Текст книги "Охота на наследницу (ЛП)"

Автор книги: Джоанна Шуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

 Глава 24

Мэдди только закончила собирать вещи в поездку в Филадельфию, как раздался стук в дверь спальни. Она чувствовала себя как на иголках от нетерпения и предвкушения и поэтому остаток дня планировала провести слоняясь по дому и не думая о теннисе.

Непростая задача, учитывая всю важность турнира, на котором будут присутствовать все лучшие теннисистки.

Сделав глубокий вдох, она крикнула:

– Войдите.

На пороге появился её муж с огромной коробкой в руках.

– Приветствую, жёнушка. Закончила сборы?

– Да. А это что?

– Подарок. Надеюсь, он принесёт тебе удачу. – Харрисон поставил коробку на кровать и поцеловал Мэдди в щёку. – Давай. Открывай.

Слегка улыбаясь, она потянулась за карточкой, прикреплённой к крышке коробки. На лицевой стороне был выгравирован логотип её любимого производителя спортивных товаров. На обороте Харрисон написал пару строк.

"Моя дорогая Мэдди!

Что бы ни случилось, я горжусь тобой.

Увидимся в Филадельфии.

С любовью,

Харрисон".

По телу Мэдди разлилось тепло, на неё нахлынули чувства, которые только Харрисон мог в ней вызвать. Однако до сих пор он не говорил о любви. Неужели он её любит? Последние несколько ночей были настоящим блаженством, и ей так хотелось, чтобы он поехал с ней в Филадельфию сегодня, а не присоединился через несколько дней.

Выйдя из задумчивости, Мэдди потянула за тесёмку на коробке. Внутри оказалась новая ракетка, четыре мяча и пара белых теннисных туфель. Как и её прежние туфли, эти были на плоской резиновой подошве.

– Я не знал, что тебе может понадобиться, поэтому купил всего понемногу, – пояснил муж.

Повернувшись, она обвила руками плечи мужа и прижалась к нему, впитывая его силу духа.

– Спасибо, Харрисон. Это очень мило с твоей стороны.

Он нежно, но решительно поцеловал Мэдди, как будто хотел подбодрить или запечатлеть в её памяти этот поцелуй. Ей нужно было отвлечься, поддаться одурманивающему желанию, которое охватывало Мэдди каждый раз, когда Харрисон заключал её в объятия. Поцелуй оказал расслабляющий эффект, и через несколько минут она уже льнула к Харрисону всем телом.

Когда они отстранились друг от друга, он нежно на неё посмотрел.

– Ну вот. Поцелуй и пробуждение с тобой этим утром помогут продержаться мне несколько дней, пока я снова тебя не увижу.

Она прикусила губу. Сегодня он разбудил Мэдди прикосновением рта к её лону, она дважды испытала оргазм, прежде чем Харрисон, наконец, накрыл её своим телом и вошёл в неё.

– Я всё равно буду по тебе скучать.

– Жаль, что я не могу поехать с тобой из-за дел в компании...

Харрисон был поглощён работой в "Арчер Индастриз" с тех пор, как сменил своего брата на посту президента. И Мэдди понимала его стремление к успеху, возможно, лучше, чем кто-либо. Харрисон хотел доказать всему миру, что он способный человек, а не второй сын-бездельник, коим считала его семья.

– Я знаю. Ты будешь присутствовать на играх, и это самое важное.

– Ни за что их не пропущу, – пообещал он и заправил прядь волос ей за ухо. – Я буду подбадривать тебя с трибуны и безмерно гордиться.

– Я могу и проиграть. Это зависит от распределения игроков и от того, с кем я сыграю в первом раунде.

– Милая, проигрывает тот, кто ничего не делает. Ты проделала огромный путь, что само по себе замечательно. Я знаю, что ты выложишься по полной.

Мэдди с облегчением выдохнула.

– Спасибо. Мне нужно было это услышать.

– Хорошо. – Он поцеловал её в нос и отпустил. – Мне уже пора ехать, пошли телеграмму, когда заселишься в отель.

– Обязательно. – Харрисон уже просил её об этом сегодня. Дважды.

– И не отходи от Валли ни на шаг.

И это она ему тоже уже обещала.

– Не буду. Не нужно так сильно беспокоиться, Харрисон. Такие мероприятия абсолютно безопасны.

