Текст книги "О волшебной любви (3 бестселлера)"

Автор книги: Екатерина Боброва

Соавторы: Татьяна Скороходова,Наталья Оско
сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 49 страниц)

– Мы справимся сами, – заявил лаверодин, вынуждая вересену освободить путь.

– Ну что ж, – обижено хмыкнула Витхи и гордо задрав курносый нос, ретировалась с чувством собственного достоинства.

Проследив за удаляющейся фигурой и еле дождавшись, когда она скроется за поворотом, Таэмин повернулся и взял мое лицо в ладони.

– Гетта, милая, ты готова стать моей женой? – жаркое дыхание возбуждающе защекотало кожу, вызывая невероятно обжигающий прилив крови к лицу. Наверное, даже щеки порозовели, отринув свойственную им белизну. Хотя теоретически это невозможно.

– Да, – еле слышно прошептала, снова не узнав в этом голосе себя. Слишком дрожащим и слабым он был.

– Ты меня боишься? – гюрен внимательно заглянул в глаза.

– Нет! – выдавила, сглотнув комок. И чтобы доказать ему и самой себе верность слов, добавила. – Тай, согласен ли ты стать моим мужем?

– Раз и навсегда! Да! – его пальцы задрожали, касаясь моей щеки. – Иди ко мне! – он порывисто распахнул дверь и, подхватив меня на руки, внес в помещение.

Нас встретила просторная пещера округлой формы с куполообразным потолком, свод которого мерцал россыпью мелких кристаллов в горной породе. Стены грубые и неотшлифованные подавляли своей мрачностью. Острые выступы отбрасывали пугающие тени и с легкостью могли внушить истинный страх. Неровная шероховатая поверхность пола тоже не внушала особого доверия. Ведь то и дело слышалось, как под ногами Таэмина шуршит подвижный грунт, препятствуя дальнейшему продвижению. Но мужчина упрямо шел вперед. Казалось, никакие трудности не способны замедлить его шаг. Спина прямая, уверенная поступь и надежные руки, удерживающие ту, что вверила ему сама судьба.

А что же я?

Отринула все лишнее и пугающее: мрачные тени, которые двигались по стенам, неотрывно преследуя нас, раздражающие звуки, крадущиеся по пятам. Закрыла глаза, окунаясь в приятные ощущения близости и нереального трепета.

Какое счастье, что я сейчас не одна. Тай рядом. Он сможет защитить меня от любой напасти и даже от самой себя. Уж в чем, а в этом была твердо уверена.

Плотнее прижалась к широкой груди.

Вдох. Мускусный аромат мужского тела заполнил легкие, обволакивая и, даря неистовое наслаждение. Прильнула еще теснее, стараясь уловить, впитать и запомнить естественный запах кожи. Голова уютно устроилась на широком плече. Губы невзначай коснулись пульсирующей венки на шее. Запредельный ритм возбуждал, заставляя сгорать от нетерпения.

Выдох. И…

Мое тело совершило стремительное, но полностью контролируемое падение. Одно мгновение, и вот я уже стою на ногах, ощущая каменистую неровную поверхность ступнями. Да! Мои туфельки слишком неподходящая обувь для подобных прогулок. Отметила для себя, все еще не решаясь поднять веки.

– Гетта, – нежное, но в то же время требовательное прикосновение, прошлось по моей щеке, заставляя распахнуть глаза.

– Где мы? – заморгала, фокусируя взгляд.

– Это наша купель перерождения, – указал в сторону.

Проследив за его жестом, уперлась взглядом в белоснежное, переливающееся кислотно-желтыми искрами, небольшое озерцо. По консистенции наполнение мало походило на воду. Не было ни всплесков, ни ряби, что вполне обычно для водной глади. Скорее всего, недвижная масса по своей густоте походила на застывшее желе.

Замерла, оценивая наполнитель купели, и медленно впала в состояние замешательства, ибо совершенно не понимала, что делать дальше. Возможно… Мы зря отказались от инструкций и помощи пышногрудой вересены? Но всплывшие в памяти малоприятные картинки фривольного поведения женщины моментально отозвались в душе уколом ревности. И я с чистой совестью отмела возникшие сомнения.

– Таэмин? – растерянно посмотрела на мужчину.

