я первоначально подумала. Зато халат наверняка испорчен навсегда.
Лампочка в соседнем закоулке, дававшая хоть какое-то подобие освещения, замигала и погасла. Я оказалась в практически непроглядной темноте.
– Ромео! – в ужасе взвыла я, ощущая спиной чей-то немигающий взгляд. Спину словно пронзило десятками ледяных осколков.
– Не бойся, Ирина, – приглушенно ответил призрак. – Такое бывает.
Лампочка снова мигнула и загорелась. Ощущение взгляда в спину отступило, но не прошло, а словно бы затаилась. Я на максимальной скорости рванула к свету.
– Уже недалеко, – подбодрил меня Ромео, расплываясь бледной кляксой на свету. Клякса направилась к следующему темному переходу.
– Вот здесь, – он ткнул рукой в кусок пола в полумраке, на мой взгляд, ничем не отличающийся от прочих.
Воспринимая лампочку за спиной как дар Божий, я наклонилась, пытаясь увидеть что-нибудь особенное.
И тут мне в ухо кто-то дунул.
– Ромео, ты чего балуешься? – недовольно буркнула я, подняла глаза и осеклась. Ромео находился в паре метров передо мной, в то время как я отчетливо слышала чье-то дыхание за своей несчастной спиной.
Вдруг дыхание оборвалось, словно его обладатель метнулся в сторону. А затем по помещению раскатился злорадный смех, ледяными иголками впившийся в мою покрывшуюся мурашками кожу.
Я взвизгнула и прыгнула к Ромео, инстинктивно пытаясь укрыться за его спиной, но малость не рассчитала и просто провалилась сквозь привидение.
Ф-ф-фу! Какая мерзость! Возникло ощущение, что меня как следует прополоскали в студеной горной речке, а затем положили в сугроб обсыхать. Бр-р-р-р!
– С ума сошла! – заорал Ромео. – Знаешь, как противно? Как будто утюгом прогладили!
Я очень хотела ответить ему что-нибудь такое же ласковое и доброе, но горло скрутил спазм страха.
Из дальнего угла помещения медленно выступил мерцающий силуэт. Ромео всхрюкнул и попытался в свою очередь спрятаться за меня.
На нас надвигался еще один призрак. Невысокий дородный мужчина с обрюзгшими чертами лица и просто-таки гигантским животом, лысый, маленькие сальные глазки злобно горят, в руке зажата тяжелая трость.
– Как ты посмел, щенок? – зашипел он на Ромео. – Как ты смеешь показывать проход к моему сокровищу какой-то девчонке?
Ромео сипел за моей спиной и трясся такой интенсивной дрожью, что ледяные мурашки в дикой панике метались по моей коже, не зная, где бы им лучше спрятаться.
– Так и суешь везде свой нос, – тыкая тростью с нашу сторону, зарычал призрак графа, на глазах превращаясь в чудовище. Зубы заострились и осколками торчали из искривленного бешенством рта, кожа обтянула череп, в глазах металось безумие, а на руках вылезли длинные когти.
– Мама! – прошептала я, чувствуя, что сейчас сойду с ума. Ромео издал вопль ужаса, метнулся вверх и исчез в потолке.
– И не смей больше появляться в моем подвале! – прорычал монстр ему вслед и обернулся ко мне. – А что касается тебя, моя милая…
Я на подкашивающихся ногах попыталась отступить к выходу. Призрак неумолимо надвигался на меня, по мере его приближения лампочка снова начала испуганно мигать, а я все никак не могла оторвать от него взгляда.
И все-таки лампочка меня спасла! Чем ближе подкрадывался ко мне монстр, тем более размытыми становились его очертания, проясняясь в те ужасные моменты, когда свет погасал на долю секунды. В одну из вспышек света я решилась и побежала.
Вслед мне понесся безумный смех. Лампочка с громким треском разлетелась вдребезги. Я, спотыкаясь в полумраке, падала и тут же снова вскакивала, понимая, что любая задержка может обернуться последней минутой жизни. Хотя бы от разрыва сердца со страху. И вот, когда до заветного выхода осталось несколько шагов, во всем подвале погас свет. Дверь с медленным скрипом начала закрываться.
– Нет! – взвизгнула я и отчаянным прыжком метнулась к двери. Повезло, в этот момент арматурина, которой я так любовно подпирала дверку, зацепилась за какую-то выемку в полу и застряла. Я в чудовищном акробатическом кульбите вылетела наружу, уже ощущая на своей шее холодные руки смерти, и мощно шлепнулась на пол. Дыхание вылетело из меня, как воздушный шарик из рук неловкого ребенка.
