Текст книги "Лайза Миннелли. История жизни"

Автор книги: Джордж Мейр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

И хотя Дези-старший, Эди, Люси-младшая и Гэри Мортон навестили Пэтти в больнице, Люси демонстративно не обратила на это событие никакого внимания. В конечном итоге она снизошла, навестила младенца и даже перепеленала его, тем не менее отказалась признать в нем внука.

Через пару лет, в конце 1971 года, в отношениях Дези и Пэтти возникла трещина, и Дези принялся обхаживать еще одну голливудскую актрису, Лайзу Миннелли.

«Кабаре» полностью смонтировали и подготовили к прокату уже через год после начала съемок. Премьера была запланирована на 13 февраля 1972 года в нью-йоркском театре «Зигфельд», однако волнение охватило прессу и дельцов шоу-бизнеса уже загодя. «Кабаре» было объявлено фильмом, который нельзя не посмотреть, а Лайза превратилась в объект бурных восторгов. «Кабаре» стало для нее первой пробой сил перед массовой аудиторией после того, как смерть матери дала ей шанс подтвердить творческую индивидуальность. Более того, «Кабаре» было рассчитано в первую очередь на нее. Джуди никак не смогла бы сыграть Салли Боулс, поскольку в глазах публики она навсегда осталась милой, невинной крошкой Дороти из Канзаса со своим вечным спутником Тото. Вряд ли она сумела бы воплотить образ искательницы острых ощущений и певички из ночного клуба – на каблуках и в сетчатых чулках на резинках.

Были, конечно, и недовольные, однако Роджеру Эберту из «Чикаго Сан Таймз» удалось четко отразить подавляющее настроение: «Салли шагнула к нам с экрана благодаря великолепной работе Лайзы Миннелли, которая играет девчонку, купившую то, что продается в кабаре. Для нее главное в жизни – это смеяться, и петь, и жить одним мгновением. Ничего не принимать всерьез – даже нацизма – и заводить отношения с людьми до определенного момента. Она способна на душевную теплоту, на отзывчивость, но многое из этого отдает театральностью, и когда козыри брошены, она столь же поражена декадансом, как и «пронзительный декадентский» темный лак для ногтей, которым она похваляется. Лайза Миннелли столь убедительно играет свою героиню, что для нас уже не суть важно, насколько замечательно она поет и танцует, если, разумеется, вам понятна моя мысль».

Рекс Рид захлебывался от восторга в «НьюЙорк Дейли Ньюз»: «Кабаре» восхитительно ! Трубите, фанфары! «Кабаре» тянет на золото! Нам есть отчего ликовать! Лайза Миннелли показала нам, что такое «звезда». Она вся светится внутренним светом, от нее исходит аура унаследованного ею от матери умения околдовывать наши сердца, лично для меня уже достаточно одного этого!»

Некоторые из критиков жаловались, что игра Лайзы выходит за рамки сюжета, за рамки кино и вообще слишком хороша и для того и для другого. Может показаться забавным, что самые приятные слова в свой адрес Лайза услышала от обозревателя Джозефа Гельмиса из «Ньюсуика», особенно если учесть все ее долгие попытки утвердиться в качестве своеобразной Лайзы Миннелли: «Вам не надо делать никаких скидок ее энергии и напору. Она то, что она есть, и вы либо принимаете ее, либо нет». Лайза удостоилась фото на обложке как «Ньюсуика», так и «Тайма».

Кроме того, картина вернула спонсорам все вложенные в нее 4 миллиона долларов до последнего цента, а это для Голливуда самое главное. Производство картины обошлось в 4,25 миллиона, и уже вскоре по выходу на экраны она собрала 18 миллионов, не считая того, что в последующие годы принес видеопрокат. «Кабаре» обернулось финансовым успехом и для Лайзы – первоначальный гонорар в 250 тысяч долларов за картину после этого значительно вырос. Правда, Лайза не из тех, кто в первую очередь думает о деньгах, если ей подвернется нечто стоящее ее таланта. В прошлом она не раз отказывалась от заведомо выгодных проектов, суливших отличный «навар», в пользу тех, которые, как подсказывало ей внутреннее чутье, давали ей возможность проявить свою актерскую индивидуальность.

Успех «Кабаре» позволил ей стать более избирательной. Лайза отказалась от нескольких весьма выгодных предложений, последовавших после триумфа «Кабаре». В этот момент ее карьеры – и что еще важнее, всей ее жизни – ей хотелось делать то, о чем она мечтала на протяжении двадцати лет, с тех самых пор, когда она ездила верхом на камере, наблюдая, как ее отец снимает кино.

