Текст книги "432 часа (ЛП)"
Автор книги: Джессика Гаджиала
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
– Если я перестану работать, всё это дерьмо обрушится на меня, и мне надо , чтобы этого не произошло прямо сейчас.
– Я понимаю , ― согласился я. ― Я был очень хорош в этом на протяжении многих лет. Но ты должен найти время для того, чтобы оно на тебя обрушилось. Иначе оно сожрет тебя, чувак.
– Не волнуйся , – сказал он мне, показывая расписание на телефоне. – Только на этой неделе у меня запланировано три сеанса терапии.
– Это хорошо, – ответил я. – Очень хорошо.
– Мы пройдём через это вместе , – добавил он уверенным тоном.
Всего через пару минут после этого к нам вышел доктор, чтобы побеседовать и пригласить нас обратно в палату, где лежала бледная и измученная Миранда.
У нее были швы на руке и полоски-бабочки на самом серьезном порезе на лице.
Ссадины успели затянуться, и при нелестном освещении они казались резкими на фоне ее кожи.
– Я в порядке , ― настаивала она, пока мы с Кэмом встали рядом.
– Эй, это моя реплика , ― сказал я, заставляя себя улыбнуться, зная, что именно это ей сейчас от меня и нужно. ― Ты в порядке , ― сказал я ей, опускаясь на край кровати. ― Они уже дали тебе что-нибудь?
– Они не могут , ― сказала она мне. ― Пока нет.
– П очему нет? ― спросил я, нахмурив брови.
– Из-за наркотиков.
– Наркотиков ? Каких наркотиков ?
– Ри… ― начала она, затем взглянула на Кэма и продолжила. ― Он что-то подсыпал мне в напиток. Так он привез меня в студию. Я даже не помню, как вышла из машины. О боже , Митчелл, ― сказала она, округлив глаза.
– С Митчеллом все в порядке, ― заверил я, накрывая ее руку своей. ― Он был в багажнике. Он потрясен, но с ним все хорошо.
– Х орошо. Это хорошо, ― сказала она, кивая и пытаясь сообразить, о чем ей следует беспокоиться дальше.
Затем она подняла взгляд и посмотрела на Кэма.
И, похоже, именно это, стало его приделом.
– Мне очень жаль , Рэнди, – сказал он, и его глаза наполнились слезами.
– Эй, ― протянула она к нему руку с остекленевшим взглядом. ― Иди сюда, ― позвала она.
Слегка сжав ее вторую ладонь, я вышел из комнаты, чтобы дать им возможность побыть наедине.
– Как она? ― спросил Леннон, когда я вернулся в приемную.
– Ждем результатов сканирования, но, кажется, с ней все в порядке. По крайней мере, физически.
– Ублюдок, который сделал это с ней, в операционной. Ты сломал ему челюсть.
– Хорошо.
– И нос. С глазницами…
– Он сам напросился.
– Я этого не отрицаю , ― согласился Леннон. ― Я просто держу тебя в курсе. Снаружи также пара репортеров.
– Репортеры? Серьезно?
– Мисс Коултер пользуется популярностью в новостных кругах, добившись такого успеха в столь юном возрасте. Они слышали, что на нее напал бойфренд ее ассистента. Они ждут заявление. Я не даю заявлений.
– Я тоже. ― Как и остальные члены моей команды.
– Ч то там ? ― раздался позади нас голос Кэма, заставивший меня обернуться и увидеть, что он снова собранный, но с покрасневшими глазами.
– Репортеры, ― сказал я ему. ― Им нужно заявление. Ни Леннон, ни моя команда не занимаются подобным дерьмом.
– Вы знаете кого-нибудь, кто этим занимается? ― спросил он, уже доставая телефон, чтобы узнать подробности.
– В «Навесинк Банк» есть фирма, которая занимается кризисным урегулированием. Они прибудут сюда в течение полутора часов. Я не думаю, что Миранду освободят до этого времени.
– Я займусь этим, ― сказал Кэм, кивая.
– Можешь назвать мое имя. Они меня знают.
– Понял , ― сказал он, кивнув мне. ― Она хочет тебя видеть, ― добавил он, направляясь к двери.
Я уже был возле двери.
