Текст книги "Кружок любителей чтения"

Автор книги: Джули Хаймор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Погодите минутку, Гидеон, я подогрею соус. Нет-нет, никаких хлопот. Алло?

– Алло, – ответил Боб. – Я все еще здесь.

– Он просил передать, что есть разные формы наказания, например полное разрушение личности.

– Ага. Как обычно, ясно как ночь. Ну, все, до встречи, милая. – Он снял крышку с контейнера и посмотрел на последний, уже подсохший бутерброд с сардинами. – Может, сегодня я вернусь пораньше.

Бронуин и сама не понимала, почему она так нервничала. Ведь у Гидеона не было привычки проводить вечера в центре города среди иностранных студентов и молодежи из соседних городков.

Она и Малькольм сидели в популярном тайском ресторане, поскольку концерт закончился неожиданно рано.

– Может, закажем бутылку вина? – предложила она.

– Почему бы и нет? – Малькольм снова взял в руки меню. – Красное или белое?

– О, выбери сам.

– Так, ты заказала говядину, а я утку, так что красное, я думаю.

– Отлично. – Значит, он все-таки может вести себя по-мужски решительно. Она наблюдала за тем, как он подозвал официанта и сделал заказ.

– Расскажи мне про Ларри, – попросила она. Концерт они уже обсудили по пути в ресторан: и Бронуин, и Малькольм считали, что при цене билета двенадцать фунтов участникам ансамбля следовало бы значительно расширить репертуар.

– Ларри? Что о нем сказать… он мой лучший друг. С ним хорошо жить. Он очень легок в общении.

– Да? – переспросила Бронуин, подумала про себя: «Пока неплохо», выпрямила спину и выпятила грудь.

– Любит готовить.

– Об этом я и сама догадалась.

– Не переключает телеканалы. Не возражает, когда я хочу посмотреть футбол, хотя сам ненавидит его.

Она засмеялась. Футбол! Раз так, Малькольм не может быть голубым!

– И… – он ухмыльнулся и покачал головой, – мы только что отпраздновали наш десятилетний юбилей.

– О. – Бронуин выдохнула, опустила грудь и задумалась, а не к лучшему ли это. – Поздравляю.

– Спасибо. А теперь, – сказал он, разливая вино, – расскажи мне о твоеммужчине.

– Ну, Гидеон преподает…

– О, прошу прощения, – услышала она чей-то голос, удивительно похожий на голос Гидеона.

Она обернулась и увидела его самого, зацепившегося пуговицей пиджака за волосы сидящей женщины. Было похоже, что женщине больно: она запрокинула голову градусов на сорок пять, ожидая, пока Гидеон освободит ее волосы.

– Уже почти все, – пробормотал он и наконец отцепил свою пуговицу. – Готово. Ужасно извиняюсь. Я, э-э…

– Гидеон! – вскричала Бронуин.

– Бронуин! – Он подошел к их столику. – Надо же, какое совпадение.

– Да, – сказала она, чувствуя, что краснеет. Что он подумает? Она повернулась к Малькольму. – Это Гидеон, мой, гм, партнер.

– Добрый вечер, – Малькольм протянул Гидеону руку, и тот пожал ее.

– А это Малькольм, – продолжила Бронуин. – Кстати, он голубой.

Малькольма это заявление явно шокировало, а Гидеон быстро отдернул руку.

– Да, гм… вы не знаете, где здесь мужской туалет? Официант махнул рукой куда-то сюда.

Малькольм показал, где находится туалет:

– За тем углом.

Гидеон сказал спасибо и отправился было в указанном направлении.

– А что ты здесь делаешь? – окликнула его Бронуин.

– А, всего лишь факультетский ужин. Обязательное мероприятие в некотором роде. Семь преподавателей литературы рассказывают о своих любимых авторах.

Бронуин могла себе это представить. Она вновь повернулась к Малькольму.

– Вообще-то я бисексуал.

– Извини, я нечаянно ляпнула…

– И еще… у нас с Ларри свободные отношения. – Он улыбнулся ей весьма многозначительно.

– А, понятно, – сказала Бронуин, надеясь, что ей действительно понятно.

