Текст книги "Безмолвный убийца"

Автор книги: Джон Сэндфорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

– Он из Нью-Йорка?

– Нет. Предположительно приехал с юга, возможно, из Атланты. Живет здесь несколько лет, но Джексон сказал, что они никогда не говорили о том, откуда он родом. Тут что-то было… не так. Корнелл не рассказывал о своем прошлом. Когда он напивался, то часто плакал, когда ему задавали вопросы.

– Сколько раз его задерживали?

– С полдюжины, ничего серьезного. Кражи в магазинах, небольшие дозы наркотиков. Мы попытались найти что-то на него в информационном центре, но там ничего не оказалось – его первые аресты были в Нью-Йорке, а адреса в Гарлеме.

– И он исчез.

– Найти его не удалось. Мы проверили Атланту, но они ничего о нем не знают.

– Возможно, он мертв?

Рич нахмурился.

– Не думаю. Когда его видели в последний раз, он был в новых туфлях, а в руках держал большую нейлоновую сумку. Так говорят парни со Сто восемнадцатой улицы. Корнелл пришел с ними попрощаться. Потом сел в такси, и больше его никто нигде не встречал.

– Вы написали об этом в рапорте?

– Да. И мы продолжаем его разыскивать. Честно говоря, он единственная наша зацепка.

– А что вы делаете по убийству Петти? – поинтересовался Лукас.

– Главным образом следим за парнями, – ответил Рич. – Если честно, я испытываю тревогу. Пытался увильнуть от участия в расследовании. Мне не нравится наблюдать за своими.

– Как вас выбрали? – спросил Лукас.

– Понятия не имею. Наверное, решение приняли наверху, – наморщив лоб, ответил Рич. – Мой начальник сказал мне, что я должен прибыть в Сити-Холл для получения задания. Он так же не знает, что происходит.

– Хорошо, – произнес Лукас. – С чего Корнелл взял, что белый был немолодым человеком?

– Понятия не имею. Если я его найду, обязательно спрошу. Может быть, он уже встречал его раньше…

Разговор продолжался еще полчаса, но Рич лишь повторил то, что было в отчетах. Лили поблагодарила его и отпустила.

– Пустая трата времени, – сказала она Лукасу.

– Мы должны были попытаться. Что тебе о нем известно? Я имею в виду, о Риче.

– На самом деле не слишком много.

– Он хороший детектив?

– В целом – да. Вполне компетентен, но не более того.

– Хм.

Лукас коснулся разбитой щеки, опустил голову и задумался.

– Что такое?

– У меня возникли кое-какие идеи, – сказал он, поднимая голову. – Давай пройдемся.

– Хочешь прогуляться? Осмотреть ресторан?

– Далеко до него? – спросил Лукас.

– Если не спешить, минут десять или пятнадцать.

– А в нас не будут стрелять, когда мы выйдем на улицу?

– Нет. О'Делл попросил двух полицейских поговорить с управляющими соседних домов, – ответила Лили. – Они следят за подозрительными типами, которые появляются поблизости.

На улице было пусто, но Лукас внимательно оглядел окна на противоположной стороне через дверь вестибюля.

– Нервничаешь?

– Нет. Просто пытаюсь понять, – ответил он.

Лили внимательно посмотрела на него.

– Что?

– Ничего.

Он покачал головой. Рич не вызвал у него подозрений.

– И все же…

– Правда, ничего…

– Ладно, – с тревогой сказала Лили, продолжая изучать его лицо.

Гринвич-Виллидж был тихим симпатичным местечком: повсюду ухоженные кирпичные дома, на подоконниках горшки с цветами, тут и там кованые решетки. Впечатление несколько портила колючая проволока на оградах. Люди здесь выглядели иначе, чем в других районах города, чувствовалось присутствие богемы: сандалии и парусиновые шорты, бороды и волосы до пояса, старомодные велосипеды и деревянные ожерелья.

Ресторан «Манхэттенский кабальеро» находился на улице красных каменных зданий. Небольшое заведение, название и фирменный знак были написаны на стекле, в соседнем окне красовалась реклама пива.

– Они стреляли из третьего окна второго этажа, – сказала Лили, остановившись на тротуаре возле двери в «Кабальеро» и показывая на другую сторону улицы.

