Текст книги "О волшебной любви (3 бестселлера)"
Автор книги: Екатерина Боброва
Соавторы: Татьяна Скороходова,Наталья Оско
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 49 страниц)
– Ну, ещё чуть-чуть. Потерпи. Соберись. Надо держаться, – уговаривала себя Риль.
Удар болью отдается в спину. Ещё удар, ноги предательски скользят по полу.
Риль теряет равновесие, падает, а за спиной радостно ревет пламя, вырываясь огненной лавой из распахнутого проема.
Нет сил даже встать. Она просто сидит на полу, прислонившись спиной к двери. Та, уже не такая холодная, как раньше, с каждой секундой становится теплее.
– Закрой дверь, – эхом прокатывается вокруг.
«Мамочка, как же плохо!» Нестерпимо болят ожоги, вторая половина тела заледенела и, наверное, покрылась ледяной коркой. Какая дверь, зачем закрыть? Ей сейчас так плохо. Закрыть глаза, и все.
– Асхарать, ты дверь закроешь, или нет!
«И ведь не отвяжется», – с тоскою подумала Риль.
– Да, иду уже, закрываю.
Застонав, поднялась на ноги. Каждое движение пронизывало тело сотнями иголочек боли. Пламя из-за двери вырывалось уже тоненькими язычками. Риль толкнула дверь рукой, и та со стуком захлопнулась.
Схлопнулось и окружающее пространство, поглотив сознание, отправив его во мрак забвения.
Глава 13
Сознание возвращалось медленно. Знакомый вкус крови во рту, в голове туман, а тело, словно не родное. Как бы подобное пробуждение не вошло в привычку, а то братца так до малокровия довести можно.
– Открывай глаза, сестренка, я же чувствую, что ты пришла в себя!
Чьи-то пальцы крепко сжали её ладонь. А вот и он, легок на помине. Риль приоткрыла глаза. Над ней склонились два встревоженных лица, за ними маячило третье. Все братцы в сборе. А вот где их лунму, где эта только с виду почетная мать семейства, а на самом деле азартная экспериментаторша?! Риль очень хотелось задать ей парочку вопросов, а главное выяснить, почему её сыновья пребывают здесь, около кровати, а не мирно ужинают в доме. Вывод очевиден: что-то пошло не так, и братцам все-таки пришлось посетить кабинет.
Она аккуратно потянулась к источнику, и в испуге широко распахнула глаза. Исчезло всё, словно вокруг неё поставили глухую стену. Риль не ощущала больше скрытых за защитой потоков силы, даже чувство растущего где-то в глубине теплого комка силы пропало. Девушка похолодела. Неужели… неужели ей не удалось раскрыть источник?
– Ты должна была нам рассказать, – с мягким укором проговорил Кэстирон, – многого удалось бы избежать.
Она упрямо поджала губы.
– Вы бы вернули меня обратно. А война не нужна никому из нас.
– Мы бы что-нибудь придумали, – Фэстигран подошел ближе, присел в ногах, – но отправлять в первый полёт ещё неокрылившегося птенца…
– Это был мой выбор.
– Он мог стать последним в твоей жизни.
– Хватит, – вступился за девушку Ластирран, – не переживай, сестрёнка, теперь ты маг, самый настоящий и очень сильный, – он ласково улыбнулся Риль, – Хотя если бы ты была драконом, я бы все крылья пообрывал за такую выходку. Ещё бы чуть-чуть и сейчас бы я держал за руку твой хладный труп. Мы едва успели спасти вас двоих из-под обломков. Мама отдала все силы, пытаясь тебя сдержать. А когда поняла, что не может вытащить, позвала нас. Хорошо, что я смог дотянуться– ты почти исчерпала источник.
– Но почему тогда… – Риль замолчала, но драконы поняли её без слов.
– Я заблокировал тебя на время, чтобы дать прийти в себя после инициации. – Кэстирон сделал серьезное лицо, – если ты сейчас влезешь куда-нибудь ещё, то… – он многозначительно замолчал.
– Нас ведь может и не оказаться рядом, – справедливо заметил Ластирран.
– А как там Арагрэлла? – встревожено спросила Риль.
– С ней все в порядке. Руководит восстановлением своего кабинета.