На его лице промелькнуло странное выражение.

– Ты – самый важный человек в моей жизни, Мэдлин Джейн Арчер. Не относись легкомысленно к своей безопасности.

– То же самое касается и тебя, Харрисон Арчер. Будь осторожен.

– Буду. – Он улыбнулся. – Я люблю тебя, Мэдс.

Мэдди застыла, словно по мановению волшебной палочки, её разум затуманился, пока она пыталась осмыслить, брошенные им так небрежно слова. Он... её любит. Ведь она только что размышляла о его чувствах. А он выдал признание так, словно говорил слова любви сотни раз. Будто и удивляться нечему.

Будто они ничуть не поразят Мэдди.

Момент затянулся. Мэдди приоткрыла рот, не в силах говорить. Харрисон вгляделся в её лицо, его ярко-голубые глаза погасли, он расправил плечи.

– Счастливого пути, – хрипло пожелал он. Затем, закрыв за собой дверь, Харрисон исчез в коридоре.

Господи. Прижав кулак к груди, Мэдди поняла, что причинила ему боль. Харрисон явно хотел, чтобы она ответила ему взаимностью... А она стояла как дура, разинув рот.

Но он застал её врасплох. Мэдди не ожидала, что Харрисон скажет эти три важных слова мимоходом. Разве не следовало как-то её подготовить или на худой конец предупредить? Чтобы у неё был шанс придумать ответ.

Хотя, что она могла ответить?

Любила ли она его?

Конечно, она постоянно думала о нём, даже играя в теннис. Мэдди постоянно хотелось проводить с ним время, она отчаянно нуждаясь в его улыбках и смехе, не говоря уже о прикосновениях. Безусловно, они ещё притирались друг к другу в браке. За время отсутствия Харрисона Мэдди организовала для себя идеальную жизнь, которую тщательно спланировала. Затем он вернулся и перевернул всё с ног на голову, изменив её приоритеты и будущее.

И всё же Мэдди была счастлива. И по правде говоря, счастлива, как никогда.

Он был идеальным для неё мужчиной, у них был идеальный союз. Они, как икра и шампанское, устрицы и долька лимона или теннисная ракетка и струны гармонично дополняли друг друга.

Но любовь ли это?

Да, судя по всему, любовь.

Мэдди вспомнила выражение боли на его лице, и её охватило сожаление. Харрисон ушёл, предполагая худшее, потому что не услышал от неё признания в ответ. Она бросилась к двери, чтобы сообщить ему о своих чувствах, пока он не уехал.

Мэдди поспешила вниз, подобрав юбки, чтобы не споткнуться. Издалека она услышала, как хлопнула входная дверь, и бегом побежала по главной лестнице, чтобы догнать Харрисона.

В прихожей она наткнулась на родителей, которые снимали перчатки и шляпы.

– Мама, папа, здравствуйте. Я не знала, что вы сегодня вернётесь.

– Мне нужно разобраться с парочкой дел, прежде чем мы присоединимся к тебе в Филадельфии, Мэдлин! – воскликнула её мать, когда Мэдди протиснулась мимо, чтобы открыть входную дверь. – Куда ты собралась?

– Мне нужно увидеть Харрисона прежде, чем он уедет. – Она выглянула на улицу, но увидела лишь экипаж с багажом родителей.

– Ты разминулась с ним, – сказал отец. – Он отъезжал, когда мы подъехали.

– Да? – С поникшим видом она вернулась в дом.

– Пошли ему телеграмму, если это так важно, – предложила мама, поправляя причёску перед зеркалом в прихожей. – Не надо так переживать.

– Ты права. Поговорю с ним, когда увижу в Филадельфии. – Она взяла отца за руку и потащила его в гостиную. – А теперь, прошу вас, пойдёмте посидим вместе до моего отъезда через несколько часов.

На территории Филадельфийского теннисного клуба для турнира выделили шесть кортов, на каждом из которых в течение первого дня состоятся по три матча. Этим утром зрители заняли места на различных трибунах, чтобы понаблюдать за уже проходящими матчами. Харрисон изучил расписание и обнаружил, что первый матч Мэдди состоится во второй половине первого тура, который должен начаться через тридцать минут.

Измученный, он засунул руки в карманы брюк и невидящим взглядом уставился на толпу. Харрисон плохо спал уже четыре ночи, с тех пор как Мэдди уехала.