– Ты доверяешь мне? – произнес, внимательно всмотревшись в глаза, пытаясь найти истину, словно от него пытались утаить что-то.

Выдержав пристальный взгляд, утвердительно кивнула и робко улыбнулась.

– Тогда… – приблизился вплотную, обхватив мою талию одной рукой. – Я буду твоим наставником и проводником, – прошептал с хрипотцой. – Другом и соратником, – склонил голову, коснувшись уха жарким дыхание. – Мужем и… – чувственный поцелуй обжог шею, вырвав из груди блаженный вздох. – Любовником, – пальцы утонули в белоснежных волосах, широкая мужская ладонь превратилась в колыбель, баюкающую мою бедную голову. – Ничего не бойся, – желанные уста едва дотронулись губ, дразня, и волнуя, зарождая неистовое возбуждение. – Девочка моя, – жадным прикосновением очертил плавную линию шеи, плеч, спины. Нащупав шнуровку платья, потянул за одну из завязок. – Отбрось все сомнения и ложную скромность, – добавил, поймав недоуменный вздох. – Теперь ты моя, – черные глаза вдохновенно сверкнули. – Слышишь?

– А ты мой? – голос неуверенно дрогнул. От чего-то слезы навернулись на глаза. Сердце сдавило невыносимой тоской и безграничной нежностью.

– Да, – с улыбкой ответил Тай и коснулся моих губ поцелуем сначала нежным и осторожным, но с каждой секундой набирающим обороты. После невинных ласк его горячий язык беспрепятственно проник внутрь, настойчиво требуя более ярких наслаждений. Обжигающее прикосновение захватило меня целиком, подталкивая к безумству. Робко ответила неловким движением и тут же была подхвачена и увлечена неистовым танцем.

Гортанный рык, вырвавшийся из мужской груди, заставил смутиться.

Инстинктивно отпрянула, обрывая упоительную ласку.

Что сделала не так? Конечно, я уже имела небольшой опыт в поцелуях, но все они были на грани фола. И задумываться над правильностью действий не приходилось. Но теперь все совершенно по-другому. Мне безумно хотелось доставить удовольствие мужу. Но что если не смогу?

– Больше так не делай, – с укором рыкнул мужчина.

– Как? – приготовилась выслушать лекцию, но…

Он без дальнейших объяснений порывисто, но достаточно мягко развернул меня к себе спиной. Начал лихорадочно распускать шнуровку, стягивающую лиф. Когда застежка ослабла, платье объемным сиреневым облаком сползло к моим ногам.

Стыд-то какой! Отчего-то захотелось сжаться в комок. Почувствовала себя совершенно голой, хотя на мне все еще оставалось ажурное белье, прикрывающее интимные участки тела. Кровь прилила к щекам, обдавая их невероятным жаром. Он снова заставлял меня переживать и волноваться. А от последующих действий, вообще, захватило дух.

Сильные руки приподняли меня за подмышки, а нога, обутая в ботинок, подцепила носком гору бесформенной материи с земли, откидывая в сторону.

– Это ведь дизайнерская работа! – возмутилась вполголоса.

– Что значит эта тряпка в сравнении с тобой? – его голос стал невероятно хриплым, сексуальные дребезжащие нотки вызвали дрожь, прокатившуюся по всему телу. – Гетта, повернись.

Сделала робкое движение, переступив с ноги на ногу, но так и не решилась исполнить просьбу. Обняла себя за плечи, чувствуя, что начинаю замерзать в промозглом помещении без чувственных объятий Таэмина.

– Э-м-м! Нет! – заупрямилась. – Теперь твоя очередь, – намекнула на то, что он все еще в одежде в отличие от меня.

– Смирись, – тяжкий вздох. И за спиной началась характерная возня. – Тебе досталась капризная нави, – усмехнулся своим словам. – Своенравная, – туника полетела и опустилась рядом со мной. – Но безумно красивая, – ботинки отправились следом, звонко шмякнувшись о каменный пол. – Желанная, – пришел черед брюк.

Ну! Вот и что дальше? Зачем я только упиралась? Добилась, чего хотела? Теперь за моей спиной стоит совершенно нагой мужчина. Мне было неловко, волнительно и интересно одновременно. Горячая волна окатила с головы до пят. Я прям почувствовала настойчивый и полный нетерпения взгляд.