– Ой, – щеки девушки стали пунцовыми, – я там сильно всё разнесла?
– Ерунда, – отмахнулся Фэстигран, – не в первый раз. Стены крепкие, а крышу поменять легко. Ну а обстановку наша мама обновить всегда готова. Ремонт – её любимое занятие. Всё, отдыхай. Считай, ты три дня под домашним арестом.
– И с постельным режимом, а то блок не сниму, – пригрозил Кэстирон.
На этом братья покинули комнату. Ластирран уходил с явной неохотой и во взгляде, который он кинул на девушку, было много всего: пережитый страх, облегчение – жива, и толика вины, и что-то ещё плещущееся в глубине огненных языков пламени.
«Блок он не снимет», – ворчала про себя Риль после двух часов валяния в кровати. В преддверии вот таких же однообразно скучных трёх дней, эта угроза уже не казалась такой страшной. Вскрыть бы этот блок…
Увы, мечты… Риль прекрасно осознавала, что как маг она сейчас слабее ребенка, а вскрыть блок, поставленный целителем, да ещё и драконом, не сможет даже через пятьдесят лет. Слишком разными были принципы драконьей и человеческой магии. Хотя, кто знает… Драконом она, конечно, не станет, но какое воздействие драконья кровь окажет на развитие её магического источника, не смогут сказать даже драконологи.
Риль, пошатываясь, сползла с кровати. Ощущая во всем теле противную слабость, направилась в ванную комнату. Обратно вышла уже бодрая и посвежевшая, и ещё жутко голодная.
– Я так и думала, что ты не станешь валяться в постели. – Уменьшенная копия Арагрэллы бесцеремонно восседала в кресле у окна, пристально разглядывая Риль. Та же царственная посадка головы, высокие скулы и чёрные глаза с плещущимися внутри любопытными языками пламени. Вот только у младшей Гнезда была белоснежная кожа и белые, как снег, волосы. Потрясающая красавица!
Риль пожала плечами, улыбнулась, мол, не могу больше – надоело. На самом деле, ей с большим трудом удалось, не выказывая слабости, добрести до кровати. Она плотнее запахнула банный халат и забралась с ногами на кровать. Облегченно откинулась на подушки.
– Я Гранта, – представилась юная драконица, – а тебя зовут Риль. Ты красивая, – с непритворным восхищением произнесла она.
– Куда мне до тебя, – усмехнулась Риль.
– Смеешься? – обиженно надула губы младшенькая.
Риль в удивлении приподняла брови. Неужели она не понимает, как хороша в своей необычности. Ах, это детское – быть, как все.
– Дай, угадаю, – задумчиво произнесла девушка, – белые волосы, бледная кожа – чешуя твоего дракона белоснежная, я права?
Лицо Гранты искривила гримаса отчаянья. Она вскочила с кресла, прошлась по комнате, не в силах сдерживать бурные эмоции. Похоже, проблема для нее стояла давно и крайне остро.
– Чтоб у меня хвост отсох! Смотри, – с такой силой потянула за волосы, забранные в длинный хвост, что Риль испугалась, как бы они не оторвались, – БЕЛЫЕ! – произнесла Гранта с отвращением, словно те были, как минимум, склизкими щупальцами.
– И очень красивые, – мягко улыбнулась Риль.
– Ты не понимаешь, – трагическим тоном произнесла драконица, – у мамы они чёрные, у папы, у братьев тоже, да у всех волосы – чёрные!
– Кажется, понимаю, – кивнула Риль. Она сочувственно оглядела драконицу – не осознает, глупая, своего счастья. Да за такое горе половина девушек на её курсе свои богатства отдали бы. А вторая половина от зависти слегла. Натуральная блондинка с чёрными глазами и точеной фигурой, а грация…
– Ты что любишь? – спросила она вдруг.
– А?.. – младшенькая прекратила метания по комнате и замерла в недоумении.
– Рыбу ловить, камни собирать, цветы, что?
– Жемчуг собирать, – растерянно призналась Гранта.
– Просто представь, ты ныряешь за жемчугом, открываешь одну раковину, другую, третью – везде белые жемчужины, а вот в пятой чёрная. Ты какой больше обрадуешься?
– Конечно, чёрной! У меня такая в коллекции пока только одна – они же большая редкость.