Она налила им обоим еще вина и вспомнила, как работала с матерью Терезой. Тогда все было просто. Может, плюнуть на этих мужчин и заняться чем-то полезным? Спасти Венецию от затопления? С Малькольмом определенно не стоило связываться: бог знает, где он (или Ларри) побывал. А Гидеон… он полностью поглощен своими мыслями, и они не так близки с ним по духу, как она надеялась. Увидев, что Гидеон возвращается к своему столику, она помахала ему рукой. Одна из его штанин оказалась заправленной в носок. Милый Гидеон.

17

Обычно, когда у меня возникала нужда в костюме (а это случалось редко), я обращался к Уиллу. Но так как он совершенно издевательски относился к моему сочинительству, то на свадьбу Зоуи я решил купить свой собственный костюм. И потом, кто знает, может, скоро мне придется участвовать в мероприятиях литературного толка. Не получать же мне премии и награды в обносках. Тем более что костюмы Уилла мне никогда не нравились; кроме того, в машине он всегда вешал пиджак на крючок, а не на плечики.

– Я ищу модный, но солидный костюм, – сказал я молодому продавцу. – Что-нибудь, что надел бы Йен Макьюэн [42]42
  Йен Макьюэн (р. 1948) – известный британский писатель.


[Закрыть].

Он нахмурился и почесал голову.

– Вы имеете в виду Юэна Макгрегора [43]43
  Юэн Макгрегор – известный британский актер, снявшийся в фильмах «Звездные войны» и «Трэйнспоттинг».


[Закрыть]?

– Ну что ж, ладно. Что-нибудь, что надел бы Юэн Макгрегор. Только не в «Звездных войнах»!

Продавец в бледно-лимонной рубашке провел меня в другой конец магазина.

– Значит, вы ищете что-нибудь в стиле «Трэйнспоттинг», не так ли, сэр?

Я засмеялся, но он не поддержал меня, тогда я тоже сделал серьезное лицо. Наверное, надежнее было бы обратиться в более консервативный магазин.

– Шучу, – сказал продавец, а я подумал, что молодежный юмор стал слишком сухим и тонким на мой вкус.

– Боже мой! – воскликнула Кейт. – Ты так сексуально выглядишь!

– Значит, обычно я так не выгляжу? – Я подарил ей еще один взгляд молодого самца на охоте.

– Ты не можешь идти на свадьбу в таком виде. Зоуи только взглянет на тебя и тут же бросит своего Мэтью. Любая женщина в здравом уме поступила бы именно так.

Она почти перехваливала меня. Почти.

– То есть ты считаешь, что в этом костюме я выгляжу нормально?

– Гм. Хью Грант, Брэд Питт и Борис Беккер в одном флаконе.

– Борис Беккер? А что, он привлекательный?

– Господи, ну конечно. – Она закатила глаза, словно подросток, потом подскочила с кровати. – Показать тебе, что я собираюсь надеть?

– А не будет ли это плохой приметой?

– Нет, если только мы не устроим двойную свадьбу.

Мы оба смущенно рассмеялись, потом она спряталась за дверью шкафа и, пошуршав там некоторое время, появилась в облегающем платье синего цвета, которое очень ей шло.

– Теперь мы оба выглядим сексуально, – сказал я ей, но тут же добавил: – Хотя ты всегда так выглядишь.

Чарли ушла в кино, а Джорджия спала.

– Как насчет этого? – спросил я.

– Только обещай, что не помнешь мне платье.

– Хорошо, а ты не отрывай пуговицы.

– У, зануда!

Мы порядком измяли и платье, и костюм. Более того, мою рубашку придется стирать, и такой ослепительно свежей она уже никогда не будет. Кейт накрасила губы жирной красной помадой, и секс получился необузданным, безудержным и (надо признать) неопрятным. Я запланировал вставить этот эпизод в свой роман, добавив пару-тройку советов по стирке и глажению.