Нет, нет, разлеживаться нельзя. Если Ромео шастает по всему дому, то и этот кошмар наверняка быстро найдет меня в квартире. Бежать, бежать немедленно!
Неведомая сила вздернула меня на ноги и пинком отправила вверх по лестнице. На втором этаже мне навстречу вышел сосед и со сдавленным воплем ужаса привалился к стене. Я фурией промчалась мимо.
Быстрее, быстрее! Надеть что-нибудь на себя, халат на помойку. Где сумка? Кошелек на месте, телефон, деньги – все, сматываемся отсюда!
Я со спринтерской скоростью рванула в сторону остановки. На сколько там призраки могут отдаляться от могилы? Что-то мне Ромео говорил. По-моему, не больше чем на километр, значит, на остановке уже безопасно, можно и дух перевести.
Я плюхнулась на лавочку и трясущимися руками достала телефон. Быстро натыкала номер Машки.
– М-м-маша! – лязгая зубами, провыла я. – М-можно у т-тебя переночевать с-сегодня?
– Да не вопрос, – немедленно отреагировала Машка. – Случилось что? Может, приехать за тобой?
Я представила, как полчаса сижу одна на остановке, а со всех сторон ко мне протягивают руки бледные тени, и застучала зубами еще громче.
– Нет, я сама приеду. Сейчас мотор поймаю и прикачу.
– Жду, – встревожено ответила Машка и отключилась.
Когда я появилась на пороге Машкиной квартиры, та только всплеснула руками и ахнула.
– Ты где была? – в шоке расспрашивала меня Машенька, стягивая с меня наспех натянутый пиджак и разглядывая измазанную грязью и всклокоченную физиономию. Я молча тряслась и всхлипывала. Подвозивший меня частник только участливо поинтересовался: «От мужа убегаешь?» и денег не взял, проводив сочувственным взглядом.
– Так, – решила Машуня, наскоро определив мое состояние. – Марш в ванную, я тебе сейчас пущу воду, приведешь себя в порядок, а я тем временем что-нибудь соображу на скорую руку.
Я потерянно кивнула и по прошествии нескольких минут была засунута твердой рукой подруги в горячую ванну. Машка умчалась на кухню.
Отмывшись и слегка успокоившись, я нацепила на себя шикарный машкин банный халат и протопала в ее святая святых – кухню – где немедленно получила в руки большую кружку чая с коньяком. Причем оба ингредиента были смешаны в пропорции один к одному, что для меня являлось смертельной дозой вместе с контрольным выстрелом в голову. Убедившись, что я сделала пару вялых глотков, Машуня приступила к расспросам.
– Ну, подруга, и что у тебя случилось?
Я вздохнула, на всякий случай сделала еще глоточек для храбрости и принялась рассказывать. Про Ромео, неожиданно объявившегося в моей квартире, про Артура, про Джованни и про страшного призрака в подвале. Единственное, о чем я умолчала, было сокровище. С Машки станется отправиться в подвал самой в полной уверенности, что с ее девяноста пятью килограммами уж ей-то ничего не грозит, и погибнуть там смертью храбрых.
– Ну ты даешь! – Машка подтянула челюсть и уставилась на меня восхищенным взглядом. – А с виду такая тихоня! И гляди-ка, и итальяшке голову задурила, и с Артурчиком успела, еще и привидений дома поразвела.
– Маш, – запинаясь и ощущая полное отупение в голове от алкоголя, выговорила я. – Я не специально. Они сами.
– Ага, – заливисто засмеялась Машка. – Не виноватая я, он сам пришел. Ладно, пошли спать. Тебе еще завтра с Артуром объясняться. Спорим, он тебе предложение сделает?
– Маш, зачем я ему нужна? – вяло взбрыкнула я. Глаза просто слипались.
– Занадом, – ответила Машуня и помогла мне доползти до кровати.
Утром Машка накормила меня шикарным завтраком, и мы принялись ломать голову, в чем же мне пойти на работу. Дело в том, что, в спешке натягивая на себя вчера первое подвернувшееся, я приехала к Маньке в домашних штанах, веселеньких таких, цветастеньких, желтой майке и ярко-синем пиджаке. Естественно, и речи не было о том, чтобы мне в таком виде заявиться на работу. Машка же была на порядок крупнее меня, и в ее вещах я болталась как щепка в море. Заскочить ко мне мы не успевали, а о том, чтобы одеть меня во что-нибудь и плюнуть на все, не могло быть и речи. Ведь мне сегодня предстоял разговор с Артуром, уж не хочу ли я в самый ответственный момент своей жизни выглядеть как какая-то бомжиха?