– Привет, детка, ― сказал я, входя в палату и обнаруживая, что она все еще вытирает глаза. ― Вы двое в порядке?
– Да. Я думаю, нам обоим просто нужно было выплакаться.
– Ты знаешь его лучше, чем кто-либо другой, с ним все будет в порядке?
– Я прослежу за этим. Он посещает одного из лучших терапевтов в городе. И я пригласила его пожить некоторое время в гостевой комнате. Не думаю, что ему полезно возвращаться домой в эту квартиру, где повсюду вещи Ричи.
– Он останется в моей комнате? ― спросил я, надеясь, что в моих словах не проскользнула уязвимость. Но я не был уверен , что мне это удалось. Какая-то часть меня , ужасно боялась того что она уволит меня, когда дело будет сделано. Особенно после того, как увидела , мою темную сторону в студии.
Миранда похлопала по краю своей кровати, отодвигая ноги в сторону.
И, черт возьми, мне показалось, что это предвещает разочарование.
Но я все равно подошел.
Я сел.
– Я больше не хочу, чтобы ты оставался в комнате для гостей , ― сказала она, когда я сделал вид, что не напрягаюсь. ― Я хочу, чтобы ты переехал в мою комнату, ― продолжила она. ― Ко мне, ― закончила она.
– Правда ? ― спросил я, неуверенно улыбаясь ей.
– Я хотела сказать , что понимаю , что технически работа выполнена, и, возможно, ты хочешь вернуться к своей собственной жизни, но если…
– Я бы хотел, чтобы ты стала частью моей жизни, ― прервал я ее, наблюдая, как она с надеждой поднимает взгляд.
– Я знаю, что есть… географические сложности, ― сказала она.
– Это час езды, милая, а не конец света. А я ― известный бездельник, который берется за работу только тогда, когда это действительно необходимо. Я могу быть в городе столько, сколько захочу.
– Кэм освободил меня от работы на неделю.
– Я слышал об этом.
– Я подумала, что, может быть, через пару дней мы могли бы… провести некоторое время у тебя дома, ― предложила она.
– Я был бы чертовски рад этому , ― ответил я, наблюдая, как ее глаза смягчаются от моего немедленного согласия. ― Кроме того, похоже, что в СМ И происходит что-то вроде бури , ― сказал я ей, наблюдая, как ее глаза округлились. ― Было бы неплохо ненадолго уехать из города. И, если ты будешь в отъезде, Кэм и Митчелл тоже смогут отдохнуть, в чем они так нуждаются.
– Я не могу представить, что переживает Кэм , ― сказала она, качая головой. ― Осознание того, что ты спал рядом с монстром … Что? ― спросила она, заметив, что я отвел взгляд, от мыслей, которые проносились в моей голове.
Мысли о том, что я сам монстр.
Что она видела эту отвратительную часть меня.
– Брок, ― позвала она, положив свою руку на мою, когда я не ответил. ― Почему ты так расстроен?
На это я вздохнул.
– Я просто… Я никогда не хотел , чтобы ты видела меня таким.
– Ты защищал меня, – сказала она, сдвинув брови. – Я думаю, любой на твоём месте поддался бы эмоциям , когда защищал того, кто для него… особенный. Я не хочу сказать, что я для тебя… ну, знаешь… нечто особенное. Я просто…
– Милая, ― оборвал я ее, спасая от еще одной секунды неуверенности. ― Ты для меня определенно особенная.
Я не был готов произнести слова, которые действительно чувствовал. И я не думал, что она захочет услышать их, находясь на больничной койке после нападения.
Но для этого еще будет достаточно времени.
– Хорошо, мисс Коултер , ― сказал чей-то голос через некоторое время после того, как зашел врач и сообщил, что снимки в порядке, и что они готовят документы на выписку. ― Давайте подготовим ваше заявление , ― сказал он, входя в палату.
– Кто вы? ― спросила она, нахмурив брови.
– Куинтон Бэрд , ― сказал я ей. ― Он специалист по урегулированию проблем. Кризисный менеджер, ― уточнил я. ― Я не ожидал увидеть самого босса , ― сказал я, протягивая ему руку для рукопожатия.