– Теперь, понимаешь? Ты и есть белая жемчужина среди многих и многих чёрных.
Нежный румянец проступил на белоснежной коже драконицы.
– Ты правда так думаешь?
– Правда, правда, – Риль устало вздохнула. Разговор её вымотал, и теперь девушку неумолимо клонило в сон.
– А ты не только красивая, но и добрая, – драконица радостно закружилась по комнате, что-то напевая, – хочешь, секрет открою?
Риль кивнула. Не отстанет ведь, пока не откроет.
– А ты ему нравишься. Он мне столько про тебя всего хорошего рассказывал. «Риль то, Риль это»…
– Кто? – замерла Риль.
– Кэсти, – чуть помедлив, ответила младшенькая, и, прищурившись, внимательно посмотрела на девушку. Видимо имя лекаря восстановила в памяти кое-что ещё, – ой, я тебя совсем замучила. Всё, отдыхай, а то ты совсем бледненькая, – и драконица бодро рванула к двери. Риль утомленно прикрыла глаза, но дверь распахнулась обратно, и внутрь просунулась белая головка, – ты только Кэсти не говори, что я к тебе приходила, а то он мне точно крылья оборвёт!
Голова исчезла, чтобы через секунду тут же нарисоваться вновь.
– Я завтра к тебе еще зайду.
Риль улыбнулась и кивнула. Хозяйка белоснежных волос наконец-то окончательно скрылась за дверью, а у девушки даже не осталось сил заползти под одеяло. Так и отрубилась, полусидя на подушках. Сквозь сон почувствовала, как кто-то аккуратно накрывает её одеялом, укладывает поудобнее. Ещё ей приснилось, что поцелуй оставил след на её виске.
Потом приходил ещё кто-то – не комната, а проходной двор, но Риль так и не смогла заставить себе проснуться. Она честно пыталась, но чья-то тёплая рука легла ей на лоб. «Спи, сладких снов», – проговорил некто, погружая в страну призрачных фантазий.
Пробуждение было не из приятных, но, по крайней мере, лучше, чем в последний раз. Тело затекло и двигалось с трудом. «Сколько я проспала?» – призадумалась Риль. Похоже, немало, и явно её сон не был естественным. Перестраховщики! Но надо признать, чувствовала она себя гораздо лучше. Выползла с кровати, покачнулась, не упала – и то хорошо. Хм, блок ещё не сняли. Ничего, она терпеливая, подождёт.
Вернувшись из ванны, Риль обнаружила, что в комнате больше не одна. Кэстирон с неудовольствием оглядел замотанную в банный халат девушку.
– Всё-таки поднялась. Я так надеялся удержать тебя в кровати подольше, но видно не удастся.
Он снял крышку с тарелки, стоящей на столе.
– Прошу.
Риль отшатнулась. Уж больно знакомый запах разнесся по комнате. Только не эта гадость!
– Хочешь ты или нет, тебе придётся это съесть. Поверь, это не просто еда, а специальный питательный раствор. Она помогает лучше перенести очередное вливание драконьей крови, а кроме того быстро восстанавливает силы. Хочешь, я покормлю тебя с ложечки?
А вот на это она пойти не могла. Брр, какая склизкая мерзость! И кто такую гадость готовит – руки бы тому пообрывала, точнее, крылья.
– Вот и умница.
Её даже по головке погладили, когда она последнюю ложку проглотила. Кэстирон забрал пустую тарелку, ехидно осведомился, не нужна ли ей добавка. Риль только головой помотала. Говорить она опасалась, супчик упорно просился наружу, подбираясь к горлу.
– Тогда оставляю отдыхать. Помни, из комнаты ни ногой, иначе блок не сниму, – пригрозил дракон.
К вечеру Риль уже почти озверела от безделия. Обстановку в комнате она изучила досконально, как и пейзаж за окном.
Два больших окна наполняли спальню солнечным светом. Из них открывался потрясающий вид на темно-синие океанские просторы. Белые барашки волн то тут, то там, разбавляли синеву воды. Вдалеке на горизонте пушились сизо-белые облака. В них готовилось упасть солнце. Судя по расположению светила на небе, сейчас чуть больше полудня.
