Текст книги "Охота на наследницу (ЛП)"
Автор книги: Джоанна Шуп
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)
Глава 10
За теннисным кортом простиралась ровная лужайка, которая в лучах послеполуденного солнца выглядела ярко-зелёной. С трёх сторон поляну окаймляли тщательно подстриженные кусты самшита. Воротца и колышки были расставлены привычной восьмёркой, а рядом стояли молотки и мячи.
В шатре, расположенном в стороне от корта, Харрисон в одиночестве ожидал, пока соберутся гости, чтобы сыграть в крокет. Он мечтал оказаться где-нибудь в другом месте. Харрисон покинул беседку всего несколько минут назад, просидев там ещё долго после того, как Мэдди поспешно ушла и скрылась в шато.
Пикник не задался.
Новость о помолвке выбила его из колеи. При виде кольца Харрисон лишился рассудка. Учитывая внезапный приезд Локвуда и прочее, он должен был это предвидеть, но, заметив вычурное кольцо на пальце Мэдди, Харрисон почувствовал, что внутри него будто щёлкнул переключатель. Паника и отчаянье усилились стократно.
Поэтому, недолго думая, он признался в своей ревности, чтобы посмотреть на реакцию Мэдди. Результат оказался неоднозначным: она выбежала из беседки, сверкая пятками. Однако её последний комментарий вселил в него надежду.
"Я боюсь не тебя, Харрисон. А себя".
То есть она понимала, что чувства между ними совсем не дружеские, а куда более глубокие. В отличие от Мэдди у него-то было несколько лет, чтобы с ними свыкнуться. Что она собиралась с ними делать? Он не позволит ей игнорировать себя или притвориться, что в беседке ничего не произошло.
"Ты выбрал самое неподходящее время".
Он не мог согласиться. Ведь теперь, когда она обручилась, нельзя терять ни минуты. Харрисон должен настоять на своём, попытаться убедить Мэдди, иначе потеряет её навсегда. Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы позволить ей уйти, а не погнаться за ней и продолжить разговор.
Но таким способом убедить её не получится. Мэдди была склонна к упрямству и отказывалась видеть логику. Как в тот раз, когда она отказалась заплывать туда, где не чувствовала под ногами дно, потому что боялась хищных рыб. В конце концов, Харрисон постепенно уверил Мэдди, что это безопасно.
Её нужно мягко подталкивать к решению, без резких движений. Если Харрисон не будет действовать поступательно и методично, то отпугнёт её. Пусть ожидание и превратится в настоящую пытку.
Что, если она действительно выйдет замуж за Локвуда?
От такой возможности у него стыла кровь в жилах.
А пока Харрисон должен верить, что сможет убедить её в обратном. Отдать Мэдди другому мужчине просто немыслимо.
Внезапно Харрисон заметил Кита, который с довольным видом неторопливо пересёк лужайку.
– Прекрасный день для игры в крокет.
Неужели из-под воротничка Кита выглядывает засос?
– Ты определённо в хорошем настроении. Где ты был?
– Совершал дружеский визит. – Характер этого визита был очевиден, учитывая самодовольную ухмылку на губах Кита. – Как прошёл твой пикник с мисс Делафилд?
– Она так и не появилась. В отличие от Мэдди.
– И как всё прошло? – спросил Кит.
– Пока не уверен. Локвуд сделал ей предложение.
– Чёрт.
– Именно.
– Что будешь делать?
– Собираюсь их разлучить, естественно. Но ещё не придумал как.
На лужайке начали собираться дамы и их компаньонки, помешав Киту ответить. Последним появился герцог Локвуд под руку с матерью Мэдди.
Самой Мэдди с ними не было.
Всё внутри него оборвалось. Чёрт возьми. Разве она не планировала к ним присоединиться?
– Добрый день, джентльмены, – поприветствовала их миссис Вебстер. – Приятно видеть, что вам обоим не терпится сыграть в крокет.
Едва ли. Но увильнуть теперь не получится. Гости рассредоточились по шатру, Локвуд проводил миссис Вебстер к Харрисону и Киту.
– Мэдди не придёт? – спросил в лоб Харрисон.
– Она плохо себя чувствует, – ответила её мать, – я предложила ей отдохнуть. Вместо неё вызвался помочь его светлость.