– С таким крупным клиентом, как Миранда Коултер никак иначе , ну вы меня понимаете. Пока мы не найдем того , кто специализируется на такого рода дерьме, ― пояснил он.
А потом он придвинул к себе стул, и они составили заявление, с которым он выступит перед прессой, когда мы выйдем через боковую дверь.
– Ч то? ― спросил я, почувствовав на себе пристальный взгляд Миранды, когда мы ехали на заднем сиденье такси с Кэмом впереди, все трое возвращаясь в ее пентхаус.
– Твой город… интригующий , ― сказала она. ― Частные детективы, посредники и мафия, владеющая ресторанами…
– Детка, это только верхушка айсберга , ― сказал я ей. ― Но у нас еще будет достаточно времени, чтобы рассказать тебе об этом позже.
– За китайской едой , ― вмешался Кэм. ― Которая должна прибыть в здание менее чем через тридцать минут.
Тогда я задался вопросом, рассматривала ли Миранда когда-нибудь возможность того, чтобы Кэм взял на себя более непосредственную роль в ее компании.
Он и так много делал. Настолько много, что ему удалось занять ее место, когда она отсутствовала несколько дней пока лежала в психиатрической клинике.
Вероятно, она была настолько поглощена его помощью в своей жизни , что не задумывалась о том , что он был более чем способен справиться с ее работой, чтобы она могла жить и строить свою личную жизнь.
Возможно, я мог бы предложить ей это , когда мы проведём какое-то время у меня дома.
Мы молча поднимались на лифте, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд швейцара Фрэнка, чья дочь, вероятно, рассказала ему о случившемся. Я бы нашел время улизнуть, чтобы поговорить с ним позже. Но в данный момент моей главной заботой было обустроить Миранду.
Я обнял её, а она взяла Кэма за руку. Мы молча поддерживали друг друга после тяжёлого дня.
– Давайте вы двое пока свернётесь калачиком на диване? – предложил я. – А я принесу еду и вино, как только их доставят. Конечно, перед этим вам нужно переодеться, – добавил я, взглянув на окровавленную одежду Миранды. – Кэм, я могу одолжить тебе свою одежду.
Но тут двери лифта открылись, и мы оказались в коридоре на верхнем этаже. Там была куча пакетов.
– Я уже заказал кое-какую одежду. Для нас обоих , ― сказал Кэм, улыбнувшись Миранде. ― Удобные вещички для сворачивания калачиком на диване и поедания китайских блюд , ― объяснил он. ― Тебе тоже , ― добавил он, одарив меня усталой и грустной улыбкой.
Зайдя в дом, каждый захватил по пакету , а Кэм стал их перебирать, распределяя между собой.
Затем они отправились переодеваться, но, больше для того , чтобы остаться наедине.
Я разложил кое-что на обеденном столе, так как решил, что мы будем, есть на диване, затем достал вино, сходил за едой и расставил тарелки.
Когда никто так и не вышел, пройдя по коридору, я зашел в комнату Миранды и обнаружил , что она сидит на краю кровати.
Она не плакала, но была погружена в свои мысли.
Подавшись вперед и положив руки ей на бедра, я опустился перед ней на колени.
– Ты в порядке? ― спросил я, наблюдая, как она смотрит на меня.
– Я голодна. И устала. И мне грустно за Кэма , ― сказала она мне. ― Мне кажется, что я должна быть более взволнованной.
– Иногда нужно время, чтобы осмыслить происходящее. Не удивляйся , если спустя пару дней или после сна ты снова начнёшь переживать. Это нормально. Однако мы можем тебя накормить. Я уже налил вина. Я знаю, ты волновалась из-за наркотиков, но сейчас у тебя, должно быть, спадает действие, так что одного бокала будет достаточно.
– Мне это нужно, ― согласилась она, вставая рядом со мной, когда я поднялся на ноги.
Кэм купил ей какие-то супер мягкие, пушистые белоснежные брюки и толстовку, в которых, должно быть, она чувствовала себя облачком.
Услышав нас, Кэм вышел в похожем наряде, но светло-голубом.
– Я выгляжу как белая ворона , ― сказал я, переводя взгляд с одного на другого.