Обставлена комната была со вкусом и по-домашнему уютно: просторная кровать, уютные мягкие кресла у окна, пузатый коричневый комод, огромный белокаменный камин с двумя застывшими статуями диковинных зверей на верхней полке.
Жаль, что не было книг. Хотя, если бы и были, Риль не смогла их не прочесть. Дар понимания чужой речи не распространялся на письмо и чтение. В мирах, где дела требовали частого присутствия, даже опытные маги учились читать и писать. В противном случае, подобная необразованность могла принести огромные неприятности, и в первую очередь, недоверие торговых партнеров.
Комната успела окраситься в розовые тона заката, когда зашел Ластирран. В руках он держал огромную книгу, а карманы его пиджака подозрительно оттопыривались.
– Добрый вечер, сестрёнка, как самочувствие? – улыбнулся он ей.
– Спасибо, хорошо, только скучно, – пожаловалась она.
– Тогда держи, – он протянул ей толстый, явно старинный, фолиант, красиво украшенный камнями и потемневшими от времени полосками серебра, – это древние хроники, хотя легенд тут тоже хватает. В детстве я любил их читать, особенно на ночь. Там на каждой странице есть иллюстрации. В те времена было принято изображать то, что записывали, для полной достоверности. Тебе должно понравиться.
Риль с благоговением приняла тяжелую книгу.
– Расскажешь самую любимую легенду?
– Конечно, – кивнул Ластирран, воровато оглянулся на дверь, и почему-то шёпотом добавил, – только чуть позже. Я тебе кое-что принес, – он достал из карманов парочку крупных, просвечивающих янтарем круглых плода. Риль сглотнула слюну. Вид у неизвестных фруктов был аппетитным, а запах!..
– Бери. Пусть брат велел кормить тебя только заширом, но я-то знаю, какая это гадость. Сам в детстве не раз на нем голодал. Его дают всем после исцеления. Он помогает организму восполнить силы и привести магический фон в равновесие. Считается, что зашир плохо совместим с другими продуктами, но по моему опыту, это лишь перестраховка. Все, не скучай. Послезавтра тебя выпустят, – Ластирран наклонился, чмокнул девушку в щеку, и стремительно вышел за дверь. Хорошо, что он не оглянулся и не увидел, как Риль стремительно краснеет.
Она не смогла устоять против фруктового искушения и скоро с передачкой было покончено. Риль облизала испачканные соком пальцы. Съела и даже не задалась вопросом, а можно ли? Ей самой слабо верилось, что какой-то там зашир может влиять на стабильность магического источника. Однако спорить с Кэстироном не стоило. Целитель, он везде целитель. Если нужно будет – накормит насильно.
Может драконам зашир и помогает справиться с последствиями магического истощения, а вот людям нужен полный покой, как физический, так и эмоциональный. И с последним у Риль, похоже, намечаются явные проблемы.
Через час, напряженно оглядываясь, к ней зашла Арагрэлла.
– Я на минутку, – объявила драконица, присаживаясь на краешек кровати. Выглядела она, как всегда, великолепно, только глаза смотрели устало, – рада, что тебе лучше. Лично я не одобряю строгости Кэсти. На мой взгляд, у него просто не было столь постоянного пациента, вот и перестраховывается. Всем запретил к тебе приближаться. Хотя, кое-кто уже нарушил запрет, – драконица лукаво улыбнулась, кивая на книгу, лежащую на коленях у девушки. Ласти, наверно, постарался, – проницательно предположила она, – не буду отвлекать. Вот, держи, – она протянула девушке свёрток, – хоть Кэсти и будет ворчать, но я-то знаю, как нам, женщинам, после стресса нужно сладкое.
– Спасибо, – чистосердечно поблагодарила Риль.
– Арагрэлла, – вопрос девушки застал драконицу уже на пороге, – я давно хотела спросить. Почему Ластирран командует звеном, он ведь младший?
– Всё просто. Из трех моих сыновей, он самый сильный, так как родился один. К тому же, его отец – глава Совета. Всё, я должна идти. Право целителя дает Кэсти неограниченные возможности указывать даже главе Совета, не говоря уже о собственной матери.
Нежные пирожные, принесенные Лунму, Риль отложила на потом и приготовилась ждать… Было у нее стойкое ощущение, что не все гости еще сегодня пожаловали.
