Текст книги "Соблазнитель для мамочки (ЛП)"
Автор книги: Дженни Бара
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
Желудок скрутило узлом, а сердце подпрыгнуло к самому горлу. Ну зашибись. Сам же в это вляпался.
Расправив плечи, я решил, что буду отвечать за свои поступки, и вышел из гостиной. – С возвращением, Босс.
Волосы Бекетта насквозь промокли, с пряди, прилипшей ко лбу, текла вода. Перья облепили голову и плечи, а парочка даже сползла на куртку. Просто чтобы позлить его, я смахнул несколько штук.
Свирепо глядя на меня, он отбил мою руку.
– Убери здесь все, – прорычал он и зашагал вверх по лестнице. На полпути он остановился и провел рукой по ежику Финна. – Отличный розыгрыш. В следующий раз я помогу вам подловить Пучка.
– Да! – рассмеялся Финн и припустил следом за Бекеттом. – У меня есть суперская идея. Как-то раз у меня были блестки...
О боже.
– Хочешь в Кирби поиграть? – спросил Лиам у Кая.
Через полсекунды я остался в прихожей в полном одиночестве.
Что ж, похоже, уборка на мне. Не зная толком дороги, я прошел в глубь дома и оказался на кухне. На минуту я замер, разглядывая это зрелище, потому что – ух, ну и вид. Темное дерево, оливковые столешницы, отсутствие дверок на шкафах. Половина пола выложена желтой плиткой, остальное – голая фанера. Я покачал головой, схватил с полки рулон бумажных полотенец и заглянул под раковину в поисках пакета для мусора.
Когда я выпрямился, мой взгляд упал на список дел на меловой доске. Это была таблица с цветовой кодировкой, и каждый пункт касался ремонта. Задачи, отмеченные красным, значились как срочные. Слава богу, комната моей девочки входила в эту категорию. Работы предстояло много, но, может, мы успеем привести этот дом в безопасный вид за следующие девять месяцев. Или восемь. Или уже семь? У Дилан скоро пойдет восьмая неделя. Я покачал головой и вернулся в прихожую, окинув взглядом провода, свисающие оттуда, где должна была быть люстра.
Я как раз подбирал последние мокрые перья, все еще стоя на коленях, когда Бекетт с грохотом спустился по лестнице. Он переоделся, волосы почти высохли, хотя пара перьев все еще прилипла к затылку.
– Куда мне вещи кинуть? – я кивнул на сумку, которую бросил ранее.
Бекетт скрестил руки на груди поверх черной футболки. Этот неформальный вид меня немного сбивал с толку. Он изредка зависал с Джейми, они даже вместе играли в хоккей, так что я понимал, что он не живет в костюме, но к такому домашнему образу мне еще предстояло привыкнуть.
– Будешь жить в комнате Дилан. Полагаю, раз ты умудрился обрюхатить ее, то дорогу к кровати найдешь.
Плечи напряглись, кулаки сжались, но я подавил едкий ответ, готовый сорваться с языка. Вместо этого я глубоко вдохнул через нос и медленно выдохнул, собирая в кулак все свое самообладание. Поднявшись в полный рост, я сделал шаг к человеку, который владел моей командой.
Из-за того, что я стоял вплотную, ему пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на меня. Губы его были плотно сжаты, ноздри раздувались. Ох, как же его бесило, что я почти на десять сантиметров выше.
– Можешь поливать меня грязью. Говори что хочешь, издевайся – я все проглочу, – я сжал челюсти и снова вдохнул через нос. – Но Дилан не трогай. Ясно?
Он вскинул бровь, и уголок его рта дернулся вверх.
Дверь за нашими спинами распахнулась.
– Всем сложить зонты!
В комнату хлынули детские ножки вперемешку с пластиковыми зонтиками. Капли летели во все стороны, когда радужный строй зонтов, защищавших выводок от дождя, начал складываться один за другим. Наконец Дилан захлопнула за собой дверь.
– Привет, – улыбка, которую она мне подарила, мгновенно подняла настроение. – Кажется, мы договаривались на шесть. Я опоздала?
Я подошел к ней и забрал зонт. Закрыв его, я бросил желтый пластик в картонную коробку к остальным, пока вокруг нас суетилась куча маленьких человечков.