– У тебя темно-зеленый, и он в упаковке , ― сказал Кэм, пытаясь улыбнуться мне, но эта улыбка не коснулась его красных, опухших глаз.
После этого я переоделся, мы взяли еду и все вместе сели на диван, ели, смотрели фильм и молчали.
В конце концов, мы так и заснули.
Я проснулся от того, что Миранда растянулась на мне.
И в этот момент я понял, что хочу просыпаться каждое гребаное утро до конца своей жизни именно так…
Эпилог
Миранда
Спустя неделю
Мне казалось неправильным быть такой счастливой, какой я была после столь травмирующего события.
Я имею в виду, я была расстроена всеми этими испытаниями.
На вторую ночь я проснулась в холодном поту, но Брок был рядом, гладил меня, тихо шепча, что со мной все в порядке, что я в безопасности, что он рядом.
После того как я почти всю жизнь прожила без мужчины, который бы меня поддерживал, я должна была признать, что это было приятно.
Кэм также был с нами каждый день, уходил только для того, чтобы сходить на терапию, выпить кофе или пообедать, утверждая, что ему нужно чем-то заняться, но я была уверена, что какая-то часть его все еще чувствовала вину за всю эту ситуацию, поэтому он хотел продолжать помогать мне.
– Что ты думаешь о том, чтобы я купила Кэму новую квартиру? – спросила я Брока, когда мы сидели на кухне и пили кофе. – Кажется, он не хочет возвращаться к себе домой. И кто бы его винил? Я подумала, что могла бы… найти ему новый дом, чтобы он мог начать все сначала. А после того, как он будет готов, он сможет пойти и забрать свои старые вещи. Что? – спросила я, глядя на него.
– Когда я разговаривал с Фрэнком, кто-то переезжал из этого здания, – сказал он. – Я имею в виду, что ты могла бы подумать над тем, чтобы предоставить ему квартиру здесь.
– Это было бы замечательно, – заметила я. Было ли это дорого? Конечно. Но чем больше я думала о происходящем, о будущем, о том, каким я хотела бы его видеть, тем больше мне приходилось признаваться себе, что мне наконец-то нужно на некоторое время отвлечься от работы, перестать сводить всю свою жизнь к этому.
Но чтобы я могла уйти, мне нужно было позволить кому-то другому взять на себя больше контроля.
Кто мог бы справиться с этим лучше, чем Кэм? Единственный человек, который знал бизнес так же хорошо, как и я. Черт, может быть, даже лучше, поскольку он был в курсе дел о других сотрудниках.
И если я собиралась предоставить Кэму больше контроля над компанией, чтобы у меня появилось свободное время, ему было бы целесообразно находиться рядом. Также имело смысл держать его здесь, если я собираюсь провести некоторое время с Броком в «Навесинк Бэнк». Он мог бы присмотреть за моей квартирой. Забрать вещи из химчистки, почту и посылки. Убедиться, что горничной платят. И тому подобное.
Это был действительно самый разумный вариант.
– На самом деле, это отличная идея, – сказала я ему.
– Ты собираешься назначить Кэма своим вице-президентом или на другую должность ниже твоей, не так ли?
– Я, э-э, подумала, что было бы неплохо, ну, знаешь, получить шанс немного насладиться своей жизнью.
– Может быть, тебе понравится такая жизнь в «Навесинк Бэнк»? – спросил он.
– Я слышала, что у них один из лучших итальянских кофе в трех штатах, – сказала я, слегка улыбнувшись ему.
– Лучший кофе в стране, – подтвердил он. – Я думаю пришло, тебе самое время пожить своей жизнью, дорогая. И я знаю, что Кэм будет более чем способен позаботиться о бизнесе, пока ты будешь заниматься собой.
– Да, – согласилась я. – Он может быть даже лучше, – заметила я. – Итак… ты думаешь, Беллами серьезно говорил о вилле? – спросила я его.
– Если я что-то и знаю о Беллами, так это то, что он редко относится к чему-либо серьезно. Но он также очень щедр, так что, конечно, позволит нам остаться у него, если мы захотим. Я слышал, что недавно он приобрел виллу на Мальдивах. У него есть квартира в Париже. Вилла в Мексике.