За Табор вспоминает те дни, когда сама она еще обитала в павильонах МГМ. «Бывало, мы снимали картину, и взглянув на камеру, я видела там верхом на кране маленькую девочку с огромными черными глазами, которая глядела на меня сверху вниз. Это была Лайза».

Лайза мечтала сняться у отца – сентиментальное желание, если учесть ее возраст и недавние сердечные проблемы. Тем не менее, все оставшееся время 1972 года они подыскивали подходящий материал.

Винсенте за год до этого снял «В ясный день можно увидеть вечность», однако лента не пользовалась кассовым успехом, хотя в ней и были заняты такие звезды, как, например, Барбра Стрейзанд. Критики шутили, что фильм следовало бы озаглавить «В ясный день тебе не следует этого видеть». К сожалению, голливудские «гуру» начали разочаровываться в Винсенте.

В шестидесятые годы в американском обществе произошли значительные перемены – по Америке прокатилась волна демонстраций, поднимала голову бунтарская молодежная культура. Классический мюзикл в стиле МГМ вышел из моды, а новые фильмы должны были так или иначе иметь отношение к контркультуре. Главная мужская роль в «Ясном дне» поочередно предлагалась то Ричарду Харрису, то Фрэнку Синатре, то Грегори Пеку, но все они отказались. В результате образовался трехлетний перерыв между бродвейским хитом и сделанной на «Парамаунте» экранизацией. Винсенте не снимал картин лет пять, а что касается мюзиклов, то за них он не брался вот уже лет десять. Закончив съемки 6 января 1969 года, он тотчас попал под пресс семейных неурядиц, узнав, что у его третьей по счету жены, Дениз, появился роман на стороне. Вдобавок ко всему, во время работы над фильмом он потерял первую свою жену, Джуди.

В конце концов, и сам Винсенте отзывался о «Ясном дне» не самым лучшим образом: «Как мюзикл, это не самый крупный мой успех, но, с другой стороны, для «Парамаунта» это не самый худший его провал». Фильм все-таки принес приличные кассовые сборы, хотя и показавшиеся голливудским скупердяям явно недостаточными. По иронии судьбы, этот фильм стал важным шагом в карьере актера, которого один критик охарактеризовал следующим образом: «Мало кому известный, но, что самое главное, без каких-либо предрассудков актер, в ту пору байкер-самоучка, любитель наркотических «улетов» и общего назначения маньяк в драйв-иновских лентах Роджера Кормана». Звали этого парня Джек Николсон, и следующей его работой стала лента «Беспечный ездок».

Несмотря на все отрицательные отзывы на «Ясный день», Артур Найт в своей рецензии на фильм в «Сэтердей Ревю» высоко отозвался о режиссерской работе Винсенте. «Что Миннелли удается поистине отлично, так это умение выявить важнейшие качества главных своих исполнителей, подать их так, чтобы это усилило взаимодействие между ними и зрителем, создать им ауру блеска и славы, что тотчас делает их еще во сто крат ощутимее и убедительнее».

Винсенте снова оказался ничем не занят, и вместе с дочерью занялся активными поисками подходящего материала для совместной работы. Однако тогда, в начале семидесятых, имелось немало преград, мешавших осуществлению их проекта. Прежде всего, недостаточный кассовый успех «Ясного дня» поставил под сомнение стопроцентную надежность Винсенте как режиссера. Ему было уже шестьдесят шесть, и по мнению некоторых, ему давно следовало отправиться на покой. Занимаясь поисками подходящего проекта, Винсенте также сотрудничал с «литературным негром» Гектором Арсом в написании своей автобиографии «Как сейчас помню» – она вышла в свет в 1974 году в лондонском издательстве «Ангус и Робертсон».

И если отцу с дочерью никак не удавалось остановить свой выбор на чем-то стоящем для совместной работы, самой Лайзе повезло с телепередачей. С момента ее первой, неудачной телепрограммы прошло два года. Тогда ее передаче недоставало центральной идеи. Новая программа целиком и полностью сосредоточилась на двадцатисемилетней актрисе и была сделана так, как ей самой того хотелось. Запись для Эн-Би– Эс состоялась 31 мая 1972 года в нью-йоркском театре «Лицей». Помогали Лайзе в этом деле два ее профессиональных наставника, вездесущие Фред Эбб и Боб Фосс. Они озаглавили программу «Лайза через букву З» и записали ее прямо на глазах у публики. По сравнению с передачей двухлетней давности результат получился поразительный. Программа вышла в эфир вскоре после триумфального шествия по экранам «Кабаре» и утвердила за актрисой статус «звезды».

