Текст книги "Охота на наследницу (ЛП)"

Автор книги: Джоанна Шуп

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

К сожалению, перспектива казалась чертовски маловероятной.

Престон подался вперёд, чтобы наполнить свой бокал.

– Кто-нибудь из акционеров доставляет тебе хлопоты?

– Нет. Цена акций неуклонно падала с тех пор, как Томас возглавил компанию. Они были счастливы прилично заработать, продав свою долю мне.

Кит театрально вздохнул.

– Жаль, что я не видел лиц твоей матери и Томаса. Наверняка в тот момент в комнате стало холоднее, чем в февральскую метель в штате Мэн.

Харрисон сделал большой глоток виски, чувствуя, как алкоголь обжигает желудок.

– Они удивились. Рассердились. Испугались. Вполне ожидаемо.

Момент был невероятно приятным, и он вряд ли когда-нибудь его забудет.

– Не могу поверить, что тебе удалось провернуть всё по-тихому, – удивился Престон. – Обычно идут долгие публичные баталии, как, например, когда Вандербильт пытался прибрать к рукам железную дорогу Эри.

– Никто не обращал внимания, – сказал Харрисон. – Томас был занят путешествиями и тратой денег, его как обычно не беспокоили дела компании.

– Вот же простофиля, – прямо и по существу резюмировал Престон в свойственной ему манере. – Каким был таким и остался.

– Хотя ты, несомненно, прав, – сказал Харрисон, – но этот простофиля угрожал Мэдди сегодня. – Покачав головой, он добавил: – И моя мать тоже.

Рука Кита с бокалом застыла на полпути ко рту.

– Что?

– Подожди, что ты имеешь под этим в виду? – Лицо Престона приняло выражение, которое заставляло многих мужчин убегать в страхе.

Харрисон рассказал друзьям о бесцеремонных замечаниях, которые сделала его семья.

– Они сказали, что она самое дорогое, что есть в моей жизни.

– Здесь они правы, – сказал Кит, – но что за низость угрожать мужу нападением на его жену. – Он посмотрел на Престона. – Помнишь, как однажды Томас держал одного маленького парнишку под водой, пока тот чуть не утонул?

Престон кивнул.

– Сына Ньюболда, да? Того, который переехал на Запад.

Харрисон вспомнил, как в детстве Томас задирал худощавого мальчика младше них.

– А обвинили в этом меня, между прочим. – Увидев удивлённые лица друзей, он пояснил: – Миссис Ньюболд пришла к нам и устроила моей матери выволочку. Томас отрицал свою причастность, свалив всё на меня. Я не мог сидеть два дня.

– Господи, – пробормотал Престон. – А я ещё мечтал о брате.

– Мы с братом в детстве ужасно ссорились, – сказал Кит. – Да и до сих пор ссоримся.

Престон указал на Харрисона.

– Будь осторожен. Не спускай с неё глаз до начала турнира. Я могу дать имена людей, которых можно нанять, чтобы они за ней присмотрели.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – сказал Харрисон. – Вероятно, это пустые угрозы. Они скалят зубы, как загнанные в ловушку звери.

Кит нахмурился.

– Я бы не стал недооценивать твою семью. Никогда.

– Согласен, – добавил Престон. – Может быть, стоит предупредить твою жену, чтобы она знала об угрозе.

– Нет, – громко и резко ответил Харрисон, его голос эхом отдался от сводчатого потолка комнаты. – Ни в коем случае. Она собирается принять участие в крупнейшем турнире в своей жизни. Я не могу позволить своей семье её отвлечь.

Престон озабоченно нахмурился, но поднял свой бокал.

– За наши семьи. Пусть они все сгорят в аду.

– Поддерживаю. – Кит тоже поднял свой бокал. – За верного друга!

– За страсть при луне, – продолжил Престон.

– За море восторга и радость утех. – закончил Харрисон их любимый тост и чокнулся своим бокалом с остальными. Затем все трое выпили.