– Мы могли бы совершить мировое турне по резиденциям Беллами, – предложила я, улыбаясь.
– Если мы побываем во всех резиденциях и Фенуэя, то можно сказать объездим все страны, – согласился он.
– Я все еще не могу поверить, что ты тоже знаешь Фенуэя. Какой маленький мир. – сказала я, качая головой.
– Так вот чем ты хочешь заняться? – спросил Брок. – Путешествовать?
– У меня никогда не было такой возможности, – призналась я. – Весь прогресс в моей карьере. Все эти деньги. И все, что я на самом деле делаю, это работаю и слоняюсь по городу.
– Похоже, пришло время насладиться тем, что ты получила благодаря своему упорному труду.
– Кажется, ты много путешествовал.
– Да, – согласился он. – «Я определенно смогу показать тебе мир», – сказал он, ухмыляясь ссылке на «Аладдина », которую, как я поняла, он сделал после того, как узнал, что это был мой любимый «диснеевский» мультик, когда я была маленькой.
– Звучит заманчиво, – улыбнулась я в ответ. – Я имею в виду, я знаю, что у тебя своя жизнь, но…
– Милая, вот тут-то и пригодится роль бездельника в моей компании. Они привыкли, что я иногда пропадаю на пару недель или месяцев. Они вряд ли заметят, что я отсутствовал.
– Я уверена, что это неправда. Кто же еще будет спать с девушкой курьера, если не ты? – поддразнила я.
– Детка, я почти уверен, что те дни, когда я спал с кем угодно, только не с тобой, остались в прошлом.
– Почти уверен? – спросила я, не желая показаться слишком требовательной, как будто мне так скоро нужны были серьезные обязательства от него. Но также хотела прояснить, что мы оба на одной волне, что нам больше не нужно спать с другими людьми, что мы движемся к чему-то серьезному.
– Я никогда не думал, что скажу это, – сказал он, отставляя свою кружку с кофе, чтобы дотянуться до моих бедер и притянуть меня ближе. – Но я не думаю, что когда-нибудь захочу снова хотя бы взглянуть на другую женщину.
– Правда? – спросила я, слегка улыбнувшись ему.
– Я имею в виду, если бы ты чаще смотрела на себя, разве ты захотела бы смотреть на кого-то еще? – спросил он с мальчишеской улыбкой, которая не должна была быть такой обаятельной.
– Мне тоже вроде как нравится смотреть на тебя, – сказала я ему, сильнее прижимаясь к нему.
– Ну… кто бы мог тебя осудить? – спросил он, когда его руки скользнули вверх, затем вниз по моей спине, опускаясь опасно, но недостаточно низко.
После нападения он стал почти святым.
В первую ночь мы все вместе завалились на диван.
На следующий день мы с Кэмом вырубились в моей постели после долгого разговора, а он снова завалился на диван.
После этого я не могла понять, почему он не решался прикоснуться ко мне. Возможно, он беспокоился о том, как это повлияет на мои швы. Или же он был слишком чувствителен после того, что произошло.
Но я уже устала ждать.
И Кэма не было дома.
Мои руки скользнули вверх по его животу, затем по груди, прежде чем обвиться вокруг его шеи, и я приподнялась на цыпочки, чтобы прижаться губами к его губам.
Сначала он позволил мне взять инициативу в свои руки.
Но по мере того, как его член твердел напротив меня, его губы брали верх, становясь тверже и требовательнее.
Затем его руки оказались на моей заднице, сжимая и притягивая меня еще крепче к его твердости.
Мои руки снова нетерпеливо скользнули вниз по его груди, затем по животу, чувствуя, как подрагивают мышцы под моими прикосновениями.
Низкий рокочущий звук пронесся по его телу, когда моя рука скользнула под пояс его брюк, обхватила его и принялась поглаживать.
Он позволил мне прикоснуться к нему всего на несколько секунд, прежде чем схватил меня, стянул мои шелковые пижамные шорты и трусики вниз по ногам, а затем опустился передо мной на колени.
Потянувшись к моей ноге, он закинул ее себе на плечо, чтобы его язык мог провести по моей расщелине, подразнить мой клитор.