Локвуд бросил на Харрисона вызывающий взгляд.
– Люблю крокет. Мне показалось, что это отличный способ провести день.
Харрисон его проигнорировал.
– Какие условия?
– Мэдди сказала, что вы должны играть в командах по двое. – Миссис Вебстер махнула рукой, как будто детали не имели значения. – Вы с герцогом сами разберётесь, – с этими словами она исчезла в шатре.
– Приступим к выбору партнёров? – спросил Локвуд.
– Я воздержусь. На сегодня с меня хватит упражнений, – сказал Кит, прежде чем уйти.
Харрисон и герцог определились с двумя командами по три человека в каждой. Им предстояло сыграть два раунда в крокет, меняя партнёров, чтобы в итоге очередь дошла до всех дам.
Дамы вытянули палочки, Локвуд оказался в команде с Мартой Торн, наследницей старинного нью-йоркского рода, и Эмили Миллс, дочерью чикагского промышленника. Харрисону же достались Анжелика Дент, родственница президента Гранта, и Нелли Янг. Прежде чем выбрать молотки, они должны были решить, какая команда сыграет первой.
– Первым начинает тот, кто выше по рагну? – Скучный тон Локвуда не обманул Харрисона. Герцог явно считал, что таким образом, он получит тактическое преимущество.
Харрисон не возражал. Лучше он будет играть после Локвуда, чем оглядываться на его результат на протяжении всей игры.
– Конечно.
Игроки вышли на лужайку. С молотком под мышкой Локвуд выглядел, как воплощение аристократизма. Он наклонился к Харрисону.
– Должен предупредить, старина. В крокет я играю чуть более уверенно, чем в теннис.
Значит, вот какой у Локвуда план. Отомстить за утренний матч. Харрисон приподнял бровь.
– Тогда я с нетерпением жду возможности сыграть против вас. Старина.
Выражение лица Локвуда посуровело, губы плотно сжались.
– Она не пришла, вам не на кого производить впечатление. Интересно, вы так же будете стараться. – Не дожидаясь ответа, он направился к старту.
Харрисон стиснул зубы и медленно последовал за ним. Он сгорал от желания отбить Мэдди у этого высокомерного ублюдка, невзирая на скандал.
Марта из команды Локвуда била первой. Она явно не увлекалась крокетом, её удары были резкими и неуклюжими, и мяч вылетел с траектории. Анжелика из команды Харрисона сыграла лучше. За ними последовали две другие дамы. Локвуд и Харрисон вышли на поле последними.
Мяч Локвуда легко прошёл сквозь первые и вторые воротца, затем герцог двинулся к следующим. Харрисон не проявлял интереса к воротцам. Однако был заинтересован в том, чтобы мяч Локвуда как можно дальше улетел за пределы поля.
Когда, наконец, настала очередь Харрисона, он легко догнал мяч Локвуда, намеренно немного отставая.
Начался следующий раунд, девушки старались, как можно быстрее пройти воротца. Эмили из команды Локвуда была достойным игроком, а вот Анжелика и Нелли вели себя довольно агрессивно. В третьем раунде Нелли ударила мячом по мячу Марты, когда они поравнялись, она поставила ногу на свой и, сделав удар, откатила мяч Марты на несколько футов в сторону.
Локвуд поймал взгляд Харрисона.
– Я полагаю, мы уважаем границы. Игра для джентльменов не предполагает выход за рамки.
Поставив молоток на землю, Харрисон опёрся на рукоятку одной рукой и скрестил ноги в лодыжках.
– Я не боюсь побегать за мячом. А вы?
Локвуд ничего не ответил, но когда подошла его очередь, он отомстил Анжелике, отправив её мяч в дальний конец поля. К Харрисону приблизилась Нелли и прошептала:
– Очень не по-спортивному с его стороны.
– Не переживайте. Он своё получит.
Нелли усмехнулась.
– Тогда я постараюсь не попадаться на пути.
Харрисон забил мяч в пятые воротца, но после не стал целится в следующие, а ударил своим мячом по зелёному мячу герцога. Когда они поравнялись, Харрисон, едва сдерживая улыбку, поставил ногу на свой оранжевый и нанёс сокрушительный удар. Оранжевый мяч не сдвинулся с места, но зелёный, пролетев сквозь кусты, упал в заросли внизу.