– Любимая?

От подобного обращения у меня все внутри перевернулось, ведь именно этого и ждала. А если не ждала, то, несомненно, мечтала о признании чувств. И что теперь? Стою и глотаю непрошеные, но такие сладкие слезы.

– Иди ко мне, – горячая рука легла на плечо. Я, не задумываясь, развернулась, вперившись в оголенный торс мужчины. И уже не было желания обращать внимание на неподобающий вид и стеснение.

– Тише! Моя глупышка, – прошептал. Легкие движения пальцев, то погружающихся, то выплывающих на поверхность из копны белоснежных локонов, действовали успокаивающе. Меня баюкало и ласкало каждое прикосновение, зарождая внутри нежность.

В ответном порыве обхватила скульптурный торс, прижимаясь к Таю как можно плотнее.

С минуту мы стояли в плотном двойном кольце рук. Внутри меня играло волнение, понять которое, мне довелось лишь тогда, когда мои ладони спустились чуть ниже и ощутили оголенные ягодицы. Но как оказалось, на этом сюрпризы не закончились. Похоже, болван воспринял мои слова излишне буквально и разделся полностью. И теперь в мой плоский девичий животик вжималась горячая восставшая плоть.

Сейчас в полной мере осознала, что, наверное, поступаю глупо и неразумно, следуя на поводу у внутренней неуверенности. Ведь Тай мой, а я принадлежу ему. И тело – это самое малое, что мы оба можем положить на алтарь супружеского ложа. Но все же совершила попытку, разорвать объятья и отстраниться. Как бы я того ни желала, сделать мне ничего подобного не позволили. Правда, хватка немного ослабла, создавая незначительное пространство между нами, словно ослабляя поводок.

– Ш-ш-ш! – мужчина удержал меня от попытки к бегству. – Извини! Я этого не планировал, – намекнул на восставшее естество. – Знаю. Слишком рано. Но… – он судорожно сглотнул. – Удержать в узде возникшие желания, оказалось намного сложнее, чем думал сначала, – грустно улыбнулся, прищурив глаза, которые превратились в щелочки, а затем и вовсе закрылись. То, что любимый испытывал явный дискомфорт, было очевидным.

– Почему? – задала нелепый вопрос, разглядывая напряженно сведенные брови.

– По-моему, и так все, очевидно, – уклончивый ответ, навел на определенные мысли, требующие немедленного объяснения.

– Для меня все еще нет, – заупрямилась.

– Р-р-р! – гортанно заурчал мужчина. – Да что же здесь непонятного? Я люблю тебя! – горячие ладони заключили мое лицо в ласковый плен. – Желаю завладеть твоими мыслями, душой и телом! Хочу поглотить тебя целиком и держать в своем плену вечно! – черные глаза наполнились возбуждающей лихорадкой, которая, расплескавшись, передалась и мне. – Мечтаю, чтобы ты дышала мной и никем больше! – голос сорвался и он перешел на шепот. – Уже жалею о тех быстротечных днях, что остались позади. Мне всегда будет мало времени, проведенного с тобой, – выдохнул и замолчал, прижавшись разгоряченным лбом к моему.

Поначалу возникло ощущение, что на меня наорали. И даже признание в любви долетело до моего сознания не сразу, но с каждым последующим словом беспокойное сердце пропускало удары и замирало, словно вслушиваясь и, улавливая сладостный смысл душевных откровений Таэмина.

В неистовом порыве приподнялась на цыпочки, обвила шею и, заглянув в бездонные омуты, произнесла:

– Я с самой первой нашей встречи дышу лишь тобой. Люблю тебя.

На лице Тая, искаженном напряжением моментально изменились черты, делая их более мягкими. Его удивленный беззащитный вид, тронул до глубины души. Мне даже показалось на мгновение, что он не ожидал услышать в ответ подобных слов, но безумно мечтал о них.

– Спасибо! – восторг и благодарность загорелись в его улыбке.

– Нет! Стоит поблагодарить Кенну! – задорно хихикнула, вспомнив, как бесновалась и злилась на нее. А ведь наставница оказалась во многом права. Кроме методов воздействия для достижения цели, конечно.

– Действительно, – просиял Тай, но счастливое выражение очень быстро исчезло с его лица, сменившись знакомой гримасой боли. – Не думал… – судорожно втянул воздух. – Неужели… Прошло так много времени? – прохрипел.