– Если у тебя есть лазерный прицел, то промахнуться невозможно, – заметил Лукас, посмотрев наверх. Потом он перевел взгляд на тротуар. – Должно быть, Петти стоял здесь – видны царапины.

Увлеченный геометрией и техническими подробностями убийства, он перестал обращать внимание на свою спутницу. Повернувшись к Лили, он увидел, что она опирается на окно ресторана, словно у нее закружилась голова, а ее лицо побледнело и приобрело восковой оттенок.

– Господи, извини…

– Я в порядке, – пробормотала Лили.

– Мне показалось, что ты сейчас упадешь в обморок.

– Это гнев, – сказала она. – Когда я вспоминаю о Уолте, мне хочется кого-нибудь убить.

– Все так плохо?

– Так плохо, что я не могу в это поверить. Словно я потеряла ребенка.

Они взяли такси, чтобы добраться до квартиры Петти. Когда они ехали по Бруклинскому мосту, Лили спросила:

– А ты когда-нибудь здесь был? В Бруклин-Хайтс? [23]23
  Престижный жилой микрорайон в Бруклине.


[Закрыть]

– Нет.

– Отличное место. Я собиралась сюда переехать, но если ты успел пожить в Гринвич-Виллидж, то уже не хочешь его покидать.

– Да, выглядит неплохо… – сказал Лукас, глядя в окно такси. – Женщина из дома, где расположена квартира Петти…

– Логан.

– Да. Кажется, она утверждает, что кто-то находился в его квартире, когда он уже был мертв, еще до того, как прибыли полицейские?

– Да, совершенно точно. Она вспоминает, что подумала тогда: он вернулся домой, а потом опять ушел. В тот вечер она смотрела телевизор и вспомнила название передачи, даже сумела уточнить, какая часть шла в тот момент. Мы проверяли – он был мертв уже десять минут.

– Кто-то действовал быстро.

– Даже очень. Он с точностью до минуты знал, когда в Уолта будут стрелять. И ждал этого. Только непонятно, как он сумел попасть в квартиру. У него должен был быть ключ.

– Это довольно просто, если речь идет об операции, разработанной отделом сбора информации.

– Тебе это должно быть известно, – усмехнулась Лили.

Дом из темного кирпича, в котором находилась квартира Петти, стоял на склоне пологого холма, в тупике. Место казалось немного запущенным, но приятным. Дверь Марси Логан была слева, в крохотном вестибюле.

– Как вы поздно, – сказала хозяйка, глядя на полицейский значок Лили.

Цепочку она не сняла. Логан была пожилой женщиной лет шестидесяти пяти, с седыми волосами и светлыми глазами.

– Вы сказали, что придете в десять часов.

– Прошу нас извинить, возникли срочные дела, – ответила Лили. – Мы отнимем у вас совсем немного времени.

– Что ж, заходите. – Голос прозвучал сурово, но Лукасу показалось, что она рада компании. – Мне придется подогреть кофе…

Логан приготовила домашнее печенье и кофе. Печенье она положила на серебряный поднос. Поставив кофейник в микроволновую печь, она принялась расставлять чашки и блюдца.

– У вас очень уютно, – сказала Лили.

– Благодарю вас. Знаете, совсем рядом снимали «Очарованные луной». Я даже видела Шер на Променаде…

Когда кофе согрелся, хозяйка подтолкнула поднос с печеньем к Лукасу. Он попробовал: овсяное и съел еще одну печенину, запивая кофе.

– Это была не женщина, – твердо сказала Логан, когда Лили задала ей вопрос. – Слишком тяжелые шаги. Я его не видела, но ходил мужчина.

– Вы уверены?

– Я целыми днями слушаю, как приходят и уходят люди, – ответила Логан. – В таких вещах я разбираюсь. Я подумала, что вернулся Уолтер, а если бы там была женщина, у меня бы такой мысли не возникло.

– Он поднялся наверх, провел там несколько минут, а потом спустился? – спросила Лили.

– Совершенно верно. Прошло не более получаса, потому что мое шоу идет тридцать минут. Он появился после того, как оно началось, а ушел до окончания.

– Вы сказали следователям, что подумали о Петти, – продолжала Лили. – Впрочем, уверенности у вас не было, и вы не стали проверять. Почему у вас появились сомнения?

