Текст книги "Сад Дьявола (ЛП)"

Автор книги: Джон Шеттлер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

ГЛАВА 17

– Погоди, Джок! Это, похоже, наш человек! – Прошептал себе под нос Сазерленд, изучая обстановку через просвет среди ящиков на складе, на котором они скрывались.

Они следили из укрытия за зданием тюрьмы через улицу, пытаясь понять, как им попасть внутрь. Сазерленд не слишком вдохновился предложением Хаселдена просто подойти к воротам и потребовать пропустить их.

– И чем мы рискуем? – Парировал капитан. – В любом случае окажемся там.

– Иди в жопу, – ответил Сазерленд. – Я не для того плавал через Каспийское море и валялся здесь по грязи, чтобы попасть в эту гребучую дыру. Должен быть какой-то другой способ.

Но прежде, чем они успели начать спор, раздался странный рокот, и Хаселден посмотрел через дыру в крыше, увидев какую-то странную тень в небе. Это не было похоже ни на один самолет, который они когда-либо видели, но затем он быстро исчез в низких облаках. Затем стих и рокот.

Появление летательного аппарата вызвало настоящий переполох, и вокруг началось слишком много суеты. Они даже успели подумать о том, чтобы сделать свой ход. Но Хаселден отбросил эту идею и решил затаиться.

– Мы должны подождать, пока все не уляжется, – сказал он. – Думаю, мы сможем пока отдохнуть, а как станет темно, нагуталиним рожи и попробуем пробраться внутрь.

– Вот так-то лучше, – Сазерленд, наконец, услышал план, представлявшийся ему жизнеспособным, и который его спецназовская подготовка могла принять. К сожалению, вскоре свой вариант предложили немцы. Они отчетливо услышали вдали звуки выстрелов, крики, пулеметные очереди и разрывы снарядов. А затем, к их изумлению, раздался далекий оглушительный рев со стороны моря.

– Это еще что такое? – Сазерленд подобрался к дальней стене склада и выглянул из-за нее. Хаселден подобрался к нему и они оба увидели самый странный корабль, который они когда-либо видели. Он с ревом мчался по поверхности моря, словно огромный надувной плот с металлической надстройкой, приводимый в движение двумя мощными воздушными винтами на корме. К их удивлению, нос корабля откинулся, как у десантного корабля, и из него показались несколько бронемашин, направившихся вплавь к берегу. Всего показалось три десантных корабля. Они подошли к берегу, высадив несколько групп солдат, бросившихся вперед, направляемые свистками сержантов.

Хаселден уже видел плавающие танки – такие, как старые «Тетрарх», «Велентайн» и «Шерман Дуплекс Драйв» с оборудованием для плавания, которые англичане прозвали «Дональд Дак». Но эти танки были совсем другими, с низким силуэтом и острым носом, явно предназначенным для проламывания волн.

– Ты посмотри, Сазерленд. Оказывается, есть плавающий танк, достойный так называться. Смотри, как они двигаются!

– Похоже, немцы атакуют, и эта группа прибыла сюда, чтобы попытаться их остановить. Ну что, Джок? Это частная вечеринка, или мы как-то можем попасть на нее?

Хаселден прищурился, оценивая обстановку.

– Сидим тихо и смотрим, что будет. Нет смысла влезать с тремя пистолетами и двумя «Стенами». Если Джерри приближаются крупными силами, они займут это место. Это, похоже, хорошая рота, но у немцев, судя по всему, гораздо больше. Если так, то русским скоро придется уходить. Так что следим на воротами. Не хотелось бы, чтобы нашего человека увезли в этой суматохе. Однако бой нам на пользу.

Они начали ждать, вслушиваясь в звуки боя, и мельком заметили странную русскую бронемашину, которую сочли зенитной установкой с счетверенной пушкой. Она некоторое время крутилась у тюрьмы, а затем направилась на север.

– Похоже, они отправили в крепость пару отделений, – сказал Сазерленд. – Им будет непросто занять это место. Наш человек может оказаться в самом эпицентре.

