Текст книги "Безымянная"

Автор книги: Эдриенн Янг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Двадцать два

– Он достал их!

Донесшийся из окна крик Хэмиша заставил меня выронить на стол перо для письма.

Встав из-за столика, я подошла к открытым дверям таверны. Падж поднимался по брусчатке с тремя свитками под мышкой – поднятый ворот защищал его от пронизывающего ветра. Он протолкался сквозь толпу мужчин, направляющихся в торговый дом, почти сбив одного из них.

Клов вызвался сходить к картографу, поскольку не доверял Паджу. Он не скрывал свое мнение о том, что наш рулевой не в состоянии взять курс на Скопление Юри и вернуться обратно. Но для Клова у меня были и другие поручения.

Я снова выглянула на улицу, высматривая его. Он опаздывал.

Сунула руки в карманы новых штанов, которые Уилла неохотно купила для меня. Как же приятно снять с себя это несуразное платье и снова надеть ботинки.

Вскоре в двери ввалился Падж. Он прошел к нашему столику и разбросал по нему карты. Падж даже не удосужился взглянуть на меня. На самом деле никто из них не смотрел в мою сторону целый день.

Уэст не обратил внимания на возмущение Паджа и закатал рукава рубашки.

– Хорошо. Что у нас тут?

– Сам смотри! – прорычал Падж.

– Падж, – пригрозил Остер, приподнимая бровь.

Во взгляде рядом стоящей Уиллы читалась поддержка возражений Паджа. Она фыркнула, помешивая кусочек сахара в холодном чае.

Падж смягчился от упрека Остера и развернул карты на бортовом журнале, который мне дала Голландия.

– Полуночник нашли в Скоплении Юри. Согласно журналам, команда Голландии ныряла на островах больше месяца, когда Изольда нашла камень, после чего они продолжили нырять в этом же месте еще несколько недель. – Он указал пальцем на разбросанные куски суши. – С тех пор команда Голландии прошерстила эти рифы полностью. Начав с севера, он двинулись на юг. Затем с юга на север.

– Но они ничего не нашли, – сказала я себе под нос.

– Как видишь, – резко ответил Падж. – Почти двадцать лет они ныряли там, прошлись по каждому рифу, на которых работала команда Голландии, когда Изольда нашла полуночник. Мягко сказано, что это безнадежная затея.

Я присела на край стола.

– А где геологические и топографические чертежи?

Он тщательно рассмотрел углы карт, пока не нашел нужное, и вытянул карту.

– Вот.

Передо мной раскинулись чертежи. Растянувшееся Безымянное море было помечено разными цветами и линиями разной толщины, определяющими виды пород и глубину моря. Большинство рифов окружали базальт, сланец и песчаник – лучшие места для поиска большинства камней, которые были в ходу в торговле самоцветами. Но раз моя мама нашла полуночник только в одном месте, а Голландия до сих пор не могла его найти, то нам нужно было обратиться к чему-то другому.

– А это что? – я указала на два острова в углу карты, помеченной обозначением кварца.

Падж уставился на меня, а Остер выхватил журнал из его рук. Он водил пальцем по странице, пока не отыскал нужное.

– Титанитовые Сестры.

Знакомое название. На этой паре рифов Скопления Юри, знаменитой своей клиновидной формой, добывали больше всего желтого и зеленого титанита.

– Похоже, там есть запас синего агата, но змеевик весь достали, – добавил Остер.

– Что-нибудь еще?

– Немного оникса.

Я прищурилась, задумавшись.

– Когда команда Голландии ныряла там последний раз?

Падж наконец заговорил с каменным лицом:

– Два года назад. – Он перегнулся через меня, подвигая карту. – Вот это место вызывает больший интерес. – Падж указал на черные крапинки между двумя длинными полуостровами. – Богато хризоколлой, и его не исследовали как минимум десять лет.