– Кстати, о друзьях, – проговорил Харрисон. – Как дела у Форреста? Кто-нибудь что-нибудь о нём слышал в последнее время? – Они вчетвером были как братья, так непривычно, что сейчас Форрест отсутствовал.

– Последнее, что я слышал, он уехал в Чикаго. – Кит покачал головой. – Я видел его в апреле за ужином. Он успел надраться ещё до того, как мы покончили с первым блюдом. Пришлось позвать официанта, чтобы тот помог мне донести его до кареты.

– Он постоянно пьян, – сказал Престон Харрисону тихим и серьёзным голосом. – Всё стало хуже, чем раньше.

– Господи. – Форрест всегда любил выпить, но теперь вредная привычка усугубилась. Харрисон поморщился. – Может, нам попытаться ему помочь?

– Я пытался, – ответил Кит. – Он никого не слушает, ему всё равно.

– Я отвёз его в горы, чтобы он протрезвел, – сказал Престон. – Он вылез из окна, когда я отвлёкся, и исчез. Тогда я видел его в последний раз.

– Когда это было?

– В начале мая.

– Откуда ты знаешь, что он в Чикаго? – спросил Харрисон.

– Я нанял сыщика, – признался Кит. – Он проследил за Форрестом.

Харрисону ощутил груз вины на плечах, ему стало неловко. Он отсутствовал три года и практически не задумывался о тех, кто остался дома. Форрест... Мэдди. Даже Кита и Престона Харрисон почти не вспоминал, пока они не приехали его навестить.

– Прошу прощения. Мне следовало больше уделять внимание.

– Уделять внимание чему?

Послышался шелест шёлковых юбок, в комнату неторопливо вошла Мэдди. Сердце Харрисона ёкнула, как и обычно в её присутствии. Как будто глупый орган принадлежал ей одной, и постоянно это доказывал.

Она переоделась в тёмно-зелёное повседневное платье, которое подчёркивало все его любимые изгибы. Боже всемогущий, он не мог дождаться, когда снова к ней прикоснётся.

Мужчины встали, Харрисон подошёл поцеловать её в щёку.

– Здравствуй, жена.

Поприветствовав Кита и Престона, она устроилась в кресле.

– Вы тут уютно расположились. Пьёте в полдень? Мы что-то празднуем?

– Празднуем. Я только что вернулся от моей семьи.

– Судя по всему, встреча прошло успешно. – Она махнула рукой в сторону бокалов с виски и тлеющих сигар.

– Так и есть. – Он широко ей улыбнулся. – По крайней мере, для меня.

– Мои поздравления. Я так понимаю, что поглощение компании завершено.

– Не совсем, но я получил контрольный пакет акций и собираюсь отстранить брата от должности президента, как только смогу созвать заседание совета директоров.

– Нам пора, – сказал Престон, допивая виски и туша сигару. – Пусть новобрачные продолжают наслаждаться своим медовым месяцем.

– Согласен. – Кит встал и наклонился, чтобы поцеловать Мэдди в щёку. – Не уверен, что смогу посетить турнир, так что задай им там жару, Мэдди.

– Как и всегда.

Престон тоже поцеловал её в щёку.

– Я не пропущу это зрелище. Буду кричать громче всех на трибуне.

Когда друзья ушли, Харрисон потянулся к жене и усадил её к себе на колени.

– Как прошла утренняя тренировка? – спросил он, заправив прядь волос ей за ухо.

– Утомительно, но Валли сказал, что сбавит темп за несколько дней до нашего отъезда.

– Ты всех победишь.

– Надеюсь. – Мэдди прижалась щекой к его плечу. – Если бы я не была такой уставшей, то предложила бы отпраздновать твою победу наверху.

– Хорошая идея. Давай вздремнём за мою победу.

Она усмехнулась.

– Ты невероятно предсказуем. Нам придётся раздеться, что приведёт к другим изнурительным активностям.

– Может быть... или, возможно, мы просто вместе отдохнём. – Харрисон поднялся с кресла, не выпуская её из объятий. – Пойдём выясним.