"Я люблю тебя, Мэдс."

Зачем он это ляпнул? Харрисон знал, что его чувства безответны, но слова сами вырвались изо рта. И выражение ужаса, которое появилось на лице Мэдди, когда она услышала признание, теперь навсегда останется в его памяти.

Конечно, она не любит Харрисона. Как может быть иначе?

Он принудил её к браку, подстроил всё так, чтобы добиться желаемого. Но союз с Мэдди без любви представлял собой унылое душераздирающее занятие, о чём он даже не задумывался, претворяя в жизнь свой план. Каково это любить женщину, которая не отвечает ему взаимностью, он осознал лишь тогда, когда вновь столкнулся с реальностью.

Харрисон не собирался с ней расставаться.

"Терпение", – напомнил он себе. Возможно, со временем она хотя бы отчасти разделит его чувства. Ему будет этого достаточно.

Должно быть.

Кто-то хлопнул его по плечу, заставив вздрогнуть.

– Вот ты где. – Рядом с ним стоял Престон. – Я надеялся увидеть тебя вчера вечером в отеле.

Харрисон и не думал выходить в люди. Он просидел весь вечер в своём номере с тяжёлым сердцем в груди и бутылкой бурбона в руке.

– Разве Арабелла не с тобой? – Престон планировал взять с собой в поездку любовницу. – Я решил, что ты будешь занят.

– Со мной, но я периодически выхожу проветриться. Мы могли бы пропустить пару бокалов.

– Возможно, сегодня вечером.

– С удовольствием. Кстати, ты ужасно выглядишь.

Харрисон надеялся не привлекать внимания к своему настроению.

– Я в порядке.

– Беспокоишься за свою чемпионку-теннисистку? Судя по матчам, которые я сегодня посмотрел, она должна прекрасно выступить.

– Нет, за это я не переживаю.

– Но ты беспокоишься о чём-то другом.

Харрисон вздохнул. Заметив что-то неладное, Престон уже не отстанет.

– Ничего особенного.

– Знаешь, рано или поздно я всё выясню. Так что можешь выкладывать сейчас.

Харрисон не хотел заводить разговор на теннисном турнире.

– Вечером, хорошо? Поговорим вечером.

– Ладно. Пойдём займём хорошие места на её выступлении.

В это время матч Мэдди уже подходил к концу, поэтому они подождали, когда толпа начнёт расходиться и отыскали место в первых рядах. Харрисон был удивлён большим количеством людей, которые пришли посмотреть матчи. Он никогда раньше не был на теннисном турнире такого масштаба, Мэдди стала выступать на таком уровне только после его отъезда в Париж. Такое количество наблюдателей за игрой должно быть пугающим. Нервничала ли она? Беспокоило ли её такое внимание?

Харрисон сомневался в этом. Мэдди была самым смелым и азартным человеком из всех, кого он знал. И в этом году она уже успела выиграть несколько небольших турниров, так что, наверняка, привыкла к подобным публичным выступлениям. Он написал тогда на карточке абсолютно искренние слова. Независимо от того, как Мэдди играла, он чертовски ею гордился.

Его внимание привлекло какое-то движение около помещения для переодевания... когда появилась жена, Харрисон напрягся. Весь мир замер, он видел одну лишь Мэдди.

– Каждый раз, когда ты её видишь, у тебя появляется одно и тоже выражение лица, – весело сказал Престон. – Бедолага.

– Иди ты к чёрту, – пробормотал Харрисон. Незнакомец рядом с ним ахнул и в ужасе отошёл бочком.

– Чертовски хорошие манеры, Арчер, – пробормотал Престон.

– Это, чёрт возьми, из-за тебя, – парировал Харрисон, на его губах играла улыбка, а взгляд был прикован к Мэдди. Ни он, ни его друзья никогда не играли по правилам приличного общества, так что притворяться сейчас смысла не видел.

Мэдди и Валентин Ливингстон спустились по лестнице, за ними следовали женщина с ракеткой в руках и пожилой мужчина. Выражение лица Мэдди было спокойным и решительным, пока она слушала тренера. Без сомнения, он давал последние наставления перед началом матча. Чуть поодаль стояли двое мужчин, охранников нанятых Харрисоном, которые осторожно приглядывали за Мэдди.