Действительно вызывает интерес. Обычно хризоколлу находят небольшими скоплениями, которые разбросаны на обширных морских участках. Странно, что за десять лет никто к ним не притронулся.

– Что-то еще выделяется?

– Не особо. Голландия все продумала, постаралась ничего не упустить.

Но если это они работали на этом участке, когда Изольда нашла полуночник, то камень должен был быть там. Где-то. Взяв перо из его руки, я принялась отмечать области, которые не казались многообещающими. В конце концов остались рифы, расположенные на коренных породах гнейса и зеленого сланца.

– Они постоянно ходили у этих рифов, – сказал Уэст, обеими руками упираясь о стол.

– Но не с мастером драгоценных камней, – ответила я почти самой себе. – Оскар умер задолго до того, как Изольда нашла полуночник.

– Оскар?

– Мой дедушка. – Слова прозвучали неестественно даже для меня. – Он был мастером драгоценных камней. Если бы у Голландии был мастер, то она бы так не заинтересовалась мной, ведь я тоже мастер. – Любой мастер драгоценных камней с долей здравого смысла не свяжется с таким торговцем, как Голландия. Я повернулась к Паджу: – Уверен, что сможешь пройти через те воды?

– У меня есть выбор?

– Сможешь или нет? – переспросила я более грубо, чем хотела.

Он бросил на меня раздраженный продолжительный взгляд.

– Смогу.

– У нас всего неделя, – пробормотала я. Даже за две недели это выполнить практически невозможно.

– Составь курс к закату, – приказал Уэст.

– Что-то еще? – Падж посмотрел на нас с растянутой по лицу насмешливой улыбкой.

– Да, – раздраженно ответила я. – Передай Хэмишу, что мне нужна лампа. И еще один пояс для инструментов.

– С удовольствием. – Падж оттолкнулся от стола, схватил свою куртку и направился к выходу.

Дверь захлопнулась, когда официантка поставила нам третий чайник. Я подвинула по картам чашку, чтобы она наполнила ее.

– Новый пояс, – пробормотала Уилла. – Что стало с твоим?

– Тебе какая разница? – Уэст бросил на нее взгляд.

Уилла пожала плечами.

– Просто интересно, на что уходят наши деньги.

Ее взгляд переметнулся на меня, отчего я закусила щеку. Уилла ставила границу. И мы оказались по разные стороны.

– Хотите перекусить? – Официантка вытерла руки о передник.

Остер полез в карман жилета.

– Хлеба и сыра. И жаркое, если есть. – Он выложил на стол три медяка.

– Не собираешься сначала согласовать с Фейбл? – съязвила Уилла.

Я нахмурилась, борясь с желанием вылить чай ей на колени. Я понимала, почему она злится. Все они имели на это право. Но я не была уверена, что Уэст осознавал весь риск от того, что не оставлял им выбора. Когда это дело закончится, мне, возможно, не будет места на борту этого корабля.

Вздохнув, я снова посмотрела в окно. Отправив Клова в порт, я попросила его вернуться к полудню.

– Он обещал, что придет, – сказал Уэст, будто прочитав мои мысли.

Я перевела свое внимание с улицы на карты:

– Мы начнем с восточной части участка, где стояли корабли Голландии, когда Изольда нашла полуночник, и пойдем по отмеченным мною рифам. Верное ли это решение, я пойму только тогда, когда спущусь под воду, но на том участке лучшие условия для различных залежей драгоценных камней. Теплая вода от южного течения, гнейсовая порода и несколько рифов, хранящих несколько секретов в силу своего возраста.

Это лучшее место для начала поиска, но что-то подсказывало мне, что все будет не так просто.

Дверь таверны распахнулась, и я сощурилась от яркого солнечного света. Стянув с головы кепку, Клов расстегнул куртку одной рукой, и, увидев за ним Коя, я выдохнула с облегчением.

– Полдня потратил, но отыскал его. – Сев, Клов взял чайник и без спроса налил чай в пустую кружку.