 Глава 23

Выйдя на лужайку за домом, Мэдди с трудом подавила зевок. Прошлой ночью празднование победы над Арчерами затянулось, муж допоздна не давал ей уснуть. Когда полчаса назад она покинула их постель, он всё ещё лежал, растянувшись на животе, и тихо похрапывал. К списку того, что Мэдди узнала о нём с тех пор, как они поженились, добавился пункт о храпе.

Она бы тоже с удовольствием поспала ещё, но впереди Мэдди ждала тренировка. Её тренер Валентин, вероятно, уже прибыл и разминался. Однако Мэдди поклялась, что после турнира целый месяц не будет вставать раньше полудня.

Подходя к корту, она с удивлением обнаружила Валли с лопатой в руках. Он что-то сгрёб с земли, а затем швырнул в кусты в нескольких ярдах от неё. Мэдди показалось, что это было какое-то крупное серое животное.

– Кого ты выбросил? – спросила она.

Валли отложил лопату и отряхнул руки.

– Опоссума. Должно быть, его убил другой зверь и оставил тушку на корте. Я попросил у садовников лопату, чтобы избавить тебя от неприятной картины.

– Спасибо. Насколько неприятной?

– Скажем так, я рад, что у меня крепкий желудок. Итак, как ты себя чувствуешь сегодня утром? – Он хлопнул в ладоши. – Готова сразиться со мной на корте?

Это было что-то новенькое. Обычно он заставлял Мэдди повторять одни и те же упражнения.

– Сегодня никаких указаний?

– Мы поговорим о том, что можно улучшить после. Я подумал, что полноценный матч поможет тебе развить выносливость. А потом мы уменьшим нагрузку.

Она улыбнулась, чуть не запрыгав от предвкушения.

– Ты и твоё колено не получите от меня снисхождения.

Валли рассмеялся.

– На этой неделе колено чувствует себя довольно сносно. Думаю, мы сможем играть с тобой наравне.

– Давай проверим.

Она взяла свою любимую ракетку и вышла на корт. Они размялись и основательно разогрелись перед тем, как начать.

Она держалась хорошо, но Валли не проявил милосердия. В итоге, Мэдди проиграла с минимальным отрывом. При всём азарте к победе она предпочитала сильных соперников. Что позволяло ей совершенствоваться. По этой причине ей нравилось играть с Харрисоном в детстве. Он никогда ей не поддавался из-за того, что она девочка.

Тренер вытер лицо салфеткой.

– Удар слева по-прежнему остаётся твоей слабой стороной. Бёдра недостаточно поворачиваются при движении. Любой достойный соперник этим воспользуется.

Мэдди вздохнула и быстро осушила стакан лимонада.

– Мы работали над ним с апреля. Возможно, ещё раньше. Я уже не знаю, что делать.

– Мы что-нибудь придумаем, – сказал Валли. Когда она попыталась возразить, он поднял руку. – Я знаю, что ты стремишься к совершенству, и это хорошо, но нужно проявить терпение. Например, твои короткие удары у сетки значительно улучшились, и у большинства игроков мужского пола не получится отразить твой победный удар справа. Тебе полегчало?

– Немного.

– Вот и хорошо. К тому же, я знаю твои слабые стороны, поэтому стараюсь ими воспользоваться. Настоящий противник их знать не будет.

Логично.

– Тогда я рада, что не встречусь с тобой на корте в Филадельфии.

Валли сменил позу, а затем вздрогнул и покачнулся. Мэдди схватила его за руку, чтобы поддержать.

– Пойдём в дом, тебе нужно дать отдых колену. Я могу принести лёд с кухни.

– Нет, но спасибо. Когда вернусь домой, попрошу камердинера натереть колено мазью, которую использует Билл, – сказал он, имея в виду своего друга, “Ревущего” Билла Кеннеди, питчера команды по бейсболу "Женихи". – Как ты знаешь, она творит чудеса.