– Я же говорил тебе, что они хороши в своём деле, – сказал Престон, кивнув подбородком в сторону охранников. – Она даже не догадывается, что они здесь.

Превосходные. Харрисон заодно установил слежку за братом, поэтому знал, что Томас всё ещё находится в Нью-Йорке. Возможно, не было необходимости нанимать охрану для Мэдди, но Харрисон не успокоится, пока турнир не закончится.

Он наблюдал, как она плавно идёт к корту, и наслаждался каждой деталью ей внешности: от шляпки, защищающей глаза от солнца, до белой блузки и юбки. В её походке чувствовались целеустремлённость и уверенность. Она приехала сюда, чтобы победить, в этом не было сомнений.

Игроки приготовились, а судья взобрался на высокий стул. Двое охранников ретировались к противоположной стороне корта, чтобы не попадать в поле зрения Мэдди. Подошёл Валли, Харрисон опустил ограждающую сеть, чтобы тот смог через неё перелезть.

Валли выпрямился и пожал Харрисону руку.

– Рад тебя видеть, Арчер. Прекрасный день для тенниса, не находишь?

– И в самом деле. – Он представил Престона, затем спросил Валли: – Думаешь, она победит?

Тренер ухмыльнулся.

– Конечно, победит.

– Как ты можешь быть таким спокойным?

– Потому что я её тренер, а не муж. Не волнуйся, Арчер. Я не встречал женщин, которые играли бы столь же хорошо, как твоя жена. Она агрессивна, и у неё сильный удар. Сам увидишь.

Судья объявил имена игроков, и зрители зааплодировали. Услышав “Мэдлин Вебстер Арчер”, Харрисон улыбнулся, несмотря на своё мрачное настроение.

"Она моя. Что бы ни случилось, она моя".

После небольшой разминки начался матч. Вскоре Харрисон понял, что Валли имел в виду, говоря о стиле игры Мэдди. Соперница отбивала мяч в основном вверх, как в бадминтоне, а не вперёд, что замедляло ход игры. Мэдди же посылала мяч только вперёд с присущей ей точностью, быстро передвигая ногами. Противница не успевала за ней.

Зрители аплодировали и подбадривали Мэдди, пока она продолжала вести в счёте. Если Мэдди и слышала окружающий шум, то не подавала виду. Она была полностью сосредоточена на игре и своей сопернице. И даже ни разу не посмотрела в сторону Харрисона.

В итоге Мэдди уверенно выиграла в двух сетах. Харрисон громко захлопал в ладоши, а Престон сунул пальцы в рот и свистнул.

Валли слегка толкнул его в плечо.

– Теперь понимаешь, что я имею в виду?

– Я никогда раньше этого не замечал.

– Потому что ты привык к тому, как она играет.

Верно.

– Другие теннисистки на этом турнире играют так же?

– Одна или две. Мэдди встретится с ними в последующих турах.

Мэдди подбежала к нему и обняла за шею.

– Боже мой. Я выиграла!

Харрисон с облегчением зарылся лицом в её волосы, наконец-то он снова обнимает жену.

– Конечно, выиграла, милая. Поздравляю.

Она отступила на шаг, чтобы поговорить с Валли. Престон тоже выразил свои поздравления. Харрисон никогда не видел её такой счастливой.

– Не могу поверить. Это было так просто, – удивилась Мэдди.

– Так просто будет не всегда, – предупредил Валли. – Но насладись своей сегодняшней победой. Ты играла великолепно.

– Мы отпразднуем победу за ужином, – сказал Харрисон. – Все приглашены.

– У меня уже есть планы на вечер, – сказал Вэлли. – Но спасибо за предложение. Только проследи, чтобы она оказалась в постели в положенное время, Арчер.

– Валентин! – Щёки Мэдди раскраснелись сильнее, чем во время игры.

– Обязательно, – пообещал Харрисон и поцеловал ей руку. – Не волнуйся.

Валли снова перепрыгнул через ограждение и оказался на корте.

– Я отведу её обратно в раздевалку, а потом пойду посмотрю на другие матчи. Хочу понаблюдать на соревнованиями.

Харрисон кивнул и сказал Мэдди:

– Я подожду тебя у входа.

Мэдди с тренером отправились в здание клуба, где Мэдди переоденется и оставит снаряжение. Охранники следовали за ними на достаточном расстоянии, Харрисон вздохнул с облегчением.