На скулах Локвуда играли желваки, пока герцог молча следил за полётом мяча. Расправив плечи, он зашагал прочь, в зелень.
Нелли даже не потрудилась скрыть смех.
– Отличный удар, мистер Арчер.
Дальше настала очередь дам, их настроение определённо улучшилось. Проникшись духом игры, они наносили удары по мячам противника, смеялись и поддразнивали друг друга. Наконец, Локвуд вернулся с зелёным мячом в руке. На его безукоризненно белых брюках красовалось пятно от травы, что безмерно позабавило Харрисона.
Вскоре Локвуд взял реванш, точно попав по мячу Харрисона. Ловким ударом, он сумел задеть оранжевый мяч в труднодоступном месте на поле. Харрисон ожидал, что его мяч улетит в Атлантику, но герцог проявил удивительную выдержку. Локвуд отправил оранжевый мяч в самый дальний угол лужайки, где тот остановился прямо у границы поля.
Суть была очевидна: Локвуд оказался джентльменом, а Харрисон – нет.
Вот только Харрисон никогда не стремился стать джентльменом. Он не нуждался ни в одобрении, ни в благословении общества. Сейчас у него были только две цели: лишить свою семью состояния и жениться на Мэдди.
Когда, наконец, настала очередь Харрисона, он прошёл мимо Локвуда к своему мячу.
– Вы зря тратите время, – тихо проговорил Локвуд. – Она никогда не обратит на вас внимание, пока у неё есть я.
Харрисон проглотил едкий ответ, который вертелся у него на языке. Хотя в данный момент на пальце Мэдди красовалось кольцо Локвуда, Харрисон не собирался сдаваться без борьбы.
И, в отличие от герцога, он не станет играть по правилам.
*
Остаток дня Мэдди изо всех сил старалась не пересекаться с Харрисоном. Она осталась в своей комнате и пропустила дневные развлечения, вновь проигрывая в голове встречу в беседке.
"Между нами что-то есть, даже если ты не хочешь этого признавать".
Её действительно к нему тянуло. Однако их связь выходила за рамки простого влечения. Она не только восхищалась его внешностью, но испытывала к Харрисону нежные чувства, желала никогда с ним не расставаться. Хотела рассказать ему обо всём на свете и разделить грядущее будущее. Мэдди с облегчением признала правду, даже если ничего не могла с ней поделать. Она приняла предложение Локвуда, и обратной дороги не было.
Несомненно, это пройдёт. Увлечение старым другом всего лишь небольшое отступление от основного плана. Как только Харрисон объявит о своей собственной помолвке, Мэдди сможет сосредоточиться на Локвуде.
Вот именно. Она должна бросить все силы на то, чтобы свести Харрисона с одной из своих подруг. Ни о чём другом не могло быть и речи, поскольку о помолвке стало широко известно.
Перед ужином Мэдди окружили подруги, восхищаясь обручальным кольцом и рассыпаясь в поздравлениях. Локвуд с обожанием улыбался с другого конца комнаты, а мать Мэдди сияла так, словно только что познакомилась с королевой Англии. За всё это время Мэдди не позволила себе ни разу взглянуть на Харрисона, боясь, что может увидеть в его глазах.
Все пути отхода отрезаны. Мэдди не могла разорвать помолвку, не вызвав страшного скандала, и не могла идти на поводу у своих желаний, обращённых к другу детства. Её будущее было предрешено.
И если в данный момент радость казалась напускной, что ж... это не надолго. Когда Мэдди начнёт строить планы относительно свадьбы и новой жизни в Англии, энтузиазм мгновенно проснётся.
После, казалось, нескончаемого ужина, дамы, наконец, перешли из столовой в гостиную. Нелли схватила Мэдди за руку и потащила в дальний конец пустой комнаты.
– Ты пропустила невероятное зрелище сегодня днём, – тихо сообщила ей подруга с искрящимися весельем глазами.
Мэдди мгновенно забеспокоилась.
– Что ты имеешь в виду?
– Тебе никто не рассказал? – Когда Мэдди покачала головой, Нелли продолжила. – Твои мужчины всю игру в крокет были готовы вцепиться друг другу в глотку.
У Мэдди отвисла челюсть, она тут же начала возражать.