– Это я пришел раньше, – я убрал влажные кудри от ее глаз, наслаждаясь тем, как одно ее присутствие меня успокаивает. – Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо, – улыбнувшись, она пожала плечами. У этой женщины всегда все было хорошо.
Я писал ей по нескольку раз в день, и она ни разу не пожаловалась на усталость, капризы или тошноту. Такое отсутствие симптомов начинало меня пугать. Вдруг это знак, что что-то не так?
Кто-то откашлялся, и Дилан наклонилась, выглядывая из-за моего плеча.
– Бекс, ты что, подрался с птицей? – она подскочила к нему и вытянула изумрудное перо из его волос.
– Спроси своего парня, или папашу, или как ты его там называешь, – он качнулся на пятках. – Привет, малышка, – произнес он тоном более мягким, чем я когда-либо слышал, и подхватил на руки малышку, пришедшую с Дилан.
Дилан сморщила нос.
– Папаша.
Хоть это слово и описывало нашу ситуацию, мне оно тоже не нравилось.
– А что такое «папаша»? – спросила одна из девочек.
Вокруг нас крутились три девчушки примерно одного возраста. Я не знал имен. Они были крупнее Кая и намного старше Финна. Двое из них были одеты одинаково, с хвостиками-косичками, и, если я не ошибался, та темноволосая, что говорила с Дилан, была дочкой Лив.
Бекетт поморщился.
– Спроси у мамы, – Дилан ехидно улыбнулась Бекетту.
Ну точно. Темноволосая девчонка – дочка Лив, и я сомневаюсь, что Лив оценит, если он объяснит ребенку значение этого словечка.
– Ужинать будем? – спросил Бекетт.
– Грудинка в мультиварке. Картофельный салат в холодильнике. К половине седьмого все должны быть дома. В какой-то момент планирую всех покормить, – Дилан похлопала его по плечу. – Чур, ты водишь, пока мамочки не вернулись. – Затем она перевела свои золотистые глаза на меня. – Бери сумку. – И она упорхнула по коридору к лестнице, ведущей на нижний ярус, и скрылась из виду.
– Тебе тоже вменяют присмотр за детьми? – спросил я Бекетта.
Покачав головой, он усмехнулся.
– Ох, Пучок, тебе еще столькому предстоит научиться. – Он повернулся к девочкам. – Идемте, проверим котировки, а вы мне пока расскажете все про космический лагерь.
– Это лагерь по спутникам, а не космический лагерь, Босс, – поправила его одна из двойняшек, когда они направились в столовую.
– Придется тебе научить меня отличать одно от другого, Фиби.
Все еще пребывая в легком шоке от этой стороны Бекетта, я подхватил сумку с пола и спустился по лестнице.
– Я здесь, – отозвалась она, стоило моим ногам коснуться площадки.
Я пошел на звук ее голоса и вошел в спальню, которая сегодня выглядела такой же недоделанной, как и несколько недель назад. В коридоре уже установили гипсокартон, но стена с ее стороны представляла собой голый каркас из стоек.
В списке дел ее комната была отмечена как срочная задача. От этой мысли меня обдало волной облегчения. О ней позаботятся. А то, что я буду здесь, позволит мне следить за ходом работ и подгонять процесс.
– Нас много, так что лишнего места нет, – она пожала плечами и плюхнулась на кровать, подогнув под себя ноги. В легинсах и облегающей футболке она выглядела просто прелестно. – Нам придется быть соседями по комнате.
Глаза сами собой опустились к тому сантиметру кожи между розовой футболкой и черными легинсами. Эта фарфоровая белизна так и манила. В памяти всплыло, как мои ладони скользили по ее ребрам, сжимая идеальную грудь…
– Самсон? – ее кудри качнулись, когда она склонила голову набок.
Моргнув, я заставил себя вернуться в реальность.
– Я знаю, что мы вроде как не... – она помахала руками в воздухе, – не пара, но мы оба взрослые люди. Сможем как-нибудь просто спать в одной постели. – Она вцепилась в кулон на шее и принялась двигать его туда-сюда по цепочке. – Ведь так?
Она это серьезно? Я еще не встречал женщины, которая притягивала бы меня сильнее. Черт, мой член уже готов был прорвать джинсы, а я всего-то сделал три шага в ее спальню. И она думает, что мы сможем «просто спать» вместе каждую ночь?
– Ты не против? – она закусила нижнюю губу, не сводя с меня глаз.