Одной рукой я оперлась о столешницу позади него, чтобы не упасть, а другой обхватила его затылок, прижимая к себе, хотя он и не выказывал никаких признаков желания отстраниться. Он продолжал ласкать меня, приближая, подталкивая к краю, а затем, погружая в оргазм, от которого у меня затряслись ноги, а стоны рикошетом отражались от стен и шкафчиков на кухне. Вскочив на ноги еще до того, как стихли волны наслаждения, он схватил меня, развернул и прижал к кухонному островку.
Я смутно слышала, как открывается и закрывается один из выдвижных ящиков, не придавая этому никакого значения, пока не услышала шуршание упаковки презерватива.
Но прежде чем я успела осознать тот факт, что он прячет презервативы в моих кухонных шкафчиках, я почувствовала, как его член скользит вверх и вниз по моей промежности, затем прижимается и вздымается внутри меня.
Все рациональные мысли вылетели у меня из головы, когда я почувствовала, как он снова раздвигает меня, погружаясь глубоко внутрь.
Руки Брока скользнули под подол моей рубашки, скользя вверх по животу и смыкаясь на груди, его пальцы превратили мои соски в затвердевшие бутоны, в то время как его член упрямо оставался внутри меня.
В нетерпении я начала двигать бедрами навстречу ему.
– Бл *дь, ты убиваешь меня, детка, – прошипел он, сжав пальцы, причиняя боль, которая не имела права быть такой сексуальной, какой она была на самом деле.
– Трахни меня, Брок, – потребовала я.
Тот контроль, за который он держался до этого, тут же сломался.
Его рука опустилась на мои бедра, используя их так, чтобы прижать меня к себе, когда он двинулся вперед.
Жестко.
Глубоко.
Быстро и без усилий возвращая меня наверх.
А потом меня пронзил оргазм такой силы, что, клянусь, на секунду я чуть не потеряла сознание.
– Неужели ты… достал презерватив из ящика с льняными салфетками? – спросила я, когда снова смогла ясно мыслить.
– Да, именно так, – сказал он, отодвигаясь от меня, но перед этим шлепнув по заднице. – На твоем журнальном столике тоже есть немного, а так в бельевом шкафу в ванной, в комоде, о, и еще в нескольких декоративных вазочках. Пришлось подготовиться, – сказал он, отодвигаясь, что побудило меня взять свои трусики и шортики и водрузить их на место.
– Когда ты успел это сделать? – спросила я, гадая, было ли это до или после нападения.
– Пока вы с Кэмом делали педикюр, – сказал он мне. – Мне нужно было подготовиться к тому моменту, когда ты снова будешь готова.
– Думаю, я практически всегда буду готова для тебя, – сказала я ему, не обращая на это внимания.
– Мне знакомо это чувство. К счастью, сейчас у нас нет ничего, кроме времени…
Брок
С пустя 3 месяца
– Достаточно, – сказал я, потянувшись через стол, чтобы забрать телефон из ее рук.
Непохоже, что она отвечала на какое-то важное рабочее электронное письмо. Скорее всего, она все еще пыталась руководить издалека. Несмотря на то, что Кэм взял на себя руководящую роль, что наводило на мысль, о том, что он долгое время ждал шанса проявить себя.
Та часть меня, которая потратила чертовски много времени, работая над собственным психическим здоровьем, была немного обеспокоена тем, что он маскирует свое горе и гнев на работе. Другая часть меня, однако, знала, что Кэм ходит к психотерапевту. И если она была согласна с тем, как он справлялся, то это действительно было все, что имело значение.
В случае с Мирандой всё произошло так, как я и ожидал. Первую неделю или около того она чувствовала себя более-менее нормально. Её больше беспокоило состояние Кэма, чем то, что случилось с ней. Но на второй неделе начали мучить кошмары. Я часто замечал, как она смотрит в окно, погружённая в свои мысли, с испуганным выражением лица.
Но я убедил её обсудить эту тему. Она согласилась, что если почувствует необходимость, то обратиться к специалисту.
До тех пор мы просто пытались наслаждаться жизнью и друг другом.
– Эй, я могла бы кое-что сделать, пока мы ждем, – настаивала она, но не пыталась забрать свой телефон обратно.
Но ее можно было оправдать, так как мы, можно сказать, целую вечность, ждем частный самолёт.