– Они не мои мужчины. – Нелли скептически на неё посмотрела, поэтому Мэдди продолжила. – Что случилось?
– Харрисон жаждал крови. Он отправил мяч герцога прямиком в Коннектикут. Дважды.
Это её не удивило. Харрисон играл агрессивно, как и она сама. Они оба были непобедимы в крокете.
– А что Локвуд?
– Герцог всё время подначивал Харрисона, что-то бормотал вполголоса, но Харрисон никак не реагировал. Локвуд несколько раз выбивал мяч Харрисона, и в итоге выиграл обе игры.
Харрисон ненавидел проигрывать, так же, как и Мэдди. Наверняка он расстроился.
– Жаль, меня там не было.
– Это и к лучшему. Тебе бы не понравилось их поведение.
Послышался шорох юбок, к ним подошла Кэтрин.
– Обсуждаете матч по крокету? – оживлённо спросила она.
Мэдди прищурилась.
– Что с тобой случилось? Ты так и не вернулась на пикник.
Кэтрин и Нелли обменялись понимающими взглядами. Мэдди стиснула зубы.
– Прости меня, – сказала Кэтрин, но в её голосе не было ни капли раскаяния. – Мистер Арчер разозлился?
"Меня снедает ревность".
Мэдди сглотнула.
– Нет.
– В беседке что-то произошло? – спросила Нелли. – Ты поэтому пропустила крокет?
Разглядывая занавески, Мэдди задумалась, как ответить на вопрос. В беседке, по сути, ничего не произошло, но те несколько минут перевернули её жизнь с ног на голову.
– О, боже! – тихо воскликнула Нелли, широко распахнув глаза и схватив Мэдди за предплечье. – Что-то точно произошло?
– Конечно, нет. Не говори глупости. Я помолвлена. – Она подняла руку, на пальце которой под перчаткой было надето обручальное кольцо герцога.
– Я уверена, что-то случилось. Пожалуйста, расскажи мне. Вы целовались или обжимались? Трогали друг друга в интересных местечках? – Нелли сложила ладони в умоляющем жесте. – Я должна знать. Ну, пожалуйста!
– Прекрати. – Мэдди огляделась по сторонам. – Я помолвлена, этот разговор неуместен. Кто-нибудь может подслушать.
Кэтрин и Нелли обменялись улыбками. Мэдди раздражённо фыркнула и отошла от них. Пусть строят догадки в одиночестве.
Дверь в столовую открылась, первым появился Харрисон. Его взгляд остановился на Мэдди, она замерла, словно её застигли врасплох, каждая клеточка в теле будто вспыхнула огнём. По коже побежали мурашки, грудь набухла, а голова закружилась, будто Мэдди провела восемь часов под палящим августовским солнцем, играя в теннис.
В мгновение ока всё прекратилось. Кто-то сзади поторопил Харрисона, и он, опустив голову, вошёл в комнату. Мэдди поспешила к буфету и налила себе бокал хереса, не заботясь о том, что, кроме неё, никто из дам не притронулся к алкоголю.
– Моя дорогая, – улыбнулся ей отец. – Найдётся у тебя свободная минутка для твоего старого папы? Мы с твоим женихом хотели бы с тобой поговорить.
В памяти Мэдди всё ещё был свеж разговор с Нелли, на секунду сердце сжалось. Неужели кто-то проговорился герцогу о ней и Харрисоне?
– О чём?
– Пойдём, не хочу испортить сюрприз.
Выходя из гостинной, Мэдди почувствовала на себе пристальный взгляд Харрисона, и по её спине побежали мурашки. Проследовав за отцом в кабинет, она увидела там Локвуда. Его губы изогнулись в приветственной улыбке.
Мэдди посмотрела на жениха и отца.
– Плохие новости? – Чтобы скрыть дрожь в руках, она спрятала их в складках юбки.
– Вовсе нет, – ответил Локвуд. – У меня для тебя сюрприз, я не хотел ждать ни минуты.
Папа сел за свой стол и молча откинулся на спинку стула, видимо, не желая делать намёки. По крайней мере, он не выглядел сердитым.
– Да?
Герцог сложил руки за спиной, благодаря чему белый вечерний жилет эффектно подчеркнул его подтянутое тело.