«Может, и не стоит убивать Росса Кершоу телячьей ножкой», – думала Донна, с дрожью закрывая том «Преступления и наказания». Она выключила бра и некоторое время лежала, воображая, как пройдет их встреча. Она решила, что предложит пойти в «Чикаго рок-кафе», оно находится рядом с вокзалом. Там он не встретит никого, кто его знает, это уж точно. Она попросит его помочь деньгами, и он скажет: «Ну разумеется. Сколько тебе может понадобиться?» Он все сделает, лишь бы она молчала. И потом, кто знает, вдруг он купит ей небольшой домик. В хорошем районе. Например, в северном Оксфорде.

И можно будет забыть про Шелли! Донна повернулась на бок и подтянула одеяло повыше. Часы показывали двадцать один тридцать восемь. Господи, как она устала.

– Значит, в четверг ты свободен? – переспрашивала Кейт в понедельник утром. – Ни экзаменов, ни консультаций, ничего?

– Не-а. И вообще в магазине я больше успеваю.

– Правда?

– Угу. Тем более что покупатели в очередь не выстраиваются. – Он засмеялся. – Особенно по четвергам.

– Это верно. Регистрация в два, так что я успею вернуться, чтобы закрыть магазин.

– Классно.

Кейт попрощалась и повесила трубку. Что бы она делала без Дагги? Такой надежный, да еще и приветливый. Вот только жаль, что на следующий год он, скорее всего, уже не сможет проводить в магазине столько времени. Придется отрывать Эда от его компьютера – конечно, если только к тому времени он не приступит к бестселлеру номер два.

– Кейт! – позвал ее Эд из своего кресла, оторвавшись от «Преступления и наказания».

– Да?

– Может, сыграем еще разок в гостей на свадьбе? – Он ухмыльнулся, подвигал бровями вверх-вниз и захлопнул книгу.

– Но ты только что отстирал от помады свою рубашку.

– А ты будь в этот раз поаккуратней.

– И вообще Чарли у себя в комнате.

– У нее такая громкая музыка, что твоих страстных криков она не услышит. – Он показал на букет лилий на кофейном столике. – Если хочешь, я вставлю в петлицу бутон.

– Хм… а я надену ту широкополую шляпу с лентой?

– Вот теперь ты говоришь дело.

На следующий день я замочил рубашку в отбеливателе и повез Джорджию к Бобу и Кристин. Как всегда, Джорджия была в восторге от встречи с ними; вытаращив глазенки и широко улыбаясь, она упала в объятия Кристин. Вообще их дом чем-то напоминал мне женское чрево: все такое розовое, кремовое и мягкое. И розовато-бежевые диваны и кресла, над которыми можно смеяться, но на которых так мягко сидеть, особенно после жестких кушеток. На Кристин был фартук, припорошенный мукой. Где-то в глубине дома играло радио. Я и сам остался бы здесь на целый день.

– Я заберу ее в четыре, – неохотно сказал я, целуя напоследок Джорджию и передавая ей плюшевого мишку. Как обычно, она проигнорировала меня и нежно положила головку на плечо Кристин.

– Сегодня у нас много-много интересных дел, – сказала ей Кристин. – Много-много.

Я улыбнулся, помахал им рукой и пошел по дорожке к калитке, желая, чтобы Джорджия хотя бы иногда выказывала огорчение, видя, что я ухожу. А то даже неловко как-то.

Вернувшись, я обнаружил, что меня ожидает электронное сообщение от Бернис. Она писала, что не сможет взять Джорджию на выходные, как планировалось, потому что у них сломался телевизор. Мне потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что она имела в виду, потом перед моим мысленным взором возникла страшная картина: моя дочь сидит в нескольких дюймах от какого-нибудь боевика со Сталлоне, с пивом в одной руке и кебабом в другой. Это был бы ее третий визит к матери. В прошлый раз мне пришлось забрать ее в воскресенье утром из-за того, что «у Клайва был гольф». Тогда я тоже был весьма озадачен: как гольф мог помешать пребыванию Джорджии у матери.

Я прополоскал и отжал рубашку. Развешивая ее на просушку, я отметил про себя, что стоит отличная свадебная погода, а потом задумался, как бы отреагировала Кейт, если бы я сделал ей предложение. А что, может, так и сделать завтра, прямо во время регистрации брака Зоуи и Мэтью? Но если она откажет, то я буду чувствовать себя отвратительно, особенно из-за того, что мы живем вместе. Это как если бы она сказала мне: «Я испытала тебя, Эд, и поняла, что ты мне не подходишь». Я выкинул эту идею из головы и вернулся к своей книге. Страница двести восемьдесят четыре. Пора бы уже приступить к развязке.