– Тот, кто приходил, остановился в вестибюле. Словно смотрел на дверь моей квартиры и прислушивался, есть ли кто-нибудь внутри. Потом он поднялся наверх. Уолтер всегда был человеком решительным. Он бы сразу вошел ко мне или отправился к себе. В особенности в пятницу. Он всегда выпивал несколько бутылок пива и к тому времени, когда добирался до дома, едва мог терпеть… ну, вы меня понимаете. Он спешил. И почти сразу после того, как входил в свою квартиру, я слышала, как в туалете спускают воду. Но в тот вечер человек остановился у входа, а на обратном пути снова помедлил в вестибюле. Мне как-то не по себе, когда я об этом думаю. Возможно, он размышлял, не следует ли избавиться от возможного свидетеля.

– Не думаю, что вашей жизни что-то угрожало, – сказала Лили, улыбнувшись последним словам хозяйки.

– А почему вы все время молчите, молодой человек? – обратилась Логан к Лукасу, который принялся за шестое печенье.

Казалось, он не в силах остановиться.

– Я слишком занят печеньем, – признался Лукас. – Оно просто великолепно. Вы можете заработать целое состояние.

– О, как вы милы, – с улыбкой сказала она. – А что случилось с вашим лицом?

– На меня напали грабители.

– Как это похоже на Нью-Йорк! Даже полицейские…

– А откуда вы знаете, что этот тип поднимался именно в квартиру Петти? – спросил Лукас.

– Ну, я слышала, как он вошел, потом заработал лифт – он поднимался наверх. А еще через секунду раздался звонок – мне показалось, что он донесся из кухни. Значит, человек ехал до второго этажа. Когда лифт останавливается на третьем, мне почти ничего не слышно. А если едет выше, я уже не могу определить куда.

– Значит, – продолжил Лукас, – вы услышали шум на втором этаже.

– Да. Линны и Голды уже пришли домой, Шумахеры на все выходные уехали на Файер-Айленд. Я решила, что вернулся Уолтер, к тому же он всегда приходил в это время. Но я не слышала, чтобы он спускал воду в туалете. Затем лифт снова звякнул на втором этаже и стал опускаться вниз. И тот, кто в нем ехал, вновь задержался возле моей квартиры – прошло около минуты, прежде чем хлопнула выходная дверь. Мне бы следовало выглянуть, но я смотрела шоу.

– Ничего страшного, – кивнул Лукас. – А вы уверены, что это не был гость, пришедший в одну из соседних квартир?

– Абсолютно уверена, – ответила пожилая женщина, качая головой. – Когда здесь появились полицейские и сообщили, что произошло, я рассказала им о странном посетителе, и они опросили всех. Соседи говорят, что в тот день гостей у них не было.

Они закончили беседовать с Логан, поднялись на лифте на второй этаж, и Лили сняла печать с дверей квартиры Петти. Он поддерживал у себя дома порядок, но сейчас здесь все перерыли эксперты. Холодильник был отключен, дверца осталась распахнутой. Шкафы также были открыты, повсюду валялась бумага. Лукас подошел к письменному столу Петти, стоящему в небольшом алькове, и принялся просматривать финансовые документы. Записной книжки он не нашел.

– Я не вижу записной книжки.

– Вероятно, ее забрали парни из убойного отдела. Я спрошу у них, – пообещала Лили.

Десять минут спустя она констатировала:

– Как и в случае с Ричем, мы напрасно потратили время. Здесь ничего нет.

На обратном пути их поджидала миссис Логан с коричневым бумажным пакетом, который она протянула Лукасу.

– Благодарю, – сказал он и с улыбкой добавил: – Когда я с ними покончу, то вернусь за новой порцией.

Пожилая леди захихикала, а полицейские вышли на улицу и поймали такси.

«Корнелл Рид. Он видел убийцу, немолодого белого мужчину, и понял, что это полицейский».

Лукас лежал в номере отеля и размышлял об этом. Затем он вздохнул, скатился с кровати, вытащил из кармана записную книжку и нашел в ней домашний телефон Хармона Андерсона. Набирая номер, Лукас посмотрел на часы. В Миннеаполисе полночь.

Андерсон уже лежал в постели.

– Господи, Лукас, что происходит?

– Я в Нью-Йорке…

– Я знаю. Сам не прочь там оказаться… – Было слышно, как Андерсон приглушенным голосом сказал кому-то: – Лукас. – Потом он вновь заговорил громче: – Моя жена передает тебе привет.