Я откашлялся и окинул взглядом белое стеганое одеяло в фиолетовых цветочках, накрывавшее небольшую кровать. Дома у меня стояла огромная «калифорнийская» кровать – на любой другой мои ноги свисали, – а в том, что эта дотягивает хотя бы до двуспальной, я не был уверен.
Между ее бровей залегла складка, когда я не ответил сразу. И, как ни странно, мне просто хотелось, чтобы она была счастлива.
– Конечно, все отлично.
Сердце екнуло, когда она озарила меня широченной улыбкой.
Я по уши влип.
Все было куда более неловким, чем мне хотелось. Я расставила на тумбочке побольше целестина и розового кварца, чтобы наполнить комнату спокойной, стабильной энергией, но даже это не помогало – напряжение в воздухе можно было резать ножом. Наверное, стоило зажечь благовония. У меня наверняка нашлась бы подходящая смесь, чтобы выкурить эту неловкость. Совсем не хотелось, чтобы подобная атмосфера задержалась здесь на несколько дней.
– Я освободила тебе место в шкафу и очистила две верхние полки в комоде.
Он поджал губы.
– У меня не так много вещей. Все в порядке.
Я отодвинулась на край кровати и указала в угол комнаты.
– А еще я приготовила это для тебя.
На его лице наконец промелькнуло подобие улыбки. Он бросил сумку и присел на корточки в углу. Сегодня его светлые волосы были собраны в пучок, что подчеркивало резкие линии челюсти. Черт. И когда это я начала считать шеи сексуальными? Пока он разглядывал мой подарок, он сглотнул, и от того, как дернулся его кадык, у меня внутри потеплело.
– Ты купила мне коврик для пазлов? – спросил он, обернувшись ко мне через плечо.
Я кивнула.
– И я очень постараюсь их не портить.
– Что? – Он усмехнулся и покачал головой.
Вздохнув, я коснулась кулона из розового кварца на цепочке, словно пытаясь занять у камня немного энергии.
– У меня пунктик насчет неоконченных пазлов. Какое-то безумное желание во что бы то ни стало их дособирать. Друзья даже превратили это в игру – проверяют, как быстро я справлюсь.
Он молча изучал меня, вскинув светлые брови, но ничего не сказал.
Я махнула рукой.
– Но я постараюсь взять себя в руки и оставлю эту гору деревяшек тебе.
Он поднялся и сел рядом со мной. Матрас прогнулся под его весом.
– Я понимаю, что такое одержимость чем-то. Поверь. Если хочешь, можешь собирать вместе со мной, я не против. Смотреть, как ты это делаешь? – Он улыбнулся так, что у меня сердце ушло в пятки. – Это чертовски мило.
Я легонько задела его плечом. Он был намного крупнее меня, и мне приходилось смотреть на него снизу вверх.
– Значит, ты правда не против?
Он провел теплой ладонью по моей руке.
– Светлячок, – он улыбнулся. – Как бы странно это ни звучало, я рад здесь оказаться.
Кивнув, я поднялась с кровати.
– Ладно. Оставляю тебя обустраиваться. Можешь разведывать обстановку сколько влезет, но предупреждаю, – я постучала по крышке тумбочки. – Делия и Шей задались целью найти идеальный вибратор, так что у меня целый ящик этого добра.
Его глаза округлились, и он коротко хохотнул.
– Ты не дашь мне расслабиться, верно?
Я пожала плечами и направилась к двери.
– Наверное. Пойду закончу с ужином. Дай знать, если что-то понадобится.
– И где этот парень? – Делия бросила сумку на стол и оглядела кухню.
Я возилась у огромной старой белой плиты. Сегодня была не моя очередь, но я сама вызвалась готовить, потому что хотела, чтобы первый ужин Кортни с нами был чем-то более съедобным, чем то, что Шей называет здоровой пищей.
– Кортни раскладывает вещи, – я кивнула на стопку столовых приборов на кухонном острове. – Иди накрой на стол.
– Нет. Сначала мне нужно предупредить этого мужчину, чтобы он с тобой не шутил, – Делия нахмурилась.
– Он не из тех парней, которым можно угрожать, – Лив, сидевшая на высоком табурете, пожала плечами.
– Это еще почему? – спросила Делия.
– Мне тоже любопытно.
От этого густого баса я обернулась и с трудом сдержала улыбку.