– Ха-ха-ха, как забавно, – сказал Гидеон, сидя в кровати с томом Смоллетта в руках. Время приближалось к полуночи. Он снова захохотал, и Бронуин залезла под одеяло и зажала уши руками. Заметил ли Гидеон «Лучший учебник по сексу», который она специально положила на его тумбочку? Бронуин надеялась, что его могла заинтересовать глава, посвященная продуктам питания. Авторы предлагали несколько вариантов того, что можно было делать с клубникой, йогуртом, медом и корнеплодами. Гидеона ведь привлекает все связанное с едой. Она чуть-чуть высунулась из-под одеяла и стала смотреть, как он с чавканьем поедает пирог, запивая его теплым молоком. «Интересно, – подумала она, – а Ларри и Малькольм пользуются шоколадным кремом во время занятий сексом?»

На следующий день в библиотеке она работала на автопилоте. Сверялась с картотекой, штамповала формуляры, расставляла книги по полкам, просила посетителей говорить потише и в то же время обдумывала, каковы ее отношения с Гидеоном и что именно они дают ей. В качестве идеального партнера она рисовала кого-то вроде Дэвида Аттенборо [44]44
  Дэвид Аттенборо – известный британский биолог и кинодокументалист, автор сериала «Живая природа».


[Закрыть]: сексуального, остроумного, внимательного мужчину, занимающегося интересным делом, который восхищался бы ее миндалевидными глазами и рассказывал бы ей забавные анекдоты из жизни джунглей. Увозил бы ее в неожиданные путешествия. Но где найти такого мужчину в ее-то возрасте? Она вздохнула и зарегистрировала четыре просроченные книги. Раз ее Дэвид Аттенборо до сих пор не появился, то, может, пора пристроить папу в приличное место и отправиться куда глаза глядят. Наверняка в мире найдется достойное дело, где пригодится ее пара рук.

– С вас два фунта сорок пенсов, пожалуйста, – сказала она.

Дама по другую сторону прилавка неохотно заплатила, сказав, что это в высшей степени несправедливо и что библиотеки должны быть бесплатными.

– Несправедливо держать книги по пять недель, когда другие тоже хотели бы их почитать, – ответила Бронуин гораздо громче, чем намеревалась, и разобиженная дама вылетела за дверь.

А Бронуин вдруг осознала, что она ужасно устала и что больше ей не хочется слушать ночи напролет заливистый храп.

Росс сел в поезд перед самым отправлением, и сразу вслед за ним вспрыгнул на подножку парень с челкой и черным чемоданом. Они сели друг против друга и первую половину поездки слушали, как женщина, сидящая за спиной Росса, разговаривала по телефону. Она безостановочно жаловалась на своего неверного партнера. «Все началось, когда я нашла в его портфеле сменные трусы…», «Какая-то проститутка у него в офисе…», «Четыре месяца, представляешь себе?» и тому подобные реплики отвлекали Росса, который перечитывал свою речь, подготовленную к заседанию дискуссионного общества.

– Последней каплей было то, что он сказал, будто едет на конференцию в Борнмут, а я позвонила к нему на работу, и оказалось, что никакой конференции не было. Знаешь, что я сделала с этим любвеобильным кроликом? – Женщина засмеялась. – Не знаю, можно ли такое рассказывать.

Росс заметил, что все газеты и книги в вагоне отложены в сторону и что почти все пассажиры, включая парня с чемоданом, сидевшего напротив, вытянули шеи в сторону женщины, говорящей по телефону.

– Ну, слушай. Я насыпала ему в трусы горчичного порошка и перца… Честное слово. Мне звонили из «Скорой помощи» Борнмута…

Росс сморщился и заткнул уши пальцами, и тут ему вспомнилось, как зубы Донны впились в его тело и как несколько недель болело его самое нежное место. Оральный секс с тех пор потерял для него всякую прелесть. Женщины такие мстительные. Если бы только можно было обходиться без них!