– Послушай, я сожалею, что разбудил тебя…

– Ладно…

– Я не хочу, чтобы у тебя возникли неприятности, но ты не можешь сделать для меня кое-какую работу на компьютере? Я заплачу тебе, как консультанту.

– К дьяволу деньги. Что тебе нужно?

– Я тут попал в змеиное гнездо, старик. Ты не мог бы узнать, у каких авиакомпаний есть рейсы из всех крупных аэропортов Нью-Йорка, включая Ньюарк, и проверить, не покупали ли в течение последнего месяца билет на имя Корнелла Рида? Или на человека с именем Корнелл, если такое вообще возможно. Или Рыжего Рида. Я не думаю, что речь идет о полете через океан, разве что на Карибы. Прежде всего проверь перелеты внутри страны – в Атланту, Лос-Анджелес или Чикаго. Я должен знать, куда он отправился и кто платил за билет, если у тебя получится.

– Это может занять пару дней.

– Свяжись со мной. И я не шутил относительно денег. Несколько долларов тебе не помешают.

– Мы решим эту проблему.

– Позвони мне, старик.

Лукас повесил трубку и снова лег на кровать, продолжая вспоминать разговор с Ричем. Рич не знал, почему его выбрали в команду Петти. Для Лили это также оставалось тайной. Из всех его достоинств сработало одно: ему позвонил знакомый грабитель, что оказалось единственной ниточкой в расследовании. Удивительно редкая удача.

Рич сказал, что Корнелл Рид – наркоман. Если это так, то он не должен был улететь из Нью-Йорка. Если у него имелось достаточно денег на авиабилет, то Рид купил бы наркотики и уехал на автобусе. Или попросил бы кого-нибудь подвезти его. Или просто остался бы в городе. Когда у тебя много крэка, тебе никуда не нужно уезжать… Нет, он определенно не стал бы отдавать кассиру аэропорта Ла Гуардиа несколько сотен долларов.

С другой стороны, наркоман не поедет на такси на автобусный вокзал. Можно добраться на метро, а на оставшиеся деньги купить еще дозу. Аэропорт – совсем другое дело. Туда непросто доехать, если не брать такси…

Что ж, возможно, он улетел. Может быть, ему купили билет, который невозможно сдать. Например, это сделали официальные лица.

Или кто-то из департамента полиции.

Кроме того, не следовало забывать о рассказе миссис Логан.

Все это очень любопытно. Но Лукас испытывал тревогу. Неужели Лили ничего не поняла? Или рассчитывала, что Лукас не догадается?

Глава
12

Тридцать порций «спида», два дня; Беккер не спал уже целую вечность. Химические препараты несли его, как река тащит лист, вокруг бурлил поток мыслей и времени. Он избегал женщины с глазами, той, что продолжала за ним наблюдать. Она вызывала у Беккера ужас, но химия победила ее за два дня, и она постепенно теряла над ним власть.

Впрочем, происходили другие вещи.

К вечеру второго дня пришли жуки. Он чувствовал их присутствие: они длинными цепочками ползали по его венам. По всем венам, но в особенности по предплечью; Беккер ощущал маленькие выпуклости, насекомые двигались все дальше, делая свою грязную работу. Они его поедали.

Жуки пожирали красные кровяные клетки. Он помнил, что в детстве разрушал муравейники и наблюдал, как муравьи разбегаются в разные стороны в поисках укрытия, зажав в челюстях мучнистые белые яйца. Именно этот образ вставал перед его мысленным взором: бегущие муравьи, которые несут в клешнях кровяные клетки. Тысячи и тысячи сновали по его венам. Если бы он сумел их выпустить…

Голос в его голове повторял: «Нет-нет-нет, это галлюцинация, нет-нет-нет…»

Он с трудом встал; у него болели колени и ступни. Им пройдены многие мили по подвалу, туда и обратно, туда и обратно. Сколько? Несколько бродячих клеток мозга куда-то направились и совершили подсчеты… скажем, пять тысяч путешествий взад и вперед, каждый раз он проходил двадцать футов… тридцать семь целых и восемьсот семьдесят восемь тысячных мили. Тридцать семь целых и восемьсот семьдесят восемь тысячных…

Беккер попался в петлю восьмерок-семерок, его захватила ее бесконечность, петля будет существовать дольше, чем солнце, дольше Вселенной, будет продолжаться до… до чего?