Зрители тепло приняли программу, и Лайза удостоилась награды «Эмми» за «наиболее выдающуюся одиночную программу» в категории «Эстрада и легкая музыка». Передача вышла в эфир 10 сентября, и вскоре «Вэрайети» уже вещала: «В программе мисс Миннелли не раз демонстрировала свое предпочтение «живым» концертам, и ей неплохо удается этот вид развлекательных программ. Эбб и Фосс направили ее таланты на то, что называется «филигранностью», и в результате мы имеем профессионалку, которая вот-вот во всеуслышание заявит о себе на поприще шоу-бизнеса». Лайзе льстило, что ее наконец-то признали как самобытную исполнительницу, а не дочь Джуди Гарленд.

В промежуток времени между записью передачи и ее выходом в эфир Лайза предавалась роману с Дези Арназом-младшим. В начале лета 1972 года Лайза даже увязалась вслед за ним в Японию, где тот был занят на съемках фильма о Марко Поло. И началось тотальное помешательство. Чуть раньше, в мае, Лайза и Дези обменялись кольцами и сделали официальное, хотя и несколько туманное объявление о помолвке. Вот как, например, выразилась по этому поводу Лайза: «Пока что мы еще не собираемся пожениться, речь идет о том, что будет через несколько месяцев».

Люси пришла в восторг, она знала Лайзу и симпатизировала ей, и вообще, по ее убеждению, Лайза скорее годилась в жены ее сыну, нежели Пэтти Дьюк. Люси сразу же дала понять, какие качества она хотела бы видеть, в первую очередь, в свой невестке. «Еще задолго до смерти Джуди Лайза взяла на себя всю заботу по воспитанию сестры и брата, неудивительно, что она суетится вокруг Дези, как наседка. Они просто созданы друг для друга, и я счастлива как никогда».

Собственно говоря, счастливы были все, в том числе и Дези-старший, объявивший, что церемония бракосочетания состоится 6 сентября 1972 гом в его доме «Лас Круцес» в Нью-Мехико. Увы, надеждам не суждено было сбыться. К тому времени как Дезимладшему исполнилось двадцать, всякие разговоры о женитьбе отошли в прошлое. Лайза же, как ни в чем не бывало, буквально через десять дней после его двадцатилетия связала свою судьбу, правда временно, с еще одним «звездным» отпрыском, а именно Эдди Альбертом. Она познакомилась с Альбертом, которому, кстати, тоже исполнилось всего двадцать, в то время как ей самой было уже двадцать семь, на церемонии вручения «Золотого Глобуса», где каждый из них удостоился награды. Она – за «Кабаре», он – как «самый многобещающий молодой актер» за работу «Мухи свободны».

Для Лайзы это было прекрасное время. В 1972 году она отхватила «Золотой Глобус» как «лучшая актриса мюзикла» и «Оскара» вообще как «лучшая актриса», причем и то и другое за «Кабаре». Чуть позже в том же году она удостоилась «Эмми» за «Лайзу через букву З». А закончила этот год в обществе Эдварда Альберта, своего нового приятеля. Во всех отношениях то был триумфальный год – такого не случалось даже в карьере Джуди. Эдвард заявил, что ему нравятся женщины «старше его самого», такие, как Лайза. «По-моему, становясь старше, женщина делается более женственной». Тем не менее роман с Эдвардом увял, практически не начавшись.

Сойдя со сцены после вручения заветного «Оскара», Лайза очень скоро поднялась на сцену лондонского «Палладиума», чтобы выступить перед восторженной публикой. То была особая сцена – как в ее жизни, так и в ее сердце. 11 мая 1973 года, то есть год спустя после ее помолвки с Дези, в ее жизнь вошел еще один мужчина. Зрелый, умудренный опытом и знаменитый. В то время ему исполнилось сорок семь лет.

Звали его Питер Селлерс.

Очаровательный селлерс

Все произошло до банальности просто. Питер Селлерс увидел Лайзу и задался целью покорить ее. В отличие от ее неопытных желторотых возлюбленных, Селлерс знал толк в женщинах и обладал бесценным опытом на тот счет, что следует делать, чтобы вскружить даме голову. Именно это он и проделал с Лайзой. Во-первых, он посещал все ее концерты и не оставлял ее одну. Селлерс, этот бабник со стажем, казался сраженным наповал. По его собственному признанию: «Было такое ощущение, будто на меня со всей скоростью летит поезд, а у меня нет сил сдвинугься с места».