Когда поезд въезжал под крышу оксфордского вокзала, Росс заметил на платформе стоящую к нему спиной, но все же очень привлекательную блондинку. «Обернись», – послал он ей мысленный импульс, и она обернулась. То, что он увидел, было ужасно. «О боже, – подумал он, – неужели опять! Господи, до чего же они беспомощны. Разве так трудно принять одну таблетку в день?» Росс собирался прикрыть лицо рукой, но Донна уже заметила его через окно и нерешительно помахала рукой поверх своего объемного живота. «Черт», – пробормотал Росс.

Поезд замедлил ход и наконец совсем остановился. Росс глубоко вздохнул, закрыл портфель и встал, чтобы идти к выходу. В этот момент ему показалось, что молодой парень, сидевший напротив, смотрит прямо на него и самодовольно ухмыляется.

– Мне очень, очень жаль, – извинялась перед Зоуи Кейт, когда они стояли, ожидая начала регистрации, – обе в одинаковых темно-синих платьях чуть выше колена.

– Да не волнуйся. Модные журналы не собираются печатать шестистраничные репортажи о моей свадьбе. Нас увидят только наши гости.

Кейт оглядела небольшую группу приглашенных. Мать и дедушка Зоуи, родители и младшая сестра Мэтью и еще с полдюжины человек, которых ей не представили. С двумя из них шепотом разговаривал Эд: руки в карманах брюк, на галстуке еле видное пятно, оставшееся после того, как они оттерли губную помаду. Она мысленно представила его без брюк, и (несомненно, под влиянием обстановки) ей захотелось отвести его в укромный уголок и предложить пожениться. Но не хватило смелости. Если он откажет, она всегда будет мучиться вопросом почему: из-за ее возраста или из-за того, что она не оценила его коллекцию джаза. А может, из-за Чарли. Когда их наконец попросили пройти в следующую комнату, он подошел и обнял ее за талию.

– На тебе платье смотрится гораздо лучше, – прошептал он.

– Да?

– У тебя фигура выразительнее.

– Что ж, спасибо.

После церемонии Эд был провозглашен официальным фотографом, и приглашенные один за другим передавали ему свои фотоаппараты и возвращались, чтобы сняться вместе с молодоженами. К счастью, день был солнечный, и Эд, стоя в опасной близости к ревущей улице, мог не волноваться об освещении.

– А теперь улыбнулись! – крикнул он. – Скажите: «Сыр»!

– Сыр, – отозвались все дружно.

– Прекрасно. – Он щелкнул чьей-то фотокамерой, потом вынул еще одну из-под мышки и щелкнул еще раз. – А теперь пусть останутся только молодые! – попросил он и поймал себя на мысли: «А не ошибся ли я с выбором профессии?»

Строй распался, оставив на тротуаре сияющую Зоуи и гордого Мэтью. Они стояли, держась за руки и склонив друг к другу головы.

– Еще раз улыбнулись, пожалуйста, – сказал Эд, и тут послышался вопль Зоуи.

Ее букетик упал на асфальт, а она на своих высоких каблуках бросилась прямо на дорогу. Водитель автобуса затормозил, все замерли, а Зоуи уже была на противоположной стороне улицы. Там шли Донна и мужчина в кепке и пальто с поднятым воротником, несмотря на то что было плюс двадцать два.

– Ублюдок! – крикнула Зоуи, подбежав к ним. Она сдернула с мужчины кепку и залепила ему пощечину. – Ты испортил мою свадьбу! Ублюдок, подлец! Ненавижу тебя!

– И я тоже! – подхватила Донна, ударив его по другой щеке.

Ошеломленный Росс приложил к лицу ладонь и нагнулся, чтобы поднять кепку.

– Да что происходит с этими чертовыми бабами? Что, никак не смиришься с тем, что тебя бросили, а, Зоуи? – Он выпрямился и пригладил волосы. – А если ты, Донна, думаешь, что я признаю отцовство, то ошибаешься.

– Росс Кершоу! – позвал его кто-то.

Все трое обернулись и всего в нескольких футах от себя увидели мужчину с видеокамерой и портфелем.