Он встряхнулся и выбрался из западни, почувствовал, как жуки беснуются в его венах, отнес свое предплечье в ванную комнату, включил свет и посмотрел на выпуклости в тех местах, где собрались насекомые…

Голос произнес: «Формикация…» [24]24
  Формикация – тактильные галлюцинации в виде ощущения ползания, укусов муравьев или других насекомых.


[Закрыть]

Беккер оттолкнул его. Нужно выпустить их наружу, как-то выдавить. Он отправился в свою операционную, подошел к ванночке, где лежали инструменты, нашел скальпель… Нужно освободить…

Он снова принялся ходить, жуки исчезали… но что это за запах? Такой чистый и медный, похожий на аромат моря. Кровь?

Беккер посмотрел на себя. По руке текла красная струйка. Не очень сильно, но рука и предплечье выглядели так, словно с них содрали кожу. И там, где он ходил, пол был залит кровью, кривая отмечала его маршрут, словно кто-то размахивал курицей с отсеченной головой.

«Стереотипия», [25]25
  Стереотипия – сохранение определенного положения в течение длительного времени или непроизвольное повторение слов, движений.


[Закрыть]– сказал голос в голове.

Что? Он посмотрел на свое предплечье: жук стремительно перемещался вдоль вены. Как Чарли Виктор [26]26
  Так американцы называли южновьетнамских повстанцев во время войны во Вьетнаме (по названию букв «Виктор-Чарли» – VC, Вьетконг).


[Закрыть]по Тропе Хо Ши Мина, как Чарли Виктор в отеле «Оскар», Чарли-Отель-Индия-Майк-Ноябрь-Лима-Танго-Ромео… [27]27
  Аудиокоды английского алфавита, используемые армией США.


[Закрыть]

Еще одна петля – откуда все это взялось? Вьетнам? Беккер встряхнулся. Жуки ждали, сомкнув ряды.

Лечение. Он подошел к столику с лекарствами, нашел полдюжины таблеток. И все. Он проглотил сначала одну, потом другую. Потом третью.

Он взял телефонную трубку, но после короткой борьбы положил на место. Нет, отсюда он не должен звонить поставщику. Полицейские ставят жучки в телефоны дилеров, жучки… Он посмотрел на свое предплечье, на липкую кровь…

Беккер заставил себя успокоиться. Помылся. Оделся. Перевязал рану на предплечье. Порез? Как он…

Он потерял мысль и стал смотреть на себя в зеркало, готовясь выйти на улицу. Там ему нужно будет постоянно оглядываться через плечо. Нужда вызовет к жизни другого человека. С измененным голосом. С иными манерами. Закончив одеваться, он вышел из дома и направился к перекрестку, где висел телефон-автомат.

– Да? – ответил женский голос.

– Будьте добры доктора Веста.

Уайтчерч взял трубку через секунду.

– Боже мой, нам нужно срочно поговорить. Прямо сейчас. Здесь были полицейские, они ищут вашего приятеля – того, кому вы продаете это медицинское оборудование.

– Что?

– Парня, которому вы его продаете, – настойчиво повторил дилер. – Он безумный убийца, Беккер. Боже мой, здесь было полно копов!

– Полицейские из Нью-Йорка?

– Да, баба и еще злобный тип из Миннеаполиса.

– Они прослушивают вашу линию?

– Это не мой телефон. Не беспокойтесь. Вам нужно думать о том парне, который покупает эту дрянь…

– С ним я разберусь, – взвизгнул Беккер, и в горле у него защипало. – Мне нужен товар.

– Боже мой…

– Много товара.

– Сколько?

– А сколько у вас есть?

– Но вы ведь не связаны с Беккером? – спросил дилер после короткого молчания.

– Беккер тут ни при чем. Я продаю оборудование старшекласснику со Стейтен-Айленда. Он использует его в своем научном проекте.

Тут Уайтчерч вспомнил: школьный учитель…

Уайтчерч решил устроить себе отпуск в Майами, значит, ему не помешают лишние деньги.

– Я могу достать двести штук «спида», тридцать «ангелов» и десять «снежка», если вы готовы все это взять.

– Годится.

– Через двадцать минут?