– Тогда все, – сказал Хаселден. – Мы ничего не сможем сделать.

– И как мы это поймем?

– Думаю, очень скоро. Одна или другая сторона возьмет верх. Спокойно, Дэйви, скоро все увидишь.

Хаселден был прав.

Полчаса спустя они заметили группу людей, покидающих крепость, и среди них был высокий плотный человек, в котором они опознали Орлова.

– Это он! – Ликующим голосом воскликнул Хаселден. Они заметили, как двое солдат отделились от группы и повели Орлова – в их сторону! Затем рядом ухнули три минометных снаряда, и троица пригнулась и бросилась на склад, где засели британские коммандос.

– Давай, Мейтленд! Твое время! – Прошептал Хаселден, повторяя приказ Веллингтона 2-му и 3-му батальонам 1-й пехотной бригады при Ватерлоо, отправляя их в бой против французской «Старой Гвардии».

Сазерленд сразу понял намек и подмигнул капитану.

– Подъем, Гвардия! – Ответил он, и трое британских коммандос бросились вперед.

Русские влетели в здание, и были они союзниками или нет, момент требовал действовать жестко. Хаселден вскочил, вскинул пистолет и четырьмя выстрелами свалил наповал двоих солдат, застигнув их врасплох. Затем они бросились к Орлову, удивленно глядящему на них.

Хаселден приподнял берет в знак приветствия. Они только что выполнили первую и самую важную часть своего задания – нашли этого человека, причем в полном соответствии с девизом своего подразделения «Добейся внезапностью!».

– Сэр! – Сказал он с хорошо поставленной улыбкой, хотя понимал, что это человек, вероятно, не поймет ни слова. – Теперь вы находитесь под опекой 30-го подразделения коммандос королевской морской пехоты. – Он дал ему знак идти стволом пистолета. – Бери его, Дэйви. Я и сержант Терри прикроем. Двигаемся в гавань. Нужно найти лодку.

Орлов понятия не имел, кем были эти люди или что они сказали ему, но пистолеты говорили сами за себя, а того, что они смогли внезапно застрелить двух морских пехотинцев, было достаточно, чтобы убедить его в необходимости плыть по течению.

Они быстро двинулись вдоль задней стены здания, пока Сазерленд не заметил перехода через железнодорожные пути, позволяющего им выйти к гавани. Двигаясь туда, они заметили, что солдаты и бронемашины, замеченные ими ранее, также отходили к берегу. К счастью, у выветренного деревянного пирса оказалось достаточно старых рыбацких лодок. Сазерленд выбрал ту, что показалась им наиболее мореходной. Он не мог поверить в свою удачу! Они преодолели весь этот путь, попали в ситуацию, казавшуюся им безнадежной, и все же Орлов свалился им прямо на голову!

Они забрались в лодку. Сержант Терри остался с Орловым в рубке, а Сазерленд и Хаселден быстро убрали швартовы и оттолкнулись от берега. С севера, со стороны железнодорожных путей, все еще доносились звуки боя, но было ясно, что русские, высадившиеся со странных кораблей, начали отходить.

– Дэйви, обращай внимание на все, что видишь, – сказал Хаселден. – У русских имеется весьма интересная техника. Готов поспорить, «Семнадцатый» очень хотел бы сам посмотреть на эти штуки. – Он посмотрел на темные формы кораблей на воздушной подушке у берега. Сазерленд запустил мотор, и лодка медленно заскользила вдоль длинной набережной к выходу из гавани. Что делать, было ясно. Они уходили в открытое море.

Были ли на то судьба, случайность или просто удача, они смогли выйти из гавани. Сазерленд просто сиял, вращая штурвал, направляя лодку на восток. Они сбежали из горящего дома, словно мышь. Кошки были слишком заняты, сцепившись друг с другом, чтобы обратить на них внимания. В какой-то момент наводчик одного из кораблей на воздушной подушке заметил их лодку и направил на нее сдвоенное 30-мм орудие, чтобы взглянуть в прицел. Но, не заметив угрозы, он отпустил ее.