– По крайней мере, пройди через дом, а не обходи его кругом. Так короче.

Валли согласился. Они медленно поднялись по ступенькам террасы, вошли в заднюю часть дома и двинулись по коридору к парадному входу. По пути Мэдди послала лакея поймать наёмный экипаж. На столике в прихожей стояла огромная композиция из тёмно-красных, почти чёрных роз.

– Кто-то умер? – спросил Валли.

– Насколько я знаю, нет.

Из глубины дома тут же материализовался Фарли.

– Цветы только что доставили для вас, мадам. На столе лежит карточка.

– Какой, мягко говоря, зловещий букет, – удивился Валли.

Мэдди подошла к столику и взяла карточку.

"УДАЧИ НА ПРЕДСТОЯЩЕМ ТУРНИРЕ".

Удачи? Но цветы выглядели... мрачными и угрюмыми. Такие вряд ли сопровождают добрые пожелания. И подписи нет. Кто мог их отправить?

Какая-то нелепица.

Она постучала пальцами по карточке.

– Возможно, в цветочном магазине ошиблись. Нужно их выбросить.

– Нет, ты должна показать их мужу, – сказал Валли.

– Который как раз подошёл.

Мэдди обернулась и увидела спускающегося по лестнице Харрисона. На нём был светло-серый костюм и чёрный жилет, тёмные напомаженные волосы зачёсаны назад. Этот образ выгодно подчёркивал его тёмно-голубые глаза, которые в данный момент неотрывно смотрели на цветочную композицию. Подойдя к столу, Харрисон перевёл взгляд на Мэдди.

– К цветам прилагалась карточка?

Она протянула её мужу. Как только он прочитал послание, выражение его лица тут же стало грозным, но затем в одно мгновение прояснилось.

– Я зайду в цветочный магазин. Это, должно быть, ошибка, – объявил он и положил карточку в карман пиджака.

– Я тоже так решила, – сказала Мэдди. – Без сомнения, цветы предполагались более яркого оттенка. – Но от кого они, вот в чём вопрос. Кто-то пытался создать впечатление, что она изменяет Харрисону?

– Фарли, проследи за тем, чтобы их выбросили. – Харрисон указал на цветы. – Затем он пожал руку Валли. – Ливингстон, рад встрече. Прошу меня извинить, мне нужно отлучиться на деловую встречу.

Не сказав больше ни слова, Харрисон вышел за дверь и сел в ожидающий его экипаж.

– Сэр, – обратился Фарли к Валли. – Для вас тоже подан экипаж.

– Спасибо. Мэдди, увидимся завтра рано утром. Отдыхай.

– И ты тоже, Валли. Береги колено.

Когда карета отъехала, Мэдди задумчиво уставилась на цветы. Фарли закрыл входную дверь, затем жестом велел лакею унести букет вниз.

– Ну вот, мадам. Будто и не было их вовсе.

– Ты когда-нибудь видел нечто подобное, Фарли?

– Нет, мадам. Определённо не видел. Не так уж и просто найти цветы подобного оттенка.

Мэдди согласилась. Такой букет, наверняка, нелегко достать... и не дёшево. Так почему же его прислали, да ещё и с жизнерадостной запиской?

*

 Харрисону не потребовалось много времени, чтобы отыскать брата.

Особняк Арчеров на Пятой авеню был пуст, поэтому Харрисон поспешил в контору "Арчер Индастриз" в центре города. По счастливому стечению обстоятельств как раз в тот момент, когда он направлялся к дому Вебстеров, подъехал Престон, поэтому Харрисон взял его с собой. Престон лучше всех умел наводить ужас на оппонентов.

Во время поездки у Харрисона чесались руки придушить брата, ему хотелось как следует встряхнуть Томаса, чтобы тот и не думал приближаться к Мэдди. Как посмела его семья попытаться её запугать?