В конце концов, мы сошлись на бордовом платье, которое Машке было мало, а мне не сильно велико и отправились на работу.
– Нет, это просто непорядочно, – возмутилась Машка с три часа дня. Утром она нашла на своем столе в офисе записку от Артура, в которой говорилось, что он уехал по срочным делам и когда будет, неизвестно. – Разве можно так обращаться с женщиной? Значит, поманил сладкими обещаниями и смылся!
– Маш, ничем он меня не манил. И вообще, неизвестно, о чем конкретно он хотел поговорить. Может, о работе.
– Угу, – съехидничала Машка. – И для этого домой к тебе приперся?
– Ну да, – спокойно подтвердила я. – Возник какой-нибудь срочный вопрос, Артур хотел что-то уточнить, был неподалеку и решил заехать.
Машка посмотрела на меня как на умалишенную и надулась.
– Все равно это непорядочно.
– Интересно, – поспешила я отвлечь Машеньку, пока на ее вопли не сбежался весь коллектив, – как там Ромео? Нашел, куда спрятаться?
– В чем проблема? – немедленно отреагировала Маша. – Вечером после работы поедем и узнаем.
– Э-э-э, Маш…
– Не машкай! – отрезала подруга. – Ты же не собираешься всю оставшуюся жизнь отсиживаться в моей квартире? У меня, между прочим, тоже какая-никакая личная жизнь есть. А ужаса своего не бойся, мы его вдвоем порвем на тряпки.
Я мысленно надавала себе оплеух. Ведь знаю же, что Машка льва в прыжке порвать готова, нет, так прокололась!
– Маш, может, не надо? – робко предложила я. – Давай я у тебя еще пару деньков поживу, а потом съездим ко мне, посмотрим, что как.
– А бедное привидение будет сходить с ума в пустой квартире, ломая голову, жива ли ты, – фыркнула Машуня. – Ирка, не трусь. Так уж и быть, сегодня я у тебя переночую. Заодно с твоим любителем телевизора познакомлюсь.
– Между прочим, этот гад меня вчера бросил перед лицом опасности, – напомнила я.
– Тем более надо с ним познакомиться, – жизнерадостно заявила Маша, засучивая рукава. – Уж я найду, что ему сказать.
Я невольно посочувствовала Ромео.
Ко мне домой мы крались на цыпочках, поминутно оглядываясь и застывая от каждого шороха. Вернее, кралась я, а Машка просто злобно пыхтела сзади, таща тяжелый пакет с едой.
Не успела я открыть ключом дверь, как ко мне из зала метнулся бледный силуэт.
– Ириночка, дорогая! – завопил Ромео. – Ты жива! О, какое счастье, какое счастье! Я так волновался за тебя, ты даже представить себе не можешь!
Машка уронила пакет. Ромео перевел на нее сияющий взор и засеребрился.
– Ирина, познакомь меня с этой очаровательной миледи.
– Это моя подруга Мария. Маш, это Ромео, мое домашнее привидение.
– Очень приятно, – залилась румянцем Машенька, глядя, как призрак отвешивает ей элегантный поклон и окидывает ее замаслившимся взором.
– Еще ни у кого я не видел таких прекрасных глаз, миледи.
Машка польщено вздохнула, и я поняла, что Ромео прощен окончательно и бесповоротно.
– Рома, – поспешила вмешаться я, – ты как тут? У тебя все в порядке?
Ромео опомнился и перевел на меня глаза.
– Ты знаешь, – тихо сказал он мне, – это странно, но граф не выходил из подвала. Может, он не хочет оставлять свое со…
– Может, он просто не может? – перебила я его, бешено сигналя. Машка перевела заинтересованный взгляд с Ромео на меня и обратно. – Мало ли, могилка далеко расположена.
Ромео недоуменно похлопал глазами, пытаясь распознать мои сумбурные сигналы, затем до него дошло.
– Да, конечно! – с ликованием воскликнул он. – Как же я сам об этом не подумал! Замок-то был большой, граф вполне мог сгореть в другой его части и теперь не может сюда добраться. Ирина, мы спасены!