Толпа уже разошлась, и вскоре появились мать и отец Мэдди.

– Здравствуйте, миссис Вебстер, мистер Вебстер, – поприветствовал Харрисон, пожимая руку пожилому мужчине. – Она была великолепна сегодня, правда?

– Это её лучшая игра, – подтвердил отец Мэдди, на его лице появилась широкая улыбка.

Даже мать Мэдди выглядела довольной, пряча лицо в тени зонтика от солнца.

– Я не могу понять привлекательность этого вида спорта, но она, безусловно, выглядела хозяйкой гейма.

– Матча, дорогая, – поправил жену мистер Вебстер, похлопывая её по руке. – Гейм, сет, матч.

– Вечером мы идём праздновать победу, – сказал Харрисон Вебстерам, когда они направились в здание клуб. – Я надеюсь, вы к нам присоединитесь.

– С удовольствием, – ответил мистер Вебстер. – С радостью понаблюдаем за тем, как вы уживаетесь в браке.

Харрисон не мог не заметить скрытого подтекста. Её родители всё ещё были недовольны обстоятельствами, при которых их дочь вышла замуж, и Харрисон не мог их винить. Ему и самому не хотелось компрометировать её и принуждать к браку. Однако, как только Вебстеры увидят их с Мэдди вместе, то наверняка передумают.

Они дружно направились к зданию клуба и остановились чуть в стороне, у входа собралась большая толпа. Харрисон расслабился, зная, что, как только Мэдди выйдет на улицу, он сразу же её заметит.

 Глава 25

Сердце Мэдди продолжало бешено колотиться ещё долгое время после того, как она сменила теннисную форму на дневное платье. Участвовать в турнире было захватывающе, и тем более побеждать.

После того, как её горничная Шивон помогла ей переодеться, Мэдди несколько минут побеседовала с Валли. Затем репортёр попросил уделить ему несколько минут и прокомментировать матч. Валли ушёл наблюдать за другими игроками. Когда интервью закончилось, Мэдди и Шивон вышли на улицу.

Перед зданием клуба собралась огромная толпа. Мэдди с трудом протискивалась между людьми, принимая на ходу поздравления с победой. Однако она не останавливалась, чтобы поговорить, надеясь, что Харрисон, Престон и родители находятся где-то неподалёку.

Ей понравилось, что Харрисон присутствовал на матче. Он аплодировал громче всех и оглушительно свистел. Мэдди старалась изо всех сил, желая, чтобы он ею гордился. В груди затрепетало сердце, ей захотелось рассказать Харрисону о своих чувствах.

Скоро. Они останутся в отеле наедине, и она всё ему расскажет.

Пока она проталкивалась сквозь толпу зрителей, сильные пальцы ущипнули её за бедро ближе к ягодице. Мэдди ахнула от удивления. Это не случайность. Кто-то намеренно её облапал.

Она резко повернула голову, ища глазами виновника. Он стоял в нескольких футах от неё и ослепительно улыбался. На нём свободно висел чёрный шерстяной костюм, а воротник был мокрым от пота. Мэдди накрыло ощущение неправильности происходящего, как ледяной порыв ветра. Она задрожала от желания убежать, увеличить дистанцию между собой и незнакомцем.

К сожалению, из-за окружающих её людей, она не смогла быстро отступить, когда мужчина приблизился. Она вздёрнула подбородок и вытащила шляпную булавку из волос.

– Не подходите ближе.

Как будто не слыша её, мужчина склонился над Мэдди, пугая одним своим ростом.

– Не нужно. – Он указал на шляпную булавку в её руке и усмехнулся. – Я всего лишь хочу увидеть твою улыбку, красотка.

В голове Мэдди появились тревожные звоночки. Она попыталась проскользнуть мимо людей, стоявших позади неё, но не получилось.

– Мне сейчас не хочется улыбаться, а вам нужно отойти.

Беспардонный незнакомец протянул руку, чтобы снова к ней прикоснуться. Она не стала дожидаться спасения и воткнула шляпную булавку ему в живот. Со всей силы.

Вскрикнув, он согнулся пополам, прижимая руки к тому месту, куда она его кольнула. Люди поблизости перестали разговаривать и, с любопытством уставившись на Мэдди и незнакомца, образовали вокруг них широкий круг. Подошла Шивон, её глаза были полны беспокойства.