Наконец, они добрались до седьмого этажа, где располагалась контора руководящего состава. Сотрудники с любопытством уставились на Харрисона, который шествовал по длинному коридору к кабинету президента. Престон молча следовал за ним, тоже рассерженный из-за букета цветов.

Харрисона не остановила закрытая дверь. Секретарша погналась за ним, сообщая на ходу, что у мистера Арчера важная встреча и его нельзя беспокоить, но Харрисон даже не замедлил шага. Он распахнул дверь, ударив ею о стену, и шагнул внутрь.

Брат вскочил на ноги.

– Как чёрта ты здесь делаешь?

Пока Престон разбирался с секретаршей, Харрисон направился к брату.

– Вон отсюда! – рявкнул он на незнакомца в кресле, который, как рыба, молча выпучил глаза на Харрисона.

Через несколько секунд мужчина выскочил из кабинета.

Томасу деваться было некуда, поэтому Харрисон без труда схватил его за горло и прижал спиной к стене. Внезапно стало ясно, насколько Харрисон изменился за последние три года, теперь он возвышался над братом на несколько дюймов и весил по меньшей мере фунтов на двадцать больше.

– Ты чёртов ублюдок, – прорычал Харрисон Томасу в лицо, снова ударив брата головой о стену. – Я велел не приближаться к моей жене.

У Томаса хватило наглости вздёрнуть подбородок.

– Я не понимаю, о чём ты говоришь.

– Врёшь! Ты пытаешься запугать её, отвлечь внимание прямо перед турниром, как ты и угрожал.

– Я не делал ничего подобного.

Харрисон сдавил горло брата.

– Ты за дурака меня держишь, Томас. Когда я пригрозил тебя похоронить, если ты причинишь Мэдди вред, ты мне не поверил и всё равно попытался это сделать. Теперь я сдержу своё обещание.

Внезапно Харрисон отпустил Томаса и отступил на шаг, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями. Он опустился в пустующее кресло и разгладил брюки.

– Располагайся, – сказал он брату, указывая на стул за столом.

Томас выглядел настороженным, но всё же, поправив одежду, сел.

– Это семейное дело. Зачем он здесь? – Брат кивнул подбородком в сторону Престона, который стоял у двери, скрестив руки на груди, и грозно на него смотрел.

– Проследить за тем, чтобы я тебя не убил.

Престон улыбнулся во весь рот. В прошлом подобная улыбка не раз заставляла мужчин обмочиться. Харрисон был сам тому свидетелем.

– Что за бред, – сказал Томас. – Я ничего не сделал.

– А теперь послушай, что будет дальше. Я продам дом на Пятой авеню, так как являюсь его законным владельцем после выкупа из-под залога. И ожидаю, что ты съедешь оттуда до конца недели, – продолжил Харрисон, не обращая внимания на возражения брата.

– Ты не можешь так поступить... – ахнул Томас.

– Кроме того, я созвал внеочередное заседание правления, оно начнётся, – он взглянул на карманные часы, – через час, на нём члены совета директоров вынесут тебе вотум недоверия и назначат новым президентом меня.

Брат побледнел.

– Харрисон, не поступай так. Это несправедливо по отношению ко мне и моей семье. Где мы будем жить? Подумай о моей жене, моих детях. О маме. Это наш дом.

– Тебе нужно было подумать об этом до того, как посылать цветы моей жене.

– Тогда отдай нам особняк в Ньюпорте, – предложил Томас. – Это меньшее, что ты можешь для меня сделать.

– Меньшее, что я могу сделать? – Харрисон скривил губы. – Я вообще могу ничего не делать. Вспомни времена, когда мы были мальчишками, и ты вытворял бог весть что, а потом сваливал всё на меня? Это меньшее, что ты мог сделать для меня, Томас?

Брат нервно сглотнул.

– Неправда.

– Мы оба знаем, что правда. Ведь проще, когда гнев отца направлен на меня, а не на тебя. Так легче быть идеальным братом, а меня сделать виноватым. Так что не пытайся указывать мне, что делать. Я тебе ничего не должен.