– Обалдеть, ну ты и здоровяк вблизи, – Делия задрала голову, рассматривая мужчину, стоящего прямо перед ней.
Стоять рядом с Кортни – это всегда отдельное приключение.
Он усмехнулся.
– Часто это слышу.
– Какой же в тебе рост? – Делия изучала его грудь, а затем ее взгляд пополз все выше и выше, к пучку на макушке.
– Сто девяносто восемь сантиметров, сто девять килограммов, – ответила Лив. Все уставились на нее. – Что? – Она пожала плечами. – Я знаю статистику почти всей команды.
Кортни хмыкнул и неспешно подошел ко мне.
– Это нужно отнести на стол? – Он указал подбородком на приборы и салфетки.
– Тебе вовсе не обязательно...
Он отмахнулся и сгреб все со столешницы.
– Римский бог, который накрывает на стол, – Делия развернулась и во все глаза уставилась на Кортни, пока тот раскладывал приборы. – Вот это да.
– Девочки, – простонала Шей, появляясь в дверях. Она ввалилась в кухню и рухнула грудью на остров, раскинув руки и прижавшись щекой к зеленому пластику. – Сегодня был бесконечно долгий день.
– Классные татухи.
Шей подскочила, услышав голос Кортни, и инстинктивно прикрыла ладонью шею, на мгновение спрятав татуировки-звезды, но тут же опустила руку.
– Ты сегодня переехал? – Ее глаза округлились, когда Кортни неспешно вернулся в комнату. – Прости, это было худшее приветствие в мире.
Кортни оперся ладонями о столешницу рядом со мной. На секунду мне нестерпимо захотелось прильнуть к его боку, но я быстро отогнала эту мысль.
– Бывали приемы и похуже.
Лив рассмеялась, а Делия закатила глаза.
Появилась Колетт, она с задумчивым видом разглядывала нового жильца.
– Привет. Я Колетт. – Она остановилась перед Кортни и задрала голову, чтобы посмотреть ему в лицо. – Я не стану писать букву «К» у себя на лбу, так что даже не проси.
Он улыбнулся ей сверху вниз.
– Я Кортни, и мне бы тоже этого не хотелось, так что я тебя не виню.
– Со скольки сантиметров человек официально считается великаном? – спросила она.
Кортни пожал плечами.
– Можно загуглить.
– Нет! – Колетт уперла руки в бока и склонила голову набок точно так же, как всегда делала ее мать. – Нельзя давать роботам власть.
Он положил предплечье на кухонный остров, склоняясь поближе к ней:
– Ты права. Если им позволить, роботы захватят мир.
Колетт так и просияла, глаза ее загорелись, а улыбка стала до ушей.
– Вот именно. Я сегодня столько всего узнала о беспроводных технологиях. Нам точно нужно убедиться, что роботы принадлежат нам.
– Смена в техническом лагере? – спросил Кортни.
– Мне нравится, что ты не такой тупой, каким кажешься. – Колетт схватила Кортни за руку. – Пошли, я проведу тебе экскурсию. Я знаю в этом доме все самые крутые места.
– Веди, Эми Худ.
– А это еще кто?
Я не расслышала, что ответил Кортни, последовав за Колетт из комнаты.
– Черт, – Делия проводила его взглядом, а затем резко повернулась ко мне. – Он знает, кто такая Эми Худ.
– А я нет, – я пожала плечами.
– Скоро тут соберется его фан-клуб, – предрекла Шей.
В дверях кухни фыркнул Лиам.
Я прищурилась, глядя на сына, и предостерегающе подняла палец:
– Помни о своем обещании.
Он поднял руки вверх, сдаваясь:
– Я помню. Прежде чем мне позволят его ненавидеть, я должен дать ему шанс доказать, что он здесь задержится.
От его слов у меня упало сердце. Лив подошла и встала рядом со мной, потирая мое плечо. Она понимала мое беспокойство, потому что Лиам, когда хотел, умел устроить настоящий хаос. А мне совсем не хотелось, чтобы он разрушил ту семейную идиллию, которую мы пытались создать.
– Не усложняй матери жизнь, Лиам. Дай Кортни шанс, и обещаю, он тебе понравится, – Лив бросила на него предупреждающий взгляд. Огромный плюс нашей совместной жизни заключался в том, что мы всегда поддерживали друг друга в вопросах воспитания детей.
– Может, мне помочь с ужином?