– Я связался с мистером Чарльзом Робом из Всеанглийского клуба крокета и тенниса в Уимблдоне. Он тренер...
– Миссис Гильярд. – Мэдди сложила руки под подбородком, её сердце бешено заколотилось от волнения. Бланш Бингли Гильярд была одной из выдающихся теннисисток в мире. За последние годы она выиграла несколько чемпионатов, Мэдди следила за её карьерой.
Лицо Локвуда смягчилось, как будто он почувствовал облегчение.
– Да, миссис Гильярд. Мистер Роб согласился приехать сюда, в Ньюпорт, чтобы потренировать тебя летом.
Мэдди тихо ахнула, колени чуть не подогнулись от восторга. Мистер Роб будет её тренировать? Просто невероятно!
– Вижу, ей понравилось, Локвуд, – усмехнулся отец.
Она удивлённо посмотрела на герцога.
– Как..?
– Считай это подарком на помолвку.
– Я потрясена. Спасибо, Локвуд.
– Я решил, что тебе должно понравится. – Локвуд взял её за руку и поцеловал костяшки пальцев. – Он приедет сюда, как только закончится турнир в середине июля.
Мэдди чуть ли не трясло от волнения. Она сможет тренироваться с мистером Робом в течение всего августа. Правда, впереди её ждала подготовка к свадьбе. Но, возможно, мама возьмёт на себя большую часть дел.
– У меня ещё один сюрприз, – сказал герцог. – Я распорядился построить теннисный корт в моём загородном поместье.
Боже мой, Локвуд не терял времени.
– Какая потрясающая новость. Ещё раз спасибо. Я скажу маме, чтобы она не рассчитывала на меня в августе.
– Не нужно держать это в секрете, – сказал герцог. – Прошу, расскажи всем.
Ей послышалось, или он сделал ударение на слове "всем"? Было ли это связано с Харрисоном и сегодняшней игрой в крокет?
"Герцог всё время подначивал Харрисона..."
Неужели Локвуд распознал взаимное влечение между Мэдди и Харрисоном? Быть не может, ведь компрометирующие моменты случались только, когда они оставались наедине. И всё же Кэтрин и Нелли догадались. Вдруг Локвуд тоже что-то заподозрил.
Шею начало покалывать, краска смущения залила лицо. Возможно, сама того не желая, она бросала на Харрисона кокетливые взгляды в присутствии остальных? Неужели все чувства были написаны у неё на лице? Как унизительно.
Ей следует получше скрывать свои эмоции. Никто не должен узнать о её неподобающих мыслях. И само собой разумеется, им с Харрисоном больше нельзя оставаться наедине.
Глава 11
– Все готовы? – Мэдди стояла у входа в шатёр. На её губах блуждала лёгкая улыбка, а ветер играл с каштановыми прядями волос.
Харрисон исподтишка восхищался её тонкими чертами лица и загорелой от прогулок на свежем воздухе кожей. В Мэдди удачным образом сочеталось две противоположные натуры: настоящей леди и непокорной выскочки. Этакая светская красавица со склонностью к озорству.
Именно бунтарские черты её характера привлекли его много лет назад, как мотылька, летящего на свет. Влечение усиливалось до тех пор, пока не превратилось в настоящую пугающую жажду. Он всегда считал, что в конечном итоге они останутся вместе, ведь они идеально друг другу подходят. И по мере того, как Харрисон становился старше, его тянуло к ней всё сильнее, пока она не разбила ему сердце, и он понял, что его чувства безответны.
Но всё изменилось.
Он раздражённо забарабанил пальцами по столу. Мэдди избегала его с тех пор, как они расстались в беседке. Такая реакция означала, что он смог взволновать Мэдди, успокаивал себя Харрисон, но ему было тяжело видеть, как она улыбается кому угодно, но только не ему. Нелегко слышать её смех. Он ревниво жаждал её внимания, а она его обделяла, и это разрывало его изнутри.
Его взгляд переместился на Локвуда, который разговаривал с Китом в углу шатра. Харрисон считал герцога порядочным человеком, и если бы сам не был влюблён в Мэдди, то благословил бы их брак от всего сердца. Но своё сердце он отдал Мэдди много лет назад, когда они играли в волнах прибоя и бродили по угодьям шато. Любовались фейерверками и гонялись за бабочками, собирали моллюсков и лазали по деревьям.