– С вами всё в порядке, мадам?

– Всё хорошо, – ответила Мэдди, смотря на мужчину, который её ущипнул. Наверняка, он попытается сбежать, чтобы продолжить лапать молодых женщин в толпе.

Внезапно раздались крики, и толпа мгновенно расступилась. Двое мужчин, которых она видела впервые, взяли её за локти и, практически оторвав от земли, потащили туда, откуда она пришла.

– Стойте! Отпустите меня! – Мэдди пыталась вырваться, но тщетно. – Помогите! Меня похищают.

– Успокойтесь, миссис Арчер, – сказал один из них. – Теперь вы в безопасности.

В безопасности? Двое здоровенных мужланов, которых она никогда не видела прежде, тащили Мэдди против её воли.

– Помогите! – Она постаралась вырваться из их сильных рук, но бесполезно. Они не отпускали её до тех пор, пока не привели в маленькую комнату внутри клуба.

– Кто вы? – Она потёрла дрожащие руки и попятилась от незнакомцев. – Откуда вы узнали моё имя?

Дверь распахнулась, в комнату ворвался Харрисон. Его волосы были взъерошены, панический взгляд остановился на Мэдди. В три шага он преодолел расстояние между ними и привлёк её к груди.

– Боже. Ты не пострадала, Мэдс? – спросил он дрожащим голосом.

Харрисон крепко прижал её к себе, впиваясь пальцами в кожу сквозь одежду, как будто никогда не собирался отпускать. Она припала щекой к его рубашке и галстуку. Знакомый аромат, исходивший от него, пронизывал её мышцы, рассеивая страх и тревогу.

– Я с тобой, милая, – прошептал он ей в волосы. – И всегда буду.

Родители тоже вошли в комнату, на их лицах было написано беспокойство.

– Что случилось? – спросил отец. – Мы услышали крик, а потом мужчину повалили на землю.

– Я в порядке, – сообщила она всем. – Меня ущипнул мужчина в толпе. Я воспользовалась шляпной булавкой, чтобы защититься.

– Тебя ущипнул мужчина? – Харрисон отпустил её и повернулся к двум незнакомцам, яростно глядя на них. – Вы должны были обеспечивать ей безопасность!

Обеспечивать ей безопасность?

– Мы приносим свои извинения, мистер Арчер, – сказал один из мужчин. – Она исчезла в толпе всего на минуту. Мы потеряли её из виду на каких-то несколько секунд.

– И этого вполне хватило, – прорычал Харрисон. – Она могла пострадать.

– Подожди. – Мэдди положила ладонь на руку Харрисона. – Кто эти люди? Ты их знаешь?

– Мы просим прощения, миссис. Арчер, – сказал другой мужчина, сжимая в кулаках кепку. – Мы не допустим, чтобы это повторилось завтра.

– Завтра? – Она посмотрела на Харрисона. – О чём они говорят?

Вошёл Престон, волоча за собой мужчину, который её ущипнул.

– Я привёл с собой виновного. Пусть посидит здесь, пока мы ждём полицию.

– Хорошо, – отрезал Харрисон. – Нужно привлечь его к ответственности.

– Не нужно вызывать полицию, – возразил мужчина, извиваясь в руках Престона. – Это недоразумение.

– Чёртов бабник, – пробормотал Престон. – Мы добьёмся его ареста, Мэдди. Не волнуйся.

Харрисон приблизился к мужчине, сжав руки в кулаки.

– Сколько тебе заплатил Томас?

– Я не знаю никакого Томаса. Она лжёт, – ответил негодяй, указывая на Мэдди. – Что бы она вам ни наговорила, она лжёт.

Томас? Почему Харрисон расспрашивал этого человека о своём брате?

Всё это не имело никакого смысла.

Харрисон поднял мужчину за галстук и встряхнул.

– Врёшь. Я знаю, что это он тебя подговорил.

Лицо мужчины побагровело, и он издавал хрипящие звуки. Муж собирался задушить незнакомца прямо здесь?

– Харрисон! Остановись и скажи мне, что происходит. Сейчас же!

Он отпустил мужчину и провёл рукой по волосам.

– Могу я на минутку остаться наедине с женой?