В комнате воцарилась мертвая тишина. Мы все как один повернулись к нему с отвисшими челюстями.
Делия склонила голову и уперла руки в бока:
– Ты кто такой и куда ты дел Лиама?
Она сняла эти слова у меня с языка.
Сын пыхнул и откинул волосы с глаз:
– Я думал, мне полагается облегчать ей жизнь.
Но от последовавшей за этим усмешки мне стало не по себе.
Народу здесь было просто немерено. Я замер у входа в столовую, наблюдая, как подруги Дилан и их дети рассаживаются за двумя сдвинутыми раскладными столами. Делия заняла место во главе одного, окруженная остальными женщинами. Близнецы и другие дети попрыгали на стулья с противоположного конца. Беккет выдвинул стул где-то посередине.
Рядом кто-то откашлялся. Я глянул вниз: дочка Лив, Винни, смотрела на меня, переминаясь с ноги на ногу и вертя в руках что-то розово-голубое.
– Ой, прости, – я отступил к косяку, давая ей пройти.
– Нет, – она покачала годовой. – Я это для тебя сделала... ну, чтобы типа поприветствовать тебя в нашем доме... – Она протянула мне тонкий плетеный браслет.
Черными буквами на нем было выведено «Пучок», а вокруг теснились темно-синие и розовые бусины. Я присел, чтобы не возвышаться над ней, и улыбнулся.
– Ого, ты сама это сделала?
Она пожала плечами:
– У Revs цвета синие, вот я и подумала, что тебе тоже синий захочется. А розовый – мой любимый. Но если ты думаешь, что это глупо... – Она замолчала, разглядывая свои ноги.
– Мне очень нравится, – сказал я, надевая браслет на запястье.
Она вскинула подбородок, и на лице промелькнула тень улыбки.
– Будешь носить?
– Конечно.
Она покосилась на Беккета, который наблюдал за нами. Он улыбнулся ей, а затем перевел взгляд на меня. Выражение его лица было невозможно разгадать. Губы сжаты в прямую линию, и хоть он не метал в меня молнии, тепла в его глазах тоже не наблюдалось. Продолжая меня изучать, он оперся локтем о стол. Тут мое внимание привлекли розовые и зеленые бусины у него на руке, которых я раньше не замечал. Я снова посмотрел ему в лицо, и он коротко кивнул.
Не говоря больше ни слова, Винни вприпрыжку убежала к столу. Но когда села, снова мне улыбнулась. Похоже, в этом доме у меня появился как минимум один союзник, кроме Дилан. Запишем это в победы.
– Ты со мной рядом, Пучок, – Лиам подошел сзади и сунул мне тарелку с барбекю и картофельным салатом прежде, чем я успел выпрямиться.
Я не понимал, то ли я не голоден, то ли слишком нервничаю, чтобы есть. Потому что, хоть я и лез из кожи вон, чтобы со всеми познакомиться, хаоса оказалось больше, чем я ожидал. Переезд в дом, где живут еще двенадцать человек, в теории выглядел проще, чем на практике.
Лиам сел напротив Беккета – они будто образовали стену между женщинами и детьми.
Не знаю, что это значило, но сейчас у меня были заботы поважнее: например, запомнить имена и не забыть, что Фиби – это та близняшка, у которой в косичках красные резинки, а у Колетт – черные. Колетт что-то там говорила про букву «К» на лбу, но после того как близняшки тридцать минут водили меня по дому с экскурсией, я понял, к чему это было. Они же почти на одно лицо.
– Я хочу сидеть с Пучком, – малыш в пачке надулся рядом с Беккетом, когда я занял место между Дилан и Лиамом.
Беккет вскинул бровь.
– Ты всегда сидишь со мной, Хак.
Хак? До этого момента я был уверен, что пацана зовут Финн. Черт, тут что, вторая пара близнецов? И если да, то куда делся второй? Я снова обвел взглядом стол: все места заняты, но второго мальчика в пачке не было.
– Но у него такие красивые волосы. Я хочу их потрогать. Думаешь, они мягкие?
– Он может не захотеть, чтобы ты лазил в них липкими пальцами, Финн, – вмешалась Дилан.
Значит, все-таки Финн. Беккет, видимо, просто издевался надо мной.
– Можно мне потрогать твои волосы? – спросил Финн.