Угадала. Через некоторое время в комнату заглянула Гранта.
– Скучаешь?
Риль в ответ только вздохнула. Книгу она успела просмотреть целиком и сейчас шла по второму кругу.
Младшая Гнезда вихрем ворвалась в комнату, мельком глянула на книгу, уважительно присвистнула, оставила на столе ещё горячую сырную лепешку и унеслась обратно. По пути бросив, что заглянет завтра, а пока торопится вернуться за стол, с которого и стащила сей восхитительный деликатес.
Риль улыбнулась – семейный заговор против сурового целителя налицо. Похоже, зашир здесь ненавидят все с самого детства. Интересно, примет ли участие старшенький?
Тот не заставил себя долго ждать, но, как самый старший, разумно скрыл собственное участие в нарушении режима больной.
За окном раздался нетерпеливый стук. Риль вскочила с кровати, бросилась к окну. Там нетерпеливо перетаптываясь лапами на узком подоконнике, стояла птица – крупная, с загнутым желтым клювом и чёрно-коричневым оперением. Явно хищник. Кося на девушку жёлтым глазом, она держала в клюве маленькую плетеную корзинку, закрытую крышкой. Весь вид птицы свидетельствовал о глубоком недовольстве ролью разносчика еды.
Девушка распахнула окно, и осторожно забрала корзинку. Птица от радости обретенной свободы, издала пронзительный вопль и свалилась с подоконника вниз головой. Риль испуганно ахнула, но крылатая тень уже поднималась вверх вдоль стены, чтобы через мгновение исчезнуть за одной из башен.
Захлопнув окно – с океана тянуло вечерней прохладой – Риль принялась исследовать содержимое подарка. В бутылке молоко. Очень кстати! Зря она переживала, что нечем будет запивать сладости. В глиняном горшочке тушёные кусочки мяса. И запах, м-м-м! Так и хочется всё съесть прямо сейчас, но нельзя. Целитель вскоре должен прийти с очередной порцией заширной гадости. Зато потом можно будет устроить праздник живота.
Странно, что драконы оказались такими заботливыми. И это навевает на печальные размышления. Что-то она упускает из виду. Ящерицы ничего не делают просто так. И всегда очень четко придерживаются статусного общения.
Такое ощущения, что она стала младшим драконенком в семье. Кто же она теперь? Новая игрушка или…
Припрятав еду и книгу, Риль улеглась на кровать с видом, заскучавшей вконец, больной. Дело портил смех, периодически разбиравший девушку, стоило ей представить с каким азартом шли члены Гнезда на обман целителя. Весело тут у них.
А вот и он сам пожаловал. Дверь приоткрылась, впуская Кэстирона, аккуратно несущего тарелку с ненавистным заширом. Не обнаружив на лице больной, ожидаемого чувства голода, дракон нахмурился. Обвел комнату подозрительным взглядом, принюхался.
– Та-а-ак, – протянул зловещим тоном. Риль побледнела. – Асиарды мой младший принес, это в его стиле. М-м-м, пирожные – мамина работа. Ожидаемо, хотя и вероломно с её стороны. Тофля с сыром… так вот почему сестрёнке из-за стола понадобилось отлучиться! Я кого-то забыл? – Кэстирон нахмурил лоб, потом его глаза полыхнули яростью, – Ну, Фэсти, ну, брат, такого я от тебя не ожидал. Где оно?
Пламя яростно металось в его глазах. Риль стало нехорошо, но сдавать сообщников она не собиралась.
– Оно? – с недоуменным видом поинтересовалась Риль.
– Не зли меня, женщина! – прошипел Кэстирон. Его взгляд буквально обжигал её кожу, – где то, что притащил мой неразумный брат?
– А с чего ты взял, что это был он? – спросила она со спокойной совестью, зная, что лжи в её словах нет.
– Вот как, – протянул Кэстирон и задумчиво потёр подбородок, – Обещаю, не буду никого ругать, если ты сама вернёшь всё, что принесли мои дорогие родственники.