Судя по всему, предшествующий опыт Лайзы в сердечных делах не шел ни в какое сравнение с новым ее увлечением, и Лайза буквально млела в первые дни после того, как Селлерс вошел в ее жизнь. Она даже сочла нужным объявить об окончании одного романа, прежде чем начать другой, что и было сделано 22 мая во время короткой прессконференции в лондонском отеле «Савой» на следующий день после того, как они с Селлерсом прилюдно ворковали как голубки в ресторане «Трэту». «Все очень просто, – заявила Лайза, – мои отношения с Дези последнее время развивались не в лучшую сторону. К счастью для меня, нашу помолвку можно считать расторгнутой. Мы оба снова свободны».

Произошло это ровно через год после того, как Дези объявил миру об их намерении связать свои судьбы. Заявление Лайзы явилось для него неприятной неожиданностью – новость эту он узнал по телевидению, будучи в Лос-Анджелесе. «Все случилось просто мгновенно. Лайза с Питером встречались всего пару раз, – сетовал Дези, – и вдруг она говорит мне, что любит его. Господи, ну почему все так сложилось? Ведь я любил ее. Да и сейчас люблю».

И Дези тотчас принялся искать утешение в объятиях своей новой пассии, актрисы Виктории Принсипал.

Голливудский актер Джеймс Бэкон, друживший со всеми, кто оказался вовлечен в этот запутанный узел человеческих отношений, так описывает сцену, разыгравшуюся в гостиной у Люси: «На столике перед нами лежала газета, на первой странице которой аршинными буквами объявлялось о том, что Лайза и Дези-младший расторгают свою знаменитую помолвку. Люси со всех сторон осаждали просьбами разъяснить, в чем тут, собственно, дело. Официально она могла заявить лишь то, что случившееся явилось для нее полной неожиданностью. Но в качестве крестного отца Дези-младшего я взял на себя смелость выразиться несколько резче: «Это лучшее, что могло произойти с ним. Лайза мне нравится, но Дези она явно не подходит». Люси многозначительно посмотрела на меня и добавила: «Твои бы слова да богу в уши». Ее молчание говорило само за себя лучше всяких слов. И, как мне показалось, она полностью разделяла мое мнение».

Люси всегда с большой теплотой относилась к Лайзе, да и сейчас ее отношение не изменилось. Она ни разу не сочла нужным вмешаться в бурный роман сына, даже несмотря на то, что Лайза на семь лет старше Дези.

«Ну как я могу позволить себе вмешиваться ? – заявила она. – Когда мужчины молоды, им нравятся опытные женщины, когда они убелены сединами – юные девушки».

Тем временем, сделанный Дези фильм «Марко» обернулся такой крупной неудачей, что под угрозой оказался даже его выход на экраны. Более того, кое-кто утверждал, что фильм вообще не выходил – и это нужно считать за счастье. Следующую его работу «Билли-Две Шляпы» (1974 г.) постигла не лучшая участь. И как следствие, Дези переключил свое внимание с Лайзы и кино на Викторию и телевидение.

«Я влюблена в этого человека и с радостью говорю, что он влюблен в меня», – объявила миру Лайза относительно своих отношений с Питером Селлерсом.

«И я и она – верим в юмор и приятное времяпрепровождение. Мы еще ни разу ни в чем не разошлись в мнениях», – вторил ей Селлерс.

Возвращение Лайзы в Штаты оказалось подобным вихрю, а затем, сопровождаемая Кей Томпсон, которая теперь, казалось, прибегала к ней по первому зову, Лайза быстро упаковала все самое необходимое в чемоданы и улетела назад в Лондон. В аэропорту Лайзу и Кей встречал Селлерс – кстати, переодетый и в гриме – неудивительно, ведь именно этим он и зарабатывал себе на жизнь. В Лондоне Лайза поселилась у него, в доме номер 11 по Итон-Мьюз-Норт. Там же поселилась и Кей, неизменно сопровождавшая Лайзу во всех ее бесконечных переездах с места на место, – что вряд ли обрадовало Селлерса.

Стремясь доказать, что он все еще полон сил и энергии и может во всем соответствовать своей юной возлюбленной, Селлерс весь день проводил на съемочной площадке картины «Мягкие постели, жестокие битвы», после чего всю ночь напролет отплясывал с Лайзой на дискотеках. Вот что он заявил: «Наконец-то я обрел женщину, готовую взять на себя заботу обо мне». На самом же деле, Селлерс обрел женщину, способную выжать из него последние соки.