* * *

Федоров вернулся в ЗСУ-23 с чувством облегчения. Они нашли свою цель, и теперь оставалось только вернуть все свои силы на ожидавшие катера на воздушной подушке, и уйти в море. Трояк умело отводил свои силы в боем к берегу. Последний ПТ-76 добрался до побережья и уже грузился на катер. Федорову оставалось доставить свою установку на более крупный «Аист» в гавани. Двигатель взревел, и машина покатилась на юг вдоль железнодорожных тупей. Вскоре они увидели впереди корабль, передняя аппарель которого все еще была откинула на узкий пляж.

ЗСУ быстро направилась в брюхо этого монстра. Группы морских пехотинцев собирались там же под бдительным присмотром сержантов, проводящих переклички. В наушниках снова раздался голос Зыкова:

– Мы нашли куртку Орлова, но потеряли одного убитым в тюрьме и еще двоих на складе к входа. Я забрал их тела. Надеюсь, у Трояка все так же.

– Что Орлов? – Спросил Федоров насчет главного приза.

– Приказал своим взять его на ПТ-76. Сейчас он грузится на северный катер.

– Не спускай с них глаз, – сказал Федоров. – И передай всем отходить к «Анатолию Александрову». Конец связи.

Завести зенитную установку на борт «Аиста» было не так просто, как десантировать ее, но они справились, и вскоре морской зверь проглотил ее. Она расположилась за обоими БТР-50, морские пехотинцы собрались рядом. Орудия корабля открыли огонь по немецкой пехоте, пытавшейся пересечь железнодорожные пути, и града тяжелых 30-мм снарядов двух сдвоенных орудий АК-230 было достаточно, чтобы остановить атаку. Вскоре двигатели корабля взревели, и он медленно отошел от берега. Они направились в море, бдительно следя при помощи радаров за любыми признаками присутствия немецких самолетов.

Два меньших катера последовали за ними, и Федоров приказал флотилии двигаться на восток, а затем повернуть на юг к «Анатолию Александров». Немецкие солдаты на берегу смотрели в след трем кораблям, удаляющимся в море на скорости 70 узлов, в ужасе качая головами. Кто были эти люди, смевшие их самолеты с неба ракетами, остановившие их танки и сдержавшие два полных батальона?

Вскоре они отправили несколько небольших кораблей вдогонку, не зная, что на борту одного из них находилась группа Хаселдена, медленно направившаяся на восток за пенным следом.

От Махачкалы до «Анатолия Александрова» было не более двадцати километров. Федоров связался с Добрыниным и приказал подготовить стержень № 25 к использованию.

– Я начал процедуру пять минут назад, получив от Трояка сообщение, что все наши на борту. Но что насчет Букина и Ми-26? Мне поднимать их?

– Нет, – ответил Федоров. – Ждите нашего прибытия. Я хочу быть уверен, что у нас будут все варианты на случай, если что-то пойдет не так.

– Какое варианты?

Это был хороший вопрос, и у Федорова пока не было на него ответа.

– Мы прибудем в считанные минуты. Конец связи.

Катер на воздушной подушке с ревом мчался к ожидавшему их кораблю, и Федоров думал о том, что им делать. Должен ли он был отправить Букина исполнять план адмирала Вольского? Они только что пошли на огромный риск, чтобы спасти одного человека, а теперь собирались отправить еще четверых на Ми-26 за многие мили на восток к Тихому океану. План, предполагавший, что они пролетят эти тысячи километров, а затем будут ждать три года, казался полным безумием. О чем думал Вольский? Как только они вернутся домой, в их распоряжении будут все три контрольных стержня. Все, что нужно будет сделать, это доставить их на военно-морскую базу в Каспийск и отправить их на скоростном грузовом самолете Ан-225 во Владивосток. Затем они придумали бы способ найти «Киров»… Или так ему казалось.

Но каким образом? Вскоре голова оказалась переполнена мыслями о том, что может пойти не так. Во-первых, не было никакой гарантии, что стержень № 25 благополучно доставит их в 2021. Они часто оказывались в будущем относительно этого года, так как видели разрушительные последствия войны, которая только начиналась.