– Напомни мне еще раз, почему мы согласились лететь самолетом Беллами, а не просто… коммерческим рейсом? – спросила она. – Или не взяли мой собственный самолет? – спросила она, вздохнув.
– Ты в это время разговаривала по телефону, – напомнил я ей. – Этот человек водит тебя за нос, пока у тебя не закружится голова, и ты не сможешь ясно мыслить.
– Я знаю, – покачала она головой. – После этого звонка я чувствовала себя пьяной.
Когда она, наконец, решила, что может позволить себе ненадолго уехать из страны, её мысли постоянно возвращались к вилле Беллами. Не знаю, было ли это связано с той странной и напряжённой ночью, когда она получила приглашение, или с тем, что мы только начали наши отношения, и она представляла нас именно там, но она не могла перестать думать об этом месте, не желая рассматривать другие варианты.
Поэтому, когда мы позвонили ему и напомнили о приглашении, нас каким-то образом уговорили воспользоваться и его самолетом. А затем и его яхтой, когда мы захотели отправиться в Грецию.
Это было целое событие.
О котором мы вскоре пожалели.
Ведь мы уже четвертый час ждали, этот чертов самолет.
Что означало, что мы будем в Италии самое раннее в девять или десять вечера. Это было не то, чего мы хотели. Но теперь мы были вынуждены с этим смириться.
– О, наконец-то, – сказала Миранда, когда мы услышали вдалеке шум самолета.
Вскоре самолет приземлился, и мы направились к нему по взлетно-посадочной полосе, пока опускались трапы.
Затем появился Беллами.
И… Фенуэй?
– Извините, друзья мои, – сказал Беллами, сильно хлопнув Фенуэя по плечу. – Мне пришлось забрать Фенуэя из-за очередного международного инцидента, – сказал он, ухмыляясь. – Ему нужно съездить в «Навесинк Бэнк», чтобы повидаться с другими нашими друзьями.
Мы все знали, кто эти друзья.
Куинтон Бэрд.
И его бедная команда, которой, должно быть, надоело расхлебывать его кашу.
– Разве я виноват в том, что жены влиятельных людей хотят переспать со мной? – спросил Фенуэй, не выказывая ни малейшего раскаяния.
– Возможно, было бы разумным решением в будущем убедиться, что жены, о которых идет речь, не замужем за криминальными авторитетами, – предложил Беллами.
– Ну, или, знаешь, спать с незамужними женщинами, – сказала Миранда, закатывая глаза.
– Миранда! – воскликнул Фенуэй, сразу просияв. – Я так и думал, что это ты. Ты восхитительное создание, – сказал он, бросаясь вперед, словно они были самыми старыми друзьями. – Посмотри на себя. Ты просто сияешь. Даже после того, что с тобой случилось. Так приятно видеть тебя не на работе или благотворительном вечере. Что ты делаешь с этим придурком? – спросил он, бросив ухмылку в мою сторону. – Знаешь что, не бери в голову. Он – идеальная партия. И я говорю это не только потому, что он уже много лет составляет конкуренцию всем красивым женщинам. Мы должны пообедать вместе.
– Нет, – сказал Беллами, закатывая глаза. Беллами был, по-своему, довольно беззаботным и фривольным. Знаете, если не считать того темного дерьма, которое он вытворял, о котором никто не знал. Но когда его сажали рядом с «Фенуэем Арлингтоном», он был настроен серьезно. – Нам нужно доставить тебя к Куину, пока кто-нибудь не пустил тебе пулю в лоб.
– Не будь смешным, – сказал Фенуэй, но его тон стал чуть мрачнее. – Никто бы не захотел испортить такое совершенное лицо. Увы, но он прав, – сказал тот, целуя Миранду в щеку. – Я слышал, вы двое собираетесь в турне по Италии и Греции. Если вдруг захотите посетить какой-нибудь из моих домов в Европе, я в двух шагах от вас.
С этими словами он направился к машине, которая подъехала к нему как раз вовремя.