Кой весь промок, а свежие порезы на пальцах подсказывали, где он провел последние два дня с тех пор, как разобрали корабль Золы. Он очищал корпуса. Кой нисколько не смутился, когда заметил, что я осматриваю его руки. Неблагодарная работа, которой он вряд ли занимался последние года, но джевальцы выполняли работку куда похуже, чтобы заработать деньги.

Рядом со мной Уэст распрямил спину, изучая Коя взглядом.

– Чего тебе надо, Фейбл? – наконец спросил Кой, просовывая руки в карманы куртки.

– Есть работа, если тебе интересно.

Его черные глаза заискрились.

– Работа.

Уилла наклонилась вперед, раскрыв рот.

– Что, прости? Ты теперь еще и людей нанимаешь без нашего разрешения?

– Заткнись, Уилла! – прорычал Уэст.

Я снова взглянула на Коя.

– Да. Работа.

– Последний раз, когда я видел тебя, ты была невольницей на «Луне», ныряла по воле Золы. Затем провела два дня в Бастиане, а теперь сама раздаешь работу?

– Похоже на то. – Я пожала плечами.

По другую сторону стола Уилла кипела от злости. Она покачала головой, стиснув зубы. Кой уставился на меня с тем же чувством.

Я откинулась на спинку, бросив взгляд на карты.

– Семь дней, двенадцать рифов, один самоцвет.

– Бессмысленно. Что ты имеешь в виду под одним самоцветом?

– То, что мы ищем один камень, но не знаем, где именно его найти.

Он фыркнул.

– Ты серьезно?

Я кивнула.

– И как ты собираешься это сделать?

Я развернула перед нами карту, прижимая ее к столу.

– Так и знал, – пробормотал он, покачивая головой. – Ты мастер драгоценных камней.

Я не стала отрицать.

– Я всем на острове говорил, что есть причина, почему ты достаешь больше самоцветов, чем джевальцы, которые ныряли пятьдесят лет.

Он никогда не предъявлял меня это в лицо, но я знала о подозрениях Коя. Единственное, что мне приходилось скрывать, так это свой возраст. Никто не поверил бы ему, если бы только не знал, кем была моя мать.

– Мне неинтересно, – сказал он. – Зола заплатил мне только половину до того, пока его тело не скинули в гавань его головорезы. И я потрачу бо́льшую часть этих денег на переправу до Джевала.

Именно на это я и рассчитывала. Семья Коя на Джевале зависела от него, поэтому он и устроился работать к Золе. Скорее всего, в отсутствие Коя его брат перевозил грузы, а через пару дней семья начнет беспокоиться.

Поскольку я собиралась уговорить его отправиться с нами, мне нужно было заставить его довериться мне в деньгах.

– Мы удвоим вознаграждение, которое тебе обещал Зола. И заплатим сейчас, – проворчал Клов между глотками чая.

– Что? – Я развернулась лицом к нему. Это предложение было намного лучше того, которое я собиралась ему сделать.

Клов, как обычно, казался безразличным. Спокоен как удав.

– Ты слышал меня.

– Клов, у нас нет столько денег. Не на это дело. – Я понизила голос. Даже если они и были, команда мне голову отрежет за такую растрату казны.

– У меня есть. – Он пожал плечами.

Он имел в виду вознаграждение за голову Золы, которое он собирался потратить на свой флот.

– Клов…

– Они тебе нужны, – просто ответил он. – Так что бери.

Вот такого Клова я знала. Он бы украл деньги, если бы я попросила.

Я слабо, но благодарно улыбнулась ему.

– Я верну их тебе. Каждый медяк.

Я почувствовала на себе взгляд Коя. Он явно прислушивался.

– Также мы бесплатно довезем тебя до Джевала на обратном пути в Узкий пролив, – добавила я.

Кой, размышляя, прикусил нижнюю губу.

– Во что ты вляпалась?

– Тебе нужна работа или нет?