От этой мысли ему стало страшно. Как это сказалось на ходе войны? Изменили ли они что-либо своей операцией? Нашли ли они Орлова вовремя? И неужели Орлов действительно имел какое-то отношение к исходу войны? А что, если они переместятся в будущее и обнаружат военно-морскую базу разрушенной? Что тогда?

Это было слишком сложно для понимания, однако помимо этого было много вопросов даже в тому случае, если они благополучно достигнут базы в 2021 и вернуться во Владивосток на самолете. Что тогда? Они могли бы забрать с собой два стержня из Приморского инженерного центра. По крайней мере, они будут во Владивостоке. Но где? И не было никакой гарантии, что они попадут в 1945 год. Прежний опыт подсказывал, что они, вероятнее всего, окажутся в 1942. Затем им придется переждать войну во Владивостоке до появления «Кирова» в 1945.

Возможно, так и будет нужно, подумал он. Это лучше, чем взять Ми-26 и пытаться сделать это в одиночку. Слишком шаткая ситуация с запасом топлива, вертолет не был вооружен, и небольшой группе на его борту придется долго ждать 1945 года. Альтернативный план представлялся ему более безопасным. Он решил, что должен еще раз все обдумать, а затем вдруг понял, что в тот момент, когда сделает выбор, его результат отразится на многих десятилетиях вперед, и станет той самой «историей» которая будет исходить из того, какой план он воплотит в жизнь.

Либо сработает, либо нет, мрачно подумал он. Я могу оказаться причиной того, что «Киров» так и не услышит нас, когда появится в 1945. Мое вмешательство в план Вольского изменит все. Вопрос в том, в лучшую сторону, или в худшую.

ГЛАВА 18

– Операция отменяется? Вы отменяете приказ адмирала Вольского? – На лице Добрынина отражалось замешательство.

– Слишком рискованно, – Федоров изложил ему свои соображения. – Разве вы не согласны, что нужен лучший план?

– Что же… Полагаю, это так, Федоров. Вы нашли способ лучше использовать топливо вертолета, но я не адмирал флота. Вольский требовал отправить ему туда со всей недвусмысленностью.

– Я объясню ему все, когда мы вернемся и уверен, что он поддержит мое решение. Немногие планы когда-либо выдерживали столкновение с реальностью. На данный момент наша лучшая и единственная ставка – доставить «Анатолия Александрова» обратно в целости и сохранности.

Добрынин пожал плечами.

– Хорошо. Процедура начата. Готовы к выводу стержня.

– Хорошо. Добрынин… Вы полагаете, мы вернемся? – В голосе Федорова отчетливо слышалась неопределенность.

– Параметры фиксировались каждый раз, когда мы использовали этот стержень. Одно можно сказать точно – куда-нибудь мы попадем.

– Сколько еще?

– Дайте послушать… – Добрынин медленно поднял руку, давая оператору команду начинать, словно дирижер, дающий сигнал оркестру легким движением ладони. Один стержень выводился из реактора, другой вводился, чтобы поддержать устойчивость реакции деления. Запустив процедуру, он сел и начал вслушиваться в работу реактора, отсекая шум морпехов, суетившихся на корабле, и сосредоточившись на ядерной симфонии в активной зоне.

Он услышав голос стержня № 25, набирающий силу, словно кларнет над низким грохотом струнных, становящийся все четче и четче по мере того, как стержень опускался в ядерное варево. Все было нормально – как он слышал уже много раз. Он закрыл глаза, слегка улыбнувшись, и в этот самый момент заметил странную гармонику. Что это, подумал он? В симфонии появился новый голос, затем еще один. Они были приглушенными, словно очень далекими, но звучали словно флейты в тандеме с 25-м. Общая мелодия также изменилась. Это был уже не восходящий хор, которого он ожидал, а глубокий нисходящий рефрен, который звучал совершенно иначе!