– Если потребуется, мы подадим на тебя в суд.

– Ради бога. – Харрисон сложил пальцы домиком, одарив Томаса самодовольной улыбкой. – Тогда я с удовольствием расскажу всем о том, как наш дорогой папаша измывался над горничными... а ты всё знал и ничего не предпринимал. Как думаешь, понравится это газетчикам?

Томас покачал головой.

– Я буду всё отрицать. Ты будешь выглядеть жалким вторым сыном.

Значит, Томас знал. Господи, какая же у этой семейки мрачная и извращённая история. Харрисон больше не хотел иметь с ними ничего общего. Поднявшись, он поправил манжеты.

– Увидимся через час, братишка. – Развернувшись, Харрисон направился к двери.

– Харрисон, послушай, – проговорил Томас у него за спиной. – Умоляю тебя. Не ради себя, а ради моей семьи. Моей жены и детей, которым некуда будет пойти, если ты так с нами поступишь.

Харрисон остановился и бросил на брата взгляд через плечо.

– У тебя есть дивиденды по акциям. У твоей жены – родственники. Прояви смекалку. Сделай то, что сделал я, когда уехал в Париж: найди работу.

– Какой же ты ублюдок, Харрисон, – поспешно выпалил Томас. – Ты такой же коварный и жестокосердный, как наш отец. Мы с тобой из одного теста. Так что не думай, что ты лучше меня.

– Ошибаешься. Я не такой, как все вы. – Он указал на обстановку кабинета. – На твоём месте я бы собрал вещи. Как только я заступлю сегодня на пост президента, я велю тебя арестовать, если ты только попробуешь переступить порог этого здания.

Престон открыл дверь, и они вдвоём вышли в приёмную. Харрисон кивнул секретарше Томаса.

– У мистера Арчера через час заседание правления. Проследите, пожалуйста, чтобы к тому времени он уже собрал свои вещи. – Секретарша ничего не сказала, только уставилась на него широко распахнутыми глазами.

Когда Харрисон и Престон остались в лифте наедине, Престон сказал:

– Я никогда не видел твоего брата таким испуганным. – Он усмехнулся. – Когда ты предложил ему найти работу, я думал, у него взорвётся голова.

Харрисон был не в настроении шутить. Весь напряжённый, он кипел от злости. Мысль о том, что кто-то может причинить Мэдди боль или отвлечь от турнира, вызывала у него желание разнести город в пух и прах. Что бы ни случилось, он не мог позволить Арчерам лишить её шансов на победу в Филадельфии. Он никогда себя не простит, если что-то случится.

– Мне нужны имена людей, которых ты предлагал нанять в качестве охранников, – посмотрев на Престона, проговорил он.

Престон посерьёзнел.

– Ты думаешь, она в такой уж большой опасности?

– Я не стану рисковать. Теперь, когда Томасу нечего терять, он опасен.

– Охрана, конечно, не повредит, если Мэдди согласится.

Харрисон нахмурился.

– Я не хочу, чтобы она знала. Сегодня утром я убедил её, что цветы прислали по ошибке. Турнир уже близко, и ей не стоит беспокоиться о своей безопасности. Ей нужно сосредоточиться на победе.

Когда двери лифта открылись на нижнем этаже, друзья направились к выходу.

– Харрисон, я не уверен, что это хорошая идея. После всех недомолвок с твоей стороны ты уверен, что готов продолжать в том же духе?

Харрисон задумался над словами Престона, у него застучало в висках. Если сейчас он ей ничего не расскажет, позже она может разозлиться, но есть большая вероятность, что она никогда ничего не узнает. А если поведать Мэдди об угрозе, то это может помешать ей хорошо выступить на турнире.

Нет, он не станет ей рассказывать. Харрисон позаботится о её безопасности на протяжении всего турнира, а затем решит нужна ли охрана после. Скорее всего, в ней больше не будет необходимости.

– Просто назови имена. Я найму тех людей и велю не попадаться ей на глаза до окончания турнира.