Мэдди склонила голову набок и внимательно посмотрела на мужа. Он вёл себя странно, избегал смотреть ей в глаза и нервно двигался. У неё скрутило живот от зловещего предчувствия.

– Мы подождём полицию в другой комнате, пока вы разговариваете, – сказал Престон, прежде чем уйти вместе с негодяем. Остальные тоже быстро вышли, и дверь закрылась.

– Что происходит? – не теряя времени даром, спросила Мэдди.

– Давай вернёмся в отель и обсудим всё там.

– Я бы предпочла поговорить здесь. Кто были те мужчины, которые затащили меня обратно в клуб?

Он скрестил руки на груди.

– Охранники, которых я нанял, чтобы обеспечить твою безопасность.

– Что? – Она изумлённо уставилась на Харрисона. – Ты нанял для меня охрану? Не сказав мне? Почему?

– Мои брат и мать угрожали тебе на прошлой неделе во время поглощения компании. Они знали, что только через тебя смогут на меня повлиять.

Она тяжело опустилась на стул.

– Они мне угрожали... А ты ничего мне не рассказал?

– Я не хотел волновать тебя перед соревнованием. – Подойдя к Мэдди, он присел на корточки и заглянул ей в глаза. – Я знаю, как много значит для тебя эта победа. Я не хотел, чтобы они отвлекали или расстраивали тебя. Я хотел тебя защитить.

От переизбытка информации у неё закружилась голова, ей нужно было установить дистанцию между ними. Поднявшись, Мэдди обошла Харрисона и направилась в другой конец комнаты.

– Итак, правильно ли я поняла? Твоя семья мне угрожала, и поэтому ты нанял охрану. Не поставив меня в известность. Чтобы меня защитить.

– Да.

– Ты правда считаешь, что Томас мог подговорить кого-то напасть на меня в толпе?

– Я уже ничему не удивляюсь, особенно после того, как он послал тебе те цветы.

– Они были от Томаса?

– Да.

Мэдди кипела от возмущения и отчаяния. Боже, это уже слишком. Харрисон ничего ей не рассказал, хотя пообещал никогда больше не хранить секретов.

– Учитывая то, что произошло сразу после нашей свадьбы, я ожидала, что ты обсудишь со мной такие вещи.

– Мэдди, я не хотел тебя расстраивать. Арчеры причинили достаточно вреда. Мне нужно было тебя обезопасить.

– Значит, то, чего я хочу, не имеет значения. Ты это хочешь сказать? – У неё вырвался горький, нервный смешок. – Ты меня не слышишь. И никогда не слышал, даже после того, как я умоляла тебя больше ничего от меня не скрывать.

– Мы говорим о твоей безопасности. Если над тобой нависла угроза, и ты нуждаешься в защите, я без колебаний поступлю так вновь, согласна ты с этим или нет.

В горле встал ком от гнева и обиды.

– Понятно. Ты станешь хранить от меня секреты. Снова. Неужели нашему браку суждено оставаться таким до конца наших дней? – выдавила из себя Мэдди.

– Это совсем другое дело. Я знаю, ты в ярости, но, как твой муж, я обязан заботиться от твоём благополучии.

– Но не наперекор моим желаниям. Это брак, а не тирания. Если ты хотел светскую жену, которая позволяет своему мужу собой помыкать, ты женился не на той женщине, Харрисон.

Он провёл рукой по волосам и потянул за длинные пряди, словно пытаясь их вырвать.

– Не нужна мне светская жена. Я хочу тебя... и только тебя. Но ты должна быть в безопасности, Мэдди. Дело только в этом. Хорошо, что охранники сегодня находились рядом, даже если и припозднились. Кто знает, что ещё могло случиться?

От досады ей стало трудно дышать.

– Не в этом суть. Ты не можешь принимать решения о моей жизни, не посоветовавшись со мной. Ты, как никто другой, должен знать, как сильно я ненавижу сюрпризы. Чувствовать себя беспомощной в своей собственной жизни.

– Мэдди...

– Прекрати. Нельзя относиться ко мне как к бездушной вещи, как к своей собственности без права голоса. Мы слишком долго знаем друг друга для этого. И ты обещал, что больше не будешь хранить секретов.

– Я не мог позволить моей семье испортить тебе турнир. Я должен был обеспечить твою безопасность.