Кой, замешкавшись, переступил с ноги на ногу. От такого предложения он не мог отказаться, и мы оба это знали.

– Почему?

– Что почему?

– Почему ты предлагаешь это мне? – Его интонация стала озлобленной, отчего я поняла, что Кой раскусил меня. Мне нужно осторожно общаться с ним, если я собиралась работать вместе с ним дальше.

– Ты лучший ныряльщик, которого я знаю. Помимо себя, – поправила я. – Это почти невыполнимая работа, и ты мне нужен.

Он отвернулся к окну, выглядывая на улицу. Стоящий рядом с ним Уэст смотрел на меня. Ему это явно не нравилось. Последний раз, когда Уэст видел Коя, тот гнался за мной по причалам в Джевале, готовый убить меня.

Кой наконец заговорил, положив обе руки на стол и наклонившись надо мной.

– Ладно. Я согласен. Сейчас мне нужны деньги и новый пояс с инструментами. Те ублюдки все забрали, когда разбирали «Луну».

– Сделаем, – ухмыльнулась я.

– И еще кое-что. – Он наклонился ближе, Уэст встал на ноги и сделал шаг к нам.

– Что? – Я встретилась взглядом с Коем.

– Мы не собираемся оказывать услугу за услугу, Фейбл. Поняла? – Его голос стал грубым. – Я уже говорил тебе: не я перерезал веревку. Так что если это как-то связано с тем, что произошло на погружении, то я ухожу.

В этом весь Кой. Его гордость более непреклонна, чем жажда денег. Стоило мне всего лишь намекнуть, что я в долгу перед ним, он бы сразу отказался от денег.

– Хорошо. Ты не перерезал веревку. – Я протянула руку между нами. – Мы отплываем на закате. Твои инструменты и вознаграждение будут на корабле.

Взяв мою ладонь, Кой пожал ее. Он недолго посмотрел на меня, прежде чем круто развернулся и направился к двери.

Уилла недоверчиво уставилась на меня. Я протянула ей карты, и, покачав головой, она встала на ноги.

Уэст смотрел ей вслед.

– О какой услуге говорил Кой? – спросил он.

– Он спас мне жизнь, когда один из ныряльщиков Золы пытался убить меня.

– Так вот в чем дело? В долге?

– Нет, – встав, ответила я. – Я сказала правду. Кой – опытный ныряльщик. Он нам нужен.

По глазам Уэста я видела, что ему хочется услышать полную историю. Когда-нибудь я расскажу ему, но не сегодня.

Клов откинулся на спинку и посмотрел на меня.

– Что?

Он пожал плечами, на губах играла насмешливая улыбка.

– Просто думаю.

Я склонила голову набок, испепеляя его взглядом.

– Думаешь о чем?

– Что ты как он, – ответил он и сделал еще один глоток чая.

Мне не нужно спрашивать, что он подразумевал, ведь он говорил о Сейнте.

Двадцать три

– Что еще нужно сделать, пока мы не покинули Бастиан? – спросил Клов, ставя свою чашку.

– Ты не идешь с нами, – ответила я.

Его густые брови нахмурились.

– Как это я не иду с вами?

– Если Голландия поймет, что ты не отправился в Узкий пролив, то захочет узнать причину. А мы не можем так рисковать. Тем более нужно, чтобы ты рассказал Сейнту о происходящем.

– Сейнт точно не оценит, что я оставил тебя. Это не входило в план.

– Если ты не заметил, то ничего не идет по плану. Клов, ты нужен мне в Узком проливе.

Он обдумывал мои слова, переводя взгляд с меня на Уэста. Дело не только в Сейнте. Клов не доверял Уэсту. Он не доверял никому из комнады.

– Плохая идея. Этот ваш рулевой посадит вас на мель еще до того, как вы доплывете до Скопления Юри.

– Этот рулевой отлично справится! – рявкнул Остер.