Испуганно вскинула голову, уставившись на мужчину. Ладони тут же ощутили жар тела. И почему только я не почувствовала его раньше?

– Вот дура! – отругала себя за неосмотрительность. – Ты горишь! – окинула взглядом раны на теле мужа, увеличивающиеся с каждой секундой. – Что я?… Ты?… Мы можем сделать? – волнение путало мысли.

Он молча указал на купель с биомассой.

– Ясно-ясно! Идем! – затараторила, взяв мужчину за руку и потянув к озерцу.

– Стой, – с усилием выдохнул. – Так нельзя, – указал на мое нижнее белье.

– Хорошо! – непослушные дрожащие пальцы едва справились с застежкой бюстье. Округлые нежные холмики оказались на свободе. Скованные холодом вершинки затвердели и начали ныть, причиняя дискомфорт.

Мужская рука потянулась к обнаженной груди, но замерла на полпути и обессиленно опустилась, повиснув плетью.

Я тут же оценила состояние мужчины. Дело-дрянь!

Мгновенно скинула туфельки, ощутив под ногами острые камни, нещадно впивающиеся в нежные ступни. Еще одна секунда и завершающая часть гардероба полетела вниз, оставляя меня беззащитной и нагой.

Уловила судорожный вдох. Неужто Таэмину стало хуже? Вот чего мне сейчас действительно не хватало, так это остаться вдовой, не познав сполна прелестей супружеской жизни.

В ужасе вскинула глаза.

– Гетта! Ты безумно красивая! – в бездонных глазах, округлившихся и ставших в два раза больше, светилось восхищение, смешанное с болью.

– Сейчас не время, – серьезно заявила, сделав вид, что полностью проигнорировала полученный комплимент, но на самом деле внутренне наслаждалась нахлынувшим трепетом. Протянула дрожащую от холода руку мужчине.

Он принял ее, прикоснулся губами к прозрачной коже и тут же отпустил.

Подняла удивленно бровь, не до конца понимая, что же все-таки происходит.

– Сначала пойдешь ты! – прочитав на моем лице недоумение, пояснил. – Смесь, заполняющая купель, кишит частицами для перерождения. Сейфлины в чистом первозданном виде опасны для моего ослабленного ядом организма.

Ошарашенно уставилась на мужчину, предлагающего испытать на своей шкуре то, что может реально убить. В своем ли он уме? Перевела испуганный взгляд на озерце, поблескивающее едва заметно передвигающимися желтыми искрами.

Страшно! Безумно! Нереально! Но… Похоже, других вариантов просто не существует.

– Хо-ро-шо, – пролепетала омертвевшим, словно механическим голосом. Сделала неуверенный шаг навстречу неизведанной опасности, но обжигающая ладонь, коснувшаяся плеча, остановила меня. Таэмин замер на расстоянии вытянутой руки. Я кожей чувствовала жар, исходящий от его тела и дыхание, что теплым вихрем гуляло в волосах, заставляя покрываться мурашками.

– Ничего не бойся, девочка моя, – прошептал дрожащий хрипотцой голос. – Для тебя они неопасны и не больнее, чем слабый укол иголки.

– Значит, все-таки будет больно, – констатировала факт. – Так и знала, никому нельзя доверять, – фыркнула и повела плечами, вынуждая мужчину отпустить меня.

– Гетта, я… – попытался оправдаться.

– И я тоже, – прервала дальнейшие объяснения и, аккуратно ступая по острым камням, приблизилась к самому краю.

Набрала в легкие побольше воздуха, словно перед прыжком в воду, хотя на самом деле сделала это скорее для храбрости. Шагнула в белесую массу, которая была довольно теплой и обволакивающей, настолько, что я не почувствовала поначалу какого-либо дискомфорта. Пока не заметила, как ожившие искры пришли в движение, и целенаправленно потянулись в моем направлении. С мгновение помедлила, но собрав волю в кулак, пошла навстречу мерцающим сейфлинам.

Что бы ни ждало меня впереди, я выдержу!

Однако когда первая чужеродная частица приблизилась и воткнулась в мою икру, исчезнув при этом, я уже не казалась сама себе такой храброй.