– Извините за задержку. Это действительно был вопрос жизни и смерти, – сказал Беллами, тяжело вздохнув. Миранде это было бы непонятно, но, поскольку я знал Беллами еще по нашим тайным операциям, я заметил выражение его глаз в тот момент. Тот, в котором говорилось, что он не просто схватил Фенуэя с асфальта в какой-то чужой стране, а ему нужно было серьезно постараться, чтобы вытащить его оттуда. – К сожалению, пилоту нужно будет заправиться и сделать пересадку в следующем аэропорту, но до вашего вылета останется всего час или около того. Я разместил вас на ночь в отеле в Италии. Утром вы сможете осмотреть виллу.
Он позаботился обо всем.
И поскольку мы хорошо насладились его гостеприимством в тот вечер, прежде чем отправиться на виллу на следующее утро, все неудобства были прощены.
– Я думаю, нам нужна вилла, – заявила Миранда на второй день нашего пребывания там, стоя на балконе, с которого открывался вид на оливковый сад за домом Беллами, тем временем как я продолжал лежать в постели, наслаждаясь ее видом в одной рубашке.
Нам.
Она считала, что нам нужна вилла.
Мне нравилось, что она все чаще и чаще использовала это слово, когда говорила о будущем.
Какие страны мы собирались посетить.
Какие льготы мы собирались получить.
Всё время, что мы были вместе, она давала понять, что серьёзно относится к нашим отношениям. Но услышать, как она говорит об этом прямо, было совсем другим делом.
Легко было просто… быть с кем-то.
Сложнее представить свое будущее с этим человеком.
Или, по крайней мере, я так думал.
Раньше будущее всегда было каким-то… расплывчатым. Я полагал, что там должны быть константы. Мне нравится работа, нравится мой дом, нравятся путешествия и мои друзья.
Но я не мог ясно видеть ничего другого.
Пока не появилась Миранда.
Теперь, когда я смотрел в будущее, я видел только ее.
Как она стоит на моей кухне и готовит для меня кофе, в своём рабочем наряде, который я снимаю с неё. Как она нежится в гамаке на моём заднем дворе. И как она одета в очередное сексуальное платье на благотворительном вечере.
И, более того, я видел там себя , в каждой из этих событий.
Потому что я наконец-то нашел ее.
Человека, который смотрел на меня так же, как Рия и Сойер смотрели друг на друга, Кензи и Тигр, или Кларк и Барретт.
Человек, на которого я смотрел так же.
С чистой, неразбавленной любовью и восхищением.
Потому что другого выхода не было.
Я, черт возьми, обожал ее.
Я любил ее так, как не был уверен, что способен на это.
– Брок?
– М-м? – спросил я, подняв глаза и осознав, что глубоко погрузился в собственные мысли.
– Что ты думаешь?
– О чем?
– О покупке виллы.
– У нас будет свободный доступ к большому количеству итальянской еды, – сказал я, кивнув.
– Я думаю, что не все рестораны, будут принадлежать мафии или кому-то в том же духе, – сказала она с ухмылкой, возвращаясь к кровати. – Но я уверена, что мы сможем найти место, которое нам понравится.
– А вот на счет кофе я не уверен, – проговорил я, качая головой.
– Очевидно, нам придется импортировать его из «Навесинк Бэнк», – заявила она, и мне пришлось рассмеяться над этим. – Может тебе начать жить в стране, известной своим кофе и работать неполный рабочий день, привозя его из какого-нибудь небольшого городка в Нью-Джерси.
– Очевидно, – согласился я. – Так что же произойдет, если ты полюбишь Грецию, Мальдивы и Южную Америку так же сильно, как любишь это место?
– Ну что ж, я думаю, мы начнем коллекционировать недвижимость, как Беллами и Фенуэй, – сказала она. – И может быть, когда-нибудь мы сами сможем устроить международный скандал.
– Ну, в случае чего мы знаем, кому позвонить, чтобы все уладить.
– Кэму, – сказала она с широкой улыбкой.
– А знаешь? Наверное, ты права, – согласился я, сгибаясь, хватая ее и затаскивая обратно к себе на кровать.
Миранда
Спустя 8 месяцев
– Это доставка китайской кухни… – начала я, направляясь в гостиную нашего пентхауса, где мы всё ещё проводили часть времени, хотя в последнее время больше бывали в «Навесинк Бэнк».