Рой Боултинг, режиссер «Мягких постелей», рассказывает:

«К этому времени съемочный павильон подвергался ежедневной осаде со стороны газетчиков, которые пытались вынюхать как можно больше подробностей о нашумевшем романе. Более того, ночные ухаживания начали отражаться на его (Питера) дневных делах. Требовалось срочно чтото предпринять. Я отправился к Лайзе и сказал ей прямо в лоб: «Послушай, Питеру уже в половине седьмого утра полагается быть в гримерной. Он не может всю ночь напролет колобродить с тобой по дискотекам, затем под утро поспать всего часдругой и вовремя быть в студии. Он этого просто не потянет, Лайза. Да и мы тоже».

«Рой, – возразила она, – но разве это моя вина? Я, например, отлично готовлю спагетти. Я бы с удовольствием оставалась дома и кормила Питера. Но что я могу поделать, если ему хочется всю ночь танцевать до упаду?»

«В полном отчаянии, – продолжает Рой, – я сказал Джону (его коллеге по съемочной площадке): «Может, нам как-то изменить график съемок и дать ему неделю-другую отдыха, чтобы он немного выпустил пар?»

Итак, график съемок был пересмотрен, и влюбленная парочка получила возможность побыть вдвоем, причем оба они клялись друг другу в незыблемости свих чувств. «Мы как муж и жена», – объявила Лайза. Но, увы, для Селлерса это оказалось выше его сил. Дополнительное время, которое он получил для общения с Лайзой, обернулось для него началом конца. Однажды он признался Боултингу: «Кстати, о нас с Лайзой. Между нами все кончено. Мы расстаемся».

Роман с Селлерсом можно по праву назвать самым безумным увлечением в ее жизни, причем жизни, в которой счет романам шел не на один десяток. Официальное заявление последовало от Лайзы 19 июня 1973 года: «Да, да, между нами все кончено. Нет, нет, я ни о чем не жалею. Как я могу о чем-то жалеть, если я была так счастлива?»

Роман продолжался ровно пять недель.

Лайза перебралась в свой обычный «люкс» на восьмом этаже отеля «Савой». Пресса узнала о разрыве, когда газетчики стали свидетелями того, как принадлежавший Лайзе рояль из квартиры Селлерса снова занял свое место в «Савое».

Роман «Миннелли-Селлерс» оказался для британских газетчиков слишком пикантным, чтобы они смогли остаться в рамках приличия. Разумеется, главной причиной трений оказалась разница в возрасте, что недвусмысленно дала понять Лайза в одном из своих заявлений, сказав, что она просто «устала от Селлерса, его имени, богатства и славы».

Фредерик Дэвис, знаменитый английский экстрасенс, предсказал разрыв еще до того, как познакомился с Лайзой, и это его предсказание заставило ее тотчас связаться с ним по телефону. Позднее Дэвис рассказывал, будто Лайза имела с ним личную встречу. «Она пришла ко мне домой в середине июня. Мы немного поговорили с ней, и тогда я разложил для нее таро. Я сказал Лайзе, что ее роман обречен. Она слегка разволновалась, даже вытерла глаза и призналась, что мысль о разрыве не дает ей покоя. Все, что я мог ей сказать, так это – что такое событие пойдет ей только во благо. И через три дня, 20 июня, Лайза публично объявила, что ее отношения с Питером Селлерсом окончены».

Вот как она сама объясняла разрыв: «Все кончено, но Питер – просто чудо, и нам с ним было просто прекрасно. Это было так, будто вы поете новую песню и находите себе кого-то дpyroro. Это похоже на магический круг. О людях я думаю так – «О господи, сколько же на свете людей, с которыми стоило бы познакомиться, которых бы следовало знать, чтобы с ними поговорить».

Селлерс хранил у себя личные вещи еще одной женщины – держал он их в шкафу, в коробке, на которой написано «Тити» Вахмейстер. В ту пору ей было двадцать пять лет. Отец ее являлся послом Швеции в Соединенных Штатах, а сама она подрабатывала как манекенщица. Сью Эванс, секретарше Селлерса, вменялось в обязанность прятать эту коробку с глаз подальше, когда в квартире находилась Лайза. Точно также в ее обязанность входило убирать подальше от греха коробку с вещами Лайзы всякий раз, когда к Селлерсу наведывалась Тити.

Вряд ли подобные союзы совершаются на небесах.