Каждая последующая искра несла боль и словно протягивала незримую нить между мной и чем-то неопознанным пугающим. А когда установленная связь оказалась достаточно прочной, меня потащило, затягивая все глубже в вязкую массу. Я уже совсем не ощущала дна под ногами. Еще чуть-чуть и вязкая жидкость достигнет носа. Внутри забилась паника. Возможность захлебнутся, была невероятно высока.

Пока я прибывала в состоянии испуга, вокруг меня образовалось плотное сверкающее кольцо сейфлинов. Мне даже удалось их немного рассмотреть. На первый взгляд ничего особенного в них не было. Они походили на пушинки вейчиков с множеством расправленных в разные стороны ворсинок. Только кончики светились и пропускали между волосками еле уловимые колебания, что и обуславливало их желтый мерцающий цвет.

Страшно! Как же мне СТРАШНО!

Инстинктивно сжалась в ожидании боли.

– Гетта! – долетел обеспокоенный голос любимого.

Попыталась повернуться, но биомасса плотно держала, не позволяя сдвинуться с места.

– Отпусти мысли о боли. Это всего лишь мгновение, – судорожный вдох. – Перешагни через свой ужас. – он уже задыхался. – Иначе нельзя, – прохрипел и затих.

Тай? Нет! Я смогу! Сумею! Должна!

Втянула в себя последний глоток воздуха, заполняя легкие до отказа. Задержала дыхание. Закрыла глаза и максимально расслабилась, насколько это было возможно, отдавшись на волю проведения.

И как только отпустила сковывающий тело страх, в него одним моментом воткнулось множество иголок. Когда организм достиг своего болевого порога, мучения тут же прекратились и меня с головой окутало неожиданное состояние безмятежности и покоя. Нереальная волна чувственного удовольствия прокатилась по все еще ноющей коже.

Интересно. Что произошло? И почему такая резкая перемена восприятия? Задавшись этими вопросами, осторожно открыла глаза.

Цоол Всемогущий! Удивлению не было предела, когда осознала, что парю в воздухе, вместо того, чтобы быть поглощенной вязкой жидкостью. Под ногами не чувствовалось дна. Произвела несколько махов как при плавании, но не почувствовала сопротивления и давления, лишь порыв прохладного воздуха. Осмотрелась, вокруг царила непроглядная темнота. Единственным источником света оказалась моя мерцающая кожа, которая постепенно начала освобождаться от сверкающих частиц, изменивших свой первоначальный цвет. Теперь они стали ослепительно-белыми. И подобно маленьким фонарикам висели в воздухе слегка колеблясь и вибрируя.

Возникло глупое желание потрогать сейфлинов, невзирая на то, что в прошлый раз они причинили немало боли. Но… Попытавшись протянуть правую руку, поняла, что она застряла где-то над моей головой. Вскинула голову.

Хм! Моя кисть в отличие от меня самой осталась на поверхности. Ее словно запечатало в застывшем слое биомассы. Я прекрасно видела сквозь образовавшуюся пленку все, что происходило с моей частью тела. Странно! Могла рассмотреть каждый пальчик на руке и ладонь, помеченную символом на камне присущности. Но не более того. Все остальное пространство оказалось для меня закрытым. Начала нервничать, понимая, что теряю контроль над ситуацией и возможность спасти Тая. Как только подобные мысли возникли в голове, моей ладони коснулось тепло. Сильные пальцы переплелись, объединяясь с моими в одно целое. Вздохнула с облегчением, поняв, что муж рядом. Стоило только успокоиться и ровно выдохнуть, как сейфлины образовали подушку подо мной и начали выталкивать невесомое тело наверх.

Все произошло так стремительно и быстро, что я даже не успела толком понять, каким образом мы с Таэмином поменялись местами. Его поглотила биомасса, а я осталась лежать на затвердевшей поверхности.

Кисть лаверодина дрогнула. Тревожное чувство завладело мной целиком. Перекатилась на живот и попыталась проникнуть взглядом сквозь затвердевшую структуру, но ничего не увидела, лишь почувствовала судорожно сомкнувшиеся в пожатии пальцы. Усилила эффект, страшась потерять столь необходимый ему и мне контакт.

Спустя десять бесконечных минут почувствовала вибрацию и толчки. Еще! Сильнее! И… Вот на поверхность вытолкнуло Таэмина! Такого же липкого, но в отличие от меня невероятно измученного. Но, главное, что он дышит, значит, жив.