– Если Фейбл не вернется в Серос, вы ввек не рассчитаетесь. – Клов обратился к Уэсту.

– Фэйбл выбралась с острова, на котором ты ее оставил. Думаю, она способна самостоятельно вернуться в Серос. – Слова Уэста обжигали, как кислота.

– Пожалуй, тут ты прав. – Клов улыбнулся. – Тогда буду искать корабль, направляющийся в Узкий пролив. – Встав, Клов подмигнул мне и направился к двери.

– Корабль Голландии, – сказала я. – Она должна узнать, что ты покинул Бастиан.

Официантка поставила две большие тарелки с хлебом и сыром, а затем принесла еще один чайник. Остер, не теряя времени, потянулся к тарелке с маслом.

Он намазал масло толстым слоем на ломтик хлеба и протянул его мне.

– Съешь. Будет лучше.

Я взглянула на него.

– Почему ты, в отличие от остальных, не злишься?

– Ой, я спятил, – сказал он, потянувшись за ломтиком хлеба. – Уэст, ты поступил неправильно. Взяв нас в команду, ты уверил, что у каждого из нас будет право голоса. Ты взял свое слово обратно.

– Тогда почему ты такой любезный? – спросила я.

– Потому что. – Он посмотрел мимо меня на Уэста. – Если бы это касалось Паджа, я бы сделал то же самое, черт возьми. – Он разорвал ломтик хлеба и кинул кусочек в рот.

Уэст облокотился на стол, тяжело вздохнув.

Напряжение в его челюсти – своеобразная защита – исчезла, и я осознала, как его решение сказалось на отоношении к нему. Возможно, Хэмиш и простит равнодушие Уэста, но Уилла и Падж не отнесутся к нему с пониманием.

Уэст уставился на стол, напряженно размышляя.

– Ты же поднимаешь, что мы не можем отдать полуночник Голландии, если найдем его. Понимаешь? Она самый могущественный торговец в Безымянном море. Если ты отыщешь для нее полуночник… – Его слова оборвались. – Она может все загубить. Для нас и для Узкого пролива.

Он был прав. Да и я думала о том же.

– Если она получит лицензию на торговлю в Серосе, то все наши планы разрушатся. Все будет бессмысленно.

– Сейнт не допустит, чтобы это произошло. – Я старалась говорить уверенно, но на самом деле неизвестно, как поступит Сейнт.

Остер потянулся через стол за еще одним ломтиком хлеба, из-под закатанного рукава выглянула татуировка в виде переплетенных змей. Две перепутанные змеи, пожирающие хвосты друг друга. Такая же татуировка была у молодого человека по имени Эзра, который заходил в офис Голлнадии.

В глубине сознания промелькнула неуловимая мысль, от которой я замерла на месте.

Полуночник спасет Сейнта, но не спасет Узкий пролив. Если Голландия проложит маршрут до Сероса, то точно разорит всех торговцев, размещенных там.

– Остер? – обратилась я.

Он оторвал взгляд от тарелки с набитым хлебом ртом.

– Да?

– Расскажи об этой татуировке.

Взгляд его серых глаз стал пронзительным, рука повисла в воздухе. На другой стороне стола замолчал Уэст.

– Зачем? – осторожно спросил Остер.

– Что ты задумала? – Уэст наклонился ближе ко мне.

– Ты был прав насчет Голландии. Этот план будет осуществить сложнее, чем обменять полуночник на Сейнта. Если она получит лицензию на торговлю в Узком проливе, то все будет бессмысленно. Всех нас ждет работа в порту, как только она осуществит задуманное.

Уэст кивнул.

– Я знаю.

– Голландия неприкасаемая. Она контролирует торговлю в Безымянном море и имеет власть над Торговым советом.

Уэст пожал плечами.

– Торговый Совет Узкого пролива до сих пор не прогнулся. Поэтому нам остается лишь надеяться, что ей не выдадут лицензию.