– Нет. Мне нужно еще доехать. – Пусть Уайтчерч думает, что он живет на Стейтен-Айленде. – Через пару часов.

– Через два часа? Хорошо. Значит, встречаемся в девять на обычном месте.

Беккер оставил «фольксваген» на Первой авеню, на многоэтажной парковке для служащих, которой горожане могли пользоваться с шести вечера до полуночи. Он кивнул охраннику в будке и заехал на самый верхний этаж. Он и прежде следил за Уайтчерчем. Беккер считал, что следует соблюдать осторожность: многие продавцы наркотиков сдавали друзей и клиентов полиции. Он многому научился в тюрьме, это другая сторона жизни.

Дилер настаивал, чтобы его клиент приходил вовремя.

«Товар будет у меня в руках всего минуту, пока я нахожусь на улице. Так безопаснее».

Обычно Уайтчерч выходил из Беллвью и шел по тротуару в сторону автобусной остановки, когда появлялся Беккер. Однажды Беккер приехал слишком рано и наблюдал за Уайтчерчем с парковки. Дилер вышел из больницы и направился к остановке, подождал две или три минуты, а потом вернулся обратно через ту же дверь. Беккер позвонил, извинился и договорился встретиться через несколько минут.

Он спустился на первый этаж, миновал будку и оказался возле узкого переулка, ведущего к приемному покою. Стемнело, зажглись уличные фонари. Беккер оказался здесь раньше, чем следовало, и ему пришлось замедлить шаг. Вокруг были люди. Плохо. Он свернул в переулок и двинулся в сторону той двери, из которой обычно выходил дилер. Подергал за ручку. Закрыто. Посмотрел на часы. Еще две минуты. Сейчас Уайтчерч появится, осталось совсем немного…

Еще в машине Беккер принял «ангела» из неприкосновенного запаса. Сильная штука; она высвобождала его могущество…

«Дерринджер» зажат в руке.

Дверь распахнулась, Уайтчерч вышел на тротуар и вздрогнул от неожиданности, увидев своего клиента.

– Что…

– Нам нужно поговорить, – прошептал Беккер. – Возникли кое-какие осложнения…

Он заглянул мимо Уайтчерча в пустой коридор больницы, выложенный кафелем.

– Давайте войдем на несколько минут внутрь. Нужно кое-что вам рассказать.

Дилер кивнул, повернулся и повел Беккера за собой.

– Наличные принесли?

– Да. – Беккер протянул конверт с деньгами, и Уайтчерч взял его. – А товар у вас с собой?

– Все в порядке.

Как только за ними закрылась металлическая дверь, Уайтчерч повернулся к Беккеру. Лампы дневного света в коридоре были не слишком сильными, но этого хватило.

Держа в руке пластиковый пакет, дилер сделал полшага к Беккеру и прошептал:

– Так вы…

Он остановился, прикусил язык и отшатнулся.

– Убийца-психопат, – с улыбкой произнес Беккер. – В точности как в сериале «У меня есть секрет». Помнишь? Там играл Гарри Мур, если я не ошибаюсь.

Уайтчерч начал озираться, пытаясь найти путь к спасению, и невольно отступил на шаг, собираясь бежать, потом оглянулся через плечо и сказал:

– Послушайте…

– Нет.

Беккер прицелился в широкую спину дилера.

– Не надо! – закричал Уайтчерч.

Беккер выстрелил ему между лопаток. Грохот был оглушительным, дилера отбросило вперед, он попытался ухватиться за гладкие кафельные стены, но его развернуло, и он оказался лицом к убийце. Теперь их разделяло два фута. Беккер вновь поднял пистолет.

– Не надо…

Он спустил курок, и пуля попала Уайтчерчу в лоб. Быстро засунув пистолет в карман, Беккер вытащил скальпель, наклонился и вырезал глаза мертвеца. Хорошо.

Где-то в коридоре хлопнула дверь.

– Эй! – послышался крик.

Беккер огляделся – никого. Он схватил пластиковый пакет с таблетками, постоял немного, вспомнил о деньгах и увидел конверт, торчащий из-под трупа Уайтчерча. Услышал, как хлопнула дверь где-то дальше по коридору, и схватил конверт. Бумага порвалась, но Беккеру удалось забрать большую часть банкнот, лишь одна или две остались под телом.