Пробежалась оценивающим взглядом по телу мужчины, пытаясь выяснить, что могло в нем измениться. И с недоумением поняла, что практически ничего. Щупальца все так же опутывали тело, правда, раны зарубцевались и стали более светлыми. Попыталась расцепить ладони, чтобы посмотреть на то, что стало с печатью на пояснице, но он не позволил этого сделать.

– Дай мне вторую руку, – прохрипел, изменившимся до неузнаваемости голосом.

Я послушно вложила кисть в раскрытую ладонь, нависнув над обессиленным мужем.

– А теперь, – выдохнул тот. – Смотри, – устало прикрыл глаза.

Сначала я совершенно не поняла, на что указал Тай. Куда глядеть? Растерянно окинула взглядом пространство, окружающее нас. Мрачные стены пещеры, застывшее озерце купели, мерцающий купол над нашими головами. Непонимающе воззрилась на мужчину, который все еще неподвижно лежал, мерно дыша. Но… Бросив короткий взгляд на соединенные в замок кисти, сразу все поняла.

Наши оттенки начали смешиваться, перетекая один в другой. Моя кожа постепенно окрашивалась в нежно-коричневый цвет, а его приобретала более светлый тон. Сначала пигментация окрасила кисти, затем руки до локтя, перешла к плечам и так постепенно захватила весь кожный покров. Не знаю, как долго следила за происходящей метаморфозой. Я забыла о времени, да если честно и как дышать тоже. Меня отвлек тихий ласкающий своей интонацией шепот.

– Гетта! Ты превратилась в невероятно красивую гюрену! – восхищение в его голосе и обожание в сверкающих глазах вызвало невероятный душевный трепет. – Моя девочка, – он потянул меня к себе, роняя на широкую грудь. – Моя жена! – крепкие мужские руки собственнически прошлись по изгибам тела, заключая хрупкий стан в объятия.

Его слова, наполненные любовью, заставили захлебнуться нежностью в ответном чувстве. Всхлипнула, пролив слезы блаженного счастья. – Ты мой!

Эпилог

Обжигающие губы проложили чувственную дорожку по шее, спустились ниже, едва касаясь плеча, скользнули вдоль позвоночника, замерев в области поясницы. По оставленной на коже влажной тропинке, гулял холодок, вызывая мелкую едва заметную дрожь. Горячие ладони обрисовали контуры тела, очертили тонкую талию и юркнули под меня, замерев на чувствительном животике. Мужская щека прижалась к ягодицам. Жесткая щетина начала щекотать и колоть кожу, заставляя недовольно заворчать, заерзать.

Поняв, что я нахожусь на грани пробуждения, мужчина приподнялся и ловко перекатил расслабленное податливое тело на спину. Он не сделал более ни одного движения, просто наблюдал и ждал, когда проснусь. Едва ресницы дрогнули…

– С добрым утром, любовь моя, – прошептал, вглядываясь в заспанное лицо.

– Уже в который раз за последние дни? – довольно улыбнулась, сладко потягиваясь, выгнула спину.

Таэмин тут же сдавленно застонал и сжал кулаки, захватив пальцами тонкую простыть. – Что ты делаешь со мной, озорница?

Удивленно распахнула глаза, состроив из себя святую невинность. Но стоило достичь взглядом мужского стана, осознала, как глубоко увязла в безумном желании обладать им и отдаться целиком и полностью его власти.

Облизнула пересохшие уста, чувствуя, как нарастает ненасытная жажда.

О, как он невероятно красив и сексуален, вот так нависая надо мной. Каждый мускул напряжен, крепкие руки, как мощная защита, ограждают меня от внешнего мира. Глаза сверкают неистовым возбуждением. Слегка приоткрытые губы вызывают дикое влечение, ощутить их страстные поцелую. Учащенное дыхание побуждает дышать с ним в унисон. Отчего дико закружилась голова.

– Сама не знаю, – прикоснулась кончиками пальцев к его щеке, обвела контур лица, заставляя мужа закрыть глаза, и судорожно втянуть воздух.

– Ты сводишь меня с ума, – прошептал, склонившись и коснувшись нежной плоти.