Но чего хотела сама Мэдди, вот вопрос.
Помолвку нелегко расторгнуть, особенно такую громкую, её расторжение может вызвать настоящий скандал.
Однако такая возможность его не пугала. Ему даже нравились скандалы. Он постоянно попадал в них то в Нью-Йорке, то в Париже. Обществу давным-давно наскучило обсуждать Харрисона. Он усвоил одну вещь: деньги решают любые проблемы, особенно в Америке. Богатство имело значение даже тогда, когда приличия не имели, а богаче Вебстеров были разве что Джей Пи Морган и Вандербильт. Семья Мэдди могла пережить любые невзгоды... даже расторжение помолвки с герцогом.
– Готовы? – повторила Мэдди, привлекая его внимание. Все дамы одновременно встали.
Чёрт. Что происходит?
– Ты что, прослушал? – Кит уселся на свободный стул рядом с Харрисоном.
– Да. Что мы должны делать?
– Не мы, – усмехнулся Кит. – Ты.
– Вперёд! – сказала Мэдди, и все взгляды устремились на Харрисона.
Он подавил в себе прежнее желание поёрзать на месте.
– Что я должен делать? – тихо спросил Харрисон у Кита.
– Играем в "сардины". Прячься, а дамы будут тебя искать.
Харрисон помнил эту игру с детства. Первый и последующие игроки, которые находят «сардину», остаются прятаться в том же месте, дожидаясь, пока их не отыщет последний. У него возникла идея.
– Думаю, мисс Вебстер тоже должна играть, – предложил он.
Все присутствующие в шатре замерли, глядя на Мэдди. Она наморщила лоб.
– Зачем?
– Ты знаешь все укромные местечки на территории шато. Лучше ты прячься, а я буду искать вместе с гостями.
Она бросила взгляд на герцога, а затем снова посмотрела на Харрисона.
– Ты тоже знаешь все эти местечки.
– Ничего подобного. – Он махнул рукой. – Прошли годы с тех пор, как я в последний раз играл здесь в прятки. Я уже все их позабыл. – Кит прикрыл рот рукой, будто едва сдерживая смех, но Харрисон его проигнорировал.
– Согласна, – поддержала предложение миссис Вебстер. – Тебе всегда нравилась эта игра, Мэдди. Повеселись со всеми.
Локвуд задумчиво погладил подбородок, поджав губы, словно пытаясь раскусить замысел Харрисона. Но возражать не стал, вероятно, полагая, что Харрисон всё равно будет занят дамами.
Справедливое предположение... но неверное.
– Так и быть. – Она упёрла руки в бока, всё ещё колеблясь. – Я сыграю, но почему прятаться должна я? Это разрушит весь замысел.
Харрисон попытался скрыть отчаяние, напустив на себя скучающий вид.
– Если прятаться буду я, игра закончится через две минуты. Меня найдут вон за тем кустом. Ты единственная, кто может привнести в игру спортивный дух.
Харрисон знал, что Мэдди любила соревноваться. Именно поэтому она была такой страстной теннисисткой. Конечно, она могла отказаться от участия, но что-то подсказывало ему, что Мэдди этого не сделает.
– Полагаю, в этом есть смысл, – сказала она.
– Кроме того, компаньонкам вряд ли понравится, что я останусь наедине с кем-то из девушек, – продолжал гнуть свою линию Харрисон.
Мэдди бросила нервный взгляд в сторону компаньонок, которые сидели за одним столом.
– Действительно. Хорошее замечание, – она кивнула. – Значит, прятаться буду я. Согласно правилам я могу спрятаться либо в доме, либо где-нибудь на территории поместья. Тот, кто найдёт убежище последним, будет считаться проигравшим и пропустит завтрашнее плавание на яхте.
Игра была не командной, поэтому дамы стояли молча, скорее всего разрабатывая свою стратегию. Риск не попасть на борт яхты Вебстеров подстегнул бы любого на победу.
Любого, но не Харрисона. Он отыщет Мэдди первым совершенно по другой причине.
Указав на собравшихся в шатре, он сказал:
– Давайте отвернёмся, пока мисс Вебстер не спрячется.