Все в комнате уставились на меня. И что я должен был ответить? «Да, конечно, запускай свои грязные лапищи мне в шевелюру»? Или «Нет, не надо»? У пацана так горели глаза, и улыбка была такой широкой. Проклятье, он выглядел таким обнадеженным. Но он же только что левой рукой заталкивал в рот кусок грудинки в соусе барбекю, и на пальцах все еще виднелись коричневые пятна. Я с трудом сглотнул вставший в горле ком. Волосы можно и помыть после ужина. Это же просто, так? Не хотелось расстраивать малыша.
– Ну же, Пучок, дай ребенку потрогать волосы, – буркнул Беккет, глядя на меня исподлобья.
Видимо, я слишком долго раздумывал, стоит ли разрешать его пасынку себя гладить.
Я обошел стол и опустился на одно колено.
– Ты все равно такой высокий, даже когда внизу, – Финн забрался с ногами на стул, и тот слегка качнулся. Я протянул руку, чтобы его придержать, но он задел детское сиденье сестры, и ее чашка пошатнулась.
Молниеносно Беккет подхватил и чашку, и сиденье прежде, чем что-либо успело упасть. Охренеть, ну и скорость у мужика. Я так отвлекся на этот переполох, что не сразу понял: Финн уже стянул резинку с моих волос.
– Я хочу эти волосы, – объявил он, взбивая мои кудри у меня на плечах. Затем он повернулся к отчиму. – Босс, купи мне его волосы!
Я отпрянул.
– Что?
Беккет пожал плечами.
– Посмотрим.
Ну уж нет. Никто не собирается покупать мои волосы. Я немного отодвинулся, готовый в любой момент дать деру.
Финн топнул ногой по сиденью стула, и на этот раз Беккет его придержал.
– Ты отрезал мои волосы и все расстроились, так что ты должен добыть мне новые.
Совершенно сбитый с толку, я перевел взгляд с Финна и его стрижки «под единичку» на Дилан, а затем на Лив.
Лив потерла виски.
– Давайте не будем вспоминать тот вечер.
Дилан рассмеялась.
– Да уж, у Лив до сих пор травма. – Она подцепила вилкой порцию картофельного салата и продолжила есть так, будто за столом не обсуждали продажу моей шевелюры.
Шей сочувственно посмотрела на меня.
– Беккет, не мучай его. Скажи ребенку, что ты не собираешься вымогать у него волосы угрозами.
Беккет глянул на меня через плечо. Он ухмылялся – явно наслаждался тем, как легко я повелся.
– Я сказал: посмотрим.
Стричься я не собирался. Пора было брать инициативу в свои руки.
– Финн, дружище, – я снова пододвинулся поближе. – Я куплю тебе бутылку фиолетового шампуня. От него волосы растут длинными и блестящими, как у меня.
Глаза Финна округлились, и он расплылся в улыбке.
– А так как у тебя волосы не обычного соломенного цвета, как мои, – добавил я, сгущая краски, – твои будут выглядеть гораздо круче.
– Да! – Он победно вскинул кулак. – Я хочу такой.
– Заметано. Будем вместе растить тебе гриву покруче моей.
Я протянул кулак, и малец стукнул своим по моим костяшкам. Я расслабил плечи и выдохнул, но тут же снова напрягся – он внезапно бросился мне на шею.
– Ты почти такой же классный, как Босс, – прошептал Финн, когда я его поймал. И так же быстро, как прыгнул мне в руки, он отстранился.
Поняв намек, я опустил его на место, сдерживая улыбку. Что ж, теперь у меня здесь двое союзников. Я оглядел царящий вокруг хаос, и к горлу подступила нервная дрожь.
Я отогнал накатывающую тревогу. «Контроль, – подумал я, возвращаясь на место. – Пока я контролирую ситуацию, я справлюсь с жизнью здесь».
Лиам наблюдал за мной, пока я снова усаживался рядом.
– Все путем? – спросил я, накалывая на вилку кусок грудинки. Его пристальный взгляд заставлял меня нервничать.
– Спроси меня позже. – Лиам перевел взгляд на мою вилку, а затем снова мне в лицо.
Странно. Но, похоже, за столом больше никто ничего не заметил. В комнате стало относительно тихо – все принялись за еду. Даже дети уплетали мясо за обе щеки.
«Чувак, перестань все анализировать».