Федоров следил за ним, пораженный его концентрацией. У каждого свои особые навыки, подумал он. Тарасов жил в мире шумов гидроакусического комплекса. И командир поста энергетики и живучести знал свое дело лучше, чем любой человек на флоте.

Он стал ждать, ощущая настойчивую необходимость проверить Орлова. «Аист» под командованием капитана Малкина, на котором тот должен был находиться, пришвартовался к левому борту плавучей электростанции, а два легких корабля типа «Кальмар» по правому. Орлов должен был находиться в танке ПТ-76 на борту одного из них, и он очень хотел побыстрее его увидеть. Затем он подумал, что Зыков так и не доложил ему, и ощутил холодок в животе. У него было странное ощущение, что что-то не так. Что-то было неправильно.

В гарнитуре раздался вызов.

– Федоров – Малкину. Лодка слева по корме.

– Насколько близко? – Ответил Федоров в гарнитуру.

– Около километра.

– Угроза? Он приближается?

– Никак нет. Рыболовецкая лодка. Просто оказались рядом. Они, должно быть, подумали, что мы – советский транспорт.

– Понял. Нет смысла создавать ненужные проблемы. Пусть идет.

Эти два последних слова были роковыми, хотя Федоров не знал этого, произнося их…

– Держите меня в курсе, – сказал он Добрынину, и направился на поиски Орлова.

* * *

– Его нет? Вы абсолютно уверены? – Лицо Федорова приобрело мучительное выражение, когда Трояк сообщил ему. Зыков стоял рядом, застенчиво глядя.

– Мы проверили танк. Его никто не видел. Я приказал обыскать все корабли на воздушной подушке и плавучую АЭС. Если он на борту, мы найдем его.

– Надеюсь, – сказал Федоров. – Зыков, как это могло случиться.

– Я приказал доставить его на ПТ-76, – извиняющимся тоном сказал тот. – Обстановка накалялась, и отход был довольно беспорядочным. Я проверял каждое здание на предмет людей и техники. Не могу знать, товарищ капитан второго ранга. Я обнаружил двоих убитых на складе возле тюрьмы, но решил, что они попали под миномет. Обстрел был достаточно плотным… Сейчас, после осмотра тел, я понял, что они были убиты не осколками, а пулями небольшого калибра, возможно из пистолетов. Виноват. Я должен был сам взять Орлова и отвести домой за ухо.

Федоров видел, что Зыков сломался. Ему была поставлена задача найти Орлова и он ее выполнил, в самых тяжелых условиях. Но что-то явно пошло не так, как надо. Ни один план не идет так, как надо. Несколько минут назад он сам сказал об этом Добрынину.

– Твою мать! Возможно, еще есть время. Я знаю, что вы сделали все возможное, Зыков.

Он понял, что процедура уже запущена. Они могли переместиться во времени в любой момент! Если Орлова не было на борту, они его упустили, и без служебной куртки не будет никакой возможности снова найти его.

– Обыскать все отсеки, все палубы и все помещения. Проверить воздуховоды – все! Переверните здесь все вверх дном, если нужно. Я проверю, возможно ли остановить процедуру. Мы не можем уйти без Орлова!

Он бросился на пост, но спустившись по трапу на нижнюю палубу, ощутил что-то странное.

Он стоял, глядя на мягкую рябь на поверхности Каспийского моря. От корабля словно исходили концентрические круги небольших волн. Что за…? Они уже начали перемещаться во времени?

Он посмотрел в сторону и заметил небольшой силуэт траулера, о котором докладывал капитан Малкин, медленно прошедшего мимо. На его палубе виднелись двое. Воздух между «Анатолием Александровым» и траулером словно дрожал и начинал светиться, словно мираж.

Господи, воскликнул он про себя. Мы перемещаемся! Началось! Он ощутил, как сердце забилось чаще, а шея словно горит. Чертова операция ускользала, словно вылетевший из рук швартовочный канат! Было слишком поздно пытаться добраться до Добрынина и остановить его. Орлова не было. Не было!