– Отлично, – сказал он, развернулся на сто восемьдесят градусов, по-прежнему прижимая камеру к плечу, и убежал в направлении железнодорожного вокзала.

– А что здесь делает Энди из Абингдона? – спросил Эд у Кейт, как будто она могла ответить на этот вопрос.

– Догони его и спроси.

– Отстань.

Росс остановил такси и исчез в нем, а Зоуи и Донна, поддерживая друг друга, медленно перешли дорогу и присоединились к приглашенным на свадьбу.

– А где Мэтью? – спросила Зоуи. – Мэтью! – Она сделала полный оборот вокруг себя. – Черт, он, наверное, подает на развод. – С этими словами она бросилась расталкивать группу гостей с другой свадьбы, в свою очередь выстроившихся, чтобы сфотографироваться. – Мэтью!

– Может, он уже пошел в ресторан? – предположил Эд.

– Надеюсь, праздничный обед не отменен. Я умираю от голода! – ответила Кейт.

– Кейт! – услышали они чей-то крик и повернулись в сторону кричавшего. Им оказался Дагги. Он подбежал к ним, запыхавшийся и весь красный. – Хорошо, что вы еще не ушли.

– Что? – воскликнула Кейт. Магазин сгорел? – Что случилось?

Дагги сунул ей под нос какую-то газету:

– Выигрышные номера вчерашнего розыгрыша, – выпалил он, указывая на таблицу. Потом он вытащил из кармана лотерейный билет. – Мои номера.

Кейт и Эд сверили номера в газете и в билете. Пять из шести номеров совпадали, и вдобавок Дагги получал бонус.

– Дагги! – вскричала Кейт.

– Черт возьми! – Эд похлопал его по плечу.

– Я знал, что выиграю, – ответил Дагги.

* * *

– В общем, он сходит с поезда в этой своей шляпе, вроде той, которую еще мой дедушка носил…

Зоуи покачала головой:

– Отличная маскировка, да? Попробуй эту пасту из баклажанов, Донна, очень вкусно.

– А, хорошо. Передай мне, ладно? А потом он говорит: «Слушай, у меня нет времени. Куда мы идем?» Нет, ты представляешь себе? Ни «Здравствуй», ни «Как дела?», ни «Когда рожаешь?». Ничего.

– Полагаю, он был в шоке.

– Может быть. Тогда я говорю: «Чикаго рок-кафе», а он: «Типично» – и больше ни слова, пока мы не увидели тебя. О боже, как неудачно получилось! И теперь я не только испортила тебе свадьбу, о чем я очень, очень сожалею, но еще и Росс исчез, и я уже не смогу поговорить с ним.

– Сможешь, – ответила Зоуи, накладывая на тарелку Донны баклажаны. – Мы не позволим ему оставить все как есть.

– Хм, нуда…

– А как так вышло, что с вами оказался этот Энди?

– Он был не с нами.

– Не с вами?

– Странно, да?

Рядом с Зоуи сидел Мэтью, он пытался убедить Дагги, что, пока билет не потерялся, тому надо поскорее связаться с советом по национальной лотерее.

– Да, а что если они скажут, что пять из шести выигрывают всего сто восемьдесят монет или что-то вроде этого? Это будет полный отпад. – Он ткнул вилкой в одно из блюд, стоящих на столе, и уставился на свою добычу: – А это что?

– Это киббе. Его делают из баранины.

– Похоже на дерьмо, – сказал Дагги, хохотнул и сунул киббе в рот, а потом продолжил с полным ртом: – Собираюсь купить новый мотоцикл. Какой-нибудь помощнее, миллилитров семьсот пятьдесят или около того. Потом сяду полировать его посреди гостиной и посмотрю, что отчим скажет. – Он выловил себе еще один киббе: – А они ничего, эти штуки!

Мэтью, поглаживая под столом бедро Зоуи, удивлялся про себя, что делает на его свадебном обеде этот странный, но удачливый подросток.

Когда мы с матерью Зоуи уже не могли придумать, что еще сказать по поводу поездки из Лейчестера в Оксфорд, я повернулся к Кейт. Она была настолько увлечена беседой Донны и Зоуи, что мне пришлось буквально орать ей в ухо, чтобы обратить на себя внимание.