Риль вздохнула – отберет ведь, гад. С прискорбным видом поставила корзинку на столик, положила рядом лепешку, чуть дрожащей рукой, дорогие её сердцу пироженные. Они были такими…
– Поздравляю, тебя приняли в Гнезде. Даже не ожидал, что это произойдет так быстро, – хмыкнул дракон, – младший… давно через раз к тебе дышит. С мамой тоже ясно, ты для неё теперь пятый птенец, которому она помогла обрести крылья. А вот чем ты Фэсти и Гранту подкупила, не понимаю. Отдать свою порцию мяса, на такое братишка даже ради меня не способен!
Риль невольно покраснела под пронизывающим взглядом дракона. «Ящерицы, всего лишь ящерицы» – пыталась вбить она в свою голову. Голова упорно не поддавалась, тяготея к розовым мечтаниям.
Неужели не понятно, что драконы просто привыкли видеть в человеческих девушках забавные игрушки на одну ночь, и теперь активно пытаются завладеть её вниманием. Не столько с определенной целью, а скорее так, по привычке.
У Ласти сходу не вышло, остальные братцы подключились. Играют с ней, словно с живой игрушкой – то поближе лапой подгребут, то на свободу отпустят. Нет, ей, конечно, теперь всё можно. Хоть каждую ночь парней менять, ну или драконов. Да только привыкла она себя сдерживать, и не так-то просто стать обычной девушкой, которой не нужно больше шарахаться от парней. Шарахаться не нужно, но и становиться игрушкой не хочется.
Риль заставила себя безмятежно улыбнуться. Кэстирон отвел взгляд, недовольно нахмурился, ещё раз оглядел продуктовый компромат, прошипел: «И о чём он только думал, притаскивая мясо?»
– Ты обещал, – напомнила ему Риль, чуть отступив от впадающего в бешенство дракона.
– Давай договоримся: ты съешь зашир, я тебе оставлю всё, кроме мяса. По крыльям?
– По крыльям, – чуть запнувшись, повторила Риль. Ура! Ей оставляют сладкое!
Глава 14
На следующий день к полудню Риль почти озверела от одиночества и безделья. И визит Ластиррана был встречен с энтузиазмом.
– Привет, сестренка! – улыбнулся ей дракон, – выглядишь ты гораздо лучше, чем вчера. Кстати, у меня хорошая новость. Кэсти согласился, что свежий воздух тебе не помешает, а потому не против нашей прогулки над океаном. Хочешь, прокатиться?
Риль хотела. Ветер, волны, океанский простор – да, полёт звал за собой, он просто манил окунуться в воздушные водовороты, ощутить скорость бьющего в лицо ветра, отведать опьяняющий вкус свободы.
– Тогда завтра утром вылетаем, – кивнул довольный дракон, видя загоревшиеся в предвкушении полёта глаза девушки.
– Подожди, – остановила девушка, собравшегося уходить Ластиррана, – скоро встреча с Советом. А я даже не знаю, как себя на ней вести. И, может, есть записи, хоть показания того патруля, который видел мага?
На лицо Ластиррана легла тень неодобрения.
– Встреча через два дня. Надеюсь, ты полностью придешь в себя. И еще – никаких вопросов на Совете. Просто стой и молчи. Если спросят – отвечай кратко и по существу. Не стоит злить старейшин, выказывая неповиновение. Поверь, ни к чему хорошему это не приведет. Позже ты сможешь задать отцу все вопросы.
Вот как! Планируется всего лишь демонстрация одной человеческой особы. Никакой информации, никаких подробностей. Просто постоять. Чудненько. Или они надеются, что она на пустом месте им чудо сотворит?
– Надеюсь, ты понимаешь, что это лишь усложнит мне задачу. Или мне и дальше общаться лишь с твоим отцов и вами? Расследования так не ведутся.
– А ты понимаешь, насколько сложно пустить чужака, почти врага, в Гнезда.
– Но асхалутов вы допускаете?
– Хочешь им стать? – насмешливо изогнул бровь дракон.
– Если понадобится – да, – отрезала Риль. Она и так уже на многое пошла. Кровница дракона, асхалут, какая разница, если это поможет поймать мага и не допустить войны.
– Глупая женщина, – злобно прошипел дракон, – сама не знаешь, на что соглашаешься.
Громко хлопнула дверь.