Затем он понял, что раз еще видит этот траулер, то они еще в 1942 году. Он все еще был в море, хотя и скрытый за странным свечением. Что-то не так? Неужели стержень № 25 все-таки подвел их? Нужно было добраться до Добрынина и все выяснить.

* * *

– Посмотри на это, Джок, – сказал Сазерленд.

– Вижу. Вот нахрена ты пошел за нами?

– Интересно было. Слишком уж они нас огорошили. Что это они делают?

– Это ведь какой-то корабль, верно? Но он не движется. Похоже, русские морские пехотинцы швартуются у него.

– А это что такое наверху? – Указал Сазерленд. – Похоже на громадного кузнечика.

– Да чтоб я знал. Надо залезть внутрь и посмотреть, да? А они тем временем тоже заинтересуются и придут к нам, чтобы посмотреть.

– Не беспокойся, Джок. Мы просто рыболовецкая лодка. Я даже помахал им, чтобы выглядеть дружелюбно. Мы просто проходим к километре от них, ища рыбу. Не беспокойся.

Но Хаселдена что-то беспокоило. Сазерленд мог видеть это у него на лице. И даже нечто большее, чем беспокойство. В его глазах застыл холодный ужас, какого он еще никогда не видел. Хаселден много раз проходил через огонь и воду в бою, и бывал в ситуациях, намного худших, чем эта.

– Что не так, Джок? Ты будто привидение увидел.

– Никогда такого не видел, – ответил он на выдохе. – Что такое с долбаным морем?

Сазерленд тоже заметил это – в воздухе появилась странная дрожь, словно искры. Затем послышался низкий гул, становившийся все ниже. Он ушел за порог слышимости, но его все еще словно можно было ощущать. Над кораблем вдали словно поднимался туман, накатываясь от него, море вокруг словно рябило, будто корабль как-то дрожал, создавая волны.

Он пораженно смотрел на то, как первая волна докатилась до них, слегка накренив лодку, словно миниатюрное цунами в совершенно спокойном море. Туман сгущался, окутывая их, и стал настолько плотным, что они не видели дальше, чем на пару метров вокруг лодки. Они ощутили дрожь, воздух вокруг словно затрещал от электрических разрядов.

Он повернулся к Хаселдену, беспокоясь о капитане, и оказался потрясен до глубины своей молодой души. Капитан был там… И его не было! Он словно замерцал в странном тумане, на него лице появилось выражение страха и совершенного изумления. А затем, Хаселден со странным шипением просто исчез! Он просто растворился в тумане, словно призрак, словно его никогда и не было!

И затем все стихло.

Сазерленд отпрянул, широко раскрыв глаза. Сердце бешено колотилось.

– Джок! – Разум заставил его броситься к ограждению, предполагая, что Хаселден упал за борт, однако не заметил ни малейших признаков его там присутствия. Не считая странной ряби, поверхность моря была совершенно безмятежной.

– Что там русские, лейтенант? – Окрикнул его из рубки сержант Терри. – Ничего не вижу в этом тумане.

Сазерленд все еще был совершенно потрясен увиденным – и понимал, что то, что он видел, было совершенно невозможно. Что случилось? Где капитан?

– Господи… – Выдохнул он, глядя на сержанта Терри с совершенно белым лицом.

– Что с вами, лейтенант?

– Джок… Он был здесь. Прямо рядом со мной, сержант! А затем накатил этот гребаный туман… И он просто исчез!

– Что, упал за борт?

– Нет! Я смотрел прямо на него, и он просто взял и исчез!

Сержант Терри сурово посмотрел на лейтенанта, прищурив глаза. Он видел, как люди ломались под давлением, но Сазерленд пока что хорошо справлялся. Но что он нес? Это был какой-то взрыв или иная катастрофа на том странном корабле? Туман и рябь на море явно исходили от того корабля и застали их, словно шторм. Он снова взглянул в туман, испытав странное ощущение того, что они потеряли свой путь и теперь слепо брели в бесконечном забвении моря.