– Что? – подпрыгнула она.

– Я сказал, что хочу отвезти тебя домой и изнасиловать на коврике перед камином.

– Нет, ты сказал не это, – прошептала она в ответ. – Ты спросил, как мне нравится ливанская кухня.

– А о чем говорят Донна и Зоуи?

– Они сравнивают разные виды пыток.

Я засмеялся:

– А Мэтью не скучает?

– Думаю, с ним все в порядке. Он ласкает ногу Зоуи.

– А как насчет его друга с красным лицом?

– От бабы-гануш он не в восторге, зато ему приглянулась сестра Мэтью. Он рассказывает ей, что занимается конным спортом.

– Ну, а Дагги?

– Планирует купить мотоцикл и ищет кетчуп.

У Зоуи в сумочке зазвонил мобильный телефон. Не выключила даже на собственной свадьбе! Она вынула из сумки нечто размером с мятную конфету и сказала:

– Алло? О, привет, Бронуин. Как… А, спасибо. Да, все прошло замечательно. – Она прикрыла телефон рукой и нахмурилась: – Откуда Бронуин знает про свадьбу?

Я тотчас посмотрел на Кейт. Она вспыхнула. Остальные лишь пожали плечами.

– Что? Ох, бедняжка, сочувствую, – продолжила Зоуи разговор с Бронуин. Потом снова прикрыла телефон и сказала: – Ее отцу стало плохо. Его отвезли в больницу. Она, похоже, расстроена.

– Скажи ей, чтобы садилась на такси и ехала к нам, – сказал Мэтью. Теперь и я заметил, что он держит руку на колене Зоуи.

Зоуи закончила разговор, и я обернулся к Кейт:

– Как это у тебя получается? – спросил я.

– Что?

– Как ты умудряешься знать все, что происходит за столом?

– Сама не знаю. Наверно, помогает способность женщин делать несколько дел одновременно. – Она с большим удовольствие попробовала фалафель.

– Ну и хам! – воскликнула Бронуин получасом позже. Она страшно устала, но вкусная еда пошла ей на пользу. Она знала, что ее глаза покраснели и опухли, что ее юбка вся измята, и, придя в ресторан, объяснила, что вторые сутки не смыкала глаз. Она протянула через стол руку и сжала ладонь Донны:

– Мужчины могут быть такими бесчувственными. – Она печально покачала головой и увидела, что у Донны начинает дрожать нижняя губа. – Кто-нибудь будет с тобой во время родов, девочка?

Донна пожала плечами:

– Не знаю. Мама была со мной первые два раза, но думаю, с нее хватит.

– Слушай, если тебе пригодится моя помощь… Я помогла вступить в этот мир многим младенцам.

– Да? А белые среди них были?

Бронуин сначала удивилась, но, подумав, поняла, что нет, она никогда не присутствовала при родах белого ребенка. Она улыбнулась про себя. Ведь она считала, что уже все перевидала в этой жизни!

* * *

А в Марстоне Кристин была обеспокоена состоянием Гидеона. За все время, что он жил у них, еще ни разу не случалось, чтобы он отказался от ее мадеры – особенно когда, как сейчас, они усаживались посмотреть телеигру «Пятнадцать к одному». И, кроме того, у него такое грустное выражение лица! И он не выкрикивает ответы, как бывало раньше. Глаза Кристин метались между телевизором и Гидеоном, и иногда она посматривала на Боба – не заметил ли он что-нибудь?

– Уильям Шекспир! – крикнул Боб, у которого обычно не было шанса опередить Гидеона с ответом.

Гидеон качнул головой и тихо сказал:

– Честертон.

Как всегда, он был прав. Он редко угадывал ответы на вопросы о сериалах и поп-музыке, но зато знал ужасно много по всем остальным темам. Он опять погрузился в молчание, позволив Бобу одиннадцать раз подряд ответить неправильно, когда же передача закончилась, то объявил, что хочет пойти в свою комнату полежать.

– А если позвонит Бронуин, – добавил он решительно, – передайте ей, пожалуйста, что я болен и неизвестно, когда выздоровею.

– Конечно-конечно, – сказала Кристин, и ее сердце слегка подпрыгнуло.