– Неправда, – бросила я, а разум продолжал распутывать клубок мыслей.

Они оба смотрели на меня в ожидании.

– Мы знаем, что Голландия хочет устранить торговцев из Сероса. – Мой взгляд блуждал, пока не остановился на Остере. – У нее есть заказ для нелицензированного торговца, чтобы подкупить совет. Заказ, который она держит в секрете.

Губы Остера искривились.

– Для кого?

– Когда мы были у Голландии, она заключила сделку с парнем с такой же татуировкой.

Остеру внезапно стало неловко, и он заерзал на стуле.

– Как его звали?

– Эзра, – ответила я.

Глаза Остера вспыхнули.

– Ты его знаешь?

– Знаю, – подтвердил он.

– Что можешь рассказать о нем?

– Ничего, если хочу, чтобы со мной ничего не случилось. Не стоит связываться с Ротами. Поверь мне.

– Подожди. Ты Рот? – Моя интонация взлетела.

Но Уэст ничуть не удивился. Он точно знал, что означала татуировка.

– Мы можем обратиться к ним, как думаешь? – спросил Уэст, понизив голос.

– Нет, – спокойно ответил Остер.

– Почему нет?

– Уэст, они опасны, – ответил Остер. – Хенрик скорее прирежет тебя, чем пригласит на чай, как Голландия.

Я закатала рукав рубашки Остера, изучая татуировку.

– Откуда ты его знаешь?

Казалось, Остер решал, что именно мне рассказывать.

– Он мой дядя. Мы не совсем в хороших отношениях, – добавил Остер. – Когда я сбежал из Бастиана, я сбежал от Ротов. А от Ротов никто не сбегает.

– А Эзра?

Заметив, что я не собираюсь сдаваться, Остер вздохнул.

– Он не родился в семье. Хенрик нашел его в подмастерьях у кузнеца, когда мы были еще детьми. Взял Эзру к себе из-за его таланта. Хенрик дал ему лучшее образование, и когда нам было по четырнадцать или пятнадцать, он лучше всех в Бастиане изготавливал предметы из серебра. Но Хенрик не мог их продать.

– Почему?

– Долгие годы семья Рот была крупнейшим изготовителем поддельных драгоценных камней в Безымянном море и Узком проливе. Торговля обогатила их, но также стоила им любой возможности получить перстень торговца от Гильдии самоцветов. Законом запрещено иметь с ними дело.

Но это не помешало Голландии сделать заказ у Хенрика, и я понимала почему. Эскизы, которые Эзра показал Голландии, походили на выдумку из мифа. Только кто-то по-настоящему одаренный смог бы изготовить такое.

– Значит, он использует Эзру, чтобы заполучить перстень.

Остер кивнул.

– Он мечтает о нем, но никогда не получит. О репутации Ротов наслышаны в каждом порту Безымянного моря. Никто никогда не доверится Хенрику, тем более не посвятит его в свои дела.

– В отличие от Голландии.

– Она никогда не расскажет, кто изготовил фигуру. А Эзра никогда не получит похвалы за заказ. Как и Хенрик.

Если Остер прав, то Хенрик человек, пытающийся подняться в глазах остальных.

Я постучала пальцами по столу.

– По-твоему, они нам помогут?

– Они никому не помогают. Они помогают только себе.

– Если только для них нет выгоды, – подумала я вслух. Я откинулась на спинку и погрузилась в размышления. Я не знала, что именно Голландия задумала насчет Узкого пролива, но Уэст прав – ей нельзя доверять. И я предчувствовала, что Голландия выжидает свой следующий ход.

– Отведешь нас к ним? – спросила я.

Остер выглядел так, словно не мог поверить в то, что я только что сказала.

– Фейбл, не нужно связываться с ними. Я серьезно.

– Отведешь или нет?

Остер долго смотрел в мои глаза, прежде чем покачал головой и тяжело вздохнул.

– Падж точно не оценит.