– Ты нарушил данное мне обещание всего через несколько дней. Ты и не собирался мне довериться. Позволить мне быть равноправным партнёром в нашем браке. – Она шумно втянула носом воздух, заполняя им лёгкие. – Я не знаю, что происходило с тобой в течение этих последних трёх лет, но человек, которого я знала, рассказывал мне обо всём. Он никогда ничего от меня не скрывал.

– Он не был твоим мужем, – твёрдо сказал Харрисон. – Он не отвечал за твоё благополучие.

Когда она осознала безнадёжность их положения, на глаза навернулись слёзы. Тот же спор, и Харрисон по-прежнему не принимал её точку зрения.

И было совершенно ясно, что никогда и не примет.

С тех пор как Харрисон вернулся, он грубо вмешивался в жизнь Мэдди. Принудил её выйти замуж, даже после того, как она попросила дать ей время. Не посвятил её в свои планы разорить семью, не пояснил причины отъезда. Харрисон по-прежнему диктовал ей свои условия, по-прежнему объяснял, как должна складываться их жизнь. Скрывал то, что считал необходимым, вместо того, чтобы с ней поделиться.

Уверенность в этом давила на неё свинцовым грузом. Их брак безнадёжен. Они с Харрисоном были хорошими друзьями, неразлучными единомышленниками, но это дела минувших дней. Отношения требуют общения и уступок. Честности и уважения. От Харрисона она ничего из этого не получила, даже после его обещаний.

Мэдди нужен был партнёр, а не властный тиран. Потому что со временем такой деспотизм задушит ту привязанность, которую она к нему питала. Она станет ненавидеть его гораздо сильнее, чем сейчас, а негодование перерастёт в отвращение.

Очевидно, что их дружба не переросла в более серьёзные чувства, на что, возможно, они оба надеялись. Детская дружба и физическое влечение сами по себе не приводят к счастливому браку. Если так и дальше пойдёт, Мэдди и Харрисон лишь причинят друг другу ещё больше боли. Потому что Мэдди не заслуживала обмана, не заслуживала пребывать в неведении относительно решений, которые влияют на её жизнь.

Всё это оказалось ужасной ошибкой.

Ей пришлось откашляться, чтобы произнести неизбежные слова.

– Я думаю, нам следует расстаться.

Каждая мышца и сухожилие в теле Харрисона сжались в диком ужасе.

"Нам следует расстаться".

Нет, он отказывался поверить своим ушам. Это же Мэдди, человек, которого он знал лучше всех на земле. Не могла же она так быстро сдаться.

Харрисон нанял охрану, чтобы обеспечить её безопасность. Правда, он не рассказал ей, но разве это могло стать причиной для расторжения их брака?

Сделав глубокий вдох, он медленно выдохнул.

– Ты это не серьёзно.

Её несчастный взгляд был полон решимости.

– Серьёзно. У нас ничего не получается, Харрисон. Ничего. И если мы не разойдёмся, то будем только злиться друг на друга. Я не хочу для нас такого.

Злиться на неё? Никогда. Ни за что на свете.

– Я люблю тебя. Я никогда не захочу с тобой расстаться.

– Ты меня не любишь. – Она безучастно уставилась в окно. – Если бы ты любил, то учитывал бы мои пожелания. Ты бы сдержал данные обещания.

– Ошибаешься. Я люблю каждую чёрточку твоего характера, от яростного духа соперничества до упрямства. – Он шагнул ближе, намереваясь прикоснуться к ней или обнять. Поцеловать. Готовый на всё, что угодно, лишь бы остановить лавину паники, нарастающую в его груди. – Твои напор и решительность, улыбку и смех... Нет такой частички тебя, которую я бы не любил.

– Я тебе не верю. – Она отступила на шаг, оказавшись вне его досягаемости. – Потому что если бы ты любил, то слушал бы меня.

– Так и быть. Я уволю охрану и буду защищать тебя сам. Ты это хотела услышать?

– Дело не только в охранниках. С того момента, как ты вернулся домой, ты делал всё, что хотел, не обращая внимания ни на кого, включая меня.

– Неправда.

– Правда, иначе ты бы рассказал мне о финансовом положении твоей семьи и о поглощении компании. Как и об истинной причине загородного приёма.

Он поднял ладони в знак капитуляции.

– Ты всё ещё злишься на меня за ложь, хотя я извинился и объяснил свои причины.