– Эй…

Беккер оглянулся на ходу, до двери оставалось всего несколько шагов, но в коридоре все еще никого не было, лишь звучало эхо голоса.

Убийца выскочил наружу, взял себя в руки и торопливо зашагал по переулку, стараясь не бежать. Вскоре он свернул на улицу, ведущую к парковке. Он вошел и сразу начал подниматься по лестнице, услышал шаги сзади и обернулся на ходу.

За ним спешила молодая женщина. Беккер остановился на ступеньке, и она его догнала.

– Подождите… – Она слегка запыхалась. – Мне не хочется входить туда в одиночку. Если там кто-то есть… Ну, вы знаете.

– Конечно.

Незнакомка боялась, что на нее нападут. На парковку вел только один открытый вход, но любой мог перелезть через низкое ограждение. Судя по граффити на бетонных стенах, некоторые так и поступали.

– Господи, что за паршивый день, – сказала женщина. – Ненавижу работать, когда такая хорошая погода. А в офисе я вижу только мониторы компьютеров.

Беккер снова кивнул – он не доверял своему голосу. Если бы у него было время, он мог бы ее забрать. Молодая и, похоже, неглупая, она подходила просто идеально. Прекрасный объект. Возможно, она поймет, какой замечательный шанс ей представился.

«Я могу взять ее, – подумал он. – Прямо сейчас. Ударить по голове…»

Он сжал руку в кулак за спиной у женщины и подумал: «Или пистолет. Я могу им воспользоваться».

В кармане Беккер ощущал тяжесть «дерринджера». Патронов не осталось, но угроза…

Но если он причинит ей какой-то вред, ударит, будет вынужден вступить в борьбу, она перестанет быть идеальным образцом и его результаты станут сомнительными. За ним следят люди, которые его ненавидят и пойдут на все, чтобы подвергнуть насмешкам его выводы. Он отстал на шаг. Его сердце стучало, как барабан.

– До встречи, – сказала женщина, когда до машины Беккера оставалось подняться еще на один уровень. Она выглянула наружу, задержавшись на площадке лестницы. – Здесь никого нет… я чувствую себя немного глупо.

Он может, но… нужно подождать. Никакой импровизации. «Не забывай о том, как все получилось в прошлый раз… Спокойно, спокойно, их очень много».

Беккер помахал рукой и решил рискнуть.

– До свидания, – осторожно сказал он.

Он должен заполучить одну из них. Должен. До тех пор, пока женщина не села в машину и не захлопнула дверцу, он не понимал, как сильно ему этого хочется.

Беккер съехал с пандуса и оказался на улице. В переулке, где находился вход в приемный покой, возник какой-то шум, но Беккер не стал останавливаться, чтобы посмотреть, в чем дело, и направился прямо к себе в квартиру. Ему ужасно хотелось добраться до содержимого своей сумки: электрошокера, анестезирующего препарата и маски.

Он схватил электрошокер, проверил уровень заряда. Все в порядке. Затем просмотрел содержимое мешка, который забрал у Уайтчерча. «Только попробовать». Он раскусил одного «ангела» зубами, рассчитывая взять только половинку. «Нет, этого мало». Он проглотил всю таблетку, дожидаясь, когда придет сила.

Беккер плыл и думал: «Инфракрасный. Ультрафиолетовый. Прорыв».

Он знал, куда идти…

Возле бара Беккер увидел, как из задней двери, пошатываясь, выходит женщина, опирается о кирпичную стену и прикуривает сигарету от старомодной зажигалки «Зиппо». Мужчин вокруг немного, зато полно женщин, которые приходят и уходят. Многие из них одиноки. Легкие цели.

Женщина вышла на улицу и остановилась возле стены. Она была одета в джинсы с широким кожаным поясом и футболку без рукавов. У нее были короткие черные волосы и золотые колечки сережек в ушах.

Беккер обошел свой «фольксваген» так, словно не имел к нему ни малейшего отношения и приблизился к незнакомке. Он старался двигаться медленно, чтобы от него не исходило агрессии. Электрошокер в одной руке, флакон с анестезирующей жидкостью под мышкой, другая рука сжимает маску.

– Потрясающий вечер, – сказал он.

Женщина улыбнулась.

– А ты отлично выглядишь.

Беккер улыбнулся в ответ и встал перед бампером «фольксвагена».

«Заходи в пряничный домик, малышка…»