– Нет, – обвила шею руками, пытаясь притянуть Тая как можно ближе. – Люблю, – выдохнула прямо в губы, которые ощутив на себе бурное желание в надрывном вздохе, больше не оттягивая момента, впились жадным обжигающим поцелуем. Широкие ладони заскользили по обнаженному телу, лаская и опаляя каждый уголок и частичку моего естества. Я задыхалась от переполняющих ощущений близости, теряла контроль, уже не властвовала над сердцем, которое оглушало своим биением и дыханием, судорожно срывающимся в запредельный темп.

– Моя маленькая, – Таэмин покрыл мое лицо поцелуями, скользнул к шее, чувственно коснулся языком яремной впадинки, заставив судорожно сглотнуть. Продолжил свой путь. Добравшись до желанной цели, захватил губами сжавшуюся в напряжении вершинку груди, вытеснив протяжный стон.

Мои пальцы зарылись в жестких волосах и, сжав их, дернули голову любимого ближе, не позволяя отстраниться.

Он страстно лелеял грудь, припадая то к одной, то к другой вершинке лаская, покусывая, целуя, обводя горячим языком округлости.

– Тай, – простонала, но на самом деле собиралась сказать о большем. Хотела кричать о том, как желаю его всей душой и… Телом, которое изнывало от ласковых прикосновений, требуя большего. Выгнулась дугой, подаваясь вперед.

– Сейчас, моя ненасытная дикарка, – пальцы спустились к животу, обвели ямку пупочка и скользнули ниже, прикоснувшись к женскому естеству, которое ощутив приближение чувственной ласки, запульсировало сладкой болью. Попыталась приблизиться, но он, словно специально дразня, отвел руку.

Стон разочарования сорвался с моих губ. На что гюрен усмехнулся. А внутри меня промелькнуло возмущение, которое тут же подавила сдавленная боль.

– Ты хочешь моей смерти, – обижено прохныкала, сжимаясь в комок и, пытаясь сдержать нахлынувшее возбуждение, гуляющее обжигающей волной по венам.

– Нет! – он снова навис надо мной и, посмотрев на меня обезумевшими от страсти глазами, прошептал. – Я хочу тебя, – под ошеломляющие слова он погрузился в меня одним мощным ударом, вызвав сладострастный стон у нас обоих.

Я утонула, растворяясь в мужчине, который каждым движение заставлял взрываться мир внутри меня. Неистового ласкала рельефное торс, оставляя в порыве страсти следы ноготков на смуглой коже. С каждым толчком норовила прижаться, как можно плотнее к любимому, на что он целовал меня в губы и приглушенно шептал что-то очень нежное. Под шепот любви наши тела выгнулись захваченные безумным огнем и невольно растворились в нахлынувшей неге.

А потом мы долго лежали молча наслаждаясь сладкими ощущениями близости. Моя голова уютно устроилась на плече Таэмина, который бережно прижимал меня к себе, словно боясь, что упорхну, как пташка. А я обнимала его, стремясь слиться в одно целое, хотя мы и так были чем-то единым и неразделимым.

Если честно мне и в голову никогда не приходило, что можно полюбить кого-то так самозабвенно. Для меня стало жизненно необходимым быть рядом. И каждая незначительная разлука отдавалась болезненным волнением во всем теле, требуя прикосновения, пусть даже взглядом.

– Тай, мне страшно, – произнесла, вызвав недоуменный ответный вздох.

– Отчего? – он нежно провел по моей щеке, убирая с лица шелковистую прядь волос.

– Ты будешь смеяться, – прикрыла веки.

– Разве я когда-нибудь?… – осекся мужчина и заключил меня в теплые объятья, прижав к себе еще крепче.

– Вот именно, – хмыкнула, подловив его на слове. – Просто… Подумалось… Любить так сильно, это неправильно.

– Так ты меня любишь? – довольно промурлыкал он, недослушав до конца, но осознав суть, спросил. – Почему?

– Слишком больно будет потерять, – выдохнула и замолкла.

– Кто тебе сказал, что я позволю тебе потеряться? – он приподнял мою голову за подбородок и заглянул в наполнившиеся грустью глаза. – Немедленно оставь все сомнения, – он щелкнул меня по носу. – Разве не достаточно того, что люблю тебя?

– Конечно, нет! – на моих губах зажглась хитрая улыбка.