* * *

Сидящий в рубке Орлов ощущал то же самое. Опять траулер, подумал он. И хорошо! Его задолбало идти или трястись в грузовике по грязным дорогам. Оставшись на берегу, они бы очень скоро оказались бы в эпицентре боев, приближающихся к городу. А дороги на юг, вероятно, были отрезаны немцами.

Увидев, куда его ведут, он испытал облегчение. Путь по морю был бы идеальным выходом из этого бардака, если только морпехи окажутся не слишком любопытны. Но кто это были? Они застрелили сопровождавших его морпехов без колебаний, словно все это время сидели в засаде, готовые броситься на цель.

Когда старший сказал ему что-то по-английски, он ничего не понял, но, тем не менее, криво ухмыльнулся. По их виду и форме, проглядывающей из-под шинелей, он понял, что это были англичане. Что они, черт их бери, здесь делали? Могли ли они вытропить его от самого Гибралтара? Поверить в это было трудно, но это было возможно. Если так, подумал он, они намереваются доставить меня на контролируемую Британией территорию.

Ему хотелось иметь при себе куртку. «Светлана»[38]38
  Поисковый робот, входящий в состав ПО


[Закрыть] обеспечила бы ему все необходимые сведения о британских действиях и базах поблизости от Каспийского моря. С другой стороны, куртка смотрелась довольно забавно, свисая изо рта Моллы, словно нелепая борода. Морпехи нашли его даже без куртки. Если бы не эти трое, он, вероятно, уже был бы на этом корабле.

Он взглянул на корабль, подумав, что тот выглядит странно кубическим, чтобы быть морским судном. Что это? Явно не вертолетоносец и даже не десантный корабль типа «Иван Рогов». Швартовка к нему кораблей на воздушной подушке явно сопровождалась танцами с бубном. А этот здоровенный вертолет на крыше? Теперь понятно, что я видел из грузовика – Ми-26! Кто-то задействовал очень серьезные средства, чтобы спланировать и осуществить эту операцию. Они явно очень хотели меня найти.

Глядя на морских пехотинцев на палубе, он испытал неподдельное сожаление, ощущая, что должен быть с ними, со своими настоящими соотечественниками из 2021 года. Они были действительно смелыми, раз пошли за ним подобным образом, устроив полноценный бой с немцами. Разумеется, все спланировал Федоров. Он же, скорее всего, уговорил Вольского предоставить ему всю эту технику. Господи, да у них же здесь полноценная десантная рота! Ему было почти жалко, что он должен был их разочаровать.

А затем он услышал тот самый низкий гул, становившийся все ниже, словно его источник затягивало в черную дыру за порогом слышимости. В воздухе появился запах отрицательных ионов, а море между кораблем и их лодкой засветилось тем самым жутким светом. Он уже видел такое ранее, каждый раз, когда «Киров» перемещался во времени. Но это был не «Киров». Больше всего это напоминало плавучую электростанцию, из тех, что использовались в Арктике и на Камчатке. Но как она могла перемещаться во времени?

Он смотрел на окутавший их серый туман, ощущая тоску, что его товарищи из будущего уже исчезли. Он снова был один, пойманный в ловушку посреди Второй Мировой войны. Рядом не было даже «Светланы», способной помочь ему найти свой путь в жизни.

Но я все еще знаю, что будет, подумал он, утешая себя. Возможно, не в мелочах, но я знаю о серьезных делах. Я знаю ход войны и знаю, как она закончится. Я знаю о Хрущеве, о Карибском кризисе и Берлинской стене и о тот, чем это все закончится. Я знаю достаточно, чтобы заработать много денег. Но сначала мне нужно разобраться с этими троими. Этот сержант, сидящий прямо передо мной, не станет серьезной проблемой.

Троими? Он снова посмотрел на них, заметив только двоих. Старшего, вероятно, командира, с ними не было. Возможно, он ушел на другой борт лодки, подумал он, прикидывая, что будет делать. Не торопись, сказал он сам себе. Чего-чего, а времени у тебя сейчас более чем достаточно. Все время в мире…