– Ты определённо относишься к игре серьёзно. – Мэдди внимательно посмотрела на Харрисона, между её бровями залегла глубокая морщинка. – Отлично. Присядьте и закройте глаза. Мама, когда пройдёт некоторое время после моего ухода, подай участникам сигнал приступать к поискам.
Харрисон чуть ли не потирал руки от предвкушения. Он прекрасно помнил все закоулки шато и их совместные игры с Мэдди. Он точно знал, куда она пойдёт. Харрисон закрыл глаза.
– Куда ещё очевидней, друг мой. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тихо проговорил Кит.
– Конечно, знаю.
– С чего ты взял, что найдёшь её первым?
– Потому что знаю, где она собирается спрятаться.
– И где же?
– В помещении для переодевания у бассейна в доме.
Кит преувеличенно тяжело вздохнул.
– Полагаю, мне придётся развлекать её жениха, пока ты будешь соблазнять Мэдди в потёмках.
– Было бы очень мило с твоей стороны.
– Только не говори, что я не пытался предупредить тебя, когда всё пойдёт наперекосяк.
Мэдди поспешила спрятаться. Харрисону зачем-то понадобилось её участие в игре, хотя, если подумать, его доводы имели смысл. Останься он наедине с молодой леди, то свадьба, считай, уже не за горами.
Почему эта мысль её так заботила?
"Ты же помолвлена".
Лучше всего, если Харрисон женится на одной из её подруг и вернётся в Париж. Тогда они оба смогут наладить свои жизни и забыть об этом минутном помешательстве. Несомненно, шум моря и солёный воздух напомнили им о прошлом и их накрыл прилив ностальгии.
"Это не просто ностальгия. Он тебе нравится".
Мэдди уже начинала ненавидеть свой внутренний голос.
Как же так случилось, что их отношения кардинально изменились? До того, как Харрисон уехал в Париж, он был её близким другом и товарищем по играм, но не более того. Теперь же вместо тенниса Мэдди стала одержима им. Никогда ещё её так не привлекал мужчина. Стоило Мэдди подумать о Харрисоне, как все её мысли были только о поцелуях и ласках...
Хватит.
Она мысленно себя одёрнула. Так больше не может продолжаться. Ещё немного и Харрисон обзаведётся невестой, а Мэдди сосредоточится на теннисе и герцоге.
Другого выбора не существовало.
В восточной части дома было тихо, Мэдди проскользнула через боковую дверь в утреннюю гостиную. Гигантские вентиляторы медленно вращались над головой, создавая приятный ветерок, который облегчал июньскую полуденную жару. Жаль, что нельзя спрятаться здесь.
Суть игры заключалась в том, чтобы найти небольшое помещение, в которое участники должны будут втиснуться, как сардины в банку. На первых двух этажах шато располагались большие просторные комнаты, которые не подходили для этих целей. Гардеробные и уборные были слишком очевидным выбором. На третьем этаже находились помещения для персонала, но Мэдди не осмелилась бы нарушить их уединение, когда по дому и так то и дело сновали гости.
Оставался цокольный этаж, на котором находилось идеальное место для укрытия: небольшая комната для переодевания, притаившаяся рядом с крытым бассейном. В коморке могло поместиться трое или четверо взрослых, но семерым или восьмерым будет тесновато. Мэдди мимоходом показала комнатку друзьям во время экскурсии в первый день приёма. Вспомнит ли кто-нибудь из них об этом, станет ясно позднее.
Если через час её никто не найдёт, она выйдет и спрячется ещё раз.
По пути к лестнице она заскочила в библиотеку и быстро схватила с полки толстую книгу, не потрудившись прочитать название. Некогда медлить. Мэдди поспешила вниз.
На цокольном этаже было влажно, отчасти из-за подземной системы отопления, используемой для подогрева воды. Поверхность бассейна напоминала стекло, нетронутая и абсолютно неподвижная гладь в тишине. Мэдди осторожно, чтобы не поскользнуться на плитке, направилась к комнате для переодевания. Дверь она решила оставить приоткрытой, чтобы внутри не стало слишком жарко, к тому же свет, проникающий из соседнего помещения, понадобится ей для чтения.