– Ну что ж придется постараться, чтобы было да, – он сгреб меня в охапку и кинул на мягкие подушки. – Мало любви говоришь? – рыкнул мужчина и заглушил мои протесты жарким поцелуем.

Татьяна Скороходова

Сделать шаг

Глава 1

В которой рассказывается о незатейливой жизни вед, методах колдунов, а также выясняется, чем может закончиться встреча заклятых врагов

– Зоря, Зо-ря! Пошли, дело есть! Папка сказал, помрет без тебя! – завопил Данко, влетев в дом, словно снаряд из пращи. Громыхнула дверь, лениво тявкнула Динка, муха, бьющаяся о стекло, замерла на миг, потерла лапки и уставилась на незваного гостя.

Я выжала рушник и бросила в кадку к уже постиранным простыням и наволочкам. Страсть тетки к чистым, пахнущим лавандой простыням я разделяла всей душой. Начнёшь тут разделять, ёж побери, стоит переночевать в трактире на пыльной шкуре вместе с клопами, и наотрез отказывалась разделять, когда дело доходило до постирушек.

– Твой папка и Всевидящего переживёт, – буркнула я, перекинув за спину косу, которая так и норовила окунуться в грязную воду.

– Та не! Не он! Пришлые у него, вчерась приехали, купчина с женкой, только она вот-вот копыта отбросит, – Данко не сводил зачарованных глаз с моих скромных прелестей, облепленных влажной рубахой.

– Ладно, подожди на улице, пострел, – я с трудом разогнулась.

Веда – ведой, а делать домашнюю работу домового не заставишь. Жуш – тот ещё лентяй, да такой склочный, что белый свет не видывал. Их бородатое в валенки обутое Высочество, видите ли, не для того на свет явились, чтобы марать руки чёрной работой. На мой вопрос: «А для чего?» следовал незамедлительный ответ: «Бабьим мозгам понять не дадено».

– А ну, брысь во двор, и жди меня там! – цыкнула я на пострелёнка.

Данко скорчил рожицу и вылетел во двор, громыхнув дверью. Этот ребёнок и спать ложился с разбегу. Я вздохнула. Попробовал бы кто так вломиться к колдуну… Ведьмы, колдуны, к этим вражинам со всем почтением, уважением и кучей злотых, подобострастно заглядывая в глаза и расшибая лбы об пол. А мы, веды – так, по мелочи. Горячку снять, роды принять да зелий наварить. Мы не причиняем зла, не наводим порчу и не балуемся приворотами, не говоря уже о швыряниях молниями и огнём. Мы лечим. Спокойные деньки выпадали редко, обычно ни днём, ни ночью нет отбоя от посетителей. Хорошо, если кто в здравом уме придёт, иногда такие болящие попадаются… Как вчера. Вкатился крепенький красноносый мужичок-боровичок и с порога обвинил соседку, что она его, невинного и святого ещё при жизни, мужеской силы лишила. Когда же Лида сухо поведала страдальцу, что виной его мужеского бессилия пиво да вино, до коих мужик был весьма охоч, а не бабы-ведьмы, он затопал ногами, распустил горло, даже безмозглых куриц приплёл к нашему родовому древу. Болящий на удивление резво покинул нас, уносясь прочь с прытью вполне себе здорового зайца. Я невольно хмыкнула. Кочерга – безотказный и недорогой метод лечения. И чего приходил, спрашивается?

Переодевшись в удобные кожаные штаны и рубаху с безрукавкой, я взяла с лавки у дверей сумку с настоями и мазями и вышла во двор. Горожане косо смотрели на наши одёжки, неподобающие солидным матронам и целомудренным девам. Плевать, по лесу в длиннющих юбках не набегаешься. Да и матроной мне стать не грозит, разве что болезный на всю голову руку и сердце предложит. Заезжие мужики думали, что две одиноко живущие на отшибе женщины обделены мужским вниманием. Вроде дома терпимости на природе. Рецепт лечения один – та же кочерга и парочка ловушек на совсем тяжёлый случай для особо непонятливых. У местных наша красота успехом не пользовалась, уж больно чернявы и худющи по здешним меркам. Светловолосые невесты кровь с молоком и я смотрелись рядом, как холеные избалованные домашние киски и чёрная бродячая кошка.