Вот и поговорили… Обиделся, и на что спрашивается? Неужели всё ещё злится за гронна. Мысль о ревности была изгнана, как нереальная. Риль лишь понадеялась, что до завтра он остынет, а то не видать ей прогулки. А полетать хочется, даже очень. Пара полётов, и она готова почти на всё, лишь бы покататься на драконе. Доигралась.
К вечеру заглянула Гранта. Пришла похвастаться своей коллекцией. Жемчужины и правда были великолепны. Белые, розовые, и среди них чёрная красавица, королева жемчуга. Риль покатала её на ладони. Глянцевая поверхность поглощала свет, ничего не отражая – застывший сгусток мрака. Жуткий и одновременно завораживающий.
– Расскажи мне про асхалутов, – попросила Риль.
– Я сама не слишком много о них знаю, – вздохнула драконица, – нас обучают постепенно. Начинаешь летать – учишь географию, астрономию, овладеваешь навыками определения погоды, скорости и направления воздушных потоков и ещё много всего. – Гранта вздохнула. По-видимому, этого «много всего» было действительно много, – научился менять облик, учат писать и читать, сразу на двух языках. Всё постепенно. Лишние знание не принесут пользу, если их сразу же не использовать.
– Мудро, – не могла не отметить Риль. Это в их бедные головы стремились напихать, как можно больше всего. Трудно угадать, что именно тебе понадобится в чужом мире.
– Только взрослые могут выбирать себе кровника. А уж тот потом становится асхалутом.
– А наоборот? – заинтересовалась Риль.
Гранта рассмеялась.
– Искать дракона, чтобы стать асхалутом? Никогда о подобной глупости не слышала.
Понятно, если кто и пытался, то не был весьма убедителен, чтобы уговорить дракона поделиться своею кровью.
– А почему только кровник может стать асхалутом? – продолжала она пытать Гранту.
– Не знаю, – пожала та плечами, – что-то связанное с гроннами. А без собственного гронна какой ты асхалут?
Действительно: какой?
Они ещё мило пообсуждали братцев. Гранта радовалась новой подруге и щебетала, почти не переставая.
Утро встретило девушку залитой солнечным светом комнатой. Она вскочила с кровати, распахнула окно. Свежий, чуть солоноватый ветер принес запах океана, крики птиц и глухой рокот волн. Риль улыбнулась, предвкушая, как понесётся над водой, сидя на спине дракона, как будет захлёбываться от упругого, бьющего в лицо ветра.
Но было что-то ещё, от чего ёкнуло в груди сердце, а губы растянулись ещё шире. Целитель не обманул. Потоки силы струились и переливались, наполняя её тело долгожданной свободой. Не было больше сковывающей защиты, утомительных запретов. Наконец-то, она – маг!
Риль прикрыла глаза и с наслаждением нырнула в потоки. Вниз, вниз, глубже. Как же всё изменилось здесь. Потоки стали толще и ярче. А вот и её цель: источник. Он сияет, как маленькая звёздочка, точнее, как тёплый, мягкий шар. Вот только его цвет… Шар мерцал, словно по его поверхности рассыпали осколки серебряного зеркала. Красиво…Для украшения – да, но для источника подобная красота опасна. Он должен быть белым или чуть-чуть желтоватым, но не мерцать серебряными блестками.
Риль открыла глаза. Пригорюнилась. А чего она собственно ожидала? Или надеялась, что влитая в неё драконья кровь исчезнет, испарится чудесным образом после инициации? И не сыграет свою роль при формировании источника? Наивность! Дальше будет только веселее.
Очень хотелось сварганить что-нибудь эдакое, хоть светлячка – для проверки. Девушка оглядела свою уютную комнату, вздохнула и решила перенести испытания в другое место. С таким источником каждое заклинание придется сначала проверять, а потом уже использовать в людных местах и жилищах. А то получится у неё вместо безобидного светлячка какой-нибудь монстр с особо разрушительным спектром воздействия. И прощай, полюбившаяся ей комната. Нет, в таком деле, да ещё без наставников, спешить нельзя.