Вдоль стен крошечной комнаты стояли низкие деревянные скамьи. Мэдди присела и посмотрела на корешок книги, которую держала в руке. Её постигло разочарование. Качество почвы на Западных равнинах. Это была одна из книг отца, посвящённая исследованиям по расширению сети железных дорог. Она отложила её в сторону. Как бы скучно ни было, подобная тематика не интересовала Мэдди.
Несколько минут спустя её внимание привлекло тихое шарканье ног. Она затаила дыхание и стала ждать, прислушиваясь. Не может быть, чтобы кто-то из гостей её так быстро нашёл.
Звуки приближались. Оставаясь совершенно неподвижной, Мэдди не сводила глаз с полоски света в проёме двери. Секунды шли, и она уже начала задаваться вопросом, не показалось ли ей.
Внезапно большая фигура полностью загородила свет, Мэдди чуть не ахнула.
Харрисон.
Он проскользнул в комнату с довольной ухмылкой на лице.
– Я так и знал.
– Ты солгал, сказав, что забыл все потайные места.
Ничего не ответив, он вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Их обоих окутала тьма. Мэдди ничего не видела, до неё лишь донёсся шорох его одежды, пока он устраивался рядом с ней. Их разделяло буквально несколько дюймов, мускулистое тело Харрисона находилось так близко. Как же это было соблазнительно.
В её груди бешено забилось сердце, по венам словно пробежал электрический разряд.
– Что ты делаешь?
– Сижу.
– Харрисон. – Она постаралась вложить в свой тон изрядную долю неудовольствия. – Нам нельзя оставаться здесь наедине.
– Я проболтался нескольким дамам о том, как ты в детстве пряталась на каретном дворе, ничего не мог с собой поделать.
– Что является ложью. На каретном дворе прятался ты, а я пряталась здесь.
Она не видела его лица, но услышала в голосе улыбку.
– Я знаю. Помнишь, как мы украли торт с приёма в саду у твоей мамы? Мы наелись им тут до отвала.
Мэдди помнила. Она помнила почти все их приключения.
– Надо открыть дверь.
– Зачем?
Харрисон строил из себя дурака, словно не чувствовал, как между ними разгорается пламя.
– Ты прекрасно знаешь зачем.
– Ты снова не доверяешь себе?
Что за человек. Харрисон очевидно вспомнил её слова, сказанные в беседке. Мэдди опустила голову, чувствуя, как стыд сжигает её изнутри.
– Зря я тебе сказала.
– Мне нравится, когда ты честна со мной.
– Жаль, ты не можешь похвастаться тем же.
Мэдди почувствовала, как его палец скользнул по её руке и по очереди погладил костяшки пальцев. По коже побежали мурашки, возбуждение затронуло каждый нерв, она чувствовала одновременно лёгкость и тяжесть во всём теле. Хотя Мэдди и не видела Харрисона, она очень хорошо его ощущала, её окутывал его запах: свежий аромат природы с лёгкой примесью сигарного дыма. Звук его ровного дыхания эхом отдавался в маленьком помещении. К тому времени, как Харрисон добрался до её мизинца, Мэдди практически растеклась лужицей на скамейке.
Он переплёл их пальцы.
– Я расскажу тебе всё, что ты захочешь узнать, – проговорил он шёлковым голосом.
Её интересовал лишь один вопрос.
– Чего ты от меня хочешь?
– Всего.
Его ответ произвёл эффект разорвавшейся бомбы. Ей было нечем парировать. Хуже того, последствий было не избежать.
– Я не могу расторгнуть помолвку.
– Никто от этого ещё не умирал. Ты тоже не умрёшь.
– Это безумие. Ты просишь о невозможном.
Его палец и её мизинец переплелись. Мэдди держалась за эту связь, как за соломинку, не в силах отстраниться.
В комнате становилось душно, Мэдди часто и быстро задышала. Они с Харрисоном провели много времени наедине в детстве, но сейчас всё было по-другому. Даже их предыдущие встречи на террасе и в беседке отличались от этой. Сейчас Харрисон казался ей воздухом и водой, пищей и кровом. Он был ей необходим, словно их связь существовала на каком-то инстинктивном уровне.
– Скажи мне, о чём ты думаешь, – попросил он.
Хотя Харрисон и не видел её в темноте, Мэдди покачала головой. Пока она была не готова поделиться переполнявшими её эмоциями.