Сделав глубокий вдох и преисполнившись решимости, я отправил в рот первый кусок. Как только вилка коснулась языка, его начало покалывать. Через секунду покалывание переросло в жуткое жжение. А затем, будто я провалился в преисподнюю, во рту полыхнуло адское пламя. Глаза заслезились.
Что, черт возьми, они туда положили? Если бы хорошие манеры не вдалбливали мне с двухлетнего возраста, я бы, наверное, все выплюнул. Но вместо этого я заставил себя проглотить это пылающее нечто и схватил салфетку, чтобы вытереть нос – из него уже потекло.
Вода. Мне нужна вода. Но я не прихватил с собой питье.
Я начал часто моргать, пытаясь сдержать слезы, пока мой язык продолжал поджариваться. Боже, ну и жесть. У меня даже в горле все полыхало.
– Ой, Самсон, – Дилан сжала мое бедро. – Да пошутил он насчет волос.
Я непонимающе наклонил голову. Обычно мне нравилось разгадывать смысл ее слов, но сейчас я был слишком занят пожаром, который лизал мой пищевод и выжигал полость рта.
Дилан отложила вилку и обняла меня.
– Бекс, – сказала она через мое плечо тоном более суровым, чем я когда-либо от нее слышал, – он плачет. Скажи ему, что ты не собираешься его стричь.
– Что? – прохрипел я, голос сорвался на моих бедных, обожженных связках. К черту манеры. Я схватил стакан воды Дилан и осушил его залпом. Стало чуточку легче, и я попробовал снова: – Это просто грудинка.
Беккет хохотнул и откинулся на спинку стула.
Дилан нахмурилась, а затем пожала плечами.
– Ох, ну, она иногда вызывает сильные эмоции. Папин рецепт – самый лучший.
Самый лучший, как же. Я бы поспорил. С учетом того, какие волдыри сейчас в моем рту и горле, это, похоже, единственное, что я смогу почувствовать на вкус на этой неделе. Меня накрыла паника, я оглядел лица детей, уверенный, что им должно быть еще больнее, но никто не выглядел хоть капельку встревоженным. Какого черта вон тот малыш спокойно ест такую остроту? Что-то здесь не так.
– Она и должна быть такой острой? – спросил я Дилан.
Она наклонилась над моей тарелкой и принюхалась.
– Нет, это же медовое барбекю.
Я внимательно посмотрел на Беккета, затем на Лиама. Не мог понять, кто из них скорее решил бы меня разыграть, и ни у одного на лице не было ни тени вины. Но когда Дилан занесла вилку над моей тарелкой, у меня все внутри екнуло.
– Нет! – выкрикнули мы с Лиамом одновременно.
Отбив вилку Дилан, я резко повернулся к Лиаму. На мгновение он выглядел виноватым, но тут же снова нацепил маску невинности. Дилан переводила взгляд с одного на другого, и ее лицо преисполнилось тревоги. Черт, только проблем мне не хватало. Еще два часа назад я сам подкалывал Беккета вместе со всеми парнями. Глупо злиться на то, что на этот раз жертвой стал я. А может, это проверка. В любом случае, я не собираюсь раздувать из этого скандал.
– Это я просто... – выдохнул я, лихорадочно соображая, чем оправдать свою странную реакцию на ее ужин. – У меня всегда были проблемы с соусами барбекю. От них глаза слезятся.
– Серьезно? – Делия выглянула из-за Дилан и прищурилась. – Что за слабак не может справиться с медовым барбекю?
Дилан пристально посмотрела на сына, плотно сжав губы.
Я решил стоять на своем.
– Да, – прохрипел я. – Никогда их не переносил. Брат всю жизнь надо мной из-за этого издевается. Правда ведь?
Беккет дважды моргнул и шумно сглотнул, переводя взгляд с Лиама на меня.
Внутренне я умолял его согласиться. Хоть раз в жизни прикрыть мою спину. Если все здесь будут до конца дней считать меня неженкой, который не тянет даже каплю острого – пусть так.
– Ага, – наконец кивнул он. – И я тебе, клянусь, сто раз говорил: молоко помогает лучше воды.
Отодвинувшись от стола, я встал и поспешил прочь из комнаты, прихватив свою тарелку.
– Значит, Лиам все-таки подгадил тебе с едой? – спросил Беккет, стоя в дверях кухни.
Я пожал плечами, но промолчал. Мне нужно было наладить отношения с Лиамом. Если я его сдам, это мне точно не поможет.