Можно обратиться за помощью. Арагрэлла с радостью поможет, заодно и проверит, как именно драконьи заклинания могут быть воплощены человеком. Или драконы вообще не используют заклинания и не выстраивают силовые потоки в сложные конструкции? Риль вздохнула. Как же мало ей известно о чешуйчатых, а об их магии вообще ничего. Хочется воспользоваться шансом и узнать что-то новое, но с другой стороны – не выроет ли она себе яму подобным любопытством. Отпустят ли её потом драконы?
Риль мудро решила не забивать пока голову. Представится шанс – хорошо, нет – обойдётся без опасных знаний. Каким бы ни было гостеприимным Гнездо, а родной дом оно не заменит.
– Ты довольна? – Кэстирон стоял на пороге её комнаты.
– Да! – Риль обернулась и, не сдержавшись, подскочила к дракону, чмокнув его в щеку, – спасибо!
– За что? – вдруг смутился тот.
– За то, что вытащил, за то, что дал время прийти в себя, и вообще, ты – лучший целитель.
– Ещё скажи, твой постоянный целитель, – усмехнулся дракон, но на лице его сверкала довольная улыбка, – а вытащил тебя Ласти, а не я.
– Ну, – смутилась Риль, – его я тоже поцелую.
– Думается мне, что именно сейчас он твой поцелуй вряд ли почувствует. Твоё катательное средство просило передать, что ожидает тебя перед домом.
– Ой! – Риль в панике заметалась по комнате, – передай ему, что я сейчас буду.
– Завтрак упакован, – прикрывая дверь, сообщил целитель.
Риль собралась в рекордно малый срок – умылась, оделась потеплее и рванула во двор.
– Отец, я, кажется, нащупал след, – изображение сына в шаре мигало и покрывалось рябью. Связь на дальнем расстоянии была отвратительной.
– Неужели!? – шумно выдохнул мужчина. Руки, лежащие на столе по обе стороны от шара, с силой сжались в кулаки. Лицо осветилось надеждой, в который раз за это время. Сидящий за столом мужчина был высок, статен. Его чёрные волосы всё ещё радовали своим блеском и густотой, лишь кое-где на висках серебрилась седина, да около глаз виднелась сеточка тревожных морщин.
– След слишком слаб, чтобы сказать что-то определённое, – теперь изображение исчезло совсем, остался только голос.
Сколько этих следов было за последнее время, и не перечесть. Академия, чувствуя свою вину в случившемся, активно помогала в поисках. Но и они отступились, когда просканировав близлежащие миры, не смогли ничего найти. Преподаватели лишь разводили руками. Шансы обнаружить Риль живой таяли с каждым днём. Ведь та стояла на пороге инициации, и любое событие могло спровоцировать её начало. А сколько опасностей подстерегает беззащитную девушку в чужом мире? Об этом даже думать не хотелось.
Друзья семьи, неловко отводя в сторону взгляды, пытались их подбодрить, но в их глазах читался приговор: неинициированный маг гибнет в одиночку и весьма быстро. Увы, это правило. Как несправедливо, что это правило коснулось его дочери!
– Хорошо, ищите дальше. Да поможет вам Создатель! Я не буду пока ничего говорить матери, ей и так нелегко сейчас. Ложные надежды только убивают.
– Как она? – с тревогой спросил голос из шара. Мужчина поморщился, тряхнул шар, но тот лишь поменял жёлтый цвет на мутно-зелёный.
– Держится. Она у нас сильная. Риль в неё пошла, ты же знаешь.
– Да, отец. Уверен, она жива. Есть кое-что ещё, – голос помолчал, словно раздумывая говорить или нет, – девушку, что подобрали в море, увезли драконы.
Лицо мужчины исказила гримаса ярости.
– Если эти похотливые ящерицы тронули её хоть пальцем!..
– Им не жить, отец, – твёрдо пообещал голос, – я найду её, живой или нет.
Шар вяло мигнул и почернел. Всё, сеанс закончен. Больше говорить не о чем. «Живой или нет», – этой фразой сын каждый раз прощался с ним, и он верил сыну. Тот словно повзрослел за эти дни. Команда друзей, с которой он мотался по мирам в поисках сестры, творила чудеса. Если они не найдут, больше никто им не поможет.
– Только бы моя девочка не поддалась драконьим чарам, – мужчина устало потёр ладонью лоб, – хотя, пусть и так. Только бы осталась жива, а уж со всем остальным мы справимся.