– Он непростой парень. До сих пор только меня терпит. Тебе придется попотеть, – Беккет похлопал меня по спине, и я впервые почувствовал, что, может, мое присутствие здесь его не так уж и бесит.
Четверо готовы, осталось восемь.
Черт. Сегодяшний ужин прошел, пожалуй, даже хуже той битвы едой, что случилась в первый вечер Беккета. Знай я заранее, что Кортни терпеть не может соус барбекю, не стала бы возиться с грудинкой или хотя бы выбрала другие специи. И я все еще не была уверена, что Лиам не приложил руку к последовавшему хаосу, стоило Кортни откусить первый кусок. Хотя оба они клялись, что он ни при чем.
Остаток вечера прошел спокойно. Беккет и Кортни убрались на кухне, а потом близнецы уговорили Кортни сыграть в «Риск». Дети были одновременно потрясены и в восторге от того, что он не уступал им в их злодейских замыслах. После двух часов напряженной игры он с полным правом мог заявить, что стал первым обитателем нашего дома, кому удалось их превзойти. Весь вечер я наблюдала, как он находит подход к детям – к одному за другим. Ко всем, кроме Лиама. И дело было вовсе не в недостатке усилий.
Переодевшись и почистив зубы, я направилась в спальню. Обычно я спала в шортах и коротком топе. Но сегодня это казалось странным. Кортни сидел на краю кровати в трениках и футболке с длинным рукавом. По-моему, явный перебор, но кто я такая, чтобы судить?
– У тебя есть… – он кашлянул. – Своя сторона?
Я ни с кем не делила постель целых пятнадцать лет, так что понятия не имела. Я никогда не отличалась крепким сном, а если с кем-то и заводила интрижку, то уходила сразу, как только партнер отключался.
– А у тебя? – спросила я.
– Ты… – он обвел рукой мой живот. – Растишь в себе человека. Мне важно, чтобы тебе было удобно. Иначе я не усну.
Поджав губы, я посмотрела на одну лавандовую подушку, затем на другую.
– Можно я попробую обе?
– Обе? – он наклонил голову и нахмурился.
– Ну, прилягу и посмотрю, где атмосфера лучше.
Он усмехнулся.
– Никогда не знаю, чего от тебя ждать.
Я отмахнулась от его слов.
– Подвинься. Дай проверю правую сторону.
Мы легли рядом, но мне не понравилось положение между стеной и стеной из мышц этого мужчины. Стало слишком тесно.
– Нет. Меняемся. – Я села.
Вместо того чтобы сползти в ноги и обойти кровать, я перелезла через Кортни. Я оседлала его, намереваясь быстро перебраться на другую сторону, но не успела отстраниться: его ладонь легла мне на талию. Он лежал на спине, глаза его горели, а пальцы впились мне в бедра.
– Черт. – Тяжело сглотнув, он зажмурился. – Прости, – произнес он, снова открыв глаза. Он отпустил меня и сложил руки на груди.
Я двинулась, собираясь слезть, и задела ягодицами его твердеющий член. От этого ощущения сердце забилось чаще, а внизу живота вспыхнуло пламя.
Он откашлялся и снова перехватил меня за бедра, но на этот раз приподнял, отодвинул ближе к стене и опустил на матрас.
– Так лучше? – спросил он.
Как было? Нормально. Кровать была нормальной. Но мое тело все еще пылало от его прикосновений.
– Отлично, – голос мой дрогнул.
– Рад, что мы чувствуем одно и то же.
Сжав кулаки, я вздохнула.
– Секс все усложняет, ты же знаешь.
Он фыркнул.
– Прекрасно знаю, Светлячок. Я уважаю твое желание растить ребенка без всяких сложностей между нами, но если ты будешь рассуждать о сексе, лежа со мной в одной постели… – Его взгляд скользнул по моему лицу и остановился на губах. – Не обещаю, что не переступлю черту.
– Понятно. – Я повернулась к нему спиной и устроилась поудобнее.
Он сделал то же самое, прижавшись спиной к моей. В комнате повисло густое напряжение, и мне следовало бы нервничать. Но лежать рядом с ним было на удивление спокойно. Я проснулась от звука незнакомого голоса и ощущения сильной руки, обнимающей меня за живот, и только тогда поняла, что проспала всю